Текст книги "Тёмный повелитель (СИ)"

Автор книги: Ольга Силаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

Глава 12

Во второй раз я проснулась от смутного шума голосов. Неужели я так крепко спала, что не услышала прихода визитёров?

И суп я, кажется, тоже проспала.

Я быстро огляделась. Я была укрыта таким знакомым меховым покрывалом, но вместо ковра лежала на кровати в тёмной спальне с раздёрнутыми шторами. В окно светила луна: метель улеглась, и небо прояснилось. Рядом на кровати лежал пушистый халат нежно-кремового цвета.

Что ж, медлить не стоило. Я завязала пояс, прислушиваясь к неразличимому шуму сверху, и нахмурилась. Неужели здесь так хорошо разносились звуки, что я всё слышала? Ведь Рэю достаточно было закрыть и запереть дверь или просто поставить полог тишины. Объяснение могло быть лишь одно: Рэй хотел, чтобы я проснулась и услышала.

Спальня оказалась на первом этаже. Я выскользнула в пустую гостиную и бесшумно прокралась к лестнице, всем сердцем надеясь, что ни одна ступенька не скрипнет. Мне повезло: доски были пригнаны безупречно. Ни одна не прогнулась ни на волосок.

– …Помолвку стоит объявить как можно быстрее.

Голос Зеро. Я почувствовала, как сердце начинает биться быстрее.

Дверь, из-за которой доносились голоса, была закрыта, но голоса доносились до меня прекрасно. Похоже, Зеро не знал, что я здесь, иначе уж точно настоял бы на пологе тишины.

– Быстрее? – раздался спокойный голос Рэя. – Насколько быстрее? Завтра? Прямо сейчас?

– Ты понимаешь, – голос Зеро был тихим и напряжённым, – кто стоит во главе разведки? Он уже перетряхнул нас, он уже убил, чтобы занять своё место! Мы должны его сместить, но для этого ты должен стать правящим. Сегодня. Вчера. А без брака это лишь пустой титул. Пока ты – сухое дерево и твоя жена не носит наследника, тебя никогда не утвердят на должность.

Я пошатнулась. Рэй вот-вот женится? Рэй? После этой ночи?

И он знал об этом, обнимая меня?

– Знаю и помню, – устало сказал Рэй. – Пока у меня не появится наследник, никто не сможет шантажировать меня его жизнью, если я вдруг сорвусь и выступлю против империи.

– Тысячелетняя традиция. И не тебе её нарушать.

Короткий вздох.

– Фаэль это не понравится.

– Ты правда так о ней заботишься? – в голосе Зеро неожиданно прозвучало сочувствие. – Раньше я в тебе такого не замечал.

– После отца и Джейена? – Я словно наяву увидела, как Рэй пожимает плечами. – Нет, конечно. Я ни о ком не забочусь. С чего бы мне проявлять слабость?

– Но она для тебя не пустое место. Что изменилось?

– Она удобный напарник и важный инструмент против Маркуса, – просто сказал Рэй. – Всё вернулось на круги своя: чем сильнее я к ней привязан и чем сильнее её собственные чувства, тем вернее успех операции.

Горький привкус во рту делался всё сильнее. Я не сразу заметила, что по щекам текут совершенно детские слёзы.

На мгновение пришла мысль, что это ещё одна маска. Я криво улыбнулась. Да. Хорошо верить только в то, во что мне хочется верить.

Зеро хмыкнул:

– Что ж, приятно знать, что ты – это всё ещё ты. Но когда Фаэль узнает о твоей невесте… – он подчеркнул последние слова, – она перестанет быть тебе полезна. Она может просто-напросто сломаться. Девочка сильнее, чем я думал, но она не сделана из железа.

– Мне не нужен этот брак, – произнёс Рэй очень ровным голосом. – И тем более с этой невестой. Но Маркус жив. Мы знаем его настоящее имя. И у этого имени сейчас очень большая власть.

Послышался тяжёлый вздох.

– Я всё ещё не до конца верю, что Маркус – это он.

– Он идеальный мастер притворства. Естественно, он выбрал кандидатуру, которую мы заподозрили бы в последнюю очередь, – голос Рэя был сухим и резким. – Но нам стоило сразу подумать о ней.

– Я ни разу не заметил сходства, – неохотно произнёс Зеро. – Ни в речи, ни в жестах. Подумать только, что всё это время…

Пауза. Маятник на невидимых часах остановился, и мне показалось, что я соскальзываю вниз, вниз, вниз…

…В пропасть.

– Всё это время мы знали его имя слишком хорошо, – в голосе Рэя скользнула горькая ирония. – Маркус Рише всего лишь снова сделался главой имперской разведки. Теперь его зовут лорд Джавус-старший.

Нет.

Невозможно.

Моего отца никогда не было в Академии? Все эти годы там была лишь его союзница? Сообщница?

Лорд Джавус – мой отец? Но за эти пять лет…

…За эти пять лет он ни разу не проявил ко мне прежнего участия. Мы практически не говорили наедине, кроме встречи, где я отдала дому Джавус своё приданое. И даже тогда он не желал моего брака со своим сыном.

Он был…

…Идеальным актёром. Великолепно сыгравшим свою роль.

Короткая пауза.

– В любом случае, – раздумчиво произнёс Зеро, – не так уж крепко он сидит, чтобы не было возможности его сместить. Его репутация здорово упала после того, как они на пару с Алеттой перевернули всю разведку вверх дном, а леди Финхалас нашли мёртвой. Многие желали бы видеть тебя на месте Джавуса, стань ты правящим лордом по-настоящему. Вот только для этого тебе придётся жениться…

– На Сильвейне Рише.

Я оперлась на стену, чтобы не упасть. Что? Что?!

Моя сестра? Рэй – женится на моей сестре?

Я едва понимала, что происходит. Мир вдруг отгородился от меня ватной пеленой, бесцветным облаком, в котором едва слышались голоса.

– Думаешь, мы могли бы обойтись без этого брака? – внезапно произнёс Зеро. – Я не вижу других путей, но как знать?

– Возможно, – ровным голосом сказал Рэй. – Но я заставил Фаэль сжечь мосты и отказаться от карьеры ради шанса найти её отца. Я был бы плохим агентом, если бы не решился на то же самое.

– Ты понимаешь, что помолвку тебе уже не разорвать?

– Да, – последовал холодный ответ. – Но это помолвка с одной из сильнейших невест империи. И она обеспечит мне фавор императорской семьи, которая так ждёт от меня наследников.

– А другие варианты? Сильвейна Рише будет тебе отвратительной женой, и ты это знаешь.

– Вот уж что точно волнует меня в последнюю очередь, – устало сказал Рэй. – Ты прекрасно понимаешь, что если я возьму её в жёны, то получу неизмеримо больше выгод от её дара, чем связав себя с доброй и славной девушкой, которая стала бы превосходной женой и матерью. Сидды уважают силу, а не семейное счастье. Которого у меня не будет в любом случае.

Дар. Проклятый дар! Мне Рэй говорил совершенно иные вещи. Что дар неважен, что главное – мозги, что с таким взрывным темпераментом, как у Сильвейны, никто не захочет делать её своей супругой…

Ложь. Снова ложь.

– И сама невеста не возражает против этого брака?

– Мы поговорили. Мы поладили.

Я оперлась о стену. По лбу стекал холодный пот. Мне казалось, что я попала в плохой сон.

Моё сердце даже не разбилось на мелкие осколки. Просто вдруг оказалось, что его никогда не существовало.

– Сильвейна вполне понимает, что быть любовницей императора и силой у трона, а заодно и матерью будущей императрицы почти так же выгодно, как стать женой Тиара, – неумолимо продолжал Рэй за дверью. – Счастливого брака она не ждёт. Она не создана для этого, да и её сестра тоже. Просто там, где Сильвейна шагает в будуар очередного любовника, Фаэль выбирает службу империи.

Я вздрогнула, вытирая слёзы.

