Текст книги "Влюблен без памяти (СИ)"
Автор книги: Ольга Лисенкова
Жанр:
Городское фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)
Глава 40
В просторном вестибюле гостей встречали слуги. Пожилая экономка присела в глубоком книксене, ее примеру тут же последовали горничные, целая шеренга. Парни уже тащили в дом узлы сестер Рендин и чемоданы лорда.
– Мы подготовили для вас комнаты на втором этаже, сударыни, – с теплотой в голосе сказала экономка. – Позвольте горничным проводить вас и помочь переодеться с дороги.
Вивьен и Марианна растерянно переглянулись: с тех пор, как им помогали одеваться служанки, прошло много лет. Эдвард спрятал улыбку.
– Обед накройте в маленькой столовой, к двум, – приказал он. – Мы никого не ждем, нас будет трое.
– Как вам будет угодно, милорд.
Эдвард сжал руку Марианны и отпустил ее вслед за сестрой. Он не прописывал подробных распоряжений, как разместить гостий, доверился экономке, и та устроила все по своему разумению – Вивьен и Марианна расположились в смежных комнатах, каждая со своим выходом в коридор, но с общей ванной.
Гостевые комнаты в поместье Оренов соответствовали самым взыскательным вкусам. Занавески и покрывала цвета кислого яблока красиво смотрелись на фоне белой мебели и стен, оклеенных обоями в мелкий цветочек. Пол украшали пушистые зеленые коврики. Предупрежденные письмом лорда, слуги успели протопить комнаты, и теперь здесь было тепло и уютно.
– Здесь чувствуешь себя, словно в весеннем саду! – вырвалось у Вивьен.
Марианна молча опустилась на банкетку у большого зеркала.
– Надо переодеться к обеду, – сказала она мрачно. – У нас есть что-то подходящее, чтобы выйти к обеду в таком доме?
– Юбки и блузы с корсажем будет достаточно: кроме нас, тут не будет гостей.
Горничные принялись развязывать самый большой узел. Вивьен спохватилась:
– Благодарю, мы справимся сами.
– Но как же… – сказала серьезная девушка в белоснежном накрахмаленном фартуке поверх строгого форменного платья и в такой же белоснежной наколке.
– Да. Мы не привыкли, чтобы нам прислуживали. Вы можете идти.
Вивьен смягчила резкий тон улыбкой. Видно было, что у горничной на языке крутится еще множество вопросов, но прислуга у Оренов оказалась вышколенной, и возражать тем, кто находился сейчас в положении господ, девушки не решились – оставили гостий одних.
Освежившись после дороги, сестры переоделись, расчесали и уложили волосы. Снова застегнув на поясе сумочку с драгоценным артефактом, Марианна придирчиво разглядывала себя в зеркале.
– Чем роскошнее обстановка, тем неуместнее мы в ней смотримся, – заметила она.
Вивьен подошла к ней сзади, обняла ее за талию и положила подбородок ей на плечо.
– Жалеешь, что я не позволила лорду купить нам одежду?
– Нет, ты все правильно говорила. Я даже не про одежду… Я про это все. – Марианна сделала размашистый жест. – Можем ли мы вписаться в такую жизнь? Если все пойдет так, как говорит Эдвард? Или, как любишь повторять ты, всяк сверчок должен знать свой шесток, и нам не стоит даже пытаться…
Ее голос увял.
– Ну, по происхождению ты ничуть не хуже самого знатного лорда, – ободрила ее Вивьен. – Если ты чему-то не успела научиться, пока была юной леди Рендин, наверстаешь сейчас. Если все пойдет так, как говорит Эдвард. Ты сомневаешься в нем?
Марианна тяжело вздохнула.
– Я ничего не знаю!
Насупленная горничная постучала в дверь, приглашая гостий хозяина к обеду, и сопроводила их в маленькую столовую – та оказалась не такой уж маленькой, стол был рассчитан на восемь человек. Сияли тарелки из тонкого фарфора, блестели позолоченные бокалы, предупредительные слуги выстроились вдоль стены.
Эдвард уже поджидал, стоя у окна.
– Прошу к столу, – сказал он и сам показал пример.
Несмотря на то, что сестры уже не раз делили с ним трапезу как в его столичном особняке, так и в трактире, и даже у вдовствующей герцогини, сейчас в воздухе сгустилось непонятное напряжение. Сестрам было не по себе, и Эдвард держался скованно.
Ловкие слуги принялись разливать суп. Вивьен решилась начать разговор.
– Вы теперь проводите в поместье не так много времени, милорд, насколько я понимаю?
Эдвард откинулся на спинку стула.
– Да, верно. Я бываю здесь несколько раз в год, чтобы разобраться с делами.
– Но в детстве в основном проживали здесь?
– Да, вы правы.
– Переехали в столицу, чтобы чаще бывать при дворе? Любите балы, светскую жизнь?
Он покачал головой.
– Я говорил вам, что довольно давно живу в вашем особняке, леди Вивьен… – Эти слова заставили Марианну поднять на него глаза. – Воспоминания, связанные с имением Оренов, нельзя назвать слишком приятными.
– Мы найдем здесь что-то из твоего детства, – сказала Марианна, кивая, – непременно найдем. И посмотрим.
– Если ты не слишком устала. Думаю, вам лучше отдохнуть после утомительной дороги.
– Я же тебе сказала!!!
Она уронила ложку – ее звон прозвучал как эхо неожиданного вскрика, заставившего Вивьен вздрогнуть.
Эдвард поднял бровь.
– Как тебе будет угодно. Значит, сразу после обеда прикажу слугам принести из мансарды сундуки с моими детскими вещами.
Марианна прикрыла глаза, восстанавливая дыхание и кусая губы.
– Простите.
Пауза.
– Вас не слишком удобно устроили? – поинтересовался Эдвард, обращаясь к Вивьен.
– Выше всяческих похвал, милорд.
– Если у вас есть пожелания, вопросы, претензии, прошу, не стесняйтесь. Я бы хотел, чтобы вы помнили: вы не в гостях, вы почти у себя дома. Нас отделяет от этого момента только…
Марианна уронила бокал. Бледно-розовая жидкость залила белую скатерть. Слуга торопливо промокнул ее полотенцем, поднес новый бокал.
– П-простите, – снова сказала Марианна, вскакивая.
– Я хотел сказать, – медленно продолжал Эдвард, тоже поднимаясь на ноги, – что мы могли бы обвенчаться не откладывая – все зависит только от тебя, Марианна, от твоего решения, мое-то неизменно. Когда мы станем мужем и женой, нам не надо больше будет сковывать себя никакими условностями. Леди Вивьен не нужно будет проявлять такую щепетильность, ведь к брату всегда можно обратиться за помощью и поддержкой. Также будет лишним ее непреклонный надзор…
Марианна прикрыла глаза, ухватившись за спинку стула, но не удержалась на ногах и лишилась чувств.
Глава 41
Вивьен вскрикнула и кинулась к сестре, Эдвард тоже стремительно рванулся вперед. Со скатерти соскользнули еще пара тарелок и бокалов и со звоном посыпались на пол. Эдвард подхватил Марианну за плечи и поднял ее голову.
– Нюхательные соли, быстро, – приказал он.
Вивьен похлопывала сестру по щекам.
– Что с ней? – спросила она с тревогой.
– Очевидно, обморок. С ней это часто бывает?
– Никогда!
Эдвард бережно усадил Марианну на стул. Экономка уже бежала к ней с флаконом. Резкий запах ударил в нос – Марианна пришла в себя.
– Что с тобой? – повторила Вивьен.
– Не знаю. Голова закружилась.
– Зачем ты встала?
– Не знаю. У тебя кровь.
Вивьен недоуменно посмотрела на свою ладонь – там действительно алело пятно.
– Наверное, это вилка со стола упала мне на руку или нож. Не страшно. Меня пугаешь ты! Милорд…
Эдвард все так же продолжал удерживать Марианну, которая опиралась на него всем телом, и ласково приглаживал золотые пряди ее волос.
– Да? – сказал он отрывисто.
– Думаю, надо позвать врача.
– Да, я тоже так думаю. Юбер! – Он отдал распоряжения камердинеру, не сводя глаз с невесты.
Вивьен стащила со стола льняную салфетку и вытерла окровавленную ладонь.
– Давайте уложим Марианну в постель, – сказала она лорду.
– Да. Марианна, обхвати меня за шею… – Склонившись, он взял ее на руки. – Покажите мне вашу комнату.
Горничная уже распахнула дверь в гостевую спальню и откинула бледно-зеленое покрывало. Эдвард как можно аккуратнее устроил Марианну на кровати.
– Ее лучше раздеть, – сказал он подоспевшей Вивьен. – Распустите ей волосы.
– Вот рубашка, – подсказала горничная.
– Вивьен, я выйду, помогите сестре и позовите меня. Врач уже едет.
Склонившись, он запечатлел мимолетный поцелуй на лбу Марианны, обменялся обеспокоенными взглядами с Вивьен и оставил их. На этот раз Вив не стала отказываться от помощи – в четыре руки они с горничной стянули с Марианны стесняющую ее одежду, словно куклу, переодели ее в дышащую свежестью ночную сорочку, расплели туго заплетенную косу. Марианна бесшумно дышала, приоткрыв рот. Немного взбив пару и без того пышных подушек, горничная подсунула их под голову госпоже и вышла; экономка принесла флакон с нюхательными солями и стакан воды и оставила их на прикроватном столике.
Эдвард вернулся в комнату и закрыл за собой дверь, перекрывая прислуге доступ.
– Тебе плохо? – спросил он у невесты.
Марианна молча покачала головой. Вивьен обхватила себя за плечи.
– Врач уже едет, – снова сказал Эдвард. – Что ты чувствуешь? Кружится голова, слабость, что еще? Где-то болит?
– Нет. – Она перевела взгляд на сестру. – Где артефакт?
– Что?
– Наш артефакт. Где он?
Вивьен указала на гору одежды на полу.
– Надень сумочку себе на пояс. Нельзя, чтобы он пропал.
– Куда он может пропасть из дома лорда?
– Вив, возьми сумочку и прицепи на пояс!
Чтобы не раздражать больную, Вивьен подчинилась.
– Ты испачкала сумочку кровью, – заметила Марианна равнодушно.
– Леди Вивьен, надо наложить повязку на рану! – вспомнил Эдвард.
– Ерунда. – Вивьен поморщилась, затягивая на поясе узел. – Это не рана, просто царапина. Марианна, лучше скажи, как ты себя чувствуешь!
– Хорошо! – огрызнулась та. – Я просто упала в обморок. С благородными дамами такое случается гораздо чаще, чем ты можешь себе представить! Если уж я собираюсь снова стать благородной леди, почему тебя удивляет мой обморок?
Вивьен и Эдвард вновь переглянулись, не зная, что думать.
– Юные барышни порой падают в обморок из-за туго затянутых корсетов, насколько мне известно, – проговорил лорд. – Ты же не надевала такой корсет. В комнате не было душно. Может быть, растрясло в дороге – тогда, конечно, нужно просто отдохнуть, и все будет в порядке, но…
– Но! – подхватила Вивьен. – Она уже не первый день сама не своя. Из нее будто по капле уходит жизнь!
– И началось все… – подсказал Эдвард.
Вивьен на шаг отступила.
– И началось все с ваших поцелуев, милорд! – вдруг выдала она.
– Что?!
– Да! Марианна всегда была полна жизни! Даже когда она простывала, кашляла, когда у нее был жар – она всегда сияла, ее щеки были неизменно румяными, глаза блестели! Милорд…
Лицо Эдварда превратилось в каменную маску.
– Ну это ерунда, – глухо сказала Марианна, но Вивьен не желала умолкать.
– Да-да. Милорд, вы уверены, что вы не вампир? – Ее взгляд кромсал Эдварда, как наточенный кинжал. – Ваша странная и внезапная одержимость Марианной, ваша необъяснимая торопливость в вопросе брака – ваши мертвенные прикосновения – ваши мертвящие поцелуи?!
– Леди Вивьен, – предостерегающе сказал Эдвард, еле слышно, но с ясно различимой угрозой.
– Лорд Орен!
– Вивьен, перестань, – устало проговорила Марианна. – Какие вампиры, ты с ума сошла.
– Посмотри на себя! Я должна сейчас же забрать тебя отсюда!
Она подскочила к постели и откинула одеяло. Марианна отбросила ее руку, а Эдвард тут же схватил ее сзади за плечи.
– Леди Вивьен, прекратите истерику, – сказал он так же тихо. – Сюда уже едет врач. Вы слышали, я приказал Юберу привезти его немедленно. Куда вы ее повезете в таком состоянии? Я никуда ее не отпущу. В моем доме врач, за услуги которого я заплачу сторицей, сможет ее осмотреть и назначить необходимое лечение, и за лекарства мне тоже не составит труда заплатить, и обеспечить ей питание и покой, тогда как…
– Не прикасайтесь к ней, – вся дрожа, выплюнула Вивьен.
– Если вам так спокойнее.
– Не смейте к ней прикасаться.
Вивьен развернулась, сжигая его ненавидящим взглядом. Он продолжал удерживать ее за локти.
– Если Марианне станет хуже, я вас убью.
– Если вы докажете, что в этом есть моя вина, я сам вложу в вашу руку пистолет.
Глава 42
Юбер привел доктора – он был довольно молодой, лет тридцати, уверенный в себе и излучал спокойствие.
– Обморок для молодой девушки – что может быть естественнее? – прожурчал он успокаивающе. – Не стоит тревожиться! Оставьте нас с миледи…
– Позвольте мне не уходить! – стиснув руки, взмолилась Вивьен.
– Нет-нет, сударыня, прошу всех покинуть комнату, я осмотрю больную.
Мягко, но категорично он поторопил к выходу и лорда, и Вив. Эдвард принялся ходить по коридору взад-вперед, Вивьен встала у дверей.
– Врач сказал, что обморок – это естественно для девушки, – проговорил Эдвард минуты через две.
– Ничего естественного, – отрезала Вивьен. – Вы же сами видите, что она слаба, что ей плохо?
Опустив веки, Орен перевел дыхание. Спорить было не о чем.
– Может быть, для нее стал тяжким испытанием арест, когда ее заперли в клетку? – предположил он еще пару минут спустя.
– После ареста она все еще была полна энергии, – вновь возразила Вивьен.
– Но что потом? Потом не было ничего страшного! Слова герцогини… – Эдвард махнул рукой, отметая эту мысль. – Таких слов в нашей жизни будет еще миллион. Марианна умеет держать удар, я в этом уже успел убедиться. Нет, ей просто нездоровится. Врач найдет причину, мы оплатим лечение, и все будет хорошо.
Вивьен опустила голову.
– Ведь вы же не думаете, в самом деле, что в ее состоянии виноват я? – требовательно спросил мрачный Эдвард, подойдя к ней ближе.
– Ваши родные умерли. Может быть, на вас проклятье.
– У матери было слабое сердце. Вы слышали. Отец скончался недавно, в почтенном возрасте. Все остальные домочадцы – слуги – никто ни на что не жаловался.
– Ваше поведение малообъяснимо. Ваше стремление заполучить ее, несмотря на все препятствия…
– Какие препятствия? Для меня нет никаких препятствий, кроме нежелания девушки! Марианна не… – Он снова глубоко вдохнул, борясь с удушающим волнением. – Марианна не выражала нежелания. Со временем она могла бы меня полюбить.
Вивьен повернулась к нему: ее осенила очередная идея.
– Вы же алхимик! – сказала она, тыча в его сторону пальцем. – Вы можете ей что-то подсыпать… подливать!
– Зачем?! – Он шагнул к Вивьен, сжимая руки в кулаки. – Зачем?!
– Не знаю!!!
– Придумайте хоть одну причину!
Эдвард отвернулся. Его трясло. Вивьен смерила его взглядом.
– Хотите подчинить себе ее волю, – неуверенно предположила она.
– Марианна дала согласие, когда ее воля была полностью при ней, нет?
– Вы задурили ей голову.
– Чем? Неоправданными обещаниями? Я не обещал ей ничего, чего не намерен воплотить! Вивьен, ваша забота и ваша любовь к сестре ослепляет вас. А страх за единственного родного человека лишает рассудка. В моих чувствах к ней нет ничего дурного! Я уже сказал – я готов обвенчаться с ней хоть сегодня!
Вив подпрыгнула.
– Зачем вам это надо, а? – обличающе прошипела она. – Зачем немедленно?
– Чтобы вы от нас отстали! И перестали подозревать меня черт-те в чем!..
В коридор выглянул врач.
– Зайдите, – сказал он доброжелательно.
Вивьен ринулась в комнату – Эдвард пропустил ее вперед. Марианна встретила обоих спокойным, равнодушным взглядом.
– Ваша невеста, милорд, – учтиво произнес врач, – физически совершенно здорова. Можно признать нервное переутомление, назначить общеукрепляющие процедуры. Теплые ванны, прогулки на свежем воздухе, полноценное питание, отсутствие каких бы то ни было треволнений.
Эдвард с облегчением выдохнул и согласился:
– Я это ей обеспечу.
Вивьен, заломив руки, отчаянно смотрела на врача, словно на пророка.
– В ближайшее время нежелательно отправляться в путешествия. Я не настаиваю на постельном режиме, судите сами по самочувствию миледи, но лучше провести несколько дней здесь, в покое сельского имения, в тишине, без гостей. – Врач выгрузил из саквояжа бутылочку темного стекла. – Тут травяная настойка, которая будет поддерживать силы миледи. По столовой ложке три раза в день.
Эдвард принял снадобье и пристроил его на прикроватный столик.
– Скажите, не похоже ли, чтобы миледи кто-то чем-то травил? – сказал он нерешительно.
– Травил? – Врач вскинул брови. – Были какие-то симптомы отравления? Боль в животе, рвота, тошнота, расстройства…
– Нет, – быстро сказала Марианна.
– Головные боли, быть может? В глазах не двоилось? Спутанность сознания – это когда вы не понимаете, где вы, с кем, что происходит…
– Нет!
– Галлюцинации? Это когда вы видите то, чего нет, слышите то, чего не слышат другие…
– Нет, – поморщилась Марианна.
Эдвард невольно дернулся вперед.
– Вы замечали такое за миледи, милорд? – догадался врач.
Марианна скорчила рожицу, уловив мысль жениха, и гневно полыхнула на него глазами.
– Нет, – сказал Эдвард, не глядя на врача.
Вивьен отступила, прижимая раненой ладонью поясную сумочку – как бы прикрывая артефакт от Марианны. Она тоже уловила догадку, вспыхнувшую у Эдварда. Не может ли быть всему виной хрустальный шар? Или шар есть шар, не больше, а лорд Орен просто нашел на что спихнуть собственную вину и зловещее воздействие на юную невесту?
– Вы могли бы… задержаться у нас? Хотя бы на пару дней? – спросил у доктора Эдвард. – Разумеется, ваше время будет оплачено. Вас разместят в гостевой комнате.
Врач развел руками.
– Боюсь, нет. Ко мне постоянно обращаются за помощью. Но вы всегда можете вызвать меня снова, если у вас возникнут вопросы или если состояние миледи ухудшится.
Глава 43
Врач откланялся. Эдвард рассеянно взял в руки бутылочку с настойкой.
– Нужна ложка, – сказал он. – Или ты сначала все же поешь? Ты осталась голодной.
– Мы все остались голодными, – заметила Марианна. – Но я не хочу есть.
Эдвард поставил бутылочку обратно и дернул за шнур звонка.
– Попрошу принести ложку. Ты полежишь? Приказать подать обед сюда? Как тебе лучше?
Марианна подоткнула подушки под спину и устроилась полусидя.
– Итак, Эдвард. Ты замечал за миледи, что она слышит то, чего не слышат другие, и видит то, чего нет, – сердито заявила она.
– Просто подумал, что на твое здоровье мог оказывать влияние артефакт. Ты с ним не расстаешься уже несколько дней, носишь на себе. И ухудшение наступило… – Он повернулся к Вивьен. – Ухудшение наступило не после того, как я сделал тебе предложение, а после того, как ты раз за разом ныряла в прошлое – в чужое прошлое. Твои собственные воспоминания не причиняли тебе такого вреда.
Вивьен смущенно кашлянула.
– Мы должны завершить начатое, – упрямо сказала Марианна. – Что там осталось-то? Начать да кончить.
В дверь заглянула горничная – Эдвард распорядился принести графин с водой и серебряную ложку.
– Я предлагаю карантин! – произнесла Вив, когда они вновь остались втроем. – Лорд Орен столько лет терпел с этими своими тайнами прошлого, потерпит еще! Да и что там за тайны – слабое сердце леди Орен. Расстройство, конечно, но не такая уж и редкость.
– Что вы подразумеваете под карантином, леди Вивьен?
– Я предлагаю поступить так. Марианна проведет несколько дней, никак не напрягаясь. Захочет – пусть лежит в постели. Захочет – пусть выходит подышать воздухом. Как ей заблагорассудится. Но вы, милорд, даже не прикасайтесь к ней, и пусть она даже не прикасается к хрустальному шарику. Пусть пьет настойку. Силы должны к ней вернуться!
Эдвард, подумав, кивнул.
– Это вместо скоропалительной свадьбы ты теперь так легко соглашаешься даже не дотрагиваться до меня? – возмутилась Марианна.
– Для меня важнее всего твое здоровье, моя зарянка. У нас вся жизнь впереди.
– Зарянка! – проворчала Марианна. – Миледи! Что за дурацкие условности!
К счастью, она не слышала нападок Вивьен и ее инсинуаций, не приняла всерьез обвинения Эдварда в вампиризме и потому не могла взять в толк, с чего это ее слабость должна приводить к такому нелогичному результату. Впрочем, раздражение пошло ей на пользу: на щеки вернулся румянец, а глаза вновь заблестели.
Горничная принесла то, о чем ее просили. Эдвард открыл бутылочку и налил в ложку настойки, а Вивьен, оттеснив жениха сестры, забрала у него лекарство и сама помогла Марианне его принять. Скрестив руки на груди, чтобы скрыть разгорающийся гнев, Эдвард отошел к окну.
Марианна скривилась от горечи и поспешно запила снадобье водой.
– Фу! – выдохнула она. – Итак. Позвольте мне уточнить, а то мне все кажется, что я неправильно что-то понимаю. Эдвард сделал мне предложение, и я его приняла. До этого знаменательного момента ему разрешалось целовать мне запястье, как и любой другой даме, с которой он повстречается, а после, когда он заявил о готовности венчаться немедленно, ему нельзя даже до меня дотрагиваться. Это что такое, Вивьен? Не соблаговолишь объяснить?
Эдвард усмехнулся. Вив отступила от кровати и задрала подбородок.
– Нет. Мы с ним решили, что так будет лучше. Ты должна восстановить силы. Да, милорд?
– Да, миледи, – в тон ей отозвался Эдвард.
Марианна надула губы.
– Ну, раз так, значит, никакой спешки с венчанием. Сначала закажешь мне самое модное и самое роскошное платье. Чтобы ни у одной подколодной змеи язык не повернулся сказать, что ты подобрал бедняжку из жалости. Чтобы я была на свадьбе красивей всех. Чтобы все сдохли на месте, завидуя нам.
Эдвард засмеялся.
– Такой ты мне нравишься больше, – с удовольствием отметил он. – Самое роскошное – все твое. Несколько дней отдыха, а потом выбирай все, что твоей душеньке угодно. Хоть платье из чистого золота.
– И чтобы захлебнулись собственной желчью все, кто думает, что я приняла предложение только из-за твоего богатства. Чтобы увидели, убедились, что все так и есть, и захлебнулись! – Марианна вздохнула, потом прикрыла глаза и совсем по-детски прошептала: – Эдвард, я не умру?
Забыв обо всех обещаниях и предосторожностях, он сорвался с места и подлетел к ней.
– Что ты, дорогая! – мягко заверил он ее, с тревогой всматриваясь в ее лицо и невесомо приглаживая золотые волосы, разметавшиеся по подушке. – Ты просто устала, тебе нужно отдохнуть.
– Я никогда не уставала… так. Бывало, мы проводили в разъездах по несколько дней кряду, ночевали в условиях, которые никак не сравнятся с нынешними, но я же была молода и здорова, а теперь…
– Ты и теперь молода и здорова. Все будет хорошо. Я пришлю к тебе повариху, закажи ей свои самые любимые блюда – к ужину все будет готово. Если что-то не успеем раздобыть до ужина, приготовим на завтра.
– Эдвард! – Марианна потянулась к нему всем телом и приникла к его груди. Ему ничего не оставалось, как заключить ее в объятья.
– Милорд… – предостерегающе прошептала Вивьен.
Эдвард промолчал, не в силах отпустить доверчиво льнущую к нему невесту. Ее сердце билось часто-часто, а его – разрывалось от страха. Как ему защитить ее? Как? И от чего требуется защита? «Не от меня, – твердил он про себя. – Нет, боже, нет. Только не от меня!»
