Текст книги "Остров миллиардеров. Часть 2 (ЛП)"

Автор книги: Оливия Хиллиер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Моя сестра вздохнула, поднимаясь из-за стола, отчего ее стул пронзительно заскрипел по бетонному полу.

– Да, Джеки, ты идешь с нами. Мне в любом случае больше нравится твоя компания, и если тебе с чем-то нужна помощь здесь, я предлагаю переложить эти задачи на мою сестру, потому что она, очевидно, не ценит то невероятное гостеприимство, которое Генри оказал ей после ее совершенно нежданного визита. Если мы не сможем достать ей вертолет до дома к нашему возвращению, то я предлагаю просто занять ее работой.

Глава 22

Молли

– Ты уверена, что не хочешь, чтобы Элиза пошла с нами? – спросила Лотта, уставившись на меня своими оленьими глазами.

– Она твоя сестра, Молли. Я не хочу, чтобы потом ты оглядывалась назад и жалела, что ее здесь не было, – добавила Джеки.

Рейвен протянула мне «Маргариту»:

– Ну, никогда не знаешь. Вы двое могли бы выпить и решить все свои семейные проблемы.

Я выпила половину «Маргариты» одним глотком, затем села на корму яхты и взмахнула рукой капитану, давая сигнал официально начать наше плавание и отойти от причала.

– Я не хочу, чтобы Элиза была здесь, и, чтобы сделать этот день лучшим девичником, я также буду очень благодарна, если мы больше не будем говорить о моей сестре или о чем-либо еще, что может испортить настроение. Прямо сейчас я сижу на корме невероятной яхты с девчонками, которых сама выбрала, и через считанные дни выхожу замуж за любовь всей своей жизни. Я просто хочу провести этот день, наслаждаясь сладостью этого факта и этой текилой, – сказала я, поднимая бокал, пока мы медленно отплывали от пирса.

Особняк вскоре превратился в едва заметную точку вдали. Я не хотела ссориться с Элизой. Я никогда не хотела с ней ссориться, но сегодня просто не могла выносить ее осуждающие взгляды.

– Никаких больше разговоров о сестре, но просто чтобы закрыть тему. Раз уж я здесь, мне действительно нужно убедиться, что Элиза осталась на суше. Сегодня привозят столько всего для свадьбы. Я не доверяю ни уборщикам, ни шеф-повару в плане организации, а Генри вечно отвлекается на работу.

Джеки смотрела назад на остров, напряженная от волнения, и, судя по выражению ее глаз, уже обдумывала способы вернуться назад. Часть меня жалела, что ее там нет. Я хотела провести день вдали от сестры, но теперь нервничала из-за того, что она осталась в особняке наедине с Генри. Бог знает, что эта маленькая ищейка может найти. По крайней мере, будь там Джеки, за ней бы постоянно присматривали.

– Я знаю Элизу всего пару дней и могу сказать тебе, Джеки: эта девушка чертовски исполнительна. Если тебя нет рядом для организации доставок, то у тебя однозначно остался лучший из возможных заместителей. Так почему бы нам не перестать волноваться и не начать наслаждаться этим потрясающим днем, который мы проводим вместе? У меня запланировано столько всего интересного! Но сначала: кому нужно подлить? – сказала Рейвен, поднимая свой пустой бокал в воздух.

– Уже? – удивилась Джеки.

Я допила остатки своей «Маргариты»:

– Мне! – сказала я, поднимая бокал в унисон с ней.

Три часа спустя я была пьяна. Пьяна и обгорела на солнце. Мы вчетвером играли в игры Лотты, включая «Прикрепи член Генри». Картонные заготовки казались сильно уменьшенными по сравнению с самим Генри, о чем в своем пьяном состоянии я предпочла умолчать. Лотта также организовала просекко-понг и танцевальный конкурс под Карди Би, который смущенно судил очень скромный капитан Генри, державшийся в основном особняком.

– Мне правда очень жаль, девчонки, но из-за того, что все это организовывалось в последнюю минуту, у меня закончились игры, – объявила Рейвен, и я почувствовала облегчение.