– Жаль, что ты не можешь жениться на Фаэль, – произнёс Зеро, и в его голосе прорезалось нечто, похожее на искреннее разочарование. – Сколько проблем было бы решено! К тому же сейчас, когда у неё есть дар…

– Да-да, уверен, мы стали бы идеальной парой, – теперь голос Рэя звучал раздражённо. – Во имя тёмных сиддов! Она почти девятнадцать лет была парией, её дар слаб, и император проклянёт меня, если у последнего принца великой династии будут слабые дети. А ещё вернее, втихую прикажет прикончить Фаэль, чтобы я нашёл другую мать для своих наследников, и я не смогу её защитить.

Я беззвучно всхлипнула, сползая по стене.

А потом с огромным усилием выпрямилась. Остатками разума я понимала, что Зеро не должен меня здесь увидеть: слишком опасное знание я только что получила. Если он поймёт, что я всё знаю… что оперативный штаб и один из лучших агентов империи желают устроить переворот и арестовать лорда Джавуса… Нет. Зеро сочтёт меня угрозой, и, зная его методы, я совершенно не желала рисковать.

А тем временем император лежал во дворце полумёртвый, принц Тиар был студентом Академии, формально вынужденным подчиняться лорду-хранителю, и власть фактически была сосредоточена в руках правящих лордов, но главным образом – в руках имперской безопасности.

В руках лорда Джавуса.

Лорд Джавус. Отец Ксара. Мой отец.

Странно было думать о нём так. Странно и обидно. Мой отец, который любил меня… был совсем рядом и игнорировал меня пять лет? Как? За что? Что я сделала?

Я закусила губу, цепляясь за слабую надежду. Никто не может быть так хорош в притворстве. Никто. Даже проживи он триста лет.

Но знать этого наверняка я не могла.

Подавив горький смешок, я повернулась и беззвучно двинулась вниз по лестнице. Возможно, оставшись, я услышала бы ещё что-то, но у меня просто не было сил слушать. Не было сил думать.

Не было сил жить.

Сначала я хотела уйти – сразу, в ночь, без прощаний и сцен. Но тогда Зеро увидел бы мои следы или услышал, как я собираюсь, и у Рэя были бы крупные неприятности, не говоря уже обо мне. Особое внимание главы оперативного штаба мне уж точно не требовалось. Фактически я подслушала, как готовился заговор против правящего лорда. Зеро вполне мог решить запереть меня где-нибудь, а то и того хуже.

Поэтому я бесшумно вернулась в спальню, сняла халат, будто случайно сбросив его на пол во сне, укуталась в покрывало и легла, ровно дыша и изо всех сил стараясь не заплакать. Следы ночных слёз сложно скрыть, и последнее, чего мне хотелось, – чтобы Рэй их видел.

Какая ирония. Я сбежала от Ксара, не желая быть любовницей жениха собственной сестры, а теперь то же самое предлагалось мне вне моей воли и желания.

Потому что я уже была любовницей Рэя этой ночью, не зная о грядущей свадьбе. Не зная, что он уже обсуждал всё с Сильвейной, а в намёках моей сестры таилась страшная истина.

Что я ему скажу утром? Что?

Спала я плохо, рваным беспокойным сном. Но когда в одно из своих пробуждений я увидела, что за окном рассвело, я вскочила сразу же. Ноги были деревянными, но я всё-таки добрела до ванной. Мне нужно было привести себя в порядок, найти и собрать одежду…

И поглядеть в глаза Рэю. Спокойным и уверенным взглядом напарницы, студентки, подопечной – но уж точно не обманутой девчонки с разбитым сердцем. Я сильнее этого.

Я Фаэль Рише, дочь бессмертного. И если мне это понадобится, я уничтожу свои чувства собственными руками.

Когда я, уже одевшись, причесавшись и зашнуровав ботинки, подошла к дверям кухни, запах острого перца, специй и поджаренной рыбы чуть не сбил меня с ног. А потом я шагнула внутрь…

…И увидела Рэя, разливающего суп в высокие миски-пиалы. Кусочек свежего помата показался в половнике, и я с горечью поняла, что это именно тот суп, что Рэй обещал мне вчера ночью. Действительно, какая разница? Ужин перешёл в завтрак, только и всего.

– Возвращаемся в Академию? – естественным голосом спросила я.

