Текст книги "Светлая королева (СИ)"

Автор книги: Ольга Гайдукова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 25 страниц)

Глава 4. В Храме Стихий

Иногда счастье сваливается так неожиданно,

что не успеваешь отскочить в сторону.

Я, поддерживаемая под руку Шератоном, двинулась по направлению к величественному, но, в то же время, легкому и изящному Храму. Отсюда он выглядел еще великолепнее, купаясь в лучах почти полуденного солнца.

– Невообразимо, – снова восхитилась я белокаменному резному произведению архитектурного искусства, шпилями попирающему небеса.

– Когда-то эльфы вложили сюда частичку своей души, – грустно произнес Шератон.

– И правда, он кажется живым, – согласилась я, – только словно спящим в ожидании кого-то или чего-то.

– Естественно, уже более двадцати лет никто не заходил сюда и не говорил со Стихиями, – пояснил Шератон необразованной мне.

– Откуда ты все это знаешь? – прищурилась я, оборачиваясь к спутнику.

– Эльфийки во дворце крайне болтливы, – задорно ответствовал он, – да и кто может устоять пред моим невообразимым обаянием?

– И правда, – рассмеялась я. – Так что там с Храмом?

– То, что он уже два десятилетия пустует, и милость стихий покинула этот народ, как кара за предательство по отношению к их избраннику, – пафосно толкнул речь темный.

– И что, разве никто из четырехстихийных магов не может туда зайти? – недоуменно поинтересовалась я, все ближе подходя к волшебному зданию, уже закрывшему собой солнце.

– Никто. Этот остров – самый древний из всех населяемых эльфами, это исконные земли Стихий, избранные ими для своих детей. Только здесь стоит их Храм, и только истинный король этой страны, когда-то благословленной ими, может войти к ним, – продолжил Шератон, словно рассказывая старинную легенду, хотя, возможно, это так и было.

– Но разве Регул не истинный правитель? Разве он не заслуживает быть им? – усомнилась я.

– Увы, нет, – развел руками эльф, признавая, что не нам менять установленные свыше правила. – По идее только Имирэль может войти туда.

– Ясно, – понимающе кивнула я.

– Пора возвращаться, – протянул мне руку эльф. – Скоро полдень. Именно на это время назначен Совет, где всё решится.

– Хорошо, – не стала сопротивляться я, но сердце никак не хотело уходить из этого святого места. – Давай посмотрим Врата Храма, и всё.

– Ладно, ладно, уговорила, – сдался Шератон под моим натиском, а, может, произвело впечатление просительное выражение моей мордашки. – Иногда ты ну прям как ребенок, честное слово, – пожурил меня эльф, потрепав по голове.

– Ну почему же иногда? – развеселилась я, убегая за угол и резко на кого-то наталкиваясь.

Ой, ну вот, опять кого-то зашибла ненароком. Скоро население этой страны резко поредеет в результате моей подрывной деятельности.

– Прошу прощения, – по привычке пробормотала я, поднимая глаза на пострадавшего, точнее, пострадавшую. Ей оказалась никто иная, как ли'ин Альфекка. Злоба вперемежку с презрением отразилась на её лице.

– Да как ты смеешь, наглая девчонка, – прошипела она.

– П-п-простите, – снова проявили себя еще в детстве намертво вбитые в голову правила этикета. Да и чего она бесится? Ну да, толкнула немножко, так зачем же из-за такой малости устраивать истерику на всю площадь. И так вон уже кучка зевак собралась, и все с огромным интересом наблюдают за нашим спором.

– Мало того, что ты воспользовалась приглашением моего сына, – продолжала кипятиться эльфийка, ишь, какие все неуравновешенные. Теперь понятно, в кого Регул пошел, хотя, наверное, и папочка его был не само спокойствие, – так ты еще и проявляешь вопиющую наглость и неуважение к членам его семьи.

О, да это она про Алию наверняка. Так она пока вроде не имеет родственных уз с Регулом и, если у него глаза, конечно, на нужном месте, никогда иметь не будет. И вообще, что за дурная привычка у здешних обитателей повышать на меня голос. То, что я не отношусь к их «великой» расе, еще не означает, что ко мне можно относиться как к пыли под ногами. Слегка подзабытое чувство собственного достоинства подняло голову откуда-то из глубин сознания.

