Текст книги "Лабиринты моих снов (СИ)"

Автор книги: Сандра Барро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 22 страниц)

Находясь в потрясении от этой открывшейся правды, я словно окаменела, мне не хватало воздуха. В непонимании переводила взгляд с одного на другую и не могла поверить, что это происходит со мной.

Оля непрерывно посмотрела мне в глаза, и еле слышно прошептала…

– Пожалуйста… Прости меня.

Переведя затуманенный взгляд на Сашу, Ольга твёрдо произнесла:

– Ваня, твой ребёнок. Хочешь, делай экспертизу.

Не в силах больше там оставаться, я выскочила в коридор. Прислонившись спиной к стене, сползла вниз и закусила кулак, чтобы сдержать рыдания.

Глава 30

Марина

Из палаты доносился голос мужа, он разговаривал на повышенных тонах, практически кричал.

Громко хлопнула дверь. Саша стремительно подошёл и присел на корточки, напротив меня.

– Марин, пожалуйста послушай. Я…Я не знаю, что сказать, – его голос был хриплым, словно он только что пробудился от долгого кошмара. – Я не помню ничего из того вечера. Серьёзно. Мне…Мне очень жаль. Но я не могу этого подтвердить. Я пьян был, может что-то и делал, но…Всё это кажется невозможным.

Сквозь затуманенные слёзы, я пыталась собраться. Этот ужас, эта реальность, мир рухнул так резко, всё что я знала, чем жила, оказалось ложью.

Медленно, тяжело, я поднялась на ноги. Руки мелко дрожали, в голове будто что-то ломалось, я не могла принять всё, что сейчас услышала. Это казалось абсурдом, бредом…И всё равно – правдой.

Посмотрев на него, сверху вниз, я зло крикнула:

– Как у вас, у мужиков всё просто…Не помню, был пьяный, а в итоге пожалуйста – ребёнок. Ты в плюсе, Мурашов. Последние годы, вроде как в шутку, но заговаривал о наследнике. Господи, какая же я дура. А может быть, всё по-другому было? Вы с моей бывшей подругой, только и искали повод соединиться, и сейчас самое время, открыть правду. И, что ты мне прикажешь, теперь делать? Забыть, простить, принять…

Слёзы текли рекой не останавливаясь, как будто где-то открыли кран. Муж встал и напряжённо произнёс:

– Марина, что ты сейчас несёшь? Послушай себя. Я так же, как и ты, услышал это пять минут назад. Малыш…Пожалуйста, давай успокоимся и просто поговорим, как цивилизованные люди.

Я выставила вперёд руку и сделала шаг назад.

– Не подходи ко мне. Я больше не твой малыш. С завтрашнего дня, буду на больничном, а ты подумай, как всё это, объяснишь нашей дочери. Я ухожу и подаю на развод.

Он неотрывно смотрел на меня, глаза были полны растерянности и страха. Лицо казалось бледным, как бумага. Открыв рот, попытался что-то сказать, но слова не выходили. В этот момент мне безумно было жалко себя, его и нашу семью. Которая сейчас рушились, как карточный домик.

Развернулась, и шатаясь пошла в сторону выхода. Войдя в отделение, сразу направилась в сестринскую. Там я быстро переоделась и взяла сумку. Выскочив в коридор, игнорируя лифт, практически бегом спустилась по лестнице в фойе. Не отвечая на вопросы, и приветствия знакомых, выскочила на воздух.

Стремительно шагая к остановке через больничный парк, внезапно остановилась и села на ближайшую лавочку. Что теперь? В голове было пусто. Руки всё так же противно тряслись, и чтобы немного успокоиться, сделала три глубоких вдоха. Из сумки доносились непрерывные трели звонка. Непослушными пальцами, выудила телефон из недр и узрела на дисплее входящий от абонента «Любимый». С безразличием сбросила звонок, и тут же заблокировала номер. Зайдя в «недавние», судорожно вздохнув, набрала Кристину. Она тут же взяла трубку и взволнованно произнесла:

– Наконец-то, что у вас там? Я вся извелась…

Пытаясь сдерживать, рвущиеся наружу рыдания, я сглотнула внезапно подступившую к горлу тошноту и проскулила в трубку:

– Кристина. Пожалуйста…Помоги мне. Я сейчас наверно умру. Что же за день сегодня такой. Мой прекрасный муж, и Олька…Они…

Держа телефон возле уха, я положила ладонь себе на лоб и надрывно заплакала с новой силой.

