Текст книги "Нам по пути"

Автор книги: Рейчел Мейнке

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

– Думаю, да. – Он снова посмотрел на меня. – Как ты запомнила «Поощрительную премию»?

Потому что я одержима твоим творчеством.

– Просто пришло в голову.

– Черт, в каком она ключе? – продолжая наигрывать, спросил он. – Кажется, до-мажор?

– До-мажор с до, соль, ля-минор и фа-секвенция.

Он перестал играть, испытующе глядя мне в глаза:

– Ты играешь?

Мое тело онемело, когда я посмотрела в его медово-карие глаза:

– Иногда. Не всерьез.

Он протянул мне гитару:

– Давай послушаем.

– Ты не отделаешься так легко, все равно споешь для меня «Поощрительную премию».

Мы помолчали, пока я обдумывала сказанное. Я знала, что покраснею, так и произошло.

Зак пришел в себя первым.

– Из всех песен, которые можно спеть девушке, «Поощрительная премия» – довольно паршивый выбор. – Я смущенно засмеялась. – Но если ты настаиваешь.

И он спел. У него был низкий с хрипотцой голос, совершенно отличный от того, мальчишеского, каким Зак пел эту песню три года тому назад. Аккомпанемент только акустической гитары создавал абсолютно другое впечатление, плюс голос Зака, и мне хотелось, чтобы песня длилась вечно.

– Не обманул твоих ожиданий? – спросил Зак.

Мое бешено бьющееся сердце ответило за меня.

– Выше всяких похвал.

Он снова заиграл на гитаре, что-то напевая.

– Попроси меня спеть то, что не заставляло бы меня сгореть со стыда.

– Спой то, что тебе нравится, но «Поощрительная премия» – одна из самых моих любимых.

Он посмотрел на меня с разочарованием.

– Мы должны поработать над твоими музыкальными вкусами.

Я заставила себя засмеяться.

– Спой что-нибудь из нового альбома, – попросила я. – Как фанат музыки, я обязана дать тебе свой честный отзыв.

На губах Зака заиграла улыбка.

– Фанат музыки? Или «Скайлайн»?

– Музыки, – твердо ответила я.

– Правильно. Потому что не все меломаны знают последовательность аккордов в редко исполняемых песнях из нашего первого альбома.

– Это точно.

Он тихонько засмеялся и снова стал перебирать струны.

– Ладно. Эта песня называется «Генриетта».

– Генриетта? – удивилась я.

– Узнаешь.

Он начал петь, и я вновь затерялась в том мире, где звучал голос Зака Мэттьюза.

Глава 12

ХЬЮСТОН, штат ТЕХАС

Очередная установка аппаратуры. Очередная встреча с прессой и поклонниками. Очередное шоу.

Я уже с трудом вспоминала, в каком городе мы должны были быть, какой график был нарушен. Все, что я знала, что не могу уже выдерживать этот бесконечный конвейер. Коннор ушел давать интервью на радио. Маккензи сняла репетиционный зал, чтобы поставить новый танец. А я не видела «Скайлайн» с той ночи, когда из их автобуса ушла спать к себе.

Еще один мой день.

Я проверила свое местоположение на картах. Мы были в самом сердце Хьюстона, штат Техас. Где-то здесь должна быть хорошая еда.

Как только я вышла, пришло оповещение о прямом эфире со «Скайлайн» в «Инстаграме». Я отправила сообщение, что гуляю. Как будто в моем походе у меня появился спутник. Как будто.

– Привет, я Джесси.

– Я Аарон.

– Росс.

– А я – Зак. И мы – «Скайлайн».

Это был чат в формате «Вопрос – Ответ», в котором часть времени отводилась на рекламу тура и анонс предстоящих интервью.

– Так, пора посмотреть, что вас интересует, – сказал Джесси. – У вас есть шестьдесят секунд, чтобы засыпать нас вашими вопросами. А пока в эту свободную минутку Аарон и Росс займутся армрестлингом.

Ресторан с барбекю. Самое подходящее место, чтобы попробовать то, чем славится Хьюстон. Я взяла меню и стала выбирать еду, краем уха прислушиваясь к разговору в эфире «Скайлайн».

– Закончили! – объявил Джесси. – Росс одержал чистую победу.

– Это только потому, что он ударник, – возразил Аарон.

Я заказала то, что посоветовал кассир, и уселась за столик ждать еду. Ребята просматривали сообщения и читали некоторые вопросы.

– Наш следующий сингл выйдет в середине июля, – улыбнулся Росс. – Его название мы вам пока не скажем, ждите, это будет со дня на день.

– Да, слухи верны, – сказал Аарон. – Мы рассматриваем возможность своих собственных гастролей после окончания тура с Коннором Джексоном. Более подробная информация появится позже.

– Нет, я не трачу пятнадцать минут на прическу, – глядя в камеру, сказал Джесси. – Это вообще что за вопрос?

– Нет, тратит, – возразил Росс. – Если не больше.

У меня было чувство, что я обедаю с парнями. Приключение одинокой Кейтлин превратилось в свидание в ресторане. Закончив обед, я прихватила с собой салфетку с напечатанным названием ресторана. На память о Хьюстоне? Годится. Засовывая салфетку в карман, я не могла отделаться от мысли, что моя коллекция памятных вещиц просто смехотворна. Но для меня они были особенными, ведь они хранили тепломоихвоспоминаний.

Я вернулась в автобус, положила салфетку в коробку с другими моими трофеями. Потом переоделась в фирменные шорты Limitless и игровую футболку. Натянула кроссовки, взяла футбольный мяч и вышла на улицу.

Все, что мне было нужно, – это большая пустая стена.

Такая стена нашлась за припаркованными автобусами нашей группы. Размер ее был подходящим, и поблизости вроде бы никого не было.

Размеренный стук мяча, отскакивающего от моей ноги и потом от стены, принес покой, которого так не хватало в течение нескольких последних остановок.

– Ого, вот это да.

Я вскрикнула от неожиданности и, обернувшись, увидела подходившего Зака.

И тут мяч ударил меня в ногу. Сильно.

– О, черт.

У него в руках была черная тетрадь, из кармана брюк торчала ручка.

– Ты пытаешься сломать арену?

Я машинально подняла подол майки, чтобы вытереть пот с лица. И только потом сообразила, что показываю Заку свой спортивный лифчик.

Я быстренько одернула майку:

– Прости, я увлеклась.

– Ну, это мягко сказано, – заметил он. – Я здесь стою уже минуты три, выбирая момент, чтобы проскочить мимо тебя и не получить куда-нибудь мячом.

Упс.

– Извини.

– Ты ни в чем не виновата. Увлечение любимым делом – это то, за что не нужно просить прощения.

– Спасибо.

– Когда в следующий раз пересечемся, я принесу тебе полотенце, – он лукаво улыбнулся. – Хотя, я думаю, ты и так очень хорошенькая.

Прежде чем я успела сообразить, что ответить, он уже уходил.

Он шел по арене, потом вытащил ручку и писал что-то на ходу. Несколько минут я играла с мячом, делая финты и обводки, потом снова стала бить им о стену.

Стена, нога, удар, еще удар. Для меня это был лучший способ провести жаркий летний день.

И еще это помогло мне отвлечься и не думать о том, что Зак Мэттьюз только что назвал меня хорошенькой.

* * *

– Можно мне взять футболку с логотипом «Скайлайн»? – спросила я у мамы.

– Зачем тебе именно такая?

– Потому что это для меня важно.

Она покачала головой, но я видела, что она улыбается.

– Да, Кейтлин. Возьми.

Я выбрала простую белую футболку с надписью «СКАЙЛАЙН» на груди. На спине был профессионально выполненный портрет четырех парней. Еще я прихватила футболку с надписью «КОНЦЕРТ КОННОРА ДЖЕКСОНА» с расписанием турне на спине.

– Это все, что ты хотела? – спросила мама.

– Пока да.

– Предположу, что ты в этом будешь на шоу сегодня вечером?

Я кивнула, показав ей майку со «Скайлайн»:

– Пора объявить себя фанаткой.

– Попроси мальчиков подписать твою футболку.

– Ты предлагаешь мне пропуск на встречу с прессой и поклонниками?

Она покачала головой:

– Ты слишком многого хочешь.

– Это да?

– Нет у меня пропуска на встречу со «Скайлайн», – сказала она. – Просто сходи к ним сама перед концертом.

Вместо того чтобы ломиться на их мероприятие, я вернулась в автобус. До сих пор я всегда находила чем заняться, чтобы не скучать. Похоже, все меняется. Я переложила вещи в чемодане, пообщалась в соцсетях, поиграла в пасьянс – и больше ничего делать не хотелось.

В дверь постучали. Недоумевая, кто бы это мог быть, я подкралась к двери и посмотрела в глазок.

Зак?

Я распахнула дверь:

– Привет!

Он изобразил улыбку:

– Я пытался вздремнуть, но перестарался с кофеином. А твоя мама сказала, что ты ищешь спутника.

Ну конечно, она сказала.

– Входи, – я потянула его внутрь и закрыла за ним дверь. – Я… Уборку делала.

Он стянул свои кеды у двери и повернулся ко мне с удивленным лицом.

– Ты делала уборку автобуса?

Вообще-то это было намного лучше, чем играть в карты в одиночку.

– Немножко.

Он подошел к дивану, и тут до меня дошло, что он в нашем автобусе впервые.

– Хочешь экскурсию?

– Давай.

Я широко раскинула руки:

– Это диван.

– Это гостиная?

– Я не уверена, что ее размер позволяет ей так называться. – Я провела его мимо дивана и положила руки на стол, на котором лежали мои карты. – Здесь мы завтракаем.

– Обычно столы для этого и нужны.

Мы пошли дальше по коридору.

– Здесь две трехъярусных кровати. Мама и папа спят на двух верхних кроватях. Средняя слева – моя. А другие три заняты одеждой. – Я отдернула занавески на кровати с моим чемоданом. – Здесь живет моя одежда.

Зак заглянул поверх моего плеча:

– У тебя так много футбольных маек.

– Ты зовешь меня на свидание?

– Вроде того. – И тут он увидел мою сувенирную коробку. – Это что?

Я открыла коробку и дала ему посмотреть:

– Из каждого города я люблю брать что-нибудь значимое для меня.

Он вытащил сегодняшнюю салфетку.

– Это что для тебя значит?

– Это место, где я ела изумительное мясо, жаренное на углях, – ответила я. – Каждая вещица – это то, что я буду помнить.

Он медленно кивнул и вернулся к разглядыванию содержимого коробки.

– Некоторые люди делают альбомы. Некоторые – ведут дневник. Ты собираешьпредметы. Мне это нравится.

– У меня памятные вещицы отовсюду, кроме Портленда.

Он вопросительно приподнял бровь:

– Почему кроме Портленда?

– Потому что во время моей вылазки я так увлеклась самим городом, что забыла найти какой-нибудь сувенир.

– Понятно.

Когда Зак отдавал мне коробку обратно, его рука коснулась моей, и у меня по спине побежали мурашки. Я отошла положить коробку на место и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

Задернув шторку, я направилась в комнату Коннора.

– А здесь спит Его Величество.

– То есть у него не трехъярусная кровать?

– Нет, конечно.

Я открыла дверь в последнюю комнату. Внутри была двуспальная кровать Коннора, его переполненный чемодан и акустическая гитара.

– Я бы поборолся с Джесси, Аароном и даже с Россом за такое, – сказал Зак. – Шансов выиграть, конечно, никаких…

Мы вернулись к дивану, Зак помедлил у стола с разбросанными игральными картами.

– Во что ты играла? – спросил он. – Знаешь, тогда, во время уборки?

Меня поймали с поличным.

– Так, пасьянс раскладывала.

Он пошел к двери, обулся. Когда я поняла, что он сейчас уйдет, меня захлестнуло отчаяние.

– Я хочу кое-что тебе дать, – сказал он, прежде чем открыл дверь.

Я вышла за ним на улицу. Он отошел от автобуса и поднял камешек. Порылся в кармане и выудил оттуда маркер.

– Что ты делаешь? – спросила я.

Он нацарапал что-то на камне и повернулся ко мне.

– Это тебе.

Я взяла у него камень и увидела надпись: «ПОРТЛЕНД».

– Я точно запомню, что подобрал этот камень в Портленде, а ты? – с игривой усмешкой спросил Зак.

Лучшего и желать нельзя.

Глава 13

ДАЛЛАС, штат ТЕХАС

Сегодня днем я собралась лететь к Showcase Limitless. Но после ночного переезда было довольно трудно успокоить расшалившиеся нервы. Я принялась расхаживать по «комнатам» нашего автобуса, чем сильно обеспокоила маму.

– Почему бы тебе не пробежаться немножко? – предложила она. – Потратишь шальную энергию.

– Я не могу. Я должна походить. Я должна подумать.

– Сейчас восемь утра; о чем ты должна подумать?

В дверь автобуса постучали, и, прежде чем открыть, мама взглянула на меня, так как я уже шла в конец автобуса, завершая очередной круг.

– Привет, миссис Джексон.

Росс.

Мама пригласила его войти. А я, как нарочно, была еще в пижаме: шорты с кошками, играющими в футбол, и безразмерная рубашка Коннора. И выглядела совершенно нелепо.

– Доброе утро, Кейтлин. Я хотел узнать, какие у тебя планы.

– Да, Кейтлин. Какиеу тебя планы? – поддразнила меня мама.

Что я могла ответить?

– Думаю пока.

Мама засмеялась и вернулась на диван.

– Я зашел узнать, не захочешь ли ты пойти с нами сегодня утром в студию, – объяснил он. – Мы записываем новую песню, и я подумал, что со зрителями будет прикольно.

– Какой сложный выбор, – сказала мама. – Остаться здесь и продолжать думать или пойти со «Скайлайн» в студию звукозаписи и услышать их совершенно новую песню.

Мое лицо покраснело от смущения, а мать умехнулась из-за спины Росса. Она раскрывала мою тайну, она же знала, что я не смогу отказаться.

– Я приду, – сказала я. – Дай мне минутку переодеться.

Взгляд Росса упал на мои шорты с кошками:

– Я хочу сказать, что не знаю, что может быть лучше этих шорт, но попробуй.

Мама выпроводила Росса из автобуса, я дождалась, когда дверь закроется, и взорвалась:

– МАМА!!! Ну, все же у тебя шито белыми нитками!

Она пожала плечами:

– Я делаю как лучше для своей дочери.

– Ты ставишь меня в неловкое положение.

– Мамы как раз для этого и нужны.

Очень хотелось продолжить наш спор, но не было времени. Я была совсем не готова выйти в люди.

– Наш разговор не окончен!

Она помахала мне рукой.

– Хочешь, я заплету тебе волосы? Знаешь, ты очаровательно выглядишь с французскими косами.

– Да. Но не подлизывайся.

Она только рассмеялась.

Когда начался концертный тур, я пыталась навести порядок в чемодане, разложив вещи по группам, но сейчас, в разгар турне, это было бесполезно. И как раз сегодня был тот случай, когда нужны не тренировочные шорты Limitless и турнирная футболка, а что-нибудь другое, но, похоже, больше ничего не было.

Мне удалось найти черные шорты с высокой талией и укороченную серую майку без рукавов. Чтобы собраться, я закрылась в ванной. Как только я стянула с себя пижаму, в дверь ванной постучали.

– Ты что там делаешь? – завопил Коннор.

– Убирайся!

Он громко застонал:

– Мне нужно в туалет!

– У меня девичья неожиданность.

За дверью стало тихо.

– О! Ну, ладно.

Я накрасилась как всегда, но добавила чуточку цвета губной помадой.

– Ты вот это называешь неожиданностью? – воскликнул Коннор, когда я вышла из ванной. – Ты же просто переоделась!

Я знала, что если начну объяснять, возникнут новые вопросы. Вопросы, на которые я не хотела отвечать, потому что не знала, чтоотвечать.

– Заткнись, Коннор.

Он внимательно посмотрел на меня:

– Есть повод наряжаться?

– Что ты имеешь в виду?

Он указал на мой наряд:

– Ты не надела шорты для бега, это раз. И у тебя укороченная майка.

Коннор никогда не замечает, что я надела или что я делаю. Почему именно сегодня заметил?

– Я просто так оделась.

– Ты куда собралась? – спросил он, когда я надела черные кеды.

– Гулять.

– С Заком?

– Нет, со «Скайлайн».

– Включая Зака.

Я подняла глаза и увидела на лице Коннора широкую дразнящую улыбку.

– Он тебе нравится!

– Я думала, тебе нужна ванная, – сказала я, протискиваясь мимо него к маме.

– Кейтлин любит Зака! – запел Коннор, пританцовывая в узком коридоре.

– Кого любит Кейтлин? – отец вышел из дальней комнаты и направился в ванную.

– Никого, – огрызнулась я, послав Коннору свирепый взгляд.

Коннор расхохотался и рухнул на пол.

– Напишу заявление, уйду от вас в другую семью, – пробормотала я, а мама встала с дивана.

– Садись, – сказала она, указывая на диван. – Они придут с минуты на минуту.

Я послушно села, и мама заплела мне косы.

– Клянусь, ты испортишь себе волосы, – сказала она. – То в хвост их забираешь, то косы плетешь.

– Алекс Морган все еще с волосами, так что и у меня все будет прекрасно, – вспомнила я своего любимого футболиста.

В дверь постучали, когда мама закрепляла резинкой вторую косу.

– Как раз вовремя, – сказала мама, отступая на шаг. – Можешь идти. Развлекайся. И не выдумывай лишнего.

– Какой чудесный совет моей мамы.

Она поцеловала меня в лоб и распахнула дверь. Росс открыл для меня дверцу такси.

– Милости просим! – позвал Джесси с переднего сиденья.

– Спасибо. – Я уселась.

Росс и Аарон уткнулись в свои телефоны. Зак спал. Он свернул свою толстовку и использовал ее как подушку у окна. Я откинулась на спинку сиденья, когда такси выехало на большую дорогу.

– Чем ты занималась этим прекрасным утром? – Росс поднял глаза от телефона.

– Так, ничем особенным, – сказала я, отвечая на послание Дженики о моем полете.

Сначала мы рассчитывали прибыть в Лос-Анджелес почти одновременно, но рейс Дженики отложили. А это значило, что мы не сможем поехать на такси вместе и поделиться друг с другом нашими тревогами и волнением.

– А как твоя утренняя пробежка? – спросил Аарон.

– Что? – я удивленно повернулась к нему. Я точно знала, что никогда не упоминала при мальчиках мои утренние пробежки. – Как ты узнал?

– Ты с нами на гастролях уже в шестом городе, – рассмеялся Росс. – И мы знаем гораздо больше, чем ты думаешь.

– Что, например? – с вызовом спросила я.

– Например, что ты ешь только желтые конфеты Sour Patch Kids, – сказал Аарон, не отрываясь от телефона.

– Или что ты почти каждый вечер заказываешь салат с гарниром в той фирме, что доставляет нам пиццу, – сказал Росс. – Но пиццу ты тоже ешь.

– Или что у тебя из вещей только майки для футбола и шорты, – сказал Джесси.

– Ерунда какая-то, – сказала я. – А за последнее даже обидно.

– Сегодня по-другому, – отметил Джесси.

Я посмотрела на парней. Все, кроме Зака, были в джинсах и футболках с рисунками. Зак был одет в черные спортивные брюки и знакомую тонкую белую футболку. Мы доехали до места, и Джесси стал слегка тормошить Зака.

– Я бы выбрался из зоны поражения, – предупредил Росс, выбираясь из машины.

Несколько секунд Зак протирал глаза, потом посмотрел на нас двоих, затем – на студию, явно собираясь с мыслями.

– Пошли уже! – воскликнул Джесси. – Нам дали помещение всего на два часа. – Он повернулся ко мне. – Мы уже записали все инструментальные дорожки и сегодня только наложим на них вокал, поэтому долго не будет.

Зак хмыкнул и, вылезая из машины, зевнул.

– Доброе утро, – сказала я ему.

– Доброе, – его голос был хриплым после сна.

Мы прошли в студию, арендованную мальчиками.

– Привет, парни, – человек за пультом кивнул Джесси и Заку. Потом повернулся ко мне, и на его лице отразилось замешательство.

Он был полноват, и на его лице от смеха появлялись морщинки. Его щеки были покрыты щетиной, словно он пару дней не брился.

– А это кто? – спросил он.

– Кейтлин, это наш звукоинженер Терренс, – сказал Росс. – Терренс, это наша подруга Кейтлин.

– Рад знакомству, Кейтлин, – Терренс помахал мне рукой. Он повернулся к парням. – Зак, дружок, похоже, тебе кофеинчику сейчас не помешало бы.

– Это очень слабо сказано, – проворчал Зак.

– Отлично, – пробормотал Росс. – У нас есть мистер Суперворчун.

Зак сверкнул глазами на брата.

– К счастью, у меня есть для тебя зеленый чай, – Терренс вручил Заку горячую кружку. – Для тебя сделал, мой хороший.

– Так, готовимся, – сказал Аарон Джесси и Россу. – Зак, присоединишься к нам попозже.

Зак уселся на диван и отхлебнул чаю:

– Спасибо, Терренс, хороший чай.

– Кейтлин, верно? – спросил Терренс, как только ребята вошли в студию. Я кивнула, устраиваясь в свободном кресле. – Как ты познакомилась с этими парнями?

– Я – младшая сестра Коннора Джексона.

– О, тебе повезло. Эти четверо – лучшие ребята из всех, с кем я хотел бы работать.

Засмеявшись, Зак прервал нашу беседу:

– Ерунду говоришь.

– Заткнись и пей свой чай, – бросил через плечо Терренс.

– Я уже выпил, – Зак поднялся. – Еще раз спасибо.

– Не за что, приятель.

– Как называется песня? – спросила я у Зака.

– Я назвал ее «Солнце Лос-Анджелеса», – сказал Зак. – Думаю, тебе понравится.

Он отправился в студию. Склонившись над своим пультом, Терренс прищелкнул языком и быстро переговорил с парнями, настраивающими инструменты.

Микрофоны ожили, как только ребята надели наушники. Звук был включен, и мы могли слышать, о чем они говорят в студии.

– Росс, я тебя слышу, – сказал Джесси.

– Мы слышали, как ты пукнул, – добавил Аарон.

– Отвратительно, – сказал Зак. – Мы тут все заперты. Иди порти воздух снаружи.

– Ребята, вы готовы? – спросил Терренс.

– Как можно петь в такой вонище, – качая головой, буркнул Зак.

– Так, успокойтесь и начинайте, – приказал Терренс. – Время не резиновое.

Следующие два часа пролетели как один миг. Фантастика, я сижу в студии с моей любимой группой и наблюдаю, как они записывают новую песню! Это с трудом укладывалось в моей голове.

Все время, пока шла запись, было очень заметно, как Заку трудно. Он постоянно пропускал вступление, сбивался с ритма и забывал текст. И, судя по лицу Джесси, это было необычно.

– Тяжелый случай, – сказал Терренс, как только закончили запись.

– Понятно, – буркнул Зак, стаскивая наушники.

– Не провоцируй его, – Джесси взял бутылку кока-колы из холодильника. – Это был длинный сеанс, а он пришел не в лучшем настроении.

Зак вышел из студии с нахмуренным усталым лицом.

– Расслабься, – сказала я, похлопав по соседнему стулу.

Протяжно вздохнув, он уселся рядом со мной.

– Дайте мне несколько минут, – сказал Терренс, – И вы услышите черновой вариант готовой песни.

– Круто, – сказала я.

– Ты с Коннором когда-нибудь ходила на запись? – спросил Росс.

– Нет, – ответила я. – Во время записи он очень занят, и я не хочу путаться у него под ногами.

– Он сильно нервничает?

– Очень раздражается и совершенно не выносит, когда кто-нибудь ему мешает.

Росс посмотрел в сторону Зака:

– Смахивает на кого-то очень знакомого.

– Я все понял, – многозначительно сказал Зак.

– Готово, – обернулся к ним Терренс. – Наслаждайтесь, слушаем черновой вариант «Солнца Лос-Анджелеса».

После того, как ты был очевидцем трудного процесса записи песни, было очень приятно послушать конечный результат. Песня была про девушку, прикольную и чуть-чуть упрямую, но с золотым сердцем. И яркую, как солнце в Лос-Анджелесе.

– Терренс, ты супер! – Росс протянул руку на «дай пять». – Классно звучит.

– Да, действительно, – улыбнулся Зак.

– Наконец-то Зак со мной согласился, – пробурчал Росс.

– Ребята, я отправил вам этот файл, – сказал Терренс. – Еще пару дней поработаю с записью и отдам окончательный вариант.

Джесси с Терренсом начали обсуждать сроки, Аарон вызвал такси.

– Мы должны вернуться на саундчек, – сказал Аарон. – А Кейтлин нужно успеть на самолет.

– Ну, что скажешь? – спросил меня Росс, когда мы вышли.

Моя фанатская сущность рванула из меня со страшной силой:

– Общий ритмпотрясающий. А строчка о двух страстях, сливающихся в одну? Абсолютно гениально.

– Я рад, что тебе понравилось, – сказал Росс. – Так как ты наша самая главная поклонница и вообще, твое мнение очень важно.

Я застонала от нестерпимого желания врезать ему, а Росс был явно доволен, что поставил меня в неловкое положение.

– Такси ждет, давайте в темпе! – позвал Аарон. – Нас убьют, если мы опять опоздаем.

* * *

Прежде чем я отправилась в аэропорт, мама перепроверила все, что я уложила в свою спортивную сумку. Раз уж мама – менеджер, то это навсегда.

– Я все правильно уложила? – спросила я, когда она застегнула мою сумку. – Кандакия Джексон одобряет?

Она неодобрительно взглянула на меня через плечо:

– Я – твоя мама. Мне важно убедиться, что у тебя есть все необходимое, прежде чем ты окажешься в другом штате и обнаружишь, что забыла уложить нижнее белье.

– Спасибо, мам!

– Такси прибыло! – позвал отец от передней двери автобуса.

Перекинув сумку через плечо, я направилась к выходу, мама шла следом.

– Будь осторожна, дорогая, – мама слегка обняла меня и поцеловала в макушку. – Позвони, когда прилетишь в Лос-Анджелес.

– Ладно.

– Надеюсь, ты отлично повеселишься.

Идеальным напутствием перед выступлением это не назовешь, но могу поклясться, что мама старалась.

– Спасибо, мам.

– Подождите!

Зак с Россом сломя голову неслись к нашему автобусу.

– Мы хотели обязательно пожелать тебе удачи, – слегка запыхавшись, сказал Росс. – Если только это не плохая примета. Тогда желаем тебе сломать ногу.

– Мне кажется, ты имел в виду театр, – засмеялась я. – Но все равно спасибо, Росс.

Росс отсалютовал мне:

– Когда ты вернешься, «Солнце Лос-Анджелеса» уже будет выпущен как сингл во всем мире. Надеюсь, ты оценила его искренне.

– Это все не то, что ей нужно услышать перед отъездом, – сказал Зак. – Она занята. Иди отсюда.

– Ладно, – Росс поднял руки, будто сдается. – Намек понял.

Зак повернулся ко мне:

– Удачи тебе. Я уверен, ты отлично справишься. – Он протянул мне маленькую коробочку. – На удачу?

Я взяла коробочку и открыла ее. Внутри была подвеска в виде хрустального мяча с выгравированным в центре номером, моим номером – два.

– Она очень красивая, – я вздохнула, глядя на Зака.

Его обычная уверенная улыбка сменилась на взволнованную полуулыбку:

– Рад, что тебе понравилось.

Я осторожно положила ее обратно в коробочку и крепко обняла его, и он с удовольствием сделал то же самое.

– Увидимся, когда вернешься, – ласково сказал Зак.

– Вы целоваться уже будете когда-нибудь? – выкрикнул кто-то.

Зак распахнул глаза и густо покраснел.

– До встречи, Зак, – засмеялась я.

Сжимая в руках коробочку, я села на заднее сиденье машины.