Текст книги "Враг на миллиард долларов (ЛП)"
Автор книги: Оливия Хейл
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)
23
Коул 
Я взбалтываю виски в бокале. Это второй за вечер, а ведь сегодня только среда.
– Ты расклеиваешься, – говорю я. Слушать меня некому.
На экране компьютера передо мной письма, кажется, то расплываются, то снова обретают четкость, и дело не в том, что я пьян. Просто никак не могу заставить себя хоть немного ими заинтересоваться.
Снос книжного магазина начинается меньше чем через пятнадцать часов.
Закончили ли Карли и Скай освобождать помещение? Сняли ли они памятные вещи, забрали ли растения и фотографии в рамках? Спрятали ли все запасы товаров? Я хочу это знать. Хочу позвонить Скай и спросить, услышать ее голос в трубке. Узнать, забрала ли она то старое драное кресло домой, в свою и без того захламленную квартиру.
Но сомневаюсь, что она возьмет трубку. В истории о ней и обо мне, о «Между страниц» и «Портер Девелопмент», я – злодей. Те, что в кино, кажется, всегда получают удовольствие от порочности. Мне это не близко.
Я все еще мог бы это остановить.
Конечно, планы составлены. Инвесторы довольны. Строительная бригада рвется в бой, и буквально сегодня кто-то поздравил меня с новым объектом.
Но время все еще есть, если я решу изменить планы.
Команда сочтет меня сумасшедшим. Начнутся внутренние разногласия. Появятся вопросы к моему лидерству и, возможно, даже к душевному здоровью. Кажется, это небольшая цена. Что мне терять?
Скай.
Она может возненавидеть меня за то, что остановил снос ради нее, так же сильно, как ненавидит за то, что его затеял. Гордость – это чувство, которое свойственно нам обоим. С самого начала она дала понять, что наши отношения не строятся по принципу «услуга за услугу». Что не хочет ничего зарабатывать – во всяком случае, не таким путем.
Если я остановлю снос ради нее... Хотя я бы никогда не попросил ничего взамен, это поставило бы ее в неловкое положение. Если и есть что-то, чего я не хочу, так это чтобы она чувствовала стыд, особенно за то, что мы делали вместе.
Я бросаю взгляд на семейное фото в рамке на столе. На нем мой отец, за пару лет до смерти. Высокий, в костюме, рука лежит на моем плече в день выпуска из колледжа. Моя сестра улыбается, стоя рядом.
Годами отец обожал слушать о моих деловых операциях. Хотел, чтобы я подробно разбирал их, чтобы мог выслушать и прокомментировать. Что бы он сказал об этой? Он всегда был тем, кто прививал мне важность принятия взвешенных финансовых решений, доверия экспертам. Того, чтобы делать все по правилам.
Никогда не бывает только одного варианта, часто говорил он. Найди третий путь. Именно там кроется успех.
Возможно, его совет здесь неприменим, но я должен попытаться. Найти третий путь.
Скай упоминала, что показатели все еще растут; они могли бы стать прибыльными через несколько месяцев. Сохранение магазина помогло бы утихомирить протестующих против проекта, хотя их и было немного.
Мог бы я принять это решение ради самого бизнеса, а не ради Скай?
Я ищу в общем корпоративном хранилище на ноутбуке, пока не нахожу проект. И там, в небольшой папке под названием «Финансовая отчетность Между страниц», лежит бухгалтерский отчет, который они предоставили компании.
Я открываю его кликом. На меня тут же обрушиваются пестрые графики. При ближайшем рассмотрении оказывается, что один из них дублируется, просто цифры перевернуты. Зачем бухгалтеру это делать? Чтобы выглядело солиднее?
Я прокручиваю цифры в поисках продаж и складских запасов. Активов и долгов. Вместо этого проваливаюсь в финансовую кроличью нору.
Цифры отображены путано. Документ красивый, конечно, если стремиться к стилю в ущерб содержанию. Но самой сути катастрофически не хватает. Я продираюсь сквозь изящные формулировки и искусно созданные таблицы, чтобы выудить цифры. И вот тогда я ее нахожу.
Ошибку.
Сначала она настолько мала, что взгляд проскальзывает мимо, но при втором проходе бросается в глаза как бельмо на глазу. И это преднамеренная ошибка. Их бухгалтер неверно классифицировал целый раздел продаж. Доход описан как расходы.
