Текст книги "Неталантливая девочка (СИ)"
Автор книги: Олена Бланка
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц)
Глава 3.09
Андрей
Мои движения по квартире хаотичны. Меня распирает от противоречивых чувств. Я злюсь и негодую. Еще хочу врезать кое-кому. Поэтому срочно в Москву, домой и расставить точки над "i" немедленно!
Смотрю расписание самолетов в приложении. Надо все делать очень быстрою!
Принимаю душ, переодеваюсь. Проверяю бумажник, документы. Все на месте. Натягиваю кроссовки и вспоминаю, что Герман Аркадьевич приглашал меня завтра утром на рыбалку. Черт! Смотрю на часы. Уже половина одиннадцатого. Неудобно звонить, чтобы все отменить.
– Алиса, извинись от моего имени перед своим отцом, пожалуйста.
– Не переживай. Я скажу ему, что тебе экстренно пришлось отправиться в экспедицию в Антарктиду для изучения фольклора пингвинов, – произносит она с совершенно серьезным лицом. – Уверена, он поймет.
Останавливаюсь. Смотрю на нее. Я опять где-то проебался?
Подхожу, сгребаю в объятия, игнорирую тот факт, что в ответ меня не обнимают.
– Ты жестокая девочка. Вдруг я что-нибудь отморожу в Антарктиде? Тебе меня не жалко?
– Жалко. И еще я не понимаю твою спешку. Куда ты ринулся на ночь глядя?
– Есть самолет в полпервого. Я еще могу успеть.
– Ага. Прилетишь в Москву в два часа ночи и что будешь делать?
Молчу. Что тут скажешь? Я совсем не подумал о том, что ночью люди спят. И вытряхивать из кровати отца с его-то здоровьем вообще плохая идея.
Скидываю кроссовки, подхватываю Алису под попу, поднимаю. Она легкая, как ребенок.
Гладит меня по лицу своими нежными ручками и приговаривает:
– Поспишь. Отдохнешь. Потом спокойно полетишь в Москву. Утро вечера мудренее. Слышал такую поговорку?
– М-м-м…. Отличная идея. Ты умна не по годам.
Целуемся. Ласкаемся языками. Тремся носами. Мои руки мнут упругие ягодицы. Ее ноги обхватывают мою талию. Не хочу расставаться с ней ни на минуту.
– Поехали вместе со мной.
– Я не могу сейчас. У меня выставка, и экскурсии.
– А когда сможешь?
– После открытия смогу приехать на пару дней.
Опять замолкаем. Пока все выглядит не просто. У меня вся жизнь в Москве, у нее здесь. Но я уверен, что мы найдем выход. Решим как нам быть вместе, ведь быть отдельно уже совсем не вариант.
* * *
В десять утра вхожу в особняк родителей. Суббота. Все дома. Слышу голоса мамы и папы на кухне. Но сам иду прямиком на второй этаж, в комнату Лехи.
Странно, но его нет. Однако компьютер включен, значит ушел он недалеко и скоро объявится.
Сажусь в кресло. Осматриваюсь.
Здесь по-прежнему мрачно и неуютно. Шторы как всегда задернуты, воздух спертый, везде навалена одежда. Брат не разрешает прибираться у него в комнате, но и сам не отличается аккуратностью.
Беру книгу, лежащую на кровати. Это «Метро 2033».
– Можно не входить ко мне, когда меня нет! – предъявляет он, появляясь на пороге через пару минут.
– Привет, брат, – протягиваю руку, привставая с кресла.
Игнорирую его недовольство. За ночь я успокоился, и желание «махать шашкой» пропало напрочь. Хочу все выяснить спокойно.
Леха делает шаг навстречу и тоже протягивает руку. Я крепко сжимаю его ладонь, смотрю прямо ему в глаза и задаю самый главный вопрос:
– Зачем ты заказал рейдерский захват?
