Текст книги "Тихоня с искорками в глазах (СИ)"
Автор книги: Раиса Николаева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)
Ч. 3 Гл. 2
Глава 2
Элида с Эльзой гуляли в городском саду. Вернее, Элида гуляла, а Эльза сидела на скамейке и что-то вязала, время от времени неодобрительно поглядывая на Элиду, не понимая, почему той не сидится на месте. А Элиде было скучно, так скучно, что она просто не знала куда себя деть. Все статуи в парке были осмотрены, все водоплавающие в пруду накормлены, все цветы обнюханы, оставалось только взвыть от тоски. Под ноги ей попался небольшой плоский камень. Элида подняла его, подкинула на ладони вдруг так ярко вспомнила, как Катя лихо бросала такие камни, и как они без остановки летели над поверхностью воды время от времени шлепаясь и снова отскакивая, чтобы лететь вперед. Элида воровато огляделась по сторонам и убедившись, что вокруг никого нет, запустила этот камень по поверхности пруда.
– Раз, два, три, четы, пять, шесть, – считала она шлепки, на восьмом камень ушел под воду.
– Невероятно! – услышала она восторженный возглас и чуть не подпрыгнула от неожиданности, поскольку могла поклясться, что еще минуту назад никого рядом с ней не было. Она высокомерно вздернула подбородок (а что еще оставалось делать, когда тебя застукали за таким неприличествующим благородной даме занятием), и неприязненно посмотрела на непонятно откуда взявшегося мужчину. Хотя какой там мужчина? Молодой человек был старше Элиды от силы на три четыре года. Парень, не скрывая восхищения смотрел на Элиду. Был бы он красавцем, Элида даже не стала бы тратить на него и секунды своего внимания (у нее уже был один красавец, и ничего хорошего из этого не получилось), но этот парень был самым обычным. Приятное лицо и неправильными чертами, рот чуть великоват… хотя может он таким казался из-за улыбки, что не сходила с его лица. Веселые, смешливые глаза, нос чуть курносый, да еще с несколькими веснушками. Волосы темно-русые, собранные в заплетенную косу, шляпа, которую молодой человек тут же снял, приветствую Элиду. И он, и она понимали, что познакомиться им, не будучи представленными друг другу третьим лицом не представляется возможным, поэтому мужчина, еще раз поклонившись быстро исчез, а Элида почти минуту смотрела ему в спину, наблюдая, как он удаляется по аллее.
Второй раз она встретила его на следующий день… в этом же парке. Они с Эльзой пришли в парк ближе к вечеру. Вокруг было много гуляющих людей, и вот возле одного из павильонов Элида снова увидела этого незнакомца. Она быстро опустила глаза, боясь встретится с ним взглядом, постаралась недовольно поджать губы, а потом, не удержавшись быстро взглянула на то место, где он стоял. Вот только там уже никого не было. Нахлынуло такое страшное разочарование, Элиде поему-то показалось, что она ему понравилась, и он хотя бы постарается подольше находится рядом с ней, пусть и без возможности общения. В этот момент девочка цветочница легонько тронула ее за рукав.
– Это вам, – тихо произнесла она, и быстро протянула Элиде небольшой скромный букетик и нежных неярких луговых цветов. Не успела Элида спросить, от кого этот букет, как девочка уже исчезла. Элида растеряно посмотрела в одну, потом в другую сторону. На секунду ей показалось что на повороте мелькнула шляпа того таинственного незнакомца, но может это только ей показалось? Впрочем, она ни секунды не сомневалась, кто передал ей этот скромный подарок.
Цветы Элиде дарили и раньше. Хотя бы Лоут. В тот небольшой промежуток времени, когда она чувствовала себя счастливой и была окружена его вниманием, дарил ей совершенно необыкновенные цветы. Роскошные и прекрасные, с таким невероятным ароматом, который заменял любые духи. Каждый цветок был закован в золото, инкрустированное драгоценными камнями. Эта золотая оболочка являлась магическим сосудом, позволяющем цветку сохранять свежесть долгие месяцы. Когда Элида покидала дом мужа, все цветы, подаренные им, все еще стояли в вазах. Элиде бывало так не хватало этого чарующего аромата.
Эти же цветы были такими… беззащитными, что ли. Маленький букетик, почти умещающийся в ее ладони, но он почему-то растрогал ее до слез. Теперь Элида на каждой прогулке высматривала своего незнакомца, но он не спешил появляться. Увидела она его только во время ярмарки, что состоялась в конце недели. Это было настолько шумное, яркое и грандиозное событие, что эту ярмарку считали незазорным посещать дамы и кавалеры даже из высшего света. Поэтому, когда Элида предложила своей компаньонке погулять среди веселящегося народа, то она встретила самый горячий отклик.
Вокруг все шумело и бурлило, Элида с интересом смотрела по сторонам, пока не поймала себя на мысли, что она высматривает «плохо» лежащие вещи и кошельки праздно гуляющей публики. Элида тихо засмеялась, поскольку поняла, что жизнь в теле Кати и с ее воспоминаниями, оказала на нее слишком большое влияние. Например, ей очень хотелось попробовать круглых лепешек, что пекли прямо на улице, но она понимала, что это невозможно, и тут ее взгляд зацепился за леденцы, самых различных форм, которые закрепляли на палочке, чтобы было удобнее есть. Ей так захотелось такого леденца, что она приказала Эльзе купить его ей.
– И не подумаю! – отрезала женщина. – Где это видано, чтобы герцогиня шла по улице с леденцом в руке! – Элида со вздохом была вынуждена согласится. Они прошли еще несколько метров, и тут на Эльзу налетел какой-то мужик, и пока она кричала и ругалась Элида вдруг почувствовала, как кто-то взял ее за руку, она оглянулась и покраснела от смущения, увидев своего знакомого незнакомца. Он не сказал ни слова, лишь что-то быстро сунул ей в руку. Оглянувшись и убедившись, что ее никто не видит, Элида раскрыла ладонь. Там лежал «петушок на палочке». Она тихо засмеялась и завернув лакомство в платок, спрятала его в сумке. Как же ей стало хорошо. Она вдруг подумала, что прекрасно могла бы жить и без роскошных платьев и драгоценностей, без изысканных яств и подарков. Хватило бы вот такого букетика цветов и такого «петушка на палочке».
С этого дня события покатились, как снежный ком. Теперь Элида встречала своего незнакомца везде. Она натыкалась на него в парке, встречала на улице, видела из окна своего дома… Да, один раз увидев его, прогуливающегося по ее улице, она теперь целыми днями караулила у окна, надеясь увидеть его вновь. Кто он? Этот вопрос не давал ей покоя. Как его зовут? Сколько ему лет? Где он живет? По его одежде и манере поведения она, пыталась догадаться хотя о самом простом.
Одежда хорошая, но не роскошная. Манеры такие, что его вполне могли бы принять в любой светской гостиной, но этот леденец, перечеркивал образ аристократа, вместо которого появлялся… кто? Элида не могла ответить на этот вопрос. Букетик цветов она засушила, сохранила и палочку от леденца. Если ее понюхать, то слабый аромат карамели возвращал ее на ту чудесную ярмарку. Элида не боялась ни бедности, ни лишений, если это будет ее платой за то, чтобы быть с ним вместе – она согласна! Ее порой и саму пугала такая ее решимость, такие ее мысли, что все чаще и чаще рождались в ее голове, и это при том, что об этом мужчине она не знала ничего!
На другой день она напрасно высматривала его из окна, напрасно гуляла по парку – незнакомец исчез. Элида не находила себе покоя, уныло бродя по комнатам, думая о том, что с ним могло произойти. Не появился он и на следующий день. Ее сердце разрывалось от отчаяния. Она надеялась увидеть его в каждом проходящем мужчине. И вот на третий день к ней в парке подбежал какой-то чумазый мальчишка и незаметно сунул ей в руку записку. Элида, не читая быстро сунула ее в сумку, и эта сумка прожигала ей руки, пока она с медлительной компаньонкой чинно и спокойно шла домой. Будь ее воля, она полетела бы, как ветер, но увы, приличия, приличия.
Только перешагнул порог дома Элида мгла больше не притворяться. Перепрыгивая через две ступеньки, она бросилась в свою комнату и плотно закрыв дверь дрожащими руками развернула лист. В записки не было ни ее имени, ни его, но разве это важно? Слова, от которых заныло от счастья сердце, могли принадлежать только ему.
«Мои силы на исходе, – так начиналось послание. – Желание видеть вас говорить с вами сжигает последние остатки благоразумия. Если вы испытываете тоже, что и я, жду вас в два часа пополудни у того места, где я впервые увидел вас», – Элида прижала письмо к груди и закружилась по комнате.
«Два часа пополудни, – мысленно подумала она. – Какое замечательное время он выбрал. В это время в саду меньше всего людей, поскольку дамы отдыхают после обеда. Значит, я смогу увидеть его, поговорить с ним! – она достала из потайного места свои драгоценные часики. Было одиннадцать часов. – Еще три часа, и мы встретимся! – в восторге думала она, забыв и о муже, и о Рэннете, и вообще обо всем на свете. Она еле-еле высидела время обеда, ей не хотелось, чтобы кто-то заметил, что ей кусок в горло не лезет, поэтому она захвалила кухарку, хотя сама едва смогла проглотить несколько ложек супа. Потом она стала думать о том, в каком платье ей идти в парк. Все не то, все платья она уже надевала, и он наверняка видел ее в них! Она чуть не заплакала с досады, но этого ни в коем случае нельзя было делать, иначе Эльза ни за что не оставит ее одну и будет постоянно находится рядом, переживая за ее слезы. А Элиде надо было во чтобы то ни стало вырваться из дома. Тут она поняла, что выбор наряда совсем невелик, без помощи горничной, она могла надеть всего три, вот из них и пришлось выбирать.
Она, как мышка сидела в своей комнате, ожидая, когда слуги уснут. Все трое были большими любителями поспать в обед, так что с этой стороны ей можно было не опасаться, что ее уход заметят. Когда дом затих, Элида босиком спустилась вниз, и только тогда надела туфли. Прихватив зонтик, защищающий и от солнца, и от любопытных взглядов, она отправилась в парк, стараясь идти спокойно, как и приличествует даме ее положения.
Подойдя к заветному месту Элида остановилась. Никого не было. Она оглянулась в растерянности и тут в нескольких шагах, увидела его стоящего в тени беседки. Все страхи мгновенно испарились, такая радость переполнила сердце и душу, больше ничего не боясь, Элида шагнула к нему. Он бережно взял ее руку и поцеловал кисть. От этого поцелуя тысячи иголок впились ей в руку и растворились, неся жар и возбуждение в каждую клеточку ее тела. Если бы могла она в эту секунду бросила бы все и ушла за ним на край света!
– Благодарю, вас, – едва слышно, одними губами прошептал н, и снова коснулся поцелуем ее руки. Она не могла отвечать, лишь счастливо вздохнула, не спрашивая ни его ни имени, ни его намерений. – Как я хочу быть с вами рядом, – продолжал он. – Как я хотел бы прикоснуться к вам, не опасаясь, что кто-то заметит нас, что кто-то подумает о вас дурно. – Говоря все это мужчина крошечными невесомыми поцелуями двигался от ее кисти к сгибу локтя, а Элиде казалось, что весь мир переворачивается с каждым его поцелуем. В этот момент за поворотом аллеи послышались голоса. Мужчина сделал шаг назад, буквально превратившись в невидимку, а Элиде пришлось сделать вид, что она любуется резьбой беседки, с восторгом разглядывая орнамент. Мимо нее прошли две женщины с маленькими детьми, очевидно няньки. Когда их шаги затихли, он снова оказался рядом. – Как я хочу перестать всего бояться, – шептал он, – как хочу сжимать вас в объятиях, не боясь, что локон выбьется из вашей прически, или помнется шарф. – Каждое его слово отражалось звоном в ее ушах, его мысли были полностью созвучны с тем, о чем думала и она. И снова им помешали, и снова ей пришлось, сжав зубы, считать мгновения, когда они останутся наедине. Он коснулся рукой кончиков ее волос, она едва сдержалась, чтобы не прижаться щекой к его руке, до того она жаждала такого прикосновения, но словно нарочно какие-то звуки, какие-то шумы, заставляли его отдергивать руку назад, вызывая у Элиды почти стон от разочарования. – Элида, – каким-то другим, дрогнувшим голосом, сказал он. – Сегодня ночью я приду к вам. Вы впустите меня? – Он взглянул ей в глаза и его взгляд пронзил ее, словно кинжал, впившись в самое сердце. Остатки благоразумия истерично кричали сказать ему «нет», но Элида молчала. – Так как? – еще тише спросил он, не отводя взгляда и ей не давая вырваться из плена своих глаз. Она приоткрыла рот, чтобы что-то ответить, но лишь судорожно вздохнула, не решаясь сказать ни да, ни нет. Глаза мужчины горели от страсти, правой рукой он сжимал себе ворот рубашки, словно ему было тяжело дышать. Губы Элиды дрожали, не в силах принять решения она опустила глаза… и окаменела от неожиданности и ужаса. Она только что видела глаза, наполненные страстью, дрожащие пальцы правой руки, комкающие ткань, словно желая разорвать ее в клочья. А в это самое время пальцы его левой руки медленно выбивали такт лениво постукивая по бедру. Так ведут себя люди, что-то терпеливо ждущие, что-то ужасно нудное, неинтересное, но которое им было необходимо по какой-то надобности. Элиду бросило в холодный пот, ей показалось, что с ее глаз спала пелена, вместе с этим странным, необъяснимым наваждением.
– Нет! – твердо и резко сказала она. – Я вас не пущу. – Если у нее и были какие-то сомнения, то они рассеялись в следующую минуту, поскольку отказ Элиды вызвал в мужчине не отчаяние, ни горечь… а удивление. Такое неприкрытое страшное удивление, что она пришла в ужас. Быстро развернулась и больше не думая ни о каких приличиях со всех ног помчалась домой.
Она думала, что все закончилось. Как же она ошибалась. Все только начиналось.
Ч. 3 Гл. 3
Глава 3
Элида вбежала в свою спальню и ничком бросилась на кровать. Ее трясло от пережитых эмоций, трясло от непонимания того, что происходит. Элида безошибочно чувствовала, что она этому мужчине безразлична… теперь чувствовала, где же эти чувства были полчаса назад? Элида уткнулась головой в подушку поскольку щеки и уши горели от стыда. Она помнила, как вела себя и что делала, но только сейчас ей стало казаться, что это была не она, а совсем другой человек.
В спальне Эльзы открылась дверь, и женщина осторожно стала спускаться по лестнице. Элида сжала зубы, пытаясь взять себя в руки. «Ничего не произошло, – шептала она себе, пытаясь успокоится. – На меня нашло какое-то затмение, но теперь оно исчезло… – Элида вдруг поняла, что это действительно так. Никаких чувств, кроме бесконечной ярости и злости, она к этому мужчине не испытывала. – Что ему было нужно? – продолжала раздумывать она. – Уж точно не я, – горькая складка легла возле губ. – Я никому не нужна, – вдруг обреченно подумала она, – даже такому негодяю». – Но особенно раздумывать над своей горькой судьбой ей не пришлось, поскольку Эльза уже стучалась к ней в спальню, чтобы помочь одеться. Элида быстро вскочила с кровати, и присела у туалетного столика, чтобы было понятно, что она встала совсем недавно и сама оделась.
– Что же вы меня не позвали? – упрекнула ее компаньонка, Элиде пришлось наспех придумывать какое-то оправдание, чтобы не обидеть женщину. День тянулся бесконечно. Несколько визитов дам, которые она едва выдержала, потом вечерняя прогулка (куда ж без нее – это было неписанным правилом для всех), наконец ужин. Теперь можно было переодеться ко сну и некоторое время почитать или просто побыть одной, и вот тут-то и начались странности. Элиде неожиданно страшно захотелось спать. Она едва дождалась, когда Эльза помогла ей снять платье и переодеться в одежду для сна, представляющую собою из-за сильной жары, свободную рубашку из тонкой почти прозрачной ткани на тоненьких бретельках, потом откинулась в кресле, совершенно без сил, пока Эльза расчесывала ей волосы. Вдруг она услышала, как ее компаньонка отчаянно зевает и явно борется со сном, Элида хоть и удивилась такому совпадению, обдумать его, заволноваться или испугаться, не могла, накатила какая-то апатия и безразличие. После ухода Эльзы, она рухнула на кровать, мгновенно провалившись в сон. Очнулась она среди ночи от того, что кто-то, словно звал ее.
– Опасность, опасность, – без устали твердили ей в самое ухо. Не совсем понимая, что происходит, Элида сползла с кровати. Ее качало из стороны в сторону. Несколько раз встряхнув головой, она, наконец, сообразила, что тревогу поднял… дом. Лоут установил на этом доме такую же магическую защиту, которой был окружен и его замок, и когда защита сработала, Элида почувствовала это таким вот странным способом. Выглянув в окно, она увидела мужчину, что в эту самую минуту взламывал замок на калитке сада.
С Элиды слетели остатки оцепенения. Босиком в том виде, в каком она была, Элида бросилась вниз. Холодные камни пола напомнили ей об обуви, и она натянула грубые башмаки на деревянной подошве, что носила кухарка, вынося помои в сливной бак. Выскочив в сад Элида подбежала к воротам. Она еще успела раскалить прутья так, что взломщик охнул от боли, но он не бросил замок, а сосредоточившись охладил металл и, распахнув калитку, вошел внутрь. Это был ее возлюбленный незнакомец, которого в эту минуту она ненавидела всей душой. Он двинулся к ней, Элида на секунду сжалась от страха, и тут в ее сознании, что-то переключилось. Она вдруг словно увидела не этого мужчину, а тех насильников, что преградили ей путь в другом Мире и которые убили ее. И все. Страха больше не было, наоборот, появилось такое жгучее желание отомстить, отомстить за себя, отомстить за Катю, это желание было таким яростным, что Элида сама рванулась к незваному гостю, перед этим схватив один из булыжников, которыми в качестве бордюров были окаймленны клумбы. Неизвестно, как расценил мужчина ее рывок, может он думал, что она хочет броситься ему на шею, может решил, что она хочет его поцеловать, во всяком случае булыжник в ее руке, которым она со всей силы ударила его в лицо, оказался для него полной неожиданностью. Он охнул, схватившись рукой за глаз и нос, а Элида, отойдя на шаг назад, с разворота со всего маха ударила его ногой в пах. Мужчина согнулся, и тогда она с боевым кличем подскочила к нему и вцепившись руками в волосы со всей силой стала колотить его головой о свою острую, костлявую коленку. Но этого ей показалось мало. Прихрамывая (поскольку ее коленка тоже пострадала), она снова добралась до камня и схватив его в руку приготовилась бить своего врага до тех пор на сколько хватит ее сил.
– Остановитесь! – откуда-то со стороны прозвучал повелительный женский голос. От неожиданности Элида и вправду замерла и тут в калитку вошла… Вероника Лафорье. Если бы вместо нее зашла говорящая лошадь, то и тогда Элида удивилась бы меньше. – Остановитесь! – вновь повелительно повторила Вероника. В саду повисло молчание. Элида смотрела на графиню, ожидая пояснений, но та молчала, не спеша ничего объяснять, молчал и мужчина, сидящий на земле… и тут. Словно вспышка света в голове Элиды промелькнуло воспоминание о ее необдуманных жестоких и оскорбительных словах, сказанных в адрес этой женщины.
– А-а-а, я поняла, – с досадой на себя протянула Элида и хотела шлепнуть ладонью по лбу, но поскольку в ее руке был булыжник, о котором она совсем забыла, то она с размаху ударила себя камнем по надбровной дуге. – А-а-а! – закрутилась она на месте, закричав от боли. Элида отбросила камень и потерла мести ушиба, но как оказалось она рассекла кожу и кровь залила ей щеку. Она с недоумением посмотрела на окровавленную ладонь, а потом вытерла ее о рубашку и снова зажала ушиб ладонью. – Вероника, простите меня, обратилась она к гостье, все еще кривясь от боли. – Я не имела права ни осуждать, ни вообще говорить о вас. И чего на меня нашло тогда, – вдруг разозлилась она на саму себя. – У меня столько своих проблем, а я еще лезу в чужие… Да что же так больно! – простонала она, поскольку боль ее не отпускала.
– Позвольте я полечу, – подал мужчина голос с земли, но ответить Элида не успела. Открылся портал и на аллею сада шагнул Лоут. Мгновение спустя из другого портала появился Рэннет. Мужчины мгновенно приготовились атаковать.
– Нет! – закричала Элида бросаясь вперед раскинув руки, прикрывая собой и женщину, и мужчину. – Не надо! Это я виновата во всем! Я потом объясню!
– Я считаю наш инцидент исчерпанным, – раздался за ее спиной все такой же спокойный и полный королевского достоинства голос женщины. – Если позволите, то мы хотели бы удалится, – и не дожидаясь ответа женщина повернулась и пошла к выходу из сада, мужчина поднялся с земли и пошел за ней следом. Элида проводила их до калитки. Вероника не сказала больше ни слова, но Элида почему-то поняла, что теперь она занесена в друзья к графине, а вот мужчина у выхода, вдруг весело подмигнул Элиде и негромко сказал:
– Вы даже не понимаете, какая вы замечательная девушка и если бы мы встретились при других обстоятельствах…
– Интересно каких? – прервал его монолог голос Лоута, который каким-то невероятным образом оказался стоящим за спиной Элиды.
– До того, как у вас появился такой прекрасный муж! – с ядовитым сарказмом и злой иронией, ответил мужчина, своим ироничным тоном показывая, что он в действительности думает о Лоуте. Энгор за спиной Элиды дернулся, и она поняла, что он хочет догнать незнакомца. А тот, словно нарочно не торопился уходить, внимательно рассматривая свой «маникюр» в лунном свете. Элида рванулась вперед, чтобы встать между ними не допустив конфликта, но ее опередил все такой же спокойный голос Вероники:
– Через несколько мгновений падет занавес неслышимости и невидимости, вы бы Элида поторопились. – Элида ахнула, услышав эти слова, быстро захлопнула калитку и все еще прихрамывая, побежала со всей возможной скоростью (поскольку быстро бежать в башмаках на деревянной подошве было невозможно) к дому. Лоут и Рэннет вошли следом за ней.
– Я сейчас, – крикнула им Элида, – только умоюсь и переоденусь! – Она налила в таз воды и вымыла лицо и руки от крови и грязи. Потом сбросив грязную сорочку переоделась в свободное домашнее платье спустилась к мужчинам. Они времени зря не теряли и к моменту ее возвращения уже был накрыт стол на троих. На тарелках лежали ломти холодного мяса, свежие овощи, стоял горячий чайник. Она с таким наслаждением принялась за еду, что мужчины не допекали ее расспросами, ожидая пока она насытится, а потом начался настоящий допрос. Вопросы сыпались один за другим, и Элида предпочла все рассказать сама с самого начала, все без утайки.
– Началось все с того, что мама познакомила меня почти со всеми дамами, живущими в этом городе и меня стали приглашать на приемы и встречи. Как-то раз на одном из приемов я встретила Веронику и ее… э-э-э, – замялась Элида, не зная, как охарактеризовать любовника женщины. – Встретила Веронику с ее мужчиной, – нашлась она. – И вот я изволила выразить искреннее недоумение, что могла найти такая красивая женщина в этом… уроде, – потерянным голосом закончила она.
– Элида! – возмущенно и укоризненно вскричал Рэннет. – Вам не объясняли, что особ, подобных Веронике не обсуждают и тем более не осуждают?!
– Уже объяснили, – кротким голосом ответила Элида, почесав лоб с налившемся на нем синяком. Ссадина уже затянулась, но синяк и шишка еще оставались на месте.
– Это он вас ударил? – тихим голосом спросил Лоут.
– Нет, – поспешно ответила Элида. – До этой шишки я еще дойду, – пообещала она. – Так вот. После тех моих слов…
– От вас отвернулись все знакомые? – предположил Рэннет.
– Нет, наоборот, все вели себя также, как и обычно и я сразу же забыла об этих своих словах.
– Элида, Элида, – покачал головой Рэннет. – Если бы вы знали какая трагедия была в жизни Вероники. Она готова была ради этого мужчины взойти на эшафот, и это не фигуральная форма речи, на самый что ни на есть настоящий эшафот. Там такое горе. Как вы могли? – тихо спросил он.
– Какое горе? Какая трагедия? – чуть не в истерике закричала Элида. – Я ничего об этом не слышала!
– Об этом не говорят, – объяснил Рэннет.
– Не говорят?! – возмутилась Элида. – Об этом не говорят, о том не говорят, а потом человек попадает вот в такие истории!
– Понятно, – вмешался в разговор Лоут. – Веронике передали ваши слова и она решила поставить, зарвавшуюся девицу, на место. – Элиде не понравились слова мужа, но они точно отражали положение дел и ей пришлось согласится с ними.
– Да, – тихо подтвердила она, – Похоже все так и было.
– Как этот мужчина вышел на вас? – коротко и сухо продолжал расспрашивать Лоут.
– Я бросала камни в озеро, а он восхитился, как хорошо я их бросаю, – потерянным голосом продолжила Элида, стараясь не смотреть, как мужчины одновременно закатили глаза, потрясенные ее словами. – Потом он подарил мне цветы, – упрямо продолжала она, и показала засохший букетик, – потом подарил на ярмарке леденец, – и Элида показала палочку, – потом несколько раз прошел мимо моего дома, а сегодня… вернее вчера, прислал записку с просьбой о встрече днем в городском саду. – Элида замолчала и опустила голову, поэтому она не видела, как свирепо Рэннет посмотрел на Лоута. Его взгляд говорил: «Ну ты и скотина! Этой девочке так мало надо, чтобы чувствовать себя счастливой, а ты и этого не смог ей дать!». – Когда мы днем встретились в парке, – мужественно продолжала Элида, – он попросил, чтобы я ночью впустила его в дом…
– Интересно, – с гневом и яростью перебил ее Лоут, – почему же вы оказались с ним не в доме в постели, а в саду с окровавленным лицом? – Элида вздохнула и не поднимая глаз продолжила:
– В тот момент, когда он умолял меня об этом я случайно заметила, что хоть он говорил это со страстью и мольбой, приложив правую руку к сердцу, второй рукой он спокойно постукивал себя по бедру, словно отбивая такт какой-то мелодии… – Она не успела договорить, поскольку мужчины закричали одновременно, Рэннет с торжеством, а Лоут с яростью.
– Я тебе сказал, что это был он! – Рэннет победоносно взглянул на племянника.
– Каков негодяй! – сквозь зубы прошипел Лоут.
– Вы его знаете? – сразу же заинтересовалась Элида, тут же забыв о позоре. – Кто он?
– Вы это точно хотите знать? – странным голосом спросил Рэннет, и Элида заподозрила, что он улыбается.
– Точно! – уверенно ответила она.
– Только я должен вас предупредить, – как бы между прочит продолжил Рэннет. – как только я вам скажу кто он, то я буду вынужден вас немедленно убить, ну или заточить в подземелье до конца жизни… – он полусерьезно, полунасмешливо посмотрел на нее. Элида широко раскрыла глаза, какие-то неясные образы из прошлого второй девушки Нины Демчуг замелькали у нее в голове.
– Он разведчик! – восторженно ахнула она.
– Почему разведчик? – удивился Рэннет. – К следопытам-разведчикам охраняющих границы, он не имеет никакого отношения.
– Нет же, – она защелкала пальцами, пытаясь найти подходящую ассоциацию. – Он шпион, но только наш. Шпионы у врагов, а наших называют разведчиками. – Мужчины переглянулись, и хоть они ничего не ответили, Элида не сомневалась, что попала в точку.
– Я даже не представляю какую сумму ему предложили, – с тихой неприязнью в голосе сказал Лоут.
– О деньгах не могло быть и речи, – уверено возразил Рэннет. – Скорее это личная услуга, или личная просьба. – Он вдруг засмеялся. – Представляю его лицо, когда я ему расскажу, как юная девушка раскусила его.
– Я тоже хочу это видеть, – быстро сказал Лоут.
– Не получится – отрезал дядюшка. – В твоем обществе он будет насторожен и сдержан, а я хочу видеть его изумление!
– А он мне ничего не сделает? – опасливо спросила Элида.
– Ты его больше никогда не увидишь, – успокоил ее Рэннет, – во всяком случае под этой личиной. Но Рэннет ошибся
…Несколько лет спустя Элида была в королевском дворце на приеме в честь прибытия с посольской миссией принца соседней страны. О принце ходили страшные слухи, рассказывающие о его чудовищной жестокости, принц был ей крайне неприятен, да и попросту страшил. Принц прибыл в сопровождении двух телохранителей. Один был огромным и могучим, как скала. Он был закован в металлические доспехи и вероятно выполнял роль щита в момент опасности. Второй был быстрым и гибким, как лоза, или ядовитый хлыст, опасность исходила от его фигуры, и Элида почувствовала это даже на расстоянии. Молодой смуглый темноволосый, и вдруг! В момент, когда начался обмен велеречивыми словами Элида увидела, как пальцы молодого телохранителя барабанят по рукоятке меча, отбивая какой-то ритм. Она чуть не ахнула. Сдержавшись, Элида в упор посмотрела на него, зная, что он почувствует такой взгляд. И когда мужчина стал поворачивать голову отвернулась в сторону, словно случайно поправляя кружева вокруг ворота платья, и также побарабанила пальцами по своей шее. Дальше был бал, все танцевали и кружились, в какой-то момент кто-то по-мальчишески дернул Элиду за локон. И она знала, кто это был. Элида никому не сказала об этой встрече, ведь от ее молчания зависела чья-то жизнь.
…Что было дальше? – вернул ее к рассказу о происшедшем Лоут.
– Дальше я сказала «нет» и убежала. Вечером, готовясь ко сну я почувствовала странную сонливость, такую же сонливость почувствовали и слуги. На какую-то секунду я заподозрила неладное, но сон был сильнее. Очнулась я ночью. Меня разбудил Дом в тот момент, когда этот… – она запнулась, поскольку до сих пор не знала имени незнакомца.
– Называй его Харт, – любезно предложил Рэннет, Элида согласно кивнула и продолжила.
– Когда Харт вскрывал замок на калитке сада. Я побежала вниз, нацепила первые попавшиеся башмаки и бросилась к нему.
– Вы так соскучились за ним, что не смогли сдержать свой порыв? – сухо уточнил Лоут.
– Я так ненавидела его в этот момент, что хотела разорвать на части, – таким же спокойным и сухим голосом ответила Элида. – Я раскалила прутья решетки, чтобы он не мог к ним прикасаться, но он смог быстро остудить их. Потом он открыл калитку и вошел внутрь.
– И вы не испугались? – с нотками уважения в голосе спросил Рэннет.
– Сначала испугалась, а потом стало все равно, – честно ответила Элида. – Я схватила камень и бросилась на него… Мне кажется он ожидал чего-то другого, – несколько неуверенно предположила она, – поскольку, когда я ударила его камнем по лицу, он был как бы сказать ошарашен. Потом я ударила его ногой в пах, – спокойно перечисляла она, не заметил, как одновременно вздрогнули мужчины, – а когда он согнулся, вцепилась ему в волосы и стала бить головой об коленку… до сих пор болит, – скривившись пожаловалась она мужчинам. – Я снова схватила камень, чтоб еще раз ударить его, но тут вмешалась Вероника, которая зашла в калитку, ну и тут появились вы. А дальше вы все слышали.
