Текст книги "Лабиринты моих снов (СИ)"
Автор книги: Сандра Барро
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)
Лабиринты моих снов
Глава 1
Муж тяжело ступал по горной тропинке, зажимая рукой рану. Стараясь не отставать, я неловко семенила за ним, поддерживая свой округлившийся живот. Платок сбился, обнажив рыжие волосы, страх гнал меня вперёд. У подножья горы внизу раздавались голоса, лязг оружия, крики боли и отчаяния. Два дня назад мой муж убеждал старейшин нашего рода, что нельзя доверять этим захватчикам и идти на переговоры. Ещё несколько лет назад кочующие люди, останавливаясь в наших местах, рассказывали, что у этих зверей нет совести и гордости. Они, как стая бродячих псов, накидывались на более слабого, рвали на куски. И никто не мог вырваться из их хватки живым. Многие горные племена были порабощены. Мужчины убиты, а женщины и дети угнаны в чужие земли. Наши же старейшины решились пойти на переговоры. Еды и воды не осталось совсем, источники пересохли, охотиться было некому. Молодых и сильных мужчин в племени осталось очень мало. Проверяя воинов, которые были у него в подчинении, муж всё чаще хмурил брови.
Когда мужчины спустились к подножию горы и сложили оружие в обмен на жизни стариков и детей, эти шакалы накинулись на них и начали убивать. Они обманули. Мой муж был прав, не доверяя их посыльным.
Враги скинули тела воинов в яму и, смеясь, начали вытаскивать из лачуг за волосы женщин. С ужасом наблюдая это из-под шкур, накрывающих наш шатёр, я потихоньку вылезла с другой стороны и, придерживая живот, побежала в ущелье.
Вдруг меня кто-то схватил и, закрыв рот рукой, потянул назад. Я мычала и брыкалась, пытаясь укусить человека, который прижимал меня к себе. Кое-как извернулась, увидела мужа и моментально обмякла в его руках.
– Иди за мной, женщина, – хрипло приказал мне Умар.
Я видела, что он ранен: обломок стрелы торчал у него из бедра. Тяжело дыша, Умар шёл по тропинке вверх, постоянно оглядываясь на меня и подгоняя.
– Там наверху есть небольшая пещера, тебе хватит места. Она скрыта от глаз, я случайно нашёл её. Слушай меня внимательно. В углу лежит бурдюк с водой. Пей понемногу. Рядом в нише лежит мешок с орехами и вяленым мясом. Когда я спрячу тебя, вернусь назад. Может быть, удастся спасти хоть кого-нибудь… Если нашим богам будет угодно, то мы вскоре встретимся.
Если нет, и духи наших предков оставили нас, то будь сильной. Пережди. Когда всё закончится, иди на восход солнца. В той стороне есть люди, дружественные нашему роду. Сбереги моего сына Марьям, только об этом прошу. И себя тоже береги…
Муж шёл вперёд, и я старалась не отставать от него.
Сзади послышались голоса и крики, Умар вытащил нож и приказал мне встать за его спину. Рывок вперёд, я спотыкаюсь и падаю, стараясь зацепится за хлипкую растительность, раздираю ладони в кровь. Внизу пропасть и верная смерть, но это лучше, чем монгольский плен, бесчестье и жалкое существование. Бешено бьётся сердце. Неужели я умру и не увижу своего ребёнка? Нет! Надо бороться!
Из всех сил пытаюсь найти опору ногами. Внезапно чувствую сильный захват на запястьях, Умар пытается спасти меня. Вены на его лбу вздулись от напряжения и боли. Он тянет меня вверх, но у него ничего не получается. Острый каменный выступ раздирает кожу на руках, заставляя пальцы разжаться. Понимаю, что выскальзываю из рук Умара. В его глазах плещется страх и отчаяние.
Женщина не должна этого говорить. Так неправильно, нельзя проявлять свои чувства, но сейчас все становится неважным, и я шепчу.
– Умар, муж мой. Я благодарна Богам за нашу любовь и за то недолгое время, что принадлежала тебе. Я была счастлива… А теперь отпусти меня. Спасайся…
– Что ты говоришь, женщина⁈ – прохрипел он, сжав зубы от напряжения. – Терпи. Я сейчас вытащу тебя.