– Ты возвращаешься, – уточнил Рэй, нарезая тёмный хлеб отточенными движениями. – У меня есть ещё кое-какие дела здесь. Да и дом нужно привести в порядок.

«К свадьбе», – чуть не вырвалось у меня. Я больно прикусила язык.

– Собираешься пройтись по углам с метёлкой и выгнать летучих крыс с чердака?

– Просто проверю, заряжены ли артефакты, и подумаю насчёт прислуги, – рассеянно произнёс Рэй. – Боюсь, офицеры разведки на должность повара не подойдут, а жаль. Я знаю одного генерала, который божественно готовит эллийские муссы.

Я прошла и села на табурет напротив пиалы, из которой торчали хвосты креветок и светлели аппетитные кусочки грибов. Рэй бросил мне от буфета серебряную ложку с вензелем, и я легко её поймала. До идеальной ловкости Вейры мне было далеко, но чему-то за недели беспощадной подготовки я выучиться успела.

– Прекрасная погода, – светски заметил Рэй, усаживаясь напротив. – Дороги расчищены, так что до телепорта ты доберёшься без проблем. Дать тебе карту?

– Я доберусь без артефакта, спасибо. Я знаю эту часть города.

– Вчера по тебе этого было не сказать.

– Вчера меня чуть не убили и мне было слегка не по себе, – холодно сказала я. – Сегодня я соображаю куда лучше.

– Хм. – Рэй бросил на меня скептический взгляд. – Поверю на слово.

Мы одновременно зачерпнули суп ложками. Машинально я подняла взгляд на Рэя – и вдруг сразу, без перехода, без какой-либо логической связи…

…поняла, что он знает. Знает, что я подслушивала вчера и знаю всё.

И я тут же поняла, что он знает, что я это знаю.

Мгновение мы глядели друг на друга над мисками с горячим ароматным супом.

«Я знаю».

«Я знаю, что ты знаешь».

А потом я в полном молчании зачерпнула ложку, отщипнула корочку хлеба и проглотила её.

Суп действительно был восхитителен. Но я боялась, если я упомяну об этом вслух, у меня сорвётся голос.

За окном расстилалось ясное морозное утро. В такое утро так хорошо просыпаться вдвоём под одеялом, улыбаться друг другу, обмениваться шуточками…

У меня это будет. Когда-нибудь. Может быть.

Но без Рэя.

Как ни странно, аппетита я не растеряла. Поэтому сначала я опустошила миску с супом, закусив горбушкой тёмного хлеба со свежей хрустящей корочкой, и лишь потом подняла голову.

– Итак, у нас очередное задание, – произнесла я спокойно, глядя на Рэя. – Глава разведки – наш подозреваемый. Давай работать.

На секунду я прочла во взгляде Рэя восхищение. Потом его смыла волна внезапной бесстрастности, но золотую вспышку и чуть изогнувшийся уголок губ я не пропустила бы никогда.

«Сильвейне он никогда не улыбнётся вот так», – промелькнула отстранённая мысль. И погасла.

Рэй отложил ложку и отставил полупустую миску.

– Если ты приблизишься к нему, он поймёт сразу, – произнёс он серьёзно. – Никаких попыток с ним встретиться или заговорить. Он знает тебя насквозь, и он заметит малейшую перемену. Твоё счастье, что пока тебя прикрываю я.

– Но…

– Без но. Да, есть вероятность, что это не он. Но для тебя это останется пустой и бездоказательной теорией. Не. Подходи. К нему. Это ясно?

В голосе Рэя зазвенела режущая стальная кромка, и я молча наклонила голову. Я могла вцепиться ему в лицо с криками, обвиняя, что он меня бросил, но, когда речь шла о ходе операции, возразить ему я не могла. Он был прав.

– А если мы случайно столкнёмся?

– Реагируй на него так, как реагировала бы на настоящего лорда Джавуса. Осторожно, с опаской, крайне вежливо, помня и веря в то, что ты лишила его сына. Права на ошибку, напомню, у тебя нет.

– Я помню.

– Очень хорошо. – Рэй встал и собрал со стола тарелки. – Продолжай брать уроки у Нила и жди. Он друг твоего отца, поэтому постарайся расспросить его. Он всё ещё кладезь информации и с тобой поделится куда охотнее, чем с имперской разведкой.

