Текст книги "Ничейная пешка (СИ)"

Автор книги: Павел Грачёв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 23 страниц)

В целом, это не так уж и страшно. Стефану всего семь, на следующий год он уверенно войдёт в число избранных. Нужно только немного позаниматься с ним, или нанять репетитора…Вот только ни времени, ни денег у Мираи сейчас не было. И это при том, что в академии период экзаменов и нет занятий.

Всё началось с того, что Большой Круг официально утвердил Соу как магистра, но обязал её помочь Бесстрашному как можно скорее овладеть керрийской магией (и языком, включая староимперский), как минимум, а в идеале продвинуть всю магическую науку вперёд. И теперь магистр Фетлир едва ли не каждый день интересовался прогрессом магистра Бестолкового. И прогресс, безусловно, был, но не там где надо.

Соу почему-то не мог запомнить названия всех элементов, даже своих столпов, не говоря уже об остальных. А ещё, он создавал, как назло, только тяжёлые элементы…зато в огромном количестве и с невероятной интенсивностью. Мирая половину дня тратила в архивах библиотеки, пытаясь найти для него подходящую формулу. Пока безуспешно.

Зато Соу, видимо, смог создать сверхтяжёлый элемент. Не в лаборатории. Без круга – в одиночку. У неё за домом. Неделю назад к ней прибежал испуганный (и трезвый) Бол, её садовник – в том месте, где тренируется магистр Бесстрашный, погибли все растения. А за час до этого Соу как раз упоминал, что научился создавать новый элемент, но не смог повторить его.

Во время разговора с магистром Мирая не придала этому значения, но когда проверила то место лично, пришла в ужас. Повышение магического фона чувствовалось даже кожей. Не нужны были обнаруживающие заклинания и артефакты.

Пришлось в очередной раз объяснять магистру Беспечному опасность высокой концентрации сырой маны и просить акцентировать тренировки не на силе элементов (кто бы мог подумать, что это вообще может стать проблемой), а на их контроле. А ещё, ему было бы неплохо подтянуть знания в алгебре, тригонометрии и физике. Соу еле-еле складывал вектора. О приведение матриц, перемножении множеств и вычислении простейшего интеграла даже речи не шло. Но, в тот день у неё созрел план…

Любой маг: в Керрии, Каланде, Султанате – где угодно, сначала строит теоретическую модель будущего заклинания по известной формуле. А именно: зная её элементальный состав, он должен высчитать радиусы орбит, угловые скорости, скорости вращения и наклоны всех элементов. Особое внимание нужно уделить «узлам» – точкам пересечения орбит. В них, в зависимости от момента взаимодействия, элементы влияют друг на друга, и к абсолютным величинам применяются коэффициенты взаимно относительной массы.

Обычно предварительные расчёты занимают два-три дня, в зависимости от сложности формулы. Затем наступает черёд лабораторных испытаний. Чем больше попыток сможет произвести заклинатель, тем больше статистических данных он соберёт и тем точнее будут поправки. После этого идёт обработка полученной информации и…снова за счёты, перо и бумагу. Несколько (семь-десять) дней на перерасчёт формулы, восполнение резерва, и снова в лабораторию; и так по кругу. Процесс создания заклинания по известной формуле занимает от нескольких месяцев до нескольких лет. Новые формулы – это результат кропотливой работы нескольких талантливейших магистров на протяжении десятков лет…

К сожалению, бывает маг приходит к выводу, что в текущем виде заклинание слишком громоздкое, или манозатратное, или малоэффективное (самый худший вариант). Тогда приходится дорабатывать формулу (кошмарный сон для любого магистра) – менять элемент для оптимизации. И все, абсолютно все, вычисления начинаются заново, без какой-либо гарантии на успех.

С магистром Бездонным всё сложнее и проще одновременно. Даже предварительные расчёты формулы из трёх (хотя бы) элементов у него займут неделю, а то и месяц.

