Текст книги "Враг на миллиард долларов (ЛП)"

Автор книги: Оливия Хейл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

4

Коул

– Отстаешь.

Я хмурюсь, глядя на Ника, и тянусь за полотенцем.

– В следующем сете я тебя сделаю.

Он прислоняет теннисную ракетку к низкой скамье и одаряет меня волчьей ухмылкой.

– Ты и в прошлый раз так говорил. Черт, чувак, это же твоя игра.

– Спасибо, что напомнил, – я вытираю пот со лба. Раз в неделю, сколько себя помню, мы с Ником играем в теннис по утрам. И я не проигрывал так разгромно примерно столько же времени.

– Ты мыслями где-то не здесь.

Я не протестую, потому что, честно говоря, он прав. Сосредоточиться стало трудно со вчерашнего дня, когда Скай Холланд вошла в кабинет и выторговала пари, на которое мне ни в коем случае не следовало соглашаться.

– Возможно, да.

Ник хмурится.

– Бизнес? Застройка на Четвертой улице доставляет тебе немало проблем, верно?

– Да, это так, но дело не в этом. Мне каким-то образом удалось смешать бизнес и удовольствие. Опять.

Ник, помнящий, как это случилось в первый раз, морщится.

– Ой-ой.

– Ага.

Он бросает теннисный мяч, и я легко ловлю его, выхватывая прямо из воздуха.

– Она на тебя работает?

– Не совсем. Я планирую снести заведение, в котором она работает.

На мгновение Ник просто уставляется на меня, а затем откидывает голову назад и хохочет.

– Ты не серьезно.

– Еще как серьезно, – говорю я, перебрасывая мяч обратно.

– Жуть какая, – он с силой швыряет его мне в грудь, но я легко перехватываю, чувствуя, как саднит кожу. – Как она вообще выносит пребывание с тобой в одной комнате?

– В данный момент, сомневаюсь, что выносит. Мы переспали несколько недель назад, еще до того, как я узнал, кто она такая.

Ник проводит рукой по волосам.

– Как вы познакомились?

– В «Наследии».

– У тебя был секс на одну ночь?

Я поворачиваюсь к нему спиной и убираю ракетку в чехол. В отеле в центре города есть крытый теннисный корт, удобно расположенный рядом с работой. У нас с Ником постоянная бронь.

– Да, – отвечаю я. Я практически слышу все то, о чем Ник умалчивает – насмешки, из которых мы оба уже выросли. Будь это пять лет назад, он бы разделал меня на словах, а я бы ответил тем же. – И это было чертовски фантастически. Лучший секс за многие годы. Я надеялся на повторение, но потом... что ж.

– Ты превратился в дьявола, – говорит он. Я бросаю на него злой взгляд, и он снова ухмыляется. – В ее глазах, я имею в виду.

– Да, а вместе с этим исчезла и любая надежда на повторение.

– Если хочешь, чтобы я сказал не сносить ее здание, я этого не сделаю, – его улыбка исчезает. – Бизнес и удовольствие несовместимы.

– Я знаю, – отзываюсь я. Смешивание их в прошлом стало самой дорогой ошибкой, которую когда-либо совершал.

– И если твоя команда провела расчеты, составила контракты, начала планирование... не останавливайся. Ты приносишь бизнес в Сиэтл. Этим и занимаешься годами, – он пожимает плечами. – В городе полно других женщин.

Я киваю, думая про себя о том, что на протяжении долгого времени ни одна из них меня не привлекала – до Скай.

Совет Ника разумен. Но пока стою под душем, и теплая вода каскадом стекает по мне, воспоминания о ней снова находят. Ее теплое тело, прижатое к моему. Какова на вкус. То, как была собой – не боялась дразнить меня, брать инициативу на себя, но в то же время была странно застенчивой, словно не знала, как я отреагирую. Она шептала мне всякое в темноте – уверен, сейчас об этом жалеет – когда моя голова была у нее между ног.

Я никогда раньше не кончала, когда мужчина делал это.

Это не было ложью, я уверен, и сейчас чувствую то же самое, что и тогда: меня захлестывает желание показать ей больше того, на что я способен. Возвыситься, заполнить ее и заставлять кончать снова и снова.

Я закрываю глаза, прислонившись к плитке. Вчера она была в ярости. Я видел это в ее глазах. Почему ты мне не сказал?

И под этим всем совершенно иной вид гнева. Скай решилась на импульсивный секс на одну ночь с красавцем-незнакомцем – роль, которую я отыграл на все сто – а потом оказалось, что я тот самый человек, которого она презирает больше всех на свете.

Да. Она имела полное право быть чертовски взбешенной.

Но также знаю, что произошедшее между нами в той гостиничной постели не было случайностью или просто удачным совпадением. Секс такого качества никогда им не бывает.

И придется ее в этом убедить.

Вечером машина плавно останавливается у маленького книжного магазина.

– Подождать вас здесь, сэр?

Я поправляю воротник пиджака.

– Нет. Я позвоню, когда закончу.

Чарльз никак не комментирует. Он со мной уже много лет, и, несмотря на то что знает все тонкости жизни, ни разу не перешел черту. Бизнес и дружба никогда не смешиваются. Так должно быть.

И именно на это я сейчас забиваю.

Это чистая авантюра – надеяться, что она еще здесь; с таким же успехом могу застать врасплох Карли Стиллер.

Я останавливаюсь перед книжным. В магазине «Между страниц» есть определенное очарование, это правда, но большая часть исходит от того, что его так явно любят. Витрины оформлены с заботой, вывеска у двери раскрашена вручную.

Маленький колокольчик весело возвещает о моем приходе, когда вхожу внутрь. С тем же успехом это мог быть боевой барабан, потому что в тот момент, когда она меня увидит, мне несдобровать.

И не могу этого дождаться.

– Сейчас подойду! – разносится ее голос откуда-то из глубины. Карли за кассой нет. Идеально. В ожидании я беру книгу с кассы. Перевернув ее, вижу, что это любовный роман: два человека, которых жизнь и судьба разлучают снова и снова. Я кладу ее на место с усмешкой. Если они так хороши в неумении общаться, то явно не родственные души.

Скай замирает как вкопанная, замечая меня. Каштановые волосы собраны в хвост, обнажая тонкую шею, а на горле покоится золотой кулон.

– Что ты здесь делаешь?

– Мне нужна еще одна книга.

Ее глаза сужаются.

– Чушь собачья.

– Откуда тебе знать? Может, я уже дочитал ту, что купил на прошлой неделе.

– Ну конечно, – она упирает руки в бока, и на щеках проступает красивый румянец. То же самое произошло на вчерашней встрече, но Скай не отступила, даже когда сотрудники пытались заставить ее замолчать. Это еще один кусочек пазла. Она смелая.

– Ты должен был сказать еще на прошлой неделе, – говорит она. – Кем являешься.

– И прервать пикировку? Ни за что, – я наклоняюсь, вспоминая ту застенчивость, которую она проявила, когда зашел в магазин на прошлой неделе. – Ты бы никогда не рассказала все то, что я хотел знать, если бы это сделал.

Краска заливает ее лицо.

– Это было нечестно. Ты позволял мне говорить о... об этом, и все это время знал, что я почувствую себя иначе, как только все выясню. Я оскорбила тебя прямо в лицо!

Приходится сдерживаться, чтобы не улыбнуться.

– Было дело. Меня давно так не называли. Это ново.

– Счастлива, что смогла тебя развлечь.

– Ты кое-что путаешь, – замечаю я. – Ведь ясно дала понять, что в ту ночь развлечением для тебя был я, а не наоборот.

Она хмурится.

– Это нечестно.

– Нет? Я сохранил записку, которую ты оставила. Хочешь, найду? По-моему, она как раз в бумажнике.

– Нет, спасибо, и вообще-то я не думаю, что стоит говорить об этом снова. Это непрофессионально, – она делает глубокий вдох, скрещивая руки на груди, отчего тонкая талия и изгиб груди становятся еще заметнее. Находиться так близко к ней – зная, каково ее тело на ощупь – и не иметь возможности прикоснуться, это как самая сладкая форма пытки.

– Ты права. Теперь мы связаны профессиональными отношениями, благодаря тебе.

– Ты согласился.

– Согласился, – я намеренно отвожу взгляд, принимая самое высокомерное выражение лица, и обвожу взглядом магазин. – Сделать это местечко прибыльным будет той еще задачкой.

– Думаешь, у нас не получится? Люди сейчас не так много читают, индустрия умирает, бла-бла-бла. Я все это уже слышала. Но знаешь что? В конце концов ты меня еще поблагодаришь.

– Да неужели?

– Да, когда получишь идеально работающий, высокоприбыльный книжный магазин в дополнение к своей застройке.

Я беру книгу из раздела психологии. Как встретиться со своими демонами лицом к лицу.

– Не знаю, как удастся вписать книжный магазин в вестибюль отеля.

– Ты нарушишь свое слово?

Я поднимаю взгляд, слыша явную ярость в ее голосе.

– Нет. Если справишься за два месяца, мы разберемся с остальным. Как-нибудь.

Она хмыкает, словно не до конца убеждена, но это уже начало. Я кладу книгу на место.

– И как планируешь это сделать?

– Сделать магазин прибыльным?

– Да.

Она скрещивает руки на груди. На ней футболка с логотипом книжного магазина. «Между страниц» написано прямо на груди.

– Почему ты хочешь знать? Чтобы мог напакостить?

– Ты ужасно параноидальна.

Напряжение в ее плечах немного спадает.

– Может быть. Но этот книжный слишком важен, а ты слишком раздражаешь. Я должна быть начеку.

Моя улыбка возвращается.

– Раздражаю? Я помню все иначе. И не смогу забыть, как меня называли изумительным. Великолепным. Или, самое любимое, когда ты шептала, что я самый бо-о-о...

– Боже, Коул! – она тянется и ударяет меня по плечу. Для такой миниатюрной женщины она довольно сильная. – Какую часть фразы «давай-никогда-больше-не-будем-об-этом-говорить» ты не понял?

– Я на это не соглашался.

– Стоило бы. О чем ты вообще думал? А если бы здесь была Карли?

Я спокойно смотрю на нее в ответ.

– Тогда бы пришел сюда, чтобы осмотреть место лично.

Скай смотрит на меня так, будто совершенно не представляет, что делать. Если бы не тот факт, что я чувствую в отношении нее то же самое, было бы смешно.

– Тот бар в отеле был твоим. Ты им владеешь.

– Владею, да.

– Номер в отеле. Он был твоим?

Я засовываю руки в карманы.

– Технически, они все мои.

– Ты был там не по делам.

– По делам, просто не приезжим. Это было твоим предположением.

– Почему ты там остановился?

– Ждал кое-кого в «Наследии». Человека, работающего в этом здании, но тот опаздывал.

– И ты на него забил?

– А ты можешь меня винить? Роскошная брюнетка у бара меня изрядно отвлекла.

Она теребит подол футболки, будто чувствуя неловкость. Возможно, мне стоило переодеться и снять костюм.

– Можешь завязывать с комплиментами. Я уже один раз запрыгнула к тебе в постель, и больше этого не повторится.

Я чувствую укол разочарования, но не подаю виду. Делаю шаг ближе.

– Ты уверена, что готова дать такое обещание?

– Да, – говорит Скай, но голос звучит немного сбивчиво. В магазине так тихо, что можно услышать, как падает иголка – ни покупателей, ни фоновой музыки, ничего.

– Ты здесь одна по вечерам?

Она прикладывает руку ко лбу, отступая на шаг.

– В большинстве случаев, да.

Я смотрю на хлипкую входную дверь, на кассовый аппарат, стоящий прямо у входа. Ситуация не кажется особенно безопасной. Скай ловит мой взгляд и тут же ощетинивается.

– У нас есть тревожная кнопка. Никаких инцидентов никогда не было, и я не ожидаю, что они начнутся сейчас.

– М-м.

– Это не повод для претензий к магазину, – она поднимает палец, словно отчитывая меня, но взгляд мог бы убить на месте. – Я не позволю тебе приходить сюда, вынюхивать и пытаться найти причины, чтобы закрыть нас. Мы заключили сделку.

– Я не собираюсь...

– Скай? Я нашел еще одну!

Ее голова резко поворачивается в сторону детского голоса, доносящегося из глубины магазина. Затем снова смотрит на меня. Во взгляде читается явная нерешительность.

– Смотри! – мальчик выходит из одного из проходов, держа в руках газету. Ему не больше десяти: темно-каштановые волосы, круглые очки на носу.

Он останавливается, увидев меня.

– Ой. Простите, не хотел мешать, – судя по тому, как краснеют его щеки, они точно родственники.

– Ты не мешаешь, Тимми. Что нашел?

Он бочком подходит к Скай, раскрывая газету и бросая на меня вороватые взгляды. Он указывает на что-то – статью для школьного проекта? – но я не слушаю.

У Скай есть сын?

Я снова смотрю на нее. Гладкая кожа, густые волосы, естественный изгиб губ, острый подбородок. Ей не может быть намного больше двадцати пяти. Сын такого возраста?

Мальчик теперь открыто пялится на меня.

– Привет, – говорю я, ошеломленный осознанием. – Я Коул.

– Тимми. Приятно познакомиться.

Хорошие манеры у парня, тут не поспоришь. Скай кладет руку ему на плечо.

– Коул не покупатель. Он... знакомый.

Ее сухой тон заставляет меня улыбнуться.

– Верно, – подтверждаю я. – А ты кто?

Он непонимающе смотрит на меня, прежде чем повернуться к Скай. Она улыбается ему – мягкой, искренней улыбкой, в которой нет ни капли сарказма или насмешки.

– Тимми – мой племянник. Думаю, Коул гадал, не твоя ли я мама, приятель.

Мальчик смеется, будто это какая-то нелепица.

– Нет, не мама.

– Тимми иногда бывает здесь по вечерам, когда сестре приходится задерживаться на работе. Но думаю... – Скай прерывает резкий звук телефона, зазвонившего за кассой. Она бросает на меня взгляд, говорящий «веди себя прилично!», и уходит ответить.

Мальчишка поглядывает на меня поверх газеты. Я откашливаюсь.

– О чем твой проект?

– Нам нужно найти три статьи на одну и ту же тему и сравнить их.

Я киваю на газету в его руках.

– И что ты выбрал?

Он разворачивает ее и поднимает высоко, чтобы я мог видеть.

– У «Маринерс» новый тренер.

– Точно, – я провожу рукой по челюсти и пробегаю статью глазами. – На мой взгляд, это ошибка, но интересно посмотреть на его стиль.

Лицо Тимми светлеет.

– Вы фанат «Маринерс»?

– Конечно, малыш. Ты тоже?

– Да-а-а, – он растягивает слоги, комично округляя глаза. – Я был на одной из их игр несколько лет назад. Скай меня водила.

Несколько лет назад? Я усмехаюсь пацану.

– Сколько тебе лет?

– Девять. Ну, через пару месяцев будет девять.

Я бросаю взгляд на Скай. Ей не понравится то, что я собираюсь сказать, но воодушевление в его голосе делает это невозможным.

– Я бываю на многих их играх.

– Правда?

– Да. Почти на всех домашних, вообще-то, – уточнение: на всех. Это одна из вещей, которой мы занимаемся с Ником и Итаном, а иногда и с сестрой. У меня сезонный VIP-абонемент. Одно из многих преимуществ, которые приходят с деньгами: ты можешь инвестировать в свои увлечения.

Глаза Тимми сияют.

– А кто ваш любимый игрок?

Я притворяюсь, что раздумываю.

– Не знаю. У меня их много. Почему бы тебе не назвать своего?

Он расплывается в улыбке и пускается в рассуждения о питчере. Жестикулируя, он настолько увлечен, что приходится отложить газету, чтобы в полной мере изобразить замах, просто чтобы показать, какой у него хороший охват. Вся застенчивость мгновенно испарилась.

– Ты играешь?

– Иногда, – говорит он, но при этом не смотрит на меня. – Не так часто, наверное.

– Бьюсь об заклад, у тебя бы отлично получилось.

– Думаете?

– С таким-то замахом? Еще бы, – я наклоняюсь и поднимаю газету. – Ты часто делаешь здесь уроки?

– Да. Иногда Скай разрешает повеселиться, но только после того, как я закончу уроки, – он говорит это с драматическим вздохом, и я усмехаюсь в ответ. Мы оба смотрим туда, где Скай разговаривает по телефону, согласно кивая на слова собеседника. Ее лицо выражает деловую решительность, а губы смягчены улыбкой. – А откуда вы знаете мою тетю?

Мое внимание снова переключается на ее племянника.

– Я друг.

Он медленно кивает.

– Хорошо, – говорит он. – Друг. Хотите посмотреть мои бейсбольные карточки?

– Я бы с удо...

– Коул уже уходит, – Скай вернулась, положив руку на плечо Тимми. – Извини, что заставила ждать.

– Без проблем.

– Иди наверх, Тимми. В ящике у двери есть еще газеты – можешь заглянуть и в них.

Он бросает на нее раздосадованный взгляд, а затем машет мне на прощание. Мы со Скай молча наблюдаем, как маленькая фигурка бредет через книжный магазин мимо бесконечных полок с книгами.

– Хороший пацан, – говорю я.

– Хороший. Зачем ты сюда пришел на самом деле, Коул?

Я снова провожу рукой по челюсти. В ее глазах пылает вызов и что-то более глубокое. Смущение? Обида?

– Я должен был сказать, кем являюсь, когда заявился на прошлой неделе, – говорю я.

– Так ты пришел извиниться?

Ухмылка возвращается, и я делаю несколько шагов к входной двери.

– Считай моим извинением то, что принял это пари на два месяца, – говорю я.

– Принято. Но я все равно буду помнить, Коул.

– Хорошо, – отзываюсь я, взявшись за ручку двери. – До тех пор, пока помнишь то, что я сказал тебе на прошлой неделе. Я бы позвонил, Скай, если бы ты оставила свой номер. И ты бы взяла трубку.

5

Скай

– Видишь? Мы могли бы развесить их по всему району. На доске объявлений у продуктового, внутри кафе, на автобусных остановках... – я поднимаю один из сделанных флаеров, чтобы Карли посмотрела.

– Когда ты успела их сделать?

– Вчера вечером. А сегодня утром зашла в копицентр, – я кладу листок, пока две чашки кофе и решимость заставляют кожу зудеть от предвкушения. – Помнишь автора, о которой мы рассказывали на прошлой неделе? Она родом из Сиэтла. Может, могли бы организовать с ней книжные чтения и автограф-сессию?

Карли смеется.

– Ты хоть спала ночью?

– Да. Ну, немного, – я засиделась допоздна, занимаясь всем подряд: от мозгового штурма до просмотра видео, записанных видными бизнесменами. Последнее ни капли не помогло – я не планировала строить многомиллиардную империю – но это определенно дало мотивацию. Никогда не сдавайся, никогда не отступай. Планы закончить рукопись до конца года пошли прахом. «Между страниц» важнее.

– Плакаты просто фантастические.

– А вечер «открытого микрофона»?

– И «открытый микрофон», – она кивает. Карли тянется через стол и кладет ладонь на мою руку. – Скай, что на тебя нашло вчера на встрече?

Я встречаю ее серьезный взгляд своим собственным.

– Честно, не знаю. Я была так зла, и так... ну. Не могла позволить всему пойти ко дну без боя. И сейчас не могу. Прости, если я тебя смутила.

– Смутила? Скай, мы шли ко дну, а ты выторговала нам спасательный круг.

– Мы не можем просто позволить ему победить, понимаешь.

– Ему?

– Да, этому титану индустрии. Коулу Портеру. Крупному бизнесу. Корпоративной жадности. Им всем.

Карли качает головой, глядя на меня.

– Ты начинаешь звучать как сторонница теории заговора, но мне это нравится. Дай стопку плакатов, я повешу несколько штук во время обеда?

Я усмехаюсь.

– Это только начало. У меня столько идей, Карли... Это еще не конец для «Между страниц».

Ее улыбка полна восторга, все признаки усталости или смирения исчезли впервые за много недель.

– Знаешь что? Даже если и так, мы выложились на полную. Бабушка не пожелала бы иного.

Остаток дня я провожу, полностью погрузившись в дела магазина. Смотрю на каждую полку так, будто вижу ее впервые. Я стою на улице почти полчаса и анализирую витрины, пока Карли не говорит вернуться внутрь, потому что я отпугиваю реальных покупателей.

Книжный не может прогореть. Не может. Я прохожу по второму этажу с книжными шкафами из темного дерева и облезлым старым креслом в углу, видя все это так, будто мне снова двенадцать. Годами это место было моим безопасным пространством. Убежищем от мира, от школы и дома.

Я провожу рукой по винтовой лестнице, ведущей на чердак. Мы никогда туда не поднимаемся, и сейчас лестница чисто декоративная. На ней висит маленькая табличка с изящными, плавными буквами. «Лестница в книжный рай. К сожалению, вход воспрещен (на данный момент)».

Я повесила эту табличку, когда мне было пятнадцать, и бабушка Карли, Элеонор, так ее и не сняла. У этого магазина есть свое место в сообществе. В городе. В этих пыльных стенах живет магия. Магазин хранит тысячу историй, тысячу персонажей, тысячу мест, только и ждущих, чтобы их исследовали. Нам просто нужно донести эту магию более эффективно.

И если это хоть сколько-нибудь зависит от меня, мы это сделаем. «Между страниц» продолжит дарить свою магию толпам маленьких девочек и мальчиков, которые в ней нуждаются.

– И ты не против, если я уйду пораньше?

– Да, конечно, не против.

– Точно-точно?

Карли смеется.

– Да! Джон все равно скоро зайдет, составит компанию перед закрытием. К тому же, ты ведь не собираешься домой валяться на диване.

Я высоко поднимаю стопку плакатов.

– Нет, не совсем. Я собираюсь заклеить ими весь город. «Между страниц» будет повсюду. Ни один житель Сиэтла не останется в стороне.

– Скай?

– Да?

Ее взгляд смягчается.

– Я правда счастлива, что ты у меня есть. Знаю, ты могла бы делать гораздо больше, чем работать здесь... но я это ценю.

Ком в горле возникает из неоткуда, и приходится с трудом его сглотнуть.

– Нет другого места, где бы я хотела быть. Ты это знаешь.

– И все же. Спасибо.

Я иду вверх по улице, знакомой как свои пять пальцев. Возле старой пекарни, превращенной теперь в прачечную, есть доска объявлений. Дженис сидит снаружи с маленькой собачкой под боком. Да!

– Привет, – говорю я, вешая плакат.

Она прищуривается.

– Что это делаешь?

– Протестую против новой застройки.

Она издает хриплый смешок.

– Ничего хорошего из этого не выйдет.

– О, может и выйдет! Если в ближайшие два месяца в магазин придет достаточно покупателей, возможно, мы сможем остаться.

– Правда?

– Да, – я улыбаюсь, глядя на нее. – Мы приглашаем всех в округе заглядывать к нам как можно чаще. А еще организуем книжные чтения.

– Надо же, – повторяет она, на этот раз тише. – Что ж, тогда придется заскочить.

– Будем очень рады вас видеть.

Я прощаюсь с мисс Дженис и ее маленькой собачкой с улыбкой. Она разговаривает со всеми в этом районе – со всеми, кто готов слушать. Она лучше любой доски объявлений, какую только можно найти.

Я сворачиваю на Авен-стрит и продолжаю «плакатный квест». Прошу разрешения в кафе, чтобы повесить их. Впервые за несколько недель в том, что я делаю, есть цель. Спасти книжный. Эта мысль крутится в голове на репите, снова, и снова, и снова.

Что я там сказала Карли? Капитан индустрии. Крупный бизнес. Я использую телефон, чтобы поискать в интернете «Портер Девелопмент», но нахожу только стандартный сайт. Я качаю головой и пробую снова. «Какой недвижимостью владеет «Портер Девелопмент»?»

Джекпот. Тут и отель «Рис» с баром «Наследие», но пролистываю дальше. Мне не нужны напоминания о ночи, которую там провела.

Апартаменты «Флитвик» – еще один объект, и это совсем рядом. Я бросаю взгляд на оставшуюся стопку плакатов. Ну что ж, Коул Портер. Возможно, пришло время показать, насколько сильно мы полны решимости сохранить «Между страниц».

Следующий день проходит спокойно. У нас появляется несколько новых покупателей – и все они говорят, что пришли благодаря плакату, – но в остальном бизнес течет как обычно. То есть, практически никак.

К концу дня я снова одна, работаю в вечернюю смену. Карли ушла домой к мужу и детям с новым рецептом капкейков, который хочет попробовать. Я велела ей оставить один для меня на завтра и уже предвкушаю это.

Я прибавляю громкость радио и напеваю под нос, листая «Пинтерест». Разглядывание книжных магазинов и библиотек по всему миру вызвало острую зависть, но также и кучу идей. У «Между страниц» та же магическая атмосфера – очарование старого мира, как сказал Коул, – но мы определенно могли бы ее немного усилить.

Я замираю на фотографии прекрасного книжного где-то в Европе: дверной проем между двумя смежными залами, полностью сделанный из книг.

Я добавляю это в лежащий рядом список. Дверной проем из книг. Там уже полно идей. Сердце из книг тоже там. Я видела такое в «Инстаграм»: люди ездят специально, чтобы сфотографироваться на фоне книг, склеенных в форме сердца.

Что-то подобное подошло бы идеально. Именно то, что нам нужно – визуальная приманка. Повод для людей прийти в «Между страниц», сделать снимки, остаться подольше и проникнуться очарованием. И, надеюсь, купить книги.

Я останавливаюсь на другом фото: маленькие кашпо поверх полок с зелеными, вьющимися листьями, свисающими вниз. Выглядит великолепно.

Я послушно перерисовываю это в блокнот. Растения. Список наполовину полезный, наполовину нелепый. На снимке красивого старого книжного в Париже был кот, поэтому вписала слово Кот в блокнот. Карли ни за что на это не пойдет, но, по крайней мере, теперь есть чем заняться.

Меня прерывает звон колокольчика над дверью. Я тут же бросаю телефон, и приветливая улыбка расплывается на губах.

Она гаснет в ту же секунду, когда вижу, кто это.

Коул держит один из плакатов. Из-за раздражения его челюсть превратилась в жесткую линию.

– Что это, черт возьми, такое?

Я прищуриваюсь.

– Не совсем понимаю, о чем ты.

– Еще как понимаешь, Скай. Этими штуками было обклеено каждое из моих зданий.

– Оу. Этими.

– Да, этими, – он кладет плакат на кассу, в глазах сквозит гнев. Ответный трепет пробегает по моему телу.

– Пытаюсь гарантировать, что через два месяца мы будем прибыльными. Привлечение поддержки сообщества – часть этого плана.

– Отель «Блюстоун» находится на другом конце города, и его гости – приезжие. Он ничуть не является частью твоего сообщества.

Я моргаю, глядя на Коула снизу вверх.

– Не понимаю, почему ты так злишься. Мы заключили пари. Я пытаюсь выиграть.

– То, что ты на самом деле сделала – это проинформировала о нем каждого сотрудника.

Черт. Об этом я не подумала.

– Ой?

– Проклятье, Скай... – он проводит рукой по волосам, убирая их со лба. – В твоем списке дел должно быть что-то еще, кроме разрушения моей репутации. Или это пункт номер один? – он выхватывает блокнот из-за кассы, движения слишком быстрые для меня. – Так, это оно? Посмотрим, где тут «Уничтожить Коула Портера»...

– Верни.

Коул делает шаг назад, уворачиваясь от руки, и я в ужасном молчании наблюдаю, как его глаза пробегают по списку.

– Купить растения. Завести кота? Это и есть твой план по спасению магазина?

Яростный румянец ползет по шее.

– Это просто идеи.

– Твоя первая идея – обклеить плакатами все мои заведения, а вторая – купить кота?

Я тянусь, чтобы вырвать блокнот из его рук, и на этот раз Коул позволяет это сделать. Веселье на его лице только усиливает смущение.

– Послушай, я не просила тебя вкладывать потрясающую деловую хватку в это дело, ясно? К тому же, ты работаешь со зданиями, а не с книжными магазинами.

– Я работаю с людьми и прибылью, – говорит он, и подтекст слов кристально ясен. И это под категорию не подходит.

Глядя на Коула, стоящего здесь в костюме за тысячу долларов с самодовольной улыбкой, я хочу провалиться сквозь землю. Мои идеи были забавными. Способом создать более магическую атмосферу, привлечь больше покупателей. Они были глупым способом отвлечься от слишком вероятного сценария – сноса.

– Послушай, – говорю я. – Люди больше не покупают так много книг. Это грустно, но правды не отнять. Нам нужно привести клиентов по другой причине. В некоторые из самых успешных книжных магазинов мира стоят очереди на улице, и все из-за их атмосферы и эстетики, достойной фото. В наши дни бизнесом движет «Инстаграм».

Он поднимает руки.

– Если сможешь это провернуть, я первым признаю, что был неправ.

– В твоем тоне слышится «но».

Коул кивает на список, прядь густых волос падает ему на лоб. Они шелковистые на ощупь – я помню.

– Первое, что ты должна сделать – это заняться финансами.

Я постукиваю ручкой по блокноту.

– Да неужели?

– Да. Урежь все второстепенные расходы и прекрати новые закупки книг. Посмотри, сможешь ли сбить цены. У вас есть бухгалтер?

– Да, – говорю я, хотя, по правде говоря, не уверена. Этим всегда занимается Карли.

– Тогда встреться с ним как можно скорее, – говорит Коул, качая головой. – И почему я даю тебе советы? Мне сегодня позвонил ассистент и сказал, что на компанию совершена целенаправленная атака.

– Вау. И все из-за моих плакатов?

– Да. Вот что ты спустила с цепи, маленькая демоница.

– Не я тут сношу целые городские кварталы.

Его глаза сужаются.

– Иногда нужно освободить место для нового. Итак, ты прекратишь атаковать мои здания?

– Ничего не могу обещать. И это вряд ли было атакой, Коул, я просто повесила несколько плакатов!

– Скай.

– Ладно. Хорошо, я прекращу, – я убираю блокнот обратно за кассу и делаю мысленную пометку спросить Карли о бухгалтере.

Он скептически выгибает бровь.

– Ты хотела послать сигнал, и я не думаю, что он предназначался кому-то из сотрудников. Что ж, считай, что он получен.

В этом Коул прав. Я провожу рукой по хвосту – когда он рядом, я постоянно чувствую себя одетой слишком просто.

– У меня нет твоего номера, так что это был единственный способ, который смогла придумать.

– Ты могла бы получить мой номер, знаешь ли. Если бы этого хотела, нужно было всего лишь попросить, тогда, в ту ночь в отеле, – его голос упал на октаву ниже, звучит гладко, как жатый бархат и сама опасность.

Я издаю фырканье, достойное «Оскара».

– Я думала, мы договорились не обсуждать ту ночь.

– Я на это никогда не соглашался. И мне вот интересно... ты ведешь себя так, будто все в прошлом. Но сегодня кое-что заметил.

– Да?

Коул делает шаг ближе, и мои глаза оказываются на одном уровне с воротником рубашки. Верхняя пуговица расстегнута, виднеется несколько темных волосков. Я знаю, что они продолжаются вниз по груди, темнея и уходя глубже по напряженному животу и еще дальше.

– Ты обошла все мои объекты, – говорит он, – кроме «Наследия». Это было еще одно послание, Скай?

– Нет, – голос звучит слабо даже для собственных ушей.

– Почему же тогда он не удостоился такого же обращения?

Я облизываю губы.

– У него красивый фасад. Я не хотела его портить.

– Конечно. Тебе ведь все равно.

– Да.

Шершавый палец слегка приподнимает голову, пока я не оказываюсь вынуждена встретить его пылающий взгляд. Коул выглядит в точности так же, как в ту ночь в баре «Наследие». Обаятельный. Властный. Немного опасный.

Он мягко наклоняет голову, пока дыхание не начинает касаться моих губ.

– Лгунья, – говорит он. – Я тоже не возвращался в «Наследие» после той самой ночи.

Я как кролик, замерший в свете фар, неспособная прервать этот момент. Сила воли слабеет. Та часть моего тела, что кричала о повторении, теперь ревет, подбирая аргументы. Его губы так близко.

– Я ненавижу тебя, – шепчу я. – Очень сильно.

Он отстраняется с ироничной улыбкой.

– О, Скай. Не думаю, что это правда, – Коул подталкивает плакат ко мне. – Оставь себе. У меня есть еще примерно тысяча таких же.

И вот он уходит, шагая так же стремительно, как и вошел, а я остаюсь, пытаясь прояснить мысли. Что он собирался сделать?

И что еще хуже... что собиралась сделать я?