Текст книги "Академия для отчаянной невесты (СИ)"

Автор книги: Полина Миронова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 10

– Что значит «сработал»?! – я подскочила на кровати, как ужаленная. Сердце заколотилось где-то в горле. Я схватила Лизи за плечи и принялась её трясти. – Лизи! Говори толком! Что случилось?

Она всхлипывала, хлопая мокрыми от слёз ресницами.

– После того, как всех стали записывать… я испугалась и спряталась в том лабиринте из мебели, за креслом. Думала, пережду, пока все уйдут… – она говорила прерывисто, захлёбываясь словами. – А потом, когда всё стихло... Все ушли, я выждала немного и осторожно выскользнула… А он ждал меня у лестницы!

Тут Лизи громко зарыдала, уткнувшись в ладони.

– Кто ждал? Ну же! Не молчи! – У меня похолодело внутри. Кто это таинственный он? Не декан же Нелавиль! У него наверняка поставлена отличная защита от таких зловредных зелий. Неужели Грегори успел отпить из стакана. Сердце ухнуло куда-то в пятки. Так стоп!

Я грубо дернула Лизи за плечо:

– Тебя ждал декан Нелавиль, – спросила я с замирающим сердцем.

Лизи кивнула, и по её лицу снова потекли слёзы.

– Он сказал… что я тоже наказана. И что жду он меня завтра к шести утра… со всеми…

Я отпустила её плечи, с облегчением выдохнула и с насмешкой сказала:

– Фух, напугала! Ну, ты в каком-то смысле заслужила! Думаю, за твои сегодняшние проделки это хорошее наказание. В следующий раз подумаешь, стоит ли лазить по кафедрам, воровать ключи, подливать без спросу зелья! Но при чём здесь приворот? И почему ты думаешь, что он сработал? Там же был мой волос!

Лизи опустила голову и прошептала так тихо, что я едва разобрала:

– Наверно, волос был мой. Я забыла, что днем твою расческу брала.

Я уставилась на неё в полном ступоре. А потом до меня дошла вся ирония происходящего, и я довольно улыбнулась.

– Ну, допустим, справедливость существует. Но я все равно не поняла, как ты догадалась, что приворот подействовал. Тут же ничего такого не…

– Потому что он меня поцеловал! – выпалила Лизи, снова разрыдавшись. – У лестницы! Схватил и поцеловал! А потом сказал это про наказание и ушёл! Значит, зелье сработало!

От этой новости у меня перехватило дыхание. Картина вырисовывалась чудовищная. Лизи, наш приворот, одурманенный декан и неминуемая расплата… Голова пошла кругом.

– Ладно, – вздохнула я, чувствуя, как накатывает усталость. – Ложись спать. Сейчас уже поздно что-то решать. Утром разберёмся. Может, тебе всё показалось. Возможно, он просто поправил тебе волосы? Или... я не знаю, может, его судорогой схватило?

Утро было тяжёлым и молчаливым. Мы почти не разговаривали, пока шли к месту сбора. Здесь нас ждало ещё тринадцать несчастных, попавших в опалу. Декан Нелавиль строгий и непроницаемый вошёл в аудиторию, и все замерли, преданно на него уставившись. Его взгляд скользнул по Лизи, но не задержался. Никаких намёков на вчерашнее.

Без предисловий он стал зачитывать, куда определил нас на отработки. Когда дошла очередь до нас, моё сердце ёкнуло.

– Виктория Даронг, Грегори Шантуа, Леви Пфау – работы в ботаническом саду. Уборка сорняков, полив. Под наблюдением садовника.

Я чуть не ахнула. Сидеть в гряди с этим засранцем Шантуа по нескольку часов день? Это было хуже любого наказания. Мы обменялись с ним ненавидящими взглядами.

– Лизи Грауг, – голос декана стал холоднее. – Вы назначаетесь моим личным помощником. Будете разбирать и систематизировать работы старшекурсников в моём кабинете. Без права на ошибку.

Лизи побледнела как полотно, бессильно сжимая руки. Декан отпустил всех готовиться к присяге или занятиям, и мы вышли в коридор. Лизи сразу же расплакалась.

– Виктория, прости меня! – она схватила меня за руку. – Я не знала, что так получится! Нужно сделать антидот! Пожалуйста, свари противоядие!

Злость на Лизи прошла, я смотрела на ее потухшие глаза, заплаканное лицо и понимала, что она достаточно наказана за самоуправство. Теперь она триста раз подумает, прежде чем причинять кому-нибудь добро.

Мы с ней окончательно помирились, и, вернувшись в комнату, тут же взялись за гримуар. Я открыла раздел «Антидоты и противоядия» и обомлела. Рецепт зелья отмены приворота занимал целую страницу, был испещрён сложнейшими символами и требовал таких ингредиентов, как пыльца лунного эльфийника, собранная в полнолуние, слеза морской девы, а еще гущейник, который остался только к королевских оранжереях. Но главное, что приготовление и настаивание зелья занимало целый месяц.

– Но… но первые компоненты простые! – залепетала Лизи, тыча пальцем в список. – Их легко достать! Ты начни варить, а я… а я сбегу! Буду высылать тебе редкие ингредиенты по почте! А через месяц приеду, и мы его напоим!

Я скептически посмотрела на неё.

– Лизи, ты серьёзно думаешь, что мужчина, находящийся под действием любовного зелья, просто так отпустит тебя? И вообще… меня смущает, что на декана, могущественного мага, это так легко подействовало.

Лизи потупилась и прошептала почти неслышно:

– У меня… помимо ведьминского дара… есть ещё капля оборотничьей крови. От прабабушки. Может… может, поэтому оно такое сильное вышло… Я там пошептала еще кое-что, когда его смешивала.

От этого признания у меня отвисла челюсть. Оборотничья кровь? Дополнительная магия. Вот это поворот.

– Ох, Лизи! Теперь, где гарантия, что антидот сработает? Что хоть за заклинание ты шептала?

Но она смущенно отвела взгляд, и пояснять не стала. А я обрадовалась, что бедняга Грегори не выпил эту бурду. У его дяди еще оставался шанс выйти из всего этого в своем уме.

Я глянула на часы и стала торопить Лизи. Пора было готовиться к торжественной присяге. Новую, парадную форму с красивыми мантиями с гербом академии доставили, пока мы были на воспитательной беседе.

Мы оделись и спустились в атриум, где уже толпились взволнованные родственники. Лизи повеселела, высматривая в толпе своих родителей и жениха. Мы подошли к её семье, милой, дородной паре, которая обнимала дочь, сияя от гордости.

– А где же Артур? – спросила Лизи, оглядываясь. – Он разве не приехал?

Её мать грустно улыбнулась и потрепала дочь по щеке.

– А его не пустили. Какой-то суровый декан появился на воротах и запретил не родственникам посещать первокурсников.

Глава 11

На Лизи было страшно смотреть. Ее продуманный верный план рассыпался, как карточный домик. Она пискнула матери что-то невразумительное и потащила меня в сторону.

– Это катастрофа! Дурацкий декан Нелавиль испортил мне все! Как я теперь сбегу?

Взгляд Лизи полный ужаса и безысходности метался по моему лицу.

Я пожала плечами.

– Не надо было его привораживать, – сказала я насмешливо. – Но в этом есть и положительные стороны. Поучишься, наберешься ума. Если твой Артур любит тебя, то обязательно дождется.

Лизи посмотрела на меня, как на дурочку.

– Ты что?! Кто в своем уме станет ждать меня пятнадцать лет? Он женится на какой-нибудь вертихвостке, и она нарожает ему десять детей, пока я со всем этим расквитаюсь!

Я удивленно зависла.

– Постой! Какие пятнадцать лет? Обучение всего пять… – начала я недоуменно.

Но она меня перебила:

– А десять лет практики? Ладно бы я могла выбирать, куда ехать. Но выпускников обычно отправляют в какую-нибудь беспросветную глушь!

И тут в голове у меня зашумело. Десять лет. Десять лет! Я не могу столько ждать! А как же мои планы? Лавка? Я хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.

А Лизи между тем продолжала ломать мой идеальный мир:

– Ты понимаешь, я даже выкупиться не смогу! Сейчас, до клятвы, родители не позволят уйти, а потом, когда они отойдут и одумаются… ты понимаешь – это же огромные деньги! – прошептала Лизи, вцепившись в мою руку своими ледяными пальцами. – Этот штраф разорит мою семью! Нужно что-то делать, нужно сейчас же…

Но её слова потонули в торжественных звуках фанфар. Церемония начиналась.

Нас вывели на улицу и построили в идеально ровные шеренги на плацу внутреннего двора. Камни под ногами были отполированы до блеска тысячами ног наших предшественников. Перед нами, на возвышении, выстроились все преподаватели в парадных мантиях. Воздух звенел от напряжения и магии. Лица первокурсников были бледными и серьёзными.

Слово взял ректор, древний старец с бородой до пояса и пронзительными голубыми глазами.

– Студенты! – его голос, усиленный заклинанием, разносился по всему двору. – Сегодня вы присягаете на верность не только академии, но и королевству! Ваша магия должна служить людям, защищать слабых и укреплять могущество нашей земли!

Потом он заговорил о долге, чести и верности королевской семье. Я слушала вполуха, все мои мысли были о штрафе и отработке после обучения.

И вот настал самый важный момент. Двое старшекурсников под торжественную музыку вынесли реликвию на бархатной подушке. Это был обломок чёрного камня, испещрённый древними рунами. От него исходила такая мощь, что по коже бежали мурашки. Казалось, само пространство вокруг него сгущается и искрится.

– На этом камне, частице алтаря первых королей, вы принесёте клятву! – провозгласил ректор. – С этого момента вы будете связаны магическим контрактом! Вы обязаны отучиться положенный срок и отработать его на благо королевства! Нарушителя ждёт колоссальный штраф, который разорит любой род! А если вы посмеете использовать знания во зло, – он подозрительно оглядел каждого из нас, – смерть в муках не заставит себя ждать!

Рядом со мной Лизи издала тихий, истерический вздох.

– Я не могу… Я сбегу сейчас, пока не поздно…

– Тихо, – прошипела я, но было уже поздно.

К нам бесшумно подошёл декан Нелавиль. Он не сказал ни слова, просто встал сзади и смотрел в затылок Лизи. Его присутствие было таким давящим, что мы обе замолчали, затаив дыхание.

И вот подошла очередь Лизи давать клятву. Она побледнела ещё сильнее и пошла к возвышению, пошатываясь, как на эшафот. Декан Нелавиль неожиданно взял её под локоть и твёрдо повёл вперёд. Лизи в ужасе оглянулась на меня, словно ища поддержки, но декан что-то резко сказал ей, и она, понурив голову, подошла к камню. Положила руки и срывающимся голосом прошептала слова клятвы.

Потом настал мой черёд. Ноги были ватными. Я шла, понимая, что вся моя жизнь рушится в очередной раз. Мои планы оказались пока просто мечтами. Ладно, пыталась успокоить себя я: пятнадцать лет – не вечность. Зато научусь, наберусь опыта. Или придумаю, как отработать все быстрее. Изучу бабушкин гримуар получше, в глуши меня особо не будет никто беспокоить, как раз потренируюсь перед столицей.

Я поднялась на возвышение. Ректор протянул мне руку с камнем. Мои пальцы коснулись шероховатой, прохладной поверхности.

И тут мир взорвался.

В меня ударила волна невероятной, первобытной мощи. Она жгла изнутри, выжигала каждую клеточку. Медальон на моей груди раскалился докрасна, как будто впитывая эту энергию. Я увидела ослепительную вспышку света, услышала чей-то крик, возможно, мой собственный, и почувствовала, как земля уходит из-под ног.

Дальше тьма.

Я пришла в себя от приглушённого гула голосов и запаха антисептиков. Открыла глаза. Белый потолок, белые стены. Я лежала в длинной палате заставленной узкими, как и моя, кроватями. Лекарское крыло.

Голова гудела и пульсировала, как будто кто-то бил внутри в барабаны. Я хотела сесть и попросить воды, но тут услышала чьи-то приближающиеся быстрые, уверенные шаги. Инстинктивно прикрыла глаза, притворившись спящей.

Человек почти дошел до ширмы рядом с моей кроватью, как я услышала еще одни торопливые шаги.

– Дядя, что с ней случилось? – это был голос Грегори Шантуа. В нём слышалась неподдельная тревога.

– Ничего особенного, – раздался холодный, раздражённый ответ декана Нелавиля. – Иди на отработку, не отлынивай.

– Но она же чуть не… Я видел, как её выносили!

Последовала пауза. Потом декан ответил, снизив голос до шёпота:

– У неё слишком скромные способности. Она не выдержала мощи артефакта. Такое бывает.

– Чем это грозит? – настаивал Шантуа.

Я услышала, как декан тяжко вздыхает.

– Обычно в таких случаях… слабенький маг просто перегорает. Магическое ядро не выдерживает и гаснет. Часто маг погибает вместе с даром. Ей еще повезло.

– Что?! – возмутился Шантуа. – Зачем её тогда вообще допустили до клятвы?!

– Таков закон, племянник, – голос декана стал ледяным и равнодушным. – Академия не может отказать ни одному желающему. Такова воля короля – дать шанс каждому. Но её опекун, лорд Мансис, был предупреждён о таком исходе. Она знала, на что идёт.

Внутри меня всё оборвалось. Холодная, тошная волна подкатила к горлу. Дед. Это был мой дед! Он знал, что я могу умереть, и всё равно отправил меня сюда. Он надеялся, что я погибну? Наверняка! Ведь это прекрасный способ сбросить раздражающую ношу. И деньги на меня потом тратить не придется! Мне было страшно думать, что там твориться в пансионате с моими нежными домашними сестрами.

Глава 12

Сознание возвращалось медленно, как сквозь густой туман. Я открыла глаза, уставившись на высокий, белый потолок лекарского крыла. Мысли в голове путались, и я все никак не могла вспомнить, как я здесь оказалась. Тело было тяжёлым, ватным, как будто занемело после долгого сна. Я попыталась пошевелить пальцами, они слушались с трудом, словно чужие.

И тут, сдвинув ширму, к моей кровати подошел весёлый, упитанный мужчина лет сорока. Его зеленая мантия удивительно гармонично смотрелась с копной рыжих волос, а добрая улыбка сразу к себе располагала. Идеальный лекарь.

– А, наша звёздочка проснулась! Давай знакомиться, я господин Тарраус! – радостно воскликнул он, наклоняясь ко мне. – Ну как настроение? Готова к новым подвигам?

Он провёл руками у меня над головой, и я почувствовала лёгкое покалывание, как слабый отголосок диагностического заклинания.

– Что со мной случилось? – спросила я прямо, глядя ему в глаза. От долгого молчания голос звучал хрипло.

Лекарь Тарраус засуетился, его улыбка стала немного натянутой.

– Да так, небольшой перегруз, ничего страшного! Артефакт, знаете ли, мощный, у многих первокурсников голова кружится! Как от успехов! Кхе-кхе! – натянуто хохотнул он, а у меня перед глазами вдруг появился камень, покрытый вязью рун, ряды студентов в синих мантиях первокурсников. К горлу подступила тошнота.

– У меня не кружится голова, – заплетающимся языком сказала я. – Я ничего не чувствую. Вообще. Как будто я… пустая.

Лицо господина Таррауса дрогнуло. Он заерзал, отводя взгляд.

– Ну, это… временный эффект! После ритуала принесения клятвы магическое ядро перегружено. Ему нужно время на восстановление! Не нужно спешить. Отдохнёте, прийдете в себя! Потом уже можно будет о чем-то говорить.

Но я видела его испуг, а еще складываемые для заклятья пальцы. Он что собрался меня усыплять? И тут до меня дошло. Тот разговор декана Нелавиля с Грегори… он не приснился. Это была правда.

– Я потеряла свой дар, да? – прошептала я, и в горле встал ком. – Он же «перегорел»?

Господин Тарраус побледнел и начал что-то бессвязно бормотать о «индивидуальных особенностях» и «необходимости дополнительных исследований» , помогая себе хаотичными движениями рук.

Но я перебила безумное мельтешение:

– Я хочу в свою комнату. Сейчас же.

– Но, милая, тебе лучше остаться под наблюдением! – ласково заговорил он, как будто пытаясь успокоить взбесившееся животное. – Хотя бы до вечера!

– Нет, – сказала я твердо и спокойно, безо всяких истерик, которых от меня ожидали.

А я просто физически не была способна ни на какую истерику. Я была абсолютно и бесповоротно пуста. Слезы были давным-давно выплаканы, внутри осталось только холодное тупое равнодушие.

Мне принесли мою новую, парадную форму, которая когда-то вызывала бешеный восторг. Теперь я ее надела спокойно, внутренне смиряясь, что возможно делаю это в последний раз. Без магии меня отчислят. Пустые студенты здесь не нужны. Пустые люди вообще никому не нужны. От этой пронзительной мысли слёзы подступили к глазам, но я сжала зубы, не давая им пролиться.

Я вышла из лекарского крыла, чувствуя, что несу на своих плечах горы, чья тяжесть пригибала к земле. Беды шли валились на меня одна за другой. Может, и правда, лучше было бы умереть где-нибудь под мостом? Зачем бороться, если каждый день делает мою жизнь невыносимее.

– Вики! – Ко мне, спотыкаясь и размахивая руками, подбежала заплаканная Лизи. – Он тиран! Совсем озверел! Приказал мне всё свободное время проводить в его приёмной! И домашнюю работу после занятий делать там же! Он обещал следить за тем, чтобы я не отлынивала. Представляешь?! А еще он сегодня вытащил архив из двухсот работ и велел разобрать их до завтра! Это невозможно! Ты понимаешь?!

Я слушала её вполуха, кивая, но слова Лизи доносились как сквозь вату. Всё это казалось теперь таким неважным.

– Виктория, ты как? – Лизи, наконец, заметила моё состояние.

– Нормально, – буркнула я.

Её лицо просияло.

– Я так и знала! Если бы было что-то серьёзное, тебя бы не выписали так быстро! – Потом она хлопнула себя по лбу. – Ой, чуть не забыла! Декан просил передать, что как только тебя выпишут, ты должна к нему зайти. Срочно.

Все внутри заледенело. Всё. Это конец. Декан Нелавиль выгонит меня. Сейчас же. Унизительно и публично.

Обида и страх сдавили горло.

Мы с Лизи как раз подошли к большому холлу на первом этаже, где всегда бурлила студенческая жизнь. И тут я увидела Грегори Шантуа. Он стоял у входа в столовую, окружённый своей бандой, и смеялся над чьей-то шуткой, на его руке висела все та же грудастая блондинка.

Грегори заметил меня. Смех смолк. Он что-то сказал своим друзьям, убрал руку блондинки и направился к нам. Его лицо было серьёзным.

Я замерла. Вся ненависть, весь гнев, вся боль, накопившаяся во мне, поднялась комом в горле. Нелавиль идёт насмехаться. Сейчас скажет, что такой выскочке, как я, так и надо! Что он так и занал.

Нелавиль подошёл совсем близко. Его глаза были странными, без привычной насмешки, скорее… изучающие?

– Даронг, – произнёс он. – Как дела?

Эти два слова стали последней каплей. Внутри что-то со звоном лопнуло. Я не думала, не планировала. Я просто ощутила внутри ту самую леденящую пустоту, одиночество, страх и ярость… и выплеснула это на Нелавиля.

Не было никакого света, никакого огня. Просто невидимая волна силы, грубой, сырой, неконтролируемой, ударила из меня прямо в него.

Нелавиля отбросило на несколько шагов назад. Он врезался в один из столбов и медленно осел на плиты пола. На его лице, от которого я не отрывала взгляда, не было боли, только одно чистое, неподдельное изумление.

Я стояла, тяжело дыша, перевела взгляд на свои дрожащие руки. Постепенно я стала осознавать, что в моменте того слепого, яростного выплеска я почувствовала не привычное течение магии из глубины себя. Нет. Магия шла сквозь меня холодным, стремительным потоком и фокусировалось в одной точке. В амулете на моей груди.

Глава 13

Я застыла на месте, в ужасе глядя на Грегори, который поднимался с пола. Что сейчас будет! Я ждала насмешек, гнева, обвинений. Но вместо этого он, отряхнув мантию, уверенно подошёл ко мне. И на его лице я с удивлением разглядела восхищение.

Нелавиль взял меня за руку. Я инстинктивно ждала, что он с галантным видом поднесёт её к губам, как это делают дворяне. Но нет. Он сжал её крепким, почти мужским рукопожатием.

– Рад, что дар не перегорел, – произнёс Нелавиль тихо, но чётко, глядя мне прямо в глаза.

От неожиданности я онемела. Он отпустил мою руку, развернулся и, не сказав больше ни слова, направился к своей ошарашенной банде. Те переглянулись и, бросив на меня последние недоумённые взгляды, последовали за ним.

– Что… что это было? – прошептала Лизи, вытаращив глаза.

– Я не знаю, – выдавила я. – Но давай уйдём отсюда. Быстро. А то чувствую у меня будут неприятности.

Но сбежать мы не успели, едва повернули к общежитию, как из-за угла, словно чёрная туча, возник декан Нелавиль. Его лицо было искажено холодной яростью.

– Даронг! – его голос прозвучал, как удар хлыста. – Немедленно следуйте за мной к ректору.

Сердце упало куда-то в ботинки. Мне конец!

Декан сразу же развил такую скорость, от которой его мантия гордо развивалась за спиной. Я едва поспевала за его длинными, разгневанными шагами. Честно говоря, мне хотелось незаметно отстать и заблудиться где-нибудь в бесконечных коридорах. Но хоть декан Нелавиль и не оглядывался, я точно знала, что он полностью меня контролирует. Странное и весьма неприятное чувство.

Кабинет ректора оказался таким же внушительным, как и он сам. Высокие потолки, стены, заставленные книгами до самого верха, тяжёлый дубовый стол. В креслах вокруг стола сидели несколько деканов, включая сурового декана факультета земли и худощавого декана естественной магии. Воздух был густым от напряжения. Как быстро они собрались! По телу поползли позорные мурашки, кажется меня ждала общественная порка, за то что едва не покалечила этого придурка Грегори Нелавиля.

Ректор поднял на нас свои пронзительные голубые глаза.

– Итак, – спокойно и доброжелательно проговорил он. – Проходи, дитя! Мы тут собрались по твоему вопросу. А тут… хм… В общем повестка заседания ректората немного меняется. Сейчас мы еще раз продиагностируем твой магический дар. Так сказать, повторим попытку. Положи руку на сферу, дитя.

Он указал рукой на хрустальный шар, стоявший на столе. Внутри него клубился молочный туман. Я послушно прикоснулась. Шар остался холодным и непрозрачным. Ничего не произошло.

Ректор нахмурился, поднялся и взял с полки за своей спиной другой артефакт. Он был похож на палочку, в навершие которой был вставлен большой голубой камень. Ректор провёл им у меня над головой, вдоль рук. Камень мерцал тускло, неровно. Короткими вспышками.

– Любопытно, – пробормотал он, откладывая палочку. – Магические каналы полностью выжжены. Но ядро магии не уничтожено. Оно… строит другие каналы. – Его взгляд скользнул по моему лицу. – Тебе необходим полный покой. Никакой магии, пока каналы не восстановятся сами. Если вообще восстановятся.

– Думаю, ее нужно отчислить, – от холодного голоса декана Нелавиля к горлу подкатили слезы.

– Отчислить? – ректор удивленно поднял брови. – Нет. Мы будем наблюдать за ней. Весьма любопытный случай с магическим выбросом. Тем более, наша академия как раз и создана для студентов со… сложными, необычными дарами. Её случай редчайший и требует изучения.

– Но она не принесла клятву! – не унимался декан Нелавиль. – А значит, не может учиться за счёт короны!

– Я беру ответственность на себя, Феликс, – твёрдо сказал ректор. – Этот случай слишком важен. – Он обвёл взглядом других деканов. – Кто-то против?

Степенные деканы молча кивали. Декан естественной магии развёл руками:

– Мне самому интересно, как именно поведут себя ее магические каналы. Увидев ее диагностику, я поверить не могу, что ее сырой выброс силы... – Он резко замолчал, поймав недовольный взгляд ректора. – Пусть остаётся.

Декан Нелавиль сжал губы и нахмурился, поняв, что остался один против всех.

– Хорошо. Но кто будет за ней присматривать? Девчонка совершенно не умеет себя контролировать, я не сомневаюсь, что будут еще инциденты!

– Это будешь ты, Феликс, – ректор сурово сдвинул брови, превращаясь из доброго дедушку в самого себя – одного из сильнейших магов королевства. – И подбери ей в пару ответственного старшекурсника. Нам нужен кто-то, кто сможет заметить, если со студенткой Даронг начнет происходить что-то необычное.

Лицо декана Нелавиля стало каменным. Он коротко и резко кивнул.

– Я… подумаю над кандидатурой.

– Прекрасно. Только думай не слишком долго. Куратор нужен уже сегодня, – Ректор повернулся ко мне и по-доброму улыбнулся. – На сегодня всё, дитя. И помни, тебе нужен покой и никакой магии. Лучше бы конечно в лекарском крыле, – начал он задумчиво, но я жалобно сморщилась, и ректор со вздохом продолжил: – Отправляйся в свою комнату.

Из кабинета ректора я буквально выбежала, спиной ощущая недовольный взгляд декана Нелавиля. Вот чего он так на меня взъелся? Я вздохнула, прошла мимо красавицы-секретаря ректора, которая задумчиво полировала ногти, уставившись в спрятанный за рабочими свитками любовный роман, и вышла в коридор.

Уф, теперь можно выдохнуть, а то последние полчаса я чувствовала себя экзотичной зверушкой, которую вот-вот препарируют, чтобы выяснить все секреты.

Но выдавать свои тайны я была пока не готова. Рука сама собой потянулась к амулету, накрывая его через ткань платья. Я, как и преподаватели совершенно не понимала, каким образом сейчас работает моя магия, но в самое ближайшее время собиралась в этом разобраться. Схожу в библиотеку и попытаюсь найти расшифровку рун, выбитых на задней крышке амулета. А если повезет, то может, и сам амулет найду по описаниям.

А чего тянуть?! Библиотека открыта, начну поиски прямо сейчас.

Но моим планам не суждено было сбыться. В коридоре под дверью кабинета ректора меня ждала Лизи.

– Викочка, умоляю! – жалобно проныла она. – Давай уже начнем варить антидот! Я просто не могу больше видеть это противное лицо!

Я со вздохом кивнула и молча поплелась в свою комнату. Лизи радостно заскакала рядом, щебеча, что-то душещипательное.

Сказать честно, я согласилась варить зелье Лизи, потому что тоже мечтала избавиться от внимания декана Нелавиля. В груди крепла уверенность, что ко мне такое внимание, потому что это я варила приворотное зелье.