Можно, конечно, попробовать заплатить счетоводам. Это хоть и не запрещено, но негласно порицается среди магистров. К тому же, все, кто пользовался их услугами (в основном это студенты седьмого и восьмого курсов) жалуются на странные, как будто преднамеренные ошибки…

С другой стороны, со своим резервом Соу сможет без вычислений, методом проб и ошибок, подобрать нужные параметры всем элементам. Да, это потребует чуть больше времени…а может и меньше – никто такого раньше не делал. Но, что точно, маны при этом уйдёт чудовищно, непростительно, непозволительно много… Но, всё это будет, только если Мирая среди бесполезных мемуаров и полусгнивших свитков найдёт для него подходящую формулу…

А если не найдёт, она просто попросит магистра Бесстрашного прямо на заседании Большого Круга создать сверхтяжёлый элемент. И пусть только кто-нибудь заикнётся, что это не достижение для науки.

*

К сожалению, это была не единственная её проблема. Большой Круг с огромной неохотой утвердил размер такой маленькой, по их мнению, компенсации. Да и то, только при условии, что двести сорок золотых она выплатит сразу. С одной стороны, сумма небольшая, всего лишь её годовой оклад, а с другой – Мирае пришлось залезть в долги.

Честно говоря, она планировала большую часть денег забрать у Соу обратно (на хранение), но не успела. Магистр Безмозглый за полчаса прямо в академии купил четыре амулета. Три из которых тут же сломал.

Все эти магические суррогаты предназначены для недоучек и бездарей с резервом на пару элементов. Разумеется, интенсивность их напитки предусматривалась ниже обычного. Поэтому странно, что первые два амулета у него всего лишь выгорели, а взорвался только третий. К счастью никто не пострадал – все осколки угодили Соу в руку, но навредить ему не смогли. А зря…

Мирая была тогда в бешенстве. Так сильно она не ненавидела даже Дилвера. Единственное, что не дало ей тогда ударить Соу, это понимание, что она просто сломает себе пальцы, но никак не навредит ему. Лишь спустя какое-то время, анализируя эти события, она осознала, что пока Соу не научится контролировать свою мощь, включать его в круг смертельно опасно…

Хоть он на следующий день и подарил ей четвёртый оставшийся амулет (который она тут же перепродала), Мирая ещё два дня с ним не разговаривала, однако пользоваться им для восстановления маны не прекращала.

Из-за необдуманного поступка Соу, магистр Квиллис, если не дышала пылью веков, то при любой возможности пыталась заработать денег. Дочь мелкого провинциального барона хороша знала их силу, которая порой превосходила даже магию.

Каждую свободную минуту Мирая моталась по Керрии залечивая последствия дуэлей, нападений, несчастных случаев или просто болезни. Не гнушалась она предоставлять услуги не только благородным, но и состоятельным простолюдинам. А ночью она восполняла резерв с помощью Соу, что раньше доставляло хоть какое-то удовольствие, а последнее время превратилось в рутину.

Из-за нехватки времени она перестал заниматься не только с сыном, но и с самим Соу. Но, честно говоря, этому обстоятельству Мирая была даже рада. Просто она как наставник не понимала, как учить того, кто в разы сильнее тебя. У неё в голове не могло уложиться, что можно десять раз подряд создать тяжелейший Альдум[29]29
  Альдум – один из самых тяжёлых элементов столпа жизнь.


[Закрыть], и не справиться с элементарным Юл?

Это. Просто. Невозможно. Ей постоянно казалось, что Соу её разыгрывает. Такой проблемы по определению не может существовать в природе…

Но и это было ещё не всё. Она заметила, что в глубине души магистр Бесстрашный не хочет учиться. Он не…как будто не доверяет магии, не гордится ей, не ценит её. Нечто схожее она видела у детей, которые точно знают, что их отчислят. Несчастные уже осознали, что не добьются даже титула мага. Но не смирились с этим и теперь стараются компенсировать свою отсталость чем-то другим…Но видеть это у самого сильного мага из ныне живущих… Как сказала бы Коллет, тут есть над чем подумать.