Классика хищений.
В висках начинает стучать. Как бухгалтеры этого не заметили? Брайан сказал, что прогонит цифры магазина через внутренний финансовый отдел.
В животе разливается холод, когда я осознаю причину. Ну конечно, Коул. Если бухгалтеры «Портер Девелопмент» чего-то стоят, они это видели – и не подали виду. А зачем им это? У нас нет стимула. Потому что правда, скрытая за этим подложным документом, очевидна.
«Между страниц» был прибыльным.
И кто-то предоставил компании поддельный документ в надежде, что мы закроем на это глаза.
Скай преуспела. Умудрилась выправить ситуацию, черт возьми, а их бухгалтер и моя собственная гребаная компания пытаются ее обмануть.
Рука почти дрожит от холодной ярости, когда я тянусь к телефону. Первым делом я звоню Брайану.
– Сэр?
– Показатели книжного магазина сфальсифицированы. Ты знал об этом?
Деликатная пауза.
– Сэр...
– Отвечай на вопрос.
– Финансовая группа довела до моего сведения – по секрету – что их бухгалтерский отчет выглядел... по-дилетантски. Изобиловал ошибками. Я решил не обострять ситуацию, – он делает паузу на несколько мгновений. – Зачем нам это, сэр?
– Затем, что мы заключили сделку. Затем, что я дал слово, – голос становится жестче. – Мы отменяем завтрашний снос. Никаких действий, пока бухгалтеры все не перепроверят.
Шокированное молчание. А затем, как я и ожидал, его возмущенный голос:
– Все уже запущено. Остановка обойдется вам в огромные деньги. Сэр.
– Пусть будет так. Сейчас я звоню Сэму, чтобы сообщить ровно то же самое.
– Что ж. Хорошо, я тоже сделаю все необходимые распоряжения.
– Очень на это надеюсь, – рука крепче сжимает мобильный. – Мне не нравится, когда ты решаешь, к какой информации я должен или не должен иметь доступ, когда речь идет о моих собственных деловых сделках, Брайан.
– Понял вас.
Я вешаю трубку, но гнев ничуть не утихает. Брайан, может, и змея, но это змея, которую я нанял и продвинул по службе. Следовало самому потребовать цифры, а не доверять вслепую.
Сэм отвечает дольше, и, взглянув на время, я понимаю почему. Поздно – слишком поздно для звонка от начальника его начальника.
– Сэр?
– Извини, что беспокою в такое время, Сэм, но это насчет завтрашнего сноса. Придется его остановить.
Он принимает это спокойно, без лишних слов и профессионально.
– Хорошо. Сделаем. Есть что-то, о чем мне нужно знать?
– Внутренняя политика, сам понимаешь. Возможно, в итоге мы сохраним здание. Вероятно, встроим его в проект.
На другом конце провода тишина, прямо как у Брайана. У Сэма она, по крайней мере, просто шокированная – в паузе нет недовольства.
– Ладно. Я сообщу ребятам.
– Спасибо.
– Не за что.
Током под кожей пробегает потребность рассказать Скай. Это ее одурачили – кто именно, я не знаю. Хотя нет сомнений, куда делась их прибыль. Бухгалтерша сорвала куш.
Я хватаю ноутбук и телефон, шагая к лифту. Уже поздно. Она меня ненавидит. И все же сейчас я не могу быть ни в каком другом месте и не могу делать ничего иного. Я обязан все исправить. Отпустив Чарльза на вечер и к тому же опрокинув два виски, не остается ничего другого, кроме как поймать такси. Я набираю номер Скай, когда уже почти подъезжаю к ее дому.
В голосе звучит яростная решимость, когда она берет трубку.
– Скай, это Коул. Нам нужно поговорить. Я еду к тебе.
С ее стороны абсолютная тишина. А затем тихий и удивленный голос.
– Что?
– Мне нужно тебе кое-что показать.
– Прямо сейчас?
– Да. Это насчет книжного. У вас все получилось. Вы были прибыльными, Скай. Цифры неверны.
Ее дыхание прерывистое, и я не знаю, от облегчения это или от боли.
– Были?
– Да. Позволь доказать это.
– Когда ты будешь?
– Уже паркуюсь снаружи, – говорю я, сворачивая на ее улицу.
– Хорошо, – отвечает она, и в голосе вспыхивает огонь. – Я оставлю дверь открытой.
Моего терпения слишком мало, чтобы ждать сдачу, и таксист ухмыляется, получив неприлично щедрые чаевые. Я взлетаю по ступеням к ее квартире через одну. Она ждет у входной двери. Сначала шок от того, что вижу ее после почти двух недель разлуки, вытесняет из головы все мысли о хищениях. Ее густые каштановые волосы заплетены в косу, спускающуюся по спине, на теле – свободный свитер. На коже ни грамма косметики. Она мучительно красива.
– Если ты так шутишь, – предупреждает она, – Коул, клянусь, я...
– Я не шучу.
Может, она видит это в моих глазах, а может, просто в шоке от того, что я прохожу прямо мимо нее в квартиру, но по какой-то причине Скай не протестует. Вместо этого просто запирает дверь.
– Но цифры не сходились, – говорит она. – Нам сказали, что магазин убыточен. Как...?
– Ваш бухгалтер лгала, – я открываю ноутбук и вывожу документы «Между страниц», садясь за ее кухонный стол. Она садится рядом. Запах шампуня, цветочный, как и всегда, окутывает меня.
– Как?
– Смотри, – я указываю на экран, на ошибку, на цифры, которые не бьются. – Она не особо старалась это скрыть, – голос становится жестким. – Думаю, она рассчитывала, что ни ты, ни Карли в этом не разберетесь, и более того, что «Портер Девелопмент» закроет глаза.
Голос Скай дрожит.
– Может, это ошибка? Это не... это не может быть специально.
– Это на сто процентов преднамеренно, – я резок, но это слишком важно, и я слишком зол за Скай. – Она, должно быть, перекачивала вашу прибыль на свои счета.
– Но... я знаю ее с колледжа!
– Да, но на деле это ничего не значит, – говорю я, вспоминая Бена. – Мне жаль.
Ее ореховые глаза пылают.
– Значит, мы прибыльны?
– По цифрам определенно похоже на то, да. Но я добьюсь, чтобы бухгалтеры провели тщательную проверку, – и на этот раз предоставили верную информацию, думаю я.
Скай вскакивает со стула, энергия бурлит в ее теле, и начинает мерить шагами комнату. В пижамных шортах и тапочках она представляет собой великолепное зрелище.
– Не могу поверить. Я была той, кто ее порекомендовал!
– Ты не могла знать.
– Но должна была. Мы должны были перепроверить цифры, – она обхватывает голову руками. – Черт возьми, если бы я только понимала, как ведется бухгалтерия.
Я закрываю ноутбук.
– Теперь понимаешь.
– Если мы прибыльны... – произносит она, впиваясь взглядом в мои глаза. Там и надежда, и замешательство, и гнев. Все в одном.
– Я отменил снос.
Ее глаза расширяются.
– Отменил?
– Разумеется. Ты заключила со мной сделку, Скай, и я намерен ее соблюдать.
– У нас получилось, – едва слышно шепчет она. Голос звучит мечтательно. – Мы действительно все исправили. Магазин спасен.
– Ты это сделала.
– Я знала! У нас было столько покупателей. Распродажа работала. Чертова Хлоя, – она снова садится рядом, рука мягко ложится поверх моей. – Нам с Карли нужно подать на нее в суд, верно?
Я киваю, раздумывая, могу ли сжать ее руку в своей, или это будет лишним.
– Да. То, что она сделала, незаконно.
Скай смотрит вдаль, ее лицо застыло в маске решимости, которую я хорошо знаю.
– Я добьюсь того, чтобы магазин вернул себе каждый цент.
– В этом я не сомневаюсь.
– Спасибо, Коул, – говорит она, и ее ладонь крепче сжимает мою. – Ты не обязан был приходить. Я ценю это, правда.
– Я и так уже подумывал об отмене сноса, – признание вырывается само собой, ее близость и тепло действуют как умиротворяющее одеяло.
У Скай от удивления приоткрывается рот.
– Почему?
– Потому что не выносил мысли о том, что ты меня ненавидишь, – говорю я. Взгляд скользит по ее лицу, отмечая удивление в глазах, пряди волос, выбившиеся из небрежной косы. – Но это разговор для другого дня. Что собираешься делать?
