Текст книги "Вторая Академия (СИ)"

Автор книги: Ольга Силаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Рэй не отвёл взгляда.

– Я действительно говорю с Джейеном по ночам. Мне правда бывает больно и одиноко. И сон, где я вижу чужой взгляд из глаз брата… той ночью он мне не приснился. Впервые за долгое время.

Я покачала головой:

– Мне кажется, я больше никогда тебе не поверю.

– Именно поэтому я тебе это и рассказываю.

Мои пальцы замерли в его. Рука Рэя была безвольной, слабой… но пальцы оказались тёплыми и живыми.

– Твои слова сейчас – это ведь тоже очередная маска, – тихо сказала я. – Правда?

Рэй вздохнул.

– Твой отец – самый опасный человек в империи, чуть не убивший меня, и это правда. Не маска. Я не хочу умирать, Фаэль. Я хочу достать его и выполнить свой долг перед империей. И раскрыть тайну, которая уничтожила мою семью.

Я осторожно присела на диван, не выпуская его руку.

– И ради этого ты привёл меня к себе в комнаты с намерением затащить меня в постель?

Рэй едва заметно улыбнулся:

– Ты должна была решить сама.

– И я решила в твою пользу. Как ты и предугадал.

– Лучше подумай о том, что я вполне мог продолжать притворяться. – Рэй пробежался взглядом по моему телу и остановился на косточке бедра, обтянутого шёлком. – Играть растерянного и очарованного циничного принца, застигнутого врасплох твоим искренним сочувствием. Ровно так, как ты ждала и втайне надеялась. Поверь, я сумел бы.

Я подняла бровь:

– Правда? Настолько хорошо, чтобы обмануть меня?

– Сомнения вроде «это слишком хорошо, чтобы быть правдой» – это не сомнения, Фаэль. – Рэй тонко улыбнулся. – Это моя полная и безоговорочная победа. Ты была бы на моей стороне, и никакие слова твоего отца этого бы не изменили.

Он смотрел на меня спокойно и прямо.

– Но сейчас ты честен со мной, – уточнила я.

– Да.

– И зачем же тебе это? Почему не притвориться, как той ночью?

– Мне нужно, чтобы мы понимали друг друга, – серьёзно сказал Рэй. – И, как ни парадоксально, для этого нужно говорить друг другу правду.

Он неожиданно усмехнулся:

– Кроме того, я уже добился своей цели, разве нет? Теперь-то, когда у меня есть твоя жалость к умирающему герою?

Словно в подтверждение его слов, из носа Рэя показалась струйка крови. Он поморщился, стирая её свободной рукой. Я быстро встала, взяла влажную ткань и фарфоровую миску, села и начала вытирать Рэю лицо.

– Пока ты выздоравливаешь, нам нет смысла выяснять отношения, – тихо сказала я. – Тебе нужен отдых.

– Чушь. – Рэй прикрыл глаза. – Если мы не расставим всё по местам, это будет грызть тебя изнутри, и ты сама это знаешь.

– Как-нибудь потерплю.

– Не потерпишь.

Рэй приподнялся, и я вдруг заметила, как близко мы были друг к другу. Его обнажённая кожа, мышцы, выступающие ключицы. Кровь застучала в висках, и мне невыносимо захотелось наклониться и коснуться носом кожи Рэя, заглянуть в тёмно-янтарные глаза, запустить пальцы в ореховые волосы. Проклятье, он был хорош собой и умел этим пользоваться. И теперь, когда я побывала с ним в постели, его обаяние действовало особенно остро.

– Ляг со мной, – негромко попросил Рэй, глядя мне в глаза. – Мне сейчас лучше, но я помню по прошлому разу, что это ненадолго. Если будет новый кризис… не хочу ползти за тобой через весь дом.

У меня вырвался невольный смешок. Рэй очень хорошо умел использовать свою притягательность. Так, что у меня не было ни единой возможности ему противостоять.

Кроме одной-единственной. Кроме моего собственного обаяния. Если Рэй не притворялся, то ночь со мной действительно спасла его от страшных кошмаров. Ему сделалось легче рядом со мной, и это значило, что глубоко внутри него всё-таки таился призрак чувства. Искра, к которой я могла воззвать, чтобы защитить себя.

Не отрывая взгляда от Рэя, я улыбнулась.

«Как бы ты ни пыталась его догнать, он всегда будет на шаг впереди».

