Текст книги "Звездный дракон (СИ)"
Автор книги: Ольга Пашнина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
– Вот и все, что нужно знать об этом, – мягко сказал мужчина. – Тебе легче. Ты поставила точку в самом важном деле своей жизни. Может, когда-нибудь у тебя будет что-то столь же важное, как разгадка смерти родителей. Может, не будет. Но эту точку нужно было поставить. Теперь тебе осталось лишь сделать так, чтобы преступник понес наказание. И закончить с работой в «Драконьих Авиалиниях». А потом ты свободна. Как перспектива, вдохновляет?
– Немного, – неуверенно ответила я. – Страшно.
– Это нормально. Последний вопрос, рыжуля. Как бы ты оценила в своей жизни меня?
Я открыла глаза. Дилан ждал ответа со странным выражением.
– Ну, точку ставить точно не хочу. Но с другими знаками препинания еще не определилась.
Долгий и медленный поцелуй избавил от мыслей о знаках препинания, оставив только приятную дрожь.
***
Каждый день я писала Карлайлу с вопросом об Астере. Ничего конкретного он не мог сказать, лишь убеждал меня, что Астер в порядке. Иногда уговаривал вернуться, но больше из вежливости. Я написала ему на следующее же утро после побега. Карлайл не Дарен, он оказался способен принять чужое решение. И ничего не имел против нас с Диланом.
Впервые за долгое время мне не снилось тревожных снов. Ночью я просыпалась несколько раз, больше с непривычки – не так часто рядом кто-то спал. Хотелось то отпихать Дилана в другой угол комнаты ногами, чтобы не мешался, то прижаться и укусить за ухо от переизбытка чувств. Наверное, в эту неделю я привыкала к новому для себя укладу: в жизни, совсем рядом, кто-то был. Привыкание шло медленно и сложно, но ощущения были жутко приятные. И появился новый страх: если когда-нибудь все это кончится, что я буду делать?
– Вы, женщины, – Дилан, услышав это за ужином, закатил глаза, – можете не придумывать постоянно себе проблемы? Смотри, есть вероятность, что я тебя брошу, и ты будешь долго это переживать. А ещё есть вероятность, что я обожрусь тухлых яиц и сдохну, и ты будешь носить траур. А еще есть вероятность, что весь Ирис проглотит огромный бегемот. А ещё есть вероятность, что сейчас проснется вулкан и нас снесет волной раскаленной лавы. А еще...
– Ладно, – рассмеявшись, прервала его я. – Поняла.
Я проигрывала этот разговор в голове каждую ночь, когда не могла заснуть. В последние дни сильно сбился режим, и восстанавливать здоровый образ жизни оказалось тяжело. В этот раз за окном разыгралась гроза. Струи дождя стучали по окну, ветки причудливыми тенями отражались в зеркале. Дилан почти спал, его пальцы лениво поглаживали меня по руке. Я считала секунды от раската до раската и наслаждалась отдыхом. Наверное, в этот момент я и почувствовала: все. Отпуск кончился.
Вскоре пришел и сон. Хлопанье ветра стало казаться хлопаньем крыльев. Я то проваливалась в дремоту, то выныривала из нее. Но окончательно уснуть не успела.
Жуткий грохот заставил меня с визгом подскочить, а Дилана выдать такую замысловатую тираду, что я даже покраснела. По окну медленно сползал вниз Астер. Морда у него была презабавная, и если бы не испуг, от которого сильно и часто билось сердце, я бы рассмеялась.
– Вернулся, – хмыкнул Дилан. – Скромнее-то не мог.
Он вдруг помрачнел, хотя перед сном выглядел совершенно обычным. Но я решила оставить выяснение причин на потом, ибо была так счастлива по поводу возвращения Астера, что вылетела на улицу прямо в длинной мужской рубашке, которую облюбовала, как пижаму.
– Асте-е-р! – закричала я, бросившись другу на шею.
От переизбытка чувств дракон поднялся вместе со мной в воздух и ласково облизывал мне шею.
– Эй, это моя девушка! – крикнул с земли Дилан. – Если ты ее сломаешь, займешь ее место.
– Я так рада, что ты вернулся! – орала я, пока Астер осторожно спускал меня на землю. – Я испугалась! Как ты мог вот так улететь?! Покусаю! Астер, я тебя покусаю!
– Покусаешь, – смеясь, ответил друг.
Мои ноги коснулись земли, и в тот же миг я оказалась на руках у Дилана.
– Я больше возле больной тебя сидеть не буду, – сообщили мне. – Так, зверинец, заходите-ка в дом. Меня бесит этот дождь.
За сарказмом Дилан явно скрывал что-то для него неприятное. Но что именно, я догадалась не сразу. Едва мы оказались в доме, Астер выпалил:
– У меня совсем мало времени. Дакота, Златокрылый просил привезти тебя.
– Зачем? – теперь напряглась уже я.
– Новая информация. Магия, что мы получили, теряет свойства со временем. Энергии впритык, стартовать будем через пару дней. Если не хотим, конечно, еще раз летать по тому же маршруту.
– Но... – Я была в таком шоке, что толком не могла сформулировать вопросы. – А если не получится? Это ведь тренировочный полет, а как же финальный?
– Если получится вылететь с этим куполом, вопрос решать будут на высшем уровне. Но нужно доказать, что мы можем, понимаешь?
– Как тебе удалось достать магию?
– Да ничего особенного. Мой клан уже давно обо мне знал. Половине было стыдно, вторую половину злило, что именно мне достались все плюшки. На чувстве вины первых получилось сыграть.
– Прости меня, – вздохнула я. – Мы так мало времени проводили вместе.
Астер смутился, по хвосту было заметно, что он чувствует себя не в своей тарелке, и я прекратила мучить друга. Я была жутко, непередаваемо рада, что он вернулся!
– Нам надо быть в «Драконьих авиалиниях» к утру, – произнес Астер. – Мне с трудом удалось уговорить Хита сказать, где ты.
Я повернулась к Дилану, который до этого времени стоял, мрачно взирая на наш сбивчивый договор.
– Лети, – просто и спокойно сказал он, встретившись со мной взглядом.
– Ты против?
Он бросил взгляд на Астера, и тот мгновенно все понял:
– Пойду, посмотрю, что у вас вкусненького есть.
– Я не против, – со вздохом сказал Дилан. – Я волнуюсь за тебя. Это опасно.
– Ты сам говорил, что мне нужно это сделать, чтобы не чувствовать себя виноватой и двигаться дальше.
Он заключил меня в объятия.
– Это не значит, что я не буду сходить с ума, пока ты не вернешься живой и здоровой. Лети, рыжуля. Но только попробуй пострадать.
Я подняла голову.
– Скажи мне что-нибудь хорошее, чтобы я об этом помнила, если вдруг станет очень страшно.
– Вернись ко мне. Я тебя люблю, – сказал Дилан и поцеловал.
Вот теперь стало страшно.
ГЛАВА четырнадцатая. Прикосновение вечности
Дни перед стартом прошли как в тумане. Я вроде и помнила, что делала все это время, но объяснить толком ничего не могла. Несколько раз говорила с Карлайлом, который убеждал меня, что есть право выбора, что если мне страшно, они все отменят.
Говорила с Астером, который предлагал лететь в одиночестве. Говорила с кучей народа, и все они подбадривали, переживали, желали удачи. Мне было в новинку общаться с таким количеством людей и перед самым стартом хотелось просто свернуться клубочком в темном месте и проспать лет десять, чтобы все забыли о моем существовании и проекте, в котором я участвовала.
С Дареном мы так и не поговорили. Он тренировался усерднее, приходил, когда я уже спала. А еще Карлайл просил его приостановить ухаживания за мной, отложить разборки до конца полета. Я была за это благодарна, но так и не сказала, что узнала о нем и всех этих смертях.
В день перед полетом меня ещё раз осмотрели лекари, удостоверившись, что все в порядке. Я была здорова, бодра и полна сил. Волновалась, не без этого. Мы все называли этот полет тренировочным, но понимали, что если сейчас не докажем работоспособность купола, то все усилия этих месяцев пойдут прахом. Мне настоятельно советовали хорошенько выспаться перед стартом, но, само собой, я не сомкнула глаз. Среди ночи, когда ворочаться уже не получалось, спустилась вниз, чтобы хоть чаю выпить.
И нашла там Златокрылого. Он сидел над расчетами купола, вращая в руках чашку с давно остывшим кофе.
– Я хотя бы здесь живу, – сказала я. – А вы с чего решили ночевать здесь?
– Дакота, – улыбнулся Карлайл. – Я так и думал, что ты спустишься. Тяжело спать, верно? Ты не слишком устала?
– В меня влили такое количество зелий, что бодрой и веселой без сна я могу быть ещё неделю.
– Ну, неделя нам не потребуется. Завтра все кончится.
Он вдруг понял, как прозвучала эта фраза и поспешно извинился.
– Все в порядке. Не извиняйтесь, мы все думаем о том, что будет, если купол не выдержит.
– На этот счет у нас есть страховка. Мы сделаем все, чтобы вы не пострадали.
– Я знаю.
– Как у вас с Диланом?
– Мы не виделись с тех пор, как я уехала. Он прислал вчера цветы, фрукты и... кольцо. Написал, что ни к чему меня не обязывает, но не сделать этого не может.
– И что ты скажешь?
– Если выживу? – улыбнулась я. – Полагаю, после полета семейная жизнь с Диланом покажется мне достаточно легкой.
Златокрылый рассмеялся. Он уже был достаточно стар, и эта погоня за звездами его изматывала. Мне вдруг подумалось, что после всех треволнений Карлайл уйдет с поста, передав кому-нибудь все дела.
– Дилан не такой уж несносный, каким казался сначала, да?
– У него были причины для такого поведения. Хотя любовь к сарказму и отвратительному юмору он сохранил.
– Что ж, будем просить Высшего, чтобы у вас все было хорошо. Я так понимаю, с нами ты не останешься?
Меня всегда поражала эта способность Карлайла знать все наперед. Он был достаточно стар и опытен, чтобы с первого взгляда угадывать половину моих планов. Может, он и сам когда-то стоял перед таким же выбором. Семья Златокрылых веками стояла во главе «Драконьих Авиалиний». Были ли среди них те, кто не связал свою жизнь с драконами?
– Придумала, чем займешься? – спросил Карлайл.
– Если выйду за Дилана? Ой... это что, меня будут называть бабушкой?
– Не думаю, – фыркнул Карлайл. – Разве что лет через семьдесят, когда ты приблизишься к этому возрасту. Я тут недавно думал. Сначала мы оправились от апокалипсиса. Потом появились драконы-оборотни. Потом среди них начали рождаться девушки. Потом мы победили болезни и научились жить долго, почти в три раза дольше, чем раньше. Теперь мы поднимаемся к звездам. Что дальше? К чему нас приведет магия?
– Надеюсь, не к новому апокалипсису, – рассеянно пробормотала я. – Карлайл... я знаю, кто убил родителей.
Я выпалила это на одном дыхании, опустив глаза. Это было слишком жестоко: рассказывать в такой момент о Дарене. Златокрылый со вздохом поднялся, пересел на мой диван и обнял меня.
– Я тоже знаю, девочка. Прости меня.
– Давно?
– Пару недель. Хеним решил шантажировать Дарена, когда понял, что на его след вышли. Сначала я хотел дождаться старта, позволить ему подняться. А потом смотрел на тебя, как ты тренируешься и готовишься. Вспоминал, как твои родители были увлечены этим проектом. Как они любили тебя. И как мы их хоронили, как устанавливали памятную доску в зале славы. Я пришел сюда, чтобы отменить старт, но прежде, чем заставил себя подняться к тебе, ты сама... прости меня, Дакота, это нелегко – разрушить дело всей жизни.
Я вытерла набежавшие на глаза слезы.
– И не надо. Мы поднимемся завтра к звездам. Этого хотели все: и мои родители, и Дарен. Они шли к итогу разными путями. Мне больше нравится путь, где нет нужды разрушать чужие мечты. Неважно, мечты это о счастливой жизни с родителями, или мечты стать самым крутым драконом на деревне.
– Если ты передумаешь... – слова дались Карлайлу с трудом.
– У меня было много возможностей передумать. К тому же мне тоже жутко интересно, что впереди. Перед началом семейной жизни полагается отрываться.
– Пойдешь спать? – спросил Златокрылый.
На что я покачала головой. До назначенного времени оставалось всего ничего.
– Прогуляюсь. До полигона. Там и встретимся.
– Уверена, что не хочешь, чтобы я пошел с тобой?
– Нет. Мне надо проветрить голову.
Я пожалела, что не надела свитер теплее. Ранним утром на улице было практически морозно. Совсем скоро начнется настоящая зима, и, быть может, я даже попаду на какой-нибудь зимний бал в Лесном. Дилан вернул себе статус серьезного предпринимателя и явно намеревался таскать меня на встречи. Хвастаться молодой женой входит в пятьдесят уроков курса «Как стать крутым», говорил он. В шутку, конечно, но со стороны это так и выглядело: развелся с женой и нашел молоденькую звезду драконьего проекта. Я даже по-другому взглянула на подобные пары, отношения которых раньше вызывали у меня только скептицизм.
Полигон в это время был почти безлюден. Почти, потому что редкие рабочие все же встречались. И охрана, конечно. На площадке для старта все должно быть идеально. И мышь без ведома высоких мощных магов из службы безопасности не проскочит. Я показала пропуск, и два охранника сверили магию. Только после тщательного обыска меня пропустили на территорию и еще долго провожали взглядом. Наверное, подумали, что я слишком странная – кто же приходит в такое время на работу?
Остановившись посреди площадки, с которой мы должны будем стартовать, я задрала в голову и посмотрела в серое небо. Что там, за этими облаками? Мне почему-то казалось, что родители. Нет, я не верила, что за пушистой ватой, на милых облачках живут души наших любимых. Но я верила, что лечу к мечте. К их мечте, которая так резко оборвалась из-за чужой воли, и продолжилась во мне, их дочери.
Наверное, это правильно в какой-то мере: мечты родителей продолжаются в их детях.
В этот раз все пройдет хорошо. Уверенность в этом пришла вместе с первыми каплями дождя. Я улыбнулась собственным мыслям. Стоило прийти сюда раньше. Я раскинула руки, позволяя ветру обнимать меня, смотрела в небо и дышала, дышала впервые за долгие годы полной грудью. Обруч, сковавший сердце после смерти родителей, окончательно рассыпался в прах. Мне казалось, вот-вот руки превратятся в крылья, и я взлечу, от этого невероятного предвкушения, от ощущения легкости.
– Среди безмолвных скал, Раскинув крылья ветра...
Даже голос Дарена не вернул меня в реальность. Улыбаясь, я повернулась к мужчине. Он, несомненно, был хорош внешне. Дарен предпочитал тренироваться без рубашки, капельки дождя красиво блестели на тренированном торсе. Дилан выглядел не хуже. И улыбка у него была не фальшивая. Едкая, скорее усмешка, но такая настоящая и родная.
– Ты красивая, – улыбнулся Дарен. – Я хочу с тобой поговорить, Дакота.
Я думала, слова будут даваться с трудом, но на деле я уже не чувствовала к Дарену ничего. И это был единственно правильный исход. Любовь к этому мужчине я никогда не могла почувствовать. А ненависть меня бы разрушала. Сейчас я смотрела прямо ему в глаза, и видела лишь самовлюбленного дракона, для которого не свято ничто, кроме его собственных желаний. Желаний поверхностных, по сути, ничего не значащих.
Наши дороги в этот момент разошлись окончательно. Легко и просто я сказала:
– Я все знаю.
Улыбка исчезла с лица дракона.
– Знаешь что?
– Что ты отравил реку. Купил у Хенима яд. Ты разозлился на тритона за то, что он не дал тебе магию, и решил отравить канал. Аварис сразу заподозрил тебя. В записях отца я нашла имя Хенима и узнала, что он торгует специями, а значит, летает в Подземный. Я нашла Хенима и совершенно случайно выяснила, что он умеет предсказывать погоду.
