Текст книги "Последний Паладин. Том 17 (СИ)"

Автор книги: Роман Саваровский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 14

Лиса сделала еще один шаг назад. И еще один. Но после третьего уперлась в покрытую инеем деревянную стену. Мысли девушки путались, руки дрожали, а инстинкты трубили бежать. Поддавшись им, Лиса проскользнула вдоль стены и, нащупав ручку двери, дернула ее, но дверь не поддалась.

– Бесполезно, девочка, – со снисходительной улыбкой покачал головой Артемис, – это место соткано из поглощенных мной теней. Идеальная теневая тюрьма. Отсюда нет выхода. Просто отдай мне то, что принадлежит мне.

– И ты меня отпустишь? – усмехнулась Лиса.

– Твоя правда, – задумчиво потер он подбородок, – не отпущу. В таком случае, можешь сопротивляться. Хоть какое-то веселье будет.

С этими словами Артемис повел рукой и дверь за спиной Лисы распахнулась, впуская в и так промозглое помещение лютый уличный холод.

Однако Лиса даже не дернулась с места и вместо того, чтобы бежать, закрыла дверь, впившись в мужчину сосредоточенным взглядом. Темноволосой наконец удалось совладать с эмоциями и взять себя под контроль.

Сначала ее дестабилизировала ярость, потом аура этого мужчины, от которой стыла кровь в жилах, как у кролика перед драконом.

Неприятное ощущение.

Неприятное искусственно навязанное ощущение.

И чтобы понять это, принять, и успокоиться, у Лисы и ушли эти несколько десятков секунд.

– Упрямая, – уловив изменение на лице девушки хмыкнул Артемис и подойдя ближе, наклонился вперед, оказавшись с Лисой лицом к лицу, – знаешь, девочка, у тебя его глаза. Такие же высокомерные. Тот старик смотрел на меня также. Смотрел свысока, – придавшись воспоминаниям, вздохнул мужчина, чуть отстранившись, – искренне считал, что я неправ. Что я не достоин. Что созданный мной аспект мусор. А ведь я создал этих детей тени, – покосился Артемис на иссохшую герцогиню, – целые поколения отвергнутых Истинной Тенью одаренных, тем не менее способных эту Тень обуздать! Много ли одаренных могут похвастаться тем, что создали из ничего целый аспект? Много ли одаренных могут этот аспект раздавать?

– Что же ты тогда сидишь в этой ледяной халупе, раз такой крутой, – показала зубки Лиса, и попыталась отстраниться, но рука Артемиса остановила ее, вжав за горло к двери.

– Дерзкая, – сжимая пальцы на шее Лисы крепче, облизнулся Артемис, – но ничего. Я сломал старика, сломаю и тебя. Твой хваленый Маркус ничем не смог помочь ему, и тебе не сможет.

От услышанного Лиса вздрогнула.

– Он убьет тебя, – прошипела она сдавленным голосом.

– Ха! – чуть ослабил хватку Артемис, – я видел его текущий предел, девочка. Горстка ящериц его едва на тот свет не отправила. И это было там. Здесь же у него не будет никаких шансов. Видишь ли, это место не подчиняется законам мироздания. Оно соткано из моих Теней, и законы этого мира пишу я. Все это место и есть моя Тень. Здесь не работает Тьма. Здесь нет места никаким Стихиям. Попади сюда, Маркус не сможет ничем управлять и окажется в вечной тюрьме, из которой нет выхода.

– Как оказался ты? – хмыкнула Лиса и заметила, как у Артемиса дернулась вена на лбу, – ты же не можешь отсюда выйти, не так ли? Вечный узник собственной тюрьмы.

– Не такой уж и вечный, раз ты принесла мне ключ, – оскалился он, и вытянул руку вперед, – а теперь отдай его мне.

– Иди на хер, – выплюнула Лиса, и хотела пнуть его по яйцам, но ноги намертво примерзли к гребаной ледяной двери, – Маркус не такой идиот, чтобы стать узником такой тупой тюрьмы.

