355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Роберт Стоун » Дорога смерти » Текст книги (страница 4)
Дорога смерти
  • Текст добавлен: 17 октября 2016, 02:25

Текст книги "Дорога смерти"


Автор книги: Роберт Стоун



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 25 страниц)

Минутой позже Марвик вернулся в комнату, и лицо его выглядело более бледным, чем обычно.

– Он исчез, – тихо произнес обычно неунывающий вор.

– Естественно, – ответил с койки Брент. – Он достаточно хорошо соображает, чтобы исчезнуть раньше, чем мы сдадим его в тюрьму за мошенничество.

– Нет, – возразил Марвик. – Я имел в виду, он действительно исчез. Когда я выскочил в коридор, он не мог опережать меня больше чем на шаг. Но он исчез. Совсем исчез, словно его и не было. Брент пожал плечами.

– Возможно, он спрятался в соседней комнате. Скорее всего, он сейчас изрядно веселится, подслушивая тебя.

– Я проверил ближайшие комнаты. – В голосе Марвика послышалась легкая обида. Брент вздохнул.

– Какая разница, куда он делся? Старый дурень явно не мог сказать нам ничего полезного.

Марвик опустился на стул возле койки, взгляд его выражал уверенность.

– Брент, «Сумеречный герб» – это название трактира, который открылся неподалеку семь или восемь лет назад. Там мы найдем нашу добычу.

Каррельян, прикусив нижнюю губу, погрузился в раздумья. Он мысленно вернулся к туманному образу, увиденному в зеркале: зловещая улыбка Хейна проявилась прямо под его рукой. Брент жаждал наложить на него руки, но гораздо более материальным образом. Он с готовностью воспользуется любой информацией, даже если она будет исходить из столь ненадежного источника, коим ему представляется Старый Сыч, и даже если это будет означать необходимость терпеть общество Марвика еще какое-то время. «К тому же, подумал Брент, глядя на поджарую фигуру старого приятеля, – мой партнер станет нелишним дополнением в схватке». Бренту может понадобиться напарник, который сможет заняться спутником Хейна, пока он сам разберется с убийцей.

Марвик улыбнулся, наблюдая за тем, как лицо Брента потемнело от злости. Он с легкостью мог прочесть любую мысль, появившуюся у того в голове. Вор удивился, что, как ни странно, после всех этих лет Брент настолько мало изменился.

– Итак, сегодня ночью в «Сумеречном гербе»? – Марвик решил прервать размышления Брента и протянул ему руку.

Бывший шпион медленно выдохнул, затем кивнул.

– Сегодня ночью, – медленно повторил он, старательно не замечая протянутой ему руки.

– По-прежнему партнеры? – произнес Марвик полувопросительно-полуутвердительно, упрямо не опуская руку.

Брент неохотно протянул свою для пожатия.

– Партнеры, – ответил он. – Пока.

Старые приятели, пробиравшиеся по темным улицам Белфара, похоже, находились в абсолютно разном настроении. Рыжеволосый, шедший впереди, всю дорогу весело и беспечно болтал на самые разнообразные темы, отдавая предпочтение триумфам и трагедиям местных спортивных команд. Его спутник, мрачно шагавший позади, не снимая руки с эфеса меча, не произнес ни слова. Он искренне недоумевал, как мог забыть о маниакальной страсти Марвика к спорту.

– Горцы вполне могут выиграть, – возбужденно объяснял Марвик. – Но их владелец…

Внезапно Брент встрепенулся, правда, к неудовольствию Марвика, причиной тому послужил отнюдь не его анализ ситуации, сложившейся в спорте, а потрепанная деревянная вывеска, болтавшаяся под тусклым газовым светильником. На ней виднелось схематичное изображение толстухи в переднике, приглашающе раскинувшей руки. Под неумелым рисунком неизвестный художник на удивление тщательно вывел слова: «Сумеречный герб».

Брент крепче схватился за рукоять меча и прибавил ходу, опередив Марвика на пару шагов.

– Брент? Куда ты?

Бывший шпион не удосужился ответить. Он просто ускорил шаг, еще больше обогнав Марвика. Рыжеволосый вор окинул его недовольным взглядом и перешел на бег, устремив глаза в небо. Городские колокола пока не пробили полночь, и, судя по положению луны, оставалось еще около пятнадцати минут до того момента, когда они возвестят о наступлении нового дня. Марвик понятия не имел, слова Старого Сыча были добрым советом или пророчеством, однако после того, как он собственными глазами видел, на что способен старик, ему совершенно не хотелось выяснять, к чему приведет излишняя торопливость, даже если речь шла всего о нескольких минутах.

Марвик догнал Брента, когда тот, хмурясь, пытался хоть что-нибудь разглядеть сквозь длинное грязное окно, занимавшее большую часть фасада трактира. Долгие годы приготовления пищи оставили на стекле слой жирной копоти, но прижавшись к окну носом, все еще можно было разобрать, что происходит внутри главного зала. Мужчины, компаниями и поодиночке, сидели вокруг столов, кое-кто заканчивал позднюю трапезу, но большая часть просто выпивала. Марвик внимательно осмотрел толпу, но не смог обнаружить среди них лысого. Эти двое, по всей видимости, затаились в одной из комнат верхнего этажа. Что ж, без особого труда можно подкупить трактирщика и узнать, в какой именно. А к этому времени и полночь пробьет…

– Я не вижу его, – начал Марвик, прищурившись от тусклого света сальных свечей. – Знаешь, им следовало бы обзавестись одной из твоих электрических ламп. – Марвик расхохотался над собственной идеей: это надо же, дорогущий генератор в жалком трактире! – Только подумай, Брент, если каждый в Лабиринте Блейка проведет электричество, ты станешь самым богатым человеком в Чалдисе. Представь, каково будет осветить эту чертову дыру…

Марвик услышал, что Брент резко выдохнул, и обернулся к старому другу. Лицо Брента исказилось от возбуждения, когда он, не мигая, уставился на что-то, располагавшееся в дальнем углу зала. Там, возле хлипкой двери, ведущей в заднюю комнату, появился лысый, он стоял, правой рукой слегка приобняв женщину, и большим пальцем небрежно поглаживал ее по груди. Мужчина смотрел на нее сверху вниз с выражением гурмана, изучающего кусок мяса на своей тарелке и размышляющего, достаточно ли хорошо, на его вкус, он приготовлен. Марвик вгляделся в жесткие черты лица незнакомца. Он узнал этот тип – классический хищник. Как правило, вор старался держаться от таких подальше.

В руках одного из посетителей была гитара. Он выбрал именно этот момент, чтобы начать играть. Хейн, воспользовавшись моментом, развернул женщину, прижал ее к себе весьма фривольным образом и принялся двигаться под музыку.

– Ублюдок танцует. – Брент разговаривал сам с собой, но Марвик тут же повернулся к нему. Он не совсем понял, почему именно танец вызвал у Брента подобную реакцию, но если его друг выглядел достаточно свирепым ранее, то теперь просто не находилось слов, чтобы описать его нынешнее состояние. Подбородок Брента дрожал, ноздри раздувались, на виске бешено пульсировала жилка. Он рванул кожаные завязки плаща и даже не заметил, как тот соскользнул с плеч прямо на землю.

– Брент, – взволнованно позвал Марвик, отчаянно надеясь, что проклятые часы вот-вот пробьют полночь. – Вспомни, Старый Сыч говорил… Но Брент его просто не слышал.

– Танцует, – пробормотал он сквозь зубы, словно это слово являлось ругательством. Каррельян выхватил меч и ринулся вперед. Почти сразу же он сообразил, что между ним и общей комнатой трактира находится грязное стекло.

– Брент! – протестующе закричал Марвик. – Ради всего святого, так нельзя!

Прежде чем с губ его сорвалось последнее слово, он рухнул на землю, прикрывая голову руками. Одним широким взмахом меча Брент вдребезги разнес оконное стекло. Осколки брызнули во все стороны, немало их вонзилось в несчастного Марвика.

– Теперь ты его видишь? – только и спросил Брент.

Хейн, безусловно, тоже увидел их. Некоторые посетители трактира нырнули под столы, спасаясь от града осколков, другие, столь же испуганные, вскочили на ноги. Хейн выпустил женщину из объятий и поднял глаза. Поприветствовав Брента коротким кивком, он отшвырнул женщину прочь. Слабый звон металла предварил появление меча.

Брент улыбнулся.

– Нет!

Спустя мгновение Брент осознал, что, хотя крик раздался сзади, голос принадлежал не Марвику. Он кинул взгляд через плечо и увидел два силуэта, выскользнувших из темного переулка и ринувшихся через улицу к трактиру. Оба были одеты в бесформенные, черные плащи, скрывавшие фигуры, маски и перчатки. Каждый держал короткий, легкий меч.

– Атаковать немедля! – крикнул первый, проносясь мимо Брента, одним прыжком пересек усыпанное битым стеклом пространство и приземлился в баре.

Услышав приказ, через кухню в зал ворвались еще две фигуры, одетые точно так же. Все четверо устремились к Хейну.

Новый поворот событий заставил убийцу еще шире улыбнуться. На миг Брент словно прирос к земле, изумленный тем, какой механизм он невольно привел в действие. Два раза взметнулась рука Хейна, две короткие вспышки – и два облаченных в черное незнакомца рухнули замертво, круглые лезвия воткнулись им в горло.

Еще двое бросились вниз по лестнице из верхних комнат, а третий возник из-за стойки бара. Брент понял, что в сложившейся ситуации он рискует упустить свой шанс лично прикончить Хейна. Бывший шпион ринулся в трактир, а в это время на верхней площадке лестницы возникла еще одна фигура – смуглый мужчина, не намного выше самого Брента. Каррельян узнал человека, который пытался нанять его несколько недель назад. Брент мог только догадываться, скольких неприятностей можно было бы избежать, прикончи он его тогда.

Безоружный Мадх стоял на лестнице, глядя на происходящее так, словно оно являлось всего лишь досадной помехой. Еще двое убийц в черном возникли из тени и ринулись на него. От первого он увернулся и точно рассчитанным ударом отправил его вниз с лестницы. Тот с грохотом приземлился, ломая кости и дерево. Следующий замахнулся, собираясь ударить Мадха в голову, однако, прежде чем он успел размахнуться в полную силу, индорец отступил всего на дюйм и развел руки, словно они собирались обняться. Для неизвестного в черном объятие оказалось последним в жизни. Мадх обхватил голову противника и одним мощным, резким движением свернул ему шею.

Тем временем Хейн выпускал кишки оставшимся трем убийцам с той же легкостью, с которой фермер забивает скот. В зале царила паника, посетители с воплями ломились к выходу, опрокидывая и ломая мебель. Но вырвавшись на улицу, они натолкнулись на новую группу одетых в черное убийц, не менее десятка, и многие растерянные горожане ринулись к задней двери, не зная, кого опасаться больше.

Хейн стоял среди трупов, ожидая следующей атаки. Он слизнул каплю крови с рассеченной губы и расхохотался. Затем сквозь возникшую в толпе брешь он поймал еще один взгляд Брента и отсалютовал окровавленным мечом.

– Сюда, Каррельян!

Брент в сопровождении Марвика, отстававшего всего на полшага, со всей возможной скоростью лавировал между перевернутыми столами и обезумевшими посетителями и в приглашении не нуждался.

Мадх, уже достигший первого этажа, быстро вычислил, что означает толпа нападавших, и бросил на Хейна злобный взгляд. Он помедлил мгновение, словно прикидывая, не покинуть ли уже ставшего ненужным наемника, но вместо этого наклонился и ударил кулаком в пол. Из трещины в половицах вырвался столб пламени и вмиг достиг стропил, образовав огненную стену, разделившую помещение пополам. Одного из одетых в черное незнакомцев, опередившего остальных, охватил огонь, и он с криком шарахнулся назад. Пламя моментально заплясало на стенах, обшитых деревянными панелями, начало лизать потолок. Марвик с Брентом резко затормозили перед огненной стеной, преодолеть которую было выше человеческих сил.

– Уходим, Брент! – заорал Марвик, перекрывая окружающий шум, и схватил друга за плечо. – Это место превратилось в трутницу!

Брент отшвырнул его прочь. Сквозь языки пламени он все еще видел расплывчатые, удаляющиеся фигуры Хейна и Мадха. Каррельян в отчаянии окинул взглядом комнату и обнаружил чудом уцелевший стол. Брент ринулся к нему, укрылся за прочной столешницей и гигантским прыжком преодолел огненную стену. Пламя опалило его, волосы затрещали, когда Брент тяжело рухнул на деревянный пол по ту сторону огненной реки. Одним махом бывший шпион вскочил на ноги, потратив не больше секунды, чтобы оторвать загоревшийся рукав.

Однако именно эта секунда оказалась решающей. Хейн и Мадх исчезли. В задней стене трактира, на том месте, где они только что были, Брент обнаружил лишь дыру, встретившую его ехидным оскалом. Щепки, оставшиеся от балок и досок, валялись вокруг, являясь достойной прелюдией к переполоху, поджидавшему снаружи.

Брент вскрикнул от ярости, выскочив сквозь пролом на улицу и попав в толпу, увеличивающуюся с каждой секундой. Пожар выгнал людей из ближайших зданий и привлек изможденных обитателей Лабиринта Блейка, желавших полюбоваться бесплатным представлением. В отдалении беспорядочно звонили пожарные колокола. Брент, изо всех сил работая локтями, пробивался сквозь перепуганную толпу, пристально приглядываясь к каждой лысой голове, маячившей в густой людской массе.

Спустя несколько минут появились пожарные и принялись поливать горящий трактир водой, которую при помощи магии качали из огромной, запряженной лошадью цистерны. Над пожарищем поднялись густые клубы дыма, закрывшие небо, так что улица освещалась лишь слабыми, мерцающими сполохами, отражавшимися от мокрых камней мостовой. Пожарные и перепуганные обыватели метались вокруг Брента, их лица в ночи, казалось, светились демоническим, красным светом.

В одном направлении на улице стояла цистерна. Кинув взгляд в другую сторону, Брент увидел в некотором отдалении огромную площадь. Припомнив свое детство, проведенное в Белфаре, он узнал площадь Ханин, от которой в разных направлениях разбегалось с десяток улиц. Случись ему спасаться от погони, он направился бы именно туда. Бывший шпион сломя голову устремился к площади, размахивая мечом, чтобы разогнать с дороги зевак. На полпути ему попалась неподвижная фигура, распростершаяся посреди мостовой: еще один одетый в черное убийца с рваной раной на горле.

Он был на правильном пути. Это открытие придало ему сил, и Брент прибавил ходу. Когда Каррельян завернул за угол и оказался на площади Ханин, ему показалось, что он почти летит, а спустя мгновение он и в самом деле полетел. Чья-то умело направленная нога высунулась из тени, поймав его на середине шага, и неудачливый преследователь распростерся на мостовой, тяжело приземлившись на правый локоть.

«Глупец, – подумал он. – Это тело было слишком очевидным знаком. Хейн заманил меня в ловушку…»

Он перекатился, мечтая только о том, как бы побыстрее вскочить на ноги, когда та же самая нога ударила Брента в челюсть, его голова резко откинулась назад. В следующую минуту он ощутил, как сильные пальцы сжали его запястья и вывернули руки за спину. Легкое покалывание проинформировало Брента о том, что к горлу не слишком нежно прижат нож.

К нему медленно возвращалась ясность зрения. То, что казалось черным пятном, превратилось в одетого в черное убийцу примерно его роста, сжимавшего длинный, узкий кинжал. Двое незнакомцев явно повыше связывали ему руки за спиной.

– Попробуй доказать, что мне не следует прикончить тебя прямо на месте.

Зрение вернулось, но мысли все еще находились в беспорядке. Он смутно осознавал, что голос ему знаком. Кто?..

Тонкая рука, затянутая в черную перчатку, услужливо сняла маску, доселе скрывавшую лицо, искаженное злобой лицо Елены Имбресс.

Брент застонал.

– Ты не убедил меня, проклятый ублюдок, – рявкнула Имбресс, чуть сильнее надавив на нож. – Ты хоть понимаешь, что наделал? Мы их накрыли! Еще час, и они захрапели бы в своих комнатах, превратившись в легкую добычу, но тут появился ты, сорвав все к чертовой матери.

Брент огляделся по сторонам, не найдя в себе сил вступать в дискуссию. Оба агента, державшие его за руки, были достаточно сильны и бдительны, чтобы дать ему шанс сбежать. К тому же не следовало забывать о такой мелочи, как нож Имбресс, прижатый к его горлу. Выругавшись, Брент понял, что ему придется принять участие в разговоре, чтобы получить возможность продолжить погоню.

– Мы их упустим, – резко объявил Брент. – Пока мы теряем время на препирательства…

– Мы их уже упустили, – выплюнула Имбресс – Едва достигнув площади, они испарились. У меня в этом районе двадцать агентов, они все еще ищут, но чтобы обыскать Лабиринт Блейка, требуется не менее тысячи.

– А это еще кто, интересно мне знать?

Все обернулись, услышав новый голос, и Брент обнаружил, что с трудом сдерживает улыбку, хотя кинжал все еще был крепко прижат к его горлу.

Из темноты выступил Марвик, сохранивший свою вечную озорную ухмылку, невзирая на покрытый сажей и копотью бархатный костюм. Его вопрос адресовался Имбресс, в чью сторону он небрежно махнул мечом.

– Похоже, мы не представлены, – произнес рыжеволосый вор. Затем, осознав, что наставил меч на женщину, он опустил оружие и слегка наклонил голову. «Экая милашка, – подумал Марвик. – Ее не портят даже свирепо сдвинутые брови и рыжие кудри». – Прошу простить мои манеры, – добавил он, подмигнув Елене, прежде чем вновь повернуться к Бренту. – Скрывать такую очаровательную знакомую в тайне от своего старого друга? Брент, ты меня поражаешь.

Брент прочистил горло – довольно деликатная операция, учитывая нож, прижатый к гортани.

– Марвик, это Елена Имбресс из министерства разведки.

Если бы не нож, который никто так и не удосужился убрать, следовало добавить: «Елена Имбресс, мое личное проклятие». В конечном итоге Брент понимал, что в эту заваруху его затянул Тейлор Эш, министр разведки, но именно Имбресс явилась тем оперативником, которого Эш выбрал в качестве кары для Брента, и она выполняла эту работу с рвением, значительно превосходящим обычное чувство долга. Именно Имбресс помогла впутать Брента в дело об убийствах бывших чалдианских министров, именно она стреляла в него с одной из крыш Прандиса, заставив его устремиться в погоню за Хейном; Имбресс лгала ему, манипулировала им, делала все, чтобы помешать ему узнать правду о Фразах. А теперь именно ее вмешательство послужило причиной того, что между Брентом и убийцей оказалось немалое расстояние. Покидая Прандис, бывший шпион утешался по крайней мере тем, что благополучно избавился от этой женщины.

Марвик галантно поклонился.

– У меня всегда вызывала восхищение та работа, которую министерство разведки ведет в Белфаре. Я читал немало весьма любопытных сообщений, отправляемых в столицу.

Имбресс слегка приподняла бровь, и на лице ее появилось выражение, служившее предвестником бури. Затем она повернулась к Бренту.

– Кем является ваш друг?

Брент закатил глаза. Они тут развлекаются светской болтовней, а Хейн в это время благополучно удирает.

– Марвик – мой бывший партнер в Белфаре.

Имбресс кивнула.

– А, юные убийцы.

– Вы несправедливы к нам. Мы, конечно, были весьма предприимчивыми юношами, – обиженно ответил Марвик, – но все же вряд ли заслужили подобную характеристику.

Брента начало трясти, и он несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки. Пока Имбресс совала нос не в свои дела, а Марвик флиртовал что свободно могло занять остаток ночи, – Хейн и Мадх оставляли позади милю за милей.

– Пустите! – взревел Брент. Марвик вновь улыбнулся.

– Я к тому и веду. – Он повернулся к оперативникам, державшим Брента за руки. – Несмотря на его занудливость, этот человек все еще дорог мне. Позвольте ему уйти, – предложил он миролюбиво.

– Ни в коем случае, – приказала Елена. – Мы еще далеко не все обсудили.

Марвик пожал плечами и вроде бы собрался уходить. Затем, развернувшись с невероятной скоростью, он выбил у Елены кинжал. С ловкостью танцора он завершил разворот, начатый вокруг Имбресс, и приставил острие меча к ее горлу.

Вор обезоруживающе улыбнулся.

– Как всегда говаривала мамаша, – заметил он, – не стоит торговаться с белкой, пока ее орех не окажется у тебя в кулаке. Ладно, попытаемся еще раз? Позвольте ему уйти.

– Нет! – рявкнула Имбресс.

Один из ее подчиненных коротко кивнул и ослабил хватку только затем, чтобы выхватить свой кинжал и приставить его к горлу Брента всего на дюйм ниже того места, где только что находился клинок Имбресс.

– Почему бы вам просто не поубивать друг друга, да и дело с концом? – вмешался хриплый и весьма раздраженный голос. – Похоже, вам всем это пойдет на пользу.

Марвику не потребовалось оборачиваться, чтобы узнать говорящего.

– Наконец-то решил получить свой гонорар, старик? Это не самый подходящий момент.

Старый Сыч появился на площади и решительно встал между двумя враждующими сторонами.

– Неподходящий? – переспросил он.

Марвик подумал, что лекарь весьма стар и выглядит старше своего возраста, каким бы он ни был. Целитель, облаченный в шутовской наряд, бессильно сгорбился, проклиная свою невезучесть.

– Нет, ну надо же! Давая вам столь точные указания, я и подумать не мог, что вы так безнадежно все испортите.

Тем временем Имбресс пристально вглядывалась в лицо старика, отчаянно желая, чтобы освещение на площади было более ярким.

– Я вас знаю, – осторожно произнесла она. И я тебя знаю, моя дорогая, ответил старик. – По крайней мере, я полагал, что знаю тебя достаточно хорошо, до того как ты выступила столь по-идиотски. В конце концов, я послал тебе ту записку в надежде, что, обладая необходимой информацией, ты будешь действовать более эффективно.

– Вы послали ту записку? – искренне изумилась Имбресс. Если бы только она могла рассмотреть его лицо…

Брент глупо ухмыльнулся.

– Значит, вы не сами нашли убийцу, не так ли? Старый Сыч окинул Брента пристальным взглядом.

– Как и ты, если соизволишь припомнить. А теперь, Марвик, отпусти Имбресс. А вы двое, отпустите Каррельяна.

Повисло напряженное молчание. Белфарский вор уставился на оперативников, а они на него, но никто не сдвинулся ни на дюйм.

Вдали городские колокола пробили полночь. Старик хрипло рассмеялся, если бы они действовали согласно его указаниям, к настоящему моменту все должно было завершиться. «Что ж, все и завершилось», – подумал он. Правда, не так, как ожидалось. Обладай он хоть малой толикой прежней силы, нужды в подобных манипуляциях не возникло бы…

– Я уже почти потерял терпение, – сварливо предупредил Старый Сыч. С каждым словом его голос звучал все более устало.

– Не соизволите ли объяснить, – начал Марвик, – почему мы должны вас слушаться?

– Возможно, потому, что я не так давно спас жизнь твоего друга. Возможно, потому, что без моей помощи никто из вас никогда не нашел бы Мадха с Хейном…

– Мадх? – прервала Имбресс. – Хейн? Который…

– Убийца – это Хейн, – пояснил старик. – Его наниматель – Мадх. Без моей помощи никто из вас не нашел бы их. И без моей помощи никто из вас не найдет их снова.

Даже сейчас он чувствовал, как эти двое удалялись. Вернее, он чувствовал, как удаляется камень, который, пусть и совсем недолго, соприкасался с его кожей две недели назад.

Лишь тишина, нарушаемая отдаленными криками пожарных, была ему ответом.

– Ладно, – наконец приказала Имбресс. – Отпустите его.

Марвик убрал свой меч, как только увидел, что Брент свободен.

Бывший шпион отступил от своих недавних стражей на пару шагов и провел пальцем по шее. На ней обнаружился порез, появившийся в тот момент, когда Марвик выбил у Имбресс кинжал.

– Ты сам чуть не убил меня, – ворчливо проговорил он.

– Оставалось либо рискнуть, либо просто стоять и смотреть, как тебя прикончат они, – пожал плечами Марвик. – А я подозреваю, что ты предпочел бы умереть от руки друга.

– Очень трогательно, – язвительно заметил Старый Сыч. – Но если вы не соизволили обратить внимания, придется напомнить, что у нас имеются гораздо более серьезные вопросы, касающиеся Мадха, которые следует обдумать.

– Где он? – настойчиво спросил Брент. Если ему хоть чуть-чуть повезет, сегодня ночью он получит второй шанс…

– На северной дороге, – просто ответил Старый Сыч.

– В этом нет смысла, – вмешалась Имбресс. – Он наверняка запаниковал и теперь рвется в Индор. Я уверена, Мадх выберет один из торговых путей, ведущих на запад. Проблема только в том, чтобы выяснить, который.

Старый Сыч окинул ее презрительным взглядом.

– Если хочешь, можешь отправляться на запад, но тебе будет нелегко оправдаться перед Тейлором Эшем за ошибку. – Он повернулся к Бренту. – Твоя коллега, похоже, твердо решила совершить путешествие по западным дорогам. Я предлагаю тебе ехать на север.

Брент нахмурился в нерешительности. Похоже, Старый Сыч действительно знал местонахождение Хейна, но сам по себе этот факт выглядел подозрительно. Кто, ради всего святого, этот человек? Он якобы совершенно случайно оказался поблизости, когда на Брента напал гомункулус, а теперь выясняется, что загадочный шарлатан вообще прекрасно осведомлен об их делах. Бывший шпион заподозрил, что сам Старый Сыч и был тем магом, который напустил на него гомункулуса, а затем «исцелил», чтобы войти в доверие. Не являлся ли намек на «Сумеречный герб» ловушкой, разрушенной появлением Имбресс? Нет, не складывалось…

– Я согласен с Имбресс, – осторожно сказал Брент. Услышав эту реплику, Елена скептически подняла бровь. – Зачем бы им ехать на север? Они не станут пересекать равнины без достаточных на то оснований.

Старик закатил глаза и пробормотал несколько слов на незнакомом Бренту языке.

– Основания более чем достаточные, – фыркнул он. – Благодаря вашей глупости Мадх теперь знает, что его преследуют. Имея за плечами вашу теплую компанию, он не рискнет лицом к лицу встретиться с чалдианской армией.

– Ему еще необходимо пересечь реку Цирран, – напомнила Имбресс. – Наши войска без конца патрулируют ее берега, к тому же чем дальше он будет двигаться по главным дорогам, тем медленнее у него это будет получаться. Заведомо провальный вариант.

Старый Сыч кивнул.

– Мадх рассуждает так же. И в одном вы правы: он угодит прямо в расположение войск… если решит пересечь Цирран на равнинах Чалдиса.

– Альтернативой является Улторн, – скептически заметил Марвик. Без сомнения, половина рассказов о лесе, наводненном привидениями, это чистой воды выдумка. Но даже если половина из них, правда… Марвик припомнил гомункулуса и решил, что даже если правдивой является только одна из этих историй, то ему в Улторне делать нечего. – Позвольте мне выбирать между армией и лесом, и я без колебаний отправлюсь на встречу с солдатами.

– Мадх не боится Улторна, – ответил Старый Сыч.

– Что ж, значит, его не нужно преследовать, – воскликнул Марвик. – Он сам найдет свою смерть. Полагаю, это значит, что мы можем пойти выпить, Брент.

Бывший шпион недовольно нахмурился. Чертов Марвик со своими вечными шуточками…

– Я перехвачу их до Улторна, – мрачно произнес он. – Так что смогу прикончить их сам.

– Тогда самое лучшее, что ты можешь сделать, это стоять здесь и болтать, – сварливо пробурчал Старый Сыч.

Пока продолжалась дискуссия, Елена незаметно придвинулась поближе к старику, надеясь разглядеть его получше. Она чувствовала, что знает его, но не могла сказать, откуда. И догадывалась, что видела его не в этой одежде. Они встречались давно… Наконец ей удалось взглянуть в глаза загадочному старику, и в мозгу вспыхнула искорка узнавания.

– Боже мой! – воскликнула она, наполовину яростно, наполовину изумленно. – Почему вы просто не прикончили его и не избавили нас от проблем?.

Старик улыбнулся.

– Дело в том, моя дорогая, что в нынешнем состоянии да еще промозглой ночью я скорее схвачу пневмонию, чем справлюсь с противником. Честно говоря, в настоящий момент я чувствую себя скорее Старым Сычом, нежели Таремом Селодом.

– Тарем Селод, – тихо, почти про себя повторил Брент. – Значит, вы пережили нападение убийцы…

– Едва-едва, – согласился человек, именовавший себя Старым Сычом. Он покачал седой головой, задумавшись над собственными словами. – Едва-едва. Но у меня нет времени на воспоминания. Как я и говорил, Мадх и Хейн едут на север. Очень важно перехватить их до того, как они достигнут Улторна. Добравшись до леса, Мадх станет гораздо более опасным. А Улторн достаточно опасен и сам по себе. Имбресс, ты должна ехать с Каррельяном и Марвиком…

– Она не поедет никуда, если в том направлении буду двигаться я… начал было Брент. Подумав, он добавил: – Как и Марвик. Слушай, старик, меня не интересует, кто ты есть, но позволь мне кое-что тебе объяснить. Я не работаю ни с кем, кроме… – Он резко замолчал, нахмурившись. – Я вообще ни с кем не работаю.

– Вот и объяснишь Карну, почему ты потерпел неудачу, – пожал плечами Тарем Селод. – Я не пророк. Мне ничего не известно о будущем, но я знаю вот что: никто из вас не в силах остановить Мадха и Хейна в одиночку.

Брент мрачно покосился на Имбресс, но промолчал.

– Я поеду с Каррельяном, – почти не дрогнувшим голосом сказала Елена. Но возьму с собой еще и Харнора с Лэцем, – добавила она, имея в виду двоих в масках, захвативших Каррельяна.

– Там, куда вы направляетесь, – предупредил Селод, – эти двое ничем не помогут. Можешь, конечно, проигнорировать мои слова, но тогда пеняй на себя.

– Они поедут, – повторила Имбресс решительно, ив ее тоне не было даже намека на возможность компромисса.

– Очень хорошо, – вздохнул Тарем Селод. – У нас нет времени на препирательства.

Старик отступил на несколько шагов в направлении разрушенного трактира. Его глаза на краткий миг встретились с глазами Брента. Взгляд мага излучал необыкновенный покой, и Каррельян почувствовал, что полностью погружается в его глубины. Волны умиротворения омыли душу Брента, и внезапно его ярость улеглась.

– Господин Каррельян, вас нельзя назвать глупцом, – произнес Тарем Селод. – Не следует сосредотачиваться только на Хейне. Что бы делал убийца, не направляй его Мадх? Именно Мадха вы должны поймать. Помните об этом.

Затем человек, о котором Брент привык думать как о Старом Сыче, растворился в ночи, а пятеро новых коллег остались на площади, обмениваясь друг с другом тяжелыми, недоверчивыми взглядами.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю