Текст книги "Неродственная связь (СИ)"
Автор книги: Ольга Джокер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)
Глава 34
***
Во рту появляется знакомый вкус: запретный и манящий. Напряжение зашкаливает.
Выбивать почву из-под ног Аслана Тахаева стало почти жизненной необходимостью, но есть одна небольшая загвоздка – он с такой же лёгкостью выбивает мою: словами, напором и действиями.
Я мягко касаюсь его губ, скользя кончиком языка по нижнему ряду зубов, чувствуя каждый изгиб и прохладную гладкость. Наши вдохи мешаются, становятся тягучими и насыщенным, как сладкий сироп. Запустив язык глубже, я ощущаю нарастающую вибрацию внизу живота.
Торопиться не хочется.
Мне нравится играть, дразнить и провоцировать. Балансировать на грани нежности и разврата.
Нет никаких преград, стеснений и табу. Каждый из нас делает то, что посчитает нужным, получив чёткий зелёный свет. Но при этом наши желания каким-то чудесным образом совпадают.
Я опускаю руку ниже и обхватываю твёрдый член под тканью штанов, убеждаясь, что Аслан уже давно и сильно заведён. Воспользовавшись моментом, сжимаю плотнее и медленно поглаживаю, чувствуя отклик на каждое движение.
Его тело крепкое, словно высечено из камня. Грудь, живот, бедра. Взгляд осознанный, разве что зрачки расширены. Когда я превращаю наш поцелуй в невесомый и невинный, Аслан тянется, чтобы сплестись с моим языком, но я увожу голову в сторону.
Теплые губы мажут по моим щекам и виску. Точечно попадают в шею и мочку уха, пробуждая волну мурашек по телу. Из мыслей всё исчезает: что в доме находятся родители, что буквально вчера я рассталась с Демьяном, а сам Аслан не вписывается в мою жизнь, но при этом словно создан, чтобы идеально вписываться в меня.
Я отстраняюсь и выпрямляюсь, подгибая под себя ноги. Потянув за край майки, поднимаю её вверх. С Дёмой я бы никогда не позволила себе быть такой раскованной и дерзкой – скорее всего, побоялась бы оступиться и показаться нелепой. С Асланом иначе. Возможно, потому что это вовсе не всерьез.
Карие глаза напротив становятся беспросветно-чёрными, спускаясь к груди. В них вспыхивает что-то дикое и необузданное, как пробуждённая стихия, готовая смести буквально всё на своем пути.
Мне весело и немного пьяно. Голова идет кругом, когда прохлада комнаты касается обнажённой кожи. Соски скукоживаются, умоляя о долгожданной ласке и наливаясь чувствительностью.
– Нравлюсь?
Я поднимаюсь на ноги, слегка пошатываясь и пытаясь поймать равновесие. Матрас подо мной хлипко пружинит. Аслан порывается схватить меня за руку, чтобы поддержать, но я лишь отступаю и сдерживаю прорывающийся смех.
– Для чего спрашиваешь, если ответ очевиден?
Сняв резинку с волос, я встряхиваю головой, позволяя прядям свободно рассыпаться по плечам. Дыхание спирает, сердце разгоняется до галопа. Я провожу рукой по шее, задерживаю пальцы в волосах и взбиваю их у корней.
– Скажи, – почти требую.
Аслан садится повыше, скрещивая руки и наблюдая за мной с лёгкой усмешкой, пока я импровизирую с ролью танцовщицы. На выручку приходят годы, проведённые в эстрадно-спортивном коллективе, и капелька безбашенности, которая добавляет движениям пластичности.
– Да, нравишься.
Моя грудь тяжело подпрыгивает в такт. Я кажусь себе красивой, женственной и невероятно привлекательной – возможно, как никогда прежде.
Когда Аслан только переехал к нам, он заявил, что дрочить на мои сиськи не собирается, но сейчас я уверена в другом: попроси его об этом, он бы не устоял. Он уже во многом мне сдался.
– Надеюсь, ты искренне раскаиваешься за то, что не хотел вчера со мной трахаться…
Я снимаю шорты, опуская их до самых щиколоток и аккуратно переступая через шелковую ткань. К щекам приливает жар, пульс начинает стучать гораздо быстрее. Кровать жалостливо поскрипывает, реагируя на каждый мой шаг.
– Я до сих пор считаю, что ты зря ко мне пришла, – отрывисто произносит Аслан.
Сдержать протест разочарования почти невозможно. Я фыркаю, но, пропустив мимо ушей неуместное замечание, тянусь к резинке чёрных стринг без кружев и сетки, натягивая их до самой талии. Удерживаться до свадьбы я, конечно же, не планировала. Пусть даже Аслан считает меня легкомысленной и доступной.
– Мой глупый умный мальчик, – тихо говорю я с лёгкой улыбкой. – Мог бы и подыграть, ведь в итоге ты всё равно не отказался.
– Не отказался, – вторит он, протягивая руку. – Иди сюда, Алин…
Аслан требовательно зовёт. Его взгляд настойчивый и прямой, не оставляющий мне выбора, кроме как поддаться. Я, не раздумывая, тянусь к нему навстречу.
Всё же здорово иметь сводного брата. В буквальном смысле.
Перекинув ногу через его бедро, я устраиваюсь у него на коленях, выпрямляя спину. В моих фантазиях танец выглядел гораздо более эротично, чем в реальности. Из меня соблазнительница так себе, но внушительный бугор, выпирающий под штанами, вселяет уверенность в собственных силах.
– Аплодисменты будут?
Аслан проскальзывает ладонью под стринги, накрывает мою промежность и осторожно вводит один палец. Я делаю вдох-выдох. Внутри всё сжимается и тянет в ответ. Звуки влажные, воздух густой и вязкий. Кажется, будто я задохнусь, если не заполучу большее.
– Будут, – чётко обещает.
Я киваю и начинаю двигаться на его руке, скользя вверх и вниз. Пульс гулко отдаётся в висках, а грохот сердца за грудной клеткой оглушает. Весь мир сжимается до этого момента.
Ещё недавно мне казалось, что я повременю с сексом, но боль ушла, оставив после себя навязчивое желание попробовать ещё хотя бы раз или два. Пока не надоест…
Аслан прекращает ласки настолько спонтанно, что я едва не хнычу. Он избавляется от футболки и приспускает штаны вместе с бельем, высвобождая эрегированный член. При ярком свете комнаты он кажется просто огромным, заманчиво и призывно покачиваясь.
Вскрыв упаковку и прижав к головке кружочек латекса, Аслан раскатывает защиту по всей длине, а я внимательно слежу за каждым его отточенным действием, думая, что в будущем это может пригодиться. Сомневаюсь, что с кем-то другим у меня будет возможность наблюдать процесс так близко и с таким интересом.
Протянув руку Аслану, я полностью передаю ему инициативу. Внутри пылает жар, а внизу живота ощущается тяжесть, налитая свинцом. Как только член касается входа, вся раскованность мгновенно сменяется цепенеющим страхом. Не решаясь действовать самостоятельно, я уступаю это право ему, хотя всего несколько секунд назад назад увлечённо трахала длинные мужские пальцы. Казалось бы, движения похожи, но нет.
Ждать долго не приходится: Аслан оттягивает мои стринги, крепко сжимает бёдра и медленно опускает их на себя. Резко. До самого упора. Вскрик срывается с моих губ, но тонет в жадном поцелуе, от которого я окончательно теряю контроль над собой.
По телу рассыпаются искры, между ног печёт. Мне невыносимо жарко, остро и тесно. Несмотря на то, что я сверху, – Аслан ведёт, поднимая и опуская меня. Полностью погружая в запредельные ощущения.
– Не больно?
Я вжимаюсь в его плечи, чувствуя под ладонями напряжение мышц. Аслан спрашивает что-то прямо в губы, его дыхание касается моей кожи, но я слишком дезориентирована, чтобы ответить или пошутить, утопая в вихре эмоций. Его пальцы мнут мои ягодицы, усиливая каждый толчок, делая его сильнее, глубже и заставляя теряться в ускоряющемся ритме.
– Ещё… – сипло прошу.
Аслан подкидывает меня вверх, моя грудь подпрыгивает, соски попадают в плен губ. Дыхание сбивается и становится рваным. Он словно пронзает меня насквозь, оставляя за собой жаркий след и чувство полной покорённости.
Когда я, наконец, снова обретаю контроль над своим телом и мыслями, то прижимаю грудь к теплому рту, чтобы максимально продлить эйфорию. Язык чертит круг вокруг ареолы. Между ног влажно и скользко, наши тела тесно соприкасаются, переплетаясь в сумасшедшем, едином темпе.
– Ещё, пожалуйста…
Воздух со свистом вырывается из лёгких, пальцы ног поджимаются, и хочется задержаться внизу подольше, прижавшись пульсирующей плотью к его крепкому телу. Я почти привыкаю к ширине и размеру, и тупая боль постепенно сменяется волной удовольствия.
– Это лучше математики, правда? – спрашиваю с ноткой вызова. Но тут же отвлекаюсь на отчётливый стук, прерывающий интимный момент и откровенные разговоры.
Аслан бросает взгляд на дверь, потом снова на меня. Затем откидывается, ударяясь затылком об изголовье кровати. Чувство опасности и паники охватывает с головой, и моё сердце начинает колотиться с бешеной скоростью на грани срыва.
– Что? Я занят! – громко выкрикивает, отчетливее стискивая мои бёдра. Более того, его движения становятся резче, как вызов всем помехам и преградам.
Прерваться кажется катастрофой. Самой настоящей. Не сейчас, когда я сгораю от кайфа и жажды близости. Когда всё внутри пылает, требуя большего. Когда каждое проникновение усиливает сладкое предвкушение, затягивая глубже и не оставляя шанса закончить.
– Ужинать будешь? – спрашивает Дина.
Аслан расфокусировано смотрит на мои губы. Его взгляд голодный и поплывший. Я целую мощную шею и трусь об неё носом, вдыхая легкий запах пота и кожи.
Ответ звучит грубо и невозмутимо. Даже не скажешь, что Аслан на пределе, что его член жестко таранит меня, а мускулы напряжены, словно он готов вот-вот потерять самообладание. Кто бы мог подумать, что у него такие актёрские способности…
– Алина у тебя? – обеспокоено интересуется мачеха.
Я растягиваю губы в улыбке, покачиваясь вперёд и назад. Чувствуется, будто член проникает до самого пупка и давит на органы – настолько глубоко и плотно он заполняет меня.
– На тебе, – шепчу Аслану на ухо, подсказывая и сбивая.
С груди прорывается короткий смешок. Ладонь звонко ударяет меня по ягодице, заставляя вздрогнуть и охнуть от неожиданности.
– Дурная девка, – тихо бросает он, а затем чуть громче, для Дины: – Поищи у бассейна.
Судя по тому, что вопросов больше не следует, мачеха всё-таки ушла. Это значит, что у нас есть максимум две-три минуты, чтобы довести начатое до конца.
Аслан прижимает меня к себе, переворачивает на спину и нависает сверху. Мои ноги согнуты в коленях, волосы разметались по подушке. Свет люстры ярко слепит, вызывая влагу в уголках глаз.
Следующие мгновения проносятся вспышкой: покачивающаяся серебряная цепочка, сдавленные стоны, волнующие запахи и серия толчков.
Чистое безумие. Полное доверие. И беспрекословное подчинение. Оно размазывает меня по стеночке и подсаживает на крючок.
Мучительное нытье под пупком усиливается, достигая точки кипения. Аслан смачивает пальцы слюной, находит клитор и нажимает на него с нужной интенсивностью, загоняя в меня член.
Накопленное возбуждение, словно огненный шар, разливается жаром по всему телу, захватывая каждую клетку и заставляя меня резко дёрнуться, как от удара электрического тока. Изображение перед глазами расплывается, теряя очертания. Внутри всё плавится, оставляя приятное чувство опустошения, тягучего блаженства и тихой радости.
Глава 35
***
Воскресенье – это день, чтобы полностью посвятить себя уходу: стрижка, маникюр, визит к косметологу и другие небольшие, но важные процедуры. Это мой способ отвлечься и подготовиться к новой неделе, чтобы в понедельник предстать в универе во всей красе.
Будильник я завожу на пару часов раньше, желая неспешно насладиться каждым этапом. Аккуратно укладываю волосы, делаю макияж, подбираю украшения и тщательно продумываю образ.
В зеркале отражается ухоженная, спокойная и настроенная на победу девушка. Легкая самоуверенная улыбка, цепкий взгляд. Я в объемном свитере нежного молочного оттенка, клетчатой мини-юбке и высоких сапогах на массивной подошве. Сегодня я настроена завоевать мир или, по крайней мере, сильно щелкнуть Демьяна по носу.
Вчера я выложила в сторис распаковку нового телефона, добавив подпись с изрядной долей пафоса. Получилось забавно, но фраза «Каждый заслуживает свою сказку» улетела в сеть без тени сомнений.
Конечно, Дёма был среди первых зрителей. Могу поспорить, он кипел от злости и раздражения. И это только подогревало моё удовольствие – хотелось задеть его ещё сильнее.
Спускаясь на первый этаж, я застаю Аслана, который на ходу пьет кофе. На нем бесформенная толстовка и тёмные штаны, а на плече – рюкзак с изношенными ремнями, явно видавший немало. У плиты хлопочет Дина, и её присутствие удерживает меня от того, чтобы полностью погрузиться в откровенные воспоминания этих выходных.
– Доброе утро! – громко приветствую, выходя из-за лестницы.
Аслан оборачивается, наши взгляды пересекаются, и меня словно прошибает разрядом. Стоп-кран в виде мачехи мгновенно перестаёт работать, и в голове всплывает образ сводного брата без одежды, его прерывистое дыхание и то, как жадно его руки сжимали мои бёдра, оставляя на коже мелкие синяки.
– О, ты выглядишь, как богиня, – отмечает Дина, отрываясь от готовки. – Где купила такой свитер?
Я на автомате называю первый попавшийся магазин, избегая смотреть на Аслана. Надеюсь, ему тоже нелегко сохранять спокойствие, как и мне. Иначе будет обидно – отыгрывать невозмутимость казалось куда проще в теории.
– Папа уже уехал? – спрашиваю, оглядываясь по сторонам. – Хотела попросить, чтобы он подвёз меня до универа.
Мачеха выключает плиту и смахивает муку с фартука.
– Да, ещё в семь утра, – отвечает она. – Встречает какую-то иностранную делегацию.
– Блин, ясно.
Я с трудом вытаскиваю телефон из сумки, слегка помяв тетради, которые еле втиснулись в отделение. В спешке утренних сборов я упустила из виду одно: Демьян больше за мной не заезжает, а такси придётся ждать, и, судя по опыту, это может затянуться надолго.
Чересчур громкий стук чашки о столешницу заставляет меня вздрогнуть. Аслан проводит рукой по коротким волосам и смотрит на меня исподлобья. Кстати, в детстве у него была стрижка длиннее, и я точно помню, как его волосы, непослушные и вьющиеся, казались мне безумно красивыми.
– Поехали.
Я прочищаю горло, чувствуя, как оно слегка пересохло. Дина, не понимая, что происходит, сжимается. Наверное, она ожидает, что я отвечу Аслану с иронией или подколкой, но, если честно, мне давно уже не хочется этого делать.
– Хорошо, – после короткой паузы соглашаюсь. – Мне нужно пару минут.
На улице холодно и моросит мелкий дождь. Я перебираю верхнюю одежду, никак не решаясь: пиджак, утеплённая рубашка или кожаная куртка. Наконец, выбрав последнюю, набрасываю её на плечи, пока Аслан проходит мимо меня, направляясь разогреть машину.
Дина предлагает перекусить, выпить чаю или кофе, но я решительно отказываюсь – опаздывать мне не хочется. Она жалуется на плохое самочувствие и зачем-то извиняется, что не сможет меня подвезти. В конце концов, никто не виноват в том, что я так и не нахожу времени заняться уроками вождения.
Скрываясь под навесом и быстро шагая по узкой тропинке, я подхожу к синему «Форду». Отряхнув куртку от нескольких капель дождя, открываю козырёк и заглядываю в зеркало, чтобы убедиться: причёска в порядке, макияж не поплыл.
В салоне по-прежнему доминирует резкий запах бензина и машинного масла, но сквозь него проступают терпкие ноты мужского парфюма с мускусом и пряной древесиной. Теперь я знаю, что это аромат Аслана.
Я успела запомнить его запах в разных состояниях: после душа – свежий и чистый, перед университетом – бодрящий, после пробежки – более насыщенный, с лёгким солоноватым оттенком. Но сильнее всего меня захватывает, когда он кончает: его аромат становится тёплым, откровенным, наполненным искренними эмоциями.
В дороге мы молчим, я занята чтением сообщений в соцсетях. Стоило мне попасть в скандал, как на мою страницу тут же набросилась толпа сплетников. Они, словно хищники, учуявшие добычу, разлетелись по моим постам и сторис, делая репосты и наверняка строя догадки и теории. Снимки с Демьяном я пока не успела убрать из профиля. Жаль, наверное, потому что мы были безумно подходящей парой.
Я пока не представляю, как буду держаться в университете, но знаю одно: большинство на моей стороне. Никто не терпит лжецов и предателей, и хотя мой поступок – публикация интимного видео – был жестоким, он обернулся в мою пользу.
– Где тебя высадить? – спрашивает Аслан, когда мы въезжаем в город.
Погода проясняется, и солнечные лучи начинают пробиваться сквозь тучи. Похоже, к моменту, когда мы доедем, зонт мне уже не понадобится, и я смогу оставить его в машине.
– Где-нибудь пораньше – не хочу светиться.
– За перекрестком нормально?
– Да, супер.
Мне не нужно было объяснять причину – Аслан и так понял, иначе довёз бы прямо до парковки. В первый учебный день я сама отказалась выходить на виду из синего «Форда», и сейчас мало что изменилось. Разве что теперь мы с его владельцем трахаемся.
Аслан останавливается максимально близко, но так, чтобы скрыться от посторонних глаз. Он барабанит пальцами по рулю, расслаблено откинувшись на спинку сиденья.
Поездка была быстрой и удобной – мы избежали пробок и, вопреки моим опасениям, машина не подвела, хотя временами казалось, что она вот-вот развалится по пути.
– Спасибо, – говорю напоследок, потянувшись к дверной ручке. – В последнее время ты такой зайка.
– Не то слово.
Повернув голову, замечаю, как уголки его губ слегка подрагивают. Улыбка у Аслана – редкость, и именно поэтому малейшее проявление эмоций кажется каким-то особенным.
– Даже не знаю, смогу ли я когда-нибудь тебя по-настоящему отблагодарить.
Решив оставить последнее слово за собой, я выхожу из салона и тихо закрываю дверь, оглядываясь вокруг, чтобы найти кратчайший путь к универу. Автомобиль почти сразу отъезжает, визжа шинами по асфальту и оставляя облако пыли.
У центрального корпуса меня уже ждёт Лера с двумя стаканчиками ванильного рафа. Сладкий, обволакивающий аромат тут же поднимает мне настроение. Тёплый пар приятно согревает руки, а нежная сливочная пенка оставляет мягкий след на губах.
Направляясь к аудитории, я то и дело осекаю Лерину нерешительность. Последнее, что мне сейчас нужно, – это преждевременная паника и вопросы, на которые у меня пока нет ответов. Какая разница, что скажут остальные и будут ли шептаться однокурсники?
На самом деле – будут.
Эта мысль окончательно закрепляется, когда я вхожу в помещение. Преподавателя ещё нет, шум постепенно нарастает. Я на мгновение замираю у входа, оглядываю переполненные ряды и выбираю, где лучше устроиться.
Наверху сидят Тим, Матвей и Дёма. Ники с ними нет – мне всё равно, где она, но, откровенно говоря, я боялась увидеть, как они с Демьяном будут тесно прижиматься друг к другу. Это смешно, учитывая, что наедине они позволяли себе гораздо большее. Просто чувства не выключишь по щелчку пальцев.
Я опускаю взгляд ниже и нервно сглатываю, замечая Аслана, погружённого в телефон и полностью отстранённого от происходящего вокруг. Наверное, проще всего было бы не обращать внимания на чужие мнения и сесть рядом с ним, но я отбрасываю эту идею почти сразу.
– Аль, иди к нам! – дружелюбно машет мне Оля из среднего ряда – приятная блондинка с короткой стрижкой, которая уже не раз подходила, чтобы узнать, где я покупала ту или иную вещь.
Стараясь не смотреть на Демьяна, чей взгляд, кажется, прожигает во мне дыру, я хватаю Леру за руку и поднимаюсь к девчонкам.
Глава 36
***
Ника появляется в универе в среду, вызывая очередную волну ажиотажа среди одногруппников. Наверняка, не меньшую, чем та, что поднялась вокруг меня.
Она выглядит хорошо. Даже слишком. Яркий макияж, волосы, собранные в высокий хвост, и длинное шоколадное платье с глубоким вырезом – в точности по последнему тренду сезона.
Правда, пересекаться со мной взглядами она избегает. Держит дистанцию. На переменах прячется, но замечает, как вокруг меня вьются новые подруги.
Сама того не желая, я обзавелась крепкой поддержкой – большинство девчонок теперь на моей стороне. Я ведь предупреждала, что предательство не прощаю и за него уничтожу. Но Ника, кажется, не восприняла это всерьёз, слишком полагаясь на свою уверенность в неуязвимости.
На большой перемене мы направляемся в столовую. Готовят здесь так себе, поэтому я обычно не рискую с чем-то серьёзным – ограничиваюсь малиновым чаем и эклером с заварным кремом. Очередь тянется медленно, и я успеваю краем глаза заметить Нику: она стоит чуть поодаль и ждёт, что кто-то из нас подойдёт и позовёт её за стол.
Но никто не зовёт. Мы просто проходим мимо, будто она – тень, не стоящая внимания. Девчонки рядом со мной оживлённо переговариваются, кто-то едва слышно смеётся. А я просто делаю вид, что сосредоточена на чем угодно, но только не на ней.
Устроившись за столом в окружении шумной компании, я с интересом слушаю догадки о том, что происходит в отношениях Ники и Демьяна. Мне льстит внимание, даже если причина для этого далеко не самая приятная.
Горе-любовники отказались сесть рядом. Бывшая подруга выбрала место в том же ряду, но на самом краю, ближе к Матвею. И я не могу понять: это потому, что она действительно меня боится, или потому, что между ними всё закончено?
Хотелось бы, чтобы мне было всё равно, но пока не получается полностью абстрагироваться.
Наш быстрый перекус подходит к завершению. Я уношу поднос с остатками еды и пустым картонным стаканчиком к урне. Но внезапно передо мной, словно из ниоткуда, появляется Демьян, перекрывая дорогу к выходу и держа руки в карманах пальто.
Гул за спиной впечатляет. Мне непонятно, откуда у него хватило смелости подойти, ведь, несмотря на привлекательную внешность, отличную фигуру и довольно неплохой член, который было чётко видно на компрометирующем видео, к нему настроены враждебно.
– Аль, давай поговорим?
Дёма откидывает челку со лба и шумно выдыхает. Он вовсе не выглядит смущённым – напротив, в его взгляде читается упрямство и дерзкая решимость. Кажется, что мнение остальных для него не имеет никакого значения.
– Чего тебе? – зло бросаю, поправляя сумку на плече и мельком глядя на наручные часы. Давая понять, что у меня нет времени на пустые разговоры.
Я по-прежнему считаю его одним из самых красивых парней, которых встречала, и уверена, что мы могли бы быть отличной парой. Но каждый раз, когда я вспоминаю, сколько у нас несовпадений, это чувство оборачивается досадой.