– Посмотрим, – с придыханием расплылся в улыбке Артемис, и провел рукой Лисе по волосам, от чего ее передернуло, – посмотрим, как ты запоешь, когда каждой клеточкой своего юного тела осознаешь, с кем связалась. Когда полностью осознаешь, в какой ад тебя завело твое любопытство. Ведь я тебе не розоволосая подружка. Мне нет нужды тебя провоцировать, чтобы получить то, что я хочу, – улыбнулся он, и его свободная рука покрылась стихийным дымом, и там начала появляться широкая рукоять с навершием в виде ворона, – а просил я только из вежливости, – победоносно прошептал Артемис ей на ухо и отстранился.

К этому моменту рукоять с гардой его родной «Длани Сумрака» сформировалась окончательно, и стихийным дым постепенно начал возвращать лезвие.

Лису же пробила дрожь, а потом накрыла такая волна боли, которой она не испытывала никогда в жизни. От собственного крика ей заложило уши. Краем поплывшего в агонии зрения она заметила, что их Тени соприкоснулись и ее собственная Тень начала уменьшаться. А вместе с Тенью от нее уходил, словно сдираемая заживо кожа, стихийный дым.

Связь с одним из кинжалов она утратила окончательно через минуту, спустя которую ощутила, как ублюдок начал вытягивать из нее и второй.

– Ну нет… – прохрипела Лиса, сумев за эту минуту привыкнуть и частично обуздать боль, – хрен я тебе ее отдам… это мое… мое… МОЕ!!! – закричала она, впервые перекричав собственную боль.

Волевой всплеск разлетелся стихийной вспышкой. И эта вспышка на миг, лишь на короткий миг, убрала боль, но Лиса зацепилась. Всеми силами зацепилась за эту крошечный шанс.

Мое… мое… мое… мое… – как мантру бурчала Лиса, – МОЕ!!! – завопила она вновь, и на этот раз не только у себя в голове, но и Артемис ее услышал.

И от новой стихийной вспышке взбунтовавшейся девушки его слегка повело и оттолкнуло. Всего на несколько сантиметров, но этого хватило, чтобы Тени разъединились, а поглощение прекратилось.

Витающий в воздухе Стихийный Дым вернулся обратно и материализовался на поясе Лисы в виде одного кинжала, а озадаченный Артемис держал в руке лишь наполовину сформированную «Длань Сумрака».

– Интересно, – облизнулся Артемис, убирая недоделанный клинок в ножны на поясе и окинул взглядом Лису.

Девушка тяжело дышала. Кровь шла носом. Кровь шла из глаз. Кровь выступала из ушей и содранных в агонии ногтях. Но она была в сознании и взглядом хищной подранной кошки смотрела прямо на него.

– Хватило силенок сопротивляться, – уважительно кивнул Артемис, – Маркус хорошо тебя обучил. Но как я и сказал, девочка. Это бесполезно.

С этими словами мужчина сделал шаг вперед, а его Тень вновь начала приближаться, распахнув свою хищную пасть.

Лиса же с трудом стояла на ногах. Если бы ее ноги не примерзли, она бы уже давно упала, но она продолжала стоять и продолжала смотреть. Смотреть как этот мужчина идет прямо на нее. Девушка не была уверена, сможет ли она пережить вторую волну его влияния, но не моргая смотрела как он надвигается. Страшный. Ужасающий Паладин.

Паладин? – вдруг мелькнула спасительная мысль.

– Паладин… – прошептала она и тело вдруг стало таким легким, невесомым и свободным.

И ощутив это, Лиса и заметить не успела, как провалилась в собственную тень, а весь мир стал серым. Времени всматриваться в него получше не было, и Лиса просто сосредоточилась на себе. На том, как ее невесомое тело проваливается все глубже, глубже и глубже.

Да, над мирком Артемиса не властна Истинная Тень, но это не значит, что в нее нельзя зайти.

