Текст книги "Весенний Король (СИ)"
Автор книги: Ольга Ружникова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
Помогло. Почти сразу. Миг – острые зубы прокусили ему верхнюю губу. В кровь.
Два – хлесткие пощечины крест-накрест. И бешеная ярость – в зеленых глазищах.
Заслужил. Хоть и не только за это.
Кто мешал съездить лично проверить караулы? Чем занимался? Купцами? Ревинтер на что?
Да и прикормленного Виктором графа Мальзери пора занять хоть чем-то, кроме вечных ядовитых интриг против каждого первого.
В зеленых омутах – уже стихающая злость. И… узнавание. Будто чуть виноватое.
Полынь и сосновая хвоя после крупного дождя. Дымные осенние костры, мокрый брусничник и чабрец. А вдали – будто звенит тоскливая песнь запоздалых банджарон…
Как в залитом кровью Лиаре. Тогда он походил на эту комнату. Только они не победили.
Ирия – тогда не победила.
А сейчас она справилась бы с врагами и одна. Но противник теперь другой. Много опаснее. Вместо одной змеиной башки отрастают еще десятки. И никогда не знаешь, где проклюнутся. Будто корни – по всему подзвездному миру. Срежь в одном месте – уже набухает почка в другом.
Врагами всегда обрастаешь быстрее, чем собственной силой.
Почему упорно видится увядающая осень – с рыжими кострами и плачущие умирающие листья, если тогда была ранняя весна? Как и сейчас.
– Ты снова с нами, – облегченно улыбнулся Анри. Рискуя заработать еще. Немедленно.
– Прости… – тяжело выдохнула Ирия. – Ничего не соображала. Сколько… меня не было?
– Час или два, – он уже привычно протянул ей полную флягу. – Или если хочешь – вот горячее пиво. Прости за столь решительные меры.
– Настолько пришлось себя заставлять? – проблеск лукавства в знакомом голосе радует. Лучше, чем отвращение.
– Да. Предпочел бы если уж целовать тебя, то в полном сознании. И с твоего согласия.
Тем более, прежде это было всего однажды – давным-давно. В другой жизни. В предыдущей горькой и злой весне-осени.
Тогда Кармэн была жива. И уже в безопасности.
– Анри, я никого… – тревожный взгляд по сторонам – красноречивее любых слов.
Кровь убрать было некому. Как и вражьи тела. То, что от них осталось.
Некому и некогда.
– Только подлых врагов. Туда им и торная дорога. Пусть их примет Ледяная Бездна.
– Ты здесь, – Ирия крепче обняла тонкие колени. Будто ей всё еще холодно, смертельно холодно. – Пришел на помощь. Спасибо. Значит, хоть ты – ни при чём.
Она и в этом усомнилась? А разве не было причин?
– Ты подозреваешь Виктора Вальданэ?
– А ты – нет? Больше некого, Анри.
За вдребезги разбитым окном – дикий, холодный ветер и непроглядно-темная ночь. И где-то в ее тревожной глуши – отдаленные раскаты нарастающего грома. Ранней весной?
Внезапный дождь решил смыть сегодняшнюю мерзость. Жаль, не ту, что Анри сдуру умудрился приволочь в родной Эвитан.
– Дева-Смерть говорила, весна не придет, – хмурясь, вспомнила Ирия. – Но ты уничтожил Змеиное Гнездо и… Только не всех. Анри, здесь были черные жрецы. Пусть и в другой одежде. И мне сегодня снился Ормос. Потому я и проснулась вовремя.
– Я знаю. Роджер Ревинтер тоже увидел дурной сон. И тут же ринулся ко мне. А Эйда – сюда. Никого не спросив.
Да. Эйда теперь действует в доме Ревинтеров свободно. Ни в чём не отчитываясь. И не спрашивая никого. Включая главу семьи.
– Я сейчас заберу тебя к себе. И Алису. Остальных – сегодня тоже ко мне. А завтра – обратно к михаилитам. Письмо отправлю тоже сегодня же. Жерар завтра встретит всех.
– А приличия?
– Бравый кардинал Александр еще недостаточно их скомпрометировал? А как насчет целого войска молодых, красивых монахов?
Ирия рассмеялась:
– Я вообще-то о тебе. А ты – не монах. Даже из михаилитов. Или я чего-то о тебе не знаю?
– К змеям Темного. Ты – без пяти минут моя законная жена. А если очень нужно – ко мне переселится Серж. Вместе с более чем консервативным дядей Ивом. Твоему опекуну нечего делать по дешевым гостиницам. А кое-кто как раз очень хочет оказаться поближе к Элен.
– Представляю, как ты будешь уговаривать упрямого дядю Ива. Под предлогом общения его сына с твоей почти бывшей женой.
– Не почти. Вечером пришла весть от Патриарха. Он одобряет развод. И еще одно письмо от императора Евгения – с поздравлениями.
– Да, разведясь и вновь женившись в один день, он подал пример всему подлунному миру. Ладно, тогда… – Ирия вдруг усмехнулась. – К змеям уже всё. Я всё равно уже сегодня не усну. Когда разберешься с делами, заходи ко мне поговорить. Выпьем. Хоть вина, хоть пива – уже без разницы. Змеи подери, мне уже Темный знает сколько месяцев не с кем просто выпить. Пока еще дядя Ив к тебе не переехал.
– Думаешь, он один осушит все запасы в моем доме?
Вроде, ее отпускает. Понемногу. Может, еще и не свихнемся.
Глава 8
Глава восьмая.
Эвитан, Лютена.
1
Внушительная горка острых шпилек пристроилась на туалетном столике. Рядом с темно-зелеными лентами – в цвет вечернего платья. И в цвет глаз Ирии. Старшая горничная сочла, что лиарская графиня должна быть одета в свои фамильные цвета, а не в жениховы. Даже если его отец – при этом еще и ее почти родной дядя.
Только на чём же теперь отчаянно держится фигурная прическа? А сама Ирия?
Зачем ее не только нарядили, но еще и волосы уложили – со всем тщанием? Кстати, всё еще не конца просохшие – после горячей ванны. Нет, ясно: юная графиня почти торжественно вступает в дом своего жениха-герцога. И плевать, что посреди ночи.
Как плевать, и что необходимую мебель для ее новой комнаты тоже собирали спешно. Суровая Ортанс всех на уши подняла и грубыми тычками растолкала, но успела и справилась. Даже приличный туалетный столик нашла. Не обгоревший и не покоцанный. И при этом не вынесенный из дома мародерами Гуго или Эрика.
Неприхотливая и неизбалованная Ирия привыкла обходиться без многих мелочей. Хорошо, что в недоремонтированном доме есть старшая горничная, думающая иначе.
А спасшая сегодня столь многих невеста так устала, что покорно сдалась в умелые руки полусонных служанок. И дорвавшейся до привычного ремесла железной Ортанс. И где та научилась столь ловко укладывать северную «корону Лиара»?
И где раздобыла для нее живые цветы – в самом начале весны? Маленькая отцовская оранжерея погибла еще в конце осени. Замерзла. Камни переживают любых правителей, но не цветы и не люди.
И теперь три северных цветка – белыми снежинками в темных волнах. Анри как-то видел эти мелкие звездочки – на склонах северных гор. Они выносят холод, но не зимний же мороз.
А Ирия, оставшись одна, немедленно принялась расплетать «корону» обратно. И сейчас, не торопясь, продолжает.
Еще бы – спать с таким сооружением уж точно неудобно. Примерно как в шляпе с полями и перьями. Не сдвинутой никуда.
– Извини, я не должен был приходить – уже поздно.
– Я же сама пригласила, – улыбается Ирия.
– Просто хотел сообщить, что Алиса в безопасности. Уже спит. И с Рене всё хорошо. И с остальными – тоже. И… король тебя не тронет. Больше – нет. Здесь можно говорить свободно. В моем доме нет шпионов.
Они испугаются Ортанс.
– Надо было мне сразу здесь и поселиться, – вздохнула Ирия.
– Твоя репутация… Ты еще помнишь? Теперь все слуги станут о тебе шептаться.
– Уже шепчутся, Анри, ты об этом забыл? – рассмеялась вдруг девушка. Лиарская корона качнулась, но не выбился ни волосок. Строгая Ортанс – настоящая мастерица. – Вся Лютена считает нас тайными любовниками. Точнее, уже даже не тайными. А кто не считает, тот просто о нас ничего не слышал. Выпей уже, а? – невеста протянула Тенмару второй бокал. – С твоим отцом мы часто пили вдвоем полынное вино. И тоже все об этом сплетничали. Абсолютно все. И первым – он сам. Чтобы такая репутация спасла меня от жадных и трусливых охотников за приданым.
– Ирия, еще не хватало, чтобы я ревновал тебя к моему отцу, – улыбку выдавить удалось. – Я знаю, насколько он всегда нравился дамам.
– Только ко мне он относился иначе… наверное. Анри, раз уж заговорили, мне придется признаться…
– Ничего не говори. Ты была в своем праве. Это ведь твое тело. Если тебя утешит – я тоже далеко не благочестивый михаилит.
– И даже не леонардит, знаю. Анри, – Ирия смеется – почти весело, – наоборот. В смысле, ты вообще ничего не понял. Ты что, собирался на мне жениться, считая первой куртизанкой Лютены? И при этом волновался о моей репутации?
– Конечно. Если вдоволь нагулявшийся Виктор теперь настолько спятил, что… То есть куртизанкой я тебя при этом не считал, но…
Кажется, Анри – полный идиот. И уже пьяный, вдобавок. С одного-то бокала. Надо было хоть поесть с собой принести. Ирию уже покормили – Ортанс распорядилась. Но вдруг недостаточно?
А завтра сюда может вернуться еще и строгая дуэнья. Теперь ей отчитываться перед Ивом Криделем – близко.
– В общем, раз до тебя еще не доходит, все мои любовники – столь же реальны, сколь и связь с тобой. Да, и Эрик – тоже. И даже Констанс, если тебе интересно.
Нет, некий самозваный, не слишком талантливый маршал – еще глупее, чем сам о себе думал.
– Теперь испугался? Не волнуйся, я вполне представляю, что обычно происходит в спальне, – почти спокойно усмехнулась Ирия. Чуть выдают только намертво сплетенные тонкие пальцы. – Да и Эрик Ормхеймский никого не стеснялся.
Как и Роджер Ревинтер – когда-то, но об этом лучше забыть совсем.
– Ири, если не захочешь – кто нас вообще заставит? Сейчас же не древние дикие времена. – Грязных тряпок за окна не вешают и гостям под нос не суют. Такого даже Виктор еще заново ввести не успел. – Можем подождать или вообще…
Так, лучше уже заткнуться. А Ирия опять смеется:
– Ты вроде говорил, что не против целовать меня в полном сознании? И если я сама не против. Или я тогда спьяну что-то перепутала?
– Не перепутала.
И крепкое вино начинает шуметь в голове. Полынное, отцовское. Но Ральф Тенмар был к нему привычнее сына.
Лучше уйти сейчас. Пока не наделал еще больших глупостей. Анри приглашали поговорить и выпить, а не в постель. Особенно после сегодняшнего признания.
– Тогда… – Ирия отхлебнула еще и отставила пустой бокал, – раз слуги всё равно сплетничают, а ворота вымажут дегтем – пусть хоть будет, за что? Как думаешь?
Две последние шпильки легли на закатный лак узкого столика – белые снежинки наверший качнулись, но удержались. Зато густые волны темных волос сразу заструились по обтянутым зеленым шелком плечам. Так вот на чём держалась «лиарская корона»!
2
Дрожащие свечи отбрасывают странные блики. Будто играют с ночными тенями.
Легкая тень изумрудного платья – тоже живая. Скользит вместе с ним. Не желает стекать тонким озерцом шелка.
Стыдиться нечего, бояться – тоже. Ну тогда что не так? Сама ведь столько ждала…
Все когда-нибудь… сколько раз уже могло случиться… Ничего страшного в этом нет. Утром Ирия уже будет вспоминать…
Лучше сейчас, чем после целого свадебного дня. После оглушающей тьмы заздравных криков, неискренних поздравлений и приглашенных не Ирией наглых и лицемерных гостей. Особенно некоего… Величества. Очередного. Сдуру приглашенного женихом и невестой не на внезапную свадьбу, а сразу на Золотой трон.
Почему из дурной головы вдруг резко выветрился весь хмель? Так и должно быть? Или ничего и никому не должно?
Надо было повыспросить у Иден – пока был шанс. Потому как не у бедной же Эйды. И не у еще более невезучих Алисы с Тере.
– Ири, послушай…
– Анри, всё нормально. Я просто… Сам знаешь, так бывает.
Или не знает. Вдруг все его прежние дамы были подобны Прекрасной Кармэн? Прекрасной и смелой. И не такой дурой.