Он пугается. Отводит взгляд. Пытается вырваться из моего захвата, но я не отпускаю.
– Мне все известно. И я просто хочу понять причину, – продолжаю давить. – Обещаю, что убивать не буду.
– Я не хотел, чтобы все так случилось, – тихо отвечает он.
Я выдыхаю. Значит не ошибся. Но расслабляться рано.
– Рассказывай все по-порядку.
– Мы просто общались.
– С кем?
– С психологом. Она проводила тестирование в гимназии. Один раз я ляпнул, что ненавижу отца и хотел бы отомстить ему.
– Отомстить? За что?
– За все! Он маму бросил! Она страдала из-за этого и болела. Потом умерла. И тогда он решил проявить благородство! Как щенка бездомного меня приютил. Типа благодетель. Сам даже не разговаривает со мной. На собрания в гимназию и то тетя Соня приезжала.
Что тут скажешь? С отцом бывает непросто. Он мало того, что трудоголик, так и еще и по характеру не самый разговорчивый. Я от этого никогда не страдал, потому что у меня всегда рядом была мама, а вот Леха действительно оказался один.
Я тоже подкачал, надо признать. Нормально с братом и не общался. Поход в стриптиз клуб – все, на что хватило моей фантазии.
– Эта психологиня сказала, что может мне помочь, – продолжает Леха свой рассказ. – Познакомила со своим другом. Тот предложил отнять «Эле-ком», потому что лучшая месть – лишить человека того, что ему дороже всего на свете.
– И ты стал сливать ему информация с компьютера отца?
Кивает молча.
– Значит твоя програмка там стоит?
– Да.
– Хороший продукт. Твои бы способности, да в мирное русло.
Что делать дальше? Вот в чем вопрос.
С одной стороны, можно было бы все забыть. Леху мне жаль и, конечно, никакой ненависти я к нему не испытываю. Даже в каком-то смысле сочувствую ему. К тому же сама затея провалилась.
С другой, разве можно позволить этой наглой провокаторше Минц дальше творить такие дела? Но сможем ли мы что-то сделать, чтобы остановить ее? Доказательств у нас никаких, а еще ее брат в МВД.
– Ладно, – говорю. – Пошли сдаваться отцу. Я понимаю, что у вас отношения не очень. Но других родственников у тебя уже не будет. Только я и он.
Глава 3.10
Через полгода
Андрей
– Приземлилась? – задаю вопрос, как только в трубке раздается тихое «Алло».
– Да, уже в такси.
– Извини, что не получилось встретить.
– Да ладно, что я маленькая что ли?
Не маленькая. И не принцесса. Очень даже самостоятельная и самодостаточная девушка, что иногда меня подбешивает. Но Алиса обычно сразу это улавливает и делает все, чтобы я ощутил свою значимость.
– Я очень соскучилась. Как у вас там все продвигается?
– Все отлично! В шесть подписываем последние бумаги, и я свободен.
– Прекрасно. Мы ждем тебя с нетерпением.
– Мы?
– Я и Маша.
Конечно! Как я мог забыть про Машу Воронцову? Эта своенравная кошка вечно норовит устроиться в кровати между нами. Однако, «мы в ответе за тех, кого спасли», поэтому я терплю.
– Андрей Андреевич, проходите, – приглашает меня секретарь.
– Нам надо будет кое-что обсудить, – одновременно произносит Алиса.
– Что именно?
– Сейчас неудобно говорить. Все узнаешь, когда придешь.
– Намекни, хотя бы, о чем речь, – делаю последнюю попытку что-то выяснить.
– Нет, Юрасов. Никаких подсказок, – отвечает эта коварная и отключается.
Вот так всегда! Ни капли сострадания! Придется мучиться в догадках ближайшие несколько часов.
Вообще, мы уже должны были вылететь на отдых в Таиланд. Неделю назад. Но сделка по слиянию «Эле-ком» с «АВС-инжиниринг» затянулась, а я не мог оставить отца одного решать все юридические формальности, сопутствующие этому сложному процессу.