В итоге Лиса открыла глаза только тогда, когда опустилась так глубоко, как только смогла. И поняла, что это не совсем Истинная Тень. Это нечто иное. Обычно через мир Истинной Тени можно рассмотреть мир реальный, но тут его не было. Тут не было ни хижины, ни снега, ни северного леса. Лишь жидкая серость, в которую Лиса нырнула как в бассейн.

– Бесполезно, – раздался глухой голос откуда-то сверху.

Голос было едва слышно под слоями серой «воды», но он был там.

Лиса подняла взгляд вверх и увидела серые очертания хижины в нескольких десятках метров над собой. И к сожалению, это было единственным выходом, который она видела, а на дыхание в этом странном месте она тратила последние запасы энергии.

– Минут сорок, может больше, – прикинула на сколько Лиса сможет здесь спрятаться, но это было лучше, чем ничего.

– Признаю, интересный фокус, – раздался сверху сквозь толщи воды голос Артемиса, – но надолго ли тебя хватит?

И после этих слов сверху раздался «плеск воды». И в ее сером бассейне вдруг появились новые гости. Безликие тени ныряли за ней одна за одной. Видеть они тут не могли, а потому рыскали вслепую, пытаясь нащупать ее руками и вытянуть на поверхность.

Лиса же двигалась быстрее, и ей удавалось лавировать между ними, но теней становилось все больше и больше. А места все меньше и меньше. Но Лиса не сдавалась и упорно пыталась найти выход. Спустя пять минут она успела проверить три направления, но в каждом ее встречала непроходимая твердая стена без единой бреши.

И когда она уже начала терять надежду, впереди вдруг показался знакомый силуэт.

– Пушок? Ты жив! – обрадовалсь Лиса, и увернувшись от очередного слепого искателя, поплыла на образ своей Ищейки, которая скребла лапками в одну из «подводных» стен.

– Ты что-то нашел, дорогой? Покажи… – ментально прошептала девушка и ласково обхватила Ищейку.

Но как только она ее коснулась, теневой силуэт ее питомца резко подернулся и из его искаженных окровавленных уст раздалось:

– Попалась.

И ее мгновенно выдернуло на поверхность. Серый мир исчез, а Лиса, жадно хватая ртом воздух, осознала себя висящей в воздухе. Шею что-то сдавило. Ноги бессильно болтались, а перед глазами был Артемис, держащий ее на вытянутой руке.

– Перестань сопротивляться, девочка, и я сделаю это без боли, – улыбнулся он, и его холодные губы впились ей в шею.

Паралич окутал все тело. Боли правда не было, но конечности начали холодеть, а Лиса буквально чувствовала, как жизнь вытекает из нее.

Их Тени смешались в одну, а дымчатый кинжал на поясе начал испаряться. Сознание девушки повело. Лица множества страдающих женщин, таким же образом втянутых в тень этого чудовища, мелькали у нее перед глазами. Сотни, тысячи женщин.

И точно также как и они, Лиса не могла сопротивляться.

Утекала жизнь. Утекали способности. Веки стали тяжелыми. Девушку начало клонить в сон.

– Не спать, – вдруг раздался бодрящий голос.

Странный, ни на что не похожий каркающий голос.

Лиса распахнула глаза, и из последних сил оттолкнулась от впившегося ей в шею чудовища.

– Зря, зря, зря… – раздался голос Артемиса, в то время как Лиса спиной ударилась о спинку дивана и упала на пол.

С огромным трудом она подняла голову, готовясь уворачиваться, но Артемис к ней не шел. А просто покачал головой и подставил спину.

– Глупец, – подумала Лиса, и потянулась за дымчатым кинжалом, который еще ощущала у себя на поясе, но вот взять его не смогла. Рука предательски прошла сквозь него, как сквозь дым, и только сейчас девушка с ужасом осознала, что не чувствует своих сил.

Не чувствует Связи с миром Теней.