***

Соу закончил проводить зарядку. Дождался, когда Стефан отвернётся, и вылил на пацана ведро холодной воды. Звонко смеясь мальчишка забегал и запрыгал по двору, хотя минуту назад жаловался, что у него не осталось сил.

Стефан и Соу довольно быстро нашли общий язык. Старший сержант Петровский ещё с детского дома привык, что рядом куча младших “братьев” и “сестёр” – поэтому любил возиться с детьми; у мальчика же просто никогда не было отца, а мать всё время тратила на работу, стараясь обеспечить сыну более высокое положение в обществе, чем было у неё самой.

То, что Стефан сирота при живых родителях (отец вроде как живёт где-то в столице), было видно невооружённым взглядом. За одобрением, разрешением или поощрением он бегал не к матери, а к гувернантке. Тэа’Юнна Осси была строгой, сдержанной, весьма щепетильной в вопросах обучения и этикета женщиной. Но, в тоже время она любила своего воспитанника едва ли не больше Мираи. Чего только стоило её секретное разрешение Поде тайком баловать Стефана одной лишней пироженкой в день, если тот хорошо учился.

Соу был уверен, что и возможность заниматься зарядкой, несмотря на запрет Мираи, у мальчика появилась именно потому, что Юнна неожиданно полюбила утреннее чтение в дальнем крыле дома. Просто так совпало.

Стефан забежал в дом, а Соу стал собираться. Раньше он тоже делал зарядку во дворе, предварительно потратив лишнюю ману. Но, после того как созданный им элемент убил всю органику в радиусе двух метров, Мирая целый час пилила его лекцией по технике безопасности.

И надо отдать ей должное, он тогда узнал много нового и полезного. Во-первых, магия есть во всём, включая животных, насекомых, растения и прочую живность. Как это уживалось в головах людей с аксиомой, что маги не обычные люди, а избранные сверх существа с особым даром, он искренне не понимал. Нет, на уровне интуиции ответ у него был. Кроме боевой старший сержант прошёл и политическую подготовку, да и полным дураком не был; но сформулировать его словами пока не мог…

Во-вторых, сырая мана в небольшом количестве (относительно собственного максимального резерва) это универсальное средство от всех болезней, а вот в большой концентрации – страшный яд. Именно из-за этого “красный песок”, он же Арсарит, полезен магам и смертельно опасен людям. В целом эта концепция была Соу знакома: всё – яд, всё – лекарство; вопрос в дозировке. Но узнать, что и в другом мире она справедлива, было неожиданно приятно.

А вот что действительно оказалось новым и важным, это почему Соу нельзя продолжить создавать и просто рассеивать элементы в доме (или во дворе). Дело в том, что сырая мана, образующаяся при этом, хоть и рассеивается в пространстве, но очень медленно. А с учётом его силы опасная площадь сначала увеличится раза в четыре прежде чем концентрация упадёт до приемлемой. К счастью, устранить последствия его косяка оказалось не так уж и сложно – просто нужна жизнь: люди, звери, цветы – кто угодно, чем больше – тем лучше. То пятно, кстати, они убирали сами.

В центр посадили Соу. Раз он прекрасно себя чувствует, то явно влил в элемент не всю ману, а значит и концентрация для него почти безвредна. На границе круга медитировать села Мирая. Ещё в метре от неё тэа’Осси. Женщина хоть и не смогла стать магом, но на четвёртом курсе отучилась до конца, и несколько простеньких заклинания в день её резерв позволял. А значит и она могла помочь. И самым последним, в четырёх метрах от эпицентра, посадили Стефана. Точнее он сам напросился, и, что самое удивительное, Мирая согласилась, сказав, что это будет полезный опыт.

