Текст книги "Мясная Башня. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Павел Белянов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Глава семнадцатая. Нижний карман

Хмара пришла к ним сама, и это было первый раз.

Она вошла в дом без стука, встала в дверях и оглядела всех четверых, и в руках у нее был короб, обвязанный тряпкой.

– Слепень сказал, вы идете в нижний карман, жуткий биом, – сказала она.

– Идем, – сказал Костя.

– Завтра?

– Сегодня к вечеру выспимся, выйдем утром.

Хмара поставила короб на пол и стала разматывать тряпку.

– Раздевайтесь, – сказала она. – Все четверо. По одному, начиная с бабы.

– У нас нет денег на тебя, – сказал Костя. – У нас есть сто шестнадцать искр на всех, и они все уйдут в лавку.

Хмара выпрямилась и посмотрела на него.

– Я разве спросила, сколько у вас денег? – сказала она.

Она работала три часа.

Нору она смотрела первой и дольше всех. Сняла лубок, ощупала руку от плеча до кисти, надавила в двух местах, и Нора зашипела. Потом Хмара развязала короб до конца, и Костя увидел, что внутри стоят склянки, обернутые в мокрую тряпку, и склянок восемь.

Она достала одну и посмотрела на нее в свет.

(Эликсир полного исцеления. Очень редкий. Затягивает и сращивает все, что можно срастить. Снимает порчу и хворь. Не возвращает утраченное. Цена продажи: 80 искр.)

Дэн увидел строку и приподнялся на локте.

– Восемьдесят, – сказал он. – Хмара. Это восемьдесят искр.

– Я умею читать, милый.

– Ты нам его дашь?

– Я вам два дам, – сказала Хмара.

Первый она открыла и вылила Норе в ладонь.

– Пей, – сказала она. – И не морщься, оно горькое.

Нора выпила.

Костя смотрел, и первые секунд десять не было ничего. Потом Нора вдруг выгнулась и охнула, и схватилась правой рукой за левое плечо.

– Терпи, – сказала Хмара. – Оно кость собирает. Оно сейчас поставит все на место, а место одно, и ты его сама на четыре дня сдвинула.

Нора терпела с полминуты, и лицо у нее было белое.

Потом она разогнулась и подняла левую руку.

Она подняла ее над головой, повернула кисть, сжала кулак и разжала. И еще раз.

(Состояние: Нора. Перелом левой плечевой кости сращен. Ограничений нет.)

– Ох, – сказала Нора.

Она встала, взяла со стены свой новый лук, и натянула его до конца, до самого уха, и держала так, и Костя видел, как у нее дрожит тетива под пальцами.

Она отпустила ее медленно.

– Хмара, – сказала она.

– Не благодари, – сказала Хмара. – Меня благодарить противно, я от этого делаюсь дурная. Садись, дай посмотрю пацана.

Дэна она смотрела недолго.

– Кости целые, дышит нормально, внутри не течет, – сказала она. – А порча?

– Двое суток еще, – сказал Дэн.

– Второй эликсир на тебя не потрачу. Порча сама сойдет, а эликсир вам понадобится внизу, когда у кого-нибудь будет висеть рука. – Хмара порылась в коробе и достала маленькую склянку, темную. – Вот. Это не то, это простое. Выпьешь перед сном, и оно тебя вырубит на четыре часа, порча не порча.

– А потом?

– А потом опять каждый час. Но четыре часа сна перед рейдом это четыре часа сна, милый.

Дэн взял склянку и держал ее двумя руками.

– Спасибо, – сказал он.

– Ну вот, начал, – сказала Хмара и отвернулась к Бьорну.

Бьорна и Костю она собрала за час.

Бок у Бьорна она вычистила заново, зашила там, где расходилось, и заставила его сидеть неподвижно, что было тяжелее всего остального. Костино бедро она распустила и стянула по-новому.

Лицо она смотрела последним.

– Шрам будет, – сказала она. – Я тебе говорила.

– Пусть.

– От брови до челюсти, милый. Ты будешь с ним ходить всю дорогу, и тебя будут по нему узнавать.

– Пусть узнают.

Хмара усмехнулась и убрала руки.

(Состояние: Костя. Раны обработаны. Останется рубец.) (Состояние: Бьорн. Раны обработаны.)

Потом она завязала короб, оставила на полу две склянки очень редкого и пошла к дверям.

В дверях остановилась.

– Слушайте, – сказала она. – Я вам это скажу и уйду, и потом не буду говорить.

– Говори.

