Текст книги "Последний Паладин. Том 17 (СИ)"

Автор книги: Роман Саваровский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 6

Промозглый ветер бил по ушам. Непроглядная темнота застилала горизонт. Ноги по щиколотку утопали в снегу, но темноволосая девушка упрямо продолжала двигаться вперед.

Лиса уже давно потеряла счет времени, а потому с трудом могла сказать, какое сейчас на самом деле время суток. Из мира теней не видно солнца, тут нет часов, а внутренние чувства восприятия бесполезны.

На той глубине теневого мира, куда забралась Лиса, доверять можно только инстинктам и самой себе. Особенно важно доверять себе. Даже самая маленькая искорка сомнения может утопить тебя в этой серости навечно, но Лиса не испытывала ни страха, ни колебаний.

Тень ее дом, а дом не способен ей навредить.

Эту простую истину девушка твердо усвоила благодаря Маркусу, и это позволяло ей чувствовать себя спокойно в этом сотканном из бесконечного стихийного дыма мире.

Однако даже на такую глубину проникал гребаный промозглый ветер. Даже на такую глубину проникал холод и снег. Странный снег. Слишком белый. Слишком холодный. Слишком инородный.

Особенно в мире теней, но как бы Лиса ни пыталась его отсюда прогнать, у нее получалось. Стихийный дым просто пролетал сквозь эти бесконечные снежинки, никак их не трогая, из-за чего белый покров внутри мира теней накапливался и накапливался.

Лиса же ежилась от холода, терла задубевшие руки и безостановочно ругалась. От лютого холода не спасало ничего, но выбора у девушки было ровно два. Продолжать идти вперед, или сдаться.

А сдаваться Лиса не собиралась. Ни в коем случае. Ведь она первая ученица Маркуса! Именно она была первой, кто встала на его сторону! Первой, кого признал сам Маркус, взяв на обучение!

И как первая ученица Паладина Тьмы она никак не могла его подвести! И не могла себе позволить отстать еще больше! Сначала эта Виктория вырвалась вперед и стала Паладином… потом Октавия… теперь вот Берти нашел себе старика-учителя… а он вообще пытался убить Маркуса! Причем дважды!

С этой мыслью девушка слегка сбилась, осознав, что Виктория тоже пыталась убить Маркуса при первой встрече в отеле Форт-Хелла. А сколько раз пыталась Октавия и считать устанешь.

– Может, и мне надо было? Может в этом секрет? – всерьез задумалась Лиса, а потом вспомнила, что тоже дважды проникала Маркусу в покои с враждебными намерениями и радостно выдохнула.

Осознание единения с уже ставшими Паладинами одаренными, ей стало легче, но ненадолго. Ровно до того момента, пока рациональная часть не отбила все эти отвлекающие и бессмысленные рассуждения.

Лиса и сама не заметила, как начала трещать ее концентрация, а внимание заскакало. Крайне несвойственное состояние для темноволосой.

Гребаный холод. Он мешал думать. Сковывал не только движения, но и мысли. Замедлял ход энергии по телу и начинал давить на разум.

– И почему эта сука не сбежала на юг… к морю… – пробурчала Лиса, и стиснув стучащие от холода зубы, продолжила идти.

Компас-хомяк перестал крутиться несколько часов назад, и теперь Проглот, нахохлившись, как меховой бочонок, сидел на плече у девушки и направлением мордочки указывал куда идти. И Лиса шла.

Несмотря на смертельную усталость, холод и голод.

Собираясь в эту вылазку, Лиса намеревалась закончить поиски за пару часов, а потому прихватила с собой лишь самый минимум припасов. Стандартный дневной набор, который она всегда носила с собой в теневом кармане.

Запасы быстро закончились, но Лиса без труда пополнила их в Столице Западного Королевства. Круассаны, булочки, сладости. Темноволосая сделала акцент на вкусняшках и тырила то, что не купить в Империи. Интересненькое, вкусненькое и то, что помогало заесть стресс от затянувшегося поиска розовой.

И только сейчас Лиса поняла, что надо было взять еды про запас. Ведь в этих северных снежных пустошах не было совершенно нихрена кроме снега, льдов и холода. Ни поселений. Ни людей. Ни ягод. Ни грибов.

Ни даже животных. Лиса слишком любила зверюшек, а потому охоту рассматривала лишь в самом крайнем случае, но здесь вообще не было ничего живого!