Я перевела дух, еще раз улыбнувшись шокированному Дарену.
– Не знаю, как вы познакомились, но когда ты только пробовался в проект Златокрылого, Хеним натолкнул тебя на мысль, как можно избавиться от конкурентов. А потом, когда на твоем пути встал мой отец, решил убить и его. Отец подозревал тебя, так? А еще запрещал ухаживать за мной. Считал твою симпатию не слишком нормальной. Ты злился. Выяснил у Хенима, когда будет гроза, изменил маршрут и удостоверился, что все прошло как надо. Потом твой план немного провалился: я попала в приют. Ты хотел изобразить влюбленного принца, но не успел, я отказалась общаться. Тебя это взбесило, так? И ты придумал, как затащить меня в проект, тем более, что Астер действительно идеально подходил. Может, у тебя бы получилось, если бы не Дилан.
– Вы с ним...
– Ага. Вместе. Я выйду за него замуж после старта. Он запретил мне с тобой говорить, и особенно сообщать это. Но знаешь, Дарен, я хочу хоть немного верить в то, что в тебе осталось что-то хорошее. Впрочем, если его все же не осталось... Ты можешь убить меня на этом старте. Отомстить Дилану, мне, разрушить наше счастье. Подумай лишь об одной вещи. Что будет с тобой после того, как все закончится. Показания Хенима и бумаги отца я передала страже. Выбирай, Дарен, как ты хочешь закончить карьеру – звездным драконом или убийцей, что предал дело, за которое болел весь мир.
Пространство полигона вдруг осветилось: первые рабочие включили кристаллы.
– Нам пора готовиться к старту. Звезды ждут.
***
Из тугой прически «дракончик» выбились несколько прядок. Поправлять я их не стала, только смахнула, чтобы не мешали обзору. Песочные часы неумолимо отсчитывали время до старта. В руках я до боли сжимала кристалл, готовый вот-вот вплеснуть магию, в себе заключенную. Астер немного напряженно ждал команды. Дарен рядом, в образе дракона, тоже.
Я бросила взгляд в сторону трибун, где наверняка был Дилан. Аню Хит не пустил, чтобы не переволновалась. Златокрылый стоял возле часов. Он смотрел только на меня, от моего слова зависел старт. Я едва заметно кивнула и улыбнулась уголками губ. Все в порядке. Сейчас у нас все получится.
Прозвучал гонг. Дарен взмыл в небо, мы с Астером за ним. Я выпрямила спину, вдруг вспомнив, что на нас смотрят в том числе и газетчики. Неспешно, словно при обычном полете, мы поднимались все выше и выше. Оставался позади Ирис, оставались внизу взволнованные коллеги. Они все сейчас возносили молитвы к Высшему. У меня времени молиться не оставалось.
Воздуха стало не хватать очень скоро. Я активировала кристалл, и всех троих окутал радужный щит. Вздохнув полной грудью, я положила руку Астеру меж ушей. Друг ускорился. Кроме облаков вокруг ничего не было, и мне казалось, они не кончатся никогда. Но вот, совершенно неожиданно, облачное море оказалось под нами. А наверху виднелось солнце. От восторга перехватило дыхание, я рассмеялась. Дарен летел вперед, Астер старался не увеличивать расстояние. С каждым взмахом мощных крыльев у меня замирало сердце. Каждый раз я ждала, что новый рывок станет последним. Но щит сиял только ярче, и я чувствовала, как ни странно, приток сил, хотя должна была постепенно уставать.
Может, такой эффект дал восторг, может, страх.
– Приближаемся, – крикнул Дарен.
Здесь я не выдержала и зажмурилась. Направила все мысли, чувства и силы на то, чтобы поддерживать щит. Питала его своей энергией, следила за каждым сплетением магии.
Мощный толчок едва не сбросил меня со спины Астера. Я вцепилась в шею друга и пригнулась. Карлайл говорил, так будет проще. Щит поддерживал нас, но даже с ним чувствовалась оболочка, которую мы преодолевали. Жуткий звук щита, встретившегося с оболочкой заставил меня еще сильнее зажмуриться, но даже с закрытыми глазами все вокруг было оранжевым. Огонь охватил нас, но не причинял никакого вреда. Хлопанье крыльев, скрежет, будто купол был не магическим, а железным. Слова Дарена, потонувшие в общей какофонии.
И тишина.
Я не сразу поняла, что все стихло, потому что сердце билось очень громко. От его ударов начало тошнить. Я медленно распрямилась и открыла глаза. Если бы купол не сиял прямо перед глазами, я подумала бы, что он просто исчез, и теперь мне нечем дышать.
Перед нами простиралась темнота. Вечное море тьмы, бездонное, холодное. Мы полагали, что внутри щита не будет холодно, но то ли сознание сыграло со мной жестокую шутку, то ли даже такая сильная магия не справлялась с этой ледяной темной вечностью.
Звезд не было. Не было ничего, кроме этой всеобъемлющей черной бесконечности.
А потом Астер развернулся, и я увидела планету с высоты. Облака кружились над ней, причудливыми узорами покрывая весь шар. Огромная. Зеленая. Невероятно красивая, словно подсвеченная в этой темноте. Я увидела розоватый Океаниум с белоснежными вихрями облаков. Зеленый Лесной, прореженный водными каналами. Сияющий верхний. Снежное плато, горный кряж. Расщелина, как рваная рана на теле планеты, зияла чернотой. Глупая мысль пришла мне в голову: тьма, окружающая нашу планету, просачивается в Расщелину, заполняет собой пустоту, оставшуюся после апокалипсиса.
Это зрелище не могло оставить меня прежней. Не могло не выжечь наивную девочку, которая горюет о смерти родителей и работает няней. Это стоило увидеть лишь затем, чтобы понять: есть нечто большее, чем уютный мирок, чем весь Ирис, чем Лесной. Есть нечто большее, чем мир, тот самый, каким я его представляла всю жизнь.
Я обернулась к темноте.
Что она скрывала? Что было впереди у нас, существ, живущих в этом странном, но таком красивом с высоты мире?
И может ли где-то в недрах этой тьмы скрываться другой мир. Быть может, каждый раз, когда я смотрела на звезды, на удивительно большом расстоянии другая девушка точно так же смотрела в свое небо?
Дарен очнулся первым. Купол не мог выдержать долгое нахождение здесь, а еще предстояло спускаться. Он дал Астеру знак и тот медленно начал снижаться. Я не могла оторвать глаз от зрелища.
А еще понимала: больше я сюда не поднимусь.
Но больше и не нужно. Звезды меняют человека. Даже если увидеть их все же не удалось.
***
Астер приземлился мягко, но силы покинули меня уже на подлете, и я просто свалилась со спины друга на мягкую траву. Краем глаза видела, как перемахнул через заграждение Дилан и рванул ко мне.
Сильные руки заставили подняться и не дали снова упасть. Я вцепилась в мужчину, даже не осознавая этого. Дилан прижимал меня к себе, вокруг суетился народ. Сразу пять лекарей обступили Астера, но тот так весело махал хвостом, что жутко им мешал.
– Никогда больше я тебя никуда не пущу, – тяжело дыша, проговорил Дилан. – Поняла? Никуда!
– Хорошо, – улыбнулась я.
– Прости, рыжуля, я сделал гадость, – вдруг сказал он.
– Что?
Дилан мягко развернул меня, призывая посмотреть на Дарена.
Тот выглядел немного уставшим, уже преобразился, и законник в темно-синем кителе надевал на мужчину антимагические кандалы.
– Златокрылый, к слову, не возражал. Я знаю, ты верила, что этот паршивец может поступать порядочно, но я боялся, что он сбежит.
Но Дарен меня больше не беспокоил. Особенно когда теплые руки гладили плечи, а губы покрывали шею поцелуями. Волна теплого, сумасшедшего счастья затопила сердце, я посмотрела в небо, которое теперь было ясным и разревелась.
Впервые за много лет мне по-настоящему удалось поплакать.
– Ты вернулась ко мне.
– Конечно. Я же обещала.