– За четыре года через эту деревню прошло отрядов больше, чем я могу вспомнить. – Хмара стояла и держалась за дверной косяк. – Я их всех штопала. И я вам скажу так: вы четвертый отряд, который идет за своим, а не за деньгами. Три предыдущих не вернулись.

Она подумала.

– И еще: они все шли без лекаря, – сказала она. – А у вас лекарь есть. Он у вас за старшего ходит, что глупо, но он есть.

И вышла.

В лавке они сидели два часа.

Костя первый раз в Башне не торопился в лавке, и это оказалось приятнее, чем он ждал. Они выложили все деньги прямо на прилавок.

– Сто шестнадцать, – сказала Нора. – Восемьдесят один общих, двадцать шесть Костиных, девять Бьорна.

– Все в котел, – сказал Костя.

– Ты понимаешь, что это все, что у нас есть? – сказала Нора. – Мы выйдем из этой лавки нищими.

– Мы выйдем из этой лавки одетыми, – сказал Бьорн. – Это разные вещи, и вторая лучше.

Все посмотрели на него.

– Это он говорил, – сказал Бьорн. – Не я.

– Тогда по порядку, – сказала Нора. – Костя. Ты без щита уже давно.

– Знаю.

– Открой свое.

Костя открыл свою полку и нашел строку, которую видел уже дважды и оба раза проходил мимо.

(Обитый щит послушника. Необычный. Липа, обтянутая шкурой, окованный обод. Броня: 3. Прочность 8/10. Особое: приняв удар, направленный в стоящего рядом, вы получаете половину урона. Требуется уровень: 7. Цена: 32 искры.)

Он смотрел на нее и молчал.

– Ты его в прошлый раз не взял, – сказала Нора.

– Не взял.

– Ты взял мне стрелы и себе плетеный за четырнадцать.

– Взял.

– А я это заметила и потом три дня молчала. – Нора ткнула в строку. – Тридцать два, Костя. Берешь.

– Это четверть всего.

– Ты идешь в четыре пещеры, где сидит то, чего мы не видели, и ты пойдешь впереди, и ты будешь принимать за нас урон, потому что иначе никак, – сказала Нора. – Берешь.

Костя взял.

(Приобретено: Обитый щит послушника. Остаток: 84 искры.)

Щит сел на руку иначе, чем плетеный. Он был тяжелее и глуше, и когда Костя стукнул по нему кулаком, он не хрустнул. Он отозвался низко, как дверь.

– Стрелы, – сказала Нора.

– Сколько тебе.

– Тридцать. Три связки граненых.

– Восемнадцать искр, – сказал Костя.

– Восемнадцать. И я тебе объясню, почему тридцать, а не десять. – Нора положила ладонь на прилавок. – Я четыре дня не стреляла. У меня рука сегодня встала на место, и она мне сейчас верит, а через пять часов боя перестанет. Мне надо иметь возможность промазать. Я четыре дня жила без права на промах и больше не хочу.

(Приобретено: Стрелы граненые, 3 связки. Остаток: 66 искр.)

Дальше пошли зелья, и вот тут они впервые за всю дорогу купили не только лечебное.

– Четыре малых исцеления, – сказала Нора. – Двадцать.

– Мало.

– У нас два очень редких от Хмары. Значит, шесть на четверых, и это лучше, чем мы когда-либо имели.

(Приобретено: Эликсир малого исцеления, 4 шт. Остаток: 46 искр.)

– Теперь другое, – сказала Нора. – Костя, посмотри вот на это. Мы это никогда не брали, потому что вечно не хватало.

(Зелье стойкости. Один час. Выносливость +2, боль глуше, кровь идет медленнее. Цена: 4 искры.) (Эликсир бодрости. Возвращает силы, снимает усталость на время. Цена: 3 искры.) (Эликсир твердой руки. Ненадолго убирает дрожь и страх. Цена: 3 искры.)

– Стойкости два, – сказала Нора. – Бодрости два. Твердой руки два.

– Зачем твердой руки?

– Затем, что у нас четыре уровня пещеры, – сказала Нора. – Мы будем внизу сутки, а может, двое. На вторые сутки у Дэна затрясутся руки, потому что он не спит. А это три искры.

Дэн открыл рот и закрыл.

(Приобретено: Зелье стойкости 2 шт. Эликсир бодрости 2 шт. Эликсир твердой руки 2 шт. Остаток: 26 искр.)

– Теперь то, о чем никто не думает, – сказала Нора.

Она развернула другую часть списка, ту, которую Костя за все дни ни разу не открывал.

(Факел смоляной. Горит два часа. Цена: 1 искра.) (Провизия, четыре дня на человека. Цена: 3 искры.) (Веревка пеньковая, двадцать шагов. Цена: 3 искры.)

– Десять факелов, – сказала Нора. – Десять искр.

– Десять? – сказал Дэн. – Зачем десять, у нас есть три.

– У нас есть три факела по два часа, – сказала Нора. – Шесть часов света на четыре уровня пещеры. Ты хочешь драться с тем, что живет внизу, в темноте, потому что мы сэкономили семь искр?

(Приобретено: Факел смоляной, 10 шт. Остаток: 16 искр.)

– Еда, – сказала она. – Четыре дня на четверых, двенадцать.

– Мы там столько не будем.

– Мы там будем столько, сколько там будем, – сказала Нора. – Я один раз сидела в тихой зоне четыре дня, потому что снаружи стояло то, что не уходило. У меня была одна лепешка.

(Приобретено: Провизия. Остаток: 4 искры.)

– И веревка вторая, – сказала Нора. – Три.

(Приобретено: Веревка пеньковая. Остаток: 1 искра.)

Она посмотрела на цифру и сказала:

– Одна искра. Красиво.

Лавочник все это время сидел на своем чурбаке и слушал.

Он был мужик лет пятидесяти, лысоватый, с глубоко посаженными глазами, и Костя за десять дней не слышал от него больше пяти слов подряд.

Сейчас он встал.

– Это ты в карман идешь? – сказал он.

– Я.

– С этими тремя?

– С этими тремя.

Лавочник посмотрел на них по очереди. Долго посмотрел на Бьорна.

– Ты друид, – сказал он.

– Друид, – сказал Бьорн.

– Оборот и что еще?

– Пока только оборот в медведя.

Лавочник постоял, потом полез под прилавок и стал там возиться. Он возился минуты две и вылез с деревянным тубусом, обмотанным просмоленной тряпкой.

Он положил его на прилавок и подтолкнул к Бьорну.

(Свиток призыва: Огненный элементаль. Редкий. Одноразовый. Призывает служителя огня на короткое время. Требуется класс: Друид, Заклинатель либо Жрец. Цена продажи: 120 искр.)

Бьорн прочел и не взял.

– Сто двадцать, – сказал он.

– Сто двадцать, – сказал лавочник.

– У нас одна искра.

– Я знаю, сколько у вас искр, я тут сидел и слушал, как вы делите, – сказал лавочник. – Бери.

– Я не могу это взять.

– Можешь. – Лавочник сел обратно на чурбак. – Он у меня лежит четырнадцать месяцев. Ко мне за это время зашло два друида. Первый не мог заплатить. Второй мог, и я ему продал, и он ушел на четвертый этаж и не вернулся.

Он посмотрел на Бьорна.

– С тех пор он у меня лежит, и я его каждое утро вижу и каждое утро думаю про того второго, – сказал лавочник. – Бери, мужик. Мне надоело.

Бьорн взял тубус.

Он держал его в лапище, и тубус в ней смотрелся как палочка, и Костя видел, что здоровяк не знает, что сказать.

– Я его верну, – сказал он наконец.

– Свитки не возвращают, – сказал лавочник. – Они одноразовые.

– Я тебе другое верну.

Лавочник махнул рукой.

(Получено: Свиток призыва: Огненный элементаль.)

Хорна с Вехой они нашли у лечебницы к вечеру.

Хорн сидел на земле у стены, прислонившись, и дышал коротко, потому что три ребра. Веха стояла рядом, и на щеке у нее темнел свежий шов от глаза к челюсти.

– Мы идем в карман завтра, – сказал Костя. – Утром.

– Знаю, – сказал Хорн. – Тут все знают, тут деревня.

– Идите с нами.

Хорн поднял голову.

– Мы возьмем поровну, – сказал Костя. – Двести искр надвое, дроп надвое, сундук с того, кто внизу, дают каждому, кто был. Вас двое, нас четверо, и с вами у нас шесть, а нам надо шесть.

– Нам надо шесть, – сказал Бьорн.

Хорн смотрел на него и молчал.

Потом он сказал:

– Веха, покажи ему.

Веха расстегнула ворот и оттянула его вниз.

Под ключицей у нее была вмятина. Не рана, а именно вмятина, будто вдавили кулаком и оно так осталось, и кожа поверх была натянутая и глянцевая.

– Грудина треснула в трех местах, – сказала Веха. – Я вдыхаю до половины. Я лук натягиваю до половины. Хмара говорит, шесть недель, и это она меня успокаивает.

Она застегнула ворот.

– А у него три ребра и нет меча, – сказала она. – И он вам будет говорить, что пойдет, потому что он такой. Так вы его не слушайте.

Хорн засмеялся и тут же сморщился.

– Я не пойду, восьмой, – сказал он. – Я бы пошел, и я бы вас там угробил, потому что я в этом состоянии буду тем, кого несут.

Он помолчал, потом сказал:

– Дай мне минуту.

Он поднялся, держась за стену, и ушел в лечебницу, и вернулся через минуту, и в руках у него было древко, обмотанное тканью.

Он бросил его Косте.

Костя поймал и развернул.

Полотнище было темное, тяжелое, плотнее, чем то, что у них было в мертвом лесу. По нему шел шитый узор, старый и стертый, и Костя не разобрал, что там было изображено.

(Отрядное знамя. Редкое. Полотнище на древке из черного дерева, шитье вытерто до основы. Пока воткнуто в землю рядом с отрядом: Воля всех в отряде +3, прочие характеристики +2. Внимание: знамя раздражает все, что живет в темноте. Твари стремятся уничтожить его в первую очередь. Древко крепкое. Требуется уровень: 9. Цена продажи: 140 искр.)

Глава восемнадцатая. Свежие

Второй уровень был мокрый.

Лестница вывела в галерею, и по галерее с потолка текло, и на полу стояла вода в две ладони, и в этой воде лежало то, что упало сверху за годы.

Костя шел первым и водил факелом по потолку, потому что помнил вешателей.

Он их и нашел.

На потолке галереи, между наростов, сидели твари. Они сидели плотно, и были плоские, того же цвета, что камень, и Костя увидел первую только потому, что она подобралась.

(Плевун. Уровень 9.)

– Потолок! – заорал он.

Плевун выстрелил.

Костя успел поднять щит, и по щиту ударило, и он услышал шипение.

Он опустил щит и посмотрел.

По окованному ободу и по шкуре шла пена, и она ела дерево на глазах, и Костя видел, как оно чернеет и проваливается.

(Обитый щит послушника. Прочность: 8/10 → 5/10.)

– Оно кислотой плюет! – заорал он. – Не подставлять железо, отходить!

Плевунов было девять, и они сидели по всей галерее, и это оказался худший бой из всех, что были у них в тот день.

Они не подходили. Они сидели вверху и стреляли сверху, и подойти к ним было нельзя, потому что потолок шел в четырех метрах.

– Нора! – крикнул Костя.

– Работаю!

Нора стояла в воде посреди галереи, с луком, и Костя первый раз за четыре дня увидел, как она стреляет с двумя руками.

Она била снизу вверх, в потолок, и била теми самыми гранеными, которых у нее теперь было тридцать, и била без спешки, по одному, и каждый раз какая-то плоская дрянь отваливалась от камня и падала в воду с плеском.

(Убит: Плевун, ур. 9. Добивающий удар: Нора.) (Убит: Плевун, ур. 9. Добивающий удар: Нора.)

– Вот за это, – сказала Нора, натягивая, – вот за это, Костя, я тебе прощаю плетеный щит за четырнадцать искр.

Третьего она сняла, и четвертого.

А пятый попал в нее.

Костя увидел это краем глаза.

Плевок пришел ей в левое плечо, в то самое, которое сегодня утром собрала Хмара, и Нора закричала и уронила лук в воду.

Костя добежал в три прыжка.

Он схватил ее за ворот и дернул на себя, и своим телом закрыл от потолка, и почувствовал, как по спине его доспеха ударило и зашипело.

(Стеганый доспех келейника. Прочность: 9/10 → 6/10.) («Обитый щит послушника»: вы приняли удар, направленный в стоящего рядом. Урон снижен вдвое.)

Он выволок ее из-под этого места и посадил у стены.

Плечо у нее дымилось. Кожа сошла с ладонь, и под ней было красное.

– Рука? – сказал Костя.

– Рука работает, – сказала Нора сквозь зубы. – Оно сверху взяло, оно не глубоко.

Она подобрала лук из воды, обтерла тетиву о штанину и встала.

И достала пятого.

Последних четверых сжег Бьорн.

Он не оборачивался, в галерее было тесно. Он взял у Кости факел, намотал на него смолы, которую они несли для факелов, и швырнул в потолок.

Смола прилипла и горела, и потолок в том месте занялся, и плевуны посыпались вниз горящими лепешками.

(Уничтожено: Плевун, 9 из 9.) (Костя: опыт +30%. Уровень повышен: 9 → 10.) (Дэн: опыт +38%.) (Бьорн: опыт +30%. Уровень повышен: 9 → 10.) (Нора: опыт +30%. Уровень повышен: 9 → 10.) (Доступны сундуки: Костя, Бьорн, Нора.) (Уровень второй зачищен.) (Получено: 44 искры.)

А потом пошло то, чего они не ждали.

Костя почувствовал это раньше, чем прочел.

По телу прошло тепло, снизу вверх, от ног к горлу, и в этом тепле ушла боль в бедре, которую он таскал третий день, и стянуло содранную половину лица так, что он ее перестал чувствовать.

(Достигнут десятый уровень.) (Рубеж. Тело выправлено. Все повреждения устранены.)

Он поднял руку и потрогал лицо.

Кожа была на месте.

– Ох, – сказала Нора.

Она стояла у стены и смотрела на свое плечо, где минуту назад дымилось, и там больше не дымилось. Там была новая кожа, светлее прежней.

Бьорн задрал рубаху и посмотрел на бок, который ему дважды рвали и дважды штопали.

Шва не было.

– Двадцать два года, – сказал он.

– Что?

– Двадцать два года я ходил с рукой, которую мне лебедкой прижало в первый сезон.

– Бьорн сжал и разжал кисть. – Оно и ее выправило.

Дэн стоял в воде и смотрел на них троих, и лицо у него было такое, что Костя понял все раньше, чем пацан открыл рот.

– А я на девятом, – сказал Дэн.

Дальше пошли строки, и Костя стал читать, и понял, что читает то, чего не видел ни разу с первого этажа.

(Рубеж десятого уровня. Открыта новая ступень способностей.) (Вам предложено две способности. Выберите одну. Вторая будет утрачена.)

(«Щит веры». Раз в бой. Ставит над отрядом короткое прикрытие, снижающее весь входящий урон вдвое.)

(«Ты не один». Раз в бой. Мгновенный рывок к союзнику, получающему смертельный удар. Работает только в сторону союзника.)

Костя прочел оба и выбрал за две секунды.

– Второе, – сказал он вслух.

– Не читая? – сказала Нора.

– Читая.

– Костя, – сказала Нора. – Первое лучше. Первое на всех. Второе на одного, и то раз в бой.

– Знаю.

– Тогда почему?

Костя стоял в воде по голень, среди горелых плевунов, и объяснять это не собирался. Потом решил, что объяснит один раз, потому что иначе они будут думать, что он дурак.

– Пятнадцать шагов, – сказал он. – Столько было от меня до Гаса в первом зале.

Нора молчала.

Он повернулся к ней.

– Я всю дорогу опаздываю на несколько шагов, – сказал он. – Мне не нужен купол. Мне нужно доходить.

(Выбрано: «Ты не один». «Щит веры» утрачен.)

И следом, сама собой, встала еще строка.

(Пассивно: «Чужая ноша легче». Когда вы лечите или вытаскиваете союзника, ваша броня на короткое время повышается.)

Костя прочел ее и усмехнулся невесело.

– Оно меня хвалит, – сказал он.

Бьорн читал свое долго, и по лицу у него ходило.

(«Призыв: Сокол». Один час. Откат три часа. Служитель воздуха, видит сверху и приносит увиденное вам.)

(«Призыв: Волчица». Один час. Откат три часа. Спутница держит землю и подчиняется только вам.)

– Сокол, – сказал Дэн сразу. – Бьорн, бери сокола! Он будет летать и смотреть, у нас же нет никого, кто смотрит!

– Мы под землей, – сказал Бьорн.

– И?

– Тут неба нет, пацан.

Дэн открыл рот и закрыл.

– И вот еще, – сказал Бьорн. – Я вам четыре раза не обернулся, потому что не влез. В галерее не влез. В коридоре не влез. На карнизе не влезу. Медведь большой.

Он ткнул в нижнюю строку.

– А эта влезет, – сказал он.

(Выбрано: «Призыв: Волчица». «Призыв: Сокол» утрачен.) (Пассивно: «Толстая шкура». Броня повышена постоянно, в любой форме.) (Спутница получит имя при первом призыве.)

– Ну так зови! – сказал Дэн.

– Час она стоит, – сказал Бьорн, – и три часа потом ее нет. Я на тебя ее тратить не буду, чтобы ты посмотрел.

Нора думала дольше всех.

(«Метка охотника». Стрела помечает цель. Все атаки вашего отряда по помеченной цели наносят повышенный урон.)

(«Двойной натяг». Из одной наложенной стрелы в полете становится две.)

– Второе, – сказал Костя. – Нора, бери второе. Ты четыре дня жаловалась на стрелы, а это вдвое.

– Не возьму.

– Почему?

Нора опустила лук и посмотрела в тот конец галереи, где начинался колодец вниз.

– Потому что внизу сидит четырнадцатый, – сказала она. – А у нас десятый, десятый, десятый и девятый.

Она подняла руку и выбрала.

(Выбрано: «Метка охотника». «Двойной натяг» утрачен.) (Пассивно: «Экономия». Каждая выпущенная стрела с малым шансом остается целой и не расходуется.)

– Мне не надо стрелять чаще, – сказала она. – Мне надо, чтоб мы били сильнее. Все.

Костя посмотрел на нее и ничего не сказал, потому что говорить было нечего.

Она только что выбрала то, что не дает ей ничего лично.

Про сундуки Костя вспомнил уже у колодца, когда Нора собирала из воды свои граненые.

Он поднял строку.

(Сундук доступен: Костя.) (Сундук доступен: Бьорн.) (Сундукд оступен: Нора.)

– Открывай, – сказал Дэн, заглядывая ему через плечо, хотя чужих строк видеть не мог и знал это.

Костя не открыл.

Он стоял над черной водой и думал про тот сундук, и меч, который был ему тогда не по уровню, и про приписку «носи его», от которой у него до сих пор холодело под ребрами, если вспомнить ее целиком.

– Не сейчас, – сказал он.

– Почему?!

– Потому что я один раз уже взял тут подарок, – сказал Костя, – и до сих пор не понял, за что.

– Если там броня, – сказала Нора, – ее надо надевать. Значит, свою снимать. Значит, стоять раздетой посреди пещеры, где у нас за спиной по лестнице идет лысый. – Она затянула колчан. – Я подожду.

– И вот что еще, – сказал Бьорн. – Он сзади и он смотрит. Пусть смотрит на то, что у нас есть. А не на то, что нам дали.

Костя кивнул и опустил строки.

– Выйдем из кармана – откроем все три, – сказал он. – А тут ничего не берем.

Голоса сверху стали ближе, когда они дошли до второго колодца.

Теперь было слышно яснее. Шли шестеро, шли шумно, и один из них громко ругался, и Костя узнал этот голос, потому что слышал его в мертвом лесу и в деревне.

– Ждем? – сказал Бьорн.

Костя подумал.

– Идем, – сказал он. – Пусть идут за нами.

– Мы им расчищаем, – сказала Нора. – Ты понимаешь, что мы им расчищаем?

– Понимаю. И мы все равно идем первыми, потому что первый берет сундук с того, кто внизу, а второй берет то, что осталось.

Третий уровень был высокий.

Лестница вывела их на карниз, и карниз шел по стене огромного зала, и зал этот уходил вниз метров на двадцать, и вверх дальше, чем брал факел.

Внизу, на дне, что-то было.

Костя лег на карниз и посмотрел.

Дно зала было устлано коконами.

Они лежали ковром, серые, влажные, размером с человека, и Костя это видел раньше, в склепе Плакальщицы, и от этого воспоминания у него свело живот.

Только там их было восемь.

Здесь их было несколько сотен.

– Ох, едрить колотить, – сказал Дэн.

– Тихо, – сказал Костя.

Он лежал и смотрел, и через минуту увидел, что по коконам ходят.

Они ходили между коконов на длинных ногах, высоко поднимая их, как ходят птицы по мелководью, и они были тонкие и суставчатые, и у них не было головы. Был вырост, направленный вниз.

Они наклонялись к коконам и вставляли этот вырост, и держали.

(Кормилец. Уровень 11.)

– Они их кормят, – прошептала Нора.

– Что?

– Костя. Они их не жрут. Они в них вливают.

И вот тут Костя понял, что это за место.

Он лежал на карнизе, смотрел на несколько сотен коконов, в которых кого-то держали живым и подкармливали, и на длинноногих, которые ходили между ними и обслуживали, и понимал.

Это была не нора и не логово.

Это был склад.

– Их тут держат, – сказал он вслух. – Ребята, их тут держат живыми. Специально. Их тут запасли.

– Для чего? – сказал Дэн.

Костя не ответил, потому что уже знал ответ и не хотел его говорить вслух.