Алиса тоже отказалась путешествовать без меня. При этом никаких обид и капризов. Мои проблемы, заботы, интересы, желания всегда важны для нее. Ощущаю это каждый день, каждый час, каждую минуту. И это взаимно.
Вхожу в зал для переговоров, где собрались все заинтересованные лица. Отец и Пергов уже сидят за столом. Сегодня происходит по сути историческое событие для нашей семьи, поскольку компания «Эле-ком» теряет самостоятельность и становится структурным подразделением огромного холдинга.
Эта сделка – совместное решение, принятое после Лехиного эпичного признания. Разговор, который тогда состоялся у нас с отцом был нервный, напряженный, неприятный, но очень важный для всех. Ведь как ни крути, ни один из нас не был безупречен, все напортачили. К счастью, мы смогли услышать, понять, простить друг друга и... сблизиться.
Ну а после подписания бумаг, у всех нас начнется новая жизнь.
Андрей Андреевич Юрасов официально, снимет с себя полномочия генерального директора, сохраняя только почетное место в составе совета директоров «АВС-инжиниринг». В прошлом останутся бесконечная гонка за выгодными контрактами и работа в режиме нон-стоп. Мама и его кардиолог тихонько аплодируют в сторонке.
Я тоже больше не буду привязан к семейному бизнесу, а значит смогу наконец полноценно развивать свою студию и более активно заниматься продюсированием, о чем давно мечтаю.
Что касается Лехи, то он уже поступил в Бауманку. Сам. На бюджет. Мы все очень гордимся им и надеемся, что в ближайшем будущем он будет вершить великие дела на попроще информационных технологий. По крайне мере все задатки у него для этого есть.
Да, и еще. Отец подключил все свои связи и знакомства, чтобы уничтожить Инну Минц. Не физически, естественно. В прессе и на просторах интернета была проведена очень грамотная кампания против ее «Центра личностного роста». Сарафанное радио тоже сработало на отлично. В итоге большинство состоятельных клиентов отказались от ее услуг, и она покинула Россию, насколько мне известно.
Сейчас же я нетерпеливо взираю на отца и Пергова. Давайте уже, ставьте быстрее свои автографы! Мне надо домой. Меня там ждут!
* * *
Алиса
Кто сказал что кошки привязываются не к человеку, а к месту? Последние несколько месяцев мы постоянно перемещаемся. Питер – Москва, Москва – Питер. По сути живем на два города. Маша путешествует с нами, и по-моему ей это нравится. Иначе зачем бы она с таким энтузиазмом запрыгивала в переноску каждый раз, когда я начинаю упаковывать свою сумку?
Захожу в квартиру. Опускаю вещи на пол. Освобождаю кошку, которая мгновенно устремляется на кухню. Сама снимаю обувь и ставлю рядом с кроссовками Андрея. Мне нравится, как это выглядит. На вешалке висит одна из его курток. Утыкаюсь в нее носом, вдыхаю родной запах и прикрываю глаза от удовольствия. Я на самом деле соскучилась, хотя расстались мы три дня назад.
Наши жизни так быстро и тесно переплелись, что иногда мне кажется это нереальным.
Андрей отлично поладил с моим отцом и Галей. Успел за три месяца, что мы вместе, влюбить в себя Лору, хотя общались они исключительно по телефону, а также познакомиться со всеми, с кем я взаимодействую по работе и по жизни. Даже с Кармановым. Правда в последнем случае подозреваю был какой-то дополнительный мотив, кроме желания узнать, чем я живу.
Тоже самое могу сказать про себя. Мы ездили с Юрасовым в гости к его студенческому другу Денису Воронцу, несколько раз зависали в компании Димы Марусева, проводили время в студии звукозаписи с Зипом. Везде и всем я была представлена, как любимая и единственная. Хотя самого признания ни разу не прозвучало. