Текст книги "Наследник для миллионера (СИ)"

Автор книги: Рина Старкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

– Ты что, уже сделал выбор? – перекидывает убийственный взгляд на меня.

– Да. Олеся отличный специалист.

– Специалист в чём? – складывает руки под грудью в защитном жесте.

– Вероника, ты ревнуешь? – усмехаюсь.

– Я? Ревную? – фыркает. – Я не способна на это чувство, Стёпа.

Пока жёнушка скалит зубки, Олеся застенчиво слушает нас. Надо бы отпустить её, чтобы готовилась к переезду, вещи собирала. Чувствую, что Вероника сегодня будет вымещать на мне злость за то, что принял важное решение без неё.

– Олеся, сколько вам лет?

– Вероника, я всё уже решил, обсудим все детали вечером, – торможу допрос с пристрастием. – А вы, Олеся, можете ехать домой и собираться. Завтра начнётся ваш испытательный срок.

Ника закатывает глаза и демонстративно цокает языком. А новоиспечённая няня разрывается от благодарностей.

– Почему ты выбрал сам, без меня? – свирепый голос звучит за моей спиной, как только Олеся уходит.

– Вероник, она соответствует всем требованиям, которые мы выдвигаем.

– И какие же у тебя требования? Симпатичная мордашка и подтянутое тело?

– Ты точно не ревнуешь? – оборачиваюсь и улыбаюсь, глядя на разъярённую Волкову.

– Ответь! – гневно сужает глаза.

– Ты – единственная женщина, которой я отдал своё сердце, – делаю шаг, сокращая расстояние между нами, осторожно глажу по её щеке тыльной стороной ладони, наклоняюсь к губам, чтобы вдохнуть опьяняющий запах кожи. – Я так по тебе соскучился. По твоей ласке, любви. Помнишь, во время беременности ты постоянно меня хотела.

– Это были гормоны! – отстраняется.

– Ника, врач уже разрешил…

– Я лучше знаю, когда будет можно! – рычит и выбегает из кабинета, громко захлопнув дверь.

Оставляет меня наедине с каменным стояком.

_7_.

– Вероника-

Олеся приезжает к назначенному времени, и пока Виктор показывает ей дом, я укладываю Максимку спать.

Засыпает почти сразу. Сажусь возле его кроватки, и сердце заходится от нежности. Такой маленький, хрупкий, родной мой комочек. С непередаваемым запахом молока вперемешку с счастьем. Осторожно укрываю розовые пяточки тоненьким одеялом, невольно ловлю себя на мысли, что мой сын – самый лучший ребёнок на земле.

И как я буду делить его с какой-то няней? Конечно, Стёпа прав, иногда мне нужен отдых. Но ведь чужая женщина будет жить с нами постоянно, видеть моего сына каждый день! Я не хочу делиться с ней радостными моментами. И ещё, боюсь пропустить какое-нибудь важное событие. Сынок так быстро развивается! Уже уверенно держит голову и говорит громкое смешное "агу", фокусирует взгляд на моём лице, когда кормлю его из бутылочки. Неужели я смогу позволить няне кормить его? Менять памперсы? Держать на руках и прижимать к сердцу?

Нет!

А вдруг меня не будет рядом, когда Максик начнёт переворачиваться с животика на спинку и наоборот? Или я пропущу момент, когда он начнёт ходить?

Я не готова делиться этим счастьем от новых умелок!

Но назад пути нет.

Волков всё решил за двоих, даже со мной не посоветовавшись.

Выбор няни – слишком важное решение, а он вот так вот просто, по щелчку пальцев, впускает в нашу жизнь кого-то лишнего.

Спускаюсь на первый этаж, держа в руках телефон с настроенной видеоняней. Максик мирно спит. Ближайшие полтора часа должны быть свободными, так что у меня есть время, чтобы побеседовать с этой Олесей.

Лиза и новая няня сидят за столом. Домоправительница рассказывает о расписании для персонала, о развлечениях, которые есть в доме.

– Доброе утро, Вероника Алексеевна, – Олеся приветливо улыбается и встаёт.

– Здравствуйте, – смотреть даже на неё не хочу. – Вам уже показали комнату, где вы будете жить?

– Да! Мне не терпится познакомиться с Максимом Степановичем! – сияет улыбкой.

– Познакомитесь. Максик сейчас спит, – кладу телефон на стол и присаживаюсь.

– Вероника, ты, наверно, голодная. Сегодня готовил Виктор, яичница слегка подгорела, но всё равно вкусная! Принести? – Лиза суетливо бормочет на ходу и направляется в сторону кухни.

С тех пор, как Константин ушёл в отпуск, из которого решил не возвращаться, готовка легла на плечи всего персонала.

– Олеся, вы голодны? – встречаюсь взглядом с няней.

– Да, я бы с удовольствием позавтракала.

– Я принесу две порции! – домоправительница разводит руками.

Через пять минут мы приступаем к трапезе. Не отрываясь смотрю на экран телефона, переживаю, что сынок проснётся.

– Степан Ефимович сказал, что я буду нужна только… – начинает девушка, и я перевожу на неё холодный взгляд.

– Только когда мне необходимо отойти по важным делам. Я сама забочусь о своём ребёнке и помощь мне не нужна! – перебиваю.

– Да, я понимаю. Сегодня я вам понадоблюсь?

Закрываю глаза и мучительно вздыхаю.

Ты совсем мне не понадобишься! Я прекрасно справляюсь и без тебя.

– Сегодня отдыхайте и осваивайтесь, завтра познакомитесь с ребёнком, – стараюсь говорить мягче.

– Я поняла, – кивает. – Вероника Алексеевна, мне кажется вы не очень довольны, что ваш муж решил нанять кого-то для ухода за ребёнком.

– Правильно, я недовольна. Потому что всё могу сама.

– Степан Ефимович так не считает, – по её лицу скользит едва заметная ухмылка.

– Послушайте, Олеся, – кручу в пальцах вилку, натягивая улыбку, похожую на оскал. – Вы мне не нравитесь. И вам придётся очень постараться, чтобы завоевать моё доверие!

– Я это уже поняла. У меня испытательный срок, и я настроена решительно.

Втыкаю вилку в яичницу, и желток растекается по тарелке. Олеся, проследив за моим недружелюбным жестом, медленно моргает.

– Вероника Алексеевна, я хочу стать вашим другом. Я пришла с добрыми намерениями.

– Посмотрим, – вздыхаю, закидываю в рот еду. – Знаете, что мне непонятно? Почему такая молодая и красивая девушка с высшим образованием отказалась от свободной жизни и захотела жить у нас, в золотой клетке?

– Это сложная и долгая история, – опускает взгляд в свою тарелку.

– Я никуда не тороплюсь! – развожу руками, бросив взгляд на телефон.

Максимка спит сладко, зажав кончик одеялка в ладошке.

– Восемь лет назад я вышла замуж за потрясающего мужчину. Подружки мне завидовали, сестра мечтательно вздыхала в надежде, что когда-то и она встретит принца. Я сама поверить не могла, что это не сон, а моя реальность! Мой муж – прекрасный человек, добрый, понимающий, великодушный. Но он другой национальности.

– И кто же он?

– Сириец. И ему было важно, чтобы я родила для него сына, – Олеся грустно улыбается, выдерживая паузу.

Она будто воспоминаниям предаётся, а в глазах загорается грусть. Даже слёзы блестят на ресницах.

– Что с ним случилось? – не выдерживаю затянувшегося молчания.

– С ним всё хорошо, – качает головой и смахивает влагу с щеки. – Он живёт в Москве, у него новая жена, которая вот вот родит ему долгожданного мальчика.

– Логично, раз вы согласились жить в нашем доме на постоянной основе, значит у вас не получилось подарить мужу ребёнка, – проникаюсь сочувствием.

– Я была беременна три раза, – Олеся зажмуривается.

Я смотрю на неё молча. Не хочу нарушать тишину. Это её личное, сокровенное. То, что она мало кому рассказывает. Даже сейчас вытягивает слова из глубины души с болью и отчаянием.

– Первый мой мальчик прожил всего двадцать семь часов, – няня закрывает лицо руками, утопая в слезах.

А по моей коже пробегает табун болезненных мурашек.

– Я вам сочувствую, Олеся, – с горечью.

Я была настроена к этой девушке слишком предвзято.

– Второго малыша я не доносила, на шестом месяце беременность замерла, – продолжает в пустоту, стеклянными глазами уставившись на стену.

– Ужасно, – шепчу я, и даже стыдно становится за своё поведение.

Я сделала вывод о человеке, даже не узнав его поближе. А стоило бы. Конечно, у Волкова весь персонал с тяжёлыми судьбами. Муж будто чувствует, кого принимает на работу. Вот и в этот раз исключения не произошло.

– А третья, моя доченька, задохнулась во время родов. Асфиксия. Её не откачали. После этого муж принял решение взять вторую жену своей национальности, которая точно смогла бы родить ему. У них разрешено многожёнство, но я… Я не смогла принять такой исход. Не смогла бы его с кем-то делить. И я приняла очень сложное решение.

– Вы ушли от него, – догадываюсь я.

– Мне пришлось.

Я прикусываю губу и с сочувствием смотрю на миловидную девушку. Тяжёлая судьба у неё.

– Знаете, Олеся, пожалуй сегодня вечером я познакомлю вас с Максиком, – слабо улыбаюсь.

В глазах Олеси загорается едва уловимый блеск.

Вечером, как я и пообещала нашей няне, проходит её знакомство с моим малышом.

Я прониклась историей Олеси, будто на себе почувствовала её боль. Вероятно, случись такое со мной, я бы не смогла это пережить.

Да, я тоже настрадалась в начале отношений с Волковым, который играл со мной в горячо – холодно, то давая надежду, то отправляя на дно собственных иллюзий.

Но мои страдания ничто в сравнение с тем, что пришлось пережить нашей няне.

– Проходите, – выдаю сразу, как только слышу стук в дверь.

Олеся проплывает в комнату с улыбкой и сразу же приближается к Максимке.

– Вот ты какой, Максим Степанович! Богатырь! – восхищённым взглядом окидывает малыша.

Максимка лежит на развивающем коврике в центре комнаты и зачарованно рассматривает чёрно-белую развивающую картинку.

– Да, Максик правда получился крупный! – моя полуулыбка предаёт Олесе уверенности, и она, осмелев, осторожно тянется к ребёнку.

Поднимает его и прижимает к сердцу, а тот цепко ухватывает ручкой прядь её волос и издаёт что-то похожее на "агу".

– Какой же сладкий! Ты такой красавец, Максим Степанович! – няня внимательно осматривает его личико. – На папу похож!

– Добрый вечер! – в комнату входит Волков, и я загораюсь радостью.

Вспомнишьсолнце, вот и лучик!

Видеть мужа всегда приятно. Встаю на носочки, чтобы поцеловать его идеально выбритую щёку, а он обнимает меня за талию и притягивает к себе.

– Здравствуйте, Степан Ефимович! – Олеся светится от счастья, качая мальчишку.

– Я вижу, Вероника всё таки разрешила вам познакомиться с моим сыном. Я рад.

– Да, мы, вроде, поладили, – няня смотрит на меня.

– Поладили, – подтверждаю её слова кивком головы.

– Вот и славно! Теперь ты сможешь поехать на студию и записать свои песни, милая, – муж гладит меня по волосам, ласково и трепетно.

– Ну уж нет! Пока Максимке не исполнится два года, я буду сидеть с ним и никуда не отойду.

– Какая упрямая! – заигрывающе присвистывает, целует в макушку.

– Ну ладно, на сегодня достаточно! Дальше мы сами, – забираю у няни младенца.

Олеся и Стёпа выходят из комнаты, и я остаюсь с малышом.

Всё таки мне тяжело доверить своего крошку кому-то. Сердце предательски сжимается, будто предчувствует какой-то подвох.

Да и Олеся молодая. Красивая. Сложно не ревновать, хоть я и доверяю мужу.

Но у нас очень давно не было секса, и я боюсь, что он может запросто клюнуть на горячую нянечку.

_8_.

– Вероника-

День холодный, но очень солнечный. Стёпа вновь уехал на работу, а я собираю Максика на прогулку. Сегодня в планах посетить магазины, нужно прикупить одежды и для меня, и для сыночка.

Олеся ждёт нас на первом этаже.

Охрана помогает загрузить коляску в багажник и пристегнуть автолюльку.

И уже через двадцать минут мы вместе гуляем по центру города.

– Солнечно то как! – Олеся улыбается, толкая перед собой коляску, а я иду рядом, смотря на спящее личико Максика, завёрнутое в две шапки и капюшон.

– Как думаешь, Максимке не холодно?

– Ну что вы! Конечно не холодно! Он как капуста завёрнут!

Проходим к торговому центру, и я ловлю на себе сосредоточенный взгляд мужчины. Недовольно хмурюсь, когда почти проходим мимо. Так и хочется громко спросить чего это он так на меня уставился?

– Вероника! – восклицает с радостным восторгом.

Я оборачиваюсь и застываю в улыбке.

– Константин! – не верю своим глазам.

– Очень рад встрече! – наш бывший повар окидывает взглядом Олесю.

Няня поджимает губы и крепко держит коляску, осматривается по сторонам, будто охрану ищет взглядом. Нервничает.

– Это наша няня – Олеся! Олеся, а это Константин, он раньше работал поваром в нашем доме! – говорю в попыхах.

Я действительно рада его видеть.

Константин изменился. Наверно, я слишком привыкла видеть его в фартуке и поварском колпаке, поэтому сразу не узнала в обычной тёмной шапке и спортивной куртке.

– Растёт богатырь? – мужчина осторожно подходит ближе и заглядывает в коляску.

– Уже два месяца! Не верится, что время так быстро прошло! – я развожу руками.

– На господина Волкова похож, – заключает Константин, осмотрев спящего младенца. – Так давно не виделись, Ника. Как твои дела? Как Степан Ефимович?

– Да в целом всё не плохо, – пожимаю плечами.

В целом, действительно, неплохо.

Но если разобрать по полочкам, то какие-то аспекты нашей жизни вывернулись наизнанку. И я никак не могу заставить себя вернуть всё на свои места.

Я перестала быть ласковой и трепетной, какой была в беременность. Мне стыдно, что я так и не пересилила свой страх первого секса после родов. Стёпа уже весь на нервах от отсутствия интимной близости!

– А у тебя как дела? – натягиваю улыбку, задвинув нахлынувшие переживания подальше.

– Многое изменилось, – Константин устало качает головой. – Ты не торопишься? Может, зайдём в кафе, выпьем по чашке кофе? Расскажешь, как дела у домочадцев!

Перевожу взгляд на встревоженную няню.

– Олесь, погуляй с Максимкой по площади, пока я в кафе. Только если что-то произойдёт, сразу свяжись со мной! Ладно?

– Хорошо, Вероника Алексеевна! – отзывается няня.

Она, наверно, рада, что я уже на второй день решила доверить ей малыша в моё отсутствие. Самой страшно до чёртиков, но отгоняю назойливые мысли. Что может случиться? Олеся просто погуляет с коляской, Максик спит крепко. К тому же рядом охрана, которую Волков усилил после рождения сына втрое!

В кафе вкусно пахнет кофе и сладостями. Осматриваю витрину с вкусняшками, а у самой слюнки текут.

– Я так скучаю по кексам, которые ты пёк во время моей беременности, – выдаю на автомате, посмотрев на повара.

Константин радушно улыбается:

– Знаешь, я могу прийти в выходной к вам в гости. Научу тебя печь такие кексы!

– Я не мастер кулинарии. Вот Людка с удовольствием бы поучилась, а я…

– Как дела у Люды? Она всё ещё встречается с Медведевым? – Константин вопросительно поднимает бровь.

– У Люды и Артура скоро свадьба! Любовь, в которую никто не верит, на самом деле искренняя и светлая.

– Да, гадостей про их роман много пишут.

– Это точно!

В памяти всплывают обрывки из жёлтой прессы, которые я мельком читала. Людку там как только не обзывали! И колдунья, и эскортница, и дешёвка в дорогой обёртке. Без зазрения совести наглые журналисты придумывали омерзительные истории про Людкины измены своему богатому жениху. Сколько слёз моя несчастная подружка пролила, пока её сердце окрепло и перестало всё так близко воспринимать!

Моя наивная сказочница резко повзрослела в этих отношениях.

Покупаю себе корзиночку с малиной и кофе с корицей, Константин берёт американо и муравейник. Садимся у окна, и я засматриваюсь на Олесю. Няня катает Максимку недалеко от входа, мне хорошо её видно. Облегчённо выдыхаю, но на всякий случай кладу телефон себе под нос, предварительно проверив отключила ли я беззвучный режим.

– Расскажи, как у тебя то дела? Почему ты не вернулся? – наконец решаюсь узнать мучающие меня подробности из жизни Константина.

– Я ушёл не просто так, – начинает он, улыбается, достаёт бумажник и, раскрыв его, показывает мне вложенную фотографию миловидной девушки с ребёнком на руках.

Я удивлённо моргаю, рассматривая фото.

– Когда ты успел заделать ребёнка, если не покидал наш дом?

– Это её малышка. Алечка. Такая кнопка! А я теперь отчим, – повар гордо поднимает голову. – Ну пока что только на словах. Мы с Женей готовимся к свадьбе.

– Я так за тебя рада! – одобрительно улыбаюсь. – Теперь мне всё понятно. Жене и Алечке очень повезло с тобой.

– Да, – утвердительно кивает головой.

– А мы так и не нашли повара, – вздыхаю.

– И кто теперь готовит?

– Все понемногу. Лучше всех получается у Насти, а разочарованием стал Виктор!

– Настёну я кое чему успел научить!

– Её фирменные пирожки с мясом – объедение! Почти такие же вкусные, какими были твои!

– Я иногда скучаю по этой размеренной жизни, – признаётся Константин, грустно улыбнувшись.

– Знаешь, я думаю, что ты можешь как-нибудь заскочить к нам. Проведёшь кулинарный мастер-класс, пообщаешься с друзьями! – я на секунду задумываюсь, взвешивая свои дальнейшие слова. – Лиза, кажется, была в тебя влюблена. Она очень скучает.

– У нас с Лизой не сложилось, – отрезает уверенно, отпивает свой напиток.

Я кладу ладони на горячую чашку с кофе и мельком бросаю взгляд в окно. Олеся с Максимкой обходят большой фонтан на площади.

– Я надеюсь, ты счастлива с Волковым? – неожиданный вопрос застаёт меня врасплох.

Я невольно хмурюсь, а после закрываю глаза и делаю глоток горячего кофе, чтобы выиграть время перед ответом.

– Относительно.

– Это как?

– У нас есть некоторые проблемы после рождения Максимки. Но я уверена, что скоро всё наладится.

– Да, после родов обычно всем тяжело. Ребёнок – настоящее испытание для любви. Много пар распадаются именно в этот период. У моей невесты так и вышло.

– Где вы познакомились?

– В интернете. Сайт знакомств, – Константин весело подмигивает.

– Ха! Очень романтично! – начинаю ковырять ложкой свою малиновую корзинку.

Песочное тесто тает во рту, а свежие ягоды оставляют приятное кисловатое послевкусие.

– Ты где-то работаешь? – кидаю новый вопрос.

– Устроился начальником охраны к Репину.

– Не знаю такого, – пожимаю плечами. – Тоже миллионер?

– Угу, и тоже нефтяник.

– Удивительно! Из повара в начальника охраны!

– Ты многое не знаешь о моей жизни до появления в доме Волкова, – голос звучит так сурово, что я ёжусь в кресле.

– Думаю, мне и не нужно об этом знать.

– Правильно думаешь.

– Ладно, я побегу к Максимке! Рада была встрече! – достаю из сумочки кошелёк, чтобы рассчитаться за кофе и сладости, но Константин тормозит меня жестом.

– Госпожа Волкова, как можно! Я же мужчина, я заплачу!

– Хорошо-хорошо! – смеюсь. – Костя, мы будем ждать тебя в гости!

– Я обязательно приду!

_9_.

– Степан-

Сосредоточенно залипаю в экран ноута и не могу никак сообразить, что случилось с графиком прибыли и инвестициями. Шкала поползла вниз, причём стремительно! Словно змеи, две линии, синяя и жёлтая, за три последних месяца съехали на сорок процентов.

– Оксана! – забываю нажать кнопку на переговорнике и кричу.

– Да, господин! – секретарша, к счастью, слышит меня и тут же просовывает свой нос в раскрывшийся дверной проём.

– Куда смотрят наши аналитики? – гневно сужаю глаза.

Оксана теряется, мнётся у двери.

– Почему мне не прислали отчёт, что наши продажи резко сократились?

– Как же не прислали! Присылали! Я лично вам приносила распечатанные документы с графиками и прогнозами, – секретарша хлопает нарощенными густыми ресницами.

– И куда они делись, позволь узнать?

– Господин, вы последнее время очень рассеянны! – сердито бурчит, стремительно проходит вглубь кабинета и, встав на носочки в своих чудных балетках, снимает с верхней полки синюю папку.

– Я уже смотрел её, там нет ни графиков, ни прогнозов!

– Как это нет!? – Оксана злится, кладёт папку мне под нос и раскрывает нужную страницу. – А это что?

Смотрю на график с полосками, ползущими вниз.

И аналитический прогноз продаж, который не сулит нам ничего хорошего. Если ничего не предпринять, то наше положение за два месяца ухудшится ещё на двадцать процентов, а это в сумме уже больше половины! Как я мог просмотреть такую важную деталь?

– Почему это происходит? – смотрю на секретаршу, наверно, слишком пронзительно.

– Не знаю, – пожимает плечами и отстраняется от меня, даже шаг в сторону делает, будто я убить её могу. – Я могу позвонить Егору Павловичу, он срочно приедет.

– Не стоит. Пусть наш аналитик отдохнёт, время уже позднее. На завтра назначь встречу со всем аналитическим отделом. На сегодня все свободны.

Откидываюсь в кресло и устало тру переносицу. Глаза болят и в сон клонит. Мне тоже пора домой, где меня ждёт моя Вероника и сын.

Я обещал жене, что буду больше времени проводить дома, а сам возвращаюсь после десяти вечера уже который раз. Ника злится на меня. Я злюсь на неё. И ситуацию отягощает отсутствие близости. Жена постоянно с ребёнком.

Вся надежда на няню. Если Олеся возьмёт на себя хотя бы малую часть материнских обязанностей, будет чуть-чуть помогать Веронике, возможно, ледяная женщина оттает. Нужно бы устроить нам свидание.

Но это уже после того, как решится рабочий момент. Ещё пара месяцев, и мы окажемся на волоске от банкротства.

Приезжаю домой, и по традиции меня встречает Виктор.

– Добрый вечер, вы снова поздно, – бормочет себе под нос, но смотрит мне в глаза недовольно.

Ника и ему нажаловалась на мои задержки на работе?

– Как обстановка в доме? – не разуваясь иду в сторону кухни.

Пить хочется.

– Госпожа Волкова и Максим Степанович уже спят. Вероника очень злилась сегодня, что вас нет дома! – Виктор проходит за мной до столовой и тормозит.

– Как всегда! – бросаю я, проходя в кухню.

Взгляд впивается в упругую задницу, обтянутую короткими спортивными шортиками. Я гулко сглатываю, чувствую, как кровь отливает от мозга.

– Здравствуйте, Степан Ефимович! – Олеся выпрямляется и краснеет при виде меня.

– Что там ищете? – вскидываю бровь, отгоняя застрявшую в памяти интимную картину, которую мне только что "посчастливилось" лицезреть.

– Уронила мандарин под стол! – робко улыбается, демонстрируя мне оранжевый фрукт изящным жестом.

Я прохожу в кухню, открываю холодильник. Ухватив коробку с соком, жадно отпиваю, стараясь угомонить разыгравшееся воображение.

Я не собираюсь изменять своей любимой женщине, своей законной жене, но как здоровый мужчина в полной половой зрелости, оставшись без секса на длительный период, не могу ничего сделать со своим рассудком. Тем более Вероника была права: у нашей няни миловидная мордашка и подтянутое тело.

– Как вам первый день в доме? Освоились? – окидываю няню взглядом, медленно скользнув по стройным ногам и крепким бёдрам.

– Простите меня за мой внешний вид. Я не ожидала, что пересекусь с вами, – извиняется за обтягивающие шортики и майку на тонких бретельках.

– Олеся, вы должны чувствовать себя, как дома. Носите то, в чём вам удобно!

Девушка поджимает губы, продолжая чистить мандарин.

– Вы не ответили на мой вопрос, – убираю коробку с соком на место.

– Я освоилась вроде. Дом очень большой!

– Это вы ещё больших домов не видели! – усмехаюсь, а у Олеси снова щёки горят.

– Мы сегодня были на прогулке с Вероникой Алексеевной и Максимом Степановичем, видели вашего бывшего повара Константина, – голос Олеси звучит мелодично. – Госпожа с ним в хороших отношениях.

– Как у Кости дела? Он что-то рассказывал? Где работает?

– Не знаю, – пожимает плечами. – Вероника Алексеевна общалась с ним в кафе, а я прогуливалась с Максимом Степановичем на центральной площади.

– Вот значит как! – задумчиво выдаю я, а после зеваю в кулак. – Спокойной ночи, Олеся! Завтра увидимся.

– Сладких снов, господин!