– Уважаемая, – зловеще прошипела я, сверкнув глазами, – я уже принесла вам свои извинения за невольную неловкость и не намерена повторять их впредь.

– Да как ты… – начала эльфийка, но, поймав мой взгляд, осеклась.

Я смотрела за её потугами совладать с собой, слегка склонив голову.

– Идем, – мягко потянул меня в сторону решивший вмешаться Шератон.

И, правда, пора возвращаться, чтобы хотя бы морально поддержать Регула перед Советом.

– Продажная девка! – в сгустившейся тишине раздалось мне вслед.

Едва звук достиг моих ушей, как перед глазами поплыл туман, а сознание заволокла глухо ворчащая, как цепной пес, ярость. Чуждая, но, в то же время, совершенно от меня неотделимая.

– Прошу прощения, – выдохнула я на полуобороте.

– Ты всё прекрасно расслышала, человеческая девка, – сквозь зубы процедила ли'ин Альфекка, совершенно неподобающе потомственной аристократке. – И как бы ты ни старалась, тебе не стать благородной.

– Вы считаете, что можете безнаказанно оскорблять меня? – прошипела я, всё больше и больше накрываемая волной по капле вытекающей ярости, и отблески моего гнева отразились в расшившихся глазах эльфийки. Я всё ближе и ближе подходила к ней, остановившись на расстоянии вытянутой руки, а на кончиках пальцев разгоралось золотистое свечение.

– Ты – зарвавшееся ничтожество, – со злорадной ухмылкой произнесла она, – и я избавлю сына от тебя, раз он сам не в состоянии принять подобное решение.

Весомый толчок в грудь, и я, не удержав равновесия, полетела спиной в услужливо распахнувшиеся створки дверей Храма. Изрядно сгустившаяся толпа слаженно ахнула.

– Нуар! – Шератона, уже почти схватившего меня за руку, тут же отбросило и припечатало к мостовой.

– Ты будешь моим маленьким подарком Стихиям, прощай, – услышала я зловещий хохот, ощутимо приложившись о мраморный пол за порогом Храма, и разглядела торжествующее и слегка безумное выражение на лице эльфийки, прежде чем створки захлопнулись, отрезая меня от всего окружающего мира.

Раздавшиеся за спиной шорохи заставили меня втянуть голову в плечи. Несмотря на все ужасы, рассказанные об этом месте, страшно почему-то мне не было. Неужели я настолько утратила ощущение реальности, что инстинкт самосохранения напрочь отключился? Скорее, меня мучило непреходящее любопытство, а еще парадоксальное чувство, что я здесь уже была, но потом меня разлучили с этим местом, а теперь блудная дочь вернулась в забытый дом, чтобы, наконец, расставить всё по местам.

– Ты права, – раздался звонкий девичий голос, и я пугливо обернулась на звук. В двух шагах от меня во внутренних дверях стояла девушка в платье землистого цвета с черными, как смоль волосами до пояса, казалось, прилипшими к телу, и босая. Ну, вот, а говорили, никто не может сюда войти. Эта же красавица откуда-то тут взялась.

– Кто ты? – вопроса умнее я с ходу не придумала.

– Ой, да перестань, – иронично произнес прекрасный, как весенний день, светловолосый юноша, такой же хрупкий, как и девушка, показавшийся из-за дверей.

Да сколько ж тут народу-то? Я, неэстетично в изумлении приоткрыв рот, наблюдала за всей честной компанией.

– И долго ты собираешься вытирать подолом пол? – снова хмыкнул юноша.

Я, всё еще пребывая в шоке, послушно поднялась, опираясь на услужливо подставленную руку.

– Кто вы? – я решила расставить все точки над и.

– Ну, наконец-то дельный вопрос, – обрадовалась девушка, отступая обратно в залу в сопровождении загадочно улыбающегося юноши, ведущего пребывающую в ступоре меня.