– Но он будет помнить, что я – разведка.

– Так заставь его забыть.

Я криво улыбнулась. Да, это я могла. Рэй знал, что лорд Нил начал относиться ко мне гораздо теплее с тех пор, как у меня появился дар. И, что греха таить, в Академии лорд-хранитель был единственным, кроме Ксара, кому я доверяла.

Ни лорд Нил, ни леди Алетта драматически не изменились пять лет назад. Уже это должно было дать мне подсказку, что ни тот, ни другая не могли быть Маркусом Рише.

Впрочем, разве лорд Джавус так уж изменился? Ведь они с отцом были друзьями. Мой отец прекрасно успел изучить будущего себя.

– Уверен, что это лорд Джавус? – только и спросила я.

Рэй потёр переносицу.

– Да. Почти. Руну сумрака на теле главы разведки так просто не поищешь, но у него могло и не быть этой руны: Алистер сказал, что на арене был его сообщник.

– Думаешь, Алистер сказал тебе правду?

– А он мог мне солгать? Он знал, что я буду пытать его дочь, если он назовёт не то имя.

– Ты стал бы пытать его дочь месяцами? Ты?

Наши взгляды встретились.

– Я лгу, – негромко сказал Рэй. – И ты никогда не поймёшь, когда именно.

Я тоже встала.

– Но о своём браке, я вижу, ты сообщил мне очень честно, – отчётливо произнесла я. – И очень вовремя.

Наши взгляды скрестились.

– Ты знаешь, зачем я это делаю, – произнёс Рэй.

– Ну да. Ксар выполнял волю отца, ты действуешь во имя спасения империи. Всё понятно и очевидно.

Я повернулась, выходя из кухни. Задержалась в дверях и всё-таки посмотрела на Рэя:

– Твой брат повёл бы себя благородно, – негромко сказала я. – Джейен был бы честен с теми, кто ему доверился. Он бы отнёсся к ним с уважением и защитил бы их от лишней боли, сразу рассказав всё. Даже если бы это лишило его мимолётного удовольствия прошлой ночью.

Внезапно дрогнувшее лицо и побелевшие губы Рэя не доставили мне никакого удовольствия. Но я должна была это сказать.

– Выбери один из двух миров, – произнёс Рэй, глядя мне в глаза. – Мир, где прошлой ночью ты легла спать в своей комнате в Академии, – или мир, в котором ты была на самом деле. Выберешь?

Я открыла рот, но Рэй лишь усмехнулся. Он знал: что я скажу вслух, было совершенно неважно. И я знала. Потому что ответ был прост: я не променяла бы прошлую ночь ни на что.

– Зачем ты на ней женишься? – тихо-тихо спросила я.

– Всё ради успеха операции, – просто сказал Рэй. – Всё ради империи. Если ты думала, что это не сломает тебе жизнь, ты выбрала не ту профессию.

Мы долго, долго смотрели друг на друга. Прощаясь с чем-то, что объединило нас. С чем-то неуловимым и нежным, что закончилось прошлой ночью.

С чем-то, что я почти назвала любовью.

Наконец я отрывисто кивнула и вышла.

Глава 13

Всю следующую неделю в Академии царила тишина: о грядущей помолвке Рэя и Сильвейны всё ещё не знали. Похоже, моя сестра получила строгое внушение.

Никто не подозревал об их будущем союзе, но я знала и не могла спать. Я отчаянно тренировалась, всеми силами избегала Вейру, проходила мимо Сильвейны, не замечая её торжествующих взглядов, но мне было плохо и одиноко.

Мне помог Хат, как это ни странно. Когда я возвращалась во Второй Архивариат и сидела там над книгами и досье, голем почти всегда будто случайно оказывался там. И почти всегда – со сладостями.

– Они же вредные, – машинально возражала я, откусывая аж четверть пирожного на хрустящем слоёном тесте.

– Очевидное подтверждение: естественно, это же мой план! Вы, телесные создания, один за другим будете умирать от больных желудков, и я наконец захвачу мир. – Голем мечтательно вздохнул. – Если бы только в этом плане было побольше крови…

– Кровь солёная. Со сладким не сочетается.

– Ехидное возражение: много ты понимаешь.

Я фыркнула, стирая крошки с подбородка. Пирожное уже куда-то делось, а рука тянулась за вторым. Я вздохнула.

– Хат, ты ведь уже всё знаешь, да?

– О хозяине и его желании обрести семейный уют? – Глаза голема вспыхнули. – Если он думает, что я буду нянчить его детишек, он жестоко ошибается.

Знакомая ирония в голосе Хата заставила меня улыбнуться:

– Думаю, это уж точно не понадобится. Моя сестра не отойдёт от колыбельки будущей императрицы.

– Пфф. – Голем как-то незаметно подобрался ко мне. – А у тебя не возникло желания… как бы это сказать на вашем языке… прописать сопернице ударную дозу пирожных? Я могу помочь с шоколадной пудрой.

Я поперхнулась.

– Видишь ли, – осторожно сказала я, – у нас семейные узы считаются непреодолимым препятствием к… закармливанию тортами. Кроме того, Рэй не одобрит.

О том, что Сильвейна – моя сестра и я волей-неволей испытываю к ней нечто наподобие родственных чувств, я упоминать не стала. Вряд ли Хат одобрит, что глубоко внутри я всё же собираюсь защищать Сильвейну, если её жизнь окажется в опасности. Она была моей сестрой, в конце концов.

Голем хмыкнул, с задумчивым видом поворачивая в руке ореховый бисквит.

– Хозяин смирится, если мы тихонько пристрелим её в уголке, – наконец огласил он свой приговор. – Тело спрячем. Или выдадим за твоё, ты займёшь её место и выйдешь замуж за хозяина, притворившись собственной сестрой! Великолепный выход из положения! Не благодари.

О таком выходе я не думала. Я невольно открыла рот. А ведь…

Ну нет. Только подобных мыслей мне и не хватало.

Я поднялась и потянулась за салфеткой. Близился час наших занятий с лордом Нилом, и, хотя он стал относиться ко мне куда теплее с нашей первой встречи, я прекрасно знала, что опозданий он не переносил.

– Спасибо, – искренне сказала я Хату. – И… береги Рэя, ладно? Не в смысле «убивай из рунного ружья всех, кто наступит ему на ногу», конечно. Просто помоги ему не остаться одному.

– Пфф. Могла бы остановиться на рунном ружье.

Я бросила последний взгляд на книги и сделанный мной доклад. Сегодня я разбирала ход старого расследования, от описания которого захватывало дух. Имена были вычеркнуты, детали – тщательно отредактированы, но ход событий я видела прекрасно. И не могла не восхищаться молодым агентом, который разобрался в хитроумном заговоре против империи двадцать лет назад.

…Двадцать лет назад? Или два года? Я вздрогнула, разом поняв, что тот, кто заменил имена, вполне мог отредактировать и даты.

– Хат, – медленно сказала я. – А может ли так быть, что Рэй подсунул мне собственную операцию для изучения? Ну вдруг?

На обсидиановом лице голема ясно читалось насмешливое выражение.

– Долго же ты доходила до этой мысли.

– Он и вправду хорош, – произнесла я с тоской, вспоминая ёмкое описание сцены, где Рэй добился признания предателя-правящего. И ведь все думали, что тот вполне естественно умер от скоротечного воспаления лёгких два года назад…

Рэй. Рэй, Рэй, Рэй…

Который женится на моей сестре. Проклятье. Проклятье!

Развод – слишком дорогое удовольствие для правящих. И уж точно не тогда, когда этому правящему срочно нужен наследник, чтобы достигнуть венца своей карьеры. И победить врага, который уничтожил его семью.

Я сжала губы, кивнула Хату и вышла.

На улице уже стемнело, и снег приятно хрустел под ногами, переливаясь в свете фонарей. Одинокую фигуру, сидящую с книгой на бортике замершего фонтана, я заметила не сразу.

– Фаэль, – Ксар поднял голову. – Я надеялся тебя встретить.

– Ты давно здесь? Не замёрз?