Вероника и правда спит, подложив под щёку ладонь. Я сажусь рядом, осторожно поправляю прядь её волос, упавших на лоб.

Моя канарейка. Такая родная и любимая, но такая холодная и далёкая.

Что же стало с нами? Куда ушло то взаимопонимание, которому мы научились во время беременности?

_10_.

– Степан-

За ночь Максим просыпался три раза, Вероника вставала к нему сама. Кормила, суетилась, пела колыбельные.

Я уже и боюсь даже помощь предлагать. Не хочу, чтобы ворчала и злилась.

С утра пораньше, пока мои родные спят, я решаю освежиться в бассейне.

Впереди тяжёлый день, мне предстоит совещание с аналитиками. Нужно принять какое-то решение, не теряя времени, сделать что-то, чтобы наладить ситуацию в моей корпорации. Отец будет в ярости, если узнает, что дела у меня плохи. Странно, что он до сих пор не выведал это.

Было бы очень глупо, и я бы предстал в его глазах настоящим ослом. Потому что пока всё рушится, я даже не подозреваю об этом.

Натянув плавки, сонно плетусь в сторону бассейна. Плаванье должно расслабить, привести мысли в порядок.

Вхожу медленно, вдыхаю влажный воздух. Приглушённый свет играет бликами в воде, а я невольно предаюсь воспоминаниям. Когда-то в этом бассейне плавали мы с Вероникой. Ну, вернее, я, Вероника, и крохотный Максим в её животе. Она была красива всегда, даже когда набрала двадцать килограмм и заплыла отёками.

Может, она не хочет заниматься со мной сексом, потому что стесняется своего тела после родов? Да, она больше не та хрупкая кнопка, но её фигура стала только лучше. Более женственная. Манящая.

Бросив полотенце на шезлонг, я ловко ныряю головой вниз в бассейн, брызг почти нет. Быстрым брассом проплываю до борта на противоположной стороне, разворачиваюсь. Медленно плыву обратно, приметив Олесю в красном купальнике.

Девушка осторожно погружается в воду по лестнице. Завидев меня, приветствующе машет рукой. И, наконец, плывёт мне на встречу.

– Доброе утро! – улыбается.

– Доброе утро, Олеся!

– Решили освежиться перед рабочим днём?

– На самом деле не часто выпадает возможность расслабиться и поплавать, – выдаю я, проплывая вперёд.

– А я как только узнала, что в доме есть бассейн, приняла решение плавать каждое утро! – Олеся равняется со мной и плывёт рядом. – Вероника Алексеевна и Максим Степанович ещё спят?

– Спят.

– Я так рада, что вчера госпожа разрешила мне погулять с малышом один на один! Я считаю, что это прогресс. Верно? – заискивающе заглядывает в мои глаза.

– Верно, – одобрительно киваю.

Ухватившись руками за борт бассейна, одним ловким движением вытягиваю своё тело из воды. Прохожу к шезлонгу и, присев, вытираю мокрую голову полотенцем.

Ловлю на себе заворожённый взгляд Олеси. Её блестящие глаза скользят по моему телу, жадно рассматривают, будто ищут какой-то изъян. На лице полуулыбка.

Девушка осторожно хватается за бортик и подтягивается вверх, выныривая из воды и открывая вид на свои прелести.

Красные стринги и оголённый зад. Упругий и подтянутый.

Девушка встаёт и тоже хватает полотенце, вытирает капли воды с живота, пока я залипаю на её вставших сосках под тонкой тканью.

У меня недотрах.

И это становится невыносимо.

Я не позволял себе засматриваться на других женщин, всё моё внимание было сосредоточено только на жене. Я люблю Веронику. Сильно и бесповоротно. Она – единственная, кто по настоящему зажгла во мне свет, показала, что жизнь состоит не только из лжи и предательства, что любовь может быть светлой радостью, а не разрушительным проклятьем.

Но невольно залипнув на подтянутом теле нянечки моего сына, я вдруг осознаю, что невыносимо хочу трахнуть хоть кого-то, уже без разницы кого.

Максу скоро три месяца. Врач разрешил заниматься сексом три недели назад. А Вероника всё тянет, огрызается на мои ласки, вырывается. И не даёт.

Знаю, что это не оправдывает моих мыслей об измене, но хотя бы на время успокаивает.

– Степан Ефимович, – Олеся внезапно покрывается мурашками и заворачивается в полотенце, спрятавшись от моего пронзительного взгляда.

Отворачиваюсь, будто по башке ударили.

О чём я вообще думаю!

Вероника оттает скоро, всё войдёт в норму, будет как раньше секс чуть ли не каждый день.

– Хорошего дня, Олеся! – бросаю слишком резко и направляюсь к выходу, оставив няню одну.

Быстро влетаю в комнату. Вероника сонно тянется в постели, проснулась.

– Тшшшш, Максик ещё спит! – шипит она, завидев меня.

Молча крадусь к постели, готовый наброситься на жену и растерзать.

– Сладкая моя, Вероничка – клубничка, – запускаю руку под одеяло, и, нащупав ногу жены, скольжу ладонью вверх, по колену, медленно, до ночной сорочки, проскакиваю под лёгкую ткань и выше.

– Что ты делаешь? – одёргивает ногу и смотрит на меня исподлобья не по доброму.

– Я хочу тебя, Ника, – рычу от возбуждения и ложусь рядом с ней.

Жена хмурится, обхватив руками одеяло натягивает его по самую шею, прячется от меня.

Тянусь к её губам, а она отворачивается.

– Максик может проснуться!

– Мы тихонько! – вновь запускаю руку под одеяло, более настойчиво сжимаю ткань её сорочки и выдаю стон.

Я изголодался. Если Ника не даст мне, я взорвусь.

– Стёпа, нет! – округляет глаза.

– Почему? Ну, что такое? – нахожу пальцами резинку её трусиков и осторожно тяну вниз.

– Я сказала нет, значит нет! – выныривает из-под одеяла и встаёт.

Проходит к детской кроватке. Молчит. Смотрит на сына с трепетом и любовью.

– Ника, я больше не могу терпеть! – встаю вслед за ней и обхватываю руками со спины, вжимаюсь стояком в её задницу и жадно втягиваю запах её кожи на тонкой шейке.

Ни одна женщина в мире не сравниться с моей женой!

– Стёп, – вздыхает напряжённо. – Я… я не хочу сейчас.

– Давай я помогу тебе захотеть, – целую её плечо, мягко и нежно.

– Давай не сегодня.

Обречённо выдыхаю.

Не сегодня. И не завтра. Вообще не на этой неделе и даже не в этом месяце.

Отпускаю жену и скрываюсь в ванной, чтобы привести себя в порядок после бассейна.

Впереди тяжёлый рабочий день.

_11_.

– Вероника-

Как только дверь за Стёпой закрывается, я обессиленно падаю на кровать и закрываю лицо руками.

Это не может продолжаться вечно. Я должна как-то справиться со своим страхом, переступить уже через себя и хотя бы попробовать переспать с мужем. Если будет больно, он поймёт и остановится.

Все проблемы от того, что я начиталась всякой ерунды на женских форумах.

Следующие два дня проходят, как в тумане. Стёпа со мной не разговаривает, приходит поздно, ложится спать в его личной спальне и заходит только утром перед работой, чтобы поцеловать Максика.

Довела я мужика!

Сама виновата…

Стою на кухне, наливаю гранатовый сок. Олеся рядом держит Максимку на руках, что-то рассказывает ему, звонко и громко, а я утопаю в собственных мыслях.

Нужно бы подготовиться к долгожданному событию. Бельё красивое купить, чулки. Расслабиться как-то, иначе буду деревянной, как бревно!

– Вероника Алексеевна! – Олеся мягко кладёт руку на моё плечо, и я вздрагиваю.

– А? – вопросительно заглядываю в её глаза, и тут же ощущаю, как в ноги течёт что-то мокрое.

Боже! Да у меня стакан уже полон сока, через край льётся!

Хватаю тряпку и начинаю быстро вытирать розовую жидкость.

– Госпожа, вы сама не своя! У вас какие-то проблемы? – Олеся тревожно хмурится.

– Ох, Олеся, – выдыхаю. – Я просто устала.

– Максик скоро будет спать, если захотите, ложитесь тоже в соседей комнате, отдохните.

– Нет, Максимку сейчас оденем и поедем в город. Мне нужно кое-что купить.

Через сорок минут, пока няня гуляет со спящим Максимкой, я захожу в бутик с дорогим нижним бельём.

– Добрый вечер! Меня зовут Аниса, я могу помочь вам с выбором. Повседневное или что-то особенное? – рядом вырастает молодая девушка консультант.