![](/files/books/160/oblozhka-knigi-nizkiy-start-si-293219.jpg)
Текст книги "Низкий старт (СИ)"
Автор книги: Самат Сейтимбетов
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 29 страниц)
Глава 5
20 июня 2310 года. Городок Маганма.
Группа «Буревестник» сидела на берегу Бенгальского залива. Отчеты написаны, копии и оригинал добытого Спартаком, уехали в Рим, новое задание так и не поступило. Проще говоря, группа маялась бездельем, официально именуемым: «восстановление между заданиями». За прошедшие пять лет, бойцы научились ценить такие вот редкие моменты, потому что обычно сразу за заданием следовал «разбор полетов», потом тренировки и «исправление ошибок». Или новое задание. Или еще что-нибудь. Лев оказался большим умельцем на такие вещи.
Справедливости ради, следует заметить, что следующее задание генерал выдавал, предварительно все-таки убедившись в том, что группа восстановилась.
И тут целая неделя безделья!
Группа купалась в прозрачных водах Бенгальского залива, грелась на солнце, отъедалась и отсыпалась, благо представитель УСО в городке предоставил все условия. Но вот неделя прошла, и стало понятно, что дальше бездельничать просто стыдно. И группа собралась обсудить создавшееся положение, потому что ото Льва не поступало никаких указаний. Можно было, конечно, обратиться к тому же представителю УСО и потребовать в категорической форме, но никаких гарантий, что «Буревестник» послушают и выполнят, просто не было. Точнее говоря, гарантия была одна: их выслушают. И все. Подчинение группе, наверняка, не входило в список задач представителя.
– Предлагаю махнуть обратно на форпост, – наконец прервал общее молчание Спартак.
– А Лев? – лениво спросила Алина, обмахиваясь самодельным веером.
– А что Лев? Поставим в известность и махнем обратно.
– Нарушение приказа, вообще-то, – заметил Дюша, доставая сигареты. – Генерал приказал сидеть тут, до получения нового приказа.
– И когда этот приказ будет? Махнем на форпост и получим приказ вживую! Знаю я Льва, наверняка уткнулся носом в ту хрень, что я со Слуги снял, и теперь, пока не расшифрует все, не успокоится. И будем мы тут сидеть до самой зимы, покроемся ржавчиной и умрем от скуки и безделья!
– Можно местным подсобить. Все равно сидят у тварей под боком, – примиряюще добавил напарник Спартака, Влад.
– Ха! Приказ был – сидеть и ждать, не так ли?! – подпрыгнул Спартак. – Следовательно, помогая местным, мы все равно нарушаем приказ Льва! Так какая разница, насколько нарушать, если все равно нарушать? Махнем обратно на форпост, там веселее!
– Да ладно, Спартак, – выпустил колечко дыма Дюша, – признайся, что тебе охота снова своими моделями заняться, покрутить туда-сюда, в надежде, что уж теперь результат точно будет! Стопроцентный и все такое.
– Есть такое, врать не буду, – согласился Спартак. – Но ведь если бесконечно бегать по горам, лесам и джунглям, то кто будет заниматься моими моделями?
– Никто? – приподнял бровь Дюша.
– Точно! Никто не будет! И так они и сгинут, недоделанные. Польза от такого? Никакой. Поэтому надо доделать.
– Как Спартак начинает думать о Лизе, так становится малость косноязычным, – усмехнулся Влад. – Дались вам всем эти модели. Три, вру, четыре года прошло. Какое уж тут спасение?
– Никто и не говорит о спасении, – хладнокровно парировал Спартак. – Но найти обязан! Попутно, как любит говорить Лев, обтяпав еще пару дел. Ну, там, спасти девушку и целый мир, все, как у Прежних.
– Только это все равно не повод нарушать приказ. Если бы нарушая приказы, можно было бы спасти мир, то наш любимый лысый генерал первым бы нарушил все что можно и все что нельзя.
– Верно замечено, Влад, – одобрительно кивнул командир группы. – Спартак, я вообще не понимаю, что тебе мешает заниматься своим моделированием прямо здесь? Бумагу и карандаш мы тебе дадим, сиди и строй модельки, потом воплотишь расчеты в жизнь. Только не бухти про вдохновение от стен центра связи форпоста и прочую ерунду. Если дело только в этом, достанем тебе портрет Лизы во весь рост и работай.
– Да я уже все придумал! – огрызнулся Спартак. – При чем тут вдохновение? Расчеты делать! Теория есть, надо пробовать! Центр связи – ерунда, глубже смотреть надо!
– Глубже только кабинет Льва, – с самым невинным лицом заметил Дюша, но его шутку не поддержали.
– В общем, вы поняли, – подытожил Спартак. – Хватит прохлаждаться и загорать! Отдохнули, поели, поспали, вернемся на форпост – потренируемся. Лев, опять же, может чего ценного посоветует.
– Или загонит на пробежку до Иссык-Куля и обратно, потом скажет «плохо» и ушлет в какую-нибудь Австралию, – вздохнул Виталь. – Но все равно, на форпосте хорошо. Горы, куча сломанной техники, и тварей теперь очень мало.
– А людей слишком много, – добавил Дрон, намекая на обучаемое Львом пополнение. – И вряд ли он будет так рад нас видеть, что простит нарушение приказа.
– Может он вообще приказ «сидеть на месте» отдал, чтобы нас не видеть? – добавил Дюша. – А что? Лев же сам нас учил рассматривать все версии и ничего не принимать на веру! Хотя да, если бы мы ему смертельно надоели, он скорее бросил бы форпост и перебрался обратно в Рим.
– Чего он вообще сидит на форпосте? Сидел бы в Риме, в самых верхах? – спросил Дмитрич, зевая. – Там же цивилизация, куча всего, никаких тварей и гор.
– Может Льву как раз хочется тварей и гор? Или ему надоели эти самые верхи? Представляю, какой там гадючник, недаром Лев так умело всякие разные интриги и комбинации крутит. Иначе в верхах просто не выжить, – неожиданно выдал Дрон. – В общем, давайте просто поверим в силу Льва и никуда бежать не будем. Так все будет проще и безопаснее. Но, Влад верно заметил, надо сходить к местным и подсобить. Или хотя бы узнать, требуется ли им помощь. Засели тут, понимаешь, как гости из столицы, сидим, едим, пьем и ничего не делаем.
– Почему это ничего не делаем? – возмутился Дюша, но тут их прервали.
Как говорится «только вспомни про Льва, тут он и появится!» Генерал Слуцкий прислал сообщение, даже не сообщение, а категорический приказ. Немедленно бросить все, найти подходящий транспорт и плыть на остров Шри-Ланка. На острове отправиться в тамошнюю крепость и заняться тренировками. С полной самоотдачей и выкладкой. Исследовать остров, тренироваться, сил не жалеть и ждать подъезда пары матерых твареведов. После того, как эти товарищи опросят группу, будет выдан новый приказ и новое задание. Напоследок Лев ехидно прошелся, мол, вы там уже, скорее всего, закисли и рветесь обратно на форпост, вот теперь побегайте по Шри-Ланке, сбросьте пар.
– Интересно, до Шри-Ланки местные баржи ходят? – риторическим вопросом выразил общее настроение Дюша.
24 июня. Остров Шри-Ланка. Северное побережье.
Пляжи, огромные, бесконечные, дикие пляжи. Такое вот первое впечатление создавало побережье Шри-Ланки. Правда, присмотревшись, можно было обнаружить следы деятельности и людей, и тварей. Да и пляжи уже не так радовали глаз, ибо среди мусора внимательный взгляд заметил бы и опасных обитателей моря, выброшенных на берег, и растения, не слишком подходящие для отдыха. В общем, не зря говорили Прежние, что «первое впечатление – всегда обман».
– И что нам теперь, через весь остров топать? – проворчал Спартак, почесывая свежую лысину. Подстригся, пока плыли.
– Почему? – спросил Влад.
– Вот тут, – потряс Спартак ветхим и мелким справочником «Цейлон – жемчужина Индийского океана!», – пишут, что горы на юго-востоке. Мы же специализируемся на горах, не так ли? Правда, у них самая высокая вершина – как наш форпост, 2500 метров. Ну, чуть выше, но все равно мелко.