Ксар лишь указал на полукруглый согревающий артефакт, прикреплённый к голенищу сапога. Весьма дорогой артефакт, надо сказать.

– Я думала, отец лишил тебя всего, – негромко сказала я.

– Мне досталось приданое матери. К тому же я, – Ксар чуть улыбнулся, – даю уроки другим студентам. Я неплох с мечом, если ты помнишь.

– Я видела, – тепло сказала я. – Ты великолепен.

– Прогуляемся немного?

Я помедлила и кивнула.

– Я иду к лорду-хранителю. Но буду рада, если ты меня проводишь.

Ксар встал и предложил мне руку, и сердце больно кольнуло: точно таким же жестом мне предложил руку Рэй совсем недавно. И оба были женихами Сильвейны. Только для Ксара она осталась в прошлом, а вот для Рэя…

– Отец говорит, что я не вправе знать его тайны, и я с этим не спорю, – произнёс Ксар. – Должность обязывает. Но, как я понял, он всё ещё проявляет к тебе особый интерес, и это меня беспокоит. Он угрожал тебе из-за разрыва моей помолвки?

Я покачала головой:

– Нет. Дело в другом.

В том, что лорд Джавус приказал мне шпионить за Рэем, а я отказалась. Но об этом я должна была молчать.

– Он мой отец, – спокойно сказал Ксар. – Но я пойду против него, если понадобится. Пожалуйста, не молчи, если тебе потребуется моя помощь.

Я грустно улыбнулась. Сейчас Ксар казался надёжным, как скала. Прежней Фаэль пригодилась бы эта защита. Побыть немного за каменной стеной…

И проснуться, когда иллюзия с грохотом разобьётся на осколки. Да и полно, хотела ли я этой иллюзии?

– Нет, – произнесла я вслух. – Я знаю, что могу обратиться к тебе за помощью, Ксар. Но я стала сильнее. Я справлюсь сама. К тому же у меня теперь свои тайны, а у тебя – свои.

– Это ты так тонко намекаешь, что нам стоит держаться друг от друга подальше?

– А ты считаешь, не стоит? – Я подняла взгляд на него. – Ксар, когда двое расстаются, они расстаются. Если только, – я запнулась, – их не связывает дело, которое важнее горечи, обиды и разбитых сердец. Но это не наш случай.

Лицо Рэя стояло перед глазами, решительное, уверенное.

«Я не совершаю ошибку, женясь на твоей сестре, – говорило оно. – Я поступил правильно, соблазнив тебя, оборвав твою карьеру опасной татуировкой и навязав тебе парную гемму. Я агент имперской разведки. Это выше тебя – и выше меня».

Мне ли, всю жизнь мечтавшей служить империи, было с этим спорить?

Мне вдруг в голову пришла ослепительная мысль, как ещё я могу послужить империи – и себе.

Лорд Джавус, мой отец. Ксар был его сыном, и я могла это использовать.

На мгновение я прикрыла глаза, подсчитывая варианты. Сейчас мы с лордом Джавусом практически не общались. Но если бы Ксар с лордом Джавусом вновь сблизились, Ксар передавал бы информацию о своём отце – о моём отце! – мне. Бесценную информацию.

– Как странно, – сказала я вслух. – Когда ты сказал мне, что должен выполнить волю отца и жениться на Сильвейне, я смирилась с этим, но глубоко в душе протестовала. Поэтому, когда ты отказался от помолвки, я восхитилась и обрадовалась, ведь я желаю тебе счастья. Но сейчас… я не знаю, Ксар. Ты сын правящего, сын главы разведки. Если вы с отцом продолжите находиться в размолвке, как это скажется на судьбе империи? Представь, один из самых могущественных лордов – озлобленный, ожесточённый, одинокий, лишённый наследника и единственного сына, которого он любит превыше всех людей. Я не могу советовать тебе жениться на первой попавшейся знатной девушке – это просто необдуманно. Но… оставить всё как есть нельзя. Ты не просто сын лорда, Ксар. Ты и твой отец – опора империи. Как и у императора, у тебя есть долг.

Ксар остановился, взяв мои руки в свои.

– Ты правда изменилась, – тихо сказал он. – Когда мы стояли в зимнем саду, твои глаза просто умоляли меня пренебречь долгом и бежать с тобой. А я хотел этого больше всего на свете.

– Да, – просто сказала я.

Грустная улыбка тронула его губы.

– А теперь ты говоришь мне о долге.

– Может быть, попала под дурное влияние, – неловко улыбнулась я. – Знаешь, во Втором Архивариате очень строго относятся к заполнению отчётов.

Я была младше Ксара, и он опекал меня всю мою юность. Но сейчас я вдруг почувствовала, словно я по-настоящему выросла.

– Мы оба изменились, правда? – тихо спросила я. – Но могло ли быть иначе?

Ксар осторожно накрыл мои ладони своими. Сделал движение, словно собираясь их поцеловать, но вместо этого лишь сжал на мгновение – и отпустил.

– Ты права. Я поговорю с отцом. Наши… разногласия останутся, но я попробую найти с ним общий язык. Начать карьеру в армии с низов, без его поддержки, – это тоже выбор. В конце концов, мой прадед когда-то поступил так же. А брак и дети…

Он помедлил.

– Тебя очень сложно забыть, Фаэль. Только не тебя.

– Ксар…

Он покачал головой:

– Не бойся. Того, насколько вы близки с принцем Дрэйгом, не поймёт только слепой. Я не дурак, Фаэль. Я не скажу ничего больше.

Я выдохнула, сама не зная – с разочарованием или с облегчением. Рэй, горькой иронией судьбы женящийся на Сильвейне, – этого Ксар ещё не знал. Но узнает. И тогда…

Внутри меня жила прежняя маленькая Фаэль, помнящая свою первую любовь, и сердце этой Фаэль сжималось в надежде, когда она думала о Ксаре. Но та Фаэль смотрела в прошлое. Я же не могла позволить себе такой роскоши. Даже пяти минут раздумий и сожалений.

Впереди у меня было дело. Важнейшее.

Даже если мастер Алистер назвал нам неверное имя, мой отец был жив. И ничего больше не имело значения.

– Ксар, – вдруг сказала я. – Если бы твой отец изменил империи, если бы за ним охотились все, за его голову была бы объявлена награда, если бы опаснее него не было никого на свете – ты отвернулся бы от него, как Рэй от отца и брата? Ты признал бы его преступником? Помог бы выследить его и арестовать?

Ксар долго смотрел на меня, нахмурившись. Мы без слов понимали друг друга с детства, и он сразу догадался, что в моём вопросе лежали мои собственные сомнения. Какие, он не мог знать, но всё же воспринял мой вопрос всерьёз.

Он долго молчал, глядя на меня и хмурясь. А потом вдруг улыбнулся.

– Много лет спустя, – произнёс он, – я буду гулять со своим повзрослевшим сыном. Не знаю, сколько пройдёт времени – пятнадцать лет, двадцать… больше, быть может. Излишне говорить, что к тому времени моего отца, по всей вероятности, не будет в живых: изношенное сердце не живёт так долго, даже заменённое артефактом. И если вдруг описанное тобой случится, то через двадцать лет мой сын задаст мне вопрос: «Что ты сделал тогда? Что ты выбрал?» И я знаю, что отвечу.

– Что?

– Он мой отец, – просто сказал Ксар. – Это единственная правда, которую я знаю. Что ещё я могу сделать, кроме как быть на его стороне?

Быть на стороне отца. Любить его. Я почувствовала, как мои глаза наполняются слезами. И вправду, что ещё я могу сказать своим детям?

– Спасибо, – прошептала я, взяв его за руку. – Мне нужно было это услышать.

– Я очень тебя люблю.

Кажется, он сам не ожидал, что это скажет. Ксар неловко улыбнулся, развёл руками, словно мальчишка, пойманный на горячем.

– Прости. Просто… после такого вопроса начинаешь беспокоиться, если тот, кто задаёт его, тебе дорог.

Краска залила щёки. Наверное, со стороны мы оба выглядели краснеющими подростками.

– Спасибо, – шёпотом повторила я.

И бросилась прочь.