Текст книги "Медные трубы (СИ)"
Автор книги: Палома Оклахома
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)
– Ужас какой-то… Как власти допустили подобное? – сухо выкрикнул крепкий мужчина, сжимая в руках телефон.
– Это правда? Это вообще реально? – фальшиво хлюпнула носом девушка-консультант.
– Немыслимо!
– Безобразие!
Колли медленно перевел взгляд на толпу. Мужчина, который всего пару минут назад раздраженно сокрушался, что не может скачать приложение из-за разрядившейся батарейки, теперь размахивал руками, громче всех выкрикивая возмущения о «беззаконии». Девушка, восторженно наградившая овациями «курьеров», вдруг заговорила о правах человека, осторожно поглядывая на окружающих, словно проверяя, достаточно ли убедительно звучат ее слова.
Колли чувствовал, как внутри поднимался тяжелый ком ярости. Ему было достаточно одного взгляда, чтобы разоблачить неумелую актерскую игру: каждое слово звучало фальшиво, а маски добродетелей выглядели нелепо и лицемерно.
Прошло несколько долгих минут гнетущего молчания, прежде чем экран снова ожил. Коля, стараясь собрать остатки самообладания, подтянул Вету к себе и крепко обнял. Она едва держалась на ногах. Помехи исчезли, и в дрожащем свете экрана снова вырос ведущий – его холодная, насмешливая улыбка осветила темноту.
– Приносим извинения за задержку! Техническая накладка, – произнес он с фальшивой учтивостью. Его голос капал ядом. – Но мы вернулись, и теперь самое время обратить внимание на вторую нашу звезду. О, что за чудо природы! Даже в таком состоянии она выглядит просто… завораживающе. Давайте приблизим камеру, чтобы насладиться зрелищем в деталях!
Камера медленно подалась вперед, спецэффекты исчезли, словно была сорвана искусственная завеса. Заставка растворилась, обнажая суровую и болезненную реальность.
Из-под клетчатой рубашки, покрытой пятнами крови, проглядывал кружевной топик. Руки были стянуты так туго, что косточки плеч угрожали прорвать тонкую кожу. Глаза, частично скрытые выбившимися из объемного хвоста прядями, притягивали взгляд с пугающей силой. В них не читалось ни страха, ни мольбы – только бездонная пустота, от мертвенности которой угасала всякая надежда. Безжизненный взор был направлен прямо в камеру, передавая послание, которое не нуждалось в словах.
Колли почувствовал, как внутри него что-то необратимо рухнуло. Сердце прекратило биться, мир вокруг стал черно-белым.
– Лада… – выдохнул он. Голос растворился в шуме толпы.
Глава 36. Тут мог быть эпилог
Самый плохой день на земле лучше миллиона смиренных, проведенных под ней. Теперь я знаю это наверняка. Чувствую каждой клеткой своего тела.
Темнота кажется почти осязаемой или даже живой. Она обволакивает меня, как плотное покрывало, но вместо тепла дарит ощущение удушья. Издалека доносятся чуждые крики – пронзительные и полные отчаяния. Они тщетно пытаются прорваться сквозь толстые стены: звук рикошетит, распадается на обрывки и эхом растворяется в тишине.
Руки пылают. Металлические оковы впиваются в кожу так жестко, что, кажется, вот-вот коснутся костей. Туго стянутые ремнями лодыжки совсем онемели. Любое движение вызывает вспышку боли, будто раскаленное лезвие раз за разом пронзает мое тело.
Вдох – воздух наполняет легкие запахом ржавчины. Выдох – холодный озноб пробегает по позвоночнику, начинается дрожь.
В углу притаилась старая камера. Красный индикатор, прежде ритмичный, как биение сердца бездушного хищника, внезапно погас. Выжидает. Знает, что я не уйду, даже если трансляция оборвется.
Еще одно движение кисти – металл раздирает кожу, теплая кровь струится по запястью, застывая липкими подтеками на светлых манжетах. Нельзя останавливаться. Это последний шанс дотянуться до ботинка. Отмычка все еще должна быть там.
Острая резь вспыхивает ярким огнем, но болевой шок быстро притупляет ощущения. Я понимаю: эта отсрочка продлится недолго, муки вернутся с двойной силой.
Сжимаю зубы, поворачиваю кисть. Вопли снаружи заглушают скрежет застежки. Слышу собственное дыхание – обрывистое, как у загнанного зверя. Еще немного. Щелчок. Правая рука свободна.
Я тут же хватаюсь за ремни на ногах. Конечности отказываются подчиняться, но я не позволю себе потерять контроль. Стяжки ослабевают.
Встаю – ноги дрожат, угрожая свалить меня на холодный настил. Колени подгибаются, но я успеваю ухватиться за стену. Стараюсь двигаться быстро, шаг за шагом приближаясь к проему. Различаю короб проводки, запаянный слоем грубого металла. Он кажется непробиваемым, но я знаю, что доступ к кабелю есть. Он был здесь всегда.
Мои пальцы скользят по бугристым швам, ощупывая каждый сантиметр. Нашла!
Темница сейчас обесточена, правда, это ненадолго: питание скоро вернется, и времени почти не осталось. Вытаскиваю лезвие, аккуратно вшитое в джинсовую отстрочку. Сжимаю в пальцах его холодную поверхность, наклоняюсь к коробу. Перерезать массивные жгуты будет сложно, но мне достаточно лишь надорвать соединение.
Сталь с усилием проникает в провод, и тут же чувствую, как кромка впивается в кожу. Боль – пронзительная, мгновенная. Горячая кровь смочила фаланги, делая их скользкими. Я крепче сдавливаю бритву, не обращая внимания на новые раны.
Металл противостоит. Лезвие греется от трения. Каждая попытка уничтожить прочную обмотку отзывается жжением в ладонях. Провода чуть поддаются, и я вижу оголенную медь. Пальцы дрожат, но я продолжаю царапать.
Слышу легкий гул в соседних отсеках: подача электричества возвращается. Резко убираю руки от кабеля. Красный сигнал вспыхивает, как злой глаз, сообщающий, что скоро я снова окажусь в центре внимания. Трансляция восстановится через секунды.
Опускаюсь на исходное место, заставляю себя замереть. Скрещиваю руки за спиной – зритель не заметит отсутствия оков.
Голова склоняется набок, глаза устремляются к объективу. Камера направлена прямо на меня – я не отвожу глаз. Снова в прямом эфире.
Охотник уверен в своей силе, пока охота не началась на него.
Глава 37. Безумная теория
Коля так и застыл перед экраном, не в силах пошевелиться, а ведущий продолжал:
– Есть в ней особая мистика – наша темная лошадка Лада Соловьева, Москва! Ну вот вы и познакомились со всеми участницами! Изучайте приложение, делайте ставки, голосуйте за своих любимец! И до встречи в новом эфире! Не пропустите! Первый тур близок, и вас ждет «Церемония кровавого открытия»! – Ведущий откланялся и скрылся за нарисованным занавесом.
Вещание завершилось – экраны телевизоров принялись транслировать привычные каналы, улица постепенно пустела. Зрители спешно расходились по уютным квартирам и офисам, чтобы в кругу близких обсудить жуткую сенсацию. Коля осторожно подал Ветриане руку, помогая подняться со ступеней магазина, к которым она будто приросла. Ее дыхание было сбивчивым, а в расширенных глазах застыла паника. Бордер умел справляться с истериками и точно знал, какие слова подобрать, чтобы помочь человеку перевести дух и взять верх над эмоциями. Но сейчас все было иначе: ни один из проверенных методов не помогал вытащить Вету из ее состояния.
Он усадил подругу на пассажирское сидение и не решался вновь заговорить. Вета подтянула колени к груди, спрятала в них лицо и залилась новым потоком слез.
Скрывшись из виду где-то между дежурной аптекой и входом в торговый центр, Колли не возвращался назад слишком долго. Только теперь Ветриана поняла, что натворила: «Нельзя было оставлять его одного! Он же наглотается таблеток!» В ужасе она распахнула дверь автомобиля, чтобы пуститься на поиски, но, к своему удивлению, тут же наткнулась на Колю, сжимавшего в руках два картонных стаканчика.
– Держи, – негромко проговорил он, протягивая горячий напиток. – Любишь ромашку?
Коля обогнул авто, повернул ключ зажигания и на мгновение замер, глядя в лобовое стекло. Дворники с угрожающим скрежетом прогоняли капли дождя. Погода будто подстраивалась под трагические события. Ветриану трясло, и Коля поспешил включить подогрев сиденья, а после достал из рюкзака тетрадь Лады и принялся листать, периодически проверяя что-то в своем телефоне.
– Коль, – голос Веты был тихим, но твердым, – нам надо вернуть тебя в больницу. – Она подняла на него взгляд, полный отчаяния.
– Дай мне один шанс. – В глазах Коли блеснула упрямая надежда. – Если хоть на секунду почувствуешь, что со мной небезопасно, – только скажи. Я сразу отвезу тебя домой.
– Да я не за себя волнуюсь! Пёсь, я не хочу, чтобы ты умер у меня на руках…
– Ты говоришь, полицейской команде можно доверять? – Коля поспешил подтвердить ясность своего сознания. – Есть пара мыслишек. Я был последним из нас, кто видел Ладу, и это случилось уже чуть более суток назад. Сейчас, в 10:00, она появилась в прямом эфире, где сказали, что «курьеры» доставляли участниц на авто. Это сужает наши поиски до радиуса, примерно равного двадцати четырем часам в пути на машине от Москвы.
Вета нахмурилась, обдумывая его слова.
– Ты уверен в том, что действительно видел ее? – Ветриана старалась не давить, но в то же время не упустить очевидные нестыковки. – Коль, ты был, мягко говоря, не в себе последние дни на студии.
– Я уверен. Это можно проверить по камерам, но уйдет слишком много времени. Вот тебе неоспоримое подтверждение: ни одна другая девушка не оставила бы после себя столь кристальную чистоту в моей комнате. Плюс, – добавил Коля, внезапно оживившись, – Лада передала мне тетрадь.
Он потряс блокнотом, словно картой сокровищ.
– Господи, если бы я хоть раз ее выслушала… – Вета сокрушенно взяла чертежи из рук напарника и попыталась вчитаться. – Нам никогда не вычислить локацию.
– Вет, она сама не понимала, где находится финальное место, но «изнанку» проекта каким-то образом изучила. Думаю, Лада специально отдала себя в лапы похитителю. Добраться к девочкам снаружи было невозможно, и она решила помочь изнутри.
– Этого просто не может быть… Как она поможет им? В ней пятьдесят килограммов веса.
– И очень большое сердце. Смотри дальше: я пролистал чаты и наткнулся на сообщение, что Лука не может найти свою машину. Вчера мы действительно много выпили, и он уехал с тусовки на такси, но тачка оставалась на парковке «Мосфильма». Думаю, Лада забрала ключи из моей спальни. Если объявить машину в розыск, куда-то она нас приведет! Там будут зацепки, записи с камер! А еще посмотри на это. – Коля протянул Вете телефон с открытой на нем фанатской страничкой в социальных сетях. На фото были изображены две молоденькие девчонки в обнимку с Ладой, на заднем плане виднелось здание спортивного комплекса.
– Фото свежее! В прямом эфире она была в этом самом топике! Я звоню полицейским и скажу, что мы едем в отделение. – Вета схватилась за телефон.
– Нет, подожди. Передай всю информацию сообщением. Пока полиция будет работать с реальные данными, мы с тобой проверим вторую теорию.
– Ты знаешь что-то еще?
– Лада из Мурманска. Она как-то сказала мне, что ее папа работал архитектором и иногда брал ее на проект, который, по ее словам, располагался словно между двумя мирами.
– О боже, Коль… Ты же помнишь, как долго за ней наблюдали специалисты. Она была совсем крошкой и могла что-то придумать себе.
– А что, если в ее голове были не больные фантазии? А реальные воспоминания! Они-то и прорвались наружу, когда Лада перестала пить лекарства.
Вета построила маршрут в навигаторе:
– От Москвы до Мурманска ровно двадцать три часа на машине.
– Угу. Подходит под предполагаемый радиус. Но нам лучше не терять столько времени в пути и полететь на самолете.
– Коль. Ты видел себя? Ты не выдержишь давление и низкую концентрацию кислорода.
– Да кому нужен кислород? Главное, чтобы вайфай был! Нам предстоит много чего проверить.
Глава 38. Корни, скалы и волны
VetkaKoketka: Галя, здравствуйте! Это Ветриана Громова, на днях Вы оставили номер для экстренной связи. Мне стало известно, что Лада покинула «Мосфильм» в 05:50 утра 31 июля на желтом тюнингованном «Джип-Гранд-Чероки» 2004 года, зарегистрированном на имя Луки Милова, номера – «Р 404 ОК 77 RUS». Это подтверждают записи с парковки на студии. Архив высылаю отдельно. Лука на связи и готов выполнить все инструкции, необходимые для помощи следствию. Прикладываю его контакты.
Gadget: Ветриана, спасибо! Я знала, что на тебя можно рассчитывать! Буду держать в курсе событий!
VetkaKoketka: отправляет файл…
VetkaKoketka: Галя, высылаю скрин. Изображение выложили в сеть около 08:00 31 июля, но сделали чуть раньше. На фото сухо, а к восьми утра в Москве уже разразился шторм. Лада одета в тот самый топик, в котором появилась в эфире «Медных труб». К снимку прикреплена точная геолокация. Я сейчас общаюсь с автором поста в интернете и скоро вышлю детальную переписку. Контакты прикладываю.
Gadget: Ветриана, мы выезжаем по указанному адресу. Ты очень большая молодец!
* * *
– Вов, как успехи с «чероки»? – Впервые за долгое время Галечка выглядела оживленной.
– Все будет, Галь! – отозвался Чипилов с ноткой самоуверенности. – Только нужно немного времени.
– Марат, а камеры? Есть ли точки видеонаблюдения в районе локации, указанной на фото? – Галя резко обернулась к Дейлакову, сверкнув глазами.
– Скачиваю данные прямо сейчас! – бодро отозвался Марат. – Кое-что уже вытащил. Поехали на место? Посмотрим записи по дороге.
– Ох, там такое большое пространство. Без кинологов даже нечего соваться! – Галя начала заламывать кисти рук.
– Не беда! Запроси у ребят что-нибудь из одежды Соловьевой. Сгодится что угодно: футболка, куртка. Собаки возьмут след.
Gadget: Ветриана, нам нужны личные вещи Лады, чтобы служебные собаки могли ориентироваться по запаху.
VetkaKoketka: Галя, агент передаст все необходимое. Прикладываю ее контакты. Меня, вероятно, не будет на связи несколько часов. Я села в самолет до Мурманска. Не теряйте!
* * *
– Коль, попробуй заснуть, пока мы не взлетели. Иди ко мне, ложись.
– Как-то подозрительно, что нет людей вокруг. – Колли потянулся в просторном кресле и опустил голову Вете на плечо.
– Еще бы! Я выкупила все соседние места.
– Умница. – Коля закрыл глаза.
– Не благодари. Я расплатилась твоей картой. – Вета обняла друга, с ужасом представляя, что их ожидает.
– Ты созвонилась с тетей Лады? Что она сказала?
– Она так плакала, что я почти ничего не смогла разобрать. Ждет нас в гости, скинула адрес сообщением. Как прилетим – отправлю тебя в отель, а сама съезжу пообщаться с ней.
– Только через мой труп.
– Недолго осталось.
* * *
Колли было так плохо в полете, что стюардессы всерьез начали обсуждать возможность экстренной посадки в Петербурге.
Как только проводница с кислородной маской пронеслась по салону, тревога молниеносно распространилась среди пассажиров. Шепот и переглядывания нарастали, люди начали ерзать на своих местах, выясняя, что за суматоха царит в бизнес-классе. Борт находился на высоте двенадцати тысяч метров, и помощи в случае чего ждать было неоткуда.
Стюардессы старались сохранять спокойствие, но было видно, что нервы экипажа на пределе. На призыв по громкоговорителю отозвался врач и быстро взял дело в свои руки. Измерив у Коли артериальное давление, пульс и уровень кислорода в крови, доктор предложил снизить нагрузку на сердечно-сосудистую систему. Маска и баллон давно были наготове.
Быстродействующие препараты для снижения давления сработали безотказно, и к середине полета почти все пассажиры смогли облегченно выдохнуть. Колли приходил в себя под присмотром опытного врача и в окружении заботливых стюардесс. Вета сидела возле друга на коленях и крепко сжимала его руку. Бледный цвет лица уже не так сильно пугал, став несменным оттенком Колиной наружности. Ветриана долго не позволяла себе поддаться панике. Она четко выполняла все указания проводниц и доктора, но к концу полета ее сознание впало в ступор. Люди, обращавшиеся к ней, натыкались на отчуждение. Девушка словно перестала слышать окружающих. Доктор наклонился к главному стюарду и дал распоряжение – на столике перед Ветрианой появился стакан с коньяком, над употреблением которого она не стала долго раздумывать.
Пилот показал высочайший класс при посадке. Самолет мягко, как перо, коснулся земли – салон разразился оглушительными овациями. Спешно выруливая к выделенной стоянке, где уже виднелись яркие огни мигалок скорой помощи, капитан благодарил своих пассажиров по громкоговорителю. Медики в неоновых жилетах торопливо забрали ребят на профессиональный осмотр, но самое страшное было уже позади.
– Коль, ты самый сильный человек из всех, кого я встречала. – Вета опустила голову ему на плечо, как только такси тронулось прочь от аэропорта.
– Только Тиме не говори, что ты такое ляпнула.
– Как ты это выдержал, дружок…
– Ты еще не знаешь, что иногда я пользуюсь метро в час пик!
– Сорвиголова! Добавь в свое резюме. Такие опасные трюки проворачиваешь без каскадеров! – ребята прыснули и удивились, услышав звук собственного смеха. Казалось, улыбки уже никогда не озарят их лица.
* * *
– Деточки! – Светлана Степановна бросилась на шеи ребятам, заливаясь слезами.
Колли и Вета не успели собраться с мыслями, чтобы найти нужные слова и утешить единственную родственницу Лады. Тетя никогда не хотела, чтобы Лада жила в большом городе. Когда муж покойной сестры заявил, что оставит дочку в Москве, Светлана Степановна сопротивлялась до последнего. Но какие права она могла иметь на племянницу?
– Проходите скорее, вы, наверное, с ног валитесь? Ужин уже на столе. – В коридоре загорелся свет, и Колли посмотрел на лицо хозяйки дома. Его сердце сжалось в груди: Лада была маленькой копией своей тети. Изучая черты лица этой красивой женщины, Коля ощущал, будто заглянул в светлое будущее и встретил там любимую, целую и невредимую, прожившую прекрасную жизнь. А сколько удивительного у нее еще впереди…
– Светлана Степановна, – начала Ветриана, но собеседница ее перебила.
– Просто Света!
– Света, мы можем уложить Колю в кровать хотя бы на часок? Он плохо перенес полет, но я не смогла сплавить его в отель: он хотел обязательно познакомиться с Вами.
– Мальчик мой дорогой. – Светлана сжала Колины плечи, и ее теплые объятия напомнили прикосновения самых любимых рук. Ком подступил к горлу, сдерживать эмоции больше не было сил. – Какой отель! Вы – семья! Я вам уже все постелила!
Пока Светлана хлопотала на кухне, Вета забрала у Коли грязную одежду и отправила в кровать. Она все понимала и спешила как можно скорее оставить друга в одиночестве. Эмоциям давно пора было выйти наружу: он слишком долго держался.
* * *
Gadget: Вета, мы собрали записи с камер по периметру бассейна близ Ботанического сада. Есть кадры, как неизвестный мужчина в униформе лесничего с логотипом «ВДНХ» паркует машину без номеров близ лесополосы. Чуть позже возле авто появляется девушка. Изображение очень низкого качества, но по всем параметрам фигура соответствует описанию Лады. Девушка спустила колеса упомянутого транспорта. Позже видно, что сотрудник «ВДНХ» вывозит с территории контейнер с садовым инвентарем и другими предметами, обнаруживает проколы шин и увозит резервуар в неизвестном направлении. Кадры очень страшные, если предположить, что именно он напал на Ладу и она находится внутри емкости. Но мне нужно, чтобы ты опознала подругу. Готова взглянуть на девушку, что проколола колеса? Автомобиль Луки мы все еще ищем.
VetkaKoketka: Готова.
Gadget: отправляет файл…
Ветриана сделала глоток горячего чая, отложила телефон и зажмурилась. С каждым сообщением, приходившим от полицейской команды, часть ее души погибала. Увидеть на записи Ладу – свободную, бесстрашную, следующую зову своего сердца и своим принципам – будет очень болезненно. «Если бы я только ее послушала! Вместе можно было придумать, как остановить преступника и остаться невредимыми… Но нет, гораздо проще обвинить подругу в помешательстве…»
– Светлана, полиция все время со мной на связи. Они ищут Ладу и отрабатывают все версии. Я хочу, чтобы Вы знали, что никто не бездействует. – Вета обняла хозяйку дома.
– Когда я увидела ее на экране, мне показалось, что жизнь оборвалась. Все эти девочки, совсем хрупкие, беззащитные. Каким надо быть извергом, чтобы… – Света вновь разразилась безутешным плачем.
– Мы найдем ее. Найдем их всех. Полиция совсем близка к разгадке. – Вета потрепала собеседницу по коленке. – Расскажите мне о детстве Лады.
– Ох, Вета! Она была такой чудесной крошкой! – Светлана подошла к серванту и извлекла альбом с фотографиями. – Вся в маму – мою старшую сестру Любу. И рисовать они обе научились с тех пор, как впервые взяли карандаш в руки, и в музыке сначала сестре, а спустя много лет и ее дочери пророчили большое будущее! А какие Лада шутки придумывала в дошкольном возрасте! Мы все покатывались до слез на домашних сборищах!
А потом семья потихоньку стала редеть. Сначала Люба тяжело уходила. Славка, папа Лады, что только ни придумывал, чтобы спасти жену. Деньги нужны были космические, и ведь он каким-то образом находил способ их достать. Продержал Любу с нами гораздо дольше, чем врачи прогнозировали. Но прощание было неизбежно, и оно всех подкосило. Старички, родители наши, тоже ушли один за другим. Со Славкиной стороны и так никого в живых не было – семья сократилась до нас троих. Мы-то старались держаться, но вся горечь событий отразилась на девочке. Диссоциативное расстройство – так организм Лады отреагировал на стресс. Бедная малышка, ей мерещились такие страшные вещи! Слава не стал ждать, все продал и повез ее в Москву: не мог лишиться и дочери.
Вета поняла, что разговор подошел к самой важной части, и осторожно подбирала слова:
– Как все это печально, не выразить словами… А где Вячеслав работал? Лада говорила, он был талантливым архитектором!
– Еще каким! Но разве денег на государственном предприятии заработаешь? Ушел в частное строительство и подписал контракт о неразглашении. Я и не знаю, где он трудился.
– Но это было еще тут? В Мурманске?
– Да, в Москву они переехали, когда он получил полный гонорар. Я сначала радовалась, а потом поняла, что и с деньгами-то не всегда можно заручиться помощью. Ладу так и держали на таблетках. Ох, бедная девочка! Как она сейчас без них…
– Может, хоть какие-то записи о частной корпорации остались? – Вета не унималась, рискуя потерять доверие.
– Веточка, а зачем тебе?
– Если компания влиятельная, они могут захотеть помочь дочке одного из лучших своих сотрудников и подключиться к поискам. Вы же знаете, какими настырными могут быть люди с деньгами! Я бы попробовала все варианты!
– Ах, вон оно как! А я даже не подумала, вот же бестолковая! – Светлана вновь поднялась и, перекопав полки с документами, принесла Вете папку. – Здесь немногое, что у меня осталось из бумаг. Пойду Колю проведаю, а потом вместе с тобой поковыряемся и посмотрим, что можно отправить в полицию.
Хозяйка вышла, а Ветриана спешно принялась фотографировать каждый файл в стопке, не забывая запечатлеть и оборотные стороны.
* * *
Светлана протиснулась в комнату и никак не ожидала обнаружить Колю вне постели. Он сидел на полу, перелистывая альбом для рисования.
– Коль, ну ты как?
– Получше, спасибо большое.
– Не спится?
Колли кивнул.
– Нашел альбомчик? – Светлана заулыбалась, стараясь бодриться. – Я специально его достала. Думала, вам будет полезно увидеть что-то хорошее. Лада была совсем крошкой, а такие потрясающие наброски делала! Просто невероятно, правда?
– Можно мне его забрать?
– Конечно, оставь себе. Места такие красивые! Вы еще прогуляетесь там вдвоем… – Света попыталась улыбнуться, но ее голос дрогнул. Слезы уже стояли в глазах, и она быстро вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.
Колли снова склонился над скетчами. Панорамы поражали своей детализацией, хотя рука автора явно принадлежала ребенку. Простые линии переплетались с грубыми мазками, каждый рисунок состоял из мелких деталей.
Он пролистал альбом от начала до конца еще раз, внимательно изучая каждую иллюстрацию. Картинки казались разрозненными: ни стиль, ни сами пейзажи не имели единой задумки. Но одна деталь все же объединяла эскизы ключевой сюжетной линией: по кайме каждого из полотен тянулись широкие полосы – горизонтальные или вертикальные. Только сейчас Колли понял, что они ему напоминают! Это водопроводные трубы, искусно замаскированные под корни деревьев, скальные выступы или пенящиеся волны – в зависимости от изображаемого ландшафта. Фрагменты были едва заметны, но пронизывали каждый рисунок.
Колли провел пальцем по краям наброска, биение его сердца участилось.