Отойди от слишком просторной рамы окна, Ирия. Ты не в далеком Лиаре и не в захваченном Амалианском аббатстве. Холодные волны за прозрачным стеклом не плещутся. Оно тронуто последним морозцем. И врагов здесь нет. Для разнообразия.
И отведи уже застывший взгляд от серпастой луны. Не она виновата, что ты сама пригласила кавалера в постель, а теперь валяешь дурака.
Змеи, надо было переспать хоть с романтично влюбленным Констансом. И тогда этими глупыми кривляньями любовался бы он. Не так обидно. Ну, подумаешь – разочаровался бы в своей Загадочной Даме из Драконьего Замка. Глядишь, жив бы остался.
– Ири, взгляни на меня. – Черные глаза Анри – близко-близко. – Разве ты мне не дорога? Разве я могу заставить тебя сделать что-то против твоей воли? Хочешь, я сейчас уйду?
– Не хочу…
…Это как отчаянный прыжок с обрыва. И в какой-то миг и впрямь становится страшно – вдруг разобьешься об острые камни далеко внизу? Да если их и не должно там быть.
Но как это возможно, если у тебя за спиной уже развернулись крылья?
И ты и впрямь умеешь летать, просто раньше об этом не знала.
3
Так уже было – когда-то и где-то. Ирия это уже видела. В жизни или в непонятных, смутных снах?
Целое стадо изящных оленей тихо пасется на небольшой лесной поляне. Легкие копыта осторожно ступают по золотым и багряным листьям. Теплое осеннее солнце мягко согревает, но не жарит. Невесомая, яркая, краткоживущая краса. Миг – и ее уже нет. Исчезла, растворилась, погасла. Замерзла.
Осень…
Тот краткий миг завораживающей ало-золотой красоты, когда уже спал летний зной, но еще тепло и уютно. Закат природы. И жизни.
Скоро ударят беспощадные холода. Стылая изморозь прозрачной мертвой коркой покроет разноцветные листья, живую мягкую траву. И живого не останется.
Скоро.
Один из оленей – неброского цвета кленовой коры – обойдя негустые заросли пряного багульника, приблизился к Ирии. Такие доверчивые лилово-черные глаза… Красивые.
Вожак группы? Или просто готов видеть в безоружном человеке если не друга, то и не совсем чужака?
Девушка протянула полную горсть крупной соли, и мягкие губы осторожно ткнулись в ладонь. Как Снежинка. Или юный Вихрь.
– Уходите, – попросила Ирия. – Здесь открытое место. Охотники могут явиться в любое время. Они рыщут по лесу.
– Охотники могут явиться везде, – ясный ответ четко читается в не по-звериному умных глазах. – Такова их природа. Родной лес не спасет и не защитит, так зачем убегать? И потом – уже осень…
– Осень… – эхом повторила Ирия.
И, будто вторя ей, грустно шелестят багряно-золотые листья. И темная зелень травы – под осторожными шагами.
Далеко ли отсюда сонное лунное озеро? Помнит ли оно печальный взгляд других глаз – золотых, волчьих, древних? Неужели они и впрямь закрылись навсегда?
Почему так жаль тех, кто и без того прожил дольше других? Джека, Ральфа Тенмара? Неужели юные и недопевшие достойны грусти и сожаления меньше?..
Проснулась с непонятным оттенком смутной тоски в душе. Легкой осенней грусти – в туманной дымке уходящего тепла.
Над родным Лиаром непроглядные туманы вообще висели часто. Мокрые, холодные. Осенние. Как в древних легендах.
Оказывается, Ирия спала, доверчиво уткнувшись в плечо любовника. Ну не мужа же пока, в самом деле. До свадьбы еще целая неделя.
Будто всегда здесь засыпала. Уже привыкла.
За окном моросящий рассвет постепенно вступает в свои права. Осень… Даже если за зашторенным окном на самом деле ранняя весна.
Глава 9
Глава девятая.
Эвитан, Лютена.
1
Пышная свадьба удалась на славу. Удается. Гремит. До глубокого рассвета. Это Эйду с Роджером обвенчали при Эрике довольно скромно. По-тихому – в семейной часовне. В полном соответствии с приказом предыдущего монарха. Они тут с некоторых пор меняются часто. Жаль, последний нарушает столь прекрасную традицию.
И теперь нынешний король с роскошной помпой женит разведенного любовника своей матери на бывшей любовнице женихова отца, она же бывшая скандальная фаворитка предыдущего короля. А если еще добавить, что женат любовник королевской матери был первым браком на бывшей любовнице короля нынешнего…
Впрочем, эта невеста – не тихая Эйда. Нежных чувств не лишится, знатных гостей не распугает. Нервы у нее стальные, а явной выгоды в громком скандале нет. Сейчас все славно попируют за обильными столами, а затем весело проводят скандально знаменитых молодых. В брачную постель, что развратные молодые уже опробовали не раз добрачно. И не только друг с другом.
Если в прежнюю тайную связь Ирии Таррент с Анри Тенмаром проницательный Ревинтер и не верил, то уж в нынешней-то даже не сомневается. Конечно, в спорную ночь заслуженной смерти змеиных жрецов неистовый Тенмар точно был не у сладкотелой Ирии. Но зато им никто не мешал во все предыдущие ночи. Как и в последующие. Навещавший их скромный, молчаливый Роджер не ответил ни да, ни нет. Но у пока еще бессменного министра финансов и собственные мозги есть. Даже если нынешний король чем дальше, тем больше в этом сомневается. Потому что лишился остатков своих.
И драгоценная казна – всё еще почти пуста. Но Великий Виктор Вальданэ ведь не экономит на всяких «мелочах», правда? Потому что грохнуть столько денег на никому не нужное пышное застолье – уж точно не идея аскетичного маршала Тенмара.
Кстати, половину приглашенных гостей Бертольд точно видит впервые. И это после тридцати-то лет при королевском дворе. За вычетом предсмертных месяцев в мрачном Ауэнте.
Ирия тут, небось, вообще почти ни с кем не знакома. Сколько она в Лютене-то прожила? И где именно? В тихом курятнике еще не вдовой Алисы? Еще не удравшей от свихнувшегося мужа.
А уж нынешний жених – и блестящий королевский двор… Недосуг ему. Не двору – жениху. То новая война, то веселая Квирина с гладиаторами, то горящий Аравинт с тонущим Мэндом. Лучше бы яростный освободитель Тенмар свернул домой прямиком с полдороги. Прямо через квиринско-эвитанскую границу. Глядишь, чего ненужного по пути не прихватил бы. Кого.
Зато отсидевшийся в далекой глуши барон Ив Кридель выглядит довольным. На первый взгляд. По нему не поймешь. С одной стороны, распихал по знатным мужьям обеих порченых племянниц. И эту аж за целого герцога. Да и третья сама отхватила богатого барона. С ее внешностью – тоже немалый подвиг. Не в красоток-сестричек пошла, точно не в них.
С другой стороны, вожделенный титул Лиарского лорда теперь уплыл к малолетнему Полининому отпрыску Чарльзу. Весьма сомнительного происхождения.
И от Ревинтеров уплыл тоже. Опять. И эвитанские короли пока больше не меняются. Но с очередной потерей вкусного Лиара можно пока смириться. Пока. Эйда ведь всё еще старшая дочь покойного лорда Эдварда. Кто знает, как долго проживет сопливый лорд Чарльз Таррент?
Впрочем, нет, выглядит он чистеньким. Ухоженным лично сестричками Ирией и Иден. И даже ест серебряной ложечкой. Боится отравления? Точнее, боятся не по годам умные и прожженные родственницы.
Колкий взгляд одной из них – нежной невесты прожег опасным зеленым льдом. Угадала тайные мысли? Или просто не забыла и не простила? Склонилась к любимому братику, что-то вкусное подложила на расписную тарелку, тот заулыбался еще шире. Как и его младшая из старших сестер – уже красивая Катарина.
А Ирия даже не сестра – дикая тигрица. Не зря ее уже называют Лиарской Рысью.
Сам Ревинтер сумел ради дела простить даже беспощадного Всеслава Словеонского. Но тот больше и не собирался вредить Роджеру.
Впрочем, и помощи с такого союза оказалось…
Зато сейчас срочной и нужной выгоды от внезапного тандема с другим маршалом, Тенмаром, даже больше, чем один неглупый министр финансов надеялся.
Ревинтер отвел взгляд от знатного малыша Чарли. Ладно. Живи пока, счастливый мальчик-наследник. Раз любящая сестра так уверена в вашем родстве – не стоит ссориться со столь опасной сестрой. Ни много, ни мало – прикончила не меньше, чем целого короля. Да и к внезапному убийству одного из предыдущих мозолистую от фехтования лапку приложила.
И при этом выжила. В обоих случаях.
Да еще и Ревинтера вынудила сыграть по своим правилам. Кто бы мог подумать?
Он сам. Когда еще при Карле Придурке дважды так усердно старался ее поскорей потопить.
Но теперь Анри Тенмар в злейших врагах нужен еще меньше. Ирия мстит жесточе, зато у ее мужа возможностей больше. Не только герцог, но и целый маршал.
И не тот случай, когда стоит говорить «пока». Анри Тенмар в честных союзниках и впрямь удобен. Тем, что не предаст и в спину не ударит. За нового короля Бертольд Ревинтер в этом не поручится. А менять его больше не на кого. Кончились.
И наследников пока не водится. Опять та же проблема, что и с недоумком Карлом.
А даже если и заведутся – нынешний король женат по страстной любви. Вдруг еще и по взаимной? Чудеса же случаются. А юная королева – непрошибаемый кремень. И, в отличие от недалекого супруга, умна. Не отомстила бы потом…
И урожденный мидантийский змей граф Валериан Мальзери, как назло, непотопляем.
А маленький сын Алисы опять же – под защитой родного дяди. Анри Тенмара.
Ничего, Ревинтер. Хоть ты от короля и дальше Мальзери, но бывало и хуже. Всё же тут дворец, а не Ауэнт. А капризная судьба – переменчива. И чаще выигрывает терпеливый.
Умный взгляд слева – младшего сына. Скорее, печальный. К счастью, Ревинтер ошибся: Роджер ни в коей мере не влюблен в смертельно опасную волчицу Ирию Таррент. Повезло хоть здесь. Только такого счастья нам и недоставало.
Скорее, сын завидует. Но не мрачному жениху. Жалеет, что у самого – не так.
И зря. Анри Тенмар при неблагодарном короле-интригане и без помощи Ревинтеров себе шею свернет. Рано или поздно. Вместе со своей Лиарской Рысью Ирией. И на тот случай надо бы Ревинтерам себе мягкой соломки заранее подстелить.
А сначала – ее поискать. А то теперь куда ни плюнь – не Виктор Вальданэ, так Валериан Мальзери. А честный кардинал утонет вместе с честным Тенмаром. Если не скончается раньше. Может, даже от обычной «старости».
А Роджер в надежной тени отца выживет. Если, конечно, новый король не решит полностью взять сторону Мальзери. Тот как раз выполз сейчас очень вовремя.
Ничего, мы еще, глядишь, не только нового короля, но и нового герцога Тенмара воспитаем. Пусть только красавица Ирия родит поскорее. Выполнит законный долг перед любимым супругом.
А вот новых Мальзери нам не надобно. Некоторые рода должны иногда и вымирать.
Правда, одна ошибка аукается до сих пор. Надо было настоять тогда, еще после восстания, на браке Роджера и Эйды, надо. И внучка бы благополучно дома родилась, и сын был бы сейчас счастливее. И Лиар бы под шумок тихонько загребли – при первой же глупой ошибке наивного и подловатого покойничка Леона. А тот бы оступился наверняка – в любом случае. А Ревинтер выступил бы как добрый опекун несчастных сирот…
А сегодня почтенный кардинал лично обвенчал откровенную куртизанку, открыто спавшую с женатым мужчиной. Да еще и при нынешнем короле. Александр все-таки смел. Хоть на его стороне и Мидантия. Милость Патриарха и императора переменчива. И потом – они далеко. А Виктор «Великий» – вот он, рядом.
Ревинтер сейчас даже по примеру прежнего Эрика Бастарда предложил бы почтенному кардиналу выпить. Если бы такое было в правилах хоть у одного из них.
Кстати, что там за нарастающий гул? Особой тишины на этой свадьбе не водилось сразу. Но вот такого горластого курятника охающих дам, уже цепко висящих на галантных кавалерах, только что у зелено-золотого входа не наблюдалось…
Пыльный, осунувшийся гонец в пиршественной зале – совсем некстати. В темных цветах Всеслава Словеонского. И явно – срочный. Раз прямо сюда вызвали.
Вряд ли есть, о чём волноваться. Расстались они шаткими, но всё же союзниками. С Ревинтером, по крайней мере. А войну Эвитану князю Всеславу не объявить. Разве что в связке с Бьёрнландом, Ормхеймом или Мидантией. Но Север пока успешно сдерживает Лойварэ.
К тому же, в королевстве Медведей вот-вот начнется очередная Квирина. А нынешняя Мидантия – верный союзник Эвитана. Благодарите маршала Тенмара еще и за это. За честного (для мидантийца) и неглупого императора Евгения Кантизина.
Пока у Виктора «Великого» хватит ума держаться своего умного маршала. Евгений Кантизин и его Барс (или наоборот) – не глупее Ревинтера. И заключали военный и торговый союз именно с честным полководцем, а не с его тогда еще не королем. Вновь всплывшие, выжившие Зордесы узурпаторам Кантизинам (всего второе поколение, как на троне) и так не слишком нужны, а уж еще и с новыми сомнительными связями…
Усталый гонец говорит тихо, а Бертольд сейчас стоит – далековато. Не в фаворе.
Бледен скользкий змей Мальзери, еще бледнее – илладэнская королева Элгэ. Королева⁈
Кажется, законных сыновей у Мальзери больше не осталось. Вот вам и выморочный род…
Ты проиграл самое главное, старый враг. И даже без малейшей помощи Ревинтера. За такое можно и выпить. Даже в этой компании.
Взгляд Ирии Таррент полон явного сочувствия. Королеве.
Лиарская Рысь хорошо держит лицо. Это ведь ее долгожданную свадьбу превратили в мрачные похороны.
2
Зачем Виктор объявил это сейчас? Он знал, какую режущую боль доставит Элгэ смерть Октавиана. Особенно внезапная. Так почему же змеев…. муж не предупредил вроде бы любимую жену еще в покоях?
Голубиная почта наверняка опередила любого гонца.
Кроме того, столь важную весть не обязательно объявлять вслух. А из бедного Октавиана делать несчастного мученика – во славу нового «Великого» короля.
Отчаянный Виан попытался сбежать. И был убит. От беспощадных ищеек князя Всеслава черноглазый юноша ускользнуть не смог.
Умер ли он хотя бы быстро?
А Виктор хоть понимает, что… Элгэ бросила взгляд на нелюбимого супруга. Торжествующие глаза Виктора ответили: всё он понимает.
Глаза – и их взгляд, устремленный на Валериана Мальзери. На его побелевшее лицо.
Подлый граф действительно любил Октавиана? Уж как умел. Или просто сожалеет, что его столь высокознатный род теперь прервался? Трое детей было у графа. И всех трех он погубил – так или иначе.
Чужие голоса звенят поддельным сочувствием. А в надменном взгляде Виктора нет и такого.
За любую слабость нужно платить. За любую ошибку. Элгэ серьезно оступилась, когда вновь связалась с уже не любимым бывшим любовником. Когда с ним венчалась – на глазах у бедной глупышки Элен. Когда та, беременная от Виктора, смотрела полными слез глазами, как другую объявляют женой и королевой.
А теперь жадный взгляд Виктора ловит все слабости Элгэ. Сторожит. Чтобы запустить когти ей в душу.
Когда стреляли в жирного Гуго и ранили невезучую Алексу, Элгэ на целые минуты оглохла. Жаль, не сейчас.
Чуть ли не впервые уход Виктора Элгэ восприняла с облегчением. А мужнин поцелуй неприятно обжег заледеневшую руку.
Великий при жизни король отправился по неотложным делам. Готовить грозный ответ «Словеонскому самозванцу».
Прекрасная же королева осталась развлекаться. Кто-то ведь из правящей четы должен. У нас же тут свадьба.
Хотя какая Элгэ, к змеям, «правящая»?
«Самозванца», ха. Илладийка с превеликим удовольствием разодрала бы ненавистного врага в кровавые клочья. Но это не отменяет того, что безжалостный Всеслав лишь воспользовался правом выхода «вольного» Словеона из проигравшего Эвитана. А претензий на Золотой Трон князь покамест не изъявлял.
Да еще и змеев Валериан Мальзери – совсем рядом.
– Чего вы от меня хотите, господин Мальзери? – За всё золото подзвездного мира Элгэ не назовет его дядей.
– Нет, Ваше Величество, – без запинки выговорил он. Холодно и твердо. – Я обвиняю не вас, а князя Всеслава. У вас нет причин ни любить меня, ни верить мне. Но отныне вы можете располагать остатками моей жизни целиком и полностью.
Еще совсем недавно такой союзник не приснился бы и в жутчайшем кошмаре. Но Октавиан должен быть отомщен, а Всеслав Словеонский – убит. Пока не уничтожил еще и Диего.
– Я принимаю ваше предложение, господин Мальзери, – сказал кто-то другой чужим голосом Элгэ.
3
Недавняя распутница вместо строгого аббатства угодила в законный брак. И теперь свежеиспеченная герцогиня Тенмар должна начинать давать пышные балы и многолюдные приемы. Во славу новой семьи, древнего рода, мужа и короля.
И по очень настойчивой королевской рекомендации.
Ирия подавила желание немедленно разодрать дорогущую бумагу с золотой короной в углу. В мелкие клочья. Его вконец поглупевшее Величество продолжает сходить с и без того невеликого ума дальше? Какие, к гнилым змеям, балы? Юного кузена королевы еще не успели оплакать.
И ладно, если рекомендательную грамотку получила только распутная Тенмарская Роза. Так ведь наверняка и много кто еще. «Освобожденной» Лютене приказано весело гулять. И на всех новых приемах появится счастливая и любящая королевская чета. Подданным приказано развлекать молодую прекрасную королеву, а потерявшей любимого родственника королеве – блистать и радоваться.
– Ирия, у тебя всё хорошо?
– Да, конечно. – Еще не хватало пугать сестру. Той вот-вот рожать. – Я вышла замуж по любви… практически.
– Значит, как я, – тепло улыбнулась Иден. – Ты и Анри сможете приехать к нам в Лиар?
Как осторожно объяснить, что в Лиар Анри Тенмара если и отпустят, то очень, очень нескоро?
Виктор «Великий» не просто так простил всех наглых эриковцев и трусливых алленовцев сразу.
А еще хуже, что в Лиар в ближайшее время не попадет и сама Иден. Как и Кати с Чарли.
Благородная помощь и столь своевременная защита Анри спасли их всех от многого. В том числе, маленькую Кати – от лишения законного титула баронессы Кито. А то еще и от пожизненного заключения в Бездне.
Но и Карлотта Гарвиак нир Таррент не лишилась ничего. Особенно – внезапной власти и огромного влияния.
Всё это Ирия рассказала бы прежней Иден. Умненькой и хладнокровной девочке – не по юным годам рассудительной и осторожной. Но нынешней сестренке нужно думать о будущем ребенке. И уж точно не драпать куда-то перед родами. Хватит того, что ее почти силой доставили в исступленно веселящуюся Лютену.
Потому Ирия и собрала сегодня всех своих. Начала с Иден и Стива. Анри скоро прибудет. А там и Роджер с Эйдой подтянутся.
Герцогиня Тенмар еще не научилась давать приказанные балы. Вот пока и потренируется – на скромных домашних приемах только для семьи. Всё – во имя верной покорности королевской воле.
Ладно хоть Стивен настроен не так благодушно, как будущая мать. Потому как стоило жене отлучиться…
– Люди поговаривают всякое… – осторожно начал барон Алакл. Похудевший и серьезный.
Неужели он и впрямь когда-то сначала сватался к Ирии?
– И совершенно правильно, – жестко подтвердила несостоявшаяся невеста. – Стив, я очень тебя прошу: как только представится случай – под любым предлогом увези Иден из Лютены. И ее, и Чарли с Кати. Вместе с остальной твоей семьей. Лучше хотя бы в Тенмар – больше шансов, что не помешают. Я тоже вырвусь туда – едва смогу.
У Виктора Вальданэ и так слишком много ценных заложников. Столько даже Эрику Кровавому набрать не удалось. Потому что его все-таки боялись. Весеннего же Короля никто еще не воспринимает как реальную угрозу. А когда открывают на него изумленные глаза – уже слишком поздно.
– Моя семья – здесь, Ирия. Моя мать, жена и будущий ребенок. И вы с Эйдой и Анри Тенмаром. И кузен и лучший друг Гуннор, но он сейчас далеко. Больше у меня никого нет. Другой кузен, Жиль, продаст меня сам. При первом же удобном случае. И даже возьмет недорого.