Все, что стоит в этой Башне, стоит на людях.

Значит, где-то должны быть люди в запасе.

Он посчитал длинноногих и сбился, потому что они ходили и заходили друг за друга.

Их было шесть.

– Шесть, – сказал он. – Не четыре. Шесть.

– Одиннадцатых, – сказала Нора.

– Одиннадцатых.

Бьорн подполз к краю и посмотрел вниз.

– Карниз, – сказал он. – Три шага в ширину. Спуск по кругу до самого низа. Мы будем на нем полминуты, а они лезут по стене.

– Значит, не спускаемся, – сказал Костя. – Значит, стоим на карнизе и держим, потому что тут они полезут по одному.

Он оглядел их.

– Знамя, – сказал он. – Бьорн, ставь знамя. И слушайте все: с карниза не сходить, вниз не смотреть, назад не отступать. Сзади лестница и по ней идет лысый.

– Вот теперь я призову, – сказал Бьорн.

Он отошел от знамени на два шага, туда, где карниз был чуть шире, присел и приложил ладонь к камню.

Костя ждал слов. Слов не было. Бьорн держал руку на камне и смотрел в стену, и под его ладонью выступила изморозь, тонкая, как на стекле, и разошлась кругом.

Из этого круга вышла волчица.

Камень под рукой Бьорна на секунду стал похож на воду, и она поднялась из него – сначала хребет, потом голова, потом все остальное, – и отряхнулась, как отряхиваются собаки, выйдя из реки, и с нее не упало ни капли.

(Спутник призван. Один час.) (Имя: Явира. Уровень 8.)

Она была Бьорну по бедро, низкая, длинная, узкая в груди. Шерсть темная, почти под цвет камня, и по хребту шла светлая полоса, будто ее кто-то провел пальцем в пыли. Глаза без зрачков, бледные, как разбавленное молоко.

Она не издала ни звука. Ни рычания, ни вздоха. Когти по камню у нее тоже не стучали, и вот это Косте не понравилось сильнее всего остального.

Дэн стоял с открытым ртом.

– Явира, – прочел Бьорн и поморщился. – Я бы иначе назвал.

– А тебя спросили? – сказала Нора.

– Меня и в первый раз не спросили.

Волчица прошла мимо Кости так близко, что он почувствовал бок, и бок был теплый, и головы она к нему не повернула. Она обошла Дэна, коротко и по-деловому обнюхала Норе колено и села слева от Бьорна.

Именно слева. С той стороны, где у него двадцать два года была битая рука.

Бьорн посмотрел на нее сверху и ничего не сказал.

Кормильцы услышали их, когда Бьорн вбивал древко.

Камень под ним отвалился и полетел на дно, и шесть длинных тварей развернулись все разом, и в этом было что-то неправильное. Звери так не разворачиваются. Так поворачивают шесть флюгеров от одного ветра.

(Отрядное знамя развернуто. Воля +3, прочие +2.)

И полезли по стене.

Они лезли быстро. Они цеплялись суставчатыми ногами за камень, и на них не было ничего, что можно назвать телом, и Костя, стоя на карнизе шириной в три шага, понял, что вот тут им придется стоять до конца, потому что уйти было некуда.

Первый дошел через десять секунд.

Он ударил ногой, и нога прошла в двух ладонях от лица Кости, и вторую он принял на щит.

(Обитый щит послушника. Прочность: 5/10 → 3/10.)

Костя ударил мечом по ноге.

(Кормилец не наносил урона вашему отряду. Особое свойство не применено.)

Шесть урона по одиннадцатому уровню. Меч сработал как палка, и Костя выругался вслух.

А потом кормилец достал Бьорна выростом в бок, и Бьорн заревел.

(Кормилец нанес урон вашему отряду.) («Меч поручителя»: удар наносит вдвое.)

Костя рубанул по той же ноге, и она отошла, и тварь качнулась и повалилась с карниза в зал.

– Работает! – заорал он. – Дайте им кого-нибудь укусить, и он работает!

– Отличное оружие, Костя! – крикнула Нора. – Просто чудесное!

Второго она пометила.

Костя увидел, как ее стрела вошла длинному в основание выроста и как по всей суставчатой дряни прошло что-то вроде дрожи, и над тварью на секунду встал знак, короткий, как зарубка.

(«Метка охотника» наложена.)

– Бейте этого! – крикнула Нора. – Все в этого, он помечен!

Костя ударил.

И меч, который минуту назад работал как палка, вошел в ногу так, будто она была из мокрой глины.

