Текст книги "Повелители Огня (СИ)"
Автор книги: Полина Ветрова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)
– Увидимся завтра, если Квестин меня возьмет на службу, – бросила Дженни, проскальзывая в приоткрывшуюся дверь.
За ужином Квестин, заметив, что Дженни шмыгает носом, велел ей выпить капельку бренди, чтобы не простудиться. Спиртное огнем скатилось из горла в желудок, оставляя в груди горячую дорожку, стало тепло и печально. Дженни безнадежно вздохнула и спросила:
– Ну, почему это должно было произойти именно сегодня? Этот дождь, который наслали Погонщики Ветра?
– Вероятно, они хотели, чтобы непогода застигла флотский конвой во время перехода, – ответил Квестин. – Наверное, долго готовят эту полосу дождя, а, обнаружив корабли, пустили ветры в ход.
Но Дженни не слушала.
– Ну, почему именно сегодня? Как раз, когда я собралась в парк на склоне Вулкана? С кавалером!
У нее было горько на душе, и бренди помог горечи вырваться на волю. Но причиной была не испорченная прогулка с Дональдом. Нет, причина была в том, что она заглянула в его глаза и обнаружила там пустоту. Но префект истолковал ее слова по-своему.
– Не печалься, Дженни ниоткуда, – заявил он с неестественным энтузиазмом. – Будут еще прогулки в парке, все будет! Тебе еще надоест! А от кавалеров бы начнешь прятаться! Вот только найдем этого Повелителя Огня…
– Если будет дождь, в долину Сотни Храмов идти бесполезно, – напомнил Морко, – встреч не будет, некому задать вопросы.
Дженни снова шмыгнула носом, и ее отправили в постель. А префект с гоблином и остатками бренди остались строить планы. Дженни хотела верить в удачу, но не очень-то рассчитывала на традиционные методы расследования, которые сулил Квестин. Он уже столько лет ищет убийцу жены! И что? Все без толку!
На следующий день ее оставили дома. Было скучно, дождь то и дело принимался барабанить в окно, коричневые ржавые капли стекали по решетке, на улице в лужах вспухали пузыри, и Дженни казалось, что вся жизнь так и пройдет – в ожидании. Даже газетчик не появился. Она прошлась по дому, помогла Морко навести порядок, даже чердак обследовала, чихая от вездесущей пыли. Потом еще пришлось объясняться с гоблином, который ее чихание счел признаком ужасных болезней и вздумал изображать лекаря.
Мало того, Квестин не приехал обедать, что сделало день еще более долгим и занудным. Но зато вечером! Префект явился к ужину и по его сияющим глазам Дженни сразу поняла: что-то произошло. Что-то хорошее!
– Ну?! – тут же накинулась она на префекта. – Ну? Что случилось? Я же вижу: есть хорошие новости!
– Есть, Дженни, – не стал отпираться Квестин, он и сам был рад поделиться, – Крысиный Король согласен на встречу. О времени аудиенции меня известят дополнительно.
Радость Дженни несколько угасла, она надеялась на большее. Но Морко был доволен.
– И, конечно, это состоится ночью, – проворчал он. – Король обожает эффекты, ночью проще обставить встречу так, как ему нравится. Вот что, я отправлюсь с вами.
– Ратлеру это может не понравиться, – поморщился Квестин.
Дженни была удивлена:
– Это касается лично Морко? Или ратлеры не любят гоблинов?
Морко раздвинул губы в недоброй ухмылке:
– И то, и другое! Одной грязи известно, сколько его племени пришлось претерпеть от моего народа за то время, пока их не взяли под свою руку лорды Вулкана.
– Да и ты, друг мой, им хорошо известен, – добавил префект. – Но я согласен, пойдем вместе. Твое присутствие лишь подчеркнет специальные эффекты Короля, придаст им дополнительный блеск. А мне ты поможешь задать правильные вопросы, поскольку лучше знаешь, о чем пойдет речь.
– Ну, раз все идут, то и я с вами, – заявила Дженни. – Иначе помру от любопытства. Пока вы будете наслаждаться этими самыми… специальными эффектами. Уж в театральных представлениях я смыслю не меньше любого другого!
Глава 12. Крысиный Король
Но все-таки на следующий день Дженни осталась дома. Погода несколько улучшилась, дождь шел реже, и на улицы вышли ратлеры. Мокрые и взъерошенные, они снова копошились на мостовых, и теперь Дженни глядела на них иначе, ведь кое-то из серых тружеников может знать кусочек страшной тайны! Потом ее внимание привлек шум над головой, и звуки были явно не от дождевых капель – кто-то расхаживал по крыше.
Она разыскала Морко и поинтересовалась, что он думает по поводу этой новости. К ее разочарованию, гоблин остался равнодушен:
– Это трубочист. Лодырь и известный болван, я не помню случая, чтобы он хоть раз прочистил трубу как следует.
Дженни совсем извелась от скуки, поэтому переоделась в свой старый сценический наряд и полезла на чердак. Все-таки какое-никакое развлечение, тем более, что дождь прекратился. Чердачные окошки были совсем крошечные, да и перегороженные неизменными решетками, но Дженни уже примеривалась и была уверена, что сможет протиснуться между прутьями. Не без труда, конечно, но этот трюк ей удался. В конце концов, оконца на втором этаже в фургоне Бурмаля были совсем ненамного шире, а они с Эриком пользовались или для того, чтобы выбраться на крышу. В фургоне не было таких решеток, однако артист должен совершенствовать свои трюки, верно? На этот раз пусть будут решетки.
Крыша оказалась мокрой и скользкой, но Дженни это не смущало, зато как приятно было вспомнить прошлое! Эх, только бы отыскать, куда уволокли Эрика, освободить его, и тогда они вместе будут еще не такое выделывать! Почему-то именно сейчас, когда она, как в старые добрые времена, оказалась на крыше, Дженни твердо поверила, что Эрик жив, и они еще встретятся.
Трубочист был здесь – он приставил лестницу к стене и вскарабкался наверх. Просто оказался на другой стороне крыши, и труба заслоняла Дженни от него. А этот мужчина в черном и не смотрел по сторонам. Он старательно обвязался веревкой, захлестнув ею трубу, и перебирал инструменты, готовясь приступить к работе. Все его приспособления были снабжены петлями, в которые он продевал руку при работе. Если эти щетки и мохнатые шары на цепочках держатся на запястье, то не упадут с крыши, если трубочист почему-то уронит рукоять. Например, если увидит рядом с собой на крыше девушку.
Дженни тут же захотелось проверить, уронит трубочист щетку или нет, и она решительно зашагала в обход трубы.
– Привет!
Трубочист дернулся при звуках голоса Дженни и, конечно, щетка, выскользнув из пальцев, заскользила по черепице. Но веревка ее удержала.
– Ты откуда здесь взялась? – шепотом спросил пораженный трубочист. Почему-то он не решался повысить голос. А может, от волнения осип.
– Как откуда? Ведь был дождь! – пожала плечами Дженни. – Разве ты не заметил, как из туч сыплются юные девы?
Трубочист молча хлопал глазами.
– Не заметил, значит, – удовлетворенно констатировала Дженни. – Наш коварный план удался на славу!
– Какой еще план? – просипел перехваченным голосом мужчина.
– Ну как какой? Погонщики Ветра гонят тучу к Эверону, в туче летят ужасные и смертоносные девушки. Мы спускаемся с дождем на крыши, первым делом убиваем трубочистов… Эй-эй! Ты чего?
Колени трубочиста подогнулись, глаза закатились, и он едва не свалился следом за своей щеткой. Конечно, он успел привязать себя к трубе, да и Дженни помогла удержаться, схватив за воротник.
– Для человека, лишенного чувства юмора, ты слишком впечатлительный, – сказала она, когда бедняга снова утвердился на ногах. – Я пошутила. Живу здесь, в этом доме, стало скучно. Пошла прогуляться по крыше. Понял? Обычное дело! Прогуляться по крыше! Э, ты меня слышишь?
Мужчина неуверенно кивнул. Похоже, Морко оказался прав, и перед Дженни в самом деле был болван.
– Успокойся, говорю! Тебе ничего не грозит… конечно, если труба будет вычищена на совесть.
Вернувшись в дом прежним путем, через чердачное окошко, она первым делом побежала отмывать ладонь, черную после воротника трубочиста. На кухне ругался Морко – в этот раз трубу прочищали так рьяно, что копоть сыпалась дождем. Ливнем!
Квестин снова не явился к обеду, тем с большим нетерпением Дженни ждала его возвращения вечером. Но и этот день не принес новостей. Конечно, префект пытался изображать энтузиазм и даже заговорщически подмигнул Дженни: «Дональд спрашивал о твоем здоровье! Переживает, что ты заболела и-за него!» – но никого это не обмануло, и Дженни ответила:
– Завтра я его сама утешу. Больше не буду здесь скучать, поеду с вами. Морко не позволяет мне делать домашнюю работу, и заняться нечем.
Квестин держался еще несколько минут, но все же в конце концов сдался и пообещал, что завтра они отправятся в префектуру вместе. Но служба призвала его задолго до рассвета.
Дженни разбудил настойчивый стук во входную дверь. За окном было темно, но в ночном небе бродили багровые сполохи. Префект, поспешно одеваясь, уже спешил к двери, за ним, стуча протезом и на ходу взводя арбалет, шел Морко.
– Ваша милость, отворите! Срочное дело!
За дверью был солдат стражи, Квестин узнал его и отпер замки. В городе начались какие-то беспорядки, несколько домов горело, и стражников призывали в префектуру. Дженни, конечно, снова осталась дома. Они с Морко смотрели в окно, как отъезжает карета, слушали, как перекликаются разбуженные суматохой соседи, как мечутся подсвеченные красным тени над городскими крышами. Как назло, именно в эту ночь дождя не было, и огонь пришлось гасить без помощи сил природы.
Утром Квестин не вернулся, а появился только к обеду и заявил, что сегодня хочет выспаться, а в префектуре управятся и без него. Пожары удалось погасить без особого ущерба, и жители успокоились. На вопрос о причинах беспорядков, он невесело усмехнулся.
– Новое помешательство наших добрых земляков. Откуда-то возник слух, что с дождем в Эверон проникли убийцы. Свалились, видите ли, с неба и затаились на крышах, чтобы ночью сойти на мостовые и пустить в ход ножи. Сотни людей полезли на крыши ловить диверсантов! Сотни! Как минимум десяток покалечились, свалившись со скользких крыш, шесть домов загорелось от неосторожного обращения с факелами… ну и, конечно, парочка покалеченных ратлеров, которых в темноте и панике приняли за спустившихся с крыш злодеев. Истинное чудо, что нет убитых! Хвала всем богам, сколько их есть в долине Сотни Храмов!
Квестин устало вздохнул и заключил:
– Вот скажите мне на милость, откуда берутся такие нелепости?
– Нужно проверить, что накануне писал «Зоркий глашатай», – оскалился Морко. – Наверняка там найдется очередная дикая выдумка, из-за которой людям взбрело в голову искать убийц на крышах. Все зло из газет.
А Дженни ничего не сказала, хотя именно в этот раз у нее нашлись бы аргументы в защиту прессы. Она отлично знала, что вовсе не всегда вздорные слухи берутся из желтых страниц. Иногда их придумывают веселые люди. Тем не менее, решила промолчать, а при случае выяснить в префектуре, полагается ли раскаявшимся злодеям какие-то поблажки. Надо будет спросит Реми, он как-никак изучает законы и должен знать…
Но про себя она подумала, что скрывает вину не потому что боится возмездия, а просто приберегает эту историю на случай, если Квестин не возьмет с собой на службу. Вот тогда Дженни и пригодится доказательство того, что оставлять ее дома гораздо опасней. Когда Дженни скучает – Эверон под угрозой!
За ужином Квестин пересказал последние новости. Увы, они не касались лорда, убившего семью Дженни. Ту историю успели забыть, поскольку после трагической ночи произошло слишком много страшных и волнующих событий. Корабли привезли с Гранделина подробности несчастливой битвы против Погонщиков Ветра.
Армия Эверона победоносно промаршировала до предгорий по пустынной степи, не встречая сопротивления. Они шли к горам, где находились серебряные рудники, из-за которых и разгорелась война. Предполагалось, что армия возьмет спорные рудники под охрану. Погонщики Ветра тем временем собирали подвластные им племена именно в предгорьях, где было достаточно воды для многочисленного войска. Там они и навалились на эверонцев всей силой. Поражение было полным и сокрушительным, Погонщики гнали побежденных до самого моря, где усталые и поредевшие отряды эверонцев заперлись в прибрежных крепостях…
Об этом рассказали раненные воины, те, кто мог ходить. Те, кто мог добрести от госпиталя до кабака и заработать на кружку хмельного, рассказывая о своих подвигах. Они, разумеется, толковали о всяких чудесах, так что жители Эверона, наслушавшись их рассказов, поверили и в убийц на крышах.
Совершенно естественным образом тема битвы на Гранделине увела разговор от сгоревших крыш, а потом Квестин отправился отдыхать после ночных беспокойств, и Дженни вздохнула с облегчением: по крайней мере сегодня ей не придется каяться в истории с трубочистом. Она вернулась к себе в комнату и села на кровать. В окно барабанил дождь, с кухни доносился плеск воды и тихо бренчала посуда… Потом и эти звуки стихли, Морко покончил с домашними заботами и скрылся в своей каморке. Дженни как-то задумалась: чем он занимается в свободное от работы время? По всей видимости, точит ножи. Других склонностей за гоблином она не замечала.
Дженни прислушалась: в доме ни звука. Что, если прокрасться к двери комнаты дворецкого и послушать? Не донесется ли из каморки звук точильного камня? Интересно же, в самом деле! И заняться решительно нечем.
Дженни медленно и осторожно, чтобы не скрипели половицы, прокралась по коридору. И, как бы аккуратно она ни переставляла ноги, то и дело слышала какой-то скрип и скрежет. Вроде, не из-за нее, но шум явно шел откуда-то снизу, из-под пола. Что за глупости? Дженни уже успела обругать собственную неловкость, и почти решилась вернуться, но тут под ногами громко стукнуло. Звук был такой, будто внизу, под домом свалилось что-то тяжелое, и уж тут Дженни была ни при чем!
Дверь комнаты Морко резко распахнулась, не издав ни малейшего звуки – петли были хорошо смазаны. Гоблин стоял на пороге со взведенным арбалетом в руках, и острие наложенного болта глядело точно в живот Дженни. Снова, уже второй раз!
– Я надеялась, что, если мы перешли на «ты», то этот арбалет на меня больше не направят, – пролепетала она, пятясь.
– Что ты здесь делаешь? – тихо спросил гоблин, опуская оружие.
– Я… э-э-э… внизу шум какой-то. Я подумала, то есть стало интересно, то есть непонятно, вот и…
– Ага, – Морко, склони набок уродливую голову, прислушался. Грохот падения тяжести больше не повторялся, но из-под пола шел мерный шорох и скрежет. – Не показалось! Это они.
– Кто?
– Ратлеры. Значит, аудиенция сегодня. Разбуди его милость, а я соберусь.
Дженни отправилась на второй этаж известить Квестина, а Морко убрался к себе, и в комнате тут же залязгало железо. Квестин проснулся не сразу, пришлось долго стучать, но, едва очнувшись, он сразу стал бодрым и деятельным. Сказал, что спустится через несколько минут, и в самом деле вскоре появился внизу. Дженни тоже не потребовалось много времени, чтобы переодеться в мужской наряд, который она заранее приготовила для подобных случаев. Все темных оттенков: рубашка из грубого сукна, куртка и брюки с толстыми кожаными накладками на плечах, локтях и коленях. Ну и мягкие сапожки. Ведь им придется спускаться под землю, там грязно и сыро.
Вещи были великоваты, подогнаны на скорую руку, и Дженни очень надеялась, что в этом наряде вид у нее воинственный, а не смешной. Правда, особых оснований для надежды не имелось, но ведь это мелочи для того, кто идет путем Хогорта! Главное, ей было удобно, и одежда темная, что важно, если путем Хогорта идти ночью и тайком.
Арбалет Морко прихватил с собой, а тяжелая куртка на его боках топорщилась, приподнятая рукоятями ножей, закрепленных у пояса. Одежда Квестина слегка звякала на ходу, и Дженни поняла, что под курткой у него кольчуга. Ох, не так, казалось ей, следует собираться на королевскую аудиенцию. За кухней была небольшая кладовка, Денни, конечно, туда заглядывала и не нашла ничего интересного. Звуки в подземелье шли с другой стороны, но гоблин и Квестин протиснулись в кладовку, дворецкий первым.
Префект склонился, чиркая кресалом. В его руках затеплился свет, он разжег фонарь. Заглянув через плечо Квестина, Дженни увидела, как Морко стягивает и комкает коврик, чтобы обнажить пол, вымощенный каменными плитами, с виду очень толстыми и тяжелыми. Еще там был люк, запертый здоровенным замком, и Морко, крякнув от натуги, распахнул крышку.
Квестин посветил, и Дженни увидела уходящие вниз ступени.
– Что это?
– Подвал моего дома, – бросил через плечо префект.
– Я не знала, что здесь есть подвал.
– Ну и правильно, – буркнул гоблин. – Все равно подвал не используется.
– Почему?
– Сейчас увидишь.
Дженни следом за мужчинами спустилась по лестнице, и Квестин поднял фонарь, чтобы она могла осмотреться. Это и подвалом назвать можно было разве что очень условно – просто фундамент, не совсем засыпанный. Стены сложены из каменных блоков, а пол – утоптанная земля. Сейчас, когда Погонщики начали свою войну и напустили на Эверон дождевые тучи, в подземелье просачивалась вода, и пол кое-где раскис. Когда троица направилась в глубину подвала, под сапожками Дженни то и дело чавкала грязь.
– Ну и что? – пробормотала она. – Ведь можно было настлать пол, устроиться получше?
Ответа не последовало. В соседней комнате, вернее, в подземной полости, отделенной от спуска толстой стеной, Дженни поняла, почему Квестин не желает пользоваться погребом. Когда туда проник свет лампы, подземелье ожило и зашевелилось. Десятки ратлеров, бросились к стенам, пища и закрывая передними лапами глаза. Они тут здорово поработали – прорыли тоннель под стеной. Под каменной кладкой чернела порядочная дыра, уводящая вниз.
Когда суматоха среди землекопов улеглась, крупный ратлер приблизился к хозяину дома и отвесил церемонный поклон. Дженни с удивлением поняла, что он принадлежит к другой, незнакомой ей, породе. Таких она на улицах не встречала! Это существо было крупнее, чем труженики в оранжевых жилетах, держалось прямее и мордой куда больше напоминало человека. Правда, довольно уродливого и обросшего серой шерстью. На носу и вокруг глаз волос почти не было, зато в нижней части лица они росли гуще и были длиннее, что напоминало бороду.
– Его величество ожидает вашего прибытия в Монетном зале, – проскрипел человекоподобный ратлер. – Извольте следовать за мной.
Квестин обернулся к Дженни и сказал:
– Все-таки тебе лучше остаться. Под землей мало приятного, и такие путешествия не для девушек.
– Остаться?! Одной?! – чуть ли не взвизгнула Дженни. – В доме с разрытым погребом? С подвалом, полным ратлеров? Ни за что!
Потом, немного успокоившись, добавила почти нормальным голосом:
– И потом меня опасно оставлять одну. Кончится тем, что Эверон сгорит. Это из-за меня ночью была суматоха. Но я просто не думала, что так получится… Я потом все расскажу, честно! В общем, пожалейте город, возьмите меня с собой.
Ратлер, который говорил от имени Крысиного Короля, уже стоял у разрытого лаза и нетерпеливо поглядывал на приглашенных.
– Его величество изволит ожидать, – напомнил он.
Квестин махнул рукой:
– Ладно.
Ратлеры-рабочие живым потоком устремились в дырку под стеной. Судя по звукам, она торопливо расширяли проход под рост гостей и уносили вынутую землю. За ними в темноту канул провожатый. Гоблин, префект и Дженни, вцепившаяся в его рукав, прошли следом.
Сперва шагать пришлось по свежевырытому лазу, где под ногами мягко рассыпались комья земли, и что-то то и дело валилось на голову. Впереди ратлеры продолжали копать и оттаскивать грунт. Дженни семенила, не выпуская рукав префекта и поглядывая на мерцающий впереди огонек. Лампу нес гоблин.
Потом Дженни, пригнувшись, нырнула в проем между вывороченных каменных плит и оказалась в галерее, проложенной уже давно. По канаве посередине прохода бежала грязная вода, вдоль стен тянулись мощеные каменными плитами дорожки. Ратлеры суетились там и сям, сдирая налет со стен. Кое-где под сводом прилепились пятна тусклого зеленоватого света – то ли растения, то ли что-то похуже. Дженни не стала спрашивать, потому что подозревала, что ей совсем не хочется знать, что именно светится в подземелье. Воздух здесь был тяжелый и сырой, пахло гнилью и мокрой землей, но в целом обстановочка оказалась довольно сносной.
На пришельцев, шагающих следом за провожатым, никто не глядел, обитатели темноты не оставляли своих странных занятий. То есть это на взгляд Дженни их занятие было странным, а сами они держались так естественно, будто занимаются самыми обычными делами.
Проход сворачивал, попадались перекрестки, пару раз путники прошли через просторные подземные полости – везде было то же самое, все такой же зеленоватый свет. В более высоких и широких проходах световые пятна лепились под сводом чаще, их было больше – только и всего.
В широкой галерее Морко остановился, поджидая спутников. Он шепнул Дженни:
– Удивительное сооружение, этот подземный город. Ратлеры проветривают его, чувствуешь ветерок?
В самом деле, иногда Дженни ощущала дуновение. Но замечательное устройство обиталища ратлеров сейчас занимало ее меньше всего. В эту минуту больше всего хотелось снова оказаться на поверхности.
– Долго нам идти? – спросила она.
– Нет, мы уже почти достигли города ратлеров. Он сообщается с пещерами под Вулканом.
– Города? А здесь что?
– В лучшем случае окраина. Скоро начнется самое интересное!
Дженни совершенно не разделяла воодушевления Морко. Ха, интересное! Сейчас она бы лучше поскучала… но ее мнения никто не спрашивал, и вскоре длинная галерея с каналом посередине закончилась. Теперь идти предстояло по большим и малым залам, петлять и постоянно сворачивать. Ратлеров здесь было видимо-невидимо, и все ужасно деловые, они сновали в разных направлениях, пищали, скрипели, суетились. Останавливались, чтобы поглядеть на пришельцев и снова спешили по своим крысиным делам. Почти все были одеты, но не в оранжевые жилеты, как рабочие на поверхности, а в самые разнообразные тряпки. Блестели в тусклом зеленоватом свете глазки, топорщились усы, поблескивала влажная шерсть на загривках…
От мельтешения мохнатых тел у Дженни закружилась голова, но она крепче вцепилась в рукав префекта и заставляла себя переставлять ноги и не думать, на что здесь можно ненароком наступить. Но странное дело! Пол казался гладким и чистым, как мостовые на поверхности. Внизу было меньше грязи, чем на улицах Эверона!
Зато постоянно приходилось пригибаться – не потому, что своды стали ниже, наоборот, гости Крысиного Короля теперь шли по достаточно просторным помещениям. Зато над головами протянулась целая паутина перекрещивающихся тросов и веревок, с которых свешивались неопрятные лохмотья, по которым стекала вода. Воздух был наполнен сыростью, а светящиеся сгустки на сводах почти не просматривались. Свет давали те зеленоватые пятна, что разместились на колоннах, уходящих вверх, в темноту. Дженни заметила, что ратлеров вокруг стало больше – многие перебегали от колонны к колонне, сопровождая пришельцев. Рядом с людьми и гоблином никого не было, но повсюду шуршали лапки и раздавались скрежещущие писклявые голоса обитателей подземного мира.
Провожатый, крупный человекоподобный ратлер, тоже заметил эту непрошенную свиту. Он остановился и что-то проскрипел. Тут же из-за укрытий выступили десятки его мелких соплеменников. Сгрудились, сверкая глазками в зеленоватом сумраке. Теперь, куда ни глянь, горбились мохнатые силуэты, на вздыбленной шерсти блестели капельки воды, повсюду раздавался шорох и шарканье. Морко поднял лампу повыше, разглядывая ратлеров. Дженни обратила внимание: свет он несет в левой руке, а арбалет, зажатый в правой, ходит из стороны в сторону. Но что мог значить один-единственный выстрел против такой толпы?
– Чего они? – шепнула Дженни на ухо Квестину.
– Не понимаю, – так же тихо ответил тот.
– Пусть уходят! – пискнули из темноты.
И тут же скопище ратлеров разразилось воплями:
– Наш мир! Наши владения! Люди пусть уходят! Не хотим их здесь!
– Они гости Короля! – громко прикрикнул провожатый. – Отойдите, освободите проход.
Дженни растерялась, но она видела, что префект и Морко не проявляют особого беспокойства. И тут вспомнила, что спутники, обсуждая предстоящую аудиенцию, упоминали какие-то спецэффекты. Может, все нормально? Так и было задумано, что их остановят?
– Что у вас там намечено? – лениво спросил Морко посланника Крысиного Короля. – Я должен прибить парочку? Или они и так отступят? Кончайте уже этот балаган, или у меня выйдет терпение.
– Гоблин! Гоблин! – завопили ратлеры из задних рядов. – Гоблин хуже человека!
Однако передние пятились, стремясь уйти из круга света вокруг лампы, которую держал дворецкий.
– Ладно, ладно! – прикрикнул на них Морко. – Так и быть, перебью десяток! После этого Король нас примет?
– Морко Гучих, осторожней! – проворчал префект. – Не перегибай палку.
– Выкуп! – запищали ратлеры. – Пропустим, если нам дадут выкуп! Самого маленького человека, мы согласны на маленького! Молодого, мягкого, вкусного!
Дженни собралась крикнуть, что она вовсе не вкусная, а, наоборот, очень даже ядовитая, но не успела. Ратлеры живой волной бросились вперед. Дженни увидела протянутые когтистые лапы, в нее вцепились, дернули, мигом оторвали от Квестина и поволокли в темноту. Префект бросился следом, колотя ратлеров по головам тростью, но между ним и Дженни словно живая стена выросла. Она взвизгнула, лягнула одного, отшвырнула другого, выскочила из куртки, которую держали слишком цепко… голова задела край мокрого полотнища, одного из тех, что висели здесь повсюду… Дженни вцепилась в него, подпрыгнула… и опомнилась она уже на канате над копошащейся живой массой.
Под ней раздавались хрип, ворчание, удары по мягкому. Лампа, которую нес Морко, погасла, и десятки тел на полу возились в зеленоватой мгле. Дженни встала и пошла, с трудом балансируя на плохо натянутой веревке.
– Назад! Прекратить! – завопил ратлер, служивший провожатым.
Откуда-то из-за колонн хлынул свет, выхватив из мрака картину свалки – префект и Морко, стоя спиной к спине, колотили подбирающихся к ним подземных жителей: Квестин своей тяжелой тростью, а гоблин – арбалетом, из которого так и не выстрелил.
Потом толпа отхлынула, а источником внезапно появившегося света оказались два десятка ламп, закрепленных на шлемах новых ратлеров – все, как на подбор, рослые, крупные и все в доспехах. В самых настоящих латах, переделанных из человеческих. Конечно, их пришлось подгонять под сутулые фигуры подземных жителей, но смотрелось это войско достаточно грозно. Тем более, когда оно, окутанное светом, ломилось по пещере между мрачными темными колоннами, под скрещенными веревками, на которых колыхалось, словно боевые знамена, мокрое тряпье.
Ратлеры, напавшие на гостей, отхлынули, оставив Морко и Квестина посередине пустого пространства.
– Что за шум? – грозно пропищал предводитель стражей подземелья. – Кто смеет нарушать покой его величества?
– Я вел троих гостей к Королю, – ответил провожатый, возникая рядом с двумя оставшимися подопечными, – но преисполненный рвения народ…
– Троих? – перебил его главный ратлерский воин. – Но я вижу только одного человека и одного гоблина!
– Дженни! – крикнул префект. – куда вы ее уволокли? Эй, ратлер, если с ней что-то сделали…
Морко не кричал, он поднял арбалет и направил его на провожатого, выглядело это более чем серьезно.
– Я здесь! – крикнула Дженни. – Помогите спуститься! Потому что я не помню, как сюда попала, но это вышло легко, а вот как спуститься, не знаю.
В конце концов она снова оказалась на полу в компании Квестина и дворецкого, а заодно и нескольких десятков громыхающих металлом воинов. Дальнейший путь – уже совсем короткий – они проделали под охраной, и больше никто гостей не беспокоил.
Такое своевременное появление королевской гвардии подсказывало, что нападение подстроено, это такое представление, наподобие тех, что разыгрывал на площадях Бурмаль и детки. Но вот зачем? Дженни не собиралась пожертвовать этим глупым артистам ни монетки, да никто и не протягивал к ней шляпу. Вот еще! Из-за этой круговерти Дженни вымокла, пока карабкалась по сохнущей тряпке, ее куртка нашлась, но вся истоптанная грязными лапами ратлеров…
Пока Дженни размышляла, процессия миновала несколько коридоров. Больше не было паутины веревок, сверху за шиворот не летели холодные капли, проходы стали уже, а своды ниже. В общем, все указывало на то, что сейчас они в жилом помещении.
Наконец все остановились перед массивной двустворчатой дверью, полностью перекрывавшей проход. Двери, наверное, были редкостью в странном мирке под землей, до сих пор Дженни не попалось ни единой, все помещения можно было пройти беспрепятственно.
– Монетный зал, – проворчал Квестин, – мы на месте.
Вооруженные стражи проделали какие-то перемещения, что, вероятно, означало торжественную церемонию, которая должна предварять аудиенцию. Наконец двери распахнулись и гостей пригласили в зал. Дженни слегка оробела. Предыдущие треволнения немного смазали эффект от предстоящего события, но все-таки встреча с королем! С самым настоящим королем! Папаша Бурмаль иногда изображал королей на своих выступлениях. Это бывали, как правило, весьма неприятные и вспыльчивые типы, которые через слово требовали отрубить кому-нибудь голову, кого-то изгнать, кого-то бросить в тюрьму.
Место содержания арестантов в префектуре Дженни уже видела, а здесь, во владениях ратлеров, и обычные помещения выглядели отталкивающе. Страшно даже подумать, какая во владениях Крысиного Короля может быть тюрьма!
***
Дженни, заранее готовясь к худшему, шагнула в зал. О, нет, это было совсем не похоже на тюрьму! Это было великолепно. Монетный зал освещался десятками огромных свечей, которые были здесь повсюду – на стенах, на полу, в подвешенных к своду громадных подсвечниках. И ведь было, что осветить таким количеством огней! Стены зала сверкали и переливались, их покрывали круглые металлические кругляши. Здесь было все – серебро, бронза, золото… Монеты, монеты, монеты – всяких размеров и достоинства, древние, недавно отчеканенные, эверонские, заграничные! С геральдическими зверями, профилями, коронами, мечами и топорами! Все, что падало во славу Хогорта на мостовые, все, что уносили воды в сточных канавах, все, что теми или иными путями попадало в укромный мир ратлеров – все это пошло на облицовку стен.
– Интересный способ копить на черный день, – пробормотала себе под нос Дженни.
И тут ее взгляд, скользивший по великолепным стенам, остановился на троне, который высился посередине Монетного зала на высоком, в три ступени, подиуме. Если стены зала были роскошны, то на троне копошилось воплощение мерзости. Лохматое, серое, влажное, неопрятное месиво спин, животов, конечностей, оно непрерывно двигалось и шевелилось, колеблясь, шурша, скрипя гигантским троном.