– Мне нужно позвонить Карли, – говорит она. – И увидеть Хлою. Нашего бухгалтера, – добавляет она, заметив замешательство на моем лице.
– Хочешь устроить ей очную ставку?
– Да. Я должна знать, должна услышать, как она сама это скажет.
– Тебе от этого может стать только тяжелее, а не легче, – предостерегаю я. Разговор с Беном ни капли не помог, особенно признание в том, что он сделал.
Ее взгляд смягчается.
– Ты прав. Но я должна. Я... я напрошусь к ней завтра вечером.
– Все, что тебе понадобится, Скай, – я неохотно высвобождаю руку из-под ее ладони. Уже поздно, и Скай нужно о многом подумать. Позвонить Карли. Осознать все это. Как бы мне ни хотелось остаться, это было бы перебором.
Скай тянется и кладет руку мне на рукав.
– Погоди. А что дальше?
И, черт возьми, я не могу сдержаться. Я протягиваю руку и заправляю прядь ее волос за ухо. Скай, кажется, перестает дышать, глядя на меня снизу вверх.
– Пригласи Карли в офис послезавтра, – говорю я. – Встретимся с бухгалтерами и юристами. Подробно разберем отчетность и выработаем стратегию развития магазина на будущее.
Дыхание Скай сбивается, а затем она обнимает меня, прижимаясь головой к шее. Медленно я обвиваю ее руками. Она такая теплая. Запах волос наполняет легкие, я чувствую изгиб ее талии под своими ладонями.
Я не хочу ее отпускать.
– Спасибо, – бормочет она. – Я не знаю, что сказать. Спасибо.
Я касаюсь губами ее уха, не в силах устоять.
– Не нужно меня благодарить, Скай. Ты все это сделала сама.
Мой тон полон тепла. Интересно, слышит ли она правду – все то, что я хочу сказать, но не нахожу в себе сил. Пока нет.
– Только не с растениями, – говорит она, и в ее голосе слышится улыбка.
Она все еще в моих объятиях.
– Ладно, возможно, я немного помог. Но именно я должен просить прощения.
Скай отстраняется, и я неохотно отпускаю ее. На губах играет улыбка.
– Думаю, нам обоим стоит это сделать, но...
– Это для другого дня. Я понимаю, – я делаю шаг назад, отпуская ее руку. – Позвони Карли. Поговорим завтра.
– Хорошо, – она снова обхватывает себя руками, длинные рукава скрывают ладони, и провожает меня взглядом, пока открываю входную дверь. Несмотря на тему разговора, несмотря на недосказанность между нами, от отражения ее глаз в груди все сжимается. – Спасибо, Портер.
В моем голосе звучит улыбка.
– Не за что, Холланд.
24
Скай 
Я расправляю плечи. Несмотря на спокойные заверения Карли, что да, я справлюсь, не волнуйся, по венам струится тревога. А следом за ней – вина. Это я рекомендовала Хлою. Ее наняли по моему совету, а потом она нас подставила.
Я нажимаю кнопку домофона у квартиры Хлои.
– Я внизу.
– Поднимайся! – от ее бодрого голоса желудок сжимается еще глубже. Если Коул прав – если ее ошибка вовсе не ошибка, а преднамеренное хищение – она все равно готова ужинать. От одной мысли об этом меня подташнивает.
Телефон в кармане кажется коробкой с динамитом. Он записывает каждый звук, и все, что мы скажем, сохранится для истории. Это вторая причина, почему я здесь. Чтобы получить признание на запись.
Хлоя открывает дверь в квартиру с улыбкой, ее волосы собраны в высокий хвост.
– Я рада, что ты приняла предложение поужинать.
Она это серьезно? Двадцать четыре часа назад я бы ни на секунду в ней не усомнилась. Теперь же просто не могу этого не делать.
– Спасибо, что пригласила. Вау, что бы ты ни готовила, пахнет очень вкусно.
– Паста карбонара. Рецепт достаточно простой.
Я иду за ней через гостиную – мягкий диван, большой телевизор – в просторную кухню.
– Ну, – говорю я, – это все равно огромный шаг вперед. Помнишь колледж? Мы готовили Поп-тартс в тостере прямо в комнате.
Хлоя смеется, помешивая кастрюлю с кипящей пастой.
– Да. Мне – ванильные, тебе – с шоколадной помадкой.