– У меня голова идет кругом. Мне нужно немного притормозить, если вы хотите, чтобы я продержалась до конца дня. Рейвен, ты организовала какую-нибудь еду? – спросила я, присаживаясь в тени на задней палубе.

– Да-да, нам нужна еда, – объявила Джеки. – Я принесу.

Мы втроем наблюдали, как Джеки, спотыкаясь, побрела внутрь яхты, и тихо посмеивались. Мне нравилось видеть Джеки пьяной. Умение расслабляться ей очень шло.

– Молли, мы можем на минутку остановиться и подумать о том, где мы сейчас находимся? Просто посмотри, как сильно изменилась твоя жизнь за пару недель с того момента, как мы все познакомились! Посмотри на эту яхту! Я поверить не могу, что Генри единолично владел этим местом все это время и я ни разу не получила приглашения. Честно говоря, я довольно сильно взбешена из-за этого, – сказала Лотта.

И она действительно выглядела взбешенной. Она скрестила руки на груди поверх черного бикини с подходящим по цвету саронгом. Надув губы, она смотрела на остров, который превратился в крошечную точку вдалеке.

– Да, это немного странно. Разве ты не говорила, что вы с Генри практически семья? – добавила Рейвен, пока Лотта недовольно пыхтела.

– Ну, я думала, что мы были таковыми до сих пор. Теперь я не слишком уверена. Теперь кажется, что огромная часть его жизни держится в секрете. И это после всего, что моя семья и я сделали для него. Честно говоря, это действительно паршиво. И без обид, Молли. Я знаю, что вы вдвоем влюблены, и это прекрасно, и вы идеально подходите друг другу. Правда, я не могу быть счастливее за вас обоих, но он показал тебе все это, он впустил тебя во все за две недели знакомства. Я бы даже не увидела этого места, если бы буквально не прорвалась сюда силой!

Рейвен рассмеялась:

– Извини, Лотта. Это не смешно. Если подумать, это и правда паршиво. Я просто смеюсь, потому что никогда раньше не видела тебя сердитой, и тебе следует почаще выпускать свой гнев наружу.

– Я не сердита, я просто сбита с толку, наверное. Я не понимаю, почему он скрывал от меня это место. Девушек я еще могу понять, но меня? В этом просто нет никакого смысла. Я технически его единственный настоящий друг, не считая Джеки.

Снова появилась Джеки, шагая немного ровнее, чем прежде, пока катила поднос с тарелками, расставляя их одну за другой на столе в центре задней палубы.

– О Боже, это выглядит невероятно! – сказала Рейвен, усаживаясь за стол, а остальные из нас последовали ее примеру.

Там были подносы с устрицами, рулетиками с морепродуктами, кальмарами с солью и перцем, королевскими креветками с салатом из кускуса и миски с картофелем фри. Это была настоящая мечта любителя морепродуктов. Мы втроем начали уплетать все за обе щеки, пока Джеки не отодвинула поднос и не села обратно за стол.

– Так почему, по-твоему, Генри скрывал от тебя это место, Лотта? Думаешь, он втайне недолюбливает тебя или никогда по-настоящему тебе не доверял?

– Нет! – выплюнула в ответ Лотта. – В смысле, я так не думаю. У него нет причин для этого. Мы все были так добры к нему, и Генри был так близок с моими родителями. Но если подумать, я даже не помню, когда он в последний раз навещал их или хотя бы связывался с ними… – Она вздохнула, уставившись куда-то мимо стола и погрузившись в свои мысли.

– Джеки, ты знаешь Генри, пожалуй, лучше всех нас. Может, ты откроешь нам секрет, почему ему так нравится держать это место в тайне? – сказала Рейвен, разжевывая рулетик.

Я была слишком пьяна, чтобы ответить и замять этот разговор. Моя быстрая реакция испарилась, пока я наблюдала за пьяной Джеки. Она явно пила нечасто, так как ей потребовалось всего пара коктейлей, чтобы начать покачиваться вместе с лодкой, и я ждала, когда она попытается уйти от разговора.

