Текст книги "Я вернулся за тобой (СИ)"
Автор книги: Полина Довлатова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)
Глава 7
Глава 7
Глава 7
К тому моменту, когда я выхожу из ванны, мои губы уже становятся синими. Не нужно было так долго стоять под холодной водой.
Кажется, что я провела в душе не меньше получаса. Но сколько в действительности прошло времени я не знаю.
Я вообще не знаю который сейчас час. Мой телефон, равно как и сумка остались валяться во дворе дома, когда те двое мужчин схватили меня и затащили в фургон.
Стягиваю рукава Мишиной толстовки ниже и, обхватив себя руками за плечи, спускаюсь по лестнице вниз.
Зубы стучат от холода, а голые ноги покрываются мурашками. И на улице, как назло, тоже погода испортилась.
Ещё неделю назад было жарко, а сейчас воздух прохладный, как в начале осени и дожди идут практически не переставая. Поэтому шанса согреться, выйдя на крыльцо у меня нет. И я вообще сомневаюсь, что брат позволит мне выходить из дома в ближайшее время.
Спустившись на первый этаж, по памяти нахожу гостиную, в которой мы вчера были вместе с Мишей.
Судя по всему, он не слышит моего прихода, потому что продолжает стоять ко мне спиной и разговаривать с кем-то по телефону.
Говорит очень тихо. Я не могу разобрать ни слова.
Пистолет также как и вчера лежит рядом с ним на столе, а кобура висит на ремне его военных штанов.
Кроме них на нём ничего не надето. Удивительно, что он не мёрзнет. Его плечи расслаблены.
Почему-то мне не хочется сейчас обращать на себя внимания. Поэтому я просто медленно приближаюсь к нему со спины, имея возможность наконец-то беспрепятственно его рассмотреть.
Он очень сильно изменился. Высокий. Накачанный. Бритый ежик и крепкие мышцы спины.
Подходя ближе, обвожу взглядом его широкие плечи, снова начиная ощущать знакомый жар. Спускаюсь к лопаткам и застываю как вкопанная, вбивая ладонь в поверхность стола, чтобы не упасть.
Ледяная лавина удушающей паники стягивает мышцы в стальной жгут, а сердце резко обрывается и проваливается в живот.
Судорожно выдыхаю, когда, услышав шум, мужчина медленно поворачивается в мою сторону.
Проглатываю бешеный пульс, хватаю лежащий на столе пистолет и резко наставляю его на лицо стоящего передо мной человека.
Глава 8
Глава 8
Глава 8
– Ты рехнулась? – выгибает бровь, кидая вопросительный взгляд на ходящий ходуном пистолет в моих руках.
Делает шаг в мою сторону, но я тут же пячусь назад.
– Н-не подходи, – кричу, поднимая оружие выше.
– Опусти пистолет, Алёна...
– Кто ты такой? – перебиваю, крепче сжимая влажными пальцами металлическую рукоятку.
– Не понял?
– Кто. Ты. Такой? – чеканю по слогам. – Ты не мой брат!
Холодные капли воды с мокрых после душа волос стекают по лбу и меня передёргивает от холода.
Сейчас я уже не понимаю от чего мёрзну сильнее. От того, что мылась в ледяной воде или от страха перед неизвестным мне человеком, который зачем-то притворился моим братом и запер в этом доме.
А то, что это не Миша я уверена на сто процентов.
Когда случился тот пожар, унёсший жизни моих родителей, Миша спас мне жизнь. Вынес на руках из горящего дома.
На лестнице потолок начал обваливаться и на нас полетела горящая балка. Миша закрыл меня собой. У него на спине после этого остался большой шрам от ожога. Между лопаток.
У мужчины, стоящего напротив, шрама нет.
– Пистолет опусти, – делает ещё один шаг мне навстречу. – У тебя руки трясутся. Ногу ещё себе прострелишь.
– Не заговаривай мне зубы. Где мой брат? Что тебе от меня нужно?
Голова от волнения кружится. Меня трясёт от паники и холода. Руки, сжимающие оружие, напряжены настолько, что мышцы начинают болеть.
Я не понимаю, что происходит и что этот человек от меня хочет. А вдруг он один из тех, кто похитил меня прошлой ночью? Я ведь не видела водителя. Вдруг это он?
Может все эти манипуляции с остановкой фургона были просто хитро разыгранным специально для меня спектаклем.
Но зачем?
Я не понимаю кому это понадобилось. Как это связано с Мишей и что им нужно от меня.
Где-то за пределами дома раздаётся громкий лай дворовых собак. И отвлекшись, я машинально дёргаю головой в сторону окна.
– Если ты сделаешь ещё один шаг, я выстрелю! – кричу, когда боковым зрением вижу, как мужчина делает ещё несколько шагов ко мне.
– Да? Прям выстрелишь? – снова делает шаг, а потом ещё один, и так до тех пор, пока вплотную не упирается обнажённой грудью в дуло пистолета. – Ну стреляй тогда.
Рвано выдыхаю. В панике задираю голову и шокировано смотрю на незнакомца.
– Чего ждёшь? Стреляй, говорю. Не умеешь?
Вздрагиваю, когда он обхватывает мои ладони своими и переводит мой указательный палец на курок.
– Вот здесь нужно нажать, – легко проводит подушечкой пальца по моему, лежащему на курке. Так, словно он меня гладит.
– Ты... с ума с-сошёл..., – выдыхаю.
А потом снова заполняю лёгкие мускусным запахом, на который мой организм реагирует уже на рефлекторном уровне.
По телу прокатывает волна жара, скапливающаяся внизу живота и бьющая там по нервным окончаниям.
Я отвлекаюсь на эти ощущения, и в этот момент мужчина вдруг резко сжимает мои запястья, опускает руки вниз, а потом рывком разворачивает, впечатывая спиной в свою грудь.
– Ну будущее запомни правило, – наклонившись, шепчет мне на ухо, губами задевая мочку. – Если взяла пистолет, стреляй. Кстати, ты забыла его с предохранителя снять.
Вытаскивает из моих задеревеневших пальцев оружие и убирает его обратно в кобуру.
– Что тебе от меня нужно, – шепчу, смотря перед собой невидящим взглядом. – Зачем ты меня похитил?
– Я тебя не похитил, я тебя спас. Забыла?
– Ты... Ты даже сейчас продолжаешь держать меня... – опускаю глаза на руку мужчины, прижатую к моему животу.
– Разве? А может ты сама не хочешь уходить? Что-то я не заметил, чтоб ты сопротивлялась.
Резко отскакиваю от него и, развернувшись лицом, отхожу на два шага.
– Видишь. Никто тебя не держит.
– Значит я и из дома этого могу уйти? – бросаю взгляд в коридор.
– Нет. Из дома не можешь. Мы, кажется, вчера с тобой обсудили этот момент.
– Вчера я считала тебя своим братом! – выпаливаю, дёрганными движениями убирая мокрые волосы со лба. – Зачем ты притворился Мишей? Что за игру ты ведёшь? Что тебе нужно от меня?!
– Успокойся, – устало выдыхает. – Никакую игру я не веду. Я ничего плохого тебе делать не собираюсь. Я друг твоего брата...
– Так Миша жив?
Перебиваю. Сердце снова заходится в приступе тахикардии.
– Он... связался с влиятельными людьми. Задолжал им крупную сумму денег, которую не смог вернуть...
На ватных ногах подхожу к стулу и тяжело падаю на него, облокачиваясь на спинку.
Значит, всё это время мой брат был жив. Всё это время он был тут, в Москве. Со мной в одном городе...
Глава 9
Глава 9
Глава 9
Упираюсь локтями в лакированную поверхность и прячу лицо в ладонях, тяжело выдыхая.
– Из-за этого меня схватили? – спрашиваю, не поднимая головы. – И-за Мишиного долга?
Всё повторяется. Я как будто нахожусь в каком-то замкнутом круге, где все события закольцованы.
Десять лет назад ведь было тоже самое – Миша связался не с теми людьми. Задолжал денег. И в итоге всё кончилось так, как кончилось...
Неужели, сейчас происходит тоже самое?
Отравляющее чувство, как жидкий азот выжигает мне внутренности. Так больно, что приходится сжимать зубы, чтобы не завыть.
Десять лет прошло. И ничего не изменилось. Получается Миша так и продолжил заниматься незаконными вещами...
Слышу звук приближающихся шагов. Мужчина отодвигает стул и садится напротив меня.
– Я пока не понял, что им от тебя нужно. Но предполагал, что подобное может произойти. Поэтому наблюдал за тобой какое-то время.
– Что же тут непонятного, – горько ухмыляюсь. – Хотели, наверно, в заложники меня взять и потребовать у Миши денег в обмен на мою жизнь.
Видимо, поэтому он и не появлялся всё это время. Не хотел навлечь беду из-за того, чем занимается.
От этой мысли в груди поднимается обжигающее чувство злости. Кажется, как будто он меня предал. Променял на другую жизнь. На деньги, власть, чёрт ещё знает на что! Факт в том, что среди всего вышеперечисленного я оказалась для него менее значима.
Отрываю лицо от ладоней и смотрю на мужчину. Теперь мне кажется нелепым, что я спутала его с братом. Они совсем не похожи.
У этого волосы светлее, а цвет глаз более насыщенный. И у незнакомца ямочки на щеках. Это становится заметно, когда он сжимает скулы.
– Как тебя зовут? – почему-то сейчас мелькает мысль, что имя Миша ему вообще не подходит.
Вместо ответа он вытаскивает из кармана армейских штанов жетон, который я вчера видела на его шее, и прокатывает его по столу.
– Илья Романов, – пробегаюсь взглядом по выбитым строчкам, которые не успела прочесть в первый раз. – Вы с Мишей в армии познакомились? Вместе служили? Это он тебя попросил за мной следить? А сам он когда приедет?
Озираюсь по сторонам, словно ожидая, что брат может оказаться где-то поблизости, и возвращаю взгляд обратно на мужчину.
– Почему ты молчишь? Это с ним ты по телефону сейчас разговаривал? С Мишей? А я могу ему позвонить?
Снова вижу те самые ямочки на его щеках. Под острыми скулами гуляют желваки и серо-голубые глаза сосредоточенно изучают моё лицо.
– Твоего брата убили три недели назад.
Дыхание застревает между рёбер. Кровь мощным толчком ударяет в голову и распирает виски, пульсируя с бешеной скоростью.
– Чт-то... – выдавливаю, медленно вставая из-за стола. – Чт-то ты ск-казал...?
Прилипаю взглядом к хмурому мужскому лицу и пячусь назад. Как будто это как-то поможет. Как будто таким образом я пытаюсь отгородиться от услышанного.
Перед глазами мелькают чёрные точки. В начале маленькие, но их становится всё больше с каждой секундой.
Пространство вокруг меня сужается. Как будто стены дома неожиданно начали сжимать меня со всех сторон.
Лёгкие как в стальных тисках перестают сокращаться.
Внезапно становится очень жарко и душно. Я оттягиваю ворот толстовки и жадно глотаю крупицы воздуха, оставшиеся в лишённом кислорода помещении.
Упираюсь спиной в стену и медленно сползаю по ней вниз, когда тьма полностью меня поглощает.
– Блять! – грубый голос раздаётся где-то совсем близко.
Я чувствую прикосновение шершавой ладони к своей щеке и следующий за ним лёгкий хлопок, но не могу открыть глаза. На это просто не остаётся сил. Как будто из тела высосали всю жизненную силу.
Воздух проходит через горло с громким хрипом. Я не могу. Не могу дышать. Словно меня сверху придавило тяжёлой плитой.
Чувствую, как Илья стаскивает с меня толстовку и подкладывает под голову. Голое тело тут же покрывается мурашками.
Ослабевшие руки машинально тянутся прикрыться, но сил на то, чтобы это сделать у меня нет.
– Рот открой, – приказ раздаётся одновременно с тем, как пальцы мужчины жёстко сжимают мои щёки. – Шире.
Надавливает, сам размыкая мне рот. А потом я чувствую, как его губы касаются моих вместе с резким толчком воздуха, который в тот же момент вторгается в мои лёгкие.
Горячие ладони ложатся на грудь.
Ритмичные нажатия.
И снова его губы обрушиваются на мои, заставляя поглощать мужское дыхание.
Кислород пробивает грудную клетку вместе с терпким мускусным запахом его тела. Обрушивается на меня и обволакивает со всех сторон.
Чёрный морок постепенно рассеивается вместе с удушающим жаром.
Очень медленно открываю глаза. Шарю расфокусированным взглядом в пространстве, пока не сосредотачиваю его на лице Ильи.
Его ладони упираются в пол по обе стороны от моей головы, а сам он нависает сверху. Так близко, что я чувствую толчки воздуха на своих губах. Всё ещё влажных после него.
Глава 10
Глава 10
Глава 10
– Нормально? Полегчало? – серо-голубые глаза внимательно изучают моё лицо.
Сейчас его голос слышится чётче. Потому что кровь, ударившая в голову, начинает постепенно оттекать.
– Да... кажется...
Машинально облизываю губы и проглатываю привкус табака, который остался у меня во рту после мужчины.
Он оседает где-то на дне желудка, и впитывается в меня вместе с мускусным запахом.
Делаю глубокий медленный вдох, словно хочу убедиться, что я действительно в порядке. Грудная клетка вздымается и соски проезжаются по голой мужской груди.
Моментально чувствую, как вспыхивают мои щёки.
Я ведь раздета. Мне было так плохо, что эта мысль вылетела из головы. А сейчас я понимаю, что лежу на полу в одном нижнем белье, придавленная сверху незнакомым мне мужчиной. Мужчиной, чей вкус я до сих пор чувствую внутри себя.
Проталкиваю руки между нашими телами и прикрываюсь. Чувствую, как его ровное дыхание и сердцебиение бьют в тыльную сторону ладони. Параллельно с моим бешено скачущим сердцем, барабанящим во внутреннюю.
Холод, исходящий от пола, пробирается под рёбра и поселяется внутри меня, заставляя дрожать.
– Встать сможешь?
– Да... думаю, да, – киваю.
Мужчина поднимается и подаёт мне руку.
Мешкаю на мгновение. Чтобы принять его помощь, мне нужно снова оголиться. Но я не успеваю обдумать эту мысль, потому что он сам сжимает моё запястье, отрывает ладонь от груди и подтягивает меня вверх.
От резкой смены положения меня шатает. Но мужчина всё ещё продолжает держать меня за руку, помогая сохранить равновесие.
– Часто с тобой такое бывает?
Не выпуская моё запястье, поворачивается и берётся за спинку стула, подтаскивая его ближе.
Тяжелые руки ложатся на плечи и давят. Ослабшие мышцы моментально поддаются – ноги сгибаются в коленях, и я сажусь.
– Не часто, – опускаю голову, и обхватываю себя руками. Подтягиваю ноги вверх и сгибаю их в коленях прижимая к груди.
Вдруг резко становится очень холодно. Или нервно. Эти состояния чем-то похожи. Их легко можно спутать. Мышцы сжимаются в напряжении, кожа леденеет, меня трясёт так, что стучат зубы.
– Как... как умер мой брат? – вырываю вопрос из пересохшего горла.
Никогда не думала, что мне придётся пережить это вновь. Снова “похоронить” Мишу.
Столько лет ушло на то, чтобы смириться с тем, что его уже нет. И теперь, меня словно отбросило на десять лет назад. В то время, когда боль была ещё свежей и особенно остро ощущалась.
Это как расковырять тупым ножом только что затянувшуюся рану. И вот она уже снова кровоточит.
Вместо ответа, мужчина, которого я ещё недавно принимала за Мишу, подходит к тому месту, где мы с ним недавно вместе лежали на полу. Подхватывает скомканную толстовку и накидывает её на мои плечи.
– Думаю, ты сейчас не в том состоянии, чтобы разговаривать на эту тему.
Он стоит прямо за моей спиной. Я чувствую, как его взгляд проходится по моему телу даже не смотря на то, что не вижу этого.
– Со мной всё в порядке, – огрызаюсь, нервно передёргивая плечами. – Я, чёрт возьми, хочу знать правду! Как умер Миша!
Сейчас меня даже не так сильно волнует, что кроме нижнего белья на мне ничего нет, и я сижу практически голая перед абсолютно посторонним человеком.
Стеснение отходит на второй план, подавляемое болью и злостью.
Жесткая ткань армейский штанов задевает кожу на плече, когда мужчина обходит меня со спины. Пододвигает ближе свободный стул и сев, упирается локтями в колени, впечатывая в меня хмурый взгляд.
– Твой брат занимался нелегальным бизнесом. Каким, думаю, не столь важно, и тем более тебе об этом знать не обязательно. Для твоего же блага, – добавляет, видимо, заметив сопротивление на моём лице. – Он задолжал крупную сумму серьёзным людям, вернуть которую не смог. В начале его поставили на счётчик. Потом стали давить. Его машина взорвалась, когда он пытался выехать за пределы города.
– Значит... от тела ничего не осталось... – шепчу, опуская взгляд на свои руки, кольцом сжимающие голые колени. – Я даже похоронить его не смогу...
В том городке, где прошло моё детство осталась Мишина могила. Это просто мемориал. Мы с бабушкой установили памятник, когда полицейские сказали нам, что, скорее всего брата уже нет в живых и закрыли следствие по делу.
Мама Насти, моей подруги, помогла нам деньгами. Потому что у нас не было средств даже на крест, не то, что на место на кладбище.
И теперь я снова лишаюсь возможности хотя бы проститься с Мишей по-человечески...
– Одень толстовку, – слышу низкий голос мужчины. – Тебя трясёт. Замёрзла.
Молча стаскиваю с плеч его толстовку и через голову натягиваю на себя, прикрывая грудь и живот.
В ноздри снова ударяет мускусный запах. Я полюбила его. Этот запах. Потому что всё это время считала, что он принадлежит моему брату.
– Я всё равно не понимаю, что этим людям нужно от меня. Хотят, чтобы я вернула за него долг? Это глупо. У меня ничего нет.
– Скорее всего так и есть. Год назад Одинцов открыл счёт на твоё имя и ежемесячно перечислял туда средства. Хотел обеспечить тебе безбедную жизнь. Вероятно, за этими деньгами они и охотятся.
К горлу подкатывает приступ тошноты и приходится сжать губы, чтобы меня не вывернуло.
Мне не нужны эти деньги. Неужели Миша думал, что я их приму от него? Они грязные. Они отняли у меня брата. Я предпочла бы жить в бедности, но чтобы Миша был рядом со мной!
– Почему тогда Миша не вернул долг с тех средств на моём счёте? – спрашиваю, едва размыкая губы.
– Счёт был накопительный. На три года. Он мог его только пополнять. И, в любом случае, это были твои деньги.
– Мне они не нужны! – выкрикиваю, подскочив. – Мне нужен мой брат! Здесь! Сейчас! Живой!
Снова опускаюсь на стул и, схватившись руками за голову, начинаю медленно раскачиваться.
– Откуда ты его знал? – в который раз задаю вопрос, на который так и не получила ответа.
– Мы вместе работали, – отвечает коротко, после чего поднимается на ноги. – Думаю, на этом можно закрыть эту тему. Всё, что тебе нужно знать ты услышала.
Подходит к стоящему возле стены креслу, подбирает висящую на ручке футболку и натягивает на себя.
– Мне нужно съездить в магазин, – говорит, встав на пороге. – В доме еды нет. Нужно закупиться продуктами. Желательно, на несколько недель, чтобы лишний раз не высовываться. Сиди тихо. На улицу без меня не выходи.
– Ты серьёзно думаешь, что я останусь здесь с тобой? – разворачиваюсь в его сторону и бросаю на мужчину испепеляющий взгляд.
– Кажется, мы этот вопрос уже обсудили, – выгибает бровь.
Снимает с крючка кожаную куртку и накидывает на себя. Тянется к карману и, вытащив из него пачку парламента, вставляет сигарету в рот.
* * *
– Не с тобой, – выдавливаю, фокусируя взгляд на сигарете, которую мужчина медленно перекатывает из одного уголка губ в другой. Тут же привкус табака у меня во рту, оставшийся после искусственного дыхания, становится ещё ярче. – Я обсуждала это с Мишей. Я думала, что ты мой брат.
– Это ничего не меняет.
– Это, чёрт возьми, меняет всё! С ним я готова была остаться. С тобой – нет.
– Интересно, – хмыкнув, мужчина проталкивает руки в рукава кожаной куртки. – И чем тебя не устраивает моё общество?
– Тем, что я не могу тебе доверять. Я тебя не знаю. И не знаю, что тебе на самом деле от меня нужно. То, что ты друг моего брата ты мог и соврать. Зачем, кстати, ты им притворился?
– Чтобы ты не истерила. Вот прям как сейчас.
– Это не истерика, а здравый смысл. Откуда я знаю, что всё что ты мне сейчас рассказал – правда? Ты уже солгал, прикинувшись Мишей. Где гарантии, что ты не лжёшь теперь?
Облокотившись плечом о дверной косяк, мужчина задумчиво разглядывает моё лицо.
Думает, как ответить? Снова собирается соврать?
Я ведь в действительности ничего о нём не знаю и не могу ему доверять. Да и как вообще можно на слово верить незнакомому человеку? Тем более имеющему связь с криминалом.
Я была маленькой, когда Миша пропал, но воспоминания о том времени, когда он, зарабатывая нам на жизнь, вращался в бандитских кругах, до сих пор живы в моей памяти.
И я очень хорошо помню, что представляют из себя эти люди. Они на что угодно способны. Я поняла это, когда из Миши пришли вытрясать долги. Как раз за день до того, как брат пропал.
Этого вечера мне хватило, чтобы на всю оставшуюся жизнь проникнуться отвращением ко всему беззаконию.
– Я хочу уйти отсюда, – говорю настойчиво, так и не дождавшись ответа от мужчины.
– Хочешь уйти? – переспрашивает.
– Да. Я не останусь под одной крышей с незнакомым мужчиной.
– Ну хорошо, – неожиданно легко соглашается и, оторвав плечо от дверного косяка, кивает в сторону коридора. – Пойдём. Отвезу тебя.
– Ты... серьёзно? – медленно встаю со стула с подозрением смотря на Илью.
Неужели отпустит? Вот так просто возьмёт и отпустит меня?
– Да, вполне. Хочешь уйти, пожалуйста. Твоё право.
И, не говоря больше ни слова, сам первый выходит из комнаты.
Сердце тотчас ощущает резкий толчок адреналина и начинает стучать чаще.
Быстрым шагом выхожу вслед за мужчиной. Тот уже стоит возле открытой входной двери и ждёт моего появления.
– Мне... я не могу в свои вещи переодеться, – заминаюсь, повернувшись к лестнице. – Я сарафан вчера постирала, и он за ночь не успел высохнуть.
– Ну значит езжай так, – обводит меня взглядом, останавливая его на моих голых коленях, которые сам же вчера и обрабатывал.
И мне вдруг кажется, что я снова отчётливо ощущаю его пальцы, сжатые на моих икрах. Как это вчера было.
Опять этот приступ жара, накатывающего волной и медленно спускающегося к животу.
– Хорошо, – кивнув, свожу ноги.
Быстро обуваюсь и выбегаю на крыльцо вслед за мужчиной.
В лицо ударяет порыв холодного воздуха, пробирается под толстовку, и голая кожа моментально покрывается мурашками.
Обхватываю себя руками и тру плечи, чтоб не замёрзнуть. Слежу за тем, как Илья идёт к машине и нервно переминаюсь с ноги на ногу.
Мне всё ещё не верится, что он меня отпускает. Вот так просто? Это... кажется каким-то нереальным. Кажется, что вот сейчас он просто молча сядет в джип и уедет, оставив меня здесь.
– Ну что застыла? Или передумала? – нажав кнопку на брелоке открывает водительскую дверь и вопросительно смотрит на меня.
– Нет, – мотаю головой и тут же срываюсь с места.
Подбегаю к машине и, сев на пассажирское сидение, быстро пристёгиваюсь.
Мужчина заводит мотор и когда автоматические ворота раздвигаются, мы выезжаем на просёлочную дорогу.