В итоге у девушки замерзло буквально все, что могло замерзнуть, мысли путались от усталости и недосыпа, а от голода живот выворачивало наизнанку.

Уже не раз и не два, Лиса подумывала послать все к черту, но продолжала идти. Ведь цель рядом. Лиса чувствовала это, как хищник добычу, и ощущение близости цели придавало ей сил. К тому же запасы стихийной энергии у девушки были полны. Лиса очень бережно относилась к каждой имеющейся крупице, и тратить ее на утоление базовых потребностей считала нерациональной слабостью.

Ведь по возвращении Маркус будет ее оценивать, и она должна все сделать идеально. Должна доказать Маркусу, что она стала первой ученицей не по случайности, а по праву!

По той же причине Лиса отозвала всех своих зверьков, кроме Проглота. Максимальная экономия энергии. Максимальный уровень конспирации. Минимальный шанс засветиться.

Лиса очень серьезно относилась к условиям Маркуса, и хоть не была с ними до конца согласна, строго им следовала, ведь доверяла Маркусу даже больше, чем своим безымянным братьям и сестрам.

И в момент, когда она в очередной раз бросила взгляд на хомяка, чтобы сверить направление, Проглот вдруг резко указал налево. Лиса тут же остановилась и посмотрела в указанном направлении.

Из такой глубины мира теней было решительно невозможно что-либо рассмотреть, поэтому тяжело вздохнув, Лиса вынырнула в реальный мир. И там, сквозь ревущую метель и густой туман, между деревьями виднелся огонек.

Улыбнувшись, Лиса погладила трясущегося Проглота по шерстке, потом стряхнула с себя налипший снег и беззвучно поплыла по теням деревьев поближе.

И при ближайшем рассмотрении Лиса обнаружила одинокую хижину. Она была наполовину утоплена в снегу, сквозь промерзшее окно виднелся огонь камина. Робкий черный дым изрыгала каменная труба, а воздухе ощущался запах еды.

Не веря своему счастью, Лиса стерла проступившую от голода слюну и почесала пузико хомяку, шепнув при этом «молодец». После чего отозвала Проглота в мир теней. Компас ей больше не требовался.

Ведь в окне хижины мелькнули розовые волосы.

* * *

– Тц, ну конечно будут условия, – выдохнул Рихтер, – и какие же? Клятва верности? Право на первенца? Распустить канцелярию?

– Ты обнародуешь все тайные указы Бориса, – прервал я поток предположений Рихтера.

Тот сразу замолк и недоуменно уставился на меня, хлопая глазами. Такого ответа он точно не ожидал и всерьез задумался.

– С чего ты взял, что я их не уничтожил? – хмыкнул он, наконец, в ответ.

– Интуиция, – пожал я плечами.

– Интуиция, – усмехнулся Рихтер, – а если я их уничтожил, твое предложение отменяется?

– А ты считаешь, что предавший стремления предка наследник достоин править? – ответил я вопросом на вопрос.

– Нет, – неохотно ответил Рихтер и, устало прислонив голову к холодной стене, прошептал, – не уничтожил.

– Что? – сделал я вид, что не расслышал.

– Я их не уничтожил, – чуть громче повторил Рихтер и устало протер лицо, после чего вернул взгляд на меня и спросил, – а второе условие?

На этот раз обошлось без дурацких предположений, и он просто терпеливо ждал.

– Достойно править. Впрочем, это не столько условие, сколько напоминание. Ведь если ты сойдешь с вектора правления Бориса, она тебя покинет, – улыбнулся я.

– Она? – не сразу понял Рихтер.

– Сила Императора. Не та, что у тебя в крови, а ту, которой так гордится весь ваш Дворец. Ты ведь уже понял, откуда ваша заемная сила Дворца берет начало?

– Аргус, – кивнул тот.

– Верно, – как догадливого ученика, похвалил я, – и чем сильнее Аргус становится, тем сильнее будете вы. Однако, стоит тебе сойти пути и дать не тот приказ, и все, кто его исполняют потеряют силу.

Сказав это, я сделал небольшую паузу, чтобы Рихтер прочувствовал и осознал мои слова. Вспомнил свои чувства и эмоции, когда он смотрел на теряющих силу по его вине Инквизиторов. Осознал эту ответственность и расширил ее до масштабов всей Империи.

И судя по тому, что он побледнел и слегка осунулся, смысл моих слов до него дошел.

– Ты может и сохранишь свою силу, как потомок, – продолжил я, после чего абсолютно серьезным голосом добавил, – но ненадолго, поверь мне. Второй шанс я тебе давать не буду.

– Понял, – сглотнув ком в горле, кивнул Рихтер, – а Феликс?

– Что Феликс? – не понял я.

– Не будет ли он против… – осторожно произнес Рихтер, – он ведь тоже имеет права на трон.

– А вот это уже как-нибудь сами решайте, – отмахнулся я, – правда твой братишка на недельку будет вне зоны доступа, так что тебе придется подождать. Но не переживай, тебе будет чем заняться пока ждешь.

– И чем же? – подозрительно сощурился Рихтер.

– Доказывать, что я не зря дал тебе шанс, – произнес я и вынул из теневого кармана планшет, после чего, со словами «можешь начать с этого», протянул ему.

Рихтер осторожно принял планшет и бросил взгляд на открытый там документ. Сначала робкий, щурясь словно от яркого света, но потом вдруг впился в планшет двумя руками и начал внимательно изучать бегающими глазами.

– Это же… это же проект возрождения Ордена! – выпалил он, не отлипая от планшета, – но ведь Император его не закончил… этот указ даже в архивах Дворца существовал только в черновике и Император за всю жизнь так и не успел его закончить, а тут… тут он завершен! Откуда это у тебя⁈

– Восстановил, по памяти, – улыбнулся я, и назидательно хлопнув парня по плечу, поднялся на ноги и перевел взгляд на Камень.

Камень Великого Источника, который в этот самый момент закончил слияние с Кристаллом.

* * *

Горемыка сидел как иголках. Вернее, он совсем не сидел, потому что не мог. Вместо этого он наматывал круги по своему кабинету, ворчал и нервно скрежетал зубами. Каждый тяжелый шаг вояки высекал стихийные огненные искры, которые лишь чудом не подпалили заваленный бумагами кабинет военного Наместника.

Но пожарная безопасность было последним, о чем сейчас думал Горемыка. Ведь он знал. Он видел, как Рихтер зашел внутрь Дворца. Как выгнал всех наружу. Как спустился в лабиринты.

Спустился сначала на первый ярус… потом на второй… третий… четвертый…

После четвертого даже карта Маркуса перестала показывать местоположение Рихтера и его сигнал просто пропал.

Этот идиот спустился! Тоже спустился на пятый ярус!

– Сука! Идиот! Идиот! КАКОЙ ЖЕ ИДИОТ! – в сердцах выругался Горемыка и от бессилья ударил кулаком по столу.

Огнеупорный портальный металл столешницы жалобно хрустнул, но выдержал. От несдержанности Наместника там остался лишь черный след гари, который тот тут же, матерясь, стряхнул рукой на пол.

После чего Горемыка в очередной раз посмотрел на карту, словно там могло что-то измениться. Ни Маркуса. Ни Виктории. Ни Рихтера. Пятый ярус являлся слепой зоной, и что там происходит совершенно не понятно.

И эта неизвестность жутко нервировала и так неспокойного в последнее время старого вояку. И ладно бы только это, но ведь нет! Не только!

Вскоре после спуска Маркуса, все здание Дворца начало трясти. Сначала немножко, но сейчас эта дрожь ощущалась повсюду. Стены, пол и потолок безостановочно вибрировали, словно вот-вот развалятся на части. Вдобавок к этому сбоит Реестр, скорость обработки информации резко упала, а карта Маркуса зависла.

Может надо было пойти с ними? Вдруг там случилось что-то ужасное? Вдруг им нужна помощь? Вдруг надо объявлять эвакуацию⁈

От обилия возникающих в голове вопросов, Горемыка рвал на себе последние седые волосы и никак не мог успокоиться. Неведение убивало его. Да и люди на площади не расходились. Наоборот, только прибывали. Глядя в окно, казалось, что там уже собралась чуть ли не вся столица!

И военный Наместник понятия не имел, что им сказать! Ждать? Выйти и успокоить? Эвакуировать? Горемыка не знал, как ему правильно поступить и сам себя корил за нерешительность.

И ведь спросить не у кого! Маркус же никому нихрена не рассказал! А связи с пятого яруса у него нет ни с кем! Даже с Александрой! Горемыка лично ей звонил и убедился. Помощница Маркуса лишь развела руками и сказала довериться ему.

И Горемыка доверился, но легче ему от этого не становилось, и он продолжал нервно наворачивать круги по кабинету.

Как вдруг резко раздался звонок.

Военный Наместник пулей подскочил к телефону на столе, словно бы Маркус мог оттуда позвонить. И лишь увидев абонента, Горемыка замер. Ведь абонент был не один. И не два.

Сотни звонков пришли одновременно. И все они шли по тревожному каналу для экстренных случаев. Сглотнув ком в горле, военный Наместник взял себя в руки, окинул взглядом на мониторе сотни точек, пытаясь понять наиболее приоритетную.

На все ответить он физически не может, а звонки идут буквально отовсюду. С границ. С желтой зоны. С портальных постов. С командных пунктов. С Форт-Хелла.

Даже когда повреждение стелы парализовало Реестр в прошлый раз, звонков не было так много.

– Докладывай, – приоритетно вызов из центрального командного пункта, коротко бросил Горемыка.

– Порталы! Портал! – заголосили ему.

– Прорыв? – напрягся, но не удивился военный Наместник, и готовый реагировать, бросил взгляд на стратегическую карту, – Где⁈

– Нет, не прорыв! – неожиданно выпалил ему подчиненный в ответ, и только сейчас Горемыка осознал, что голос на том конце удивленный, но при этом какой-то спокойный.

– Не прорыв? – нахмурился Горемыка, – а что тогда⁈ Говори уже!

– Ну как вам сказать… – недоуменно отозвались в трубке, – Порталы они как бы это… исчезают.

– ИСЧЕЗАЮТ⁈ ТЫ ЧТО НЕСЕШЬ⁈ – полезли брови наверх у вояки, и прямо на его глазах, желтая зона на тактической карте вдруг начала уменьшаться.

Глава 7

В небе завывал протяжный ветер. Тяжелые кроны деревьев тряслись, перекрывая путь робким солнечным лучам. Несмотря на день, в густом Имперском лесу было темно и лишь голубое мерцание пелены Портала давало свет.

Холодный, угрожающий свет, частое мерцание которого не предвещало ничего хорошего.

А перед входом, спиной к Порталу стоял широкоплечий одаренный с короткой стрижкой и квадратной каменной челюстью. Опытный Страж второй категории с позывным Ковш был одним из пяти дежурных капитанов желтой зоны и с отрывом самым сильным из них.

Одно время возглавляемая Ковшом группа была конкурентом «Гекконам», но после трагичного случая в красной зоне его отряд потерял половину членов и распался, а сам Ковш после того случая месяц пролежал в коме, дотащив тела погибших товарищей на себе.

Месяц в коме. Полгода реабилитации. Должность дежурного капитана, в которой он за неделю снизил смертность Стражей в желтой зоне на тридцать процентов.

Словно бы искупая свою вину, Ковш без сна и отдыха тушит «пожары», выезжая на самые тяжелые случаи. Мало кто способен выдерживать его темп, из-за чего состав его дежурной группы постоянно меняется, но не меняется эффективность.

И вот сейчас десяток матерых опытных Стражей желтой зоны стояли перед Порталом «С+»-класса опасности и слушали инструктаж своего полевого командира.

– Итак, что делать знаем, – в заключение инструктажа поиграл желваками Ковш, – Зашли, зачистили тварей в ноль, вышли. Твари хрупкие, но берут числом и способностью летать. Упустим хоть одну и весь смысл нашего пребывания тут пойдет нахер. Эти летучие мыши плодятся как кролики, и даже одна особь на воле выкосит за ночь все деревни в округе! Поэтому закончить надо сегодня! Это понятно⁈ Минута на проверку снаряжения и выступаем!

– Есть! – отозвались стройным басом бойцы, после чего защелкали винтовки и зашуршали рюкзаки.

Однако уже через десять секунд звуки сборов вдруг резко стихли, а десять пар глаз недоуменно уставились на Ковша.

– Командир… – робко начал один из Стражей.

– Да⁈ – недовольно отвлекся от ритуальной обмотки кулаков счастливой лентой Ковш.

– Вы же сказали это Портал «С+» класса перед прорывом?