– Были же времена, – я опираюсь на столешницу, гадая, в какой момент все пошло не так, раз это случилось. Конечно, мы отдалились друг от друга, но ведь было время, когда делили и дни, и ночи.
Она предлагает бокал вина, все так же улыбаясь. Мои ладони на стекле кажутся влажными от пота. Ужин был лишь предлогом, чтобы получить приглашение, чтобы добиться ответов лицом к лицу и не стать той, чей звонок сбрасывают. Но как завести об этом разговор? Вино божественно. А, кстати, ты крала деньги из нашего бизнеса?
– Так, – говорит Хлоя, – как продвигаются поиски работы? После того как книжный закрылся?
Я прочищаю горло.
– Пока все хорошо. На этой неделе отправлю несколько резюме.
– Это здорово, что держишь руку на пульсе. И, пожалуйста, дай знать, если я смогу чем-то помочь, – в ее глазах читается прекрасное проявление сострадания. – Мне искренне жаль, что все так закончилось.
У вина кислый вкус.
– Спасибо.
Она снова поворачивается к пасте.
– Я сделала все, что могла.
– Да неужели? – говорю я. – Как мило, – я ставлю бокал и вытираю руки о платье. Если когда-нибудь и лелеяла давнюю мечту стать шпионкой, эта скромная попытка поставила бы на ней крест. Я в этом ужасна. От нервов в горле спазмит. – Где у тебя ванная?
– По коридору и направо.
– Спасибо. Я сейчас вернусь.
Я качаю головой, коря себя, пока быстро выхожу из кухни. Просто предъяви ей все, Скай. Насколько это может быть сложно? В памяти всплывают слова Коула, те, что касались сестры. Почему не даешь ей отпор так же, как даешь его мне?
Огонь внутри меня полыхает на уютном расстоянии. Все, что нужно знать, – было ли это намеренно. И если да...
Пребывая в растерянности, я открываю не ту дверь. Это гардеробная. И она сверху донизу забита сумками, обувью, ремнями. Красиво расставленные сумки мириад цветов – и бренды, которые я узнаю, и те, что никогда раньше не видела. Дизайнерские сумки никогда не были моей слабостью, но даже я понимаю, что коллекция в ее шкафу стоит тысячи долларов.
Мозг делает выводы молниеносно. Огонь во мне вспыхивает и полыхает – праведный и яростный. Я с грохотом закрываю гардеробную и шагаю обратно в кухню.
– Хлоя.
– Да?
– Мы нашли бухгалтерскую ошибку в отчетности, – возможно, следовало сформулировать предложение иначе, возможно, стоило быть мягче, но подозрение и гнев окутывают мой разум, словно облако.
Хлоя слабо улыбается.
– Разве? Я все перепроверяла трижды, Скай, если хочешь на нее указать, я с радостью посмотрю. Просто пришли ее завтра, ладно?
– Нет, это не такого рода ошибка, – ладонь теперь не потная; она сжата в кулак у бедра. – Мне сообщили, что она крупная. Из тех, о которых знаешь в тот самый момент, когда совершаешь.
Хлоя убирает телефон.
– Скай, о чем ты говоришь?
– Ты обкрадывала книжный магазин?
– Что? – она моргает, глядя на меня, раз, другой, но возмущение выглядит наигранным. Ее глаза слишком бесстрастны.
– Зачем ты это сделала? – требую я. – Зачем тебе это понадобилось? Хлоя!
Ее маска оскорбленного достоинства осыпается, губы кривятся в гримасе.
– Проклятье. Ты вообще не должна была об этом узнать. Тебе не должны были рассказывать!
– Рассказывать? – меня трясет от ярости. – Как ты могла? Это средства к существованию Карли. Моя работа. И ради чего? Чтобы могла купить еще больше дизайнерских сумок?
Она злобно качает головой, но это не отрицание.
– У тебя есть книги, всегда были. А мне хочется чего-то другого. Боже, ты всегда меня осуждала!
– Осуждала за то, что ты совершила преступление?
– С бизнесом было покончено, Скай. Ни ты, ни Карли не хотели замечать очевидного. Магазин все равно бы закрылся. Все, что я сделала, – это немножко его подтолкнула.
– Ты серьезно? У нас был договор; мы могли остаться, если будем приносить прибыль. И приносили, пока ты не попыталась это скрыть. Как, черт возьми, ты могла?