И только сейчас Лиса обратила внимание на свою Тень, из которой, словно кровь из раны, толчками вытекала энергия. И с каждым толчком ее Тень становилась все меньше и меньше. И все меньше и меньше ощущался контроль над дымчатым клинком.

Девушка попыталась закрыть брешь, но не могла. Силы не отзывались, и она просто наблюдала как из ее Тени вытекает все.

– Это конец, девочка, – раздался голос севшего рядом на диван с пирожком и чаем Артемиса, – твоя Связь с миром Теней нарушена. Даже Сумрак не смог залечить ранение этой техникой, и из его отрубленной лапы я выковал этот клинок, кивнул он на вновь начавший восстанавливаться артефакт на поясе.

– Хе, то есть ты сосался с вороном? – выплюнула булькающим смешком Лиса.

– Есть силы шутить? – цокнул языком Артемис, – но ничего, это ненадолго. Ты не умрешь, но не сможешь ни пошевелиться, ни говорить. Будешь лежать и чувствовать каково это лишится своей тени. Каково лишиться всего. Станешь жалкой парализованной оболочкой. Захочешь молить о смерти, но не сможешь. И даже если Маркус придет за тобой сюда, ничего не изменится. Как парализованная калека ты будешь ему не нужна. Ты не будешь нужна никому, – с наслаждением наблюдая как из девушки вытекают последние крупицы ее силы, констатировал Артемис.

– Ошибаешься, ублюдок, – вдруг раздался голос из пустоты, и перед вальяжно сидящим на диване Артемисом появился скрываемый плетением Истинной Тени мужской силуэт с желто-черными глазами без белков, – у нее всегда будем мы.

После чего в хижине, следом за появлением Мрака, вспышка за вспышкой, появилось еще восемь безымянных, которые обступили лежащую Лису в защитной формации, готовые биться за нее насмерть.

Глава 15

– Вот оно как, – одарив вниманием каждого гостя, усмехнулся Артемис и отложил свою еду, – простите, господа, на вас тут никто не накрывал.

– Не переживай, мы не ужинать пришли, – бросил ему в лицо подергивающийся дымкой Мрак, – уберем мусор по-быстрому, и уйдем.

– Охо-хо-хо, – расплылся белоснежной улыбкой Артемис, – мне нравится твой взгляд, парень! В нем есть сила! Страсть! – покачивая указательным пальцем, похвалил он, – но кое-чего в этом взгляде все же не хватает…

И с этими словами, без какого-либо движения рукой, тень Артемиса выстрелила в сторону, и ближайшего безымянного разорвало на куски.

– Ты труп, – прорычал Мрак и бросился в атаку.

Одновременно с ним сорвались с места и остальные безымянные. Идеально синхронно перестроили защитную формацию в атакующую, и обрушились на цель со всех сторон.

– Колль… Колль… – прошептала Лиса, слабо вытягивая руку в сторону разорванного на куски «брата».

– Все в порядке, сестренка, не переживай, – поспешил успокоить ее появившийся Кедр, и воспользовавшись суматохой, оттащил девушку за диван и принялся оказывать первую помощь.

А мгновением спустя, из тени Кедра вылез абсолютно невредимый Колль. Он потрепал девушку по голове, после чего, используя диван как прикрытие, скользнул в слепую зону противника и присоединился к бою.

Слабое сознание Лисы угасало, но она успела улыбнуться. Техника теневых уз, которую с такой одержимостью оттачивал у безымянных Колль, работала. Работала даже здесь. А значит пока жив хоть один, никто не умрет. Узы позволяли распределять урон на всех и восстанавливаться за счет теней друг друга. Затратно, но чрезвычайно эффективно. Только вот техника была сырой и не отработанной. По факту единственным разом, когда Колль применял ее в боевых условиях, был захват неприступной крепости на восточной границе.

Но то, что сработало против гарнизона восточников, против этого чудовища…

– Не сработает… – прошептала Лиса.

Ей очень хотелось сказать больше. Объяснить, что они не понимают с кем связались. Но сил не осталось, и вместо слов, изо рта девушки выплеснулась кровь.

– Так, сестренка, полегче, береги силы, – обеспокоенно выпалил Кедр, продолжая попытки стабилизировать ее состояние.

А по ту сторону дивана продолжалась битва. Слаженными и идеально синхронными действиями безымянные во главе с Мраком оттеснили Артемиса в угол хижины, осыпая его бесконечным градом ударов. Внутри стоял гул. От стихийных всплесков дробило стены, рвало крышу, било окна.

Все пространство гудело и искрилось от концентрации смертоносных техник.

Артемис был один. Тени окружили его как стая волков, и терзали, нападая снова, снова и снова. Безымянные распадались от ударов, но через мгновение появлялись снова и продолжали ожесточенную битву. Мужчина же пятился и отмахивался. Теснота собственной хижины играла против Артемиса, а бесконечные атаки шли со всех сторон.

Спереди, сзади, сверху, снизу, сбоку… отовсюду. Его били, кусали, резали, ломали, протыкали. Смертоносных техник влетало столько и со стольких сторон разом, что увернуться не получалось, а чтобы блокировать всех, банально не хватало конечностей.

Идеальный парадный костюм порвало. Лишь недавно обретенное тело обросло синяками и кровоподтеками. Только-только вернувшееся лицо обросло шрамами, а регенерация едва справлялась.

Не таким Артемис представлял себе возвращение в мир, но при этом он улыбался. Боль напоминала о том, что он обрел тело. Напоминала о том, что он теперь жив.

Мрак же действовал осторожнее, аккуратнее. В отличие от остальных, он бил точечно. Искал бреши и уязвимости. Изучал врага. Мрак прекрасно осознавал какой силы перед ним противник. Одного взгляда на Лису было достаточно, чтобы это понять. После того поединка с семистихийными еретиками, Мрак лучше прочих понимал на что на самом деле способна Лиса, и как опасен враг, так легко ее одолевший.

Мрак не питал никаких иллюзий и был максимально сосредоточен. Пожалуй, впервые в жизни его разум был чист и свободен. Свободен от голосов, от последствий ментального контроля, от чувств мести, от самокопаний и поиска силы. Все это сейчас не имело значения. Все это осталось в прошлом.

Важен был лишь момент здесь и сейчас. Как старший потомок падшего Рода Теней, он обязан защитить тех, кто остался. Обязан искупить свою вину. Ведь Мрак принес им столько боли. Принес столько вреда. Находясь так долго под ментальным контролем, Мрак накопил большой долг перед братьями, перед предками, перед Тенью.

И сейчас ему выпал шанс искупить это.

Шанс отплатить.

И Мрак атаковал. Не упустил первую же возможность, когда ублюдок открылся. Дымчатый силуэт подернулся, и проявившись из теней прямо за спиной Артемиса, он вонзил черную иглу прямо в центр энергетических плетений врага. А оказавшись в теле, игла размножилась и взорвалась на сотню более мелких игл, которые осколками разлетелись по телу, венам и энергоканалам, разрывая Артемиса изнутри.

Его вены вздулись, глаза выпучились, самого Артемиса выгнуло, но он смеялся. Хохотал как безумец, и только Мрак собирался сделать шаг для следующей атаки, как его ухо обдало холодом, и он услышал:

– Слишком слабо.

Только сейчас Мрак осознал, что смех Артемиса тоже пропал, и он тут же распался дымкой, уходя от возможной атаки. А когда его дымчатый образ вновь собрался воедино, Мрак вдруг замер на месте, а его взору предстала жуткая картинка.

– Вот именно этого и не хватало твоему взгляду, парень. Ярости, – в полной тишине оскалился смотрящий прямо на него Артемис, чьи теневые отростки держали за горло всех, кто его атаковал.

Все пришедшие безымянные кроме Мрака и Кедра были подвешены и парализованы, а лицо абсолютно невредимого Артемиса с любопытством было обращено в сторону Мрака.