– А вот посмотрим, – произнесла я вслух.

Рэй поднял бровь:

– Ты о чём?

Вместо ответа я убрала фарфоровую миску и влажную ткань на пол. Отогнула одеяло и, как была, скользнула на простыни рядом с Рэем.

– Правда всегда действует сильнее, чем ложь, – проговорила я, устраиваясь рядом с ним. – Ты меня этому научил. Помнишь, как я говорила, что не буду предавать тебя и играть твоими чувствами?

Рэй повернул голову ко мне. Взгляд карих глаз был глубоким. Затягивающим.

– Помню.

– Я и не собираюсь этого делать, – серьёзно сказала я. – Но это твоё уязвимое место, и мы оба об этом знаем. Тебе нужна искренность, нужен кто-то, кто не предаст тебя и всегда будет на твоей стороне. Какие бы маски ты ни носил, это главная твоя мечта – и я знаю о ней. Знаю твоё сердце.

Я пододвинулась к нему так, что мы почти соприкасались носами.

– Я уже вижу тебя без маски, – прошептала я. – Просто ты в это ещё не веришь.

Мы замерли, глядя в лицо друг другу.

И тут раздались бодрые металлические шаги.

– Хозяин, ты живой? – раздался деловитый голос Хата. – Я так, проверить. А то я там червей для рыбалки накопал, не пропадать же добру.

Мы с Рэем переглянулись и засмеялись.

После завтрака Рэю сделалось лучше, так что я со спокойной душой отправилась одеваться и приводить себя в порядок. И, уже заканчивая расчёсывать волосы в ванной, услышала хриплый крик.

Не помня себя, я бросилась в кабинет.

Рэй метался на диване, белый и изгибающийся от боли. Одеяло слетело на пол, и разодранная простыня трещала в его пальцах. Опустевший стакан с рассыпанным обезболивающим порошком валялся на простынях, вокруг растекалась пролитая вода, и я обречённо вспомнила, что сейчас, пока Рэй ещё под действием спасшего ему жизнь артефакта, его боль не унять ничем.

Рэй замер, лёжа на спине, и лишь часто-часто дышал. По его вискам катился пот.

– Рэй, – позвала я. – Я рядом. Всё будет хорошо, слышишь?

– Кто… – сипло прошептал Рэй. – Кто?

Его глаза были открыты, но они были мутными, невидящими.

– Это я, Фаэль. Рэй!

– Я тебя… не помню… Позови Зеро.

Я похолодела. Рэй был не в себе. Начался бред, и я ничем не могла ему помочь.

Я машинально села на диван. Протянула руку к холодным пальцам Рэя, сжатым в кулак.

– Хат видел тебя, когда ты валялся между жизнью и смертью в прошлый раз?

– Не было… – голос Рэя был глухим, далёким, словно он проваливался в себя. – Не было… никакого… прошлого раза…

– Правда?

Рэй застонал.

– Маркус… – прошептал он. – Он хотел убить всех, не считаясь с потерями… но не меня.

На мгновение мутное выражение исчезло из его глаз, и Рэй, выгнувшись, мучительно вглядывался в незнакомую мне даль, словно он был вовсе не здесь.

– Может быть, он оставил меня для себя? – Рэй страшно оскалился. – Как запасное тело?

Я вздрогнула, вдруг поняв, почему высшие чины империи хотели убить моего отца. Глава разведки за сутки безумия мог выдать столько секретов, что поставил бы под угрозу всех своих агентов – и саму безопасность империи.

– Рэй, ты в доме Зеро, – произнесла я. – Маркус умер много лет назад.

Рэй лишь дёрнул головой, будто не слыша меня.

– Я мёртв, – произнёс отрешённо. – Надо было давным-давно свыкнуться с этим. Утреннее солнце и звёзды под крылом закончились. Больше не вернуться домой… а так хочется побыть ребёнком. Увидеть маму и Джейена живыми и настоящими… но ведь они не простят меня, правда? Кому нужен подлый предатель?

– Всё-таки ты не относишься к третьей категории, – прошептала я. – К тем, кто предаёт близких и ни капли не сожалеет об этом.

Рэй моргнул:

– Я рассказывал тебе… про категории? Тебе? Ты… кто ты… Фаэль?

Я быстро взяла со столика стакан с холодной водой и склонилась над ним.

– Пей. Тебе нужно попить.