На той стороне сперва воцарилась тишина, потом Кристина осторожно спросила:

– Что, Марин? Что они? Ты можешь мне вразумительно сказать, что именно произошло.

Я резко замолчала, и выдохнув, прошептала.

– Произошло, Крис. Шесть лет назад произошло. Оля сказала, что Ванька, сын Саши.

Тишина на той стороне сменилась матерными словами, немного подумав, Крис скомандовала.

– Так. Ты сейчас успокаиваешься как можешь. Идёшь в ту кафешку возле работы, где мы с тобой периодически сидели, и ждёшь меня. Слышишь? Просто, тупо ждёшь и ничего не предпринимаешь. Ты поняла? Жди. Я уже выбегаю.

– Хорошо, – ответила я и, нажав «отбой», побрела в сторону проспекта.

Всё вокруг казалось размытым. Я шла не разбирая дороги, глухо воспринимая шум вечернего города. Добравшись до кафе, я толкнула стеклянную дверь и, стараясь не привлекать к себе внимания, выбрала, самый дальний столик у окна. Села, уставилась на свои дрожащие пальцы. Подошла официантка, но я лишь покачала головой и сказала, что жду подругу. Хотелось, просто спрятаться от хаоса в моей жизни, и это место как нельзя лучше всего, сейчас подходило.

Вскоре входная дверь открылась, и внутрь вошла Кристина. Её взгляд моментально нашёл меня. Подойдя, она села рядом на стул и притянув меня к себе, обняла.

– Господи, Марина. Ты как себя чувствуешь? Такая бледная вся.

Я открыла рот, но не смогла сразу заговорить, снова нахлынули слёзы. Слегка отстранилась и молча подняла на неё опухшие глаза. Подруга не выдержала первой и начала задавать вопросы.

– Что это за бред? Я ничего не поняла.

– Оля сказала, что Ванька – сын Саши…Не Виталия. Саши. И это значит, что я шесть лет жила во лжи. Она, как змея, вползла в мою жизнь, семью и разрушила её в одно мгновение.

Кристина ошарашенно уставилась на меня.

– Да ладно⁈ Ты уверена, что это правда? А Саня, что говорит?

Пересказывая события сегодняшнего дня и вечера, я держалась из последних сил, чтобы не впасть в истерику. Голос сорвался, я сипела, натирая и без того распухший нос.

Подруга молчала, но в её глазах читался вихрь эмоций: злость, сочувствие, растерянность. Она шумно выдохнула, скрестила руки на груди и сказала:

– Так. Что теперь? Что ты собираешься делать?

Я обхватила голову руками и горько усмехнулась.

– Я сказала ему, что подаю на развод. Домой сегодня не пойду, я просто не могу физически сейчас с ним общаться. Завтра позвоню Соне, попрошу выписать больничный. Ты её знаешь, моя знакомая, врач-невролог. И, наверно, поеду к родителям. Хотя я сейчас в таком состоянии, что не смогу нормально разговаривать. Родители моментально всё поймут, а рассказывать всё ещё раз у меня просто нет сил.

Кристина потянулась ко мне и крепко обняла.

– Никуда ты не поедешь, у меня будешь пока. Я тебя одну не оставлю. Мы справимся, слышишь? А сейчас давай закажем тебе что-нибудь. Хоть чай. Ты же не ела давно, да?