– Да. И? – начал закипать Ковш, уже готовый выгнать нахер прослушавшего инструктаж дилетанта.

– Но почему он… как бы того… исчез.

– Кто исчез? Ты че несешь, придурок⁈ – выпалил Ковш, схватив парня за грудки, и только сейчас заметил, что в лесу темно, а мерцающее голубое сияние пропало.

После чего опытный и всякого повидавший за свою жизнь Ковш резко обернулся и увидел, как еще несколько секунд назад предпрорывной Портал «С+»-класса опасности просто взял и самопроизвольно закрылся.

* * *

– Пошли, пошли, пошли! – завопил красноглазый мужик в боевой униформе и нашитой на груди золотой цифрой «1».

Командир первого дежурного отряда желтой зоны с позывным пепел был на взводе. Хаос в столице, сбои Реестра, неопределенность во власти. Все это дерьмо добавляло сложности в и так непростую работенку.

Первый дежурный отряд не просто так назывался первым. В нем состояли отборные Стражи желтой зоны. Специально отобранные универсалы. Элитный спецназ желтой зоны, попасть в который мечтал каждый уважающий себя Страж. Ведь помимо колоссальной нагрузки, это деньги, это слава, это уникальная возможность прокачать свои навыки.

Успешная служба в первой дежурке открывала все двери, и каждый Страж это знал. Но чтобы попасть сюда надо быть лучшим. А чтобы удержаться, надо находиться на пике формы. Дашь слабину, и тебя забракуют и заменят.

Идеальные. Молодые. Амбициозные.

Здесь собирали именно таких. В виду элитарности подразделения, оно на девяносто девять процентов состояло из знатных одаренных. Но не избалованных мальчиков и девочек, а из тех, кого с детства готовили быть сильными. Лучшие инструктора. Лучшие учителя. Лучшее снаряжение.

Практически все Князья проходили школу первого дежурного отряда и этот самый отряд сейчас высыпался из блестящего броневика на промозглую лесную землю.

– Рассредоточиться! Берем в кольцо! – разлетелись новые команды лысого командира отряда и лучшие в своем деле Стражи принялись исполнять.

Без лишних слов. Без лишних движений два десятка отборных клановых Стражей двигались по лесу, сжимая кольцо оцепления все уже и уже. Готовые к бою и яростному сопротивлению, они шли во всеоружии. Готовы были вступить в бой в любой момент, но ничего не происходило и за десять минут движения так никто и не попался им на пути.

Первым живым существом оказался зарывшийся в листья мужик.

Уже изрядно разозлившийся красноглазый командир подскочил к нему, признав в нем часового, и рывком вытащив его за шкирку, выпалил:

– ТЫ ЧЕ ОХРЕНЕЛ⁈

– Я… я… а… что… – залепетал мужик в имперской военной форме и когда его взгляд встретился с пылающими глазами Пепла тот вдруг замолк и сглотнул ком в горле.

– Кто ответственный⁈ Ты⁈

– Т-так точно… – проблеял подвешенный за шкирку вояка.

Несмотря на свой рост в 170 сантиметров, в руках этого длиннорукого гиганта он висел словно ребенок.

– Значит, это ты вызвал подмогу и доложил о прорыве⁈ Ты хоть понимаешь, что с тобой будет за ложный вызов первой дежурки⁈ Мы сюда три часа добирались! Сорвали с мест десяток Стражей на подмогу! А ВСЕ ПОТОМУ ЧТО ТЫ ЗАЯВИЛ О НЕУЧТЕННОМ ПРОРЫВЕ!!! И ГДЕ ОН⁈ ГДЕ⁈ – раскинул руками Пепел, – ПОКА МЫ ТУТ ПРОЧЕСЫВАЕМ ПУСТОЙ, МАТЬ ЕГО, ЛЕС, В ДРУГОМ МЕСТЕ УМИРАЮТ ЛЮДИ, КОТОРЫМ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НУЖНА ПОМОЩЬ! ТЫ ЭТО ПОНИМЕШЬ, БАРАН⁈

– Я… я… понимаю… но я не… не ложный донос… Я клянусь! – с трудом находил силы говорить под таким огненным давлением вояка, потирая опалившиеся от ауры огневика брови, – я сам видел! Зашедшая внутрь группа подала сигнал бедствия… я пошел внутри и видел своими глазами! Тварей были тысячи! ТЫСЯЧИ! ОНИ ВСЕХ УБИЛИ! ОНИ НЕСЛИСЬ К ВЫХОДУ! ОНИ… они… – полубезумно лепетал имперский Страж.

Плещущийся в глазах мужика ужас был настоящим. Пепел знал это, так как нарочно применил технику допроса. Некрасиво, но на его должности не до красоты и этикета. Прорыв заявленного уровня ситуация экстренная. Особенно учитывая, что произошел он в тылу желтой зоны и рядом с ключевыми узлами снабжения. Пропустить такой удар, значит парализовать всю систему обороны, а она и так трещит по швам.

Вздохнув, Пепел отпустил мужика и жестами раздал команды своим людям.

После чего кольцо вокруг Портала продолжило сужаться и через тридцать секунд элитный отряд из тридцати одаренных стоял и недоуменно смотрел на тусклую зеленоватую пелену самого обычного Портала «D»-класса.

И стоя перед ним самым первым, Пепел был готов поклясться, что еще несколько минут назад этот самый Портал имел класс опасности «B».

* * *

Разговор с Рихтером вышел… продуктивным.

Но еще более продуктивным оказалось возвращение Кристалла на свое место. Если честно, я не ожидал, что эффект будет таким быстрым. А он был не просто быстрым, а мгновенным.

Стоило нам подняться наверх, как нас встретил взбудораженный Горемыка. Он был рад, возбужден, напуган, озадачен… и все одновременно. Из его обрывистых эмоциональных речей стало понятно, что Аргус сразу нашел применение своему усилению.

Часть Порталов схлопнуло сразу. Часть снизили свой класс опасности. Часть снизили свою активность. Часть получили более подробную информацию о себе.

Все это произошло в желтой зоне, но одновременно. Разом человечество одержало тысячу микро-побед, но все вместе это вызвало эффект снежного кома. И Горемыка умело его возглавил, направляя высвобождающиеся от побед ресурсы на новые победы покрупнее.

В итоге к концу дня на территории Империи закрыли больше Порталов чем за весь прошедший месяц и это число только росло.

Рихтер же после нашего разговора вышел к народу и выступил с речью. Торжественную и пафосную, как он умеет. Но при этом лишенную конкретики. По сути, все его слова сводились к одной теме.

Желтой зоне и исторических успехах в сражении с тварями там. В общем, отвлек внимание, объявил праздник, еще раз напомнил, что побед можно добиться только всем вместе, и о том, что сегодняшний день войдет в историю.

Ни слова про Императора. Ни слова про «Миротворец». Эти темы он тактично обошел. Следом за ним выступил Горемыка. С более конкретной сводкой, обещанием, что все под контролем и еще парой фраз про переходный период и о том, что все под контролем. Далее был объявлен праздник, а по экранам у стелы пустили трансляции победных кадров с полей.

«Миротворец» же превратился в священное место. На него поглядывали как на диковинку, а лежащую перед открытыми воротам львицу приняли за вестника удачи и хороших новостей. Из-за чего на близлежащих к «Миротворцу» улицах образовались стихийные постаменты с подношениями и доски, куда горожане стали прикреплять свои желания.

В общем, город праздновал, жизнь в столице стабилизировалась, по крайней мере на ближайшую неделю, которую Рихтер совместно с Горемыкой объявил переходной, и анонсировал по ее истечении новую пресс-конференцию, пообещав ответить на все вопросы там.

Я же после всего этого сидел в своем кабинете, и глядя на закатывающееся солнце, потягивал кофе.

Лекса сидела напротив и сосредоточенно работала. Без Феликса работы у нее прибавилось знатно. И не только у нее. Члены Совета. Их советники. Канцелярия. Министерства. Все это сейчас перемешалось в одну межведомственную группу, которая пыталась собрать интересы всех воедино, все согласовать, соединить с проектом Ордена, учесть все указы покойного Императора, в том числе тайные, все это адаптировать и собрать в один базовый документ.

Понятия не имею как они это все собрались согласовывать и адаптировать за одну неделю, но ребята опытные, пусть занимаются.

Мне даже самому интересно, к чему они в итоге придут и не перегрызут ли друг друга.

Но не настолько интересно, чтобы влезать в это самому. Да меня и не просили. По крайней мере на этом этапе.