– По одному вас убивать бесполезно, но вот интересно, что будет, если я убью сразу семерых?

И не дожидаясь ответа, шеи всех схваченных безымянных синхронно хрустнули, а их тела распались на куски.

Наблюдающий за этим Мрак тут же схватился за голову. Вспышка посмертной боли, усиленная семикратно, накрыла сознание, но одновременно с этим из его тени вынырнуло семь невредимых безымянных, и тут же рассредоточились и синхронно начали окружать Артемиса.

Но тот на них не смотрел. Все внимание Артемиса было обращено на Мрака, и от столь пристального взгляда этого чудовища даже ему стало не по себе.

– Ты там долго еще будешь возиться? – прорычал Мрак.

– Мне ее отсюда не вывести, – отозвался Кедр, – ее связь с Древом разорвана…

– Так отдай ей свою! – выругался Мрак.

– Она этого не переживет! Ее связь с миром Теней тоже разорвана… – с легкой паникой в голосе выдал Кедр.

И только сейчас Мрак позволил себе глянуть самому, и он с ужасом увидел, что у девушки нет Тени. В таком состоянии ее может убить даже одна стихийная частичка, не говоря уже о том, чтобы пережить принудительный переход через Древо.

– Зря отвел взгляд, – раздалось в тот же миг у Мрака прямо за ухом.

В этот раз он не стал исчезать, а просто взорвался теневыми иглами. Тысяча игл разлетелась во все стороны, кроме той, где находилась Лиса. Синхронно атаковали и остальные безымянные, только и ждавшие команды.

В эту атаку они вложили все, что у них было. Вложили все, чему успели научиться. Ночь бесстрашно влилась внутрь бездонной тени врага, чтобы замедлить. Дом пошел в лобовую, нанеся серию контактных ударов. Колль взял на себя точечную координацию оставшихся, вместе с ними образововав теневой шквал по силе сопоставимый иглам Мрака, на которые он потратил практически весь свой запас. Даже Кедр, поняв, что вытащить Лису не получится, не остался в стороне и оплел врага теневыми ветвями в несколько оборотов.

Стихийное черное торнадо покрыло Артемиса с ног до головы, разорвав на кусочки его хижину и разметав ее осколки по окрестностям. Единственное, что осталось целым, это небольшой кусочек пола, на котором, за обломком чудом уцелевшего дивана лежала Лиса.

Безымянные же выстроились вокруг нее, глядя как медленно прекращает вращаться сотканное из дыма торнадо. И когда оно стихло окончательно, а весь дым рассеялся, то посреди стоял абсолютно невредимый Артемис и весело хлопал в ладоши.

– Надо отдать вам должное. Вы упорные. А ваш владение Истинной Тенью, мм, – словно попробовавший изысканное блюдо гурман, сморщился Артемис, – поистине впечатляет. Особенно твое, – с усмешкой вернул он взгляд на Мрака.

Все остальные безымянные напряглись, готовые защищать позиции и закрывать собой девушку от чудовища перед ними. Но «чудовище» с бездонной нечеловеческой Тенью не обращало на них никакого внимания.

– Это еще не все, козлина, – хмыкнул Мрак и сделал шаг, выступая чуть вперед.

– Конечно, конечно, – отмахнулся Артемис, – я вижу, что ты готов биться до конца. Готов достать из себя все, даже несмотря на то, что Истинная Тень пугает тебя до усрачки. Невероятно! Первый раз вижу такого теневика! Хорошенько же у тебя покопались светлые в мозгах! Как ты вообще еще крышей не поехал? Расскажи, каково это, когда собственная стихия вызывает у тебя животный ужас?

От этих слов Мрак вздрогнул, но самообладание сохранить удалось.

– А ты еще и их лидер, – засмеялся Артемис, – да Маркус должно быть в отчаянии, если решил отправить сюда таких, как ты.

– Ошибаешься, придурок. Маркус нас не посылал, – оскалился не собирающийся отступать Мрак, – я сам вызвался. Каждый из нас.