– Почему ты отсела, Аль? Ладно, на меня злишься, но при чём тут Тим и Мот?
Демьян разводит руками, явно не понимая. Смотрит внимательно, цепко. Прощупывает мое отношение к нему. Есть ли шанс? Небольшая зацепка? Стоит мне подать знак – и он воспользуется, ведь наше будущее планировала не только я.
– А разве они не с тобой заодно? Всё прекрасно знали и покрывали, – отвечаю, заводясь за считанные секунды. – Вот такая у нас дружба. Мне почему-то казалось, что у неё должны быть другие критерии.
– Брось, Аль. Возвращайся, – он говорит мягко, почти примирительно. – Видишь же, что с Никой у нас ничего нет и не может быть. Я резко оборвал с ней в тот день, когда ты ушла. Могу попросить её сменить место, если дело только в этом.
– Знаешь, Полищук, это даже как-то некрасиво. Не по-мужски...
Я усмехаюсь, чувствуя странную смесь горечи и облегчения. Неужели та мимолётная связь действительно стоила всего этого? Неужели Дёма наивно верил, что правда никогда не всплывёт?
– Для меня это важно…
Мимо нас проходят студенты, бросая любопытные взгляды. Этот разговор вовсе не похож на скандал: я не ищу ни помощи, ни защиты. Всё выглядит спокойно, даже холодно – просто двое людей, которым больше нечего показывать и незачем быть вместе.
– Этот маневр ничего не изменит, Дём. Я буду сидеть там, где мне удобно, – твёрдо заявляю. – И хватит ходить за мной по пятам. Я уже не девственница, так что твоя навязчивая идея стать у меня первым – абсолютно неосуществима.
Спокойно выйти из столовой мне не удается – на запястье сжимаются пальцы. Хватка не сильная, но ощутимо дискомфортная. Приходится обернуться, недовольно поджав губы. Судя растерянному выражению лица, мои слова действительно задели Демьяна.
– Ты врёшь, – цедит он.
С трудом сдерживая смех, я улыбаюсь.
– Нет, не вру. У нас уже было два раза – назло тебе.
Дёма выглядит ошарашенным. Его рука бессильно опускается, а вдох становится медленным и прерывистым – он отчаянно пытается переварить услышанное.
– И кто он, Аль?
Никогда бы не подумала, что злить бывшего парня может быть так увлекательно. Слова срываются сами собой, будто кто-то подбрасывает их мне на язык, и я наблюдаю, как каждая фраза заставляет его всё сильнее напрягаться.
– Один классный, привлекательный и щедрый мужчина, который давно ждал подходящего момента, чтобы встречаться со мной, – увлеченно отвечаю. – Я вспомнила твои слова, решила, что моя вагина далеко не золотая, и поехала к нему. Занялась сексом в роскошной обстановке, с оргазмами и комплиментами, как и мечтала…
В стену врезается кулак, и гулкий звук разносится по помещению. Демьян старается подавить рвущиеся наружу эмоции, однако ему это плохо удаётся. Этот жест, возможно, должен был меня остановить, но нет. Он лишь раззадоривает, подливая масла в огонь.
– Имя у него есть?
Я пожимаю плечами, осторожно протискиваюсь в тесном проходе и ухожу прочь, чувствуя, как сердце бьётся быстрее. Однако полного удовлетворения нет – что-то осталось висеть недосказанным. Почему-то кажется, что Дёма мне не поверил. Вернее, не до конца.
На паре у Виктора Ивановича я достаю телефон и решаю написать сообщение Аслану.
«Ты мне нужен»
Глядя на короткостриженый затылок, я не надеюсь, что он отвлечется, потому что занятие в самом разгаре. Но Тахаев, не колеблясь, берёт телефон и, опустив его под стол, начинает набирать ответ.
«По поводу?»
«Встретимся в кофейне за углом после занятий. Я обо всем детально расскажу»
Не оставляя выбора, я жду положительной реакции. И она приходит.