– Так крепость неподалеку, – заметил Дрон, разминая ноги, – а приказ был – двигаться именно в крепость. Но идея мне нравится, потом сбегаем до гор на юге.
– Так тут бежать неделю!
– Вот и замечательно, будет глубокая тренировка.
– Как будто в джунглях мало бегали, – продолжал ворчать Спартак.
– Мало, мало! Бегали бы больше, не пришлось бы в деревьях посреди реки две недели сидеть! Убежали бы и все! Так, все, хватит трепаться, еще сейчас твари прибегут в гости, вот будет весело!
– Насколько я помню, – немедленно подключился Дюша, – на острове нет тварей. Тех, что приходят в гости, регулярно зачищают и уничтожают. Люди удерживают остров еще со времен Первой Волны, и даже мост до материка не смог изменить этого факта.
– Какой еще мост? – удивились остальные.
– Да, какой еще мост? – добавил Спартак, потрясая ветхой книжицей. – Тут сказано, что это отмель, но не более. Тварям все равно несподручно добираться, тут в самом узком месте до материка полсотни километров.
– Во время Темных Лет природа подняла эту отмель обратно, попутно устроив хорошую тряску на несколько тысяч километров вокруг. Землетрясение тут было, что тут непонятного? – добавил Дюша. – Вот полоска суши до материка и поднялась. Вполне можно пройти, как мне рассказывали. Наверное, именно поэтому нас тут и высадили. И не проплыть, и крепость неподалеку. Будем искать?
– Будем искать, – кивнул Дрон. – Но не торопясь.
В переводе на обычный язык это означало, что группа будет двигаться вместе, не разделяясь. И без беготни по окрестностям. Просто медленное, но верное продвижение вдоль пляжа, с рассматриванием достопримечательностей и визуальными поисками людей. Или хотя бы следов людей. Что-то обязательно должно было попасться. Если люди удерживают остров уже 150 лет, и есть природный мост с материком, значит должны быть и какие-то укрепления, дозоры, гарнизоны. Уже потом, правда, выяснилось, что природный мост поднялся не везде, а местами так очень даже сильно углубился. И в самом узком месте все же оставалось километров 10, которые надо было плыть. Неподалеку там стоял дозорный бункер, в котором посменно дежурили наблюдатели, высматривающие: не плывут ли твари на остров? Это оказалось надежнее и дешевле, чем автоматические системы, выходящие из строя или попадающие под диверсии тварей.
Идти группе пришлось недолго, примерно с полчаса они топали на запад.
Местность на острове, согласно справочнику Спартака, была равнинная, горы исключительно на юго-востоке. Не слишком густые леса, кустарники, и прочие плантации – тоже в основном на юге. Здесь на севере острова ландшафт представлял собой практически голую равнину, лишь изредка прорезаемую оврагами. Редкие ручьи и группирующиеся вокруг них островки кустов. В меру безрадостное и унылое зрелище, как выразился Дюша.
Крепость, куда им надлежало прибыть, представляла собой скорее хаотичное нагромождение построек, стен, редутов, каких-то окопов и стен. Глаз терялся в мешанине и кривоизогнутости улиц, строений и дорог, ведущих к этому военному городку. Местным это не мешало, и тварям, почти наверняка, не мешало, а вот группа как-то растерялась, силясь понять, куда же двигаться? Тут их и «поймал» патруль, объезжавший окрестности. Точнее говоря, группу вели с самого момента высадки, а патруль лишь пришел на помощь. Трое патрульных, оказавшихся родственниками, были как один низкорослы, сильно загорелы и оптимистично смотрели в будущее. Во всяком случае, группе первым делом сообщили, что рады видеть дорогих гостей, которые, несомненно, внесут свой вклад в жизнь острова.
Бойцы группы мысленно заулыбались, сохраняя каменные лица.
Почему-то везде по миру считали, что «Буревестник» должен у них задержаться и внести свой вклад. Первые несколько раз командир группы, старший сержант Андрей Майтиев, еще пробовал что-то объяснять, но затем махнул рукой, смирился и перестал. Доходчивее всего это сформулировал Дюша, в перерыве между двумя затяжками: «Зачем тратить силы на объяснения, если все равно не поверят? Уедем после задания, и пускай страдают». Соответственно, ситуация на Шри-Ланке не выходила за пределы ранее виденного группой.