Звук копыт приближается, слышится резкий свист, и стрела вонзается ему в спину. В широко открытых глазах Умара отразилось непонимание и удивление. Все ещё пытаясь тянуть меня вверх, муж обратился к Богам.
– О Великие Духи небес и звёзд, мы принадлежим вам и к вам же вернёмся! Наградите меня за мое несчастье и замените его чем-то лучшим… Даруйте…
Взгляд мужа затуманился. Он замолк на полуслове, наши руки разжались. Я лечу в бездну пропасти, на дне которой грохочет бурная горная река.
– Не-е-е-е-т!!!
* * *
– Марин! Маришка, проснись! Ты опять кричишь, бормочешь что-то не на русском. Да очнись же ты!
Сашка тихонько тормошит, проводя рукой по моей голове и вытирая мокрый от пота лоб.
– Слушай, прекращай ты смотреть эти свои турецкие сериалы на ночь. Ну, невозможно уже! Да и что там может быть интересного для человека с медицинским образованием? Это бред какой-то, честное слово. Вставай, на работу опаздываем.
Я не стала ничего отвечать. Чмокнула Сашку в щёку, поднялась и пошла в душ.
Мы с мужем работаем в хирургическом отделении одной больнииы. Он практикующий хирург. Я же простая операционная медсестра. Знакомы с детства. Сашка жил в соседнем дворе. И учились мы в параллельных классах.
Наша любовь началась, когда нам было по восемь лет. На перемене, гоняясь за мальчишками, он сбил меня с ног. Я же не осталась в долгу и выбила ему передний зуб пеналом. Начавшееся кровопролитие благополучно закончилось в кабинете директора, где мы молчали, как партизаны на допросе. Ябедой я не была, а Санек опасался выволочки от родителей в стиле «девочек обижать нельзя».
В итоге: после непродолжительной лекции про дисциплину, порядок и честь школы я пошла домой лечить коленку, а Саня демонстрировать пацанам виртуозный свист и плевки на дальность через дырку от выбитого зуба. Чем тут же снискал себе авторитет среди пацанов. На следующий день он ждал меня возле подъезда, пиная ногой камешки. Я сперва насторожилась и хотела опять его треснуть, но он просто взял мой портфель, и мы молча пошли, держась за руки.
Поначалу нас немножко дразнили, но потом привыкли. Учителя и родители с удивлением наблюдали за нами, но не мешали дружбе. Как-то незаметно наши отношения стали для всех чем-то само собой разумеющимся. У нас даже фамилии были созвучны: Саша Мурашов и Марина Мурашкина. Поэтому все стали звать нашу парочку «Мураши».
После окончания школы Сашка, пусть и не без помощи родителей, но сразу же поступил в университет. А у меня как-то не сложилось. Чтобы не терять время попусту, я пошла в медучилище.
А потом грянули девяностые. Это время не было временем равных возможностей. Страна бурлила, как кипяток в чайнике, каждый день не был похож на предыдущий. Разруха, безденежье, скромная студенческая свадьба. Родители помогали как могли, а мы работали, учились, стараясь выбраться из серой безнадеги. И даже незапланированное появление доченьки Настасьи, как ни странно, не разбило нашу лодку о быт. Жаль, детей больше не случилось…
Сейчас доча взрослая. И, как говорится в одном старом фильме:«После сорока жизнь только начинается.» Под этим девизом мы и стали строить нашу дальнейшую судьбу, после того как окончательно встали на ноги.
Глава 2
– Ты готова? Нас ждут великие дела. Купальники, платки нужно купить. Что можно носить в этой мусульманской республике? Ой, юбки длинные и кофты с закрытыми руками!
Кристина наговаривала голосовые сообщения не переставая.
Господи! Как я забыла о том, что мы сегодня договорились идти за покупками? Вздохнув, я набрала номер подруги и, как только она ответила, быстро сказала:
– Крис, ты только не ругайся, но я на работе. Совершенно вылетело из головы,что мы сегодня собирались пройтись по магазинам, и попросила старшую поставить мне смену.
– Мурашова! Ну, как так-то? Я сама не справлюсь! Только ты говоришь правду, как я выгляжу и что мне идёт. Вот опять накуплю всякой ерунды, что впарят мне продавцы, и это будет на твоей совести. И потом мы хотели посидеть в кафешке. Олька должна подойти.
По голосу подруги я поняла, что она действительно расстроена. Чувствуя себя неловко из-за всей этой ситуации, я примирительно сказала:
– Кристина, ну извини, пожалуйста. Сходите с Ольчонком одни. Это у вас всех нормальный отпуск, а мне приходится договариваться и меняться сменами, чтобы спокойно уехать на две недели. Голова уже кругом. И… Меня опять одолевают эти странные сны, про которые, я тебе рассказывала. Они такие реалистичные, что я даже запах чувствую и боль. Я уже, если честно, боюсь ехать на этот Северный Кавказ и особенно в Чечню. Как будто это предупреждение, и должно что-то случиться.
Подруга замолчала и, вздохнув, сказала:
– Ты просто устала без выходных. Выпей успокоительного, возьми наконец-то выходной, отлежись и спокойно соберись. Вам же с Александром ехать на машине почти семнадцать часов. Это нам, девочкам: сели в самолёт, три песни и мы на месте. Настёна, кстати, не звонила тебе? Как они там с Вадимом на своём Бали? Не хотят вас внуками осчастливить?
Вспомнив дочку с зятем, я улыбнулась. Ребёнок у нас был самостоятельный с детства. Не припомню каких-то особых проблем даже в подростковом возрасте. И мужа нашла себе под стать: спокойный, уравновешенный парень с открытой улыбкой. Он сразу вошёл в нашу семью без всяких проблем и привыканий.
Оба работали программистами, трудились удалённо и много путешествовали. Что-то там интегрировали в своих компах и каждый раз закатывали глаза, когда мы с Сашкой робко заговаривали о младенцах. Нет, чайлдфри они не были. Просто считают, что ещё очень молоды для такой ответственности и хотят пожить для себя.
– Ой, у детей все в порядке! Прислали кучу фоток с видео и сказали, что ещё полгодика поживут там, а потом на Кипр переедут. Про внуков не спрашивай. Дочь вообще предложила мне самой рожать, если так уж хочется кому-то «козу» показывать. А так, ты конечно права: скорее бы уже в отпуск. Ну все, я побежала! Сегодня три плановых операции. Надо идти работать.
Выслушав ещё пару раз,какая я плохая и про несостоявшийся Кристинкин гардероб, чмокнула в трубку и понеслась переодеваться.
Ближе к вечеру, стоя у открытого окна в сестринской, я вспоминала всю свою жизнь и близких подруг. Дневная суета уже покинула хирургическое отделение. Вечерние сумерки плавно опустились на город. Ночь окутывала своим тёмным покрывалом, успокаивала весенними запахами. Апрель выдался на редкость тёплым и солнечным. Скорее бы уже в отпуск!
Через три дня мы выезжаем с мужем на машине в Пятигорск. Заранее, ещё полгода назад мы сняли просторный дом в центре города и с нетерпением ждали этого момента. Когда наконец-то начнётся время ничегонеделания, веселья и экскурсий. А на следующий день после нашего прибытия прилетят мои любимые подруги.
С ними дружили со студенчества и часто вместе отдыхали. Обе незамужние подруги, относились к моему Мурашову как к брату. Мы с удовольствием отдыхали вчетвером. Правда, иногда нашу компашку разбавлял какой-нибудь поклонник Кристинки или Ольги. Чаще всего это была очередная Олина «любовь всей жизни». Но когда её отношения лопались как мыльный пузырь, мы собирались все вместе у нас на даче для утешения страдающей. Саня жарил шашлык и наливал коньяк. Я утирала подруге слёзы и даже разрешала измазать соплями рубашку моему мужу. Потом мы приходили к единогласному девичьему мнению, что самый лучший мужчина на свете—это мой Саша, а все остальные козлы. «Лучший муж» обычно ржал, махал рукой и, произнеся сакральную фразу, что женский алкоголизм не лечится, уходил спать.
У второй моей подруги Оли было одно неудачное позднее замужество, которое принесло ей разочарование, долг за ипотеку и вихрастого голубоглазого сына Ваньку. Которого, кстати, быстренько забрали на воспитание к себе Олины родители. Ей же велели устраивать свою жизнь и найти уже себе нормального человека, который будет хорошим мужем и отцом.
Олька работала в администрации секретарём начальника архитектурного отдела. Нежная блондинка с карими глазами, очень милая. Но вот с мужчинами ей катастрофически не везло. Каждый раз, наступая на одни и те же грабли, она выбирала самовлюбленных индюков, растворялась в них, усаживала себе на шею и разрешала помыкать собой. Через какое-то время у неё резко падали розовые очки. Внезапно прозрев, она скоренько собирала чемоданы очередного претендента и выставляла их на лестничную площадку. Потом меняла замок, шла в магазин за
подарками, вкусностями и гаджетами. Ехала к родителям. И там со слезами на глазах неистово тискала, зацеловывала вырывающегося Ваньку. Глядя на очередную душераздирающую сцену, отец Ольги махал рукой и уходил в сад. Мать только тихо вздыхала.
Кристина. Роковая красотка с темными гладкими волосами, синими глазами, высокими скулами и пухлыми губами. Есть в ней что-то неуловимо азиатское. Отца своего она не помнит, но говорит, что он якобы был наполовину пакистанец. Мать растила Кристинку одна, хватаясь за любую работу. Она мечтала, чтобы дочка никогда не узнала, что такое дикая физическая усталость и грязь под ногтями.
Безусловно любя и потакая любым капризам дочери, неожиданно проявила твердость и настояла на поступлении в медучилище. Но на первом же посещении морга Крис, побледнев, хлопнулась в обморок. Придя в себя, устроила истерику и хотела бежать забирать документы. С трудом уговорив ее не рубить сплеча, я нарисовала перспективы, в которых диплом медсестры поможет ей в жизни. Сейчас она крутой косметолог, бровист и лешмейкер* в одном флаконе.
Снимает кабинет в центре города, в бизнес-центре, имеет раскрученные социальные сети и огромную клиентскую базу. Настолько огромную, что уже подумывает открывать бьюти-школу под личным брендом. Мужчины, завидев Кристину, принимают стойку, втягивают пузо и расправляют плечи. Некоторые откровенно её боятся, понимая, что такую, как она, просто не потянут. И только мы знали, что она ранимая и добрая девочка, которая с тоской в глазах смотрит на беременных женщин и малышей. Пережив в молодости неудачную операцию, матерью стать у неё не получалось.
На фоне моих красавиц-подруг, мне казалось, что я какая-то обыкновенная. Зелёные с коричневыми вкраплениями глаза, чуть вздернутый нос, слегка запорошенный веснушками. Губы не слишком объёмные, но при этом выразительные и чувственные. Всегда подчеркивала их лишь лёгким блеском, чтобы придать свежести. Единственное мое богатство – это длинные, вьющиеся волосы рыжего цвета. Они могли приобретать разные оттенки, в зависимости от времени суток и перемены погоды.
Несмотря на то, что все в нашей троице были полной противоположностью друг другу, дружили мы давно и крепко. И, как часто бывает в девчачьих междусобойчиках, на удивление, никакого соревнования между собой не устраивали. Иногда мы беззлобно ругались между собой, но не дай Бог кого-нибудь из нас обидели, готовы были сорваться в любое время дня и ночи, чтобы утешить, обнять, защитить и просто провести время вместе. С самого утра до ночи мы могли болтать в мессенджерах. Сашка даже психовал иногда из-за того, что не выпускаю телефон из рук.
* Лешмейкер – мастер-стилист, специализирующийся на наращивании ресниц.
Глава 3
До Пятигорска, мы с мужем домчали сравнительно быстро. Дорога получилась легкая: особо в пробках нигде не стояли, даже отказались от промежуточной ночёвки в Ростове. Выехав в шесть утра из Москвы, в полдень следующего дня мы благополучно заселились в просторный коттедж в центре города-курорта.
Занеся вещи в дом и приняв душ, мы с Саней блаженно растянулись на огромной кровати с ортопедическим матрасом. Сон мгновенно захватил в свои объятья, не тревожа никакими образами.
Проснувшись ближе к вечеру, я потихоньку вышла на кухню и, проведя ревизию, обнаружила кофемашину. В шкафчике нашла капсулы для кофе и чайные пакетики. На столе стояла вазочка с конфетами, заботливо оставленная для нас доброжелательной хозяйкой дома.
Запах напитка распространился по всей кухне, и вскоре послышались Сашкины шаги на лестнице. Спустившись вниз, он молча сел за стол. Я поставила перед ним кружку с капучино и расслабленно завела разговор:
– Пойдём сегодня гулять или ты слишком устал?
Саня отпил кофе, провёл рукой по лицу и ответил:
– Конечно, пойдём. Малыш, наконец-то мы отпуске! Давай наряжайся. Где-нибудь поужинаем. Потом нужно заказать кое-какие продукты. Девчонки звонили? Во сколько их завтра встречать?
Я взяла телефон и просмотрела сообщения. Кристина уже написала время прибытия. Заодно поинтересовалась нашим самочувствием.
Набрав её номер, мы основательно поболтали на громкой связи. Договорились, что встретим их в Минеральных Водах.
На следующий день, мы сидели в машине, на парковке аэропорта, и с нетерпением ждали прибытия самолета. Встреча была радостной. Сашка наметил обширную программу. Первую половину отпуска нам постоянно приходилось куда-то ехать.
Многочисленные поездки по курортам Минеральных Вод немного выматывали. Но девочки стойко переносили все невзгоды и усталость. Хотелось объять необъятное.
Двухдневную обширную экскурсию в Чеченскую республику общим голосованием решили оставить на последнюю половину нашего путешествия.
Апрель удивлял тёплой погодой, не только нас. Жара стояла неимоверная. Местные жители говорили, что такого не было уже давно. Самостоятельно приехав в Кисловодск, мы решили прогуляться в самом большом национальном парке Европы. Посетили Нарзанную галерею, зашли в турагентство и заказали экскурсию в Чечню.
Оставив Саню пить кофе в небольшом ресторанчике, а сами собрались пройтись по магазинам. Уж очень захотелось купить, что-нибудь красивое и лёгкоe. Срочно понадобились наряды, соответствующие местным традициям. Наш туристический запал не прошёл, через два дня, ранним утром, мы стояли на остановке возле своего дома и ждали когда нас с комфортом доставят в восточную сказку.
Небольшой автобус мягко шуршал шинами по извилистым горным дорогам. Из Пятигорска мы выехали в пять утра на экскурсию по горной Чечне. Экскурсовод честно отрабатывал свой хлеб, монотонно повествуя про достопримечательности, горы и озёра. Девочки залипали в телефоны. Я же, удобно устроившись у Санька под крылышком, счастливо улыбалась и с интересом прислушивалась к рассказу нашего гида. Из-за раннего выезда немного хотелось спать. Глаза слипались, но я боролась со сном, боясь пропустить что-то интересное.
– Умар будет тебе хорошим мужем дочка. Его мать и старшая женщина в племени согласны, – сказал мой старенький отец, глядя на меня слезящимися глазами. – Скоро наступит праздник плодородия, молодые люди будут искать себе пару. Более достойного мужчину тебе не найти. Он добрый человек, смелый и сильный воин.
Женщины всему научили тебя, ты будешь хорошей хозяйкой. Твой брат уже договорился о деле. Надеюсь, это случится в скором времени, и я смогу с честью передать тебя в его семью раньше, чем придут полчища врагов на лошадях. Я неустанно молю Богов, чтобы всё оставалось как прежде. Но времена тяжёлые. Умар сможет защитить тебя. Пусть ваш путь будет светлым и полным радости, что бы ни случилось.
Автобус подпрыгнул на какой-то кочке, и я внезапно проснулась. Сердце трепыхалось птицей, пойманной в силки. Я осторожно высвободилась из объятий мужа. Да что же это такое? Что за странные сны одолевают меня? Мы подъезжали к первой локации нашего путешествия, и сонные туристы заметно оживились, предвкушая сытный завтрак и возможность размять ноги.
– Так! Девочки налево, мальчики направо! – командным голосом заявила Кристина сразу после остановки.
Мы вышли из автобуса и огляделись. Хотя все было довольно цивилизованно, но уже явственно ощущалось, что мы находимся в месте, где устои и традиции очень сильно отличаются от наших. Вокруг незримо витало «гормон тестостерон». Наличие бородатых мужчин и закутанных в платки женщин немного напрягало и обязывало нас соблюдать местные правила, а не тащить «свой самовар в Тулу».
Хотя никто не хватал за руки и не увозил в горные аулы, но чисто инстинктивно хотелось прикрыться, надеть платок и спрятаться за мужчину. Мы, как Лейла, Зульфия и Гюльчатай из «Белого Солнца пустыни» жались поближе к «нашему господину» Сашке. На что он довольно похохатывал и приговаривал:
– Ну, курочки мои! Быстренько уселись в автобус, пока вас не приметили эти бородатые мужчины и не забрали в аул пятыми жёнами.
Крис закатила глаза, ткнула Сашу кулаком в бок и, смешно сморщив нос, парировала:
– Во первых, мусульманам можно иметь четыре жены. Пятая – это уже наложница. Во-вторых, не каждый может потянуть ещё одну женщину, так как ей нужен отдельный дом. В-третьих, мы уже старые, больные тёти, с остеохондрозом и целлюлитом. А также со скверными характерами. Да нас обратно привезут на следующей день! Ещё и умолять будут: ' Заберите ради Аллаха!'. А мы ещё упираться будем.
– Про ' старые и больные' ты, конечно, загнула, «Кристина Агилеровна». Сейчас женщины за сорок более актуальны, чем молодые девчонки. Они ухоженные, сексуальные и не выносят мозг. А если и выносят, то аккуратно, чтобы не спугнуть жертву женского произвола. Да, жена моя любимая? – ехидненько усмехнувшись, Сашка поправил на мне платок и чмокнул в нос.
– А вот прилюдно выражать свои чувства и тискать жену тоже не нужно. Это тут неприлично и осуждается! – зашипела на нас Кристина. – Дома под одеялом будете обжиматься! Бесстыдники!
Мы с мужем переглянулись и, засмеявшись, потянули эту поборницу морали в автобус. Чуть в стороне от него Оля фотографировала какие-то цветочки. Пришлось её тоже подгонять. Экскурсовод немножко нервничал и предлагал разбредшимся туристам ехать дальше. День набирал обороты, становилось всё жарче. Воздух пах свежей зеленью, сладко-терпким мёдом и кавказским гостеприимством.
Наконец туристы прошли в автобус, и мы продолжили движение. Я прислушивалась к своим ощущениям, а перед глазами проплывали знакомые видения из сна, от которых отвлекал экскурсовод, стоявший возле водителя и не переставая бубнивший заученный текст:
– Первое предание, которое наиболее правдиво рисует попытку чеченцев подняться на Тебулос-Мта с целью укрытия от татаро-монгольских захватчиков, относится, по всей вероятности, к XIII веку. Приготовив длинные веревки, сделанные из конского волоса, двенадцать молодых воинов во главе с охотником Идигом пошли отыскивать наиболее легкий путь восхождения.
Со скал свисали огромные сосульки, похожие на бороды великанов. И вдруг, когда до вершины оставалось всего двести шагов, налетела снежная лавина, которая смела их смельчаков со скал. В живых осталось три человека во главе с охотником. Он-то и посоветовал старейшинам послать остальных воинов на восхождение с другой стороны горы, где дует горячий ветер. Оттуда хорошо видна дорога, по которой должна появится татарская орда.
Им это удалось. Люди племени нашли удобные площадки для размещения войск. Задымились костры, жарилась баранина, варилась говядина, а воду они носили в бурдюках из горных ручьев. Собрав несколько жителей поселений и племён, гордые люди начали восхождение на спасительную гору. Своих стариков, женщин и детей, а также крупный рогатый скот они спрятали в потаенных местах, находящихся за Тебулос-Мта.
Более месяца длилась кровавая битва чеченцев с захватчиком. Пришла зима, выпал снег, в ущельях не осталось корма для лошадей. Люди хана стали роптать, устав сидеть в осаде. Татарские полчища повернули назад. На следующий год, с наступлением лета, орда вновь пришла уничтожать горцев. Двенадцать лет продолжалась изнуряющая битва. Когда совсем не осталось воды и пропитания, старейшины горного племени решились на переговоры. После долгих споров, положившись на обещания врага отпустить женщин и детей, они решили спустится с гор.
Но их жестоко обманули. Убили тех, кто пытался сопротивляться, остальных же угнали в рабство. Так, согласно народному преданию, закончилась двенадцатилетняя битва чеченцев с иноземными захватчиками.
Слушая легенду, я наперёд знала, чем все закончилось. От этого понимания по спине побежали мурашки, а кончики пальцев мелко задрожали. Мы ехали, любуясь потрясающими пейзажами, в сторону Аргунского ущелья. Экскурсовод не замолкал ни на минуту, был профессионально общителен и доброжелателен.
Моё сердце замирало непонятно отчего: от радости встречи с новым или предчувствия чего-то странного и страшного? Не знаю, но в воздухе витало ощущение, что это путешествие изменит всё.