Но вместо умного ответа Джеки просто закатила глаза и вздохнула:

– Почему Генри вообще что-либо делает? Ничто из того, что делает этот человек, не имеет никакого смысла. Я никогда не знаю, что у него на уме.

– О, ладно, я чувствую здесь серьезную обиду, Джеки. Есть что-то, что ты должна рассказать нам о Генри, чего мы еще не знаем? Потому что, что бы это ни было, это может пригодиться Молли, ведь именно она выходит за него замуж через два дня.

– Нет, конечно нет. Я обязана Генри своей жизнью. Этот остров для вас, девчонки, просто отдых. Но для меня это моя жизнь. Генри дал мне эту жизнь, и за это я буду вечно благодарна. Без него я правда не знаю, где бы была. Честно говоря, скорее всего, меня бы уже не было в живых. Я бы уже умерла. Он действительно спас меня…

Она вздохнула.

– Наверное, я имею в виду то, что с тех пор, как мы приехали сюда, у нас с Генри толком нет никаких отношений. Раньше мы были близки, мы знали друг о друге все, но с годами это угасло почти до нуля. Наше общение вообще не существует, если только ему не нужно, чтобы я что-то для него сделала. Я не жалуюсь. Я живу в раю, но именно это я и имею в виду, когда говорю, что не знаю, что происходит в голове у этого человека. Потому что я больше этого не знаю. У меня нет ни малейшего понятия. Я просто исполняю приказы…

Джеки снова вздохнула и сделала долгий глоток своего напитка.

Я понятия не имела, что она чувствует на самом деле. Я понятия не имела, что Генри вычеркнул ее из своей жизни. Я думала, что они водой не разольешь, но, похоже, правда действительно вылезает наружу, когда выпито слишком много.

– Я завидую тебе и Молли. Я бы прямо сейчас собрала все свои вещи, чтобы приехать и жить прямо здесь. Это рай, абсолютный рай. На самом деле, Джеки, я думаю, что тебе здесь повезло даже больше, чем Молли. Ты живешь этой жизнью, и тебе не приходится ни с кем спать, – рассмеялась Рейвен, обнимая меня и притягивая ближе. – Пожалуйста, не обижайся на это, Молли. Я знаю, что Генри – завидный жених, но я бы не колеблясь вышла замуж за самого старого и толстого мужчину, чтобы вести такой образ жизни. Но Джеки даже не приходится делать ничего подобного. Она получает этот образ жизни, да еще и получает деньги за то, что так живет.

– В точку, – грубо отрезала Лотта.

Рейвен сморщила нос, глядя на Лотту с крайним замешательством:

– Ты бы тоже вышла замуж за старого толстого мужика ради такого образа жизни? Лотта, разве твоя семья не богата?

– У моей семьи есть деньги, да, но ничего подобного. Это совершенно другой уровень. И я горжусь Генри, правда горжусь, но я все еще не могу поверить, что он скрывал все это от меня.

– Может, он боялся, что ты попытаешься выйти за него замуж – ну, знаешь, ради такого образа жизни и всего прочего, – пошутила Рейвен.

Я просто хотела, чтобы этот разговор закончился.

Лотта закатила глаза:

– Это так мерзко, Рейвен. Генри мне как брат.

– Мне жаль, что Генри никогда не приглашал тебя сюда, Лотта. Я правда не знаю почему. Мне жаль из-за вас с Генри, Джеки. Я правда понятия не имела. Я имею в виду, он до сих пор говорит о тебе и Лотте почти каждый день так, будто вы двое действительно его лучшие друзья. Если хотите, я могу поговорить с ним. Знаете, намекнуть как бы невзначай. Это не будет выглядеть так, будто я что-то рассказывала, – сказала я.

– Нет, мне не нужно, чтобы ты говорила с ним об этом. Тебе не нужно в это вмешиваться, Молли. Это то, о чем я могу спросить его сама, – ответила Лотта.