Поэтому я спокойно сидел, потягивал кофе и поглядывал на карту Реестра. Аргус хорошо разошелся, конечно. И даже мою сеть Древ использовал для переброски энергии. В этом помогло прямое подключение «Миротворца». Грубовато это все пока работало, но эффект был. И эффект мощный.

Желтая зона меньше чем за сутки съежилась на несколько километров, а средний уровень опасности Порталов впервые за все время наблюдений снизился.

И глядя на все это, я думал о том, чего может добиться один человек. Если Боря действительно придумал это все один, то он настоящий гений. Не будучи Паладином, оказать такое влияние на мир. С кучей живых еретиков. В окружении врагов.

Невероятно. В конечном итоге его устранили, но его наследие живет до сих пор. И не столько в проектах, сколько в людях. Особенно в людях.

Тот же Рихтер сохранил наследную печать. Хоть и спящую. А это значит, что Боря и сам обладал Стихийной Печатью. Получается, он был последним известным обладателем Стихийной Печати.

Или же нет?

И задумавшись об этом, я допил кофе залпом, после чего взял пиджак со стула и направился к выходу.

– Ты к ней? – остановил меня голос Лексы.

Звучал ее голос сосредоточенным и непривычно напряженным.

– Нет, – ответил я, чем вызвал ее облегченный вздох, но после этого я добавил, – пока… нет.

И вышел.

* * *

Лиса нервно расхаживала туда-сюда. Закусив губу, она ходила и думала. Думала и ходила. Это уже продолжалось несколько часов, и чем больше времени проходило, тем меньше она понимала, как поступить.

С одной стороны, Маркус дал четкие указания. Не вступать в контакт. Доложить.

С другой же стороны, эта странная стихийная метель разрушает все стихийные плетения и связи тут никакой нет. Реестр уже больше суток не работает, но проблема даже не в этом. А в том, что этот снег блокирует не только связь, но и техники перемещения.

Чтобы доложить Маркусу, ей придется уйти. Оставить эту суку без присмотра и уйти! Тогда, когда она ее с таким трудом нашла!

Лиса за эти несколько часов перепробовала уже все способы связаться с Маркусом отсюда, и остался лишь один вариант. Путь экстренного отхода. Он черпает энергию из мира Теней напрямую, поэтому сработать должен даже здесь, но минус в том, что это вернет ее прямиком к теневому Древу и одновременно израсходует все ее запасы энергии подчистую!

А это значит, что у Лисы не хватит сил сюда вернуться! И какой в этом тогда смысл⁈ Какой смысл докладывать Маркусу о том, что она нашла эту розовую суку, если она просто свалит отсюда?

К тому же Лиса не может даже сказать, где находится эта гребанная хижина! Карты не работают. Ориентиров нет. Даже теневая метка не ставится! Долбаный снег ее просто разрушает!

Осознав, что в очередной раз она начинает закипать, Лиса сделала глубокий вдох. Выдох.

Дыхание оставалось тяжелым, ручки сжаты от бессилия, а губы закушены до крови от досады. Но выхода не было.

Она дала слово Маркусу. И не могла его нарушить.

Поэтому Лиса последний раз осмотрелась, стараясь отпечатать в памяти все до мельчайших деталей. Хижину. Каждую снежинку. Каждую травинку. Запомнить это место так точно, как только может. После чего Лиса сделал глубокий вдох и рывком дернула экстренный теневой отход.

Ее тень мигнула и мгновенно засосала девушку в свои глубины. Мир окрасился в серый. Все это обволокло Лису с головы до ног. От ощущения падения захватывало дух, но вскоре это прекратилось.

Первым вернулось чувство поры под ногами. Вторым вернулось ощущение холода. Гребаный северный мороз не покидал тело даже здесь и ощутив его снова, девушка брезгливо поежилась и сделала шаг вперед.

И только сейчас, когда вернулись звуки вьюги и треска камина, Лиса заподозрила что что-то не так. Инстинктивно она мгновенно дернулась назад и одновременно попыталась нырнуть в Тень как можно глубже, но ничего не вышло и нечто незримое болезненным толчком выдавило ее вперед.

С трудом приземлившись на четыре лапы как кошка, дезориентированная Лиса открыла глаза и увидела ее.

Вайлет покачивалась на деревянном кресле и, сложив ручки под розовый плед, смотрела на Лису хищным нечеловеческим взглядом.