Ее улыбка становится уродливой.
– Если ты думала, что «Портер Девелопмент» собирались соблюдать эту никчемную сделку, то ты дура.
Мне хочется встряхнуть ее, хочется влепить пощечину. Я делаю глубокий вдох.
– Верни деньги. До последнего цента, Хлоя.
– У меня их нет.
– Ты все потратила?
– Ну и что, если так? – ее глаза сужаются, в них появляется гнусное выражение. Эту сторону ее личности я не видела годами, и уж точно никогда – настолько ярко выраженной. – Снос начался сегодня. Я знаю график, Скай. Где ты найдешь поддержку? Кто поможет? Я почти уверена, что «Портер Девелопмент» заметили мою «ошибку», но с чего бы им было не плевать? Они получают именно то, что хотели.
Не верю своим ушам. Я делаю шаг назад, желая исчезнуть из ее присутствия.
– Если думаешь, что победила, то тебя ждет сюрприз.
– Неужели? Прости, Скай. Ничего личного. Просто бизнес.
– Ты сука, – Хлоя моргает, словно не веря, что я это сказала. Честно говоря, я и сама едва верю, одна часть меня наблюдает за другой как бы со стороны. У иной части – той, что у руля – нет времени на любезности. – Ты уничтожаешь чей-то бизнес и говоришь «ничего личного»? Просто невероятно. И ты сама дура, если думаешь, что Карли или я оставим это просто так.
Я прохожу через гостиную, хватая со стула жакет, который туда бросила.
– Удачи! – кричит она мне вслед. – «Портер Девелопмент» уже стучится в двери!
Кожа горит, кровь вскипает под самой кожей. То, что я делаю дальше, удивляет даже меня саму. На крючке у входной двери висит сумка кросс-боди. Дизайнерский логотип на ней – один из немногих, что я узнаю. Поэтому протягиваю руку, выхватываю ее и, прижав к груди, вылетаю за дверь на тротуар.
Большой джип ждет меня, как и водитель. Я запрыгиваю на пассажирское сиденье.
– О боже.
– Все прошло успешно?
Я бросаю взгляд на входную дверь. Ее не видно, по крайней мере, пока.
– Да. Поехали, поехали, гони!
Коул поворачивает ключ в замке зажигания.
– Я никогда раньше не был водителем, увозящим кого-то с места преступления.
– Учиться никогда не поздно, – я откидываюсь на сиденье, дыхание учащенное. – Она сделала это. Она во всем призналась. Не могу... я так зла.
Его рука на руле дергается.
– Ты имеешь на это полное право. Записала ее слова?
Я проверяю телефон и выключаю функцию записи.
– Да. Да, и она призналась прямо.
– Отлично.
– Она сказала, что все потратила. И что «Портер Девелопмент» уже стучится в двери.
Губы Коула сжимаются.
– Что ж, у меня есть информация из достоверных источников, что «Портер Девелопмент» ничего подобного не сделает.
Я закрываю глаза, вдыхая.
– Я сейчас на таком адреналине. Вау. Знаешь, что она сказала? «Ничего личного»!
Коул качает головой и на этот раз протягивает руку, чтобы положить ее мне на колено.
– Она невероятна. Мне жаль, Скай.
– А мне нет. Я полна решимости. Я верну эти деньги, как-нибудь, каким-нибудь способом.
– В этом не сомневаюсь.
– О, и посмотри!
Он бросает взгляд на сумку в моих руках.
– Что это?
– Я ее забрала. У нее целый шкаф таких. Должно быть, купила их на деньги, которые у нас украла. И... о боже, – говорю я, когда наконец доходит реальность произошедшего. – Я украла ее сумку.
Смех Коула звучит освобождающе – громкий, глубокий и сильный. Он разворачивает машину левой рукой, а правой сжимает мою ладонь.
– Ты невозможна.
– Я тоже совершила преступление, – я смотрю вниз на дизайнерский узор, крепче сжимая пальцы Коула. – Эти штуки, вероятно, стоят кучу денег. Я буду удерживать ее в заложниках, пока Хлоя не вернет долг.
Его голос звучит тепло.
– Звучит абсолютно разумно.
– Ты смеешься надо мной, – говорю я, и тут гнев утихает, превращаясь в потрясенный смех. – Не верю, что я это сделала.
– А я верю, – говорит Коул, голос теплый и сильный. – Ты – грозный противник.
Его профиль волевой, освещенный светом позднего вечера, струящимся в окно машины. Сегодня я впервые вижу, как Коул ведет машину сам, без Чарльза.
– Спасибо, что стал моим сообщником.
Его взгляд смягчается, на мгновение перемещаясь на меня.
– Не мог позволить тебе безрассудствовать в одиночку.
– Кстати, есть кое-что, что тебе следует знать о завтрашнем дне.
Он один раз сжимает мою руку, прежде чем убрать свою и положить обе на руль. С этого ракурса тыльные стороны его ладоней кажутся широкими, пальцы – длинными, видны загорелые предплечья. Забавно, как такое обыденное занятие, как вождение, может сделать мужчину неотразимым.
– Насчет встречи?
– Да.
– Ну? – подгоняет он. – Если пытаешься нагнать саспенса, то считай, что я уже на иголках.
– Карли знает о нас с тобой.
Его взгляд становится обеспокоенным.
– Знает? Откуда?
– Тимми. Хвастался своим кумиром, и она подслушала.
Губы Коула изгибаются в нежной улыбке.
– И как она это приняла? Меня ждет расстрел?
– Сначала не очень хорошо. Мне пришлось кое-что объяснять.
Он кивает, сворачивая на шоссе, чтобы избежать вечерних пробок в городе. Мой взгляд жадно впитывает его образ, я наслаждаюсь возможностью наблюдать за Коулом, пока тот не видит. Две недели без общения – это слишком долго. Я скучала по ширине его плеч и глубине ума.
– Искушенные объяснения, полагаю, были трудными, – сухо говорит он.
Я смеюсь.
– Да. Думаю, именно это ее и убедило. То, что я сама не могла ничего объяснить. Я никогда не была способна на это, понимаешь.
Он издает низкий гудящий звук, и снова между нами повисает нечто невысказанное. О том, кто мы друг для друга. Куда движемся. Или отношения лучше оставить просто приятным воспоминанием.
Я знаю, чего хочу. Это желание прячется в глубине сознания как хрупкая надежда. Ссора с Хлоей, как ни парадоксально, помогла понять яснее, чем когда-либо: мне нравилось то, какой была рядом с ним – той, кем он помог мне стать. Нравилась храбрость, которую Коул помог обрести.
Я хочу быть чем-то большим, нежели врагами. Большим, чем случайной интрижкой, и уж точно большим, чем просто друзьями. Просто нужно набраться смелости, чтобы сказать ему об этом.
В голосе Коула слышится ироничная улыбка, когда он тормозит у моего дома, а блеск в глазах говорит о его собственных тайных мыслях.
– Мы на месте.
– Вот и приехали.
Его взгляд ласкает мое лицо, щеку, губы.
– Я горжусь тобой. Тем, как дала отпор.
– Спасибо.
– Просто «спасибо»? Я был уверен, что получу нагоняй.
– Я не всегда бываю ужасной, – говорю я, облизывая губы.
– О, я знаю, Скай.
Тишина между нами теплая и дурманящая, и я хочу, чтобы Коул поднялся ко мне. Хочу наговорить кучу всего, чего-то сентиментального и дикого, на что, уверена, он считает меня неспособной.
Но потом Коул кивает на мою дверь.
– Забирай контрабанду и иди домой, Скай, пока я не начал испытывать удачу.
– Может, этого я и хочу.
Он закрывает глаза с тяжелым выдохом.
– В этот раз мы все делаем правильно. По крайней мере, это моя мантра. И включает в себя сначала решение вопросов с твоим бизнесом. Мы не будем снова смешивать одно с другим.
Я прерывисто киваю.
– Похоже на план, Портер.
– В этот раз я пытаюсь его придерживаться.
Его глаза все еще закрыты, голова откинута на подголовник – само воплощение мужской сдержанности. Поэтому я запечатлеваю целомудренный поцелуй на его щеке.
Его глаза распахиваются, но я уже выбралась из машины и стою на тротуаре прежде, чем тот успевает издать звук протеста.
– До завтра, – говорю я.
Его взгляд задерживается на мне, наблюдая, как ищу ключи от квартиры. Голос, долетающий до меня через открытое окно, звучит мягко:
– Жду не дождусь.