Ну конечно! Помещение оказалось удивительно знакомым – именно оно было в моем видении, когда я впервые открыла ту загадочную книгу еще в отцовском замке, теперь возлегающую на пюпитре у алтаря, на котором посверкивал медальон с четырьмя камнями. Всё здесь именно такое, как и представилось тогда, вот только прекрасных скульптур на постаментах не наблюдалось…

– Что… – обернулась я.

Их было уже четверо. Незаметно к нашей компании присоединились голубоглазая девушка с отливающими синевой волосами в бирюзовом платье и огненно рыжий юноша в ярко-оранжевых одеждах. И все, как один, выжидательно смотрели на меня.

– Вы – Стихии, – изумленная догадкой выдохнула я.

– Ну, наконец-то, – доброжелательно улыбнулась синеволосая. – Я – Аква.

– Игнис, – задорно подмигнул рыжий.

– Терра, – представилась брюнетка.

– А я – Аэрос, – шепнул светловолосый.

И они снова уставились на меня, словно ожидая чего-то.

– Нуар, – представилась я и ухмыльнулась собственной глупости – они ведь и так всё обо мне знают.

– Неверно, – возразил Игнис, и тут же получил тычок локтем от Терры.

– То есть? – изумилась я, уже более-менее приходя во вменяемое состояние. – Моё имя – Нуар. Как это может быть неверно?

– Очень просто, – приблизилась ко мне Аква, и я почувствовала, что тону в её голубых глазах, – вспомни кто ты, дитя.

В голову будто вонзили тысячи раскаленных игл, и мой пронзительный душераздирающий крик многократно усилился, отразившись от стен и потолка. А я уже ничего не соображала, упав на колени – передо мной проносились картины не моего прошлого, прошлого десятков поколений правителей этой страны. Последние оказались самыми красочными. Эльф с кинжалом в груди и навек застывшим в глазах удивлением от предательства собственного брата. Плачущий ребенок на руках коленопреклоненной у алтаря эльфийки и оставленный ею взамен на его жизнь медальон. И темнота…

– Может, не стоило так сразу? – первым, что я услышала, придя в чувство, был неуверенный голос Терры.

– У нас нет времени. Иначе случится непоправимое, – возразил, видимо, Аэрос.

– Она пришла в себя, – констатировала Аква, положив мне на лоб прохладную руку.

– Зачем вы это мне показали, – хрипло вопросила я сорванным от криков голосом, – зачем?

– Тебе пора узнать, кто ты, – ответил Игнис, помогая мне подняться.

– И кто же я? – кусочки мозаики постепенно начали складываться в одну цельную картину, в реальность которой мой разум просто отказывается верить.

– Ты – принцесса Имирэль, – торжественно провозгласила Аква.

Мой истеричный хохот разнесся по залу, а на лицах Стихий отразилось недоумение.

– Но ведь я – даже не эльфийка, – отсмеявшись, возразила я, тыльной стороной ладони вытирая выступившие слезы.

– Уверена? – нахмурилась Аква, поворачивая меня к неизвестно откуда появившемуся зеркалу, из которого удивленно взирала самая натуральная эльфийка. И в то же время я узнавала в ней себя. Эльфийка поднесла руку к своей щеке. Я тоже ощутила ладонь на своем лице, и одернула её, будто обжегшись. Эльфийка одновременно повторила мой маневр.

– Не может быть, – беззвучно прошептали мои губы.

Так вот почему все встреченные мной элементали называли меня королевой. Они видели то, что я настойчиво старалась не замечать, упорствуя в собственных заблуждениях. А ведь стоило всего лишь пораскинуть мозгами, сопоставляя различные очевидные факты. Так нет же – просто не могла поверить в возможность подобного.

– Может, – покачала головой Терра, сочувственно обнимая меня. – Когда твоя мать пришла сюда, умоляя спасти тебя от Силлура, мы пробудили в тебе, как в потомке темных эльфов вторую ипостась, человеческую, раньше срока.

– В обмен на её силу, – перебил Игнис.

– Я уже поняла, что вы ничего не делаете просто так, – саркастически заметила я.

– Мы не имеем права вмешиваться напрямую, – заметив перемены в моем голосе, покачала головой Аква.

– А от меня-то вы что хотите? – снова слегка истерично взвизгнула я.