Нагромождения и завалы домов и строений, как выяснилось, оказались лишь данью традициям. Никакой значимой военной роли они не играли, ибо все сражения с тварями шли и идут на побережье, на природном мосту, но не в самой крепости. А крепость потому, что тут раньше было укрепление в средневековом стиле, с высокими каменными стенами и прочей атрибутикой. В Темные Года там вроде бы даже усиленно жили люди. Но землетрясение, изменившее рельеф природного моста, уничтожило эту самую крепость, оставив лишь название и горки камней. Стойкое, прижившееся название, до сих пор активно используемое.
Жилья в крепости или военном городке хватало, в свое время построили на вырост, перед Второй Волной.
Ветшать жилью не давали, следили, ремонтировали, и теперь группу заселили в крепкий одноэтажный дом на юго-западе городка. Жизнь потянулась своим чередом. Тренировки, исследование острова, обучение местных военных, по их же просьбе. Монотонная, скучная и необходимая рутина. Обучение взял на себя Дюша. Спартак пропадал над своими расчетами. Виталь копался в технике.
Каждый нашел себе занятие по душе (в дополнение к рутине), не стала исключением и лейтенант Кроликова. Она стала регулярно вытаскивать командира группы «на пробежки», по сути являющиеся завуалированной формой свидания. Остальные быстро поняли и не навязывались. Маршруты для бега составлять было просто. Беги к югу от крепости, там везде равнина, с редкими оврагами. Как устал, беги обратно. Во время бега особо не поговоришь, и Алина слишком поздно поняла эту свою ошибку. Могучий старший сержант не останавливался на привалы, а просто бежал, вначале туда, а потом обратно. Пришлось Алине брать все в свои руки, и тащить Дрона просто на прогулку, подальше от крепости и любопытных глаз и ушей.
Оставшись одни, Дрон и Алина еще некоторое время молчали.
– Ладно, не будем тянуть тварей за хвост, – пробасил командир группы. – Опять про любовь-морковь говорить будем?
– Ну что вы за дурни, все-то вам принизить и опошлить надо! – закричала Алина. – Обязательно пару пошлых шуточек, каких-то дурацких эпитетов, срифмовать любовь с каким-то овощем, лишь бы не разговаривать!
– Ну-ну, кричать не надо. Тут равнина, все далеко разносится и далеко слышно.
– А в горах слышно еще дальше, и что? – продолжала кричать Алина. – Что же теперь, молчать все время?
– Ох, ну вот опять, – вздохнул Дрон. – Ты же вроде поговорить хотела, так чего кричишь про молчание?
– Поговоришь тут, когда ты постоянно увиливаешь от разговора! – ткнула Алина пальцем в грудь старшего сержанта. – Да, да, увиливаешь!
– Мы и так все время вместе, чего тебе еще?
– Вместе, – фыркнула Алина. – Вместе! Вместе бегаем по горам и лесам, и убиваем тварей?! Это ты называешь вместе?!
– Конечно, – пожал плечами Дрон. – Мы все время вместе на заданиях. В таких условиях еще заводить семью?
– Да причем тут семья! – взвизгнула Алина. – Который раз разговариваем, и все одно да потому!
– Наверное, потому, что я нормальную семью хочу? – еще раз пожал плечами старший сержант. – Я знаю, что тебя и полевой романчик устроит.
– Хшшшш, – зашипела Алина. – Полевой романчик?
– Хорошо, хорошо, неверно выразился, – примиряюще выставил руки перед собой Дрон. – Любовь без отрыва от заданий устроит?
– Устроит!
– А меня нет. Повторяю это каждый раз, а ты все не хочешь поверить. Как ходить в бой, если за спиной любимый человек? В таких условиях оборону хорошо держать, а не в логово тварей соваться.
– Ох уж эта хваленая мужская логика! Ничего, однажды...
– Не будет этого однажды, пока мы ходим в одной группе, – спокойно возразил Андрей.
– То есть, как только тебя спишут из армии, так сразу можно?
– Да, но не раньше.
– Уже что-то, а то все отмалчивался да отнекивался, – улыбнулась Алина. – Еще какие-нибудь ограничения будут?
– Хорошо, – хмыкнул в ответ Дрон. – Как Сверхмозга убьем, так сразу, идет?
– Идет! Эй, да ты издеваешься!
– Нисколько. Ты хотела ограничивающих условий, вот они прозвучали. Что-то не устраивает?
– Нет, все устраивает, – процедила сквозь тесно сжатые зубы Алина. – Даже так не отвертишься! Сверхмозг будет нашим, Спартак работает над этим!
– И ты ему поможешь?
– Помогу, помогу, не отвертишься, – потерла руки лейтенант Кроликова. – Теперь уже не отвертишься.
Старший сержант Андрей Майтиев лишь пожал в ответ плечами. Если они убьют Сверхмозга, то можно и семью завести. Ну, или из армии спишут, тут уж и так все понятно. Вот только лейтенант Алина Кроликова все никак понимать и принимать такое не хотела. И продолжала с немного ненормальным упорством ломиться в закрытую дверь. «Надо будет проконсультироваться у кого-нибудь, что тут можно сделать», только и подумал Дрон.
Глава 6
28 июня 2310 года. Форпост 99. Кабинет Льва.
Генерал сидел за столом, отполированном до блеска. Мемуары, будь они неладны! И ведь никуда не денешься, приходится писать, признавал Лев. Передача опыта, обучение молодежи, изложение мыслей и взглядов. Ха! «Как будто никогда эти взгляды не излагал, в проектных записках и прочих бюрократических вещах?!», мысленно ворчал Лев. Порядок есть порядок, все писали и пишут мемуары, согласно директиве N 312 за подписью легендарного Эрика Краммера, но кто сказал, что Льву это нравилось?
Да, генерал любил упоминать мемуары, любил ссылаться, мол, пишу, но в реальности дела обстояли иначе.
В конечном итоге все сводилось к тому, что Льву при написании мемуаров казалось, будто он допишет таковые, и его тут же похоронят. Вроде как некролог себе пишет, или историю жизни, по окончании которой придет смерть. Умом генерал Слуцкий понимал всю абсурдность такого, но вот подсознательно никак себя перебороть не мог. Поэтому мемуары писались уже шестой год, и конца, и края этому занятию не предвиделось.
Слишком уж бурная военная жизнь выдалась у Льва, чтобы просто так взять и всю ее описать.
Конечно, при всяком удобном случае, Лев немедленно задвигал мемуары в ящик, по вышеуказанным причинам. Задвинув, мчался решать очередную проблему, и только после «робкого и деликатного покашливания», как любили писать Прежние, капитана Имангалиева, возвращался к воспоминаниям. Точнее говоря, к перенесению таковых на бумагу. Генерал неоднократно порывался просто наговорить воспоминания, но инструкция предписывала именно бумагу и запись. Асыл, в порядке решения проблемы, предложил как-то нанять секретаршу из гражданских. Она мол, и запись расшифрует, и все запишет, да и Льву будет приятнее излагать воспоминания в компании красивой девушки.
Увы, тут уже пришлось самому генералу возражать.
Слишком многое из его дел попадало под грифы секретности, и просто гражданскую пригласить никак не получилось бы. Даже после кучи подписок о неразглашении и прочем. УСО, испытывающее нехватку кадров, секретаря присылать не торопилось, вот и приходилось генералу корпеть, вздыхая и жалуясь на жизнь. Сам капитан Имангалиев заниматься мемуарами генерала наотрез отказался, замотивировав так, что, мол, не всегда понимает замыслы Льва, где уж понять воспоминания? «Перевру все, перепутаю и испорчу мемуары», наговаривал на себя Асыл.
Пришлось и тут Льву, вздыхая, отступить.
Конечно, Лев мог бы и приказать. Но он столько времени провел рядом с Асылом, столько раз они сражались и спасали друг другу жизни, что капитан воспринимался уже не как подчиненный. Скорее как сын, ну или племянник. Вот и не поворачивался у Льва язык отдать приказ. Тоже кстати, абсурдные психологические выверты, но Лев когда-то давно решил для себя: пусть лучше будут такие выверты, чем те, которые могут повлиять на боевые качества.
Вообще, генерал иногда поражался, насколько забавно и широко устроен человек.
Иногда же Лев просто приходил в ужас от той же самой человеческой широты.
С тоской, отодвинув от себя очередной лист, Лев начал привычно изыскивать причину не заниматься мемуарами. Потом звонко хлопнул по лысине. Точно! Сводка по Федерации, должна была вчера прийти! Если вдумчиво и не спеша прочитать, то до вечера никаких мемуаров. И плевать, что сводка приходит раз в месяц, это вдвойне повод перечитать ее и завтра!
С такими мыслями Лев отправился за сводкой.
Сводка представляла собой нечто среднее между информационными листками и экстренными выпусками газет Прежних. Рассылалась только руководителям и военачальникам высокого уровня. Просто короткие, скупые строчки, забитые цифрами, фактами и оценками. Вроде бы нет места слухам и домыслам. Но справедливости ради следует заметить, что сводки сами порождали оные слухи только так. Типовой сценарий выглядел так: вначале руководитель интерпретировал цифры и факты, добавлял своих мыслей и рассказывал нижестоящим. Те добавляли еще отсебятины, и так волной сверху вниз расходился слух. Достигнув широких масс, слух, как правило, уже не нес в себе никакой полезной информации.
Еще ходили слухи, что тех, кто рождает слухи на основе сводки, берут «на карандаш».
Затем делают пометку в личном деле. Затем закрывают продвижение наверх.
В общем, бред, да и только. Уж Лев-то точно это знал, ибо и был одним из авторов слуха. Специально запускали, дабы руководители и военачальники больше думали и меньше болтали. Вот таких точно брали «на карандаш», с целью дальнейшего продвижения и поощрения.
Взяв в руки два листа, Лев начал неспеша вчитываться.
Посевная площадь зерновых достигла значения 2249 года.
Восстановлена в полном объеме работа оружейного комплекса на Южном Урале.
Нефтяные шельфы Северного моря полностью истощены. Добыча прекращена.
Тысяча убитых тварей за сутки. Противостояние нарастает.
Темпы строительства нового жилья крайне низки. Строительные фонды истощены.
Фруктовые сады Крыма. Двадцать лет на восстановление.
Химические заводы Малой Азии усиливают выпуск витаминов.
Вспышка чумы в Южной Америке. Район блокирован 1-ой дивизией биозащиты.
Полностью завершена дезактивация районов, пострадавших в ходе операции «Огненное кольцо».
Население Новой Зеландии сокращается на 25 человек в сутки. Твари на подозрении.
Триста убитых китов в Тихом Океане. Китобойная флотилия продолжает заготовку продовольствия
.
Лев удовлетворенно похмыкал, посмаковал избранные моменты вроде «тысячи убитых тварей», и взялся перечитывать, размышляя над каждым пунктом. За этим занятием его и застал капитан Имангалиев. Конечно, Асыл все сразу понял – не первый год рядом с Львом! – и поэтому не стал ничего говорить, просто укоризненно посмотрел на генерала. Лев сразу проворчал.
– Посмотрим, как ты сам будешь писать мемуары!
– Да я не доживу, – как и в прошлые разы, беззаботно отмахнулся Асыл. – С моей-то жизнью, помру на тренировки или от бюрократической волокиты, лет через пять.
– Тоже самое я слышал и пять лет назад, – осклабился Лев. – А то и все десять. Да что там, это я слышу с тех самых пор, как ты стал моим помощником!
– Так, товарищ генерал, – кивнул Асыл, – вы же меня помощником затем и сделали, чтобы я за вас проводил тренировки и разводил бюрократию!
– Должны же быть у меня хоть какие-то привилегии, как у генерала. Да, да, я знаю, мемуары все равно писать надо, преемственность опыта и знаний вкупе с хитростью, ляляля тополя. Куда торопиться, пишу же потихоньку?
– И до какого года добрались? – вежливо поинтересовался Асыл.
– Закончил Десятилетие Отчаяния, то есть 2288 год.
Восточно-непроницаемое лицо Асыла слегка скривилось налево, а сгорбленные плечи подернулись вверх, что в переводе на обычный могло бы означать следующее. «Товарищ генерал, я вас очень уважаю, но как-то мало вы написали за шесть лет. Этак оставшиеся года будете еще шесть лет описывать. Вслух я вам этого не скажу, но обязательно выражу лицом и громко-громко подумаю».
– Эх, Асыл, Асыл, – преувеличенно громко вздохнул генерал, – молод ты и неопытен! Не знаешь проверенной еще Прежними истины: «Не торопись, а то успеешь!»
– Почему же, знаю, – как всегда вежливо отозвался капитан. – Только не понимаю, причем тут истина и ваше нежелание доделать скучную, но необходимую работу? Ведь других на такие занятия вы очень даже умело мотивировали? Группу «Буревестник», например.
– Эх, других-то оно завсегда легче, – еще раз вздохнул Лев. – Вот, например, недавно закончился разгром шпионской сети тварей в Риме, и знаешь, что я ощутил?
– Что?
– Ничего. Я придумал, но в жизнь воплощали другие. Осуществляли, бегали, дрались и умирали за мою идею. Как видишь, Асыл, других легче сподвигнуть. Если бы по замыслу мне пришлось бы самому что-то делать, еще бы сто раз подумал, браться или нет? А так, когда другие, оно завсегда легче. Может поэтому человека с древнейших времен так притягивает власть? Легче заставить других, чем делать самому? Что думаешь, Асыл?
– Думаю, что вы очень ловко увиливаете от темы мемуаров, товарищ генерал.
– Вот вечно ты, Асыл, так. Тебе о прекрасном, а ты о мемуарах! – немного досадливо заметил Лев.
– Вы же сами попросили меня об этом. Каждый день напоминать и заставлять.
– Да, да, попросил, даже, можно сказать, приказал, – отмахнулся генерал. – Трудно заставлять самого себя, гораздо легче заставлять окружающих. Что, уже говорил? Ну, извини, Асыл, старею. Проще отсюда крутить интриги в Риме, чем каждый день писать эти долбаные мемуары! И никакие уловки не помогут.
– Думаю, товарищ генерал, после того, как вы выговоритесь, станет легче, и напишете еще главу.
– Не исключено, не исключено, – задумчиво отозвался генерал. – Выговориться, говоришь? Ха, азы психологии не прошли мимо? Ладно, ладно, не отвечай, я же сам тебя обучал! Да, веселое было время.
– Да и сейчас не слишком скучное, – пожал плечами Асыл.
– Ну да, ну да, – покивал Лев. – Форпост восстановили по первоначальному образцу, стал еще лучше, чем был. Людей дали, оружия, средств – все для учебы и во имя учебы. Вот были бы Прежние, у нас тут все было бы еще и техникой завалено. Я, кажется, рассказывал уже о Прежних и технике?
– Раз десять, – немедленно отозвался Асыл.
– Значит, можешь особо не вслушиваться, кхех. Мне же надо выговориться?
Рассуждения Льва о технике Прежних, тварях и нынешнем состоянии дел.
Прежние, надо заметить, были очень избалованы техникой. Она за них разве что еду не жевала, и то, по отдельным упоминаниям, было и такое. Не массово, но было. Сейчас такого, конечно, уже не увидишь. И людей меньше, и техника не такая изощренная. Но зато работает, работает и работает, не требуя особого отдыха и ремонта. Опять же у Прежних с этим все было строго. Отработало три года или пять лет, извольте пожаловать на свалку. Таким подходом они уверенно копали себе могилу, ведь в космос так и не вышли, но ядерный апокалипсис успел раньше. Вот было бы «смешно», потрать Прежние все ресурсы, а потом устрой ядерную войну. Сражались бы сейчас против тварей копьями да мечами.
Точнее говоря, не сражались бы. Еще в Первую Волну твари бы победили.
Уже тогда они убедительно показали, что холодное оружие их не сильно берет. Конечно, луки/арбалеты, строй щитов, и прочие изыски тактической науки дали бы человечеству продержаться какое-то время. Но без огнестрельного оружия, это время было бы недолгим. Конечно, оппоненты обычно кивают на то, что можно перерабатывать остатки цивилизации Прежних. Ну, так, сколько тех остатков – это раз, и находятся они в самых загрязненных местах – это два. Вот и получается, что борьбе за ресурсы суждено было разгореться вновь. Раньше это делали Прежние, теперь люди грызутся с тварями.
Тут уже не до изысков в технике, важнее, чтобы работала всегда и везде!
Красота, изящество, смена техники раз в три года, и прочие извращения Прежних остались в прошлом. Вынужденно остались. Не исключено, что после победы над тварями, выхода в космос и освоения новых источников энергии вкупе с сырьем, расточительство Прежних снова расцветет пышным цветом. Не исключено, но, как и все прогнозы, этот тоже маловероятен. Как уже упоминалось неоднократно, твари спокойно обходятся без техники и уверенно загоняют человечество в могилу.
Но, как мы все знаем, уничтожать легче, чем строить.
Цивилизация Прежних – прекраснейший пример этого тезиса.
Тысячелетия человечество шло и шло вверх, развивалось, поднималось, усложнялось. И в результате напридумывали оружия, которым сами себя и уничтожили. Стоило ли оно того? Или просто люди не смогли направить свою воинственность на сражение с космосом? По факту, мы теперь уже этого не узнаем. Но! Если люди смогут задавить тварей, то урок Прежних, надеюсь, не даст нам снова уничтожить самих себя. Да и ядерного оружия с возможностью доставки в любой уголок планеты у нас уже нет. Понятно, что человек, если захочет, сможет все, но лучше бы это «захочет» относилось к космосу. Да, да, я как всегда забегаю вперед. И тварей вначале надо победить, и технику потом усложнить, ибо человечество – все-таки техноцивилизация, а не био, но если не ставить дальние цели, зачем тогда вообще жить?
1 июля 2310 года. Остров Шри-Ланка. В 30 километрах к югу от северной оконечности острова.
Посреди поросшей травой равнины двигались двое.
– Может, хватит уже? Идем, идем куда-то, – ворчал на ходу Спартак, потирая лысину.
– Да ладно тебе, Спартак, еще и не разогрелись толком, – отозвался Влад. – Еще столько же, и будет лесок. Поохотимся, отдохнем от остальных. И они от нас отдохнут.
– Это да, командир иногда бывает чересчур невыносим. С Дюшей на пару. Что на них находит?
– Как мне кажется, они забывают, что не все воюют с пеленок, – улыбнулся Влад и поправил винтовку за спиной.
– Да тьфу на них, – яростно сплюнул Спартак. – Не поедем на форпост, нас там злой Лев заругает. Вроде такие разные, эти Андреи, а посмотришь – ну чисто братья-близнецы, даром, что один большой, а другой маленький! Все чего-то ходят и нудят, тут тренируйся, там стреляй, того не делай, сюда не ходи, так не стой, тут не пей. Если бы Лев не уравнял нас всех в званиях…
– Кстати, все забываю спросить, зачем?
– Влад, ты меня пугаешь, – посмотрел на напарника Спартак. – Почти пять лет прошло, а ты только удосужился спросить? Боюсь представить, что было бы, иди речь о чем-то важном? Спросил бы лет через двадцать?
– Не исключено, – широко, открыто и дружелюбно как всегда улыбнулся Влад. – Но, скорее всего, спросил бы сразу. А тут вопрос был не слишком важный, вот и забывал. Вспоминал, потом забывал. И вот так раз двадцать или даже больше.
– В общем, уравнял он нас, чтобы мы на заданиях званиями не мерялись, – объяснил Спартак. – Чушь и детский лепет, конечно, но в тот момент прошло на ура. Потом прижилось и сейчас воспринимается, как само собой разумеющееся. Хотя, если бы мы не числились в УСО, давно бы нас за нарушение субординации и прочие дурацкие уставные штучки, посадили бы. Потом еще раз посадили бы. И еще раз.
– Да, да, я понял, – махнул Влад. – Остановись. Я понял, что мы сидели бы до скончания времен.
– А то и дольше. Какие-то у нас в группе собрались патологические несоблюдатели… начиная с самого генерала Слуцкого! – хохотнул Спартак.
– Да, не все выдумки Прежних одинаково полезны, – согласился Влад. – Хотя на их красивых девушек я бы посмотрел!