Ребёнок и обе женщины привычно медитировали, а виновник торжества пять часов просто сидел и страдал от безделья. По сути это и стало его наказанием. За время “отсидки” магистр Бесстрашный не только осознал, всю общественную опасность своего поступка, но и нашёл способ совместить приятное с полезным.

Первый раз после посещения академии, получивший документы магистр Соу Бесстрашный, попросил провести ему экскурсию по столице. В тот день, помимо королевского дворца и самой Керрийской Академии Магии, ему показали сотню разных статуй, парков, фонтанов и площадей имени каких-то выдающихся магов прошлого. Всё это находилось во внутреннем городе – центральных кварталах столицы, огороженных от бедных районов той самой стеной с чёрными воротами. Во внутреннем городе жили исключительно аристократы, маги и некоторые зажиточные горожане, получившие личное разрешение от Большого Круга. Про внутренний город Соу мог сказать только два слова. Красиво. Богато.

Но сильнее всего ему запомнилась дворцовая площадь, находящаяся не в центре, а у самой стены. И попасть на неё можно было минуя внутренний город. Как понял Соу это было сделано для того, чтобы простолюдины по праздникам могли причаститься общим торжеством, разделив его со своими покровителями, но не мешать их привычному быту.

Единственным местом во внешнем городе, которое ему показали, оказался храм Аллиды. Тоже недалеко от королевского дворца, но уже по другую сторону каменной стены. Почему его назвали храмом Соу так и не понял, скорее это был огромный травмпункт. Построила его за свои деньги магистр Аллида Всеблагая, одна из основателей Керрийской Академии магии, первый Декан факультета оздоравливающей, защитной и вспомогательной магии, супругой Керрита Первого, мать Керрита Второго и, соответственно, прабабка нынешнего правителя государства.

Последние двадцать лет все лекари, в том числе и магистр Квиллис, начиная уже с четвёртого курса (по сути ещё даже не маги), раз в пять дней практиковали здесь свои заклинания. Однако на количестве больных, даже в рамках города это никак не сказалось.

Непрекращающийся поток людей был таков, что два десятка студентов и дежурный магистр едва ли принимали десятую часть всех желающих. Некоторые больные по несколько дней ожидали срочной магической помощи. А ещё вонь, грязь, стоны раненых и плач детей всех возрастов…и это только внутри, где за порядком хоть как-то следили.

На площади перед храмом вообще творился сущий бардак. Круглые сутки там ошивалось столько нищих, попрошаек, бездомных и прочих люмпенов, что городская стража просто не успевала их разгонять. Ко всем прелестям отсутствия организации внутри добавлялись драки, ограбления, убийства и изнасилования. Для многих студентов, в своё время, это место стало кошмаром на многие годы. Именно здесь все молодые лекари по неопытности зарабатывали своё первое магическое истощение…И именно здесь Соу решил избавляться от маны. А если на практике будут “чёрные” с наркозом, он сможет даже кого-то вылечить заклинанием напрямую.

Чтобы не повторилась история с амулетами, свою идею он сначала изложил Мирае. Та была резко против, возразив, что это слишком опасно. Без охраны любой отброс прирежет его там за кусок хлеба или чистую рубаху. Однако, уже в середине предложения она поняла, какую несусветную глупость несёт. На данный момент аура магистра Бесстрашного почти полностью восстановилась, поэтому Мирая вообще не была уверена, можно ли его ранить обычным оружием. Возможно, если он будет спать, а несколько кузнецов будут постоянно чинить оружие…В общем, магистр Квиллис попросила один день на раздумье.

На следующее утро она сообщила, что не нашла объективных причин так не делать, но попросила о трёх вещах. Во-первых, не брать кошелёк – его всё равно украдут. Во-вторых, не забывать документы – без них его не пустят обратно во внутренний город. Точнее пустят, но придётся вызывать секретаря из академии, от имени Большого Круга писать прошение на начальника стражи…пока его не запомнят лично, лучше не забывать. В-третьих, не афишировать свой статус. Дежурному магистру и студентам, разумеется, необходимо будет представиться и рассказать о цели своего визита, а вот простым посетителям не стоит знать кто он.

Третий пункт женщина не смогла никак логически объяснить, просто попросила не выделяться и не ввязываться в неприятности. То, с каким лицом и голосом она это говорила ясно давало понять – Мирая уверена на сто процентов: он обязательно влипнет в историю.

Глава 19. Обычные Человечишки

Если бы год назад старшему сержанту Петровскому сказали, что каждую ночь он будет проводить с красивой, умной, финансово независимой, но не любимой женщиной – он бы заявил: “Ха, не такая уж она и умная!”. Сейчас он не был бы столь категоричен в своём ответе.

От былой влюблённости не осталось и следа. Теперь он ясно видел, как и зачем Мирая его использует. Причём и она, и другие маги считают это нормальным. Он, в свою очередь, был ничем не лучше. Вместо любви или хотя бы вывернутой идеологии, его в постель вела банальная похоть; мещанская стабильность – он живёт в комфорте, сыт, одет, обут (на самом деле большую часть времени он ходит босиком), потихоньку изучает этот мир и адаптируется к нему; и чувство вины…

В тот день, когда ему выдали деньги, он честно не знал, много это или мало. Ещё там в шатре, когда он отказался от прав на ребёнка, Соу запомнил, что Мирая будет выплачивать ему ежемесячно какой-то штраф. Поэтому он без стеснения купил долгожданные амулеты с готовыми формулами.

А когда один из них взорвался у него в руке, и он хотел спросить у Мираи, почему эти штуки не работают, она пришла в ужас. Оказалось, магичка залезла в долги чтобы выплатить всю сумму, и она надеялась, что он разрешит ей временно взять их назад.

Никогда он ещё не видел ни одну женщину в таком состоянии. Она не могла кричать в академии, так как кто-то мог услышать её, но от того, что все ругательства были шёпотом, они не стали менее злыми. Мирая готова была наброситься на него с голыми руками, но сдержалась в последний момент. Ограничившись лишь тем, что уехала домой одна. Соу уже знал дорогу поэтому не сильно расстроился. Честно говоря, в тот момент он даже скорее сам обиделся, потому что он же извинился, тем более и вины за собой он не чувствовал.

Весь день они не разговаривали. А вечером, как настоящий мужчина, Соу пошёл ещё раз извиняться. Он замешкался около двери и услышал, как Мирая разговаривала с Ди-ди. Магичка говорила то ли фамильяру, то ли себе, что она сильная, она справится, долги она уже скоро выплатит, имение выкупит, её сын обязательно станет магистром, а второй ребёнок даже Верховным Магистром… Надо лишь приложить усилия и постараться. Вот только почему-то при этом она тихонько плакала.

На следующий день у домашних он разузнал местный порядок цен. К тому времени Соу уже неделю провёл в столице, но так и не поинтересовался этим вопросом. Двадцати серебряных монет, выданных ему авансом хватало на все хотелки: свежий хлеб – одна медная монета за две огромные буханки, яблоки – корзина за пару. Смешная шляпа из соломы? Таких мелких не существует, забирайте, господин магистр, на сдачу от яблок…Он разменял одну серебрушку, и этого хватало на всё. А тут выяснилось, что Соу пустил на ветер годовой доход Мираи, а она очень нуждалась в этих деньгах. Её родовое имение заложено, да ещё и второй год подряд терпит убытки. Стефану нужны очень дорогие артефакты для учёбы, а сама хозяйка постоянно ходит в служебной форме, потому что уже бог знает сколько не заказывала новых платьев…

Через два дня, когда они снова стали разговаривать, он вызвал магичку на откровенный разговор. На самом деле не всё так плохо как расписали слуги. Стефан в следующем году обязательно станет ещё сильнее и сможет претендовать на место в столице. В теоретическом плане он прекрасно подготовлен, а с тэа’Оси они пройдут программу первого курса. Книги у Мираи есть.

Земля, доставшаяся ей по наследству и имение, в котором она выросла могут побыть в залоге ещё три года прежде чем их отберут. Если не тратить деньги на излишества, она накопит нужную сумму, даже с учётом штрафа, который она перечисляет Кругу, а Круг Бесстрашному. Соу пообещал больше не тратить ни копейки, а все полученные деньги возвращать ей. Помимо помощи в восстановлении маны он предложил заряжать накопители для артефактов, ему то всё равно силу девать некуда. Но тут его рвение остановила сама Мирая. Она уже думала о такой возможности, но практика показала, что пока магистр Бесстрашный не научится уменьшать интенсивность своей маны, к магическим вещам ему лучше вообще не прикасаться. Единственный приемлемый вариант, который она видит – это восстанавливать ману другим магистрам, как он это делает с ней. Один золотой в неделю он легко заработает, может даже два.

Сказать, что от предложения стать магической проституткой Соу ох@#л, это ничего не сказать. Только из-за того, что он потерял дар речи, а секс для магов не более чем инструмент передачи маны, мужчина сдержал эмоции. И, даже, обещал подумать.

В общем, кроме как возвращать Мирае её же деньги и не совершать новых ошибок, он ничем больше помочь не мог. А через несколько дней произошёл инцидент в саду и его попросили больше так не делать. Повышенная концентрация маны в пространстве это хорошо, но лучше не надо. Поэтому со следующего дня магистр Бесстаршный стал каждое утро бегать к храму Аллиды и сбрасывать там излишки (в его понимании) маны.

Больше всего он боялся, что и в храме концентрация быстро превысит допустимую. Но несколько сотен посетителей, плюс пара десятков голодных (в плане маны) студентов даже не заметили этого. Точнее заметили и оценили по достоинству. Уже через две недели с Соу уважительно здоровались все дежурящие магистры, а студенты приветствовали его поклоном словно наставника.

Радикально ситуацию он не поменял, но работать стало чуть легче. К тому же, в первый же день, Соу нарушил третью просьбу Мираи. Без лишних слов он приструнил пяток самых отмороженных негодяев на площади. Сначала он сломал им руки, а потом сам же и вылечил. Что из этого больнее, вопрос открытый. Буйных голов на площади с каждым его появлением становилось меньше и меньше.

Во внешнем городе слава о нём разлетелась тот-же день, до ворот во внутренний город она шла неделю, точнее пять дней.

Показав в очередной раз документы, Соу ждал, что дежурный маг снова начнёт пристально изучать их пытаясь понять, откуда у босого бугая в старой кольчуге удостоверение магистра академии. Однако, тот даже не стал разворачивать свиток, а лишь уважительно поздоровался и велел впустить магистра Бесстрашного. Второй совет Мираи хоть и пригодился, но быстро утратил свою актуальность.

Бесстрашный не был бы Бесстрашным если бы в первый же день не взял с собой кошель. Рисковать большой суммой он не стал, семи медяков для проверки предостережения вполне хватило. И в этот раз аналитические способности магистра Квиллис дали сбой – кошелёк остался цел и невредим. Правда оттуда каким-то образом пропали все деньги, но это уже другой вопрос.

Две недели Соу не терял надежды поймать воришку за руку, но ему просто-напросто ещё пару раз обчистили карманы. До сегодняшнего дня итоговый счёт был шестнадцать – ноль в пользу местной преступности, но этим утром кое-что изменилось…

***

Закончив зарядку-игру со Стефаном, Соу как всегда отправился в храм Аллиды. По его просьбе, среди студентов было аж трое “чёрных”. Все вместе они смогли скастовать усыпление семь раз. Поэтому помимо обычного создания и развеивания сверхтяжёлого элемента, который было уже видно даже невооружённым взглядом, магистр Бесстрашный исцелил два перелома, три ножевых, ожог и что-то связанное с зубами. Вместо зарядки он помог разгрузить две телеги дров для храма, а на площади вышвырнул за шкирку подравшихся алкашей. Прекрасное начало для прекрасного дня.

Когда же он собирался уходить, то по привычке проверил кошелёк и обнаружил там на две монеты больше чем клал. Неизвестный воришка то ли вернул часть украденного, то ли принёс символическое извинение. Это и стало главным фактором в решении отметить день по-особому. Отойдя от площади пару кварталов, магистр завернул в первый попавшийся кабак.

– Куда? – Сонный мордоворот лишь на пол головы ниже Соу, зато килограмм на сто тяжелее перегородил вход.

– Отметить. – Стоило слегка тряхнуть кошель и звон монет стал пропуском.

Вышибала ничего не ответил, но уступил дорогу, скрывшись в закутке у двери.

Заведение, название которого Соу не успел прочесть оказалось…весьма уютным. Хотя после храма Аллиды всё казалось чистым и аккуратным.

Пять распахнутых настежь окон без стёкол, слюды или бычьих пузырей давали достаточно света, поэтому сейчас ни один из чадящих (судя по копоти на потолке) светильников не горел.

Все лавки и стулья покоились на столах. Две женщины бальзаковского возраста усердно мыли полы. В дальнем углу на небольшом помосте сидел лысеющий пожилой старичок. Он держал в руках деревянную миску и меланхолично работал ложкой, периодически записывая что-то угольком прямо на досках. С кухни так же доносились звуки наведения чистоты и порядка.

С первого взгляда оценить статус заведения не удавалось. Помещение небольшое, метров сорок-сорок пять, но и столов не много. Видно, что хозяин не пытался забить посетителями всё свободное пространство. Кривые, плохо оструганные доски столешниц намекали на простоту и непритязательность клиентов, однако чистота, отсутствие крошек и въевшихся пятен говорили о том, что определённые санитарно эпидемиологические нормы тут соблюдаются…

– Рад приветствовать уважаемого господина в нашем Добряке. – С кухни вышел улыбчивый мужичок, очень похожий на вышибалу у входа, только более молодой. Громыхания за его спиной стали тише, но до конца так и не стихли.

Хозяин трактира говорил немного витиевато, но Соу, как ни странно, понимал смысл сказанного, хоть некоторые слова и оставались ему не понятны.

– Хотел отпраздновать удачное начало дня… – С этими словами Бесстрашный достал те самые монеты, – но я смотрю вы закрыты…

– Ни слова больше! Как я могу оставить гостя Керрии без нашего легендарного пива? – Хозяин быстро освободил один из столов и сам принёс двухлитровую кружку пенного напитка. – Говорят арсы лучше всех разбираются в оружие и алкоголе. Что скажете о моём пиве, добрый господин?

Хозяин ни капельки не лукавил – напиток был действительно легендарным. Густой как кисель, в меру терпкий, с лёгкой кислинкой и пикантной остротой в послевкусии. Выпитая залпом кружка сама за себя говорила о качестве напитка.

– На все! – Теперь Соу жалел, что взял с собой только четыре монеты. Хозяин снова лично принёс ему ещё две двухлитровые кружки. В качестве комплимента шла тарелка с закуской – какими-то хрустящими штуками похожими на сушёную лапшу. – Лучшее пиво, что я когда-либо пробовал. А кто такие арсы?

*

Один из хозяев, он же главный повар оказался весьма словоохотливым и открытым человеком. Харчевня Добряк Орм принадлежала ему и старшему брату. Раньше она называлась Толстяк Орм, в честь их отца. Но тот умер пять лет назад и оставил всё старшему сыну, а Крон взял и подарил наследство брату, так как сам был от ресторанного бизнеса даже дальше чем их папаша. Грон (младший из братьев) за пять лет неплохо так поднял качество еды, обслуживания и статус заведения в целом. Драки, происходившие при Орме, стали редкостью. Что несказанно радовало Крона, так как ему стало ещё меньше работы.

