Текст книги "Будь моим магом (СИ)"
Автор книги: Ольга Силаева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 24 страниц)
«Но твой дом всё ещё пуст», – хотела возразить я.
Но не стала.
Теперь я знала ответ на свой вопрос. Знала, почему Тайбери так нетерпим к любым проявлениям пьянства. И мэтр Рионери, и другие… наверняка у них тоже были подобные истории. Друг или дальний родственник, которого постигла трагическая судьба. Маги, которые топили в вине страх или одиночество, а в итоге утопили чью-то жизнь.
– И ладно бы только свою, – пробормотала я.
– Уже начинаешь играть в моралистку? – голос Тайбери приобрёл ехидные нотки. – Надо было завести шейру на пару дней раньше. Тогда ты точно устроила бы племяннице Барраса торжественное исключение. Ещё бы прогнала с плетью по всей Академии.
Я поперхнулась, представляя себе эту картину.
– Сам ты… моралист, повелитель! Я, между прочим, отличаю настоящее пьянство от одной кружки сидра!
Тайбери наклонился ко мне в темноте. Я отчётливо ощущала его потяжелевшее дыхание на своём лице. И запах, знакомый, трудноуловимый и такой желанный запах мужского тела…
А ведь в эту самую секунду он ощущает меня, вспотевшую и разгорячённую после тренировки. И целовавшую его несколько минут назад.
– Даже не думай, повелитель, – слабым голосом сказала я. – Совместные откровения не заставят меня упасть к тебе в объятья, раздеваясь на ходу. У меня сильная воля и… непреклонная… решимость…
Я сама не заметила, как отклонилась назад, упираясь руками. Ещё немного, и я упаду на локти, а потом на спину.
Послышался тихий смех.
А потом Тайбери наклонился и провёл кончиком языка по моему лицу.
– Не умеешь играть, девочка, – прошептал он, – не садись за стол.
Он одним лёгким движением подхватил меня и поднялся.
– Эй! – выпалила я, барахтаясь в его руках.
– Отправляешься спать со мной, – сообщил он. – В моей постели.
– Почему?!
– А вот хочется. – Двери тренировочного зала открылись перед нами. – И кстати, где твои манеры?
– Остались в тёмном-претёмном тренировочном зале, мой придирчивый повелитель, – мрачно сказала я. – Может, вернёмся и достанем?
Я почувствовала в своём голосе надежду. Увы, Тайбери её тут же беспощадно раздавил:
– И закончим тренировку уже в другой позе? Там жёсткий пол, если ты заметила.
Не повезло.
– Но мысль хорошая. – Его рука словно невзначай скользнула по моим ягодицам. – Запомним её… на будущее.
Вот ведь… памятливый повелитель!
Когда Тайбери, едва дождавшись, пока я переоденусь в знакомую пижаму, сграбастал меня в охапку и устроил под своим одеялом, я ожидала, что сейчас-то и последует завершение тренировки. Но вместо этого он зевнул и, устроившись поудобнее, закинул на меня руку.
– Ты что, устал больше меня, повелитель? – сонно пробормотала я. – Не то чтобы я хотела, чтобы ты ко мне приставал, но как-то немного разочаровывает.
– Представь себе, – пробормотал Тайбери не менее сонно. – Если бы я не устал до полусмерти, не стал бы так рисковать. Иначе бы не выдержал… и взял бы тебя… прямо…
Его голос окончательно замолк. Измотанный, он спал.
Я дождалась, пока рука Тайбери на моём плече расслабится, а дыхание станет ровным, и осторожно повернулась к нему лицом. А потом потёрлась носом о тёплую и чистую кожу и устроилась у него на плече.
Раз уж я его шейра, буду брать от жизни в доме Тайбери всё, что мне хочется. Например, вот это самое плечо. И мышцы груди, которые так удобно гладить.
Лишь бы кое-кто не проснулся.
Тайбери пробормотал что-то во сне, и я закрыла глаза. И сама не заметила, засыпая, как закинула на него руку и ногу, собственнически прижимая лучшего студента Академии и моего заклятого врага к себе.
Мне никогда ещё не было так спокойно ночью.
Глава 22
Меня разбудили голоса снизу.
Гневный женский голос я узнала тут же. И чуть не подпрыгнула.
Виолетта. Что она делает в доме Тайбери в этот час? Неужели они?..
Я вскочила с постели, не думая. Подслушивать нехорошо, конечно. Но жить в доме злейшего врага, притворяясь его преданной шейрой, тоже не очень-то похоже на то, как ведёт себя образец идеальной морали и нравственности. Хочу и подслушиваю, вот!
Я проскользнула к лестнице. И замерла, прислушиваясь к голосам.
Кажется, я очутилась здесь как раз вовремя.
– …Тай, как только закончится год, ты должен сменить шейру! – зазвенел голос Виолетты.
Пауза.
– Интересное предложение, – спокойно произнёс Тайбери. – И ты делаешь его мне, не ей? Проще было бы подкупить её.
– Проще, – подтвердила Виолетта. – И я поговорила бы с ней наедине, но как? Ты же мне этого не позволишь.
– Ты могла бы перекрикиваться с ней через дверь, – предложил Тайбери. – Или складывать на крыльце угрожающие записки, пока до неё бы не дошло.
Я зажала рот, чтобы подавить смешок.
– Я выше этого, – отчеканила Виолетта ледяным тоном. – Но если ты сомневаешься, что я готова пойти на всё, чтобы защитить свой будущий брак, подумай ещё раз.
Я почти осязаемо видела, как встречаются их взгляды. И как внимательно смотрит на неё Тайбери.
– Что в моей шейре тебя беспокоит? – негромко спросил Тайбери.
– То, что она занимает в твоей жизни слишком большое место, – прямо ответила Виолетта. – Мне плевать, что ты выделываешь с ней в постели, но я не желаю терпеть конкурентку за твоё внимание. И уж точно не хочу, чтобы эта дерзкая девка оказывала влияние на моего будущего мужа!
– Я похож на кого-то, кем можно манипулировать? – по-прежнему спокойно спросил Тайбери.
– А как иначе это объяснить? С тех пор как Рионери прочитал вам эту дурацкую лекцию о том, что шейр надо учить магии, вы словно с цепи сорвались! Марк, Авери… а теперь и ты! – Судя по стуку каблуков, Виолетта начала расхаживать по холлу. – Это невыносимо! Раньше такое поведение было немыслимо, Тай! Даже Файен, пока его шейра была жива, имел мозги, чтобы стесняться этого, хоть и был влюблён по уши! Сейчас же вас словно подменили! Целыми днями учите своих шейр, чуть ли не кормите их с ложечки… – Она топнула ногой. – И это делаешь ты, Тай! Прежде всего ты!
Голос Тайбери потерял всякие интонации:
– Я начал уделять тебе меньше внимания?
– Нет, но…
– Моя шейра обидела тебя и совершила проступок, о котором я не знаю?
– Пока нет, но это случится!
– Меня волнует не «пока», а сейчас, – холодно сказал Тайбери. – Моё свободное время принадлежит только мне, и, если я провожу его определённым образом, это моё и только моё дело. Ты хочешь изменить наши договорённости?
Виолетта долго молчала, явно подбирая слова.
– Всё, что ты говоришь, – правда, – наконец произнесла она. – И одновременно это ложь, потому что ты умалчиваешь о главном.
Моё сердце вдруг начало биться быстрее. О чём же?
– О чём же? – эхом спросил Тайбери.
– Что если бы эта девчонка была магом из аристократического рода, ты женился бы на ней и никто другой не был бы тебе нужен.
В её голосе было злое и точное понимание.
Я моргнула. Потом ещё раз. Она же не могла иметь в виду именно это, правда?
Короткая пауза – и совершенно ровный голос Тайбери. Он умел держать удар.
– Я не люблю её, – спокойно сказал Тайбери.
Я мысленно вздохнула. Ну замечательно. Давай расскажи своей невесте, что я тебе безразлична. Ведь это будет мне так приятно!
– Я и не говорю, что ты её любишь, – парировала Виолетта. – Я говорю, что она тебе удобна. Что магия ритуала подобрала тебе лучшую возможную пару и теперь тебе не нужна настоящая жена. Ты доволен иллюзией, тебе хорошо, а реальная семья может и подождать. Вот только знаешь что?
Она выдержала паузу. И точно, расчётливо ударила:
– Это такая же зависимость, как тяга пьяницы к бутылке.
Шах и мат.
Я словно наяву видела, как Тайбери застыл.
– Хочешь сказать, что остальные не привязаны к своим шейрам?
– Половине из них плевать, одна шейра или другая, – отмахнулась Виолетта. – Но тебе кажется, что ты вытянул звёздный жребий. Как же, шейра с редкой магией, которая умеет разговаривать с тобой на равных!
Её зубы отчётливо скрипнули.
– Вот только, – чётко произнесла Виолетта, – она никогда не будет равна тебе. Никогда не будет магом, как мы. Никогда не встанет с тобой вровень, и ребёнка от неё никогда не признают твоим наследником. – Она коротко, зло рассмеялась. – В отличие от нашего с тобой будущего сына.
Молчание. Я прикрыла глаза. Не будь я Деанарой Кассадьеро, её речь сейчас пробрала меня до печёнок. Трудно быть шейрой, влюблённой в своего господина и обречённой вечно играть вторую скрипку.
Но я собиралась уйти и быть свободной, и никакие слова Виолетты тронуть меня не могли.
…Ну, почти.
– Мне безразличны твои живые игрушки, пока они остаются игрушками, – холодно закончила Виолетта. – Но если ты тренируешь её, проводишь с ней время, это значит, что у меня появилась соперница. Этого я не допущу.
Мне одновременно хотелось и не хотелось выглянуть на лестницу, чтобы увидеть, как она стоит перед Тайбери, гневная и, пожалуй, даже красивая в своей ледяной откровенности. Я поёжилась. Оказаться с этой леди под одной крышей? Уж лучше сразу прыгнуть в прорубь.
А эти её слова о сопернице… Насколько они были правдой? И что именно чувствовал Тайбери?
– Допустим, я сменю шейру, когда закончится год, – спокойно сказал Тайбери после долгой паузы. – Что заставляет тебя думать, что новая не будет ещё хуже старой?
Виолетта фыркнула.
– Хуже уже быть не может. Я готова рискнуть.
– В том числе рискнуть моими чувствами? – ровно поинтересовался Тайбери. – Смена шейры не проходит бесследно.
– Поскучаешь и перестанешь, – зло бросила Виолетта. – Новая шейра быстро научится тебя ублажать так же хорошо, как и первая! Посмотри на Кассадьеро, которые меняют шейр каждый год и выглядят великолепно. – Она поморщилась. – Хотя об их шейрах такого не скажешь, но не это важно. Важно, что новая шейра – это не конец света, Тай! Если ты просто разорвёшь контракт в конце года, с тобой ничего не случится. Посмотри на меня: мне, в отличие от тебя, не разрешено заводить хорошеньких любовниц!
– Зря, кстати, – хмыкнул Тайбери. – Представляю, если бы вы с Жанет…
– Прекрати сейчас же!
Тайбери осёкся. Я мысленно хмыкнула. Иногда, оказывается, он может и помолчать. Полезное знание.
– Мне нужен наш с тобой брак, и я не собираюсь расторгать помолвку, тем более что она ещё не объявлена, – уже тише добавила Виолетта. – Но мне нужен ты. Тот Квинн Тайбери, которого боится и уважает вся Академия! А не сентиментальный глупец, который готов даже отложить официальную помолвку, лишь бы не огорчать свою драгоценную шейрочку!
Честное слово, если бы «драгоценной шейрочке» было куда идти, только бы меня и видели. Увы, испаряться мне было некуда.
Но продолжать слушать эту семейную ссору тоже было выше моих сил. Я узнала достаточно. А Тайбери…
…Пусть принимает свои решения сам.
Я бесшумно вернулась в спальню и уткнулась носом в подушку, ровно дыша.
Вот возьму и засну! Без слёз и всего остального!
…И, как ни странно, всё же заснула.
На следующее утро Тайбери не сказал о визите Виолетты ни слова. Надо же, какие мы скрытные. Что ж, я тоже ничего не сказала. В молчанку могут играть и двое.
Меня подмывало спросить, действительно ли я так важна для Тайбери. Но что-то всё же меня удерживало. Может быть, его замкнутость?
Впрочем, тренировки это никак не отменяло. И весь следующий месяц именно ими мы и занимались.
Теперь у меня получалось управлять своим резервом куда лучше. Увы, Тайбери впечатлённым отнюдь не выглядел.
– …Огненный шар – это шар, – прохладно заметил Тайбери, обходя меня по кругу. – А не пылающая булавочная головка.
– Ну извини, мой придирчивый повелитель, – ядовито отозвалась я. – Это же ты не хотел, чтобы я сожгла твой драгоценный тренировочный зал! И, между прочим, зря! Новый мы хотя бы меблировали бы!
– Всегда думал, что тренировочному залу не хватает кофейных столиков и ванны с пузырьками, – серьёзно согласился Тайбери. – Наращивай размер шара. Я хочу, чтобы ты увеличила диаметр пламени до ногтя. Скажем, за десять минут. Постепенно и плавно.
– Целых десять минут?! Это я по волоску буду его увеличивать? – Я задохнулась. – За что, мой вредный повелитель?
– За меблировку.
Чего было у Тайбери не отнять – с ним по-прежнему можно было пикироваться. Иногда, ночами, слушая его дыхание в соседней кровати, я думала, что бы я предпочла, поцелуи или ехидную болтовню, и неизменно останавливалось на втором.
Вот только мне начинало хотеться и поцелуев. Особенно теперь, когда я уже распробовала губы своего повелителя на вкус. Проклятье!
– Как твоя невеста, повелитель? – невинно спросила я, не отрываясь от огненной точки, парящей в воздухе. – Давно она не удостаивала нас своим визитом. Неужели ювелирные лавки закончились?
– Хочешь, чтобы я пригласил её на ужин?
Я захлопнула рот. Я успела убедиться, что в тренировочном зале Тайбери не шутил. Если он говорил, что я окажусь в углу с мячом на голове, я знала: расслабляться не стоит.
Но будет ли Тайбери шутить о своей дражайшей невесте?
Чтоб ей провалиться, кстати. Её визит никак не выходил у меня из головы.
– Виолетта никак не успокоится, – задумчиво протянул Тайбери, глядя на меня. – Слишком много времени я провожу с тобой.
– Может, мне тоже возревновать, что ты проводишь много времени с невестой, повелитель? – невинно предложила я. – Глядишь, и уравновесим друг друга. Могу даже в волосы ей вцепиться.
Тайбери со значением перевёл взгляд на миниатюрный огненный шар, и я тут же заткнулась, вновь наморщив лоб в концентрации. Не отвлекаться, Дана, не отвлекаться…
Тьфу ты, я даже новым именем себя называю!
– Она предпочитает подарки, а не время вместе со мной, – хмыкнул Тайбери. – И моя очаровательная невеста намекнула, что лучшим подарком для нас обоих будет – знаешь что?
– Моя голова на блюде, повелитель, – с готовностью откликнулась я. – С укропом и бантиками.
– Это желание Виолетта приберегает на годовщину нашей свадьбы, – поправил Тайбери, внимательно глядя на увеличивающуюся с черепашьей скоростью огненную точку. – А сейчас ей хочется немного другого.
Я вздохнула. Наверняка опять чего-нибудь связанного со мной.
– Повелитель, может, я просто тихо убьюсь где-нибудь в уголке? – предложила я. – Или утоплюсь, как Деанара Кассадьеро? Твоя невеста с радостью выкопает мне могилку, ты проронишь скупую слезу, и вы пойдёте жениться. Или обедать. Как с погодой повезёт.
– Я подумаю, – невозмутимо сказал Тайбери. – Но вообще-то Виолетта желает, чтобы её подруги перестали на меня облизываться, и поэтому намекает, что ей хочется объявить помолвку как можно скорее.
– Можно подумать, они после этого перестанут на тебя облизываться, мой желанный повелитель, – фыркнула я.
– Хм? – Тайбери подошёл ближе, дыша за правым плечом. – Неужели моя упрямая шейра находит меня желанным?
Пальцы дрогнули от такого откровенного флирта, и я не выдержала – концентрация ускользнула от меня на миг. Огненная горошина вспыхнула, полыхнула клубами бело-жёлтого пламени и растворилась в воздухе.
Проклятье! Забыв обо всём, я выругалась.
И прикусила язык, когда Тайбери присвистнул.
– На скромную и смиренную шейру это совсем не похоже. Даже благородные леди Академии так при мне не ругаются.
– Прости, повелитель, – машинально отозвалась я. – Забылась.
– Ты не забылась, ты распоясалась, – хмыкнул Тайбери. – Пора принимать меры.
Я обернулась к нему.
– Это какие?
– Например… – Тайбери помедлил, обводя взглядом моё лицо. – Скажем, отбирать у тебя одежду при входе в зал. Всю, включая бельё.
Я возмущённо открыла рот – и поняла, что надо мной самым возмутительным образом издеваются.
– Да ты… – начала я.
И умолкла, когда раздался знакомый звон.
И кто же это на этот раз?
Когда я спустилась вниз вслед за Тайбери, он стоял посреди холла в одиночестве.
А в руках у него была записка. Совсем небольшая.
– Что, повелитель? – негромко спросила я.
Тайбери не поднимал взгляда. Его лоб пересекла морщинка.
– Адриан хочет, чтобы я представлял дом Тайбери на завтрашнем собрании в Академии, – наконец произнёс он. – В полдень. Баррас срочно собирает великие дома.
– Зачем?
– Чтобы его племянницу, Деанару Кассадьеро, признали умершей. – Тайбери наконец поднял голову. – Из реки только что вытащили её тело.
Глава 23
Когда я вошла в зал совещаний Академии, у меня перехватило дыхание.
Потолок уходил вверх чуть ли не до шпиля. Золотое сияние окружало единственный стол. Кроме стола, в зале не было ничего. Словно я вновь оказалась в доме Тайбери, но куда более помпезном и величественном.
А посреди огромного круглого стола светился белый алтарь, созданный когда-то великими домами. Здесь объявляли новых глав великих домов, здесь принимали наследников. И каждый раз по древней традиции все гости касались алтаря, короткими вспышками подтверждая своё право быть здесь. За исключением мелких недоразумений вроде шейр, конечно же.
Заглядевшись, на миг я даже забыла, зачем мы с Тайбери здесь.
Но тут же вспомнила.
Из реки вытащили тело, якобы принадлежащее Деанаре Кассадьеро. Но раз я, Деанара Кассадьеро, стояла здесь живая и здоровая, тело явно было чьим-то ещё. Знал ли об этом дядя? Наверняка.
Интересно, понимали ли другие главы домов, что дядя собирается обвести их вокруг пальца, подсунув им фальшивку?
– Наследник дома Тайбери, как всегда, приезжает последним, – язвительно встретил нас лорд Баррас. – Полдень пробил минуту назад. Что, мальчик, в очередной раз увлёкся играми со своей шейрой?
– С той самой, за которую ты предлагал мне двести тысяч, – невозмутимо отозвался Тайбери, подходя к алтарю. – Представь себе, её ласки того стоят.
Белая вспышка алтаря словно бы подтвердила его слова. Гр-р!
Я почувствовала, как пунцовеют уши. Вот кто его за язык тянул!
– Сейчас не время для пикировки, – прозвучал прохладный голос мэтра Рионери. – Начинаем собрание.
Я обвела взглядом зал, мимоходом заметив пару шейр, скромно стоящих у стены. Похоже, шейр брали с собой немногие. Не хотели подвергать своё сокровище опасности вне стен дома? Или, напротив, не желали оставлять сокровище без присмотра?
Но здесь собрались не все великие дома. Два дома, обладающие правом вето, здесь отсутствовали. Я нахмурилась. Подобные собрания не пропускают просто так. Или речь идёт о закулисной сделке? Если дядя обещал этим двум домам что-то, мимо чего они не могли пройти, или, напротив, надавил на них…
В любом случае это было плохим признаком. Сильнейший дом, претендующий на главенство и власть над Академией, не должен вести себя как мелкий бандит или выбиватель долгов.
– Лорда Барраса нельзя допускать к высшей власти, – прошептала я Тайбери. – Чего бы он ни хотел, это плохо.
Тайбери бросил на меня красноречивый взгляд. «А то я не знаю! – говорил он. – Лучше бы сказала что-нибудь новенькое».
Увы, тайну моего происхождения я открыть не могла. Хотя сейчас было бы самое время.
– Мы здесь, потому что ты сообщил, что тело твоей племянницы найдено, – сухо вступил лорд Алькассаро. – Какие доказательства ты можешь предъявить, что это она?
Отец невесты Тайбери был элегантно одет, но под глазами залегли тёмные круги, а бледность его была явно нездорового оттенка. Мне внезапно пришло в голову, что это было следствием визита Виолетты: если его дочь приструнила шейру отца, вряд ли это хорошо отразилось на лорде.
– Действительно, – вступила леди Озри. Моя двоюродная тётя по матери; не то чтобы это имело значение. – Мы не можем похоронить кого попало вместо дочери нашей дорогой Дараэль. Я хочу, чтобы в личности девушки не оставалось никаких сомнений.
Все взгляды устремились на моего троюродного дядю.
– Никаких сомнений нет, – произнёс лорд Баррас невозмутимо. – Та же фигура, тот же рост и цвет волос. На погибшей была форма Академии, а также бельё и бусы, которые были опознаны слугами из поместья, где она росла. В кармане мантии лежал футляр для кристалла, который когда-то использовал мой троюродный брат и отец Деанары. Очевидно, девочка хранила его как память об отце и собиралась оправить свой кристалл… но не успела.
– Как странно, – прозвучал в тишине ясный голос Тайбери. – Когда Деанара отдавала свой кристалл мэтру Рионери, он не был оправлен. Хотя оправить его – дело пары минут.
Вот именно! Я сжала кулаки. Ох, как бы мне сейчас хотелось привлечь своего дядю за откровенную ложь!
– Я подтверждаю слова Квинна Тайбери, – раздался негромкий голос мэтра Рионери. Он стоял, прислонившись к стене, наблюдая за главами домов. – Кристалл Деанары не был оправлен. К тому же отец пренебрегал девочкой с самого её рождения и полностью игнорировал её существование. Вряд ли после этого умная и самодостаточная девушка будет бережно хранить напоминание о нём.
– Она мертва! – отрезал Баррас.
– Возможно. Но ваши доказательства меня не убеждают.
– Что-то мне подсказывает, что ты забрал все эти прекрасные предметы из загородного поместья Кассадьеро и надел их на совершенно постороннюю девчонку, – насмешливо протянул Тайбери. – Надеюсь, её хотя бы не утопили по твоему приказу.
– Достаточно.
Голос лорда Алькассаро прозвучал гулко и звучно.
– Ситуация видится мне вполне ясной, – произнёс он. – Деанара Кассадьеро исчезла из Академии и нигде не объявлялась, хотя прошло более чем достаточно времени. Даже если предположить, что она жива и здорова, совершенно очевидно, что она не собирается возвращаться, чтобы подтвердить свой титул и имя. Если она жива, она уже фактически отказалась от имени своего рода. Позиция лорда Барраса обоснована.
– У Деанары есть веские основания ждать и прятаться, – возразил ректор. – Она хочет поступить в Академию в следующем году. Если она объявится раньше, лорд Баррас немедленно использует свою власть над ней, чтобы подписать её брачный контракт и не пустить в Академию.
– Это моё право, – жёстко отбрил его Баррас.
– Без сомнения. Но это никак не доказывает, жива ли девушка или мертва.
Леди Озри покачала головой.
– Доказательства лорда Барраса весьма убедительны, – медленно сказала она. – Глупо предполагать, что из реки можно вытащить нескольких светловолосых девушек в форме Академии и в вещах моей дальней племянницы. Девочка утонула, и нам не стоит спорить и ссориться над её телом. Сейчас время для траура и похорон.
Леди Озри выглядела искренне расстроенной, и мне стало её жаль. Она поверила дяде, потому что дядя, если уж начистоту, придумал отличную историю. И для неё, и для других глав домов.
Кроме одного.
– Вето, – проронил Тайбери одно-единственное слово.
Все взгляды моментально устремились на него. Точнее, на нас.
– Моя племянница погибла из-за тебя, – зловеще произнёс Баррас. – Ты поставил её на грань отчаяния, и если бы не ты, то Деанара была бы жива и здорова! Ты виновен в её гибели, ты выгнал её из Академии, а сейчас хочешь нанести ещё один удар и отказать ей в последнем пристанище?
– Деанара Кассадьеро была исключена не моей волей, а решением ректора Рионери за то, что она пила алкоголь, будучи студенткой Академии, – сухо сказал Тайбери. – Если хоть один из вас считает, что исключение было несправедливым, поднимите руку.
Тишина. Абсолютная тишина. Ни одного движения, ни шороха мантии.
Тайбери сухо кивнул:
– Что и требовалось доказать.
Да. Есть правила, которые маги не переступают.
– Да ему просто мешают угрызения совести, – с отвращением протянул Баррас. – Ты не хочешь верить, что она мертва, потому что в глубине души знаешь: её убил ты!
Тайбери пожал плечами.
– Дом Тайбери накладывает вето на признание Деанары Кассадьеро мёртвой до истечения законного срока. По какой причине – моё дело.
Его голос оставался ровным. Лишь глаза – серые, гневные, сощуренные – выдавали напряжение и злость.
– Главам великих домов унизительно иметь дело всего лишь с наследником и мальчишкой, – процедил сквозь зубы Баррас. – Почему твоего деда здесь нет?
Лицо Тайбери осталось бесстрастным.
– Потому что он хочет, чтобы наследник дома Тайбери набирался опыта, – ровно произнёс он. – Если не стать ректором самому – к чему, признаться, у меня мало склонности и желания, – то не пустить в ректорское кресло тебя.
Да уж. Если Тайбери сделать ректором, вся Академия пойдёт вразнос. Но если сделать ректором дядю, Академия вообще прекратит своё существование. Будет власть Кассадьеро и их вассалы, и слово Барраса будет законом для всех. Бр-р!
– И ты будешь мне указывать? – усмехнулся Баррас. – Ну нет, мальчик. Следующим ректором Академии стану я. А ты будешь тихо и бесполезно просиживать штаны, не в силах даже войти в дуэльный круг. Вот она, цена «особенной» шейры.
– К слову, раз уж мы заговорили о шейрах, – ровно произнёс Рионери. – Я слышал, что Юлиус уже говорит о следующем контракте. Не слишком ли часто вы и ваш сын меняете шейр, лорд Баррас? Метресса Хелен уже не раз выражала мне свою озабоченность. Девушки не жалуются ей, но их здоровье явно оставляет желать лучшего.
Лицо Барраса побагровело.
– Хелен, – процедил он, – не следует вмешиваться в дела великого дома. Метресса? Ха! Бывшая шейра и содержанка, чьё слово не стоит и ломаного гроша!
– А также бывшая шейра главы великого дома, хранительница алтаря и церемоний, – ледяным тоном возразил мэтр Рионери. – Хотите рассуждать о шейрах с презрением, лорд Баррас? Я бы на вашем месте не стал.
– Если метрессе передадут его слова, кое у кого точно возникнут проблемы, – издал смешок один из спутников лорда Алькассаро. – Смотри, Баррас, вдруг тебе перестанут доставлять в постель услужливых красавиц в любое время?
Глаза Барраса сверкнули.
– Придержи язык, – спокойно бросил он. – Что до очередной девицы на ночь…
Его взгляд остановился на мне.
– Думаю, проблем у меня не будет.
Я едва не поперхнулась. Это он меня представляет в роли «услужливой красавицы»? Почему мой дядя не мог трагически погибнуть и избавить нас всех от хлопот? Или хотя бы трагически получить пуговицей по ягодице и печально уйти в отставку?
– Мне тоже есть что сказать о шейрах, – в голосе леди Озри мне послышался неожиданный яд. – После вашей лекции, мэтр ректор, отношение к шейрам начало меняться. Весьма резким и настораживающим образом. Мои подруги сообщают мне, что их сыновья начинают говорить с шейрами о доверии. Интересуются их нуждами, словно те вдруг встали наравне с лордами! И это происходит, не будем лукавить, не в двух и не в трёх домах. – Её уничтожающий взгляд пронзил Рионери. – Это новое направление крайне мне не нравится, мэтр ректор. Мы не зря хотим, чтобы некоторые знания о шейрах оставались забытыми.
– Я прекрасно понимаю вашу точку зрения, – наклонил голову Рионери. – Но мы должны приспосабливаться к меняющемуся миру, леди Озри.
Его взгляд остановился на мне на секунду.
– Раз среди шейр появляются девушки с редкой магией, одарённые и талантливые, обладающие характером, а не просто явившиеся к алтарю ради денег, мы должны делать шаг им навстречу. Тем более если доверие, вспыхнувшее между шейрой и её магом, стабилизирует эмоции и кристаллы молодых людей – ваших сыновей.
Он помолчал. И резко кивнул.
– Юноши Академии должны знать, что у них есть выбор. Они мои студенты, и я за них отвечаю.
– Хорошая речь, – негромко произнёс Тайбери. – Я помню эту лекцию.
Губы леди Озри плотно сжались, и она мазнула по мне презрительным взглядом. Ох, знала бы она, что речь не просто об одарённой шейре, а о её дорогой родственнице! Впрочем, вряд ли это бы мне помогло. Моё счастье, что мы с ней не виделись раньше и леди Озри не видела сходства между мной и мной-шейрой. Одной проблемой меньше.
– Довольно разглагольствовать о шейрах, – раздражённо произнёс лорд Алькассаро. Вид у него, надо сказать, был не только недовольный, но и отчасти виноватый. Неужели аргументы Рионери начали доходить и до него? – Вернёмся к Деанаре Кассадьеро. Из-за вето дома Тайбери девушку нельзя признать умершей. Но до истечения формального срока осталось не так много времени, и скоро все ваши требования будут удовлетворены, лорд Баррас. Я предлагаю завершать собрание.
Лорд Баррас молчал. Я с холодком поняла, что он готовит какую-то пакость, связанную со мной. Но пока я не понимала какую.
– Моя племянница мертва, – наконец произнёс мой дядя. – Её тело найдено. Дом Тайбери не хочет этого признавать – это его дело. Но вы, дамы и господа, – разумные люди, и вы всё понимаете. Моя племянница утонула. Пусть формальное признание её смерти отсрочено, это не изменит фактов. Она не станет магом и никогда больше не поступит в Академию.
Пауза. Короткая торжествующая улыбка, адресованная Тайбери и мне.
– Поэтому я, глава рода Кассадьеро, не желаю, чтобы кристалл моей племянницы хранился в Академии и дальше, – с торжеством закончил дядя. – Я хочу, чтобы он был разбит немедленно.
Стеклянный звон обжёг мои уши. Воображаемый звон. Сейчас, в эту секунду, мой кристалл был цел, но…
– Вы что, с ума сошли? – вырвалось у меня.
Тайбери сжал мою руку до хруста. Мэтр Рионери поднял брови.
Главы домов, впрочем, едва ли отреагировали на мой вскрик. Для этого они были слишком хорошо воспитаны.
– Разумно, – произнесла леди Озри. – Хранение кристалла в Академии – дорогое удовольствие. Впрочем, девочка была формальной наследницей рода Кассадьеро, и, как я понимаю, эту сумму вынужден платить её дом, пусть даже против своей воли.
– Вы понимаете правильно, – наклонил голову мэтр Рионери.
– Зато когда Деанару признают умершей, лорд Баррас получит полное право и на её дом, и на её деньги, и даже на её запасные трусы, – протянул Тайбери. – Не так ли, мой жадный друг? Именно поэтому ты жаждешь разбить кристалл сейчас: чтобы обезопасить её трусы… то есть себя. Уничтожь её кристалл, и оставшийся срок будет лишь формальностью: она перестанет быть магом и наследницей дома Кассадьеро. Если живая Деанара и объявится, кому она будет нужна, с разбитым-то кристаллом?
– Помолчи, мальчишка! – рявкнул Баррас.
– Да чего уж тут. – Тайбери пожал плечами. – И так всё ясно.
– Лорд Баррас затронул важнейшую тему для каждого мага, – веско произнёс глава дома Зазини. – Наши кристаллы.
Наступила тишина. Дом Зазини издавна был хранителем традиций, и к словам его лордов прислушивались. Тем более что говорили они редко.
– Кристалл – это символ, который нужно уважать. Если тело девушки найдено, её кристалл не может оставаться целым: это противоречит нашим традициям. Кодекс шейр, запрет на алкоголь и дурман, стабильные кристаллы и ясное сознание – разве не эти символы, правила и запреты делают нас магами?
Леди Озри пробормотала что-то, явно соглашаясь. Лорд Зазини повернулся к Квинну Тайбери.
– Вы всегда настаиваете на соблюдении правил, юноша. Мэтр Рионери упомянул, что не так давно вы и сами просили его разбить кристалл Деанары. Согласны ли вы разбить его сейчас?
Моё сердце остановилось. Я смотрела на Тайбери и изо всех сил пыталась увидеть в его лице подтверждение своим надеждам. Он ведь наложит вето и в этот раз, правда? Он не даст Баррасу победить!
