Текст книги "Академия для отчаянной невесты (СИ)"

Автор книги: Полина Миронова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 17

Первой опомнилась Лизи. Она уставилась на Грегори Шантуа, как на сумасшедшего.

– Псих! – коротко сказала она и плюхнулась на свою кровать. – Но я так и думала.

А я все не могла прийти в себя. Зачем ему все эти проблемы?

– Погоди-ка, а ты точно уверен? Ты что, бессмертный? – недоверчиво спросила я и, дождавшись уверенного кивка, задумчиво протянула: – А за что они тебя так… искренне ненавидят? Ты, правда, всех их бросил? Или… Что ты им такого сделал на самом деле?

Почему-то сейчас, глядя на Грегори, я как-то слабо представляла его в роли завзятого сердцееда. Он гад, конечно, но точно не герой-любовник! Если бы он был таким, как выставляют его Нора и компания, пострадавших было бы намного больше, чем они трое.

Грегори, который небрежно отряхивал несуществующую пыль с рукава своего безупречного камзола, усмехнулся. Печально и цинично.

– Уж точно не за то, о чем они кричат на всех углах. Поверь, их истинные причины куда мельче и пошлее.

– И что, что, что? – Глаза Лизи возбужденно загорелись, она просто жаждала сплетен, как воздуха. Мне тоже было любопытно, поэтому я замерла у стола, стараясь, чтобы он не заметил моего пристального внимания.

Шантуа резко повернулся к Лизи, его взгляд стал холодным и острым.

– Нет, – его голос потерял всякую игривость. – Аристократы с понятием о чести такого не говорят. Точка.

Его тон не допускал возражений или препирательств. Лизи обиженно надула губы, но промолчала.

Слова Шантуа вывели меня из ступора. Ах, ты, чистоплюй! Решил разобраться с девчонками моими руками! Я оттолкнулась от стола, чувствуя, как по телу разливается знакомая спасительная, трезвящая ярость.

– Погоди. А с какой стати я вообще должна на это соглашаться? С этим дурацким спектаклем? – выпалила я.

И Грегори снова превратился в самодовольного хама. Он пожал плечами с преувеличенной небрежностью.

– А у вас есть выбор? Они не отстанут. Это, во-первых. Во-вторых, пока они будут думать, что ты «втираешься ко мне в доверие», они не станут строить другие, куда более коварные планы. И будут, кстати, страшно довольны, что я провожу с тобой так много времени. – Он бросил на меня насмешливый взгляд. – Ну и в-третьих… Разве тебе не любопытно? Что за могущественный маг согласился помочь тебе? У меня есть одно предположение на этот счет. И если это он… – Грегори фыркнул, и в его глазах мелькнуло презрение. – Тогда это ваше «общество обиженок» упадет в моих глазах на самое дно.

Любопытство, гадкое и цепкое, действительно шевельнулось внутри, но я не поддалась.

– А что тебе-то от нас нужно? – спросила я, скрестив руки на груди. – Что ты получишь от этого всего, кроме удовольствия помучить нас?

Его ухмылка тут же стала хищной. Он перевел взгляд с меня на Лизи и обратно, как будто оценивая наши возможности.

– Напарницы. Мне нужно пробраться в подземелья академии.

В комнате повисло ошеломленное молчание.

– В подземелья? Мы? – прошептала Лизи. – Я пас! Я темноты боюсь! И вообще… Лучше спустись туда со своими друзьями. Они у тебя безбашенные совсем, им точно понравится. А мне нет! И не проси!

Я тоже ничего не понимала. Почему именно мы, и почему подземелья академии? Что этот придурок еще задумал? Не спорю, когда-то раньше там были целые лабиринты с ловушками и артефактами, мне мама рассказывала о них свои сказки. Но все ценное давным-давно вывезли, а их завалили.

– Но там же ничего интересного нет! Зачем нам туда лезть? – недоверчиво протянула я. – Первый уровень взорвали еще первые короли, нижние – затопило лет пятьсот назад. Я слышала, что для академических нужд расчистили совсем немножко. Там склады и хозпомещения. Ты хочешь наворовать метел и лопат?

– О, ты ошибаешься, там есть кое-что очень ценное. И это не метлы! – парировал Шантуа, и в его глазах загорелся азартный огонек. – Когда-то этот замок принадлежал не кому-нибудь, а могущественному некроманту. Мои и твои, Виктория, благочестивые предки убили его, захватили замок, а из его… э-э-э… алтаря высекли королевский трон. Но поднять весь алтарь было невозможно. Его раздробили. Часть обломков так и осталась там, внизу. Они мне нужны.

Ситуация с подземельями начала складываться в мрачную, но логичную картину. Его безумный план действительно был безумным и неосуществимым. Желающих убить свободное время на это бесполезное мероприятие явно не нашлось. Его друзья были не дураки, и наверняка отказались. Но и из нас компаньоны были так себе. Я – почти без магии и Лизи – слабенький маг без ярко выраженного дара. Кажется, Грегори Шантуа в конец отчаялся, раз нас шантажом заставляет участвовать в этом провальном деле.

Возможно, обломки там и были, но где именно? Не думаю, что было мало желающих покопаться в мрачном нутре подземелий. Но я что-то не слышала, чтобы находились смельчаки, которые хвастались бы трофеями, добытыми там. Скорее всего, и мы застрянем, разбирая один из заваленный камнями входов.

Что же, меня это устраивало! Будем создавать видимость бурной деятельности. Теперь главное, чтобы он в наши дела не лез.

– Значит, наш скромный бизнес с зельями тебя не интересует? – уточнила я, чувствуя подвох.

– А вот и не угадала! – рассмеялся Шантуа. – В этом году у меня возникло небольшое недопонимание с отцом касательно моей учебы. В результате я временно лишен… ну, скажем так, карманных денег. Так что ваш подпольный синдикат меня сильно интересует. Я готов принять в нем самое деятельное участие. Поставки, сбыт, безопасность – я думаю все это сосредоточить своих надежных руках. За скромную долю. Половину прибыли.

Мы с Лизи в унисон взвыли.

– Нет! Еще чего! Ни за что!

Но Грегори нахмурился и сурово выдал:

– Или у вас вообще ничего не будет.

Лизи подскочила ближе и нервно размахивая руками пошла на Шантуа.

– Это не справедливо! Нам вообще твоя помощь в этом деле была не нужна, а ты хочешь половину забрать!

Шантуа демонстративно со скрипом выдвинул стул из-за стола, присел, сложив ногу на ногу, и язвительно сказал:

– Если я сейчас уйду и даже на вас не нажалуюсь, все равно ваша подпольная лавка просуществует ровно неделю. А потом вас со скандалом разоблачат и выгонят, заставив оплатить в королевскую казну потраченные на вас средства.

Мы с Лизи переглянулись.

– И чего это? – недоверчиво спросила Лизи. – Не волнуйся, все у нас будет хорошо.

Шантуа хмыкнул.

– Вас сдадут ваши же заказчики. Ингредиентов на сложные зелья у вас нет, а дешевенькие поделки могут сварить многие в академии. Они будут думать, что откроют свою подпольную торговлю, и озолотятся. А когда отчислят и их, все вернется на круги своя. Не думайте, что вы первые до этого додумались.

Выражение наших лиц, должно быть, было красноречивым – полное разочарование и обреченность.

Грегори весело потер руки, видя наш немой диалог.

– Ну, не смотрите на меня, с такой ненавистью. Я могу быть полезен. У меня куча отличных идей. Например… – он сделал драматическую паузу, глядя прямо на меня, – …я могу раздобыть редкие ингредиенты для сложных зелий. Кстати, можем начать с того самого антидота. От приворотного зелья, которым вы, по глупости, напоили моего дядю. – Его глаза лукаво блеснули, когда он неожиданно выдал: – Я очень польщен, Виктория, что ты попросила свою подругу приворожить меня.

Шантуа поиграл бровями, а я была готова провалиться прямо в подземелья. Боже, какой позор! Я чувствовала, как краснота заливает щеки и шею.

Лизи аж подпрыгнула:

– Мы не… я не…

Но он просто поднял бровь, и она замерла на полуслове.

– Прежде чем мы продолжим строить наш восхитительный союз, – голос Грегори вновь стал деловым и жестким, – соблюдем одну формальность. Дадим магическую клятву о неразглашении.

Лизи испуганно всплеснула руками.

– Я не готова! Это же… это опасно! Тому, кто проболтается, может сильно не поздоровиться!

– Именно для этого ее и произносят, моя дорогая, – холодно парировал Шантуа. – Чтобы неповадно было болтать.

Я смотрела на него, и безотчетная тревога сжимала горло. Грегори Нелавиль играл в свою игру по своими правилам. Он использовал нас в слепую, как котят. Я совершенно не верила в поход за обломками алтаря. И эта наша подпольная лавка была, по сути, ему не нужна. Нелавиль преследовал цели, о которых мы даже не догадывались, впутывая во что-то определенно опасное и незаконное. Иначе, зачем нужна была клятва?

Глава 18

Псих Шантуа решил заключить не простую стандартную клятву о неразглашении, которую часто брали с работников. Моя мама, например, у горничных ее всегда требовала на год, а потом при желании продлевала.

Но Грегори Шантуа не шел простыми путями, он затеял древнюю клятву на крови. Это был один из самых энергозатратных и страшных ритуалов. Нарушить такую клятву было физически не возможно, магия не давала. И была она бессрочной.

В общем, сплошной мрак. Я попыталась отговориться тем, что у меня нестабильная магия, но запасливый Шантуа вытащил из кармана кристалл накопителя. И тут я поняла, что он собирался взять с нас клятву с самого начала, и все что случилось до этого, было тщательно спланировано. Точно сволочь!

Погасив основную лампу, Шантуа зажег несколько ритуальных свечей, которые ему выдала Лизи из своих запасов. В тусклом неверном свете закачались и заплясали длинные неровные тени. Воздух в комнате стал густым и тяжелым, словно перед грозой. Он накачивал магией пространство, призывая ее стать свидетельницей нашего безумия.

– Руки, – коротко бросил Шантуа, и в его голосе не осталось и следа насмешки.

Мы невольно повиновались. Он достал из-за пояса небольшой серебряный кинжал с причудливой рукоятью. Лезвие холодно блеснуло в полумраке. Лизи ахнула и попятилась.

– Это обязательно? – истерично прошептала она. – Я боюсь!

– Не бойся! – строго приказал Шантуа. – Капля крови скрепляет слово сильнее чернил. Кто первый?

Я, стиснув зубы, протянула руку. Короткий укол. Легкое жжение. И на ладони расползается красная лужа. Лизи, бледная как полотно, с гримасой отвращения позволила сделать то же самое. Затем Грегори быстрым движением провел лезвием по своей собственной ладони.

– Давайте! – приказал он, и мы соединили наши руки, чтобы кровь смешалась. Ладонь Грегори была удивительно горячей, а пальцы – твердыми и уверенными. – Повторяйте за мной. Слово в слово.

Шантуа начал говорить на древнем наречии, том самом, на котором когда-то говорил обитающий в этом замке некромант. По спине поползли противные мурашки. Боги, что он творит! Это совершенна не обычная клятва на крови. Это – настоящая запретная магия! Сумасшедший придурок! Если кто-нибудь узнает об этом, нас всех казнят!

А тем временем низкий вибрирующий голос Шантуа наполнял комнату зловещей темной магией. Мы с Лизи, как в трансе, бубнили за ним, чувствуя, как магия сжимается вокруг, словно липкая жалящая паутина. Я вцепилась в раскалившийся накопитель, молясь всем богам, чтобы только остаться живой.

– ...клянусь кровью своей и истинным именем, что не раскрою тайн, что будут мне доверены... – гремел его голос.

И тут настал черед имен.

– Грегори Александр Нелавиль, – произнес он четко.

Я почувствовала, как вздрогнула рука Лизи. Моя очередь. Я глубоко вздохнула, готовая к реакции подруги.

– Виктория Амалия Блэквальд.

Я украдкой взглянула на Лизи. Ее глаза расширились, но она лишь сглотнула и, не глядя на меня, выдавила:

– Элизабет Грауг.

Наша перемешанная кровь вспыхнула ослепительным золотом. Тело выгнуло резкой болью, я чувствовала, как энергия хлынула из солнечного сплетения, сплелась еще с двумя и с такой же скоростью вернулась обратно. Чужая энергия неприятно холодила. Я с усилием сглотнула, пытаясь смочить пересохшее горло. Постепенно кровь перестала светиться, а на душе возникло ощущение какой-то тяжести.

Шантуа удовлетворенно кивнул, вытирая лезвие о платок, который он достал из кармана. Щелчок пальцев, и платок моментально рассыпается пеплом.

– Отлично. Поздравляю вас, мои прекрасные неразговорчивые рыбки, – привычная ехидная улыбка перекосило лицо Шантуа. – Главное мы с вами сделали.

Ну, хоть что-то не меняется в этом мире! Шантуа, как был полным придурком, так и остался.

– У нас есть насущная проблема, которую мы пытались сегодня решить, – начала я, поняв, что довольный Шантуа собирается сбежать.

Он почесал голову и кивнул, побуждая меня рассказывать дальше.

– Нужно спрятать котел с варящимся зельем, – влезла Лизи.

А я добавила:

– И нам нужно подыскать место для лаборатории. Наша комната не подходит, Нора может зайти в любое время, когда нес нет. Если она увидит все, то…

Шантуа похмыкал, вглядываясь в темноту за окном.

– Будет вам лаборатория. Подыщу к утру варианты.

Едва за ним захлопнулась дверь, в комнате повисла гнетущая тишина. А потом Лизи фыркнула и я обернулась.

– Так-так... – начала она, и ее голос дрожал от обиды. – Виктория Амалия Блэквальд. Аристократка. И даже не подумала мне сказать.

– Лизи, какая разница? – вздохнула я. – Главное я тебе сказала, что отец все проиграл. И это правда! От нашего состояния и благородства остались одни воспоминания. Пустой звук. Да от меня даже жених поэтому отказался.

– Не в этом дело! – Лизи всплеснула руками, и ее глаза блестели от слез. – Ты скрывала! Врала мне! – Она резким движением смахнула слезы. – Скажи честно, ты знала, что Шантуа на самом деле Нелавиль? Родственник декана, родная бешеная кровь. – Я покаянно кивнула. – Замечательно! И это не сказала! Зачем я вляпалась в эти ваши аристократические разборки?!

– Это не разборки! – попыталась я возразить, но она уже отвернулась.

– Знаешь что? Я очень расстроена. Очень.

Она демонстративно разделась, плюхнулась на свою кровать и повернулась к стене, нагло показывая мне спину. Все мои попытки заговорить с ней разбивались о каменное молчание. В конце концов, мне все надоело. В конце концов какого демона она так злиться, я ей ничего не обещала.

– Ну и хорошо! – буркнула я и погасила свечи. – Не очень-то и хотелось!

Я улеглась, глядя в потолок и чувствуя, как обида и злость комком застряли в горле. Предательские слезы подступили к глазам. Все рушилось. И тут...

Тук-тук-тук.

Слабый, но настойчивый звук донесся не от двери, а от окна. Мы с Лизи одновременно замерли. Наше окно выходило в пустынный внутренний двор, а этаж был далеко не первым.

Скр-скр-тук.

Лизи медленно приподнялась на локте, ее глаза в темноте были огромными от страха. Я, сжавшись от ужаса, крадучись подошла к окну. За черным стеклом ничего не было видно, лишь смутные очертания ночного неба.

Сердце колотилось где-то в горле. Я дрожащей рукой отодвинула засов, рывком распахнула створку и испуганно отшатнулась:

– Э-это... ты?

Глава 19

Из темноты на меня уставились два светящихся ядовито-зеленых глаза. Я застыла, прижавшись коленями к подоконнику, сердце бешено колотилось. Мамочки! Надеюсь, меня не сожрут. Существо приблизилось, и в рассеянном свете лампы проступили очертания крупной мускулистой кошки. Черной. Очень черной. Вернее как кошки, на домашнего питомца это существо совершенно не походило. Уши были чуть острее, клыки значительно больше. И взгляд – умный, пронзительный и до боли знакомый в своем наглом высокомерии.

– Ты?.. – удивленно выдохнула я, и в голове молнией сверкнула догадка, зачем он взял с нас магическую клятву на крови.

Грегори Нелавиль – оборотень! Вот это новость! Если я расскажу кому-нибудь об этом, мне просто-напросто не поверят! Оборотень! Ну, надо же! Никогда не замечала в его поведении животные черты, хотя, я же и не знаю его особо. Подумаешь, замуж за него собиралась!

Лизи, устав маяться за моей спиной, немного оттеснила меня от окна. Но увидев «котика», судорожно вцепилась в руку, забыв про обиду.

– Киса, киса! Хорошая киса! – истерически прошептала она, оттягивая меня в глубину комнаты. – Демоны преисподней, это же...

– Тихо! – шикнула я на нее и, сделав глубокий вдох, схватила незваного гостя за передние лапы.

«Котик» было тяжелым и гладким, а еще очень сильным, но сопротивляться не стал, дал втащить себя в комнату. Я осторожно отпустила лапы на пол и захлопнула окно.

– Т-ты чего т-творишь?! – заикала Лизи и выставила перед собой стул.

А я прогладила крупную лобастую голову Нелавиля, заросшую густой короткой шерстью и торжественно объявила:

– Лизи, знакомься – Грегори Нелавиль-Шантуа собственной персоной.

Котик зевнул, раскрывая пасть усеянную острыми зубами.

Лизи вздрогнула, отступила еще на шаг, поднимая стул выше, и испуганно пролепетала:

– Ты уверена?

– Он, – уверенно прошептала я. – Больше некому. И смотрит так же свысока.

Тут котик встряхнулся и уставился на нас с врожденным превосходством. Думаю, именно этот взгляд и убедил недоверчиво прищурившуюся Лизи. Выражение морды, тьфу-ты, лица, было абсолютно идентичным.

– Грегори? – осторожно кашлянула Лизи, приседая перед ним в поклоне, как перед королевской особой. Я прыснула в кулак, но она обожгла меня злым взглядом и жалобно спросила: – Это ты, да? Ну, скажи что-нибудь! Обругай нас на своем древнем наречии! А лучше превратись в себя. Ты нас пугаешь.

Зверь молчал. Он лишь медленно обвел комнату оценивающим взглядом и уселся в позе сфинкса, обернув хвост вокруг лап. Превращаться котик не собирался. А может, банально не мог.

Мы с Лизи озабоченно переглянулись. Перед лицом возникшей проблемы мы как-то незаметно помирились.

– Может, он голодный? – предположила Лизи. – Давай его покормим, а то вдруг он ночью нами захочет поужинать. Я чувствую его изучающий взгляд. Это меня нервирует. А, он пошел искать, что сожрать!

Действительно, котик-Грегори устал сидеть и стал, как обычный кот, обнюхивать все в комнате. Я посмотрела на черную поджарую фигуру и со вздохом согласилась, Грегори потратил на оборот кучу энергии, вдруг его животная часть возьмет вверх, и он решит, что мы самый легкий способ ее восполнить.

Мы с Лизи перерыли все наши вещи в поисках еды. У меня оказалась лишь половина сухой пресной лепешки, которую дала в дорогу няня. Но за прошедшее время она превратилась в настоящий камень. Грегори ее понюхал и с презрительным видом отвернулся. От пары конфет и раскрошенных вафель, которые обнаружила у себя Лизи, он тоже отказался.

Поиски пришлось расширять, потому что Шантуа нервно забил хвостом. Я обыскала всю кухню, а Лизи в холодильном шкафу нашла кусок вяленого мяса неизвестного животного. Пах он не очень, но котику неожиданно понравился. Я помолилась, чтобы у него не получилось несварения желудка, ел Грегори так, как будто вечность голодал. Ам, и кусок мяса исчез в его пасти. Кажется, он даже не жевал.

– Грегори, ну превратись уже обратно! – взмолилась Лизи, чуть не плача. – Мы никому не расскажем! Клянемся! Я даже не скажу Норе, что ты сожрал ее тухлятину.

– Нелавиль, не дури! – добавила я, чувствуя, как ситуация стремительно скатывается в абсурд. – Вот чего ты добиваешься, оставаясь животным? Тебе нужно найти в себе все человеческое и превратиться обратно. Я читала, что долго находится в животном виде очень вредно!

Нелавиль поднял на меня свои невозможно зеленые глаза, хотя как у человека, я точно помню, они у него были голубые. Уголок пасти дрогнул, как будто он усмехнулся. Потом вредный котик лениво подошло к моей кровати, запрыгнул на подушку, свернулся калачиком и, кажется, мгновенно уснул.

Мы с Лизи просидели до утра, наблюдая за его ровным дыханием и строя самые невероятные догадки. Под утро силы кончились. Лизи завалилась на свою кровать, а я прилегла на Нориной. Наглый Грегори Шантуа занял единолично мою. Но ничего, пусть только превратиться обратно, я все ему выскажу!

Уснули, как по команде. И, как по команде же, нас поднял резкий, настойчивый стук в дверь.

Мы с Лизи вскочили с кроватей взъерошенные и растерянные. Зверь на моей подушке тоже поднял голову, насторожив уши.

– Шкаф! – панически прошипела я, хватая тяжеленное, теплое, пушистое тело. Котик не сопротивлялся, лишь недовольно проворчал. Я с трудом дотащила его и опустила на дно шкафа. Накинула сверху покрывало со своей кровати и захлопнула дверцы. – Сиди тихо! – приказала я в щель.

Бледная испуганная Лизи открыла дверь и истерично взвизгнула.

И вот тут я тоже едва не закричала. На пороге стоял Грегори Шантуа. Свежий, отдохнувший и безупречно одетый. Настоящий. В человеческом виде.

Глава 20

– Так, что у вас опять произошло? – с веселым недоумением спросил Грегори Шантуа. – Я же вас одних только на ночь оставил? – Его взгляд скользнул по моим растрепанным волосам, по помятому платью, по испуганно Лизи. – Вы в порядке? Выглядите так, будто всю ночь демонов гоняли.

Я растеряно замерла, не зная, что ответить. А в голове билась отчаянная мысль: если Шантуа здесь... то кто тогда в шкафу?!

Лизи, видимо, думала о том же. Ее взгляд метнулся от Грегори ко мне, потом к шкафу.

– Кот! – выпалила Лизи, не в силах сдержаться. – У нас тут был кот! Огромный, черный! Очень похож на тебя. Очень! Почти как ты… мяукал так нагло… мясо сожрал… тухлое…

Она смущенно замолчала под недоуменным взглядом Шантуа.

– Хм, – протянул он, – ты сейчас сравниваешь меня с каким-то облезлым котом?

Лизи замотала головой. И тут я решила прийти ей на помощь.

– Нет, он не облезлый. Красивый, черный такой. Ночью к нам пробрался. Мы думали, откуда он взялся, а потом смотрели, как он спит, – брякнула я.

Шантуа смотрел на меня с таким нескрываемым скепсисом, что я почувствовала себя идиоткой. Как я вообще могла подумать, что милый котик похож на этого гада!

– В старом замке водятся мыши, а значит, водятся и коты, – сухо произнес он. – Соберитесь, обезумевшие любительницы котиков! Мне сейчас некогда разбираться с вашими причудами. Жду вас после занятий у входа в западное крыло. Я придумал, где можно разместить нашу... лабораторию.

Не дав нам ничего ответить, он ушел. Едва за ним захлопнулась дверь, как мы с Лизи наперегонки кинулись к шкафу. Она успела первой, распахнула дверцы… никого.

В шкафу было пусто. Абсолютно. Только в углу сиротливо лежало мое покрывало.

– Но... как? – растерянно прошептала Лизи, приподнимая его, как будто кот мог уменьшиться. – Я сама видела, как ты его туда прятала!

Мы с Лизи стали обыскивать комнату. Заглянули под кровати, столы, в другие шкафы, за шторы, в сундук. Ничего. Только окно оказалось приоткрыто, видимо, я плохо его закрыла, а животное испугалось Шантуа и сбежало.

– Ну и ладно, – вздохнула я, подходя к своей кровати. – Хорошо, что хоть мебель не погрыз...

На моей подушке ясно виднелась вмятина, а на светлой ткани лежало несколько черных кошачьих волосков, свидетельствуя, что огромный кот был не плодом моего воображения. Я протянула руку, чтобы смести волоски, но едва палец коснулся одного из них, как он растворился. Просто исчез, будто его и не было.

– Лизи! – испуганно крикнула я. – Смотри!

Она подбежала и, увидев исчезающие волоски, ахнула.

– Ничего себе! Нет, это точно не простой кот. Сначала я подумала, может, дикий барс спустился с гор. Они иногда к жилью подбираются... но у барсов шерсть не испаряется!

Я подошла к окну и высунулась наружу. Прямо под нами тянулся каменный выступ, который когда-то был элементом украшение старой крепости. Главное, он был достаточно широким, чтобы по нему мог пройти не то что кот, но и человек.

– Смотри, – показала я Лизи. – Вот так он и пришел к нам. Интересно, этот выступ по всему этажу тянется? – Я высунулась из окна по пояс и увидела в нескольких метрах слева небольшой балкончик.

– После занятий пройдем по нему, – сразу же согласилась Лизи, ее глаза загорелись исследовательским азартом. – А еще нужно в библиотеке поискать про оборотней. Может, их шерсть исчезает после обратного превращения?

– Согласна, – кивнула я. – На простого кота наш ночной гость не похож. Слишком умный взгляд.

Тут мы обе вздрогнули, услышав, как где-то вдали пробил колокол, возвещающий о скором начале занятий.

– Черт! Мы опаздываем!

Началась лихорадочная суета. Я глянула на свое мятое форменное платье, в котором уснула. Ужас! Идти в нем так было категорически нельзя. Я быстро разделась и, прочитав простейшее заклинание глажки, стала водить ладонью над тканью.

Наши слуги завораживали специальную дощечку для облегчения монотонной работы, надо будет себе такую же сделать. А пока я просто подносила ладонь к ткани, задерживая чуть дольше на сильно мятых участках, и вела дальше.

Руки были заняты, и голова тоже. В ней крутились мысли о коте, о Шантуа, о лаборатории. В итоге я слишком долго задержала ладонь на одном месте, и платья слегка задымилось. Руку я отдернула быстро, но было слишком поздно. Прямо на груди красовалась аккуратная дыра с подпаленными краями, размером с мелкую монету.

– Отлично, – простонала я. – Просто замечательно!

Времени зашивать ее или восстанавливать ткань не было. Пришлось в срочном порядке надеть темно-синее платье, в котором я приехала в академию. Благо, что оно было простое, без украшений и рюшей. Надеюсь, декан Нелавиль не придерется. Жаль, что первым с утра стояло его занятие.

Мы с Лизи выскочили из комнаты и помчались по коридорам к лекционному залу. Неожиданно я почувствовала, как что-то обожгло бедро через ткань платья. Опустила руку и достала желудь. Желудь? Долго гладила теплый гладкий бок, пока не вспомнила, откуда он у меня. Точно! Я подобрала его в коридоре после ссоры с Шантуа и его бандой. Я сунула похолодевший желудь обратно в карман и побежала дальше. Странности копились со страшной силой, надеюсь, что скоро все начнет проясняться.

К тому моменту, как мы подбежали, аудитория была забита под завязку, но первый ряд к несчастью почти полностью пустовал. Я с тоской обвела довольных обитателей галерки и села рядом с Лизи прямо перед лицом преподавателя. Ой, чувствую, что ничего хорошего на лекции меня не ждет.

Я едва успела разложить письменные принадлежности, как дверь распахнулась, и в класс вошел декан Нелавиль. Его холодный, оценивающий взгляд медленно скользнул по рядам, пока не остановился на мне. На моем кричаще-синем платье.

– Так, госпожа Даронг, – недовольно произнес он, – я что-то не вижу на вас учебной формы своего факультета. Или вы решили, что правила не для вас? Почувствовали себя особенной?

Я расправила плечи и, с усилием приподняв подбородок, твердо сказала:

– Прошу прощения, но мое форменное платье пришло в негодность.

– В негодность? – он подошел ближе, загораживая солнце. – В академии есть строгие правила, которым вы обязаны следовать. На выход. Не приходите, пока не приведете себя в надлежащий вид.

Лицо опалило жаром стыда и гнева. Под сдержанные хихиканья однокурсников я вышла из аудитории, чувствуя себя последней неудачницей.

Я стояла в пустом коридоре, прислонившись лбом к прохладному камню стены, и пыталась взять себя в руки. И тут краем глаза уловила движение. Черная тень метнулась от двери соседней аудитории и рванула в глубину коридора.

Сердце екнуло. Ночной кот!

Я бросилась за ним. Темная фигура мелькала впереди, кот скользил бесшумной тенью, огибая углы. Я бежала, не обращая внимания на свой топот и надсадное дыхание. К черту! Я поймаю эту сволочь и выясню кто и что он такое. Но кот оказался быстрее и хитрее. Он подбежал к стене и… исчез. Но прежде, чем это случилось, я услышала скрежет камня о камень, как будто тяжелая плита на мгновение сдвинулась и тут же встала на место. Вот ты и попался котик!