Кивнув, я почувствовала, как опять задрожал подбородок, но решительно подавила очередные слёзы. Позволяя подруге позаботиться обо мне, в этот момент чувствовала, что жизнь, какой бы несправедливой она ни была, всё равно продолжается.

Достав из сумки косметичку, я выудила оттуда зеркало и хмуро уставилась на своё отражение.

– Да уж… Пойду я в уборную. Голова так разболелась. Умоюсь и хоть чуть-чуть попробую привести себя в порядок.

Крис кивнула и жестом попросила подойти официантку.

Когда я вернулась, более или менее посвежевшая, на столе стоял маленький чайник. На тарелках были разложены красивые пирожные и небольшие бутерброды.

Подруга налила мне чай и пододвинула сладости.

– Чтобы всё съела. Когда организм в стрессе, сладкое – самое лучшее лекарство.

Я кивнула и, не споря, откусила побольше крема с корзиночки. Кристина что-то сосредоточенно печатала в телефоне. Затем, хмыкнув, сказала:

– За нами сейчас Руслан приедет, отвезёт домой. Ты не против?

Посмотрев на неё, я встревоженно произнесла:

– Крис, я…Послушай, это как-то неудобно. У вас отношения, а тут я со своими проблемами.

– Не говори ерунды. Ты моя лучшая подруга, мы столько вместе прошли. Ели с одной тарелки, ты всегда меня поддерживала. Неужели ты считаешь, что я сейчас тебя брошу и буду думать о своих планах? Руслан прекрасно всё понимает, не отталкивай его помощь.

Я покачала головой и тяжело вздохнула.

– Хорошо, пусть будет так. Мне сейчас всё равно. Если ты считаешь, что это уместно, то я точно не против. Без тебя я сойду с ума.

– Вот и прекрасно…Кушай. У нас есть пятнадцать минут, потом поедем домой. Ляжешь, я тебе пять капель накапаю.

Я кивнула и молча продолжила есть. Сладкое действительно немного успокаивало. Кристина продолжала что-то писать в телефоне, а я просто наблюдала за другими посетителями.

Спустя десять минут перед кафе притормозила машина. Крис тут же вскочила, взяла меня за руку и потянула к выходу.

Руслан вышел из автомобиля и открыл для нас заднюю дверь.

– Привет, – мягко сказал он, окидывая меня внимательным взглядом.

Я поздоровалась и нырнула внутрь. Подруга что-то тихо ему сказала, что я не расслышала и расположилась рядом со мной.

В салоне царила спокойная, почти умиротворяющая атмосфера, пахло какими-то приятными мужскими запахами. Негромкая музыка из динамиков заполняла пространство. И только сейчас я поняла, что в машине мы не одни. С пассажирского сидения повернулся Амир и посмотрел на меня долгим взглядом.

– Здравствуй, Марина…

Сердце невольно забилось быстрее.

– Здравствуй.

Глава 31

Амир

Темнеющее небо окрасилось красным, словно расплавленный металл, растекающийся по краям горизонта. В воздухе пахло грозой, а вдалеке слышался гулкий раскат грома.

Майские дни всегда непредсказуемы в своих желаниях. И обещанная буря через мгновение может смениться душной влажностью.

Последние дни месяца выдались жаркими. Лето настойчиво вступало в свои права.

Рабочий день подходил к концу. Нестерпимо хотелось выйти из кабинета, сесть в машину и насладиться прохладой кондиционера. Мне ничто не мешало это сделать, но сорок минут назад позвонил Руслан и попросил его дождаться. Решив разобрать протоколы, я включил вентилятор и направил его на лицо.

Да уж…Московские коллеги очень старались и освободили для нас самый уютный кабинет, но он, конечно, сильно уступал моему в комфорте. Конечно, это не главное, прежде всего я ценил людей и попросил дать мне ребят, которые лучшие в своём деле.