– Тогда ты еще тупее, чем я думал. Каждый из вас, – холодно произнес Артемис, после чего, всем своим видом показывая, что потерял к дальнейшим играм всякий интерес, взмахнул рукой.

И в тот же момент, его нечеловеческая бездонная Тень выстрелила девятью отростками, которые словно щупальца впились в Тени каждого из присутствующих.

На этот раз Артемис поймал всех. Мрака охватил леденящий душу паралич. Ни пошевелиться. Ни крикнуть. Ничего. Парализовало тело. Парализовало энергию. Даже тени и те, оказались парализованы.

– Даже эта глупая девчонка понимала, что здесь со мной сражаться бесполезно, – окинув победоносным взглядом кучку парализованных теневиков, произнес Артемис, – Все, что здесь находится, принадлежит мне. Все это пространство и есть я. И вы мне надоели.

С этими словами он сжал кулак, и с хрустом ломающейся шеи, жизнь поочередно ушла из каждого безымянного. Артемис убивал их безжалостно. Ломая саму Тень. Самый жестокий и болезненный способ для каждого теневика. При этом сам Артемис смотрел только на Мрака. Смотрел в его глаза, все больше наливающиеся ненавистью и яростью с каждым хрустом.

И когда умер последний из безымянных, Мрак с ужасом осознал, что все их искалеченные Тени теперь находятся у него. Что даже после смерти самым жестоким для теневика способом и безысходность ситуации, они вернулись к нему. Проигнорировали путь отхода через канал Древа, который они заготовили на экстренный случай.

Каждый из них имел шанс уйти отсюда. Артемис убил их практически одновременно. Они бы смогли… успели бы уйти до того, как он заметит. Но они не ушли. Они выбрали остаться. Выбрали вверить свою судьбу в его руки. Даже сейчас.

– Идиоты, – прорычал про себя Мрак, глядя как к нему медленно приближается Артемис.

Ведь из его парализованной Тени они не могли выйти. И его смерть ознаменует смерть всех остальных. Сломают его и все будет кончено. Все их мечты, стремления, желания. Все передалось и крутилось в голове Мрака. Все они через глаза Мрака смотрели на идущее на них существо невероятной силы.

Словно бы в желудке чудовища, они изначально играли по его правилам. Вынуждены были биться на его территории. В итоге чудовище их победило и сейчас готовилось переварить.

Однако, они пришли сюда не биться. Ощутив мысли всех безымянных в своей голове сейчас, Мрак смог успокоиться и вспомнить, что цель их прихода была другой.

Каждый из них осознавал свою слабость. Прекрасно осознавал, что не готов противостоять чудовищу, которое сейчас идет на них. Но никто из безымянных не сбежал.

Потому что они пришли сюда не биться. Они пришли сюда помочь биться той, кто на самом деле готова. Помочь сестре, в которую они все как один верят всем сердцем.

И с этими мыслями Мрак широко улыбнулся, и распался на кусочки дыма.

– Трусливый слабак, – брезгливо скривился Артемис, глядя как угасло сознание в глазах последнего оппонента, а его тело рассыпалось на кусочки.

Артемис был абсолютно уверен, что Мрак убил себя, ведь с парализованной Тенью это было буквально единственным, что он мог сделать. Только вот самоуверенный и самовлюбленный монстр даже не допустил мысли о том, что на самом деле был и другой способ обойти паралич.

Способ умереть телом, умереть душой, но не умереть Тенью.

Способ, который знал каждый безымянный с самого рождения.

Отказ от имени. Проклятая техника, убивающая душу, но оставляющая в живых Тень.

Странность Артемис заметил не сразу, а когда осознал, что схваченная им Тень Мрака ускользнула, было уже слишком поздно.

Ведомая сохранившимся внутри нее сознаниями безымянных, осиротевшая без хозяина Тень Мрака влилась в тело лежащей все это время без движения девушки.