Рэй отпил из стакана, судорожно сжимая его в пальцах и разлив половину на грудь. Я осторожно помогла ему допить, придерживая его затылок. Он жадно посмотрел на опустевший стакан, и я без слов налила ещё.

– Фаэль, – пробормотал он. – Фаэль… Какая жалость, что у тебя нет дара. Ты стала бы… женой… не задающей вопросов.

Я сжала губы. Да, точно. Рэю ведь придётся жениться.

– А кого бы ты хотел в жёны? – поинтересовалась я.

– Да какая разница, – сонно пробормотал Рэй. Его веки дрогнули, закрываясь. – Всего лишь ещё один объект… ещё одно задание.

– Зачем?

– А это не очевидно? Только правящий лорд может… возглавлять разведку. Но никто не даст мне основать правящий дом в одиночку. Без брака я останусь… никем.

– Ты хочешь стать главой разведки, – прошептала я.

– Да. Зеро уже сейчас фактически возглавляет её. Леди Финхалас… не самая компетентная фигура. Маркус был чересчур компетентен, так что… император Сарфф испугался… назначать слишком сильного главу разведки.

– Чтобы тот не сверг его самого, – тихо сказала я. – Мудро.

– Разумеется.

– А ты? Если бы ты стал главой разведки, ты бы попытался стать императором?

Рэй дёрнул плечом:

– Меня об этом спрашивают… каждый месяц. Я вызубрил… правильный ответ наизусть… и знаешь, откуда я его знаю?

Наши взгляды встретились.

– Откуда?

Мгновение замерло. Я вдруг ощутила, как по комнате разливается тишина.

– Тогда, пять лет назад, я стал бы императором, – неожиданно ясно произнёс Рэй. – Стал бы им наверняка, несмотря на то, что наследником был Джейен. Знаешь почему?

– Почему?

– Потому что мой умирающий отец хотел захватить моё тело, а не тело Джейена. И лицо Джейена в моих снах каждый раз мне об этом напоминает.

Позвоночник пронзила ледяная игла.

– Ч-что? – произнесли мои губы.

– Отцу нужно было новое тело. Здоровое, а не разваливающийся полутруп. С настоящей драконьей кровью, чтобы никто не оспаривал его право на трон. Моё тело. Ведь император… не имеет права на слабость.

Я сглотнула.

– Это правда? Откуда ты знаешь?

– Всё во имя империи, – прошептал Рэй. На запёкшихся губах появилась улыбка. – Семейная черта… не так ли?

Сейчас Рэй выглядел почти разумным, словно бред отступил. Но я видела, что это не так: испарина всё сильнее собиралась на лбу, пальцы судорожно подрагивали и из уголка губ текла ниточка слюны. Его лихорадило, и ни ледяная ванна, ни лечебные порошки, ни артефакты не могли ему помочь.

Даже я боялась к нему прикасаться. Словно если я протяну руку и поглажу его по щеке, то хрупкое равновесие нарушится и его потянет вниз, к агонии и смерти.

– Не умирай, – прошептала я. – Пожалуйста.

– Неужели в его глазах я стоил лишь этого? – прошептал Рэй. Капля пота скатилась по его щеке, но слёз в его глазах не было. – Как… мусор? Вещь, которую можно выкинуть, а можно надеть, как новый костюм? Я же живой, я его сын! Он вообще хотя бы размышлял, стоит ли мне жить?

Последнюю фразу он выкрикнул, с силой врезав рукой по дивану. Всё его тело, от пяток до волос, вспыхнуло алым светом, и стёкла в шкафах задребезжали.

Я застыла. Один всплеск в полную силу, и обрушится потолок. Я знала, что императорских отпрысков учат контролировать дар безупречно, но…

– Рэй… – предостерегающе произнесла я.

– А знаешь, что самое забавное? – Рэй перевёл страшный мутный взгляд на меня. – Я не уверен, что на его месте не поступил бы так же. Империей должен управлять тот, кто знает её нужды и внушает уважение и страх, а мальчишка вроде меня был ещё не готов. Мы… одинаковые, отец и я. Мы используем людей. Просто он был готов пойти… куда дальше. В конце концов, я тоже его предал, правда?

Наступила тишина.

– Поэтому ты догадался про Джейена, – нарушила молчание я. – Поэтому узнал взгляд императора на лице брата. Потому что ты ждал этого.

– Империя превыше всего, – тихо произнёс Рэй. – Превыше… всего. Сначала я не поверил, когда подслушал их с Эораном разговор. А потом посмотрел в лицо отца… и перестал сомневаться. Перестал верить. Навсегда.

Его веки вновь смежились. Он потерял сознание.

Я тихо встала. Взяла влажный платок, осторожно протёрла лицо Рэя и с облегчением выдохнула, прислушиваясь к его ровному дыханию.

Потом я забралась на диван с ногами и обняла колени, глядя на Рэя. На юношу, который услышал дикий, невозможный разговор собственного отца с чернокнижником и ужаснулся, потому что такого зла не мог представить себе даже принц империи.

– Ты прав, – прошептала я. – И мой отец тоже прав. Настоящее зло для нас – лишь то зло, которое причиняют нам самим и тем, кого мы любим.

Губы Рэя шевельнулись.

– Очень трудно помнить, что агент империи защищает всех, не только себя и близких, – хрипло произнёс он. – Что не всё… можно оправдать. Теперь ты понимаешь метафору про стилеты и собственных сестёр?

– Да, – тихо сказала я. – Но я всё равно отказываюсь убивать. Я хочу спасти всех. И отца, и империю, и тебя.

Уголок его губ изогнулся, и я вдруг поняла, что Рэй больше не бредит.

– Может быть, у тебя и получится. Ты куда сильнее, чем думаешь. Когда мы сравняемся в опыте, мне будет жаль тебя потерять.

– Почему, – мой голос дрогнул, – ты меня потеряешь?

– Я же говорил тебе. Любовь между агентами – миф. Для меня любовь вообще – миф, а тебе она по какой-то странной причине нужна. – Рэй приоткрыл глаза, глядя на меня. – Возможно, тебе просто никогда не было достаточно больно, чтобы насовсем от неё закрыться.

Я тихонько легла рядом с Рэем, не обращая внимания на его вспотевшую кожу. Положила ладонь под щёку.

– Ужасно, что твой отец настолько сошёл с ума, – прошептала я.

Рэй с отрешённым видом покачал головой:

– Взять моё тело как раз было верным решением. Вместе с Джейеном они бы укрепили трон, умиротворили правящие дома обещанием бессмертия, а безумие отца отступило бы. Но погибшие сидды, разрушенные кварталы… Император не имеет права сжигать империю в огне. Я восстал против этого.

– Серьёзно? – Я внимательно посмотрела на него. – Ты правда осознанно выбрал благо империи вместо жизней отца и брата? Вот так бесстрастно и просто?

Лицо Рэя и впрямь было совершенно безэмоциональным.

– Они убили дракона, – произнёс он.

Я резко втянула в себя воздух. Драконов не убивали. Драконы были священны и настолько драгоценны, что браконьерством могли заниматься лишь безумцы. А ещё драконы были единственной отдушиной для Рэя. Ночной полёт был его последней оставшейся любовью, его покоем, его сердцем – уж это я успела об нём узнать.

– Антерос был в моей семье несколько поколений. Я учился летать на нём, и именно с него моя мать рухнула навстречу гибели. Отец ненавидел его с того самого дня. Когда я узнал, что его увели на эксперименты, сломалась моя душа.

– Ты любил его больше всех людей?

– Да. Нет. – Рэй прикрыл глаза. – Не знаю. Я просто понял, что больше никогда никому не смогу доверять.

Мои пальцы сами по себе скользнули в его руку.

– Ты можешь доверять мне, – тихо сказала я.

Его руки вдруг обняли меня, прижимая к горящему от лихорадки телу.

– Даже не надейся, – пробормотал Рэй мне в волосы. – Доверие – слабость.

– Всегда ли? – прошептала я.

Он не ответил, и я не стала спрашивать второй раз. Просто обняла его крепче, измученного и измождённого, и прижалась к нему щекой, закрыв глаза. Сейчас неважно было, что он совершил и кого обманул. Просто… он заслужил немного покоя.

Принц-предатель. Агент разведки, готовый защищать империю любой ценой.

Вот только кто защитит его самого?

глава 22

Когда я открыла глаза, за окном стемнело, а из кухни доносились соблазнительнейшие запахи. Я зевнула и потянулась, и диван скрипнул подо мной.

– Скоро ужин, соня, – донёсся голос Рэя. – Поищи в шкафу что-нибудь не очень ужасное.

Я села на диване:

– Ты уже на ногах?

– Меньше разговоров, больше действия. Представь, что это часть задания, – я узнала в голосе Рэя знакомые насмешливые нотки. – И тот, кто его провалит, останется голодным.

Без ужина мне хотелось оставаться меньше всего: голодна я была зверски. Поэтому я вылетела из кабинета так быстро, словно пятки жгла руна скорости, и закрыла за собой дверь в ванную. Разведка не экономила на артефактах: вода подавалась из скважины с отличным напором, а алый столбик согревающего артефакта был ещё полон энергии.

Я бросила сожалеющий взгляд на полумесяц бассейна: сейчас было бы здорово провести полчаса, отмокая в ванне среди пышных айсбергов пены. Но Рэй ждал, а провалить операцию «накрытый стол» мне отнюдь не хотелось. Поэтому, наскоро ополоснувшись и завернувшись в полотенце, я проскользнула в гардеробную и быстро подобрала открытое алое платье с широким бантом на талии, которое пришлось мне так впору, будто это была вторая кожа. Я улыбнулась, заметив пару потайных карманов и крошечный артефакт, зашитый в основание банта. Похоже, чуть ли не каждое платье в этом шкафу было оружием.

Мне ужасно хотелось увидеть, как Рэй священнодействует над едой, так что обратно я кралась на цыпочках, держа лёгкие туфли в руке. Но когда я вернулась в гостиную, я увидела зрелище, к которому совершенно не была готова.

Рэй сидел с книгой в глубоком кресле у камина, закинув ноги на подлокотник. Лоб его пересекала лёгкая морщинка, и взгляд, скользящий по странице, то и дело замирал, обращаясь куда-то внутрь.

Я невольно выронила туфли.

– А ужин? – вырвалось у меня.

– Хат собирается накрывать на стол, – рассеянно произнёс Рэй, не глядя на меня. – Сама на кухню не ходи: он может и застрелить. По-моему, у него там какие-то неприятности с соусом.

Я подняла бровь:

– У них с соусом кулинарные разногласия?

– Спроси его сама.

Я заметила, что Рэй тоже успел привести себя в порядок. Чуть влажные волосы лежали идеально, в воротнике белоснежной рубашки поблёскивал освежающий артефакт, и мундир полувоенного кроя, не выдававший принадлежности Рэя к разведке, сидел на нём с отменным изяществом.

– Рада, что тебе уже лучше, – тихо сказала я.

– На самом деле нет. Просто, едва действие артефакта закончилось, я накачался целебными порошками и прочей дрянью, и теперь они удерживают меня на ногах. Ненавижу чувствовать себя больным.

Я влезла в туфли и подошла к столу, оглядывая простой белый фарфор с тончайшей лепной монограммой. И еле слышно присвистнула, поняв, что это была за монограмма: дракон, свёрнутый чёткой и острой буквой «Д».

– Драго, – прошептала я. – Великая династия.

– Император Сарфф приказал сменить посуду и простыни тотчас же после переворота, – лениво произнёс Рэй, всё ещё не поднимая голову от книги. – Мне рассказывали, что на кухне царил оглушительный звон бьющегося стекла: ведь ни одного блюдца с императорской монограммой нельзя было ни продать, ни унести домой. К счастью, у имперской разведки есть некоторые привилегии.

– Поэтому часть посуды перекочевала сюда?

– Всего лишь дань сентиментальности. Эти вещи были созданы с любовью, в конце концов.

Рэй всё ещё не отрывался от книги. От необыкновенно старой книги, если подумать. И он настолько увлёкся ею, что даже не заметил моё платье. Я бросила взгляд на своё отражение в узкой полоске зеркала над камином. Которое, кстати, сидело очень и очень неплохо.

– Что ты читаешь?

– Сборник очень необычных ментальных упражнений, – пробормотал Рэй, хмурясь. – Здесь даже не требуется использование дара. В первый раз такое вижу. Хорошо, что Зеро не стал отбирать у Хата нашу добычу: не хотел бы я лишиться этой книжицы. Впрочем, Хат скорее даст разобрать себя на части, чем поделится драгоценным имуществом хозяина. В конце концов, вдруг с помощью этого имущества можно кого-нибудь убить?

Я пропустила остроту мимо ушей.

– Ты взял эту книгу из гробницы? – резко произнесла я. – Она была среди артефактов моего отца?

– Верно.

– И ты сейчас делаешь эти ментальные упражнения? Ты понимаешь, что это может быть опасно?

Рэй тихо засмеялся:

– О да. – Он резко захлопнул книгу. – Ещё как. Но не для меня, а для её бывшего владельца. Видишь ли…

Он наконец поднял взгляд на меня.

И замер, будто забыл всё, что хотел сказать.

Моё сердце пропустило удар. Я видела этот взгляд раньше, когда Рэй укладывал меня, обнажённую, спиной на простыни и касался моего сознания, чтобы мне не было больно, а я раскрылась, снимая перед ним все барьеры.

Миг, когда я доверяла ему полностью. Миг, когда он лгал мне. И второй раз я этого не допущу.

– Что, собираешься снова разыграть карту «я ослеплён тобой» и вскружить мне голову? – уточнила я. – Извини, я, наверное, выбрала для этого не тот шампунь.

Что-то промелькнуло в глазах Рэя, и выражение его лица мгновенно изменилось.

– Ты прекрасно выглядишь, – произнёс он сухо. – Хат, подавай на стол. Мы готовы.

– Готовы они, видите ли, – послышалось знакомое ворчание голема из кухни. – Думаете, всё так просто? Мечтательное обещание: будь моя воля, я бы просто вставил вам пищеварительный блок и не сидел бы четыре часа у этого проклятого озера с удочкой под дождём. У меня чуть не заржавели суставы.

Я невольно улыбнулась. Жареной рыбой и впрямь пахло просто божественно.

– Ты был на рыбалке?

– Пфф! «Был на рыбалке!» – Голем появился из кухни вслед за парящей тележкой, уставленной блюдами. – Да я повелитель рыбалки! Император рыбалки! Выражаю крайнее возмущение преуменьшением моих заслуг: я практически её изобрёл!

– Угу. Вместе с рыбой.

– Думаю, император Сарфф живо отобрал бы у тебя этот титул вместе с головой. – Рэй перекинул ноги с подлокотника и вскочил. – И когда-нибудь ты нарвёшься. Что ж, пора…

И тут яркая вспышка осветила синий пьедестал-статую.

Вызов. Сигнал дальней связи.

Мой желудок издал протяжный урчащий звук. Тёмные сидды, как же не вовремя!

Рэй в два кошачьих прыжка оказался у статуи. Ещё касание руны, и внутри пьедестала материализовался призрак Берна.

Берна, не Зеро. Я подавила резкий вздох.

Что-то стряслось в Академии.

– Рэй, – произнёс голос Берна, далёкий и чужой. Губы шевелились с лёгкой задержкой. – У нас тут… ситуация.

– Да?

– Нам нужен ты как действующий мастер артефактов Второго Архивариата, – тон Берна сделался официальным. – Без твоего разрешения наши артефакты можно изымать лишь императорским указом.

– Мы оба это знаем, – прервал Рэй. – Для кого ты это повторяешь, для Фаэль?

– Для меня, – раздался властный новый голос.

Уверенная женская рука отстранила Берна, и в пьедестале появилась стройная женская фигура. Леди Алетта.

Лишь пара тонких морщин на лбу выдавала её истинный возраст. Волосы леди Алетты были уложены безупречно, и строгий кремовый наряд сидел на ней так, что позавидовала бы любая дворцовая кокетка. Но, судя по ледяному взгляду, брошенному на нас с Рэем, кокетничать она не собиралась.

– Нас, гхм, внезапно посетила леди Алетта, – произнёс невидимый Берн. – В связи с нападением хамелеодров и необычностью гробницы, расследованием занимается она по приказу лорда-хранителя.

Мы с Рэем переглянулись. Разумеется, Академия начала собственное разбирательство, как и предсказывал Рэй. Вот только возглавляла его главная подозреваемая.

Кто сейчас разговаривал с нами? Тот, кто когда-то был моим отцом? Чьё лицо взял себе Маркус Рише? Лорда Нила или леди Алетты?

Один шанс из двух. Моё сердце забилось быстрее. Возможно, то, как я себя сейчас поведу, определит моё будущее.

– Вообще-то я едва начал оправляться от тяжкого ранения, – произнёс Рэй раздельно, пристально глядя на леди Алетту. – Если начистоту, я всё ещё серьёзно болен. Быть может, оставим этот вопрос до моего выздоровления?

Конечно же, Рэй тоже подозревал её. Если Алетта была Маркусом Рише, сейчас он разговаривал со своим смертельным врагом.

– Вы на ногах, а ваша спутница одета, словно она собралась на свидание, так что не лгите, – презрительно бросила Алетта. – Тем более что, поверьте, я не жажду мешать вашим развлечениям.

– Да ну? – Рэй поднял бровь. – А я вдруг подумал, что вы пожелаете присоединиться. Мы как раз собрались поужинать. Не соизволите ли составить нам с ученицей компанию… этой ночью?

Я чуть не поперхнулась.

Глаза леди Алетты сверкнули, но она сдержалась.

– Лорд Рэй, мне нужны артефакты, которые вы принесли из гробницы, – сухо и чётко произнесла она. – Немедленно.

– Все? – только и спросил Рэй.

– Все. Они ценны, как я понимаю?

– Весьма, – невозмутимо уронил Рэй. – Хотите тайком продать их на чёрном рынке? Боюсь, император будет долго скорбеть о вашей безвременной кончине, когда об этом мелком воровстве узнает имперская разведка.

Я вздрогнула от его нахальства.

– Рэй, прекрати, – резко сказала я. – Даже твоё ранение тебя не извиняет.

– Я привыкла к выходкам лорда Рэя за эти пять лет. – На губах леди Алетты появилась холодная улыбка. – Если ваши находки настолько ценны, я тем более должна их осмотреть. Я прекрасно разбираюсь в родовых артефактах и легко определю, какой кому принадлежит. Кроме того, любые записи, книги и свитки по уставу Академии должны пройти через меня, и вы это отлично знаете.

Рэй едва уловимо поморщился, и в глазах леди Алетты что-то мелькнуло.

Рэй не хотел отдавать ей книгу. Ту самую книгу с ментальными упражнениями, которую оставил в ящике с артефактами мой отец. Рэй чувствовал, что напал на след, и не собирался упускать добычу.

Голос леди Алетты стал жёстче:

– К тому же я желаю защитить Академию. Во Втором Архивариате хранится не один десяток мощнейших боевых артефактов, и вам пора ими поделиться.

Воздух в гостиной заискрил. Даже треск пламени в камине враз сделался беспокойным и угрожающим.

– Я не отдам эти артефакты, – спокойно произнёс Рэй, глядя леди Алетте в глаза. – Они принадлежат Второму Архивариату. Точка.

Её глаза сузились.

– Я могу достать разрешение императора.

– Очень сомневаюсь, что он вам его выдаст. В этом деле слишком много неясного, знаете ли.

Тон Рэя оставался лёгким и беспечным, но глубоко под ним я чувствовала металл.

– Рэй, – раздался неуверенный голос Берна, – мы ведь можем поделиться…

– Не можем, – отрезал Рэй. – Я не желаю, чтобы мои артефакты использовали против меня же. Или против Фаэль. – Он коснулся моего плеча покровительственным жестом. – Вы ведь понимаете мою тревогу по этому поводу… леди Алетта?

Взгляд леди Алетты упал на моё плечо, и меня вдруг словно прошила молния.

Иногда бывают мгновения, которые определяют твою судьбу. Они наступают внезапно, и в эту секунду весь мир останавливается. Кажется, что вот здесь, сейчас, наступает развилка и ты можешь всё обрести – или всё потерять.

Сейчас, когда я смотрела в бурлящий туман пьедестала, обрисовывающий стройную женскую фигуру, это мгновение настало.

Один шанс из двух, что я гляжу сейчас на моего отца.

Два шанса из двух, что он узнает об этом разговоре до последнего слова.

Время решать. Я могу оставаться ученицей Рэя, послушно следующей за ним и воюющей на его стороне против Маркуса Рише, и тогда все мои детские воспоминания и наша близость с отцом будут бесполезны. Пока я согласовываю с Рэем все свои действия, отец будет понимать, что я – фигура Рэя и доверять мне не стоит.

Или я могла начать свою игру. У меня было преимущество: как и Рэй, мой отец вольно или невольно хотел, чтобы я любила его, была рядом, была на его стороне. А я…

…Я тоже любила отца и хотела его защитить. Я не верила до конца, что Рэй не убьёт Маркуса Рише, узнав его тайны. Что император не велит тихо его казнить. Кем бы мой отец ни был, что бы ни совершил, я хотела, чтобы он жил. Хотела поговорить с ним, заглянуть в глаза, взять за руку. Понять.