– Чтобы ты приняла свою судьбу, – проникновенно глядя мне в глаза, пояснил Аэрос, – чтобы стала законной королевой этого государства и вернула ему былую мощь и величие.

– А если не соглашусь? – уже почти в истерике кричала я.

Они предлагают мне забыть всю мою прошлую жизнь, разом её перечеркнуть. Оставить свою семью, хотя я в ней оказалась всего лишь приемышем, как ни горько это осознавать.

– Ты торгуешься с нами? – в гневном окрике Игниса я услышала шум бешено ревущего неуправляемого пламени.

– Нет, – не снижая тона голоса, возразила я, – это вы со мной торгуетесь, уважаемые. Вы просто решили свалить на меня всю ответственность, не спросив, нужно ли мне это. Нужна ли мне эта корона и этот народ, который, за исключением всего лишь нескольких представителей, презирает меня.

– Они склонятся перед величием истинной королевы, – успокаивающе погладив по руке Игниса, не согласилась Аква.

– Вот именно, – устало махнула рукой я, наконец, поверив в то, что здесь – мой дом, страна, где я родилась, – перед происхождением, а не передо мной.

– Так ты пока ничего и не сделала, – терпеливо продолжил увещевать меня Аэрос, – докажи своими поступками, что ты истинная королева.

– Мне это не нужно, – продолжила я упрямо сопротивляться.

– Неужели жертва твоей матери будет напрасна? – тихо вопросила Терра, самая спокойная из всех четверых, и в зале повисло гнетущее молчание.

Мама… Тот портрет, оказывается, был не ее. Я столько раз, стоя перед ним, мечтала хоть на миг увидеть её вживую, почувствовать тепло ласковых рук. Она ради меня отказалась от всего, предпочла человеческую, очень короткую жизнь, только чтобы её единственного ребенка не нашли недруги. А я… я сейчас предаю её память, если я сейчас отступлю, то предам всё, за что она боролась, спасая меня…

– Но смогу ли я? – мой неуверенный взгляд блуждал по лицам Стихий.

– Тебе помогут, – ласково улыбнулась Терра, чувствуя, что я как никогда близка к принятию правильного решения. – И мы тоже будем рядом.

– Хорошо, – сдалась я, словно нырнув со скалы в оглушающее холодный поток, – пусть всё будет так, как должно.

– Мы знали, что ты примешь правильное решение, – серьезно кивнул Аэрос.

– Да я и сама этого не знала, – горько усмехнулась я, понимая, что теперь назад пути отрезаны, а мосты сожжены. – А хватит ли мне сил?

– Мы дадим их тебе, – торжественно провозгласила Терра.

– Принимаешь ли ты свою судьбу, принцесса Имирэль? – грозно вопросил Игнис.

– Да, – обреченно прошептала я, всё ещё не уверенная в правильности принятого решения.

– Тогда прими это, – застегнула на мне тонкую цепочку Аква. – Нам не нужны силы Алеины. За проявленное мужество они твои по праву.

Медальон, до этого покоившийся на алтаре, уютно устроился на моей груди, а тусклые камни ярко мигнули, и по всему телу разлилось приятное тепло, проникая во все его уголки.

– Мама, – прошептала я, ласково погладив украшение, единственное, что мне осталось от неё.

– И еще, прими вот это, – Игнис поднес мне ажурную диадему, увенчанную таким же, что и медальон, узором из четырех разноцветных камней.

– Что это? – поинтересовалась я, когда великолепное украшение оказалось возложенным на мою голову.

– Корона, – ухмыльнулся он, – конечно, не мужской вариант, но это – символ королевской власти, одобренной нами.

И от диадемы, словно хлынул поток воды, омывая меня с головы до ног. Я испуганно зажмурилась, не решаясь пошевелиться.

– Посмотри, – снова повернула меня к зеркалу Аква. Прежнее платье исчезло, а вместо него на мне красовались ослепительно белые, свободно ниспадающие одежды, украшенные искусно вышитым затейливым золотым узором.

– Королевский церемониальный наряд, – пояснила Терра удивленной мне.

– Меня ждет церемония?

– Тебе пора появиться на Совете, – объяснил Аэрос. – И лучше будет это сделать в полном облачении. Иди.

И они расступились, подталкивая меня к выходу.

– И помни, мы всегда рады тебе, – раздалось вслед. – Правь мудро и справедливо. Если понадобится помощь – приходи.

Я неуверенно сделала пару шагов и в нерешительности остановилась, а потом обернулась. В зале никого не было, только четыре статуи немного грустно улыбались, стоя на своих постаментах.

Ну, что же, придется привыкать к новой венценосной роли и начинать это прямо сейчас. Я гордо выпрямилась. Так, для начала наведаемся на Совет и отправим Гемму домой. Уверена, её появление вынудит герцога Валоо освободить мою семью. Семья… Неужели у меня теперь её нет? Неправда, они навсегда останутся моей семьей, несмотря на то, что я превратилась в эльфийку. Значит, будем решать проблемы по мере их поступления. Так, кивнув самой себе, я направилась к выходу.

Интересно, как же открываются эти двери? Я взмахнула руками, как птица крыльями, и тяжелые створки распахнулись, открыв моему взгляду собравшуюся перед Храмом толпу и вещавшую со ступеней ли'ин Альфекку:

– Вы слышали её крик, значит, жертва принята. Я верю, сегодня Стихии пошлют нам истинную королеву.

– Боюсь, уважаемая, – не смогла сдержаться от колкости я, – Стихии скорее пошлют вас с вашими странными методами их ублажения.

Потрясенные лица всех присутствующих одновременно уставились на меня. А потом по толпе разнесся благоговейный шепот:

– Королева… Королева… Хвала Стихиям…

И все, как один, постепенно начали опускаться на колени и склонять головы.

– Что? – испуганно вскрикнула Альфекка, оборачиваясь ко мне. – Ты?!

– А кого вы ожидали увидеть? – иронично изогнув бровь, поинтересовалась я.

– Но… не может быть… – продолжала повторять эльфийка, пятясь.

– Я тоже так думала, – горькая усмешка исказила мои губы.

Вон, значит, как. Унижать беззащитную девушку – это мы запросто. Посмотрим, что ты скажешь, когда она узнала, кем является на самом деле.

– Какую кару наложит на меня её величество за все оскорбления? – понурив голову, смиренно вопросила Альфекка.

Что ж, хоть тут она повела себя достойно, сумев принять поражение в этой партии.

– Мне не за что тебя карать, разве что за гордыню, но и это – не моя прерогатива, – покачала головой я. – Освобождаю тебя от должности регента и разрешаю отбыть в одно из загородных имений до захода солнца.

– Благодарю вас, – радостно выдохнула Альфекка, не ожидая, что удастся так легко отделаться – мало ли что взбредет в голову девчонке, на которую неожиданно свалилось бремя власти.

– Встаньте все, – мой звонкий голос разнесся над притихшей площадью, распугав стайку птиц.

Толпа послушно поднялась. Все взгляды, полные надежды устремились на меня.

– В нашем государстве нужно установить мир и порядок, вернуть ему прежнее процветание, – начала я, – но без вашей помощи мне не справиться. Поддержите ли вы меня?

На мгновение после моей речи воцарилась гнетущая тишина, и я уже испугалась, что сейчас меня побьют камнями, но тут над площадью разнеслось:

– Да здравствует королева!

Отлично, население вроде одобряет смену правителя. Как же теперь побыстрее попасть во дворец и сорвать гнусные планы Растабана? Мой взгляд выловил в толпе одного эльфа в форме гвардейцев, что сегодня сопровождали Регула.

– Ты, – указала я на него пальцем, и толпа мгновенно расступилась, – подойди.

Он послушно приблизился ко мне и почтительно опустился на одно колено, склонив голову:

– Ваше величество.

– Встань, – улыбнулась я. Так, нужно срочно менять этикет, а то все так и норовят при виде венценосной особы бухнуться ниц. – Мне нужно попасть во дворец.

– Я с радостью доставлю вас, моя королева, – просиял эльф, по моему приказу вскакивая с колен.

Глава 5. Явление королевы высокому собранию

Совещания незаменимы, если вы решили ничего не делать.

Коляска, управляемая гвардейцем, стремительно неслась по мостовой, заставляя прохожих удивленно оглядываться вслед. Я нервно постукивала выбивая неизвестный мотив. Кажется, опаздываем уже основательно. Надо поскорее попасть туда и прекратить весь этот фарс, и, боюсь, Регулу без моей помощи будет тяжко. Быстрее…

– Давай к воротам в сад, – скомандовала я вознице.

– Ваше… – начал он, но замолчал под моим красноречивым взглядом. – Как прикажете.

Я выпрыгнула из коляски, едва она остановилась, не дожидаясь, пока кто-нибудь подаст мне руку. Чай не немощная. Гвардейцы у ворот скрестили, было, алебарды, но, разглядев, кто перед ними, почтительно опустились на одно колено:

– Моя королева.

Я торопливо прошла в сад по направлению к уже знакомой галерее, проигнорировав их верноподданнический порыв – сейчас моего вмешательства требуют более безотлагательные дела.

– Альхена! – окликнула я юную эльфийку, разглядев между деревьями тонкий силуэт.

Она, услышав окрик, вздрогнула и обернулась. При виде меня её лицо приняло выражение крайнего изумления и замешательства.

– Ваше величество, – наконец, совладала она со своими эмоциями, подходя ближе и норовя бухнуться на колени. Надо же, какой кругом пиетет к коронованным особам.

– Нет времени, – схватила я за руки эльфийку, не давая ей подмести подолом пол. – Проводи меня в зал совета.

– Следуйте за мной, – понятливо кивнула она и быстрым шагом направилась к знакомой мне галерее.

Спустя минуту блужданий в переплетениях коридоров, Альхена вывела меня в один из еще не знакомых, оканчивающийся тупиком, а точнее огромными резными дверями.

– Совет проходит там, – почтительно склонившись, кивнула девчушка, указывая в сторону охраняющих важное мероприятие гвардейцев, замерших навытяжку.

– Спасибо, ты свободна, – отпустила я неловко переминающуюся с ноги на ногу эльфийку.

– Рада услужить королеве, – пискнула она и в мгновение ока скрылась из виду. Видимо, побежала рассказывать остальным обитателям дворца ошеломительную новость.

Я торопливо двинулась в сторону дверей.

– Вход запрещен, – сообщил один из гвардейцев.

– Разве? – вопросила я, иронично приподнимая бровь и подходя ближе, позволяя рассмотреть, кто это тут пожаловал.

Несколько мгновений гвардейцы разглядывали меня с выражением крайнего потрясения на лицах, а потом слаженно рухнули на одно колено, подобострастно выдохнув:

– Моя королева.

– Тихо, – шикнула я на них, подбираясь поближе к двери, когда услышала голос Растабана. – Встать.

Гвардейцы резко вскочили и снова вытянулись в струнку. Знаю, что не подобает мне теперь элементарно подслушивать под дверями, но иногда можно узнать таким способом много чего интересного.

– Позвольте представить нашу будущую королеву, принцессу Имирэль, – торжественно изрек младший Аль де Рамин.

– Так-так, – отозвался Цебальрай, – вы все-таки отыскали её. Тогда пусть продемонстрирует свои способности.

– Она так долго жила среди людей, что пока в полной мере не владеет ими, но её медальон однозначно доказывает, что это именно потерянная нами правительница, – снова пояснил брат Регула.

– Допустим, – услышала я незнакомый голос, – но как она будет править в столь юном возрасте, да еще пребывая наполовину человеком.

– Я предлагаю принцессе свою руку, – не замедлил Растабан, – и гарантирую совету, что обучать её будут наши лучшие мастера. Я же в свою очередь помогу принцессе разобраться в тонкостях управления государством.

– Никогда! – раздался полный негодования голос князя.

– А вот это решение принимать не тебе, братец, – язвительно заметил его оппонент.

Нет, ну каков нахал! Моё возмущение было готово выплеснуться наружу. Значит, князь был прав насчет этого проходимца…

– И если совет не против, – продолжил Растабан, – я официально предлагаю принцессе Имирэль руку и сердце.

– Совет не возражает, – через некоторое время отозвался снова незнакомый голос, – а что скажет сама юная особа? Согласна ли ты, принцесса Имирэль, принять предложение многоуважаемого князя Растабана аль де Рамина?

Так, по-моему, пора вмешаться… Я снова взмахнула руками, как тогда в Храме, и резные створки распахнулись, с грохотом ударившись о стену.

– Принцесса Имирэль отклоняет ваше предложение князь, – выдохнула я, входя в залу.

– Кто посмел? – раздалось шипение Растабана, обернувшегося ко мне и мгновенно замершего. Взгляды всех потрясенно оцепеневших присутствующих, которых оказалось около десятка, уставились на меня.

– Наконец-то, моя королева, – услышала я голос опускающегося на одно колено Регула, ласкающего меня сверкающим взглядом.

– Так-так, – задумчиво побарабанил пальцами по столу эльф, чей голос я слышала из-за двери, – похоже, князь Растабан, вы ошиблись. Принцессы больше нет – есть королева.

Действительно, существенная поправка. Теперь взгляды всех восседающих за круглым столом оценивающе обшаривали меня. Возраст присутствующих я определить не могла – они казались молодыми мужчинами, но некоторые с мудрыми старыми глазами, как и незнакомец, голос которого я слышала из-за двери. Лишь Цебальрай хищно смотрел на меня, задумчиво поглаживая подбородок.

– Но медальон… – истерично взвизгнула Гемма, прожигая меня отчаянным взглядом.

– Похоже, ты, подружка, забыла, – я поманила пальцем украшение, всё еще покоящееся на её груди и его мгновенно сдуло резким порывом ветра прямо мне в подставленную ладонь, – что это – МОЙ медальон, и ты носишь его с МОЕГО разрешения.

– Ты меня обманула, дрянь! – в бешенстве повернулся к Гемме Растабан и занес над ней руку для удара. – Испоганила все мои планы!

– Не смей! – хлестнула я, и Растабан медленно опустил руку, сжав её в кулак. – Регул, перестань подметать пол.

Князь послушно поднялся.

– Надеюсь, теперь у Совета нет вопросов относительно личности нашей королевы? – громогласно вопросил он.

– Теперь необходимость в Совете отпала, – согласился всё тот же эльф, а остальные начали подниматься, только Цебальрай остался на месте, не спуская с меня цепкого взгляда и сохраняя невозмутимое выражение лица. Так, похоже, всё же нужно опасаться этого холеного красавца. – После столь внушительной демонстрации и магических, и моральных качеств вашей новой королевы, мы можем откланяться. Ваше величество, примите наше искреннее восхищение.

– Благодарю, – я послушно подала руку для поцелуя.

– И всё же, – подал голос Цебальрай, – вы еще столь молоды и неопытны…

– Постараюсь справиться, – отозвалась я, не понимая, к чему он клонит.

– Но уже столь отважны. Поэтому, – выдержав эффектную паузу, продолжил эльф, – я предлагаю вам стать моей супругой.

Все потрясенно замерли, глядя на меня в ожидании ответа, да я и сама остолбенела. Столько предложений я не получала за всю свою жизнь, а тут в один день – два. Мда, прогресс налицо.

– Благодарю за лестное предложение, – фальшиво улыбнулась я, – но в перечень моих ближайших планов матримониальные точно не входят.

– Милая Имирэль, подумайте, – мгновенно поднявшись, не сдавался Цебальрай, – я предлагаю вам быть моей королевой, разделить со мной трон.

Я оглянулась на напряженно замершего Регула, и снова отрицательно покачала головой:

– Боюсь, мой ответ остается прежним. Ваш трон мне ни к чему, у меня, кажется, имеется собственный.

– Ну, хорошо, – немного плотоядно улыбнулся Цебальрай, – тогда беру в свидетели весь присутствующий здесь Совет. По закону Конклава в связи с длительным отсутствием законного правителя я, как ближайший сосед, имею право претендовать на ваши земли для обеспечения на них порядка. И вам, дорогая Имирэль, придется отстоять право владеть ими. Прошу Совет принести клятву невмешательства.

Я беспомощно оглянулась на помрачневшего Регула.

– Это худшее, чего можно было ожидать, – одними губами прошептал он.

– В лице государств, представляемых нами, приносим клятву невмешательства, – раздалось со всех сторон.

– Отлично, – довольно усмехнулся Цебальрай и наклонился к моему уху. – Я предложил вам самое простое решение, подумайте над моим предложением, – интимно прошептал он. – Так или иначе, я получу то, что мне хочется.

– Я подумаю, – потрясенно прошептала я ему.

– Всегда открыт для диалога, моя драгоценная королева, – уточнил он, чувственно целуя мою руку, – если передумаете, только дайте мне знать. А пока готовьтесь к битве – мои войска на подходе.

И он направился к выходу, а я успела заметить многозначительно сверкнувший в вороте рубашки медальон с полным набором камней.

От всего происходящего меня уже потихоньку начинала колотить крупная дрожь.

– Так, если мне кто-нибудь не объяснит, что всё это значит, – истерично начала я, – боюсь, последует безобразный скандал… И, пожалуйста, выделите покои ли'ин Гемме, её судьбу я решу немного позже. Глаз с неё не спускать!

Каждый член Совета вернулся на ранее занимаемое место, лишь кресло, на котором восседал Цебальрай пустовало, да Растабан лишил нас сомнительного удовольствия лицезреть его особу. Гемму, пребывающую в сильно расстроенном душевном состоянии по знаку Регула куда-то увели расторопные эльфийки и появившаяся словно из ниоткуда ещё одна пара гвардейцев.

– Прошу вас, – князь почтительно отодвинул свое кресло, предлагая мне сесть, чем я незамедлительно и воспользовалась, а сам неподвижной статуей застыл справа чуть позади меня.

Совет снисходительно ожидал конца моих маневров, но когда я окинула всех присутствующих изучающим взглядом, никто и не подумал начать разговор.

– Вопрос остается открытым, – напомнила я буравящим меня оценивающими взорами эльфам. Вот теперь-то мне стало понятно, что среди присутствующих особо юных не наблюдается – слишком серьезны и проницательны были взгляды, направленные на мою персону из-под ресниц.

– Думаю, мы не нарушим Клятву Невмешательства, если посвятим очаровательную Имирэль в те события, которые кажутся нам очевидными, а ей в новинку, – нарушил молчание всё тот же эльф, что вел переговоры с Растабаном, и оглядел своих соратников, задумчивыми кивками подтверждающих его правоту. – Цебальрай давно желал заполучить власть над этими землями – нашей древней родиной, но сделать это легитимным путем не представлялось возможным до сего времени. Не зря на сегодня был назначен Совет – ныне ровно двадцать лет с момента трагической гибели вашего почтенного отца. И если бы вы, истинная королева по рождению, не были найдены, Цебальрай законно стал бы новым правителем этой страны, основав новую династию четырехстихийных магов, ведь только они имеют право на трон. Мы предполагаем, что он причастен и к свержению вашего отца, и к оказанию помощи Силлуру, но, к сожалению, доподлинных доказательств этого нет. Теперь, когда его первоначальный план потерпел неудачу, он привел в действие запасной, тоже вполне законно обоснованный. Простите, милая Имирэль, но вам придется доказывать, что вы – достойный правитель.

– Путем гибели невинных жителей? – Негодующе фыркнула я, подавшись вперед.

– Увы, да, – развел руками эльф, – таковы наши древние традиции.

– Вопиюще жестокие традиции! – гневно вскрикнула я. – И почему нужно следовать каким-то глупым пережиткам прошлого?

– Осторожнее в словах, дорогая, – осуждающе покачал головой эльф, – за подобное непочтение к древним может последовать жестокая кара.

Я собралась было горячо возразить, но на мое плечо, успокаивая, легла теплая рука, и опрометчивые слова, готовые сорваться с губ, так и остались невысказанными.

– А теперь просим засвидетельствовать почтение вашему величеству, и позвольте всё же откланяться. Мы вышлем к вам своих наблюдателей, но больше вмешиваться не имеем права, – с легким полупоклоном встал эльф, остальные последовали его примеру, так и не приняв участия в разговоре, поочередно покидая зал собрания.