Текст книги "Ничейная пешка (СИ)"

Автор книги: Павел Грачёв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)

Вальк первым покинул город, как только открыли ворота, но на стоянке, где обычно разбивают лагерь торговые караваны уже кто-то был. Поначалу он принял путников за обычных попрошаек и уже собирался приказать гнать их пинками, но по мере приближения незнакомцев ему всё больше хотелось достать топор и скомандовать охранникам готовиться к бою. Двухметровый детина выглядел так, будто руками выпотрошил корову, вытерся ветошью, а потом нацепил её на себя. Если бы не ребёнок на его руках, Вальк уже давно отдал бы этот приказ.

Охранники тоже заметили незваных гостей и поспешили к работодателю. Наёмники не стали дожидаться чьих-то указаний, а сразу достали оружие. На лице незнакомца не дрогнул ни один мускул – казалось он даже не заметил пятерых вооружённых воинов.

– Стой! Ни шагу дальше. Кто таков и что тебе нужно? – Командир охраны не выдержал, когда между ними оставалось не больше четырёх метров.

Незнакомец сделал ещё пару шагов и остановился. Он не проявлял никаких признаков агрессии. Кроме странного и угрожающего вида, он ничем не выделялся. Рост ещё выше среднего, но это не преступление. Приблизительно так себя успокаивал Вальк, когда заметил, что мужчина протягивает свиток заляпанный кровью.

Командир наёмников не разрешил никому из своих людей приближаться, так что пришлось звать слугу, чтобы тот забрал послание. Каково же было удивление торговца, когда бумагой оказалась путевая от канцелярии Керрийской Академии магии. Да, надорвана, да заляпана кровью, но все нужные печати на месте, а значит своей законной силы документ нисколько не утратил.

– Я магистр Соу Бесстрашный. Сопровождаю студентку академии Сольдию и её мать Найю в школу города Бреата герцогства Лассар. – Видимо незнакомец, точнее уже магистр, заметил, что Вальк прочитал документ и теперь ждал от него ответа

– Я Вальк Буво. Член Керрийской торговой палаты. Владетель Железного голоса[35]35
  Организация не имеющая официального политического влияния, однако пытающаяся отстаивать интересы зарождающегося сословия. Железный (деревянный, медный, железный, золотой) голос – это условное обозначение суммы взносов члена палаты и его прав внутри организации.


[Закрыть]. Следую из Столицы в южные Баронства, но почту за честь сопроводить вас, магистр Бесстрашный, и юную госпожу до Бреата.

– Я не поеду, мне нужно вернуться в столицу и доделать дела. Прикажи своим людям проверить окрестности…

Опытный торгаш сразу понял намёк на конфиденциальный разговор и не ошибся. Как только Наёмники отошли, Соу достал обычную медную монету.

– Тот, кто принесёт мне это и назовёт её имя, – Бесстрашный указал на девочку, – получит от меня любую помощь. Тот, кто скажет её имя, – магистр показал на женщину, – умрёт. Ты всё понял?

– Да, магистр.

– Если они не доберутся до Бреата, умрут все. – Торговец на уровне предчувствия понял, что под всеми маг подразумевает всех виновных, его самого, его семью, наёмников с их семьями и домашнюю скотину. Всех, до кого он сможет дотянуться.

Вальк и так поверил словам мага, но тот для наглядности без видимых усилий отщипнул пальцами кусок меди и передал помеченную монету торговцу.

Глава 25 Предать нельзя завербовать

– Магистр Баллен, пришли магистры Валлет и Юнк. – Одна из сиделок вернулась с хорошими новостями.

Дальняя поездка сильно подкосила здоровье Юзии. Лекари старались изо всех сил, но старые травмы и возраст брали своё. С каждым днём оставалось всё меньше и меньше людей (и магов) безразличных к её состоянию. Некоторые искренне переживали и желали выздоровления, но большинство проявляли сдержанный оптимизм в ожидании скорой кончины.

Уже через неделю после возвращения в столицу, Верховному Инквизитору пришлось отказаться от личного участия в заседаниях Большого и Великого Кругов. Особы, приближенные к короне, заговорили о возможной передаче полномочий, а может, даже, об упразднении этой должности.