Я хочу поговорить с отцом сама, без указки Рэя. А для этого я сближусь с лордом-хранителем и с леди Алеттой и ясно дам им понять, что играю на своей стороне и не передам Рэю ни слова.

Я глубоко вздохнула. Пришла пора становиться той, кто я есть.

– Хватит, – произнёс мой голос. – Рэй, я тоже была в гробнице и рисковала жизнью ради этих артефактов. Отдай их.

Рэй уставился на меня с таким видом, словно с ним заговорила стенка. Леди Алетта – тоже.

– Я – мастер Второго Архивариата, – медленно и раздельно произнёс он. – Ты – новая студентка Академии. Решение принимаю я, а не ты. Мне повторить ещё раз?

– То, что мы ужинаем вместе и на мне красивое платье, не значит, что я не думаю своей головой! – я повысила голос. – Ты только что чуть не погиб, тебе мало? Хочешь, чтобы погиб кто-то ещё, кто-то, кто важен для Академии? – мой голос дрогнул. – Кто-то, кто дорог мне? Я уже потеряла отца пять лет назад и не хочу… терять… никого больше!

Я развернулась к леди Алетте.

– Я не на вашей стороне, – выдохнула я. – Я ни на чьей стороне. Но никаких больше убийств. Я хочу, чтобы мы вместе остановили это.

Всё. Я перевела дыхание. Яснее выразиться было невозможно.

– Как ни странно, я согласна с лордом Рэем, – холодно протянула леди Алетта, глядя на меня. – Для студентки ваше поведение в разговоре с мастерами Академии недопустимо. Жаль, что в доме Рише так скудно занимались вашим воспитанием.

Она неожиданно усмехнулась:

– Впрочем, если ваш наставник прислушается к голосу разума, я скажу, что Маркус не ошибся, отличая вас, а не вашу сестру.

Мы оба повернулись к Рэю, который с бесстрастным видом скрестил руки на груди.

Голем кашлянул:

– Невинное замечание: рыба стынет, хозяин. Может, сначала перекусим, а потом вы друг друга убьёте?

Рэй даже не повернул головы.

– Потом, Хат, – тихо сказала я.

Невидимый Берн подал голос из пьедестала:

– Рэй, возможно, мы вместе найдём устраивающее всех решение…

– Нет.

Голос Рэя был полон холодного металла.

– Я нашёл артефакты, интересные мне и Второму Архивариату, и не собираюсь выпускать их из рук, – произнёс он ледяным тоном. – За защиту Академии вам придётся отвечать самим. У вас и так есть прекрасный артефакт – сам дракон Академии.

Здание Академии и впрямь было артефактом: о любом убийстве на территории Академии тут же становилось известно лорду-хранителю и гвардии. Мгновенно изобличённый убийца не мог ни бежать, ни воспользоваться телепортом. Ходили слухи, что чары артефакта даже не дали бы ему нанести смертельный удар. Императорский дворец, где я бывала в детстве, обладал ещё более мощной защитой: внутри него члены императорской семьи были практически неуязвимы, и только кто-то из них мог впустить врага внутрь. Так, как это сделал Рэй в ночь переворота.

– То есть это отказ? – очень спокойно спросила леди Алетта.

– Окончательный.

– И вы совершенно не боитесь императорского гнева? Моего гнева?

– Ни единого мгновения.

Минуту Рэй и леди Алетта смотрели друг на друга. Молча. Ни одного слова не было произнесено.

Потом леди Алетта протянула руку к невидимой руне, и пьедестал опустел.

Связь была разорвана.

Рэй медленно повернулся от пьедестала ко мне, и тут радостный голос голема разрезал тишину:

– Кушать подано!

Рэй кинул на меня один-единственный взгляд. Злой или задумчивый – я не могла бы сказать.

А потом он пожал плечами, приподнял крышку с подогревающей руной и подцепил рукой здоровенный кусок жареного грудака, обвалянного в оранжевом желтке и сухарях и истекающего соком.

Я моргала, глядя, как Рэй быстро и жадно ест, забыв об аристократических манерах. А потом подошла к тележке, плюхнулась на стул и без раздумий начала накладывать себе сытный салат с мелко порубленной птицей, банасами и сладким соусом.

– Ты, конечно, понимаешь, – светски произнёс Рэй, расправившись со вторым куском, – что без внимания я твоё выступление не оставлю.