Джеки тоже покачала головой:

– Нет, пожалуйста, не говори ничего и от моего имени тоже. Я понимаю, как сейчас обстоят дела, и понимаю, насколько занята его жизнь. Он прикроет меня несмотря ни на что, как и я его, но некоторые люди просто отдаляются друг от друга, знаете… Это жизнь, так бывает. Со стороны эта жизнь выглядит очень гламурно, и в этом нет никаких сомнений – так оно и есть. Я никогда не думала, что окажусь в таком месте. Но… здесь становится одиноко, знаете… И то, что здесь есть люди, которые включают меня в свои дела, как прямо сейчас, – я так благодарна за это. Но если уж на то пошло, это просто заставило меня осознать, насколько на самом деле одинока моя жизнь. В последнее время я просто много думала об этом, вот и все.

– Что ж, Джеки, если тебе когда-нибудь понадобится уйти в отпуск, я с радостью подменю тебя. Черт, мы могли бы устроить обмен жизнями! О Боже, да, какая отличная идея! Вау, это было бы как в том телешоу «Обмен женами», только «Обмен жизнями». Мы могли бы буквально предложить это какому-нибудь стриминговому каналу. Ты отправляешься жить моей жизнью, а я займу твое место.

Рейвеннаклонилась через стол, уставившись на Джеки широко раскрытыми глазами, словно ей только что пришла в голову лучшая идея в мире.

– К черту «Холостяка», это куда лучшая идея! Мы были бы настоящими звездами шоу!

Лотта начала смеяться, и я была рада, что она это сделала, потому что это было именно то разрешение, которое мне требовалось, чтобы присоединиться. И я смеялась, действительно смеялась, так сильно, что у меня заболел живот, а по щекам потекли слезы.

Пока мы втроем вместе смеялись над одержимостью Рейвен стать знаменитой, это смыло все безумные события последних пары недель: все крайние взлеты, все падения, весь азарт и страх, которые ждали меня впереди, все воспоминания моего прошлого, которые охватывали меня просто от присутствия моей сестры.

Я была с подругами. Я смеялась, и жизнь была прекрасна. Это действительно была красивая жизнь. Именно такие моменты казались моей настоящей синей птицей. Чистое счастье с моими подругами… и, конечно же, на чертовски шикарной яхте.

Глава 23

Элиза

– Чтобы ты знала, я не считаю, что ты перегнула палку. Справедливости ради, Молли просто чересчур остро отреагировала, – сказал Генри, пока мы вдвоём стояли у окон на фасаде особняка и наблюдали, как яхта отходит от берега.

– Нет, для Молли это вполне нормальная реакция. Тебе стоит это знать, раз уж именно ты будешь жить с ней постоянно. Похоже, она не выносит лишнего негатива или расспросов. Впрочем, мне кажется, она просто не переносит всего этого именно от меня, – сказала я.

Я продолжала смотреть на воду. По моей спине пробежал озноб, но я заставила себя не дрожать. Генри не сводил с меня глаз, будто пытался читать меня как открытую книгу. Я не знала, как именно это сделаю, но мне нужно было выжать из сегодняшнего дня максимум. Мне нужно было не мозолить ему глаза и держаться от Генри подальше, пока я пытаюсь найти новые улики, связанные с повязкой. Чисто технически я могла бы прямо сейчас бросить её ему в лицо и заставить заговорить, но понимала, что добиться от него правды будет непросто.

– Знаешь, если ты действительно хочешь отправиться туда и всё уладить, я могу позвонить ей позже, за парой бокалов. У меня есть гидроцикл. Можешь взять его и догнать их, если хочешь, – предложил Генри.

– Нет, всё в порядке, правда. Она приняла решение, и я её понимаю. К тому же я обещала Джеки помочь со всеми свадебными вещами, которые должны приехать с минуты на минуту. И если есть хоть что-то полезное, что я могу сделать, чтобы показать сестре свою заботу и отблагодарить тебя за гостеприимство, я могла бы хотя бы проследить, чтобы её главный день прошёл как по маслу.

– И много Джеки успела организовать? Не думаю, что ей доставят самолётом что-то помимо костюма и нескольких платьев.

– Ну, если это всё, я прослежу, чтобы то самое важное платье доставили в целости и сохранности. На самом деле я как раз планировала сегодня просто почитать книгу и полежать у бассейна перед особняком. Так я к тому же смогу увидеть, когда что-нибудь привезут.

– Ладно, что ж, если захочешь присоединиться к ним, моё предложение всегда в силе. Чем-нибудь ещё могу тебе помочь? Извини за бестактность, но этим утром мне нужно сделать пару рабочих звонков. Может, пообедаем вместе позже и продолжим наше знакомство? – улыбнулся Генри, блеснув своими очаровательными ямочками на щеках.

– Звучит заманчиво, я с удовольствием. И раз уж ты спросил, есть кое-что, с чем ты мог бы мне помочь. Я бы с радостью взяла почитать новую книгу.

На долю секунды я заметила, как лицо Генри окаменело. Его пристальный взгляд впился в меня, отчего возникло чувство, будто меня поймали с поличным. Он прекрасно понимал, что я делаю, но я не собиралась давать ему повода убедиться в своих подозрениях. Я сохраняла непроницаемое выражение лица, и на его губах снова расплылась одна из тех самых знаменитых располагающих улыбок.

– Ты знаешь, где они – на втором уровне. Бери всё, что захочешь. Я распоряжусь подготовить обед к часу дня.

Едва я прошла между книжными стеллажами на втором уровне особняка Генри, как поняла, почему он не побоялся снова отпустить меня сюда. Сундук, который я нашла в первый раз, исчез.

– Мать твою, – пробормотала я себе под нос, сжимая кулаки.

После утренней вспышки Молли и теперь, когда исчез сундук с одеждой, Генри понял: это тема, по поводу которой я не стану открыто допрашивать его в присутствии сестры. А когда сестры нет рядом, я прекрасно знала, как поступит такой человек, как он. Он будет нагло лить мне в уши ложь, а поскольку я нахожусь на его территории, легко выставит сумасшедшей именно меня. За свою карьеру я пару раз совершала подобную ошибку, слишком рано начиная давить на подозреваемого, не имея достаточных доказательств, и ни за что не собиралась повторять её сейчас.

Но одно исчезнувшее из виду доказательство мне точно подтвердило: я не сошла с ума. Я была на верном пути, и у Генри действительно имелось нечто, что он пытался скрыть. Зачем ему эта чёртова повязка? И если он прятал её в сундуке с одеждой, мне хотелось знать, что ещё из принадлежавшего ей могло у него быть.

Я не хотела делать поспешных выводов. Причин, по которым она оказалась здесь, могло быть множество. Всё могло быть именно так, как он и сказал, – просто забытая вещь. Она могла быть обычной гостьей. И Молли, и Джеки говорили, что здесь иногда останавливаются люди по бронированиям, к которым Генри не имеет никакого отношения.

Я понятия не имела, что ещё ищу, и отдала бы всё на свете, лишь бы перед глазами снова оказались те старые материалы дела. Но мне приходилось довериться своему природному инстинкту. Это единственное, что у меня сейчас оставалось.

Инстинкты сделали меня той, кто я есть. Всё, что от меня требовалось, – обыскать весь особняк снизу доверху и верить, что мне на глаза попадётся что-нибудь ещё. Мне просто нужно было лишний раз не мозолить ему глаза. Я не сомневалась, что на каждом уровне этого особняка найдётся камера, следящая за каждым моим шагом. И даже если Генри не наблюдал за мной прямо сейчас, я была уверена, что позже посмотрит записи.

Глава 24

Элиза

Я провела больше часа в игровой комнате, создавая видимость, будто тщательно выбираю книгу. Я пролистывала пальцами каждую страницу в поисках чего-то, что могло быть зажато между ними. Я открывала каждую настольную игру, каждую колоду карт, осторожно ощупывая всё пальцами. Взяв книгу, я уселась в кресло-мешок в углу комнаты и медленно осматривала каждую щель, надеясь, что мне что-нибудь бросится в глаза. Но там ничего не было. Я сидела во всех углах этой комнаты, делая вид, что читаю новую книгу. Я мысленно фотографировала всё, на что смотрела, в поисках хоть чего-то необычного, но после исчезновения сундука надежда найти в этой комнате что-либо ещё угасла.