Всё это было пока лишь на уровне слухов. У “старой ведьмы”, как её называли за глаза, было ещё достаточно сторонников в академии, а её доверенные адъютанты присутствовали на всех заседаниях и докладывали обо всём, что видели и слышали. Открыто говорить о следующем Верховном Инквизиторе никто не осмеливался, но шептать его имя на ухо соседу уже начали.

– Пусть войдут. – Бледная, худая старуха лежала на кровати с закрытыми глазами. Говорить, смотреть, дышать, жить, – всё давалось ей с большим трудом и через боль. Если от чего-то можно было отказаться, она так и делала – экономила силы. – И оставьте нас…

– Но… – Последние две недели целители круглые сутки дежурили у её кровати, ни на минуту не оставляя Верховного Инквизитора.

– Ненадолго… – Последние месяцы Юзия для себя открыла, что просьбы иногда эффективнее приказов. Жаль она узнала об этом слишком поздно…

Лекари покинули покои, а вместо них вошли инквизиторы-близнецы, личные помощники магистра Баллен.

– Добрый день, наставница. Как вы себя чувствуете сегодня?

– Доклад. – магистр всё так же лежала с закрытыми глазами и не двигаясь. Сделать выводы о состоянии её здоровья и так мог любой здравомыслящий человек или маг. Тратить последние дни (а может и часы) жизни на пустой трёп для неё сейчас было слишком расточительно.

– Да, магистр… – Валлет промедлил, и она сразу поняла, что новости не из приятных. – Официально объявлено о четырнадцати убитых. Но, скорее всего, их немного больше – найдено несколько лишних конечностей. Можно предположить, что их владельцы либо полностью размазаны по стенам, либо умерли от потери крови где-то в подворотне. Ещё очень много… вещей, не поддающихся опознанию. Несколько десятков килограмм непонятной мешанины… Никто не знает, что с этим делать… – Мужчина вздохнул. – Но это и неважно. Для обвинения, Магистру Варитию и четырнадцати трупов вполне достаточно…

– Вы там были? – Голос Верховного Инквизитора звучал всё так же тихо и спокойно. За свои годы она повидало много чего, и бойня в бандитском логове её не сильно впечатлила… – Осмотрели дом лично?

– Да, наставница. – Юнк, младший из близнецов, взял слово. – Это невозможно передать словами. Честно говоря, ритуалы некромантов и демонологов не идут с этим ни в какое сравнение. Не удивительно, что все подумали о запрещённой магии и жертвоприношении. Если бы вы только видели…

– Кхе-кхе, – Валлет перебил брата и с осуждением посмотрел на него, – наставница, я имел неофициальную беседу с начальником городской стражи. Тела, что удалось опознать, принадлежат ворам, насильникам и убийцам. Все эти отбросы заслужили то, что получили. На данный момент по внешнему городу ходят слухи: от мести за какую-то уличную девку, до войны между бандами. Якобы кто-то из крысиных баронов нанял магистр академии, чтобы его руками убрать конкурента… Но ни о каких запретных ритуалах даже речи нет. Более того, Генерал Лассар сказал, что версия Бесстрашного, о защите своей жизни и чести звучит… правдоподобно.

– Хм. – Юзия тихонько усмехнулась. На её памяти это был первый случай, когда немагическая аристократия и высшее офицерство, были на стороне мага, а Большой Круг – против… – По поводу слухов, не обольщайтесь. К вечеру будут и про ритуал, и про демонов, и про каннибалов… к утру каждый идиот будет думать и говорить то, что выгодно Аллесу.

– Но зачем, зачем магистру Варитию это нужно? – Юнк вскочил и начал мерить шагами покои больной. – Я не понимаю. Он же всегда пытался примирить вас и магистра Фетлира, а теперь специально обвиняет в запрещённой магии того, за кого вы и магистр Фетлир фактически поручились. Это уже нанесло огромный урон репутации и инквизиции, и факультету лекарей. Да и всему Большому Кругу в целом. Неужели он не понимает, что дальше будет только хуже?

Магистр глубоко вздохнула и наконец открыла глаза.

– Потому что ему это выгодно. Вспомни, на ком женат старший инквизитор Аллес Варитий.

– Фэа’Сонна Варития? – Ответив на очевиднейший вопрос, Юнк с удивлением посмотрел на наставницу. Он не понимал, при чём тут супруга старшего инквизитора.

– На родной сестре нового герцога Марроу – лучшего друга нашего молодого короля… – Валлет, как всегда, думал над ответом дольше брата, но улавливал суть вопроса.

– Верно… А теперь я могу услышать, что всё-таки произошло на заседании?

Братья посмотрели друг на друга, и старший продолжил.

– Соу категорически отказался рассказывать, что он там делал и как оказался в этом притоне. Благодаря этому магистр Варитий смог выдвинуть обвинения в запретной магии и инициировать голосование об исключении из круга и лишении титула. Временно, пока идёт разбирательство… На данный момент Бесстрашный находится на свободе, но с него взяли слово, что он не покинет пределов дома магистра Квиллис…

– И поэтому ты ни разу не назвал его магистром… – Даже находясь при смерти Юзия сохраняла остроту ума. – Хм…И как же голосовал Клаус? Это же фактически его протеже.

– Голосовали тайно, но он, а также магистры Риттер и Мантельи, открыто поддержали бесстрашного, но их было меньшинство…

– Возможно результаты подтасовали… – Кажется, первый раз за день Юнк позволил себе улыбку. – Когда огласили результаты, магистр Фетлир устроил скандал: поругался с деканом, заявил, что оставляет свой пост и покинул собрание.

Валлет снова одарил брата осуждающим взглядом за ненужные подробности. На что Юнк красноречиво показал на умиротворённое лицо магистра Баллен. Юзии новость явно подняла настроение.

– Обиделся и сбежал, как мальчишка… – Верховный инквизитор снова прикрыла веки, чтобы дать отдых глазам. – Дайрин тоже ушёл с заседания?

– Магистр Риттер дождался окончания, а затем, демонстративно отправился в посольство Каланда. Он месяц игнорировал приглашения их нового министра, но сегодня решил им воспользоваться… – Валлет задумался. Мысли, пришедшие ему в голову были крайне печальными. – Наставница, если наш Король и герцог Марроу руками магистра Варития пытаются ослабить Круг, то им выгодно довести обвинение до конца. Я боюсь они будут добиваться для Бесстрашного выжигания…

– Я боюсь другого… Если он просто хочет мою должность, это нормально. Измазать грязью имя, уронить авторитет, а потом сесть в моё кресло… Я даже не против. Но если Аллес настолько глуп, что пляшет под дудку двух мальчишек и молодой девчонки, то он и правда может попытаться казнить Бесстрашного. – В комнате повисла тишина. По выражению лица магистра Баллен братья видели, что их наставница о чём серьёзно задумалась. – Допустим, ему удастся схватить Соу. Как бы тот не был неуязвим, он обычный маг: ему нужно есть, пить, спать, да даже дышать. Способов одолеть его хватает… – Юзия слегка откашлялась – слишком долгой получилась речь. – Допустим, Аллес смог. Церемонию будут проводить, скорее всего либо во дворце, либо в академии… – Снова лёгкий кашель прервал её. – Заварите как мне отвар, и, пока он настаивается, рассчитайте зону неминуемой смерти во время казни Бесстрашного. Хотя бы приблизительно.

Валлет пошёл к секретеру за посудой, а Юнк достал перо и чернильницу. Несмотря на порывистый и даже слегка легкомысленный характер, из двух братьев именно он проявлял склонность к математике.

*

Отвар уже был приготовлен, остужен и, даже, выпит; заходили лекари, проверили состояние пациентки, попытались выгнать посетителей, но не преуспев снова ушли. Юнк всё это время писал, зачёркивал и переписывал заново.

– Всё, я сдаюсь. Точнее уже невозможно. – Парень вытер лоб платком. – двадцать семь метров, но это очень приблизительно. Может быть раза в полтора меньше…

– Сколько-сколько? – Валлет не поверил ушам – слишком уж невероятным получился результат. Взяв бумагу, он стал вчитываться в формулы.

Цифры действительно сильно выбивались за рамки привычных – редко, когда самая опасная зона при казне исчислялась двузначным числом, а здесь оно вплотную подбиралось к четвёртому десятку.

– Это ещё и радиус, а не диаметр?! – Валет с недоверием покосился на брата, но тот лишь развёл руками.

– Дайте мне взглянуть. – Магистр Баллен открыла глаза и попыталась взять листок, но рука её не слушалась. Адъютанту пришлось держать его самому. – Во-первых, в полтора раза не меньше, а больше. Ты все коэффициенты и неизвестные переменные взял минимальными, что уже неправильно. Так что, согласно твоим же расчётам, сорок один-сорок пять, будет ближе к правде.

Магистр Баллен снова зашлась кашлем, но уже не таким тяжёлым. Кто бы мог подумать: там, где не справлялась магия, помогал обычный травяной отвар.

– Но это уже какие-то запредельные числа. Этого не может быть.

Юнк попытался оправдаться, хотя сам понимал, что подгонял вычисления под привычные результаты, игнорируя факты. Магистр Баллен тем временем продолжила изучать его работу.

– Это не важно. Проверьте расчётную ёмкость артефакта и подставьте получившийся ответ.

Старуха снова закрыла глаза, а братья, уже вдвоём, вновь вернулись к вычислениям. В этот раз процесс занял лишь несколько минут.

– Наставница, мы закончили. – Валлет взял бумагу и начал зачитывать как на экзамене. – Так как предельная ёмкость накопителя – это константа, и она получилась меньше тройного резерва казнимого… существенно меньше. Дистанция смертельного поражения при срабатывании не сможет превысить двадцать метров от точки выброса. Вывод: с учётом концентрации, со временем площадь летального поражения возрастёт троекратно. И, вероятно, где-то на неделю будет оставаться смертельно опасной для всех, включая магов. Простым людям я вообще запретил бы приближаться на километр к эпицентру, пока магический фон не придёт в норму.

– Это все выводы? – Магистра Баллен непрозрачно намекала, что ждёт от своих помощников большей проницательности.

– Казнь ни в коем случае нельзя проводить во дворце или на территории академии – это слишком опасно… – Валлет опустил свиток и посмотрел на свою наставницу. – Да во всём городе просто нет такого места, где не пострадают ни в чём не повинные люди…

– Но Бесстрашный всё равно выживет… – Юнк, до этого выражавший свои мысли быстро и без колебаний, сейчас говорил тихо и неуверенно.

Валлет с удивлением посмотрел на брата, а Юзия, напротив, слегка улыбнулась, давая понять, что это тот ответ, который она ждала.

– По всем расчётам, емкость выжигателя чуть больше резерва магистра… – парень оговорился, но быстро поправил себя. – Прошу прощения, просто Бесстрашного. Эта концентрация маны не убьёт его, а с учётом его ауры, возможно даже не ранит… – Юнк Колл посмотрел в глаза Верховному инквизитору. – Магистр, нам ни в коем случае нельзя делать его нашим врагом. Если…

– Это делаем не МЫ, – улыбка на лице старухи стала злой и колючей, – Это делает магистр Варитий.

– Нужно срочно остановить его… – Старший из братьев вскочил с места, младший, напротив, остался сидеть и внимательно следить за своей наставницей.

– Нет! Мы ДОЛЖНЫ думать о всеобщем благе на десятилетия вперёд, а Керрия ДОЛЖНА очиститься от глупцов и невежд, оказавшихся у власти. – Юзия почувствовала, как кашель снова подступает к горлу, но смогла подавить приступ. – Все, кто сохранил верность Кругу, исповедует чистоту магии, и следует заветам предков, ДОЛЖНЫ сейчас сплотиться и ждать. А не верить наветам и слепо следовать за предателями и изменниками, даже облечёнными властью… Когда же придёт время… – Верховный Инквизитор резко замолчала, и тут-же зашлась сильным кашлем от долгой речи.

Несколько минут она не могла восстановить дыхание. Братьям пришлось даже звать лекарей, чтобы унять приступ. Только через пол часа, когда посторонние покинули комнату, она продолжила. Уже гораздо тише, и чуть менее пафосно.

– Юнк, возьми бумагу с гербом ордена. Валлет, принеси мою печать из кабинета. Раз Бесстрашный обвиняется в запрещённом колдовстве… значит я должна сделать всё, чтобы он не смог снова сотворить злодеяние в сердце нашей страны. – Сказав это абсолютно серьёзно, она не смогла сдержать коварной улыбки.

***

Вдали от наезженных торговых дорог, в нескольких часах пешего хода от столицы стоял ничем не примечательный придорожный трактир. Два этажа, приусадебное хозяйство, небольшая кузня, конюшня, хозяин – старый наёмник в отставке и дурацкое название “Куча”, -типичные атрибуты подобного заведения. Даже внимательный глаз королевских егерей не увидел бы здесь ничего особенного. Разве что разбойники в этих местах никогда не делают засад.

Большинство решило бы что это из-за того, что тут некого грабить: одни крестьяне да пастухи. Отчасти так и было, но истинная причина крылось в другом.

Этот трактир являлся тайным местом встречи крысиных баронов, поэтому они сами не промышляли на этой территории и “волкам” не давали.

Благодаря этому простому, но хитрому трюку, во время облав стража в эту сторону даже не смотрит. Какой смысл тратить время и посылать людей туда, где мухи дохнут от скуки? Верно – никакого.

Знали об этом месте далеко не все преступники в столице. Лишь главари крупных шаек и их самые верные люди.

В центре первого этажа стоял массивный круглый стол с девятью пустующими стульями. В дальних частях огромного зала, в ожидании остальных, коротали время четверо крысиных баронов. Главари банд сидели отдельно друг от друга за небольшими столиками в компании своих подручных и попивали нечто напоминающее пиво. По цвету.

Краснобай, так прозвали хозяина, заблаговременно отпустил барда и дал повару с подавальщицами выходной, оставив из прислуги лишь тех, кто был в курсе статуса сегодняшних гостей.

Один из слуг, дежуривших на крыше, подал сигнал о всадниках на дороге. Через пару минут он же отрапортовал “свои”. Гости слегка успокоились и до поры припрятали оружие.

Дверь открылась, и в зал вошли двое мужчин. Молодой красавец в богатом дорожном плаще с модной бородкой и щегольским пером диковинной птицы на шляпе, за ним следовал молчаливый и невзрачный телохранитель.

– Здоров, Фазан! – Улыбчивый толстяк за одним из столов приветливо помахал вошедшим куриным бедром.

– И тебе здоровья, Пуз. Приятного аппетита. Ты, кажется, похудел.

– Да иди ты… – Главарь одной из крупнейших шаек притворно испугался, затем заржал и ещё сильней вгрызся в мясо.

Тот, кого назвали Фазаном, не стал садится отдельно, а сразу занял место за общим столом.

– Рано. Подковы ещё нет и хрен знает, когда будет. – Бандит с тремя пальцами на левой руке флегматично отхлебнул из кружки и громко рыгнул.

– Его и не будет. Подкова сказал: «Чтобы там не случилось, Червь не прав». А ещё он добавил, что вонючий кусок дерьма получил своё, туда ему и дорога. – Фазан снял шляпу, погладил перо и знаками показал трактирщику, что хочет выпить.

Остальные лидеры преступных группировок тоже стали подтягиваться за общий стол.

– Пятипалый, говорят Топор так и не оклемался после встречи с тобой. – Толстяк вытер жирные руки о штаны и дружески похлопал соседа по плечу.

– Шоб он сдох. – Бандит без двух пальцев на левой руке брезгливо стряхнул крошки.

– Кто знает, что с Губаном? Я его не видел с тех пор как вернулся. Торба, ты что-нибудь слышал? – Фазан был явно в хорошем настроении, хотя повод для встречи был не из приятных.

Дело было даже не в том, что собравшиеся скорбели по Червю, а в переменах. Баланс сил на улицах резко изменился, а значит, если они не договорятся, предстоит делёж территории и новая война между бандами. Отсутствие трёх из восьми крысиных баронов, с одной стороны, облегчало поиск консенсуса, а с другой – снижало его легитимность. Так мог бы сказать кто-то из главарей, если бы знал такие слова. Хотя некоторые из собравшихся были намного умней, чем показывали…

– А я откуда знаю? Шерстью оброс, да на луну воет! А чё ты у меня-то спрашиваешь? – Долговязый мужик лет пятидесяти в халате свободного кроя подозрительно посмотрел на Фазана.

– Так его люди, вроде бы, к тебе идут. Может слухи какие слышал? – Фазан сделал невинное выражение лица.

– Нет, ничего не слышал. Всё пиздёж. – Торба всё больше нервничал и уже потянул руки к оружию, спрятанному под одеждой.

– Да не ссы ты. – Последним к столу подошёл мускулистый старик с лёгкими нечеловеческими чертами во внешности. – Все и так знают, что ты на его кормушки руку положил.

– Свин? – старик обернулся и с удивлением посмотрел на полуорка. Затем, решив для себя что-то, его лицо вдруг резко успокоилось, как будто он снял маску. – А если и так? Через месяцок, о его территории потолкуем?

– Потолкуем… – Свин ещё немного поиграл с человеком в гляделки и сел за стол.

*

Когда все пятеро наконец заняли свои места, трактирщик принёс четыре кружки и одну тарелку.

С той ночи, когда погиб Червь и полегла почти половина его банды, прошло три дня. Выжившие бандиты уже успели расползтись по соседним группировкам и рассказать там во всех подробностях (даже тех, которых не было), что же произошло в хромом доме.

Не смотря на подъём устного народного творчества, медные гроши и крепкие затрещины всё же помогли отделить правду от вымысла, а факты от домыслов; и восстановить, более-менее, точную картину произошедшего.

Всё началось с того, что у одной из проституток Червя завёлся постоянный клиент. Такое иногда бывает, но появился он не у молоденькой смазливой шмары, а у старой (по меркам профессии) Ручейки. Это возбудило любопытство главаря, и тот начал собирать о еёном ухажёре сведения. Довольно быстро выяснилось, что это великовозрастный деревенский простофиля – бастард какого-то западного графа, а может и герцога.

Не стрясти с такого золотишко было просто невозможно. Однако, перед бандитами встала одна загвоздка… Судя по тряпью, пырялу и цацкам (которых не было) отец явно не доверяет сыночку деньги. А значит, выкуп требовать придётся не с героя-любовника, а с его папаши.

Червь придумал нехитрый план, как заманить их жертву, но всё оказалось намного проще. Они даже не успели состряпать лопуху маляву, а он уже был на пороге. Червь быстро раскидал простофиле расклад и они, вроде как, о чём-то договорились… а дальше всё пошло против шерсти.

Приблизительно такой информацией владел каждый из собравшихся. Но из всего этого было абсолютно непонятно, как получилось так, как получилось; и кто, демоны его дери, этот Соу?

На следующее утро далеко не сразу люди поверили в произошедшее, и только ближе к вечеру остальные бароны попытались добыть информацию с улиц, но случилось неслыханное: в район, куда городская стража не заходила со времён Керрита Первого, набежало столько инквизиторов, что даже попрошайки стали обходить мёртвый дом (хромой дом сменил название) десятой дорогой.

Тогда главари банд решили пойти другим путём. Сбор информации доверили Фазану – единственному из крысиных баронов, кто имел свободный доступ во внутренний город. Фазан, он же Тэй’Арон Клеванд, занимался официальными поставками Арсарита для академии и знал некоторых магов.

Оказалось, что в верхнем городе почти ничего не знают о причинах случившегося, зато не прочь потрепаться о самом герое.

*

– Поздравляю, братья, этот бастард оказался магом. – Выдав новость Фазан присосался к кружке и не останавливался пока не осушил её. Затем он тут же заказал вторую и только после вернулся к теме. – Причём магистром-лекарем и очень непростым

Около получаса Фазан рассказывал, как этим летом экспедиция академии где-то на юго-востоке, около крепости Ларха, отбила пленного у кочующих орков. Спасённый оказался иноземным магом, потерявшим память из-за сильного ранения. Даже с помощью мозгодёров[36]36
  Так преступники называют магов, умеющих управлять сознанием человека. В основном это выпускники кафедры чистоты магии – инквизиторы.


[Закрыть] он смог вспомнить только своё имя. Но фамильное не заставило себя долго ждать. Бросившись с голыми руками на одержимого с огненного берега, он заработал себе прозвище Бесстрашный, что и стало его вторым именем, а вскоре и фамилией.

– Я не знаю насколько сильным был тот демон, но что точно известно, этот магистр не проиграл ни одного учебного боя. – Закончив долгий рассказ, Фазан уже было потянулся к выпивке, но вспомнил ещё кое-что. – Более того, говорят он ни разу не получил ни одного ранения. Три дня назад я бы посмеялся над этой байкой, но люди Червя клянутся, что этот Соу даже не замечал, когда ему стреляли в спину…

– Так он не бастард, а какого хера Червь тогда к нему полез, и причём тут какая-то шлюха? – Торба непонимающе уставился на Фазана, но тот утолял жажду и не собирался прерываться ради разъяснений.

– Да срать на его марамоек! Во что этот говножуй нас втянул? – Свин ударил по столу здоровенным кулаком. – Если не отомстим – потеряем власть на улицах; если рыпнемся на магов, нас размажут по этим же улицам… – Запал ярости быстро прошёл, и полуорк продолжил говорить уже гораздо спокойней. – Твою то мать… И что нам с этим магистром делать? Я видел копья, которыми его кололи – ими будто руду дробили. Червь – тварь… даже сдохнуть нормально не смог.

Свин залпом осушил свою кружку, встал из-за стола и начал мерить шагами комнату. Пятипалый задумчиво барабанил двумя пальцами по столу, Пузырь медленно без удовольствия жевал, а Торба зыркал на всех с подозрением. Хозяин харчевни в это время профессионально обновил поляну.

– Погодите, это ещё не всё. Вчера большой круг обвинил Бесстрашного в запрещённой магии, якобы тот проводил какой-то ритуал в доме… – Крысиные бароны с удивлением уставились на Фазана, но тот лишь красноречиво пожал плечами, – это их внутренние дрязги, но от них гнильём смердит за версту. По слухам, ему покровительствует старая ведьма, но она со дня на день отправится к демонам, чтоб они её там драли до конца времён, а тот, кто метит на её место зачем-то хочет убрать этого Бесстрашного. Его лишили титула и арестовали, но отпустили, потому что он дал слово, что не сбежит.

– Хм, – Пятипалый раздражённо цыкнул языком, – нашего брата к палачу волокут ещё до обвинения, а магов домой отпускают даже после…

– Так он никуда не сбежит, а ты сдриснешь тут же… – Свин сам пошутил и сам посмеялся.

– Это плохо… – Пузырь с грустью вздохнул и отодвинул тарелку с жареным мясом. – Как бы нам вслед за Губаном не пришлось в лес бежать.

– Эт чёй то? У меня дела в гору пошли. Вы меня хер сковырнёте сейчас, а через… – Разошедшийся Торба заткнулся, поняв, что чуть не ляпнул лишнего…

– Прошлый раз, когда магистры власть делили, столица по колено в крови и по ноздри в говне плавала. Страна как тухляк лопнула, а ошмётки ещё полвека между собой воевали. – Толстяк вздохнул, взял кусок ароматного мяса, снова вздохнул и со злостью бросил его обратно в тарелку.

– Ты то откуда знаешь, тебя тогда и в помине не было. Твой дед у прадеда ещё в яйцах болтался. – Торбе очень не понравилось предположение Пузыря, о том, что придётся бежать из города.

– Потому что ты книжками жопу подтираешь, а я сначала их читаю… – Толстый главарь банды улыбнулся и чуть пододвинул еду обратно к себе, игнорируя хмурый взгляд товарища по опасному ремеслу.

Торба хотел было потянуться за оружием, но передумал, так как не до конца понял: Пузырь его оскорбил или дал заднюю.

– Делать то что? – Свин вернулся к столу, сел на своё место, но тут же встал. – Фазан, ты с магами якшаешься, предложи что-нибудь, а мы это дело дальше уже обмозгуем.