Приоткрылась дверь. Кто-то стоял с той стороны и, взявшись за ручку, отвечал на приветствие проходящих оперов. Двери распахнулись шире, и зашёл улыбающийся Роман. Он был тем человеком, который сразу же вызывает доверие своей искренней улыбкой и открытым взглядом синих глаз. Этот хорошо сложенный брюнет был душой компании, настоящим балагуром и любимцем девушек. В любой компании, где он появлялся, сразу же раздавался смех и веселье. Но, несмотря на это, я уже понял, что человек он серьёзный, добрый, с обострённым чувством справедливости.

– Ты ещё тут? – спросил он, оглядывая кабинет.

– Жду Руслана, – ответил я, отложив в сторону папку.

Рома присел напротив, сложил руки на столе и, хмыкнув, пробурчал:

– Руслана все ждут…

Я только кивнул, не желая особо отвлекаться от бумаг. Вентилятор лениво гнал тёплый воздух, но с улицы уже потянуло свежестью.

– Ты чего хотел-то? – спросил я, взглянув на Ромку.

– Помнишь, говорили про официантку? Ну, сирота которая. – Парень посмотрел в блокнот и продолжил. – Руслан просил аккуратно за ней понаблюдать. Так вот, ничего такого я не заметил. Неделю за ней хожу. Дом, работа, университет, аптека… Пару раз терял её, когда спускалась в метро. Продукты доставляет один и тот же мужик, курьер, наверно. Никаких тусовок и поклонников, чем так увлекаются молодые девушки её возраста. А ведь она красивая девчонка. Такая нежная, чистая, правильная…

– Ром, ты отвлёкся, давай дальше по существу дела, – сказал я, обрывая его дифирамбы.

Ромка помотал головой и продолжил.

– Да. Что я хотел сказать? А… Кто у нас про всех всё знает? Правильно. Бабушки во дворе на лавочке. Короче, внедрился я в эту бабушачью «малину», накидал на себя пуха, а на них лепестков комплиментов. И пожалуйста. Теперь у меня собственная группа информаторов.

Я закрыл рукой глаза и затрясся от смеха. Всё-таки с ним невозможно оставаться серьёзным.

– Да не томи ты уже, вербовщик старушек. Дальше что?

Он подмигнул мне и продолжил, но уже с серьёзным видом.

– Девушка после смерти родителей очень сильно изменилась. Да это и понятно, пришлось резко повзрослеть. Тем более что её бабушка практически не встаёт с постели и не выходит из дома. Соседки сказали, что у неё диабет и давление. После трагедии так совсем плохая стала. Постоянно скорую вызывают. Я поинтересовался, есть ли молодой человек, но бабульки в один голос заявили, что Алина девушка серьёзная. Правда, одна из них, противная такая…Вдруг сказала, что к ней мужик приезжал несколько раз, и типа покатилась девка по наклонной дорожке. Со взрослым да богатым связалась.

Бабка эта нехорошим словом её называла и плевалась. На что другие стали утверждать, что это какой-то друг погибшего отца взялся их опекать. Будто так Алинина бабушка рассказывала.

Я задумчиво смотрел на Рому, и что-то в его рассказе меня настораживало. Детали начали складываться в какую-то странную картину. «Друг погибшего отца», курьер этот с доставкой продуктов…

– Стоп, подожди, – перебил я его. – Что из себя представляет курьер?

Ромка немного подумал и развёл руками.

– Да ну как сказать? Обыкновенный мужик, пожилой. Машина среднего класса, приезжал практически в одно и то же время. Но знаешь, я сейчас вспомнил, она когда выходила и брала сумки, он ей что-то так настойчиво и много говорил. Она только кивала. О чём может говорить курьер с покупателем? И почему один и тот же? Вдруг это не просто доставка продуктов?

Я кивнул, поглощённый своими мыслями.

– Ты сказал, что какой-то «друг отца» помогает ей. Так, а что с ним? Кто он, по-твоему?

Он ухмыльнулся, как будто ожидая такого вопроса.

– Я же тебе говорю, всё слишком чисто. Даже слишком. Вроде бы ничего особенного, а внутри что-то шевелится. Он её опекает, но я не уверен, что эта опека такая уж безвозмездная. Ты сам понимаешь, в таких делах всегда есть нюансы.