Кормилец сложился и упал сам, не дожидаясь второго удара.

(Убит: Кормилец, ур. 11. Метка охотника. Добивающий удар: Костя.)

Костя постоял секунду и посмотрел на нее.

– Вот теперь я понял, – сказал он.

– Работай!

Третий полез с той стороны, где стояло знамя.

Он полез прямо на полотнище, не на людей, и Костя вспомнил приписку в карточке и заорал:

– Бьорн, знамя!

Между Бьорном и знаменем стояли Костя с Норой, и обойти их по трем шагам карниза было нельзя, и Бьорн не побежал.

Он показал рукой.

Волчица ушла с места, и Костя не увидел, как она это сделала. Она была слева от Бьорна, а потом она была у знамени, и между этими двумя вещами не случилось ни звука, ни шороха когтей, ничего.

Она взяла кормильца за суставчатую ногу у самого камня и не стала мотать головой, как мотает собака. Она уперлась всеми четырьмя и потянула назад и вбок, к обрыву,, как тянут упавшее дерево, и нога у твари поехала по камню, и хват сорвался.

(Явира: удержание. Цель сорвана со стены. Добивающий удар: Бьорн.)

Кормилец полетел вниз, и на камне, там, где он держался, осталось темное.

Явира вернулась к Бьорну и села слева.

Четвертый достал Дэна.

Костя видел это и не успел.

Пацан отпрыгнул от первой ноги, но карниз был шириной в три шага, и прыгать было некуда. Он отпрыгнул к обрыву, и вторая нога догнала его и ударила в живот, и Дэна снесло с карниза.

Костя не думал.

Он поднял руку, и в углу зрения у него мигнуло, и мир на секунду стал длиннее.

(«Ты не один» активировано.)

Он не пробежал эти пять шагов.

Он оказался на них, и оказался лицом к обрыву, и его правая рука уже была вытянута, и в ней уже был ворот Дэна.

Пацан висел над двадцатью метрами, и Костя держал его одной рукой, держал крепко, потому что рывок поставил его туда, куда надо, и в той позе, в какой надо.

(«Чужая ноша легче». Броня повышена.)

Он выдернул Дэна на карниз одним движением.

И тварь ударила ему в спину.

Она ударила туда, где секунду назад никого не было, и доспех келейника принял, и «Чужая ноша легче» сработала, и Костю только сбило на колено.

(Стеганый доспех келейника. Прочность: 6/10 → 4/10.)

– Нож! – заорал Дэн.

Костя обернулся.

Кривой нож ловчего, который был у пацана в правой руке, лежал на самом краю карниза, и Дэн потянулся к нему, и нога кормильца прошла по камню и смахнула его вниз.

Костя услышал, как он звякнул где-то там, среди коконов.

Пятого и шестого добивали вместе, и это заняло восемь минут, и в конце Костя не мог поднять щит.

Он его и не поднял.

Щит развалился на пятой минуте, когда кислота, съевшая его на втором уровне, встретилась с прямым ударом суставчатой ноги. Липа лопнула вдоль, обод отошел, и Костя выбросил остатки с карниза и дрался дальше без него.

(Обитый щит послушника уничтожен.)

На третьей минуте Бьорн показал Явире на того, который лез к Норе.

Волчица не пошла.

Она отошла к самому краю карниза, шагах в пяти от того места, куда он показывал, села и стала смотреть вниз, в темноту. Бьорн заорал на нее по имени, и она не повернула головы.

Через две секунды из-за края карниза, в этом самом месте, поднялась суставчатая нога.

Явира взяла ее раньше, чем Костя успел развернуться.

– Ладно, – сказал Бьорн, отдышавшись. – Ладно. Понял.

Нора пометила шестого, и Явира перехватила ему ногу и держала, не давая уйти по стене, и Костя дважды рубанул по метке, и тварь свалилась вниз и там еще шевелилась, и они смотрели, как она шевелится.

(Уничтожено: Кормилец, 6 из 6.) (Костя: опыт +72%. Дэн: опыт +85%. Уровень повышен: 9 → 10. Бьорн: опыт +72%. Нора: опыт +72%.) (Доступен сундук: Дэн.) (Получено: 60 искр.)

Дэн сел на карниз, и его накрыло тем же теплом, которое накрыло их часом раньше.

(Достигнут десятый уровень.) (Тело выправлено. Все повреждения устранены.) (Рубеж десятого уровня. Открыта новая ступень способностей.)

– Костя, – сказал Дэн. – У меня тоже две.