Сняв с полки потрёпанную тёмно-зелёную книгу в твёрдом переплёте, я спустилась обратно вниз, сдержав обещание, данное Генри. Я закинула ноги на шезлонг перед особняком у бассейна, оставаясь в тени. Раскрыв книгу, я делала вид, будто читаю, пока обдумывала, как мне пробраться на все остальные уровни этого дома. Мне хотелось узнать побольше о пропавшей девушке. Я могла бы просто спросить его, но не хотела докучать ему сильнее прежнего и уж тем более не хотела, чтобы он узнал о найденной мной повязке, пока у меня не появится больше улик и более чёткая картина произошедшего.

Я слишком ушла в свои мысли, планируя следующий шаг, и не сразу заметила сотни белых коробок, стоявших в углу перед зданием. Чёрт. Неужели это всё то, с чем Джеки просила меня разобраться? Я ожидала пару коробок, но это уже был совершенно другой уровень.

Я подошла к ним, всё ещё держа книгу в руке, и открыла крышку одной из коробок, обнаружив внутри вазу с красными розами. В следующих коробках было то же самое, пока я не дошла до той, на которой было написано «торт». Чёрт. Мне и правда нужно было с этим разобраться, если только Молли не хочет получить на свадьбу растаявший торт из-за очередного моего косяка. С другой стороны, если я перестану косячить и докопаюсь до правды о том, что здесь происходит, то, возможно, к счастью, никакой свадьбы у неё вообще не будет, что на данном этапе стало бы отличным исходом.

– Не сказал бы, что ты похожа на любительницу «Гамлета», – проговорил Генри, вырастая за моим плечом и глядя сверху вниз на потёртую книгу в моих руках.

«Гамлет». Точно. Вот что это была за книга.

– Возможно, ты многого обо мне не знаешь. Лучше не делать поспешных выводов, – сказала я.

Генри улыбнулся.

– Я и не ждал ничего другого от сестры Молли.

Он подмигнул, отчего у меня под ложечкой засосало. Мне безумно хотелось узнать, что именно он имел в виду.

– Вау, они просто потрясающие, правда?

Я предположила, что Генри имеет в виду коробки с цветами, надеясь, что он не нашёл платье Молли.

– Да уж, впечатляет. Я обещал Джеки, что сам всё организую и не позволю этому помешать твоей работе. Но я правда не знал, сколько всего привезут. Не могла бы ты просто показать мне, где всё это сложить?

– Всё в порядке, я могу помочь тебе, – ответил он, тут же подхватывая одну из коробок.

Я отложила книгу и забрала коробку из его рук.

– Нет, правда, я настаиваю. Единственное, чего я хочу от сегодняшнего дня, – это убедиться, что чётко следовала указаниям и принесла реальную пользу в подготовке к свадьбе. Если ты передашь Молли, что я сегодня была молодцом, будет просто здорово.

Меньше всего мне сейчас хотелось заниматься свадьбой, которая, как я надеялась, не состоится через два дня. Но перетаскивание этих коробок давало мне доступ к другим помещениям дома без лишних вопросов.

– Что ж, Элиза, должен признать, мне действительно нужно узнать о тебе побольше, потому что ты совсем не похожа на человека, привыкшего следовать правилам.

– Может, задашь мне свои двадцать вопросов за обедом? – сказала я с улыбкой.

– Жду с нетерпением, – ответил он, не моргнув и не поведя ни одним мускулом.

Когда Генри сосредотачивал на тебе внимание, казалось, будто ничего другого в мире больше не существует. Это ощущалось настолько интенсивно, что бросало в пот. Уверена, это была ещё одна причина, почему моя сестра так сильно в него влюбилась. Она постоянно жаждала похвалы и внимания, а Генри определённо умел это давать.

Прежде чем я успела ответить, в кармане Генри зазвонил телефон. Он посмотрел на экран и закатил глаза.

– Извини, мне нужно ответить, и это может занять какое-то время. Но ты можешь отнести коробки на кухню, а если пройдёшь по коридору рядом с лифтом с левой стороны первого этажа, то найдёшь там ещё две небольшие пустые комнаты.

– Спасибо, – беззвучно прошептала я одними губами, когда он ответил на звонок и прошёл мимо, повернувшись ко мне спиной.

На кого бы он ни закатывал глаза, я была рада, что этот звонок меня спас.

Коробки были тяжёлыми, и я могла таскать их только по одной. Они стали скорее помехой, чем удобным предлогом, чтобы отвлечь его внимание. Зато теперь у меня был доступ ко всему первому этажу, причём с официального разрешения, а не втайне. Я перенесла первую партию коробок на кухню, расставив у дальней стены столько коробок с цветами, сколько смогла, чтобы они не мешали пользоваться кухней по назначению.

Торт всё ещё стоял на кухонном столе. Я планировала убрать его в один из многочисленных холодильников, но не удержалась и решила сначала взглянуть на него. Я открывала многочисленные кухонные ящики в поисках чего-нибудь, чем можно было бы разрезать скотч на верхней части коробки, как вдруг всё моё тело оцепенело.

Я уставилась на блестящий серебряный нож в верхнем ящике кухонного стола у самой правой стены.

Я знала этот нож. Знала слишком хорошо, потому что сама его покупала. Он принадлежал ему – это точно был он. Когда я медленно подняла нож из ящика, на нём была моя собственная гравировка: Для всех твоих кулинарных мечт, с любовью, Элиза и Джордан.

Я купила его для бывшего парня Молли, Дилана. Это было уже долгое время спустя после их расставания. Но, как бы глупо это ни звучало, их разрыв ранил меня сильнее, чем Молли. Я любила Дилана, и он был одним из немногих людей, кому я действительно доверяла заботу о сестре, когда она была младше, потому что он любил её так же сильно, как и я. Вся его семья любила её и приняла как родную. Мне даже казалось, что меня тоже быстро приняли в их семью.

Я понимала, почему моя сестра рассталась с Диланом. Она хотела расправить крылья, и, как бы мне ни хотелось держать её рядом с собой вечно, я была за неё рада. Но в глубине души меня никогда не покидало чувство, что, возможно, Молли и Дилан со временем снова найдут дорогу друг к другу.

Дилан был таким домоседом, но именно уход Молли всё изменил. В конце концов Дилан решил уехать из Филли, чтобы следовать за своей мечтой и стать одним из лучших шеф-поваров в стране. Именно этот нож я подарила ему на прощальной вечеринке, пожелав, чтобы этот шаг за пределы зоны комфорта в итоге снова привёл его к Молли.

И теперь этот нож был здесь.

Какого чёрта нож Дилана делал здесь? Он же здесь не работал… Он не мог. В этом не было никакого смысла, учитывая, что Молли была девушкой Генри, а шеф-повара я видела вчера вечером…

Меньше всего меня сейчас волновало, как выглядит этот торт, и, как бы мне ни хотелось забрать нож с собой, я не могла ходить с ним. Я положила нож на столешницу, сделала чёткие снимки под разными углами, после чего убрала его обратно в ящик и убедилась, что торт отправлен в холодильник.

Образ Дилана не выходил у меня из головы, и теперь я не могла избавиться от мысли, что здесь находился не только его нож… но и поварская форма в исчезнувшем сундуке.

Мне нужно было поговорить с шеф-поваром. Он наверняка что-то знал. Если это он готовил нам обед, то скоро без сомнений будет на кухне. Если нет, то у него должна была быть комната на моём этаже. Джеки говорила, что все остальные комнаты на нашем этаже заняты работниками.

Дилан? Почему Дилан здесь? И если он здесь, то где, чёрт возьми, он прячется?

Была ли Молли с ним в сговоре, пытаясь скрывать это от меня? Это объяснило бы, почему она воспринимала всё в штыки каждый раз, когда я заговаривала об этом. Но она ясно сказала мне, где находится. Должно быть, в какой-то момент она хотела, чтобы я оказалась здесь. Иначе зачем ей говорить мне своё местоположение, зачем давать координаты этого глубоко спрятанного острова и зачем оставлять меня здесь одну, зная, какая я пронырливая?

Я не могла избавиться от мысли, что здесь было что-то, что она действительно хотела, чтобы я обнаружила.