Семейный бизнес процветал и Грон планировал в ближайшее время расширяться, заодно нанять девочек помоложе, а то клиенты редко снимают комнаты наверху. А этих оставить в зале, раз их всё равно не отвлекают от работы подавальщиц.

Всего в Добряке трудилось шесть человек: Грон с женой Могрой и сыном Ормом младшим, его старший брат Крон и две девушки подавальщицы-проститутки. Марка-одноручка, самая неуклюжая подавальщица в Керрии. Некоторые посетители даже делали ставки, разобьёт она сегодня посуду или нет. И её напарница Найя-Ручейка. Пусть и не молодая, зато очень умелая. Последнюю Грон расхваливал больше всего: всегда чистая, знает много стихов и песен, умеет делать массаж. А главным аргументом, в его понимании, был тот факт, что именно с Ручейкой его сын стал мужчиной.

Разумеется, хозяин рекламировал девушек не просто так, а с непрозрачным намёком. Соу, вежливо отказался сославшись на занятость. Но обещал в следующий раз обязательно снять в Добряке комнатку на часок другой… На самом же деле, во-первых, он никогда не платил за секс и не собирался начинать. Во-вторых, у него с собой больше не было ни копейки.

Ещё в Добряке частенько выступал Старик Фло, но ему платили едой, плюс он забирал половину чаевых от благодарных слушателей.

Кроме абсолютно бесполезной информации о росте цен на зерновые из-за паводка, Магистр Бесстрашный (разумеется не представившийся своим титулом) узнал кто такие арсы, и почему его с ними перепутали.

Оказывается, это варварский народ на севере Каланда. Высокие, сильные, помешанные на чести. Арсы часто служат телохранителями у некромантов. Любят подраться, но оружие первыми не обнажают, предпочитая всё решать кулаками. Бывали случаи, когда они платили своим противникам после хорошей драки.

Так как арсы сопровождают влиятельных людей, то монета у них, как правило, водится. В Керрии они покупают в основном оружие, отдавая предпочтение качеству и надёжности. Местные купцы быстро смекнули, что дикари хоть и не торгуются, но прекрасно знают цены и не ведутся на обычное золочение или бессмысленную инкрустацию, зато ради эльфийской стали могут скинуться всем отрядом.

Второй “слабостью” северян был алкоголь. Пьяными их видели редко, но хорошую выпивку арсы скупали бочками. Два дня назад в столицу как раз прибыл очень знатный гость из Каланда (едва ли не троюродный праправнук последнего императора), вот Грон и надеялся, что к нему зашёл кто-то из его свиты.

***

Выхлебав шесть литров пива Соу чувствовал себя вполне уверенно. Чёртова магия, крала градус сильнее чем закуска. Вообще он думал, что на воротах возникнут проблемы, тем более без документов, но всё обошлось – магистра пропустили без лишних вопросов. Да и хмель по дороге вышел почти полностью, оставив в голове приятную пустоту. Но проблемы подкрались откуда не ждали.

Мирая, как раз вернулась из академии, чтобы пообедать и отправиться лечить разных олухов, но отсутствие Бесстрашного взволновало её. Обычно Соу возвращался к этому времени из храма. Каким бы он не был сильным, но от отребья из внешнего города можно ожидать чего угодно…

Соу привык, что Мирая смотрит сквозь пальцы, как её садовник ходит по краю синей ямы, поэтому очень удивился, когда ему устроили очередную лекцию о несовместимости чего-то и магии. Теперь к физическим нагрузкам и бессмысленной трате маны добавился алкоголь.

Причём магичку больше возмущал не сам факт употребления, а то где он это делал и с кем. Слушая в очередной раз одни и те же догмы о величии, избранности и непогрешимости магов вообще и магии в принципе, Соу уснул. Не потому что он устал, или много выпил, нет – просто он не понимал и не хотел понимать смысл в её словах…Для магистра Квиллис это оскорбление стало последней каплей.