Молодой (относительно остальных главарей) мужчина поправил перо на шляпе, почесал затылок, наморщил лоб и пожевал нижнюю губу. Остальные лидеры бандитских группировок всё это время пристально смотрели на него и ждали.

– Пуз прав. Надо затихариться и подождать. Да и схроны подальше от города не лишними будут. – Фазан улыбнулся и подкрутил усы. – А всех, кто предъявит нам, что мы жидкого дали, предлагаю посылать за головой этого мага. Тому, кто принесёт дадим территорию Червя, его место за столом и сверху по десятке золотых накинем. А чтоб его кормушки не пропали, мы пока присмотрим за ними. Всё по-честному…

– А кто откажется? Дураков на мага хвост задирать нет. – Торба не унимался. Идея, в целом, ему понравилась, но он был бы не он, если бы не стал спорить.

– А кто заднюю даст… Фазан вместо ответа красноречиво провёл пальцем по горлу. – За базар всегда надо отвечать.

***

Сидя на ступеньках крыльца, граф Аттон выпустил облако горького табачного дыма. Маги не любят этот запах и раздражаются, когда офицеры курят в их присутствии. Кажется, молодой лейтенант Аттон много лет назад завёл трубку только по этой причине, а теперь уже привык.

Из дома вышел Соу, посмотрел на розовеющее утреннее небо над крышами домов, сел рядом и улыбнулся.

– В его то ситуации… Странный малый, причём его странность заразна. – Влад усмехнулся собственным мыслям.

Когда Бесстрашный был магистром, он старался не обращаться к нему с титулом, а если приходилось, то добавлял своё любимое выражение. Теперь, когда Соу лишили звания, почему-то захотелось выказать ему настоящее уважение.

– Видимо я старею… Давно надо было перед тобой извиниться… – Влад выпустил струйку дыма и протянул трубку ученику. Уже бывшему ученику.

– Я завязал. – Бесстрашный покачал головой и с недоверием покосился на мечника. – За что извиниться?

– Не разглядел потенциал. Гордость взыграла, или обида, – да хрен его знает почему… Из-за того, что я относился к тебе как к обузе, не увидел твою силу. Смотрел на неё и не замечал. А ты ведь просил… тогда.

– Да я и сам не разглядел, – Соу поднял руки, сжал кулаки и ощутил, как что-то неуловимое, но очень значительное происходит с ним. Это невозможно было объяснить– только почувствовать.

Аура или духовное тело, сокрытое внутри каждой клеточки, каждого живого существа, активизируется и покидает пределы своей физической оболочки. На десятую, или даже сотую долю миллиметра, но этого достаточно. Теперь его удар… да даже прикосновение, обладает чудовищной разрушительной силой…

– А ведь эта сила всегда была у меня в руках, буквально. – Соу разжал кулаки и странное чувство, будто руки обволокло паутиной, прошло. – Но тогда получается, что вы…

– Давай на ты? – Влад протянул Соу ладонь. Человек даже не сомневался, что бывший магистр примет его дружбу. – Прости, что перебил.

– Хорошо. – Старый и молодой, – два солдафона обменялись крепким рукопожатием. – Так всё-таки ТЫ был прав, мне нет смысла учиться с мечом? – Соу сформулировал мысль, которая мучила его уже третий день, с того самого момента, как в хромом доме он осознал свою силу.

Чужая, заёмная, краденая, подаренная или полученная по ошибке – она огромна, просто невероятна, по меркам этого мира. Это факт. Он его осознал и принял. С тех пор Соу много думал о природе этой силы и своём отношении к ней… Снова.

На заседании круга, когда его лишили официального статуса, ему в голову пришла аналогия: если бы он оказался один, на вражеской территории, в окружении, и в руки ему попала бы AR16, неужели он не стал бы ею пользоваться? Хрена лысого! Оружие – это лишь оружие, убивает всегда человек. Поэтому он будет заботься о своём оружии, учиться им пользоваться, может быть попробует переделать под себя.

– Есть.

– Что? – Сой задумался и немного выпал из реальности.

– Тебе есть смысл учиться владеть мечом, и неплохо бы щитом. Потом ещё освоишь чекан и копьё, но только после того, как научишься махать мечом как дворянин, а не пьяный крестьянин.