Текст книги "Наследник для миллионера (СИ)"

Автор книги: Рина Старкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Дожидаюсь её в своём кабинете на втором этаже, и чтобы скоротать время пересматриваю фотографии с Вероникой, сохранившиеся на моём телефоне. Любуюсь её искренней улыбкой и сияющими глазами, освещающими темноту в моём сердце.

– Привет, Стёпочка! – с бесцеремонной дерзостью на пороге появляется Эвелина.

Сияет бриллиантами и ослепительной улыбкой. Удивительно, как жизнь любит эту змею. Ещё совсем недавно она плакала и просила меня помочь ей с финансами после того, как посадили её "любимого" муженька, а сейчас снова зацвела и приоделась. И я уверен, что не заключённый Орлов спонсирует её красивую жизнь.

– Здравствуй, – коротко отзываюсь я, осматривая бывшую супругу с ног до головы.

– Повторим вчерашнюю ночь? – строит глазки и косит под дурочку.

Конечно, она же подсыпала мне что-то в алкоголь. И теперь на полном серьёзе думает, что я ничего не помню.

– Если честно, я ничего не помню, – вру.

Какую бы игру она не задумала, я на шаг впереди.

– Стёпа, ты вчера был бесподобен! У меня давно не было такого яркого секса! – выдаёт томным голосом и подходит ближе.

Актёр из меня плохой, и я это знаю. Стараюсь разыграть истинное потрясение, удаётся с трудом, но Эвелина верит. Она ни чуть не сомневается в своём плане, который каким-то чудным образом смог созреть в её красивой рыжеволосой головке.

Не удивлюсь, если она лишь пешка в чьих то умелых руках.

– Ну, не хлопай глазками, милый. Вчера мы хорошо развлекались, но ты же не хочешь, чтобы об этом узнала твоя жена? – искры коварства проносятся на дне её тёмно-зелёных глаз.

– Эвелина, послушай, – откидывают в кресло и расслабленно стучу пальцами по ровной поверхности стола. – Я не хочу играть в твои игры.

– У меня есть доказательства твоей измены, – парирует бывшая.

– А у меня есть опровержение твоих доказательств.

Эмоции на смазливом личике меняются с бешеной скоростью, и я на мгновение ловлю настоящий кайф с этого. Расколол её розовые мечты о том, что сможет меня шантажировать. Эвелина задумчиво хмурит брови, а после вспыхивает от злости.

– То есть… – начинает тихо.

– То есть у тебя ничего не вышло, – победно киваю. – Скажи, милая, твоё предложение про отставку моего отца тоже было липовым?

Рыжеволосая бестия опускает взгляд, внимательно рассматривает что-то на полу. По её выражению лица понятно, что в пустой головке запустился сложный мыслительный процесс. Только вряд-ли эта пауза поможет ей придумать хоть какое-то адекватное объяснение.

– Я не думала, что… – шепчет, взгляд поднять боится.

– Ты хотела денег? – усмехаюсь. – Обломись.

Ещё пару секунд любуюсь покрасневшими щеками бывшенькой, а после указываю ей на дверь:

– Пошла вон!

Мгновение, и от Орловой остаётся лишь приторный шлейф духов.

– Степан Ефимович, – Лиза проникает в кабинет почти не слышно. – Вероника сейчас в ресторане "Горизонт", вам стоит поехать туда прямо сейчас.

– Оперативно сработано, Лиза. Вызови машину.

_43_

_Вероника_

– Ну и куда ты опять? – мамино лицо выражает вселенское недовольство.

– У меня выступление, – отвечаю на автомате.

Не хочу обманывать, но по-другому меня не отпустят.

– С каких пор выступления стали для тебя дороже собственного ребёнка?

На мгновение замираю, опустив глаза.

Нет ничего дороже Максимки. Но я сойду с ума, если буду продолжать сидеть в четырёх стенах.

– Мам, ну я же Максимку с тобой оставляю. Тебе то я могу доверить самое дорогое, что у меня есть.

– Можешь, – утвердительно кивает, крепче прижав Максимку к себе.

– Ну всё, я побежала, – целую сыночка в пухлую щёчку и улыбаюсь нежно.

– Пока-пока, – мама закрывает за мной дверь.

На улице холодно и мрачно. Повисли густые тёмно-серые тучи с примесью синевы, окутав всё пространство вокруг. Кажется, что небо вот-вот коснётся многоэтажных домов и снесёт их. Пока добираюсь до ресторана, город стремительно утопает в ночи, и даже фонари сегодня не спасают. По коже гоняют мурашки от каждого дуновения ледяного ветра, и я лишь сильнее кутаюсь в зябкое пальто.

Додумалась же дорогие вещи у Волкова оставить… забирать нужно было всё! Гордая, равно глупая.

Вхожу в тёплое помещение и с облегчением вдыхаю комбинацию приятных запахов.

– Вероника? – Людка осматривает меня с головы до ног, пока я спешно снимаю пальто.

– Не говори ничего. У меня встреча с Амьелем! – закатываю глаза устало.

– С этим швейцарцем? – давится нервным смешком. – Ты, подруга, решила пуститься во все тяжкие!

– Нет. Просто встреча.

– Ммм, – тянет Люда и показывает за свободный столик у окна. – Присаживайся.

Место довольно уютное. Рядом мерцают фонари, подсвечивая изморось золотым светом, капельки выглядят как цветные конфетти. Расслабляюсь, заказав себе шампанское.

Доминик появляется в ресторане без опозданий, в компании прекрасного букета молочных роз. Наблюдаю за ним издалека, стараясь рассмотреть другим, свежим взглядом.

С Волковым точно всё.

Наши отношения зашли в тупик, и чтобы выйти из него мы должны действовать сообща, взявшись за руки и обсудив каждую деталь. Но Стёпа неисправимый циник и твердолобый идиот, для которого существует лишь одно правильное мнение – его собственное. Я давно проиграла в любовь, и больше не дам мужу дотрагиваться до моего сердца.

А Доминик Амьель… Он давно меня приметил. Он не скрывает, что испытывает ко мне симпатию. И почему бы мне не присмотреться к нему получше?

Я без пяти минут разведённая женщина!

Швейцарец замечает меня, расплывается в искренней улыбке и движется к столику.

Хорошенький в этом чёрном костюме…

Такие костюмы всегда носит Волков.

Сердце безбожно вздрагивает и опускается в пятки, как камень в воду. Сглатываю ком в горле, перекрывший кислород. В секунду становится так душно, что хочется выбежать на улицу и остудить вспыхнувшие щёки дождевой водой.

– Добрый вечер, Вероника, – Доминик с особым энтузиазмом протягивает мне букет.

Его взгляд фривольно скользит по моей фигуре в чёрном обтягивающем платье, и в глазах проносятся подозрительные вспышки.

– Здравствуй, – выдавливаю, еле дыша.

– Ещё когда я был дома, в Швейцарии, мне приснился сон, что я должен подарить букет роз самой красивой девушке, которую встречу в России! – садится напротив, не переставая смотреть в глаза. – И я решил, что ты – самая красивая в этой стране.

– Ты меня смущаешь!

Притворяться не приходится, я улыбаюсь. Мне понравился его комплимент.

– Уже что-то заказала?

– Только шампанское, – стреляю глазами на свой полупустой фужер. – Ждала тебя.

– Надеюсь, недолго? – взволнованно.

– Мне нужно было хорошо подумать перед нашей встречей, – откидываюсь на спинку кресла.

– Позволишь узнать, о чём?

– О своей жизни. Ты ведь знаешь, что мы с Волковым…

– В ссоре? – хмурит тёмные брови.

– Мы расстались. Я собираюсь подать на развод! – нагло заявляю о своём решении.

И от собственного голоса начинает воротить. Желудок скручивается в трубочку, и горло болезненным спазмом пульсирует в горле.

Я ведь всё ещё страдаю по Стёпе. И никакой Доминик не заткнёт дыру в моей душе, вызванную расставанием с мужем.

Но у других же как-то получается переключить своё внимание с одного мужчины на другого!? Почему я не могу перестать думать о прошлом?

– Я приятно удивлён, – косит губы в полуулыбку. – Тогда понятно, почему ты так легко согласилась поужинать со мной.

– Я почти свободная, – выдаю с натяжкой.

Нет. Я не свободная. Я всё ещё в браке.

Борьба здравого смысла и желания перестать чувствовать душащую боль расставания набирает обороты с бешеной скоростью. Прошу у официанта добавить мне шампанского, чтобы поскорее перестать сомневаться в своём решении: сегодня будет запоминающийся вечер с Домиником, а завтра я уже и не вспомню Волкова. Мой спутник заказывает какой-то салат, и я прошу тоже самое.

На самом деле есть не хочется, но просидеть весь вечер только с алкоголем не могу.

– Что планируешь делать после развода? – спрашивает в лоб.

Учиться жить заново.

– Буду записывать свои треки и набирать целевую аудиторию. В планах проводить собственные концерты, иметь армию фанатов и жить счастливо.

– Грандиозно! – хлопает в ладоши. – Уже нашла продюсера для себя?

– Даже не начинала искать, – пожимаю плечами. – Я не продумывала всё до мелочей. Пока что мои мечты – это только мечты, не подкреплённые никакими действиями.

– У меня есть знакомый продюсер. Очень хороший! – рука Доминика скользит по столу и накрывает мою ладонь. – Я дам ему твои контакты, но сначала посмотрим, чем закончится сегодняшний вечер.

Озноб вдоль позвоночника предвещает меня об опасности, но я остолбенела и даже руку не в силах убрать. Зря я заикнулась о расставании с Волковым. Эта игра мне не по зубам.

А Доминик теперь всерьёз думает, что между нами что-то может быть. Он, как паук, уже расставил сети! Осознание накрывает мой запьяневший рассудок, и становится по-настоящему страшно.

– Степан Ефимович, я не могу вас пустить, мест уже нет, – слышу голос Людки у входа. – Нужно было бронировать столик заранее.

Одёргиваю руку, придя в себя.

Волков показывается из-за стены слишком неожиданно.

– Степан Ефимович! Мест нет! – Людка предпринимает очередную попытку задержать его, но тщетно.

Увидев меня, замирает. Его лицо становится бледным, а на виске начинает играть синяя выпуклая венка.

Ну всё. Волков в ярости.

_44_

Наши взгляды сцепились и буравят друг друга на бешеной мощности. Он стоит далеко, но я спинными мурашками чувствую его ненависть к моему сегодняшнему спутнику.

Боже, как бы он не взбесился окончательно, а то набросится на невиноватого ни в чём Доминика!

Встаю из-за стола и делаю шаг навстречу к мужу. Почти бывшему. По которому я ещё не переболела, но уже приняла решение не подпускать к себе близко и отвергать все попытки вернуть отношения. Сердце громко стучит между лопаток и пугающий холод трогает позвоночник.

– Что ты тут делаешь? – шикаю, остановившись в метре от Волкова.

Его глаза презрительно сужаются, смотрит из-под тёмных ресниц с нескрываемым осуждением.

– Это ты что тут делаешь? – стреляет взглядом в Амьеля. – С этим…

Морщится, не закончив фразу.

– У меня свидание, – парирую, сложив руки под грудью.

А ладошки покрываются красными нервными пятнами и пальцы прошибает дрожь.

– Свидание? – удивление и негодование смешиваются в хриплом тембре его голоса.

– Да, свидание. А ты думал, что я буду ждать, пока ты опомнишься?

Стёпа молчит. Только смотрит кровавым взглядом. Будто задушить готов голыми руками. Меня окутывает паника, лапает рассудок и нагоняет туман… я не знаю, зачем говорю это всё. Точно бес за язык тянет.

Если драка неизбежна – бей первым. И я, видимо, хочу ударить побольнее.

– Ты. Моя. Жена! – чеканит каждое слово.

Делает шаг ко мне, заставляя кровь отхлынуть от лица. В мгновение щёки холодеют, и голова кружится. Нагло хватает мою руку, игнорирует попытки вырваться.

Ошарашенная Люда стоит рядом и молча наблюдает за происходящим. Испуганная, бледная, как сметана, даже дышать забывает.

– Отпусти! – заглядываю в тёмные глаза Стёпы.

Я будто падаю с огромной высоты.

– Ты идёшь со мной, – безапелляционно.

Крепко обнимает за талию, не давая права возразить.

– Хватит, люди смотрят… – еле шевелю губами.

Во рту пересохло, и, кажется, я начинаю задыхаться от собственного бессилия.

Почему Доминик не вмешался?

Волков вытаскивает меня на улицу, не дав даже забрать пальто. Темно. Только одинокие фонари светят и новенькая неоновая вывеска ресторана.

– Ты с ума сошла, Ника? – держит за предплечье, заставляя замереть.

– Я не твоя игрушка!

– Ты моя, Волкова. Моя, чёрт возьми! А если СМИ увидят тебя с этим… швейцарским недоразумением!? Ты вообще думаешь, что напишут в прессе?

– Я думаю только о своих желаниях, – вырываюсь, наконец ощутив свободу.

– Ах, вот как!

– Да, так.

– Послушай, милая, мы всё ещё в браке. Имей совесть сначала развестись со мной, а потом флиртуй со всякими иностранцами!

– Хорошо, – выдыхаю.

Стёпа расправляет плечи и растерянно смотрит на мои губы. Замираю на мгновение.

Целуй. Целуй же меня! Наговори банальных фраз, что я лучшее, что было в твоей жизни. Скажи, что любишь, дышать не можешь без меня.

Верни меня к жизни!

Я без тебя умираю!

Стёпа закрывает глаза, делает демонстративный глубокий вдох и сжимает руки в кулаки.

– Желаю счастья, – выдаёт серьёзно и грубо.

Я ёжусь от холода, ударившего в спину. И виной тому вовсе не ветер, налетевший из-за угла.

– Что? – переспрашиваю растерянно.

– Счастья тебе, Ника, – улыбается насмешливо. – Будь счастлива с Амьелем.

Нет. Нет, нет, нет!

Волков нажимает кнопку на брелоке, и его машина моргает фарами. Силуэт мужчины в тёмном пальто удаляется, садится за руль, заводит мотор.

Я не могу пошевелиться. Никак не выберу, что сделать: побежать за ним, прижаться к его груди и молить, чтоб он остался в нашей с Максимкой жизни, или надеть на себя маску гордого высокомерия и безразличия, спокойно вернувшись в ресторан.

Внедорожник срывается с места, взвизгнув резиной, а у меня горло дерёт от едва контролируемых слёз.

– Ника, ты как? Замёрзнешь! – заботливая Людка накидывает мне пальто на плечи.

– Это конец.

По лицу катятся горькие слёзы. Я больше не в силах держать лицо и быть пластмассовой субстанцией без чувств и эмоций.

– Что он сказал? – подруга тянет меня в тёплое помещение, но я не двигаюсь.

– Люд, я пойду домой. Передай Доминику мои извинения.

– Ты в норме? Вероник, может…

– Нет, – пресекаю попытку проявить излишнее сострадание. – Со мной всё хорошо, но я хочу домой.

ДРУЗЬЯ!

Очень боюсь что-то обещать, потому что жизненные обстоятельства оказались сильнее моих планов на творчество.

НО!

Во мне плещется море вдохновения и бурлит вулкан нереализованных идей.

Буду рада вашей поддержке.

Давайте пошумим в комментариях? Отвечу каждому! Со временем сейчас более свободно, возвращаюсь с новыми силами, с новым рвением радовать вас.

Порадуйте и вы меня)))

Поставьте звёздочку книге, поддержите подпиской на мою авторскую страничку!

А ещё я веду группу ВКонтакте. Там красиво. Душевно. Тепло. Приглашаю убедиться в этом! (Группу можно найти на странице автора во вкладке "обо мне")

Всех обнимаю!

Ваша Р.Старкова

_45_

Медленным шагом иду в сторону дома. Слёзы уже не душат, могу спокойно вдыхать холодный ночной воздух и предвкушать скорую весну. Всё растает, расцветёт, заиграет новыми красками. И у меня вновь вырастут крылья и появится желание жить.

Да, больно. Страшно. Но никто не обещал, что сказка будет длиться вечно. Я заигралась и проиграла. И пусть сейчас на душе нагадили кошки, расцарапали её всю… заживёт.

Нужно жить дальше, стиснув челюсти.

Просто быть, существовать. Лишь для того, чтобы в будущем со мной ещё что-нибудь случилось. Хорошее или плохое, уже не важно.

Время проходит незаметно. Противная изморось закончилась, ветер разогнал тучи, даже светлее стало. И на небе видны бледные звёздочки, почти невидимые, засвеченные фонарями, но предвещающие удачные дни впереди.

Эх, вот бы существовала таблетка от боли разбитого сердца.

– Вероника! – басистый голос застаёт меня врасплох, и я подскакиваю на месте, перепугавшись до чёртиков.

Большой белый джип перегородил дорогу, и из опущенного стекла на меня смотрят знакомые глаза. До дома осталось каких-то жалких пятьдесят метров, и угораздило же меня встретить на пути своего "любимого" свёкра.

– Ефим Святославович? – хлопаю ресницами.

– Добрый вечер, – сухо бросает и выходит из машины. – Прогуляемся?

– С чего бы вдруг? – сторонюсь.

Хочется обойти его новенькую машину и забежать в подъезд, скрыться. Запереть квартиру на сотню замков, а для ещё большей безопасности с головой под одеяло укутаться.

– Мы никогда не говорили по душам, – пожимает плечами как-то слишком добродушно, по простому. – Может, пришло время?

– Я не хочу, Ефим Святославович, – уже собираюсь улизнуть, но неведомые силы всё же заставляют меня задержаться.

И пока я мешкаю, Волков старший подходит ближе.

– Прости меня, Вероника. Я был к тебе несправедлив.

Шок ударяет в голову, как молоток по наковальне. Молчу.

Волков старший действительно хочет просто извиниться? Не будет волны упрёков и жалящих слов?

– Я всё искал в тебе подвох, копал, вынюхивал. А нужно было просто тебя поддержать! – задумывается, отведя взгляд. – Ты всё это время терпела моего несносного сына и делала его лучше. Ты бы видела, как он страдает без тебя!

Ага, заметно. Страдалец тот ещё!

– Вероника, я хочу видеть внука, – переводит на меня взгляд, полный надежды. – Вот, возьми!

Выуживает из потайного кармана дорогой дублёнки увесистый конверт и вкладывает мне в руки.

– Мне не нужно! – прячу ладони в карманы.

– А я говорю бери! Дурочка! – понижает голос до вибрирующего баса, и мне снова становится страшно.

Приходится принять внушительную сумму. Только бы он поскорее отстал.

– Есть шанс, что ты вернёшься к моему сыну? – седая бровь вздрагивает.

Жадно втягиваю морозный воздух, выигрывая себе время перед ответом.

– В понедельник подам на развод, – опускаю взгляд и щёки краснеют.

– Сильное решение, – выговаривает обречённо и губы поджимает. – Ладно, Вероника. Можно я заеду в среду? Хочу Максимку на руках подержать.

– Зачем это, Ефим Святославович?

– Это же мой внук. Волков! – во взгляде сверкает неподдельная гордость. – Может, ты воспитаешь его достойно, а не как…

Замолкает.

– Вы хорошо воспитали Стёпу, просто он такой человек! – вырывается прежде, чем успеваю обдумать.

– Ему явно не хватило материнской любви.

С этим не поспоришь.

– Приезжайте. Только позвоните заранее, мама пирогов испечёт! – стараюсь улыбнуться.

– Хорошо, Вероника. Не буду тебя задерживать.

Волков старший оживляется. Даже рукой мне машет, когда захожу в подъезд.

Отец из него вышел так себе. Возможно, он сможет стать хорошим дедушкой?

_46_

_Степан_

Пока сердце пульсирует в горле, а мозг утонул в неистовом гневе, выжимаю на максимум. Машина ревёт мотором, обгоняя всех на своём пути.

Мужчины не плачут.

Да только тогда почему у меня глаза намокли?

Бесит, что Вероника непреклонна, а я бессилен. Хочу её. Обратно. В семью.

Я бы всё исправил. Поставил бы на первое место жену и сына. Наверно, всё рухнуло лишь потому, что мне не хватило поддержки от любимой женщины. Да и ей, в целом, тоже не хватало меня все те дни, когда я задерживался на работе и прятался.

Неисправимый мудак!

Крепко вцепившись холодными пальцами в кожаный руль, прибавляю скорость. И слишком поздно замечаю красный на светофоре. Ударяю по тормозам, ремень безопасности срабатывает и вжимает меня в сиденье, тачка взвизгивает и останавливается.

Шум в ушах и белые пятна перед глазами. Делаю вдох, сердце заводится и начинает гонять кровь по организму.

Ещё секунда, и я бы впечатался в машину, стоящую впереди. Закрываю глаза и прикладываю к щекам дрожащие пальцы. В голове сразу всплывают грустные глаза Вероники и пухлые сочные губы, потрескавшиеся от мороза. Я так хотел её поцеловать, но струсил. Испугался, что разозлится и оттолкнёт, ударит. Я бы выглядел нелепо, поэтому заглушил голос сердца и просто ушёл.

Хотел казаться сильным, хотя душа трескалась и крошилась в пыль. В дребезги! Сдался и собственноручно отдал самую дорогую женщину на свете этому ублюдку. Разрешил ей быть с ним! Благословил!

Идиот!

Сигнал машин заставляет вынырнуть из липких мыслей и взглянуть на светофор. Уже давно горит зелёный. Медленно начинаю движение по оживлённой трассе в сторону дома. Остыл, уже не хочется гнать, подвергая опасности не только свою жизнь, но и судьбы других водителей. Кого-то из них дома ждут счастливые жёны и дети.

А что ждёт меня?

Пустота.

Я больше не крутой мужчина, занимавший пост директора корпорации Нефть "ВЕС", я не миллионер, не завидный жених.

Я – никто.

И даже моя Канарейка от меня отвернулась.

Мне обрезали крылья. Был гордым орлом, взлетевшим до предела, и сейчас момент падения настолько болезненный, что, кажется, мне не выжить. Больше никогда не подняться с колен: высокой должности не жди.

И жену твою будет трахать другой, более состоявшийся и успешный.

Вероника не такая, ей деньги не важны. Только почему она тогда предпочла швейцарского миллионера?

Кованые ворота распахиваются, и я въезжаю в свой двор. Смотрю по сторонам, выискивая что-то. Здесь Вероника хотела посадить яблоневый сад, а тут мечтала возвести детскую площадку. А сейчас зачем мне столько земли?

Зачем мне персонал, которому скоро нечем будет платить?

– Степан Ефимович, как всё прошло? – Лиза встречает на входе вместе с Виктором.

Смотрят на меня жалостливыми щенячьими глазами.

Неужели я настолько плохо выгляжу?

– Не спрашивайте, – снимаю пальто и швыряю его под ноги.

Желание одно – напиться до беспамятства, чтобы голова отключилась и навязчивые мысли не ходили за мной по пятам.

Вхожу в кабинет и открываю бар.

– Господин, что случилось? – Лиза не отстаёт от меня и уже стоит за спиной.

– Она выбрала другого.

– Кого? – недоверчиво жмётся.

– Амьеля. Миллионера. Красавца.

Скулы сводит. Я вновь закипаю.

– Не верю, – домоправительница качает головой. – Вы что-то наговорили Веронике, да?

– Лиза, оставь меня в покое!

– Наша госпожа любит вас! И если бы вели себя как мужчина, то она бы вернулась.

– А я по твоему кто? Не мужчина? – презрительный взгляд мажет по пухлым щекам прислуги.

– Нет, – кривится, будто хочет мне в лицо плюнуть. – Вы – идиот.

– Пошла вон! – указываю на дверь.

– Я старше вас вдвое. Имейте уважение!

– Выметайтесь! – взрываюсь. – Пакуйте чемоданы и валите из моего дома! Все! Собирай всех и увози!

Лиза хлопает глазами и шевелит губами беззвучно. Видимо, мои слова повергли её в глубокий транс. И слёзы катятся с её светлых глаз.

– Уходите из моего дома, – повторяю почти не слышно.

– Хорошо, Степан Ефимович, – кивает и скрывается за дверью.

А я открываю бутылку, чтобы вновь погрузиться во тьму.

_47_

***наши дни***

_Степан_

Выхожу на улицу из полицейского участка. Боль сдавливает голову, а свежий осенний воздух кажется вязкой субстанцией и вдыхать его неприятно. Между домами полыхает яркий малиновый рассвет, жёлтые полосы облаков разрезают небо на части.

Мы просидели в кабинете полковника Шилова всю ночь, а никаких известий так и не поступило. Тишина. Давящая, скользкая, паршивая до коликов между рёбрами.

Где мой сын и что с ним?

– Стёпа, – Вероника выходит вслед за мной.

Оборачиваюсь и внимательно изучаю её белое измученное лицо с синими покусанными до кровоподтёков губами.

– Прости меня, Вероника. Я виноват.

– Уже не важно, – осторожно берёт мою ладонь холодными пальцами и сжимает крепко.

Смотрит в глаза, на ресницах блестят капли солёных слёз.

– Мы найдём сына. Мы вместе его найдём! И будем жить вместе, одной семьёй! – стараюсь подбодрить её, а голос срывается в хриплую дрожь.

Жена прижимается лбом к моей груди и всхлипывает. Я бы всё отдал, чтобы забрать её боль себе. Она не заслужила всего этого.

– Стоит признать, что это точно сделал не Константин и не Олеся, – шепчет она.

– Ты права, они не посмели бы. Моя бывшая Эвелина и конкурент Репин, естественно, тоже не причём.

– Про Артура мы последний раз слышали давно, когда он только с Людкой расстался, – продолжает также тихо, сильнее прижавшись ко мне.

– Твой швейцарец и продюсер – отметаются. Им это зачем? – даже усмехаюсь от собственной глупости, что мог выдвинуть такое предположение.

– Давай всё же позвоним твоему отцу, Стёп! Речь о нашем сыне! – отстраняется и смотрит так, что сердце биться перестаёт.

– Хорошо, – достаю телефон, оледеневшими пальцами набираю номер, который не набирал уже полгода.

– Да, – голос отца как выстрел.

– Здравствуй, – закрываю глаза.

Как начать разговор с человеком, которого вычеркнул из своей жизни?

– Что тебе нужно? – по интонации ясно, что Волков старший не рад моему раннему звонку. – Ещё и в пять утра! Ты охренел, Стёпа!?

– Максима похитили, – выдаю резко, и повисает молчание.

Старику нужно секунд десять, чтобы понять смысл услышанного.

– Где ты?

– Я у полицейского участка, где Шилов работает.

– Выезжаю.

Убираю телефон обратно в карман брюк. Ника смотрит на меня вопросительно, но молчит.

– Отец скоро подъедет, – сообщаю без особого энтузиазма.

Не хотел бы его снова увидеть.

– Я уверена, что Ефим Святославович нам поможет! – выдавливает скорбящую улыбку. – Пойдём в кабинет, тут очень холодно.

_48_

***Три месяца назад***

_Вероника_

– Мне кажется, что Волков подкупил суд, – обречённо закрываю лицо руками и выдыхаю тёплый воздух в ладони.

– Да быть такого не может! – Люда разводит руками.

– Ну как такое возможно, что нас уже три месяца не могут развести? – закатываю глаза. – На последнем заседании суда он… ты бы его видела, Людка! Сам на себя не похож. Похудел. Борода вот такая!

Показываю жестом себе почти до груди.

– Что он хочет вообще? – подружка хмурится.

– Примирения.

Отвлекаюсь на Максика, приползшего к моим ногам. Всё время, пока мы болтали о насущных проблемах, сынок играл с ложкой и кастрюлей, перебивая наш разговор оглушительным звоном.

– Гу-гу-гу-гу-гу! – задорно говорит на своём языке, когда сажаю его на колени.

– Ладно, Вероник. Разведут вас, потерпи! – Людка машет рукой и хитро прищуривается. – Как прошло твоё прослушивание?

– Не знаю, – качаю головой. – Я почему-то спела мимо нот. Разволновалась.

– Я уверена, что продюсеру ты понравилась! У тебя козырь в рукаве, ты ведь выигрывала в теле-шоу!

– Козырь, конечно, есть. Но я сомневаюсь, что из двадцати девушек выберут меня.

– А ты не сомневайся! – подмигивает. – Есть планы на вечер?

– Ефим Святославович заедет.

– Тогда окей. Созвонимся. Мне пора работать.

Провожаем Люду и спешим одеваться. По расписанию у Максика прогулка, тем более погода потрясающая. Начало лета выдалось сказочным. Не слишком жарко, чтобы прятаться в тени деревьев от палящего солнца, но и не холодно, не нужно больше кутать ребёнка в сто слоёв. Хорошо будет, если сыночек уснёт в коляске. Сон на природе полезный и крепкий.

Два круга по парку возле дома, и маленький розовощёкий малыш начинает сладко зевать. Опускаю спинку прогулочной коляски и предлагаю сыночку соску. Он медленно моргает и закрывает глаза, забавно чмокая во сне.

Усаживаюсь на скамейке и достаю телефон. Самое время, чтобы найти ещё какие-нибудь конкурсы и прослушивания. Между делом делаю удачное селфи и заливаю его в соцсеть. Последнее время я стала более активной в интернете, и неожиданно люди стали ставить лайки и подписываться.

Моя жизнь не такая уж и плохая. Волков однозначно помог мне расправить крылья. Осталось только удачно взлететь.

– Вероника! – радостный голос за спиной звучит на высоких вибрациях, аж уши закладывает.

Максик начинает ворочаться во сне, и мне приходится встать, чтобы вновь укачать его.

Мимолётно осматриваю худую девушку в светлых джинсах и с забавным пучком на голове. Прикладываю палец к губам, изображая просьбу больше так не кричать.

– Простите, – шепчет, подходя ближе ко мне.

Осматриваю её молодое красивое лицо и узнаю знакомые черты.

– Настя? – удивлённо моргаю. – Что ты здесь делаешь?

– Вышла на прогулку. Дядя Витя в магазин меня отправил.

– Виктор? В магазин? – всё ещё не могу вникнуть в происходящее.

Ну же, мозг, включайся!

– Ну, да! Мы тут квартиру купили недалеко, живём теперь вчетвером!

Настя пожимает плечами и улыбается.

– Подожди, какую квартиру? А как же Стёпа? – от шока начинаю активнее качать коляску.

– Стёпа… мудак. Так Лиза сказала! – по-детски блестит глазами.

– Вы больше не работаете у Волкова? – задаю вопрос на прямую, чтобы наконец рассеять туман.

– Мы ушли от него. Лиза сказала, что нам в том доме больше не рады.

Ошарашенно закрываю глаза и головой качаю. Как же Волков обходится без своего персонала? Он же шагу не мог ступить без Настеньки, которая наводила порядок, без Виктора, который знал всё и про всех, встречал гостей, напоминал о важных встречах. И уж тем более без Лизы. Эта волевая женщина держала весь дом, начиная от закупки элементарных продуктов для готовки и заканчивая финансовым распределением.

– Давно вы видели Стёпу? – нервно сжимаю пальцы.

– Три месяца уже прошло.

– Обалдеть. Так вот почему он…

Замолкаю.

Волков выглядел просто ужасно в суде, когда мы последний раз виделись. От сильного и смелого мужчины остались только воспоминания. Встреть я его внезапно на улице – не узнала бы.

– Вероника Алексеевна, а вы не хотите зайти к нам в гости? Я думаю, что все будут рады вас видеть! – радушно предлагает Настя.

Я смотрю на часы.

Максик скоро должен проснуться, с собой есть пара запасных подгузников и пюре. Почему бы не увидеться с близкими людьми?

– А кто четвёртый? Ты сказала, живёте вчетвером…

– Олеся решила остаться с нами, – поясняет Настя.

Неожиданно.

– Мы с удовольствием зайдём в гости. На самом деле я безумно соскучилась по всем!

По пути забегаем в магазин. Беру вкусный кремовый тортик, чтобы порадовать друзей. Предвкушение встречи ощущается физически. Будто свечусь изнутри.

– У нас не очень большая квартира, – взволнованная Настя суетливо проворачивает ключ в замочной скважине и распахивает дверь.

Сын на руках прижимается ко мне, всё ещё сонный и удивлённый. Смотрит большими глазами по сторонам, будто в другой мир попал.

На пороге нас уже встречает Лиза.

– Вероника! – выдаёт с искренней радостью. – Максим Степанович!

– Привет! Максик, помаши рукой! Приве-е-е-ет! – беру сыночка за локоток и трясу.

– Какой большой стал!

Искренняя радость и улыбки сменяются, как только мы все вместе оказываемся на уютной маленькой кухне. Максим уже успел переселиться на коленки к няне Олесе, Лиза накрыла на стол, а Настя заварила всем вкусный чай.

– Пропадёт он без нас, – с задумчивым видом выговаривает Виктор, а после шумно отпивает из чашки горячий напиток.

– Взрослый мужик. Не пропадёт! У него охрана осталась, в конце концов! – строго внушает всем Лиза.

– Жалко Степана Ефимовича, – пикает Настя, нервно дёрнув худыми плечами.

– Да ладно, нечего его жалеть!

Видимо, Лизу Волков обидел больше всех. Она непреклонна. Даже не думает о том, чтобы вернуться в тот просторный уютный дом и дать Стёпе ещё один шанс. И другим запрещает об этом заикаться.

– Он выгнал нас. Сказал, что мы ему не нужны. Всё! – продолжает домоправительница, измерив своих друзей строгим взглядом.

– Всё равно, я по нему даже скучаю, – Настя выдыхает, покосившись на грузную женщину с опаской.

– Нечего по нему скучать, – отсекает.

Повисает тишина. Даже Максимка молчит, покусывая сушку.

– Столько лет ему служили, а он… – Виктор встаёт из-за стола, оставив чашку на столе.

– Вот именно, а он неблагодарный! Слова доброго от него не услышишь! – тут же подхватывает Лиза и тоже встаёт.

Вслед за ними молча уходит и Настя, оставляя нас втроём.

– Вероника Алексеевна, он ведь любит вас, – Олеся поднимает на меня слезливый взгляд.