Текст книги "Поместье Кларенс (ЛП)"

Автор книги: Перри Девни

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 31 страниц)

А прямо сейчас ее поддерживала дружба с Эдвином.

От воскресного завтрака до воскресного завтрака.

– Ты весь день занималась? – спросил он.

– В значительной степени. В понедельник у меня контрольная.

– Одна? Или ты встречалась со своей учебной группой?

– Одна. – Майкл спросил, не хочет ли она присоединиться к ним в библиотеке, но она предпочла заниматься дома, потому что это было более эффективно. Ее одногруппники, включая Майкла, тратили целый час на светскую беседу и сплетни, прежде чем приступить к занятиям. А Майкл в последнее время задавал все больше вопросов, интересуясь ее прошлым.

Это были обычные вопросы типа «узнай своего друга получше», но его отношения с Айви ее тревожили. И поскольку она устала уклоняться от его заигрываний, она вообще перестала заниматься с учебной группой.

– А как насчет тебя? – спросила Кассия.

– Я потратил свою субботу на покупки подходящих костюмов для Хэллоуина. – Эдвин оглянулся и подмигнул, сворачивая на парковку клуба.

Ее сердцебиение участилось, когда он объехал здание и припарковал «Бентли» на специально отведенном месте.

– Готова? – спросил он.

Нет.

– Ага.

В отличие от того раза, когда она пришла с Элорой, они не стали обходить здание и не пошли к главному входу. Эдвин подвел ее к задней двери, остановившись у клавиатуры, чтобы набрать код. Замок щелкнул. Один шаг внутрь, и их поглотила музыка.

Эдвин протянул руку за спину, переплетая их пальцы, и потянул ее глубже в клуб. Он кивнул вышибале, стоявшему у заднего входа, затем направился к залам отдыха.

– Хочешь потанцевать? – спросил Эдвин. Ему пришлось откинуться назад и говорить почти прямо ей в ухо, чтобы она могла расслышать его сквозь грохочущие басы.

– Нет. – Кассия покачала головой.

На сегодня с нее было достаточно танцев.

Эдвин медленно поднимался по лестнице в комнаты отдыха, останавливаясь через каждые несколько ступенек, чтобы пожать свободную руку кому-либо, проходящему мимо. И хотя было слишком громко, для того, чтобы он мог представлять ее, его рука так и не покинула ее. Этого, наряду с подходящими костюмами, было достаточно для приветствия.

Либо люди подумают, что они приятели по перепихону на Хэллоуин.

Или предположат, что Эдвин и Кассия – пара.

Этот ярлык был пугающим. Да, они дружили, завтракали и занимались вместе. Но назвать себя парой? Было похоже на спешку. И все же она не могла вынуть свою руку из его. Она даже не пыталась. Она просто стояла рядом с Эдвином, а он улыбался и очаровывал ее.

– Извини, – сказал он после того, как его остановили в десятый раз.

– Ты очень популярен.

– Это Зейн. – Он пожал плечами. – Все хотят познакомиться с братом владельца. Они думают, что получат бесплатную выпивку или доступ в его лаунж, если поцелуют меня в задницу.

– Это…

– Раздражает?

– Это отстой. – Она грустно улыбнулась ему. – Мне жаль.

– Знаешь, что мне больше всего нравится в тебе, рыжик? Тебе ничего от меня не нужно.

Нет, это неправда. В этот самый момент она хотела, чтобы он продолжал держать ее за руку.

– Пошли. – Он дернул подбородком вверх по лестнице, увлекая ее за собой на третий ярус, где вышибала, одетый с ног до головы в черное, отошел в сторону, пропуская их.

Здесь было не так оживленно, как в остальном клубе, но все равно почти не было места. Они переминались с ноги на ногу, Кассия держалась поближе к высокому Эдвину, пока он направлялся к бару.

Все были одеты в какие-то костюмы, и почти на каждой женщине было скудное количество одежды. Когда они проходили мимо сексуальной медсестры, Эдвин ухмыльнулся через плечо, приподняв брови.

Она рассмеялась и закатила глаза.

Кассия оглядела толпу, сжимая руку Эдвина, в поисках своих соседок. Она не видела Айви и Элору со среды, короткая встреча произошла, когда они зашли на кухню однажды утром, а она не успела сбежать из поместья до семи.

В конце концов, ей пришлось перестать прятаться от них. Ей нужно было перестать позволять их расписанию диктовать ей ее. Но в тот момент так было проще.

– Кого ты ищешь? – спросил Эдвин.

– Элору и Айви. – Она подавила желание скривить губы при упоминании имени его сестры.

– Их здесь нет. В «Сигма Хаус» проводится ежегодная вечеринка в честь Хэллоуина. Айви и Элора всегда в списке приглашенных.

– Ты не идешь?

– В этом году нет.

Из-за нее. Потому что прийти в «Измену» – это одно, но отправиться в братство Майкла – совсем другое.

Знаем. Плавали.

Простояв в короткой очереди, они наконец добрались до бара. Эдвин уже собирался заказать им напитки, когда рядом с ними появился мужчина и хлопнул его по плечу.

Лицо Эдвина просветлело.

– Привет. Напряженная ночка.

– Это чертовски здорово. – Рассмеялся мужчина. Он был великолепен и одет в сшитый на заказ черный костюм.

Кассия перевела взгляд с одного мужчины на другого, и ее осенило.

Братья. Это, должно быть, был Зейн.

Эдвин притянул ее ближе.

– Кассия Коллинз. Познакомься с моим братом, Зейном Кларенсом.

– Приятно с тобой познакомиться, – сказал Зейн.

– Мне тоже. – Она улыбнулась, заметив сходство. Зейн был старше, и вокруг его глаз залегли морщинки. В то время как Эдвин был таким добродушным и обходительным, у Зейн был пугающим. Может быть, дело было в его возрасте. Может быть, так было потому, что он владел этим клубом.

Может быть, так было потому, что она никогда не стояла рядом с двумя мужчинами, от которых захватывало дух.

– Ты собираешься пробыть здесь какое-то время? – спросил Зейн Эдвина.

Эдвин кивнул.

– Столько, сколько она захочет.

– Я занят сегодня вечером. – Зейн взглянул на часы. – Ко мне придут кое-какие люди, с которыми мне нужно повидаться. Но найди меня, если тебе что-нибудь понадобится.

– Сделаю. – Эдвин кивнул.

Зейн жестом подозвал бармена поближе.

– Все, что они захотят сегодня вечером бери с моей полки.

– Да, сэр, – сказал бармен, когда Зейн еще раз хлопнул Эдвина по плечу, прежде чем исчезнуть в толпе.

– Текила, – заказал Эдвин. – «Клаз Азул».

Кассия не узнала марку, но открыла рот, чтобы возразить – она пила текилу один-единственный раз, и этого было достаточно, чтобы запомнить ужасный вкус напитка.

Вот только ее возражение осталось невысказанным, когда бармен поставил две матовые рюмки. Он наполнил их жидкостью из самой красивой, расписанной вручную бутылки, которую она когда-либо видела.

Эдвин протянул ей рюмку, и кончики ее пальцев застыли на стекле. Затем, положив руку ей на поясницу, они медленно вышли из очереди в тихий уголок рядом с перилами.

– Твое здоровье. – Он чокнулся краем своего бокала с ее бокалом, затем опрокинул его обратно, проглотив одним глотком.

Она сделала то же самое. Текила была холодной, что удивительно контрастировало с ощущением жжения, когда алкоголь добрался до ее желудка. И вкус был совершенно другим, чем она помнила.

– Насколько дорогим был этот шот? – спросила она.

– Довольно дорогим. – Он усмехнулся. – На полке у Зейна только самое лучшее.

– Ааа. А почему она такая холодная?

Эдвин пожал плечами.

– Пить ее холодной вкуснее.

Похоже, холодная текила была предпочтением богатых людей.

Кассия обратила свое внимание на клуб, разглядывая залы ожидания внизу и пространство рядом с баром. Она была окружена богатыми людьми. Было ли это причиной того, что она чувствовала себя так неуютно во время своего последнего визита в «Измену»? Сегодня вечером клуб не был набит женщинами в шикарных дизайнерских платьях и мужчинами в сшитых на заказ костюмах. Костюмы на Хэллоуин уравновесили чашу весов.

Эдвин взял бокал из ее рук и поставил на ближайший столик. Затем он поправил венок у нее на голове, который съехал набок, когда она выпивала свой шот.

– Развлекаешься?

– Вообще-то, да. – Ей действительно было весело. Это был долгожданный перерыв в субботних вечерах, проведенных в одиночестве в ее комнате. И когда алкоголь просочился в кровь, она почувствовала, как ее тело расслабилось. Она почувствовала, что у нее перехватило дыхание.

– Мистер Кларенс. – Появилась официантка с подносом, на котором стояли еще две порции.

– Спасибо. – Эдвин поднял их и протянул один мне.

– Я столько не пью, – предупредила Кассия.

– Еще один. И мы закончим.

Она кивнула и сделала глоток, еще раз чокнувшись своим бокалом с его, прежде чем поднести его ко рту. На этот раз она наслаждалась вкусом и времяпровождением, запоминая все это.

Предоставляла своим вкусовым рецепторам выбирать то, что выходит за рамки ее ценового диапазона.

Кассия рассмеялась.

– Что? – спросил Эдвин, забирая у нее бокал.

– Я просто подумала, что моим вкусовым рецепторам нравится то, что я не могу себе позволить.

Его голубые глаза заблестели, когда он поднес руки к ее лицу, запустив пальцы в волосы у нее на висках.

– Черт, я хочу поцеловать тебя.

Да. Она тоже хотела этого. Она хотела этого уже несколько недель. Сомнения, неуверенность, предупреждения, возражения… все это должно было быть на виду. Вот только единственной мыслью в ее голове было «да».

– Что скажешь, рыжик? – Он наклонился, притягивая ее так близко, что ей пришлось приподняться на цыпочки. – Ты позволишь мне поцеловать тебя?

– Да.

Едва это слово успело сорваться с ее губ, как его губы оказались на ее губах, охлажденные после выпитого. Но вскоре тепло его губ проникло в ее кости. Люди в клубе, музыка и шум превратились в глухой рокот на заднем плане, когда поцелуй Эдвина стер весь мир.

Он провел языком по ее нижней губе, ища вход. Она открылась ему, и он не колебался. Когда его сильное тело прижалось к ее телу, желание разлилось в ее сердцевине. Голод, которого она не испытывала уже долгое время, рвался наружу. Сдаться. Чувствовать. Хотеть.

Трахаться.

Ее сердце бешено заколотилось, когда его зубы прикусили уголок ее губ.

Эдвин отстранился прежде, чем она была готова, и похоть в его глазах только заставила ее захотеть его еще больше.

О черт, она попала в беду. Она разбудила своего собственного зверя. И не было никакого способа остановить его сегодня вечером.

По крайней мере, до тех пор, пока она точно не выяснит, что скрывается под его тогой.

Глава 22

Элора зевнула. Неужели вечеринка Сигмы всегда была такой скучной?

– Не зевай! – крикнул какой-то парень. Он был одет как банан. Это был тот самый парень, который кричал ей, когда она зевнула пять минут назад.

– Айви. – Она ткнула подругу локтем в ребра.

Айви тоже зевнула.

– Что?

Элора приподняла бровь.

– Да, это ужасно, – призналась Айви. – Хочешь уйти?

– Двадцать минут назад.

Айви кивнула и указала на выход из комнаты. Они начали медленно пересекать пространство, учитывая количество людей, набившихся сюда.

Комната для вечеринок была ничем иным, как открытым подвалом под домом братства. Бетонный пол был липким от пролитых напитков. В воздухе пахло потом. В углу был установлен бар с тремя бочонками и мусорным ведром, полным красных стаканчиков.

Элора не подошла бы к этому бару и за миллион долларов.

Даже Айви воздерживалась от выпивки. Единственная причина, по которой они пришли сегодня вечером – это появиться. Было нелегко занять место в списке желанных гостей вечеринки «Сигма Хэллоуин Пати», и только дурак растратил бы приглашение впустую.

Или, может быть, только дураки хотели, чтобы их видели.

Элору окружали незнакомые лица, и это не имело никакого отношения к костюмам. Большинство людей здесь, казалось, были первокурсниками и второкурсниками «Астона», которым по закону не разрешалось ходить в клуб.

Она снова зевнула, не в силах остановиться.

В толпе было несколько знакомых лиц, в основном Сигмы и несколько девушек из женского общества. На другом конце комнаты Эллисон Уинстон гарцевала в образе кролика из «Плейбоя». Сука. Элоре не нравилась Эллисон, но Айви страстно ненавидела ее. На прошлогодней вечеринке Сигмы Айви случайно столкнулась с Эллисон, в результате чего та пролила свой напиток на ее костюм.

Сегодня вечером у Элоры не было сил на такого рода драмы. Что ей было нужно, так это принять душ, а затем поспать по крайней мере восемь часов.

После того, что показалось им вечностью, они наконец добрались до двери на лестничную клетку. В углу парень, одетый как ковбой, прижимал девушку к стене. Хихиканье девушки было похоже на скрежет ногтей по классной доске, и Элора съежилась.

Никогда больше. Даже если бы это был не последний ее год в «Астоне», она бы никогда больше не пришла в «Сигма Хаус».

Айви усмехнулась в спину ковбою.

– Если я когда-нибудь скажу тебе, что хочу прийти сюда снова, пожалуйста, ударь меня.

Элора кивнула.

– Договорились.

– Какая пустая трата прически и макияжа, – пробормотала Айви.

Они провели большую часть дня, готовясь к сегодняшнему вечеру. В поместье приехал художник-гример по костюмам и провел несколько часов над их лицами.

Айви, как всегда, была одета в зеленое, ее расшитое блестками платье мерцало, когда они поднимались по лестнице. Ее макияж был относительно простым: зеленые круги вокруг глаз и лба. Художница уложила ее светлые волосы в космические пучки, а затем обложила их лозами плюща.

На нанесение макияжа Элоре потребовалось значительно больше времени – изысканный рисунок в виде черепа. Один ее глаз был обведен черным, с красными и белыми точками. Другой ее глаз был обведен мириадами красных, золотых и белых оттенков. На создание замысловатого рисунка ушел целый час.

Ее губы, окрашенные в темно-бордовый цвет, были прошиты линией, которая тянулась к щекам. Такая же строчка была нарисована у нее на лбу и щеках.

Но, если не считать ее лица, ее костюм был не очень-то похож на костюм. На ней было черное платье без бретелек, которое она нашла в своем шкафу. То же самое относилось и к ее каблукам.

Элоре просто было… все равно. На Хэллоуин. На вечеринки. На ее внешность.

Они поднялись на лестничную площадку и пошли по лабиринту коридоров к входной двери. Пальцы Айви порхали по экрану ее телефона, пока она шла, вызывая своего водителя.

Элора почувствовала холодный ветерок из открытой двери – ей отчаянно хотелось подышать свежим воздухом, – но прежде чем они успели выйти, позади них раздался мужской голос.

– Айви!

Черт. Они обе повернулись, когда Майкл направился в их сторону.

Его шаги были неторопливыми, как будто он знал, что они подождут. Он был одет как Хью Хефнер, от белой матросской фуражки до красного бархатного халата, атласных черных брюк и трубки, которую держал в руке.

И теперь костюм кролика из «Плейбоя» Эллисон Уинстон обрел смысл.

Заметила ли Айви?

Майкл был хорош собой и богат, но Элора никогда не видела в нем привлекательности. Его высокомерие душило ее и всегда выводило из себя. Это, и еще тот факт, что он был слишком дружен с Эллисон Уинстон.

Часть ее думала, что именно поэтому Айви заинтересовалась Майклом. Не столько ради парня, сколько чтобы позлить другую девушку.

– Привет. – Он вздернул подбородок, глядя на Элору, затем наклонился, чтобы поцеловать Айви в щеку. – Ты уходишь?

– Да, – сказала Элора, прежде чем Айви успела возразить.

Майкл надулся.

– Останься.

– Разве у тебя нет маленького кролика, который развлечет тебя сегодня вечером? – спросила Айви со слащавой улыбкой. Значит, она видела Эллисон.

– Это всего лишь костюм. – Он пожал плечами, затем поднял руку, чтобы провести ею по ее обнаженной руке. – Останься ненадолго. На двадцать минут. На десять. Я возьму все, что ты дашь.

По вздоху Айви Элора поняла, что она собирается остаться. Но даже если Майкл убедил Айви остаться на десять минут, это было на десять минут больше, чем нужно.

– Я ухожу, – сказала Элора Айви.

– Ты можешь взять машину. Просто пришли ее обратно, как только тебя высадят.

Не говоря ни слова, Элора вышла из дома, оставив Айви в объятиях Майкла. Или, может быть, все было наоборот. Она все еще не разобралась в их играх за власть.

Когда она вышла на улицу, на кольцевой подъездной дорожке к «Сигма Хаусу» ждал «Таун кар». В тот момент, когда она скользнула на заднее сиденье и закрыла дверцу, она вдохнула тишину.

– Айви останется здесь, – сказала она водителю. – Вы должны будете вернуться после того, как высадите меня.

Водитель кивнул.

– В поместье, мисс Мальдонадо?

– Нет. В «Измену». Пожалуйста.

– Конечно.

Элоре нравился этот водитель. Он говорил только в случае крайней необходимости и, казалось, предпочитал вести машину в тишине, а не с включенным радио. Это, и еще у него были добрые зеленые глаза. Его волосы были белоснежными, и по какой-то причине она представила его с внуками. Как его звали? Райан? Райли? Рой.

– Рой.

Его взгляд метнулся к ней через зеркало заднего вида, прежде чем снова устремиться на дорогу.

– Да, мисс?

– Никогда не проезжайте на желтый свет. Никогда не превышайте скорость. Айви меняет водителей, как перчатки. Она уволит вас без колебаний, если решит, что вы плохой водитель.

Он на мгновение задумался над ее словами, затем еще раз кивнул ей.

– Спасибо.

Элора раньше не предупреждала водителей, точно так же, как она не предупреждала предыдущих соседок, как она предупредила Кассию. Почему он? Почему она?

Возможно, это не имело никакого отношения к водителю или соседке, а все было связано с тем фактом, что она была полностью истощена. Она не хотела узнавать имя нового водителя или знакомиться с другой соседкой.

За две недели, прошедшие после стычки с матерью, эмоциональная стойкость Элоры упала до небывало низкого уровня. Джоанна даже не извинилась перед Элорой, не то чтобы она чего-то ожидала от своей матери. Конечно, не извинения.

Так что вместе со своими секретами она несла в себе гору обид.

Этот груз был настолько тяжел на ее плечах, что к концу каждого дня она чувствовала себя так, словно пробежала марафон. Каждое утро ей становилось все труднее и труднее вставать с постели – с ее пустой постели.

Последние две недели она ничего не слышала о Зейне. Ни разу с той ночи, когда она обнаружила его в своей комнате после того, как безжалостно испортила ему свидание. Скорее всего, он возводил стены и двигался дальше по своей жизни. Ничего не изменилось.

С ними было покончено.

Пойти в «Измену» сегодня вечером было ошибкой. Элора уже пожалела о своем решении, а они еще даже не приехали. И все же ей просто… нужно было увидеть его. Ей нужно было украсть частичку его силы, как это было две недели назад, чтобы вытерпеть еще немного.

Приближались каникулы. Она не могла испортить День благодарения и Рождество папе и Лукасу. Если она сможет пережить Новый год, то найдет подходящую возможность обсудить это со своим отцом.

Ее веки отяжелели, покачивание машины почти убаюкало ее. Но затем они замедлили ход, и она выпрямилась, в то время как Рой подъехал ко входу в клуб.

– Я могу открыть свою дверь, – сказала она.

– Вас нужно будет подвезти домой?

– Нет, со мной все будет в порядке.

Он кивнул.

– Тогда я вернусь за мисс Кларенс.

Когда она вышла из машины, очередь у клуба сегодня вечером была шумной, разговоры громкими. У двери стоял дополнительный вышибала. Музыка сегодня казалась оглушительной, как будто ритм пульсировал сквозь стены. Его темп соответствовал пульсу, стучащему в висках Элоры.

Она не сомневалась, что, если напишет Рою, он развернется и заберет ее, но она продолжала двигаться вперед, ее желание увидеть Зейна пересиливало нарастающую головную боль.

«Измена» была до отказа набита посетителями в костюмах. Клуб был полон бодрости, а все, чего ей хотелось – это поспать. Элору постоянно толкали, когда она направлялась к залам отдыха. Она уже собиралась подняться по лестнице на ярус Зейна, когда взглянула вверх и остановилась.

Наверху Кассия и Эдвин стояли у перил в одинаковых костюмах-тогах. Эдвин низко наклонился, чтобы прошептать что-то на ухо Кассии.

Интересно. Впрочем, это неудивительно. Эдвин всегда предпочитал книжных червей, вероятно, потому, что они были полной противоположностью Елены Кларенс. Их мать, светскую львицу, и мертвой не застали бы в библиотеке.

Элора отвернулась от них и продолжила поиски Зейна.

Вот он. У перил в холле второго яруса, одетый в черный костюм, разговаривает с группой мужчин, также одетых в костюмы. Белая рубашка под пиджаком Зейна казалась неоново-голубой благодаря черным фонарям клуба. Как и его зубы, когда он одарил группу улыбкой. Зейн обменялся рукопожатиями, хлопнув одного из мужчин по плечу, затем перешел к следующей группе, одарив гостей такой же красивой улыбкой и пожав еще несколько рук.

Сегодня вечером Зейн пришел на работу. Он мог часами вести светскую беседу, завоевывая расположение своих клиентов, чтобы они и глазом не моргнули, потратив несколько тысяч долларов на его спиртные напитки с верхней полки.

Элора зевнула.

Как ни заманчиво было наблюдать за Зейном в его стихии, ей нужно было отвлечься. Каблуки просто убивали ее, а головная боль никак не проходила, поэтому она проскользнула сквозь толпу и направилась к лестнице, ведущей в кабинет Зейна.

Вышибала, стоявший на лестнице, поднял руку, когда она приблизилась, затем она опустилась рядом с ним, когда его осенило узнавание.

– О, извините. Макияж…

– Все в порядке. – Она отмахнулась от него. – Я бы хотела подняться наверх.

– Мне нужно посоветоваться с мистером Кларенсом.

Элора кивнула.

В такие вечера, как этот, Зейн часто приглашал своих элитных клиентов в свой офис, чтобы выпить наедине. Это был не первый раз, когда вышибала заставлял ее ждать, сначала спрашивая разрешения.

Поэтому Элора повернулась, давая ему время отправить Зейну сообщение. В баре Томми смешала себе напиток. Барменша была одета в топ без бретелек, который едва прикрывал ее грудь. На голове у нее была пара заячьих ушек, очень похожих на те, что носила Эллисон.

Она усмехнулась.

– Все хорошо, – сказал вышибала, отодвигаясь в сторону.

К тому времени, как она добралась до верхней ступеньки, у нее заболели ноги, поэтому она сняла туфли и отнесла их в кабинет Зейна. Когда дверь за ней закрылась, музыка превратилась в глухой рокот, и передышка в ушах заставила ее тело обмякнуть.

Она прошлепала к дивану, свернулась калачиком на мягкой подушке и достала телефон из кармана платья.

Когда она разблокировала экран, ее встретило уведомление от Лукаса. На фотографии, которую он прислал, были запечатлены он и его друзья, каждый в костюме футболиста, с размазанными черными линиями под глазами.

Она улыбнулась, набирая ответ.

Оригинальный костюм

Улыбка тронула ее губы, когда на экране мгновенно появились три точки.

Заткнись

Элора рассмеялась, набирая следующее сообщение: Будь в безопасности

Ты тоже

Она прижала телефон к груди и закрыла глаза. Гул музыки эхом отдавался от пола. Запах Зейна витал в воздухе. Это сочетание было похоже на колыбельную, и сон овладел ею почти мгновенно.

Пока прикосновение к щеке не заставило ее веки затрепетать и открыться.

Зейн присел рядом с ней на корточки, костяшками пальцев обводя линию ее подбородка.

– Привет.

– Привет. – Она снова закрыла глаза, наслаждаясь покалыванием на коже. Было тихо. Музыка смолкла. – Который сейчас час?

– Три. Ты пропустила вечеринку.

– Я устала от этой вечеринки.

– Хороший макияж.

– Спасибо. – Она улыбнулась, и когда его рука перестала двигаться, она поняла, что не может оставаться на его диване всю ночь. Она начала подниматься, убирая прядь волос с лица за ухо.

Еще один зевок растянул ее рот. Зев не заканчивался, как будто независимо от того, сколько она спала, ей никогда не удавалось как следует отдохнуть.

Зейн встал и подошел к своему столу.

– Ты не за рулем?

– Нет.

– Я отвезу тебя домой.

Она кивнула и встала, почувствовав, как по коже пробежал холодок. Диван был теплым, и она уже боялась выходить на улицу. Она вздрогнула, обхватив себя руками за талию.

– Вот. – Зейн снял свой пиджак и накинул ей на плечи. – В отличие от моей толстовки, он мне понадобится обратно.

– Хорошо. – Между нами все кончено. Между нами все кончено. Между нами все кончено. Если она не будет постоянно напоминать об этом, то забудет. Она не могла забыть.

– Эй. – Он подцепил пальцем подбородок, приподнимая ее лицо. – Ты в порядке?

– Устала.

Он изучал ее лицо, словно мог разглядеть за причудливым макияжем и фасадом усталость в ее душе.

– Сегодня вечером было много народу, – сказала она.

– Да. – Он обошел свой стол, открывая ящик, чтобы выудить ключи и бумажник. Затем он провел рукой по лицу, чувствуя, как проступает его собственное изнеможение.

Она встретила его в дверях.

Положив руку ей на поясницу, он проводил ее к выходу, вздернув подбородок и помахав своим сотрудникам, которые заканчивали закрывать клуб.

Томми стояла за стойкой бара, кроличьи ушки, которые она носила раньше, исчезли. Ее улыбка померкла, когда она заметила Элору.

– Пока, Зейн.

– Сможешь сама закрыть дверь?

– Нет проблем. Увидимся на следующей неделе.

Он кивнул, направляя Элору к задней двери.

Вышибала, который дежурил на служебной лестнице, был снаружи и курил сигарету.

– Спокойной ночи, Зейн.

– Спокойной ночи. Не мог бы ты оказать мне услугу? Томми остается и запрет здесь все. Не мог бы ты подождать, пока она закончит, и проводить ее до машины?

– Вас понял, босс.

– Благодарю. – Зейн обнял Элору за плечи, притягивая ее к себе, когда они шли к его машине на отведенное ему место. Сегодня вечером он приехал на своем «Рендж Ровере».

Как только она оказалась на пассажирском сиденье, он закрыл дверцу машины и обогнул капот, чтобы сесть на водительское сиденье.

– К тебе или ко мне?

– К тебе. – Может быть, если она позволит ему измотать свое тело, если сможет поспать на одной из его подушек, она проснется отдохнувшей.

Дорога к его лофту прошла в тишине. За окнами мелькали огни. Когда Зейн въехал в гараж, он припарковался рядом со своим мотоциклом, но выходить не стал. Вместо этого он подвинулся, положив одну руку на руль, чтобы смотреть ей в лицо.

– Ты пришла в клуб и сразу отправилась спать в мой кабинет. Почему?

Очевидно, вышибалы проболтались, если он знал, что она ни минуты не провела в толпе. Они всегда предупреждали его, когда она входила? Или только сегодня вечером?

– Я устала. И независимо от того, сколько часов я сплю, я, кажется, не могу найти в себе сил.

– Ты говорила со своим отцом?

Она покачала головой.

– Это гложет тебя.

Она кивнула

– Чего ты хочешь, Эл?

– Сегодня вечером? Тебя.

– А завтра?

У Элоры не было ответа. Потому что найти ответ означало встретиться лицом к лицу со своими страхами. Высказать свои страхи. И рассказать ему, что у них был общий сводный брат.

Когда она замолчала, Зейн ущипнул себя за переносицу.

– Я не могу… Если мы не остановимся, это закончится кроваво. Для нас обоих.

– Я знаю. – Это должно было прекратиться.

Завтра.

Завтра она положит этому конец раз и навсегда.

Но сегодня вечером ей нужно было поспать. Поэтому она выбралась из его машины и последовала за ним наверх, где сняла платье, смыла косметику с лица и свернулась калачиком в его постели, закрыв глаза после очередного зевка.

Она уже боялась того, что ей предстояло сделать утром.