Я была права с самого начала, и мне не следовало сомневаться в себе. Молли попала в беду, точно попала, и она была напугана. Генри нельзя доверять, но что бы здесь, чёрт возьми, ни происходило, я докопаюсь до сути.

Последние шесть коробок были подписаны нашими именами: по одной для Генри, Молли, меня, Рейвен, Джеки и Лотты. Я не сомневалась, что в каждой коробке лежали наши платья и смокинг Генри. До того как я нашла нож, я бы уже разрывала коробку со своим именем, гадая, во что ИИ Генри решил меня нарядить. Сейчас же мне было абсолютно всё равно, будь моя коробка набита хоть розовой тафтой.

Следуя указаниям Генри, я понесла коробки с платьями по коридору слева от лифта на первом этаже. Я много раз смотрела вдоль этого коридора с момента своего приезда, но никогда не осмеливалась пройти по нему. Слева от меня находилась ванная комната, а справа – две открытые двери, которые, как я полагала, и были теми самыми пустыми комнатами, о которых говорил Генри.

Но меня интересовали вовсе не пустые комнаты, особенно когда прямо за мной находилась закрытая дверь, из щели под которой пробивался ярко-синий свет.

Я поставила две коробки перед собой в дверном проеме и сжала дверную ручку в кулаке. Внутри этой комнаты могло находиться много людей. Внутри мог быть Генри.

Как только я надавила на длинную дверную ручку, я вздрогнула. Я почувствовала мягкое дыхание на своей шее.

– Это моя техническая комната. Там нет свободного места, но ты найдёшь ещё одну пустую комнату напротив, по коридору, – бодро произнес он.

Меня едва не тошнило от ощущения, будто меня поймали с поличным и он вот-вот выхватит нож Дилана и нападёт на меня.

– О, – невинно произнесла я, – а я гадала, что это за свет под дверью.

– Ничего такого, что показалось бы тебе интересным, но я могу показать, если хочешь. Это моё любимое место, где зарождаются многие мои системы, новые программы и прототипы, – сказал он.

Я внимательно следила за его глазами. Иногда виновные люди использовали такую тактику. Они предлагали показать вам части себя или своей собственности как приманку, чтобы вы им доверились, будто им нечего скрывать. Как человека, это заставляет вас проникнуться к ним доверием и отказаться от предложения из страха, что они подумают, будто вы им не доверяете.

Но я была умнее.

– На самом деле я с удовольствием посмотрела бы, – ответила я. – Я и сама немного разбираюсь в технике, мы используем много оборудования на работе, – проговорила я.

Генри улыбнулся и, не сказав ни слова, достал из заднего кармана ключ, чтобы открыть дверь. Я мысленно зафиксировала точные очертания маленького серебряного ключа и синего брелока, к которому он был прикреплен, прежде чем он убрал его обратно в карман.

Генри распахнул дверь, и мы вдвоем встали в проеме маленькой, невероятно тесной и душной комнаты. Вдоль дальней стены возвышались стойки с блоками питания, а в центре комнаты стояли четыре компьютерных монитора, отбрасывающих яркий свет на белые стены темного помещения.

– Оу, почему-то я думала, что всё будет выглядеть немного изысканнее. Ты ведь наверняка разработал технологии, где монитор вообще не нужен.

Генри коротко усмехнулся, закрывая дверь и снова запирая её на ключ. Он трижды проверил дверную ручку.

Внутри явно было что-то полезное для меня. Обязательно должно было быть, иначе зачем её запирать?

– Что ж, открою тебе небольшой секрет, – вздохнул он. – У меня были одни из лучших безэкранных технологий в мире. Я думал, что всё идеально, пока совсем недавно всё это не рухнуло. А когда подобное рушится и тебе нужно всё починить, лучше вернуться к старому доброму способу использования серверов и экранов.

Я кивнула, не совсем понимая, о чём он говорит, но мысленно повторяла каждое слово, заучивая их наизусть, будто это пригодится мне позже, когда я найду способ снова пробраться в эту комнату.

– В любом случае, я пришёл сказать тебе, что обед готов. Уверен, у тебя разыгрался аппетит от таскания этих коробок.