Делая пометки у себя в блокноте, я окинул парня взглядом и произнёс:

– Нужно поднажать. Ром, ты продолжай за ней наблюдать. И знаешь что? Может, тебе как-то ненавязчиво наладить с ней контакт? Только так, чтобы не спугнуть ненароком. Ну как там обычно бывает в сериалах? Помочь в чём-то, от хулиганов защитить. Ну в общем…Тебя учить – только портить. Ты же у нас актёр. Придумай какую-нибудь мужественную профессию и покори девушку. Только аккуратно, постарайся не засветить лицо. Вдруг придётся внедряться куда-то ещё.

Ромка тут же заулыбался и, дурачась, ответил:

– Точно… Я, как супергерой, спущусь с небес и спасу её от мерзкого злодея. Как человек-паук, подхвачу своей паутиной и унесу на крышу небоскрёба, где подарю все звёзды мира.

Он вскочил и начал делать движения руками, выпуская невидимые нити.

– Вжух, вжух…

Я покачал головой и рассмеялся.

– О, Аллах. С кем мне приходится работать. Взрослый мужчина, ведёшь себя как подросток. Ты там смотри аккуратно, не ровён час, ещё и влюбишься.

Рома тут же перестал размахивать руками и сделал серьёзное лицо.

– Да ну тебя, я по делу. Разберусь, что к чему. – Я только хмыкнул и вернулся к бумагам.

– Всё, иди давай…Руслану передам, что ты заходил.

Снова закрыв глаза рукой, я затрясся в безудержном смехе.

– И это…Лосины синие подтяни, супергерой, а то потеряешь, прыгая с крыши на крышу…

Укоризненно посмотрев на меня, Рома пошёл к двери, открыл её и, обернувшись, сказал:

– Эх…Товарищ подполковник, вам бы тоже иногда включать воображение. А то все бумаги да отчёты, жизнь-то мимо проходит. Он театрально вздохнул, хлопнул себя по груди и добавил:

– Ладно, пошёл я. Если что – сигнализируйте.

Я только отмахнулся, не скрывая улыбки. Да уж, этот Ромка…С ним, конечно, весело, но иной раз ведёт себя как мальчишка. Однако парень толковый, в нужный момент умеет собраться. Главное, чтобы не увлёкся своей ролью и не напортачил. Я выдохнул и провёл рукой по лицу. Работа была сложной, но иногда эти ребята превращали её в настоящий цирк, что помогало им отвлечься от тяжёлой действительности. Я снова взглянул на бумаги. Девушка Алина явно не была случайным звеном во всей этой истории. Кто она на самом деле? Жертва или игрок?

Я сделал ещё одну пометку и откинулся на спинку стула.

Опять открылась дверь, и уже вошёл Руслан. Подойдя к столу, налил себе в стакан воды, залпом выпил его и, глядя мне в глаза, произнёс:

– Кристина недавно звонила. Там у них такое происходит. Марина твоя с мужем разводится. Выяснилось, что ребёнок Ольги от этого доктора. Сама Оля неизлечимо больна, вот и призналась.

Я ошарашенно уставился на него.

– Ничего себе поворот событий…

– Сам в шоке от этой «Санты-Барбары». – Руслан покрутил в руке ключи от машины.

– Она сказала, что они сидят в кафе возле больницы. Марина плачет, у неё форменная истерика. Естественно, Кристина помчалась утешать подругу, а сейчас написала и попросила отвезти их к ней домой. Ты со мной?

Я вскочил и, запутавшись в проводах, споткнулся, торопливо стал натягивать ветровку.

– Конечно, ты ещё спрашиваешь…

Глава 32

Марина

Обойдя машину, Руслан сел за руль и включив поворотники, плавно вошёл в поток движения. Находясь в каком-то оцепенении, я неотрывно смотрела перед собой. Кристина, найдя мою руку, сжала её и нагнувшись прошептала на ухо.

– Клянусь, я не знала, что он не один.

Кивнув в ответ, я, тоже сжала её руку и отвернусь к окну. Ночной город сиял огнями, стремительно проносясь за окнами автомобиля.

Мужчины, что-то негромко обсуждали, периодически переходя на свой язык. Кристина кашлянула, и, протянув руку похлопала Руслана по плечу.

– Ребята, а вам не кажется, что разговаривать при нас, нужно на русском?

Руслан повернулся и сказал:

– Душа моя, некоторые определения, не переводится на ваш язык. Поверь. Ничего такого, что касается вас, мы не обсуждали. Решали рабочие вопросы. Прошу тебя…Впредь не нужно встревать в разговор мужчин. Когда ты станешь моей женой, тебе придётся соблюдать некоторые правила. Амир мой брат, поэтому сейчас это приемлемо, но не в других случаях. Любимая, давай об этом поговорим позже.

Кристина было, открыла рот и тут же его захлопнула. Наверное, фраза, «станешь моей женой», её вовремя остановила. Она откинулась на сиденье и ошеломлённо замолчала.

Я пребывала в каком-то шоке. Чтобы моя, острая на язык подружка, проглотила замечание от мужчины⁈ Это, я, не знаю, что должно произойти. В другой ситуации, она бы уже изошлась сарказмом, и выдала бы свою любимую фразу из анекдота. «Мне пофиг, с какой стороны у тебя тюбетейка».

Но Кристина открыла телефон и отрешённо перебирала посты в соцсетях.

Вот тебе, и, «молчи, женщина»…

Но с другой стороны. Мне понравилось, как Руслан с ней разговаривал.

Мягко с уважением, как разговаривают с любимым ребёнком, пытаясь донести до него истину.

Иностранные хиты сменяли друг друга. Мужчины, всё, также периодически переговаривались между собой. Вскоре мы упёрлись в шлагбаум, и Кристина, порывшись в сумочке, передала Руслану брелок с пультом управления.

Подъехав к подъезду, Руслан вытащил ключ из замка зажигания и отдал его Амиру. Потом, повернувшись назад, сказал Кристине:

– Пошли домой…Ребятам надо поговорить.

Кристина умоляюще посмотрела на меня, и открыла дверь автомобиля,

– Мариш. Я правда не знала. Если, что, звони. Поговорите, поднимайтесь…Чай попьём.

Они ушли, хлопнув дверями, а мы так и остались сидеть каждый на своём месте.

Амир вышел из автомобиля. Попинал колёса по кругу, и открыв дверь с моей стороны, протянул руку.

– Марина, пересаживайся вперёд.

Я молча приняла его помощь. Выйдя из автомобиля, я вдохнула в себя пряный аромат сирени, что источал огромный куст, возле подъезда. Перебравшись, на переднее сидение, я сняла обувь, и с удовольствием вытянула ноги.

– Посидим здесь, или поедем, где-то поужинаем? Ты голодная? – спросил Амир, заводя машину.

Я отрицательно покачала головой и сказала:

– В кафе, точно не хочу…Насиделась уже.

Амир кивнул и утвердительно заявил:

– Тогда поехали ко мне. Накормлю тебя мясом.

Я молчала…Во мне боролись два чувства. С одной стороны, я не хотела давать ему авансов, а с другой – на меня накатилось какое-то безразличие. Будь что будет.

Мы зашали в квартиру. Амир включил свет в прихожей и помог снять куртку. Потом он мягко усадил меня на обувницу. Присев у ног, бережно избавил от туфель. Эта неожиданная забота и прикосновения его пальцев к лодыжкам, вызвали бурю эмоций. В них присутствовала некая интимность. Как будто всё уже решено. Как ни странно, меня это не пугало, а наоборот будоражило.

– Иди не кухню, она слева по коридору. Я сейчас переоденусь и приду.

Я кивнула и, чувствуя лёгкую неуверенность, направилась в указанную сторону. Включив свет, огляделась. Кухня была просторной, но без излишеств: – тёмные фасады мебели, аккуратно расставленная посуда, на подоконнике несколько горшков с зеленью.

Подойдя к столу, опустилась на один из стульев и рассеянно провела ладонью по гладкой деревянной поверхности. В голове было пусто, и даже недавние переживания казались далёким, будто происходили с кем-то другим.

Минут через пять в дверном проёме появился Амир. Теперь он был в тёмных спортивных штанах и простой футболке, волосы слегка растрёпаны. Взгляд его был спокойным, но в нём читался интерес, смешанный с чем-то ещё – чем-то, что вызывало у меня лёгкую дрожь внутри.

– Уютно у тебя, – сказала я, чтобы хоть как-то разрядить обстановку.

– Рад, что тебе нравится, – улыбнулся он и, подойдя ближе, поставил на плиту сковороду.

– Сильно голодная? Если срочно нужно, что-то пожевать, сделаю бутерброд.

– Пока терплю, – усмехнулась я, наблюдая за тем, как он ловко управляется с продуктами.

Он достал из холодильника мясо, овощи, пару бутылок с какими-то соусами. Я смотрела на него, но в голове всё ещё звучал внутренний голос, тянувший в разные стороны. Остаться? Уйти? Оставить всё как есть и просто насладиться моментом?

– О чём задумалась? – спросил он не оборачиваясь.

Я помедлила, раздумывая, стоит ли говорить вслух, но вдруг сама не заметила, как произнесла:

– О тебе.

Он замер на мгновение, а потом, медленно повернув голову, взглянул мне прямо в глаза.

– И что обо мне думаешь?

Я прикусила губу, не зная, что ответить. Ведь даже сама до конца не понимала, готова ли я к тому, что неизбежно произойдёт.

Я вздохнула, и немного подумав, ответила:

– Пока, ещё не определилась. В моей размеренной жизни произошли необратимые изменения. И я не знаю, что мне теперь делать.

Амир сдвинул с доски мясо на сковородку, прикрыв всё крышкой. Налив сок в стакан, он придвинул его ко мне.

– Расскажешь, что произошло? Руслан мне вкратце объяснил, но хочу услышать, твою версию.

Несколько минут, я собиралась с мыслями, а потом выдала всё, что случилось за последнюю неделю.

Амир слушал не перебивая, а когда я закончила, спросил:

– Что собираешься делать?

Я на минуту зависла, а потом твёрдо произнесла:

– Буду разводиться. Всё, что имело ценность, в одно мгновение перечеркнуло, то, что произошло шесть лет назад. Я не знаю, что будет с Ольгой дальше, но эту ситуацию я не могу принять. Ощущение, что меня предали самые близкие, не отпускает.

Амир молча смотрел на меня. И в этот момент я была ему благодарна за тишину. Он кивнул, задумчиво постукивая пальцами по столешнице. В его взгляде не было осуждения или жалости. Только внимательность и что-то ещё.

– Ты уверена? – спокойно спросил он.

– Разве это не очевидно? – Я встретилась с ним глазами.

Он чуть заметно усмехнулся.

– Очевидно, что тебе больно. Очевидно, что ты злишься. Но это, не то, к чему можно вернуться, если вдруг покажется, что ошиблась.

Я сжала пальцы на стакане, в памяти всплыло недавнее откровение Ольги. Я шумно вздохнула, пытаясь погасить эмоции внутри.

– А если я не хочу возвращаться?

Амир внимательно смотрел на меня, словно пытаясь заглянуть глубже, чем я готова была позволить.

– Тогда просто скажи это вслух. Не мне, а себе.

Глубоко вдохнула, закрыла глаза и попыталась прислушаться к отголоскам мыслей. Могу ли я пожалеть о своём решении? Способна ли я простить и жить с мужем, принимая участие в том, что будет происходить дальше. Одна только мысль об этом привела меня в ужас.

Открыв глаза, я твёрдо произнесла:

– Я не хочу возвращаться.

Слова прозвучали громко, отрезвляюще. Я почувствовала, как в груди стало чуть легче.

– Ну вот, – спокойно сказал Амир.

Он повернулся к плите, добавляя специи в сковородку. Я молча наблюдала за ним, чувствуя странное, но приятное тепло внутри. Оттого что просто, позволив себе находится рядом, не испытывала чувства вины. В этом мужчине было что-то… стабильное. Спокойствие, которого мне так сейчас не хватало.

Он перевернул мясо на сковородке, по кухне разнёсся аппетитный аромат.

– Значит, ужинаем и обсуждаем планы на будущее? – спросил он с лёгкой улыбкой и подмигнул.

Я улыбнулась в ответ.

– Да, пожалуй.

Амир достал тарелки из высокого шкафа и, помыв овощи, взялся за нож. Решив немного помочь ему, я встала и подошла поближе.

– Давай я помогу тебе, а то как-то неудобно. Сижу и жду, когда меня покормят.

– И это правильно, ты гостья. Мне очень хочется произвести впечатление. На самом деле, я не очень хорошо готовлю. Только мясо мне удаётся фантастически. – сказал он, смеясь, передавая нож.

Быстро собрав на стол, он заварил ароматный чай.

– Я бы предложил тебе вина, но у нас его нет. Я вообще не употребляю. Очень редко бывает, когда Руслан соблазнит.

Я замотала головой, и горько усмехнувшись сказала:

– Как показывает практика, после алкоголя неожиданно появляются дети. Обойдёмся без него.

Амир положил мне в тарелку мясо и овощи, подвинув её ко мне ближе, произнёс:

– Дети – это прекрасно. Особенно когда они желанные. Но, давай не будем сейчас развивать эту тему. Ешь. Остынет, будет уже не то.

Я кивнула и отрезала кусочек мяса, вкус был действительно потрясающий. Незаметно для себя, с большим аппетитом опустошила тарелку. И придвинув к себе чашку с чаем, подняла глаза на Амира. Сложив руки на груди, он с улыбкой наблюдал за мной.

– Мне нравится, когда женщина ест, а не мучает себя листьями салата. Вкусно?

– Очень. Спасибо, оказывается, действительно очень проголодалась. – я улыбнулась и уже хотела собирать тарелки со стола. – Но посуду, я помою сама.

Амир качнул головой и легонько коснулся моей руки.

– Оставь, правда. В этой квартире есть посудомоечная машина. Тем более, ты гостья. Давай просто посидим в тишине, или посмотрим фильм. Сегодняшний вечер особенный для меня.

В кухне повисло молчание. Он смотрел на меня очень внимательно, и я почувствовала, как по коже побежали мурашки. Мы просто смотрели друг на друга, слушая тиканье часов. Амир встал и, подойдя ко мне, бережно приподнял со стула. Не отрывая взгляда, наклонился и коснулся моих губ своими.

Я затаила дыхание, чувствуя, как мир вокруг растворяется. Его губы были мягкими, тёплое прикосновение обжигало кожу. Поцелуй стал настойчивее, и я ответила, чувствуя, как сердце выпрыгивает из груди. Мои пальцы невольно скользнули по его запястью, ощущая биение пульса. Он крепче сжал мою талию, притягивая ближе, но не нарушая хрупкую, едва уловимую нежность момента. Амир медленно отстранился, заглядывая мне в глаза, словно ожидая моего согласия. Вместо слов я просто потянулась к нему, прижимаясь лбом к его груди. Молча взяв меня на руки, он прошёл в спальню и положил на кровать.

– Ты даже не представляешь, как я этого сильно хотел. Не могу поверить, что это не сон. – хрипло прошептал он, наклонившись надо мной, когда наши губы на мгновение разомкнулись.

Моё сердце пропустило удар. Слишком много чувств, слишком много недосказанности между нами. Но в этот момент ничего, кроме нас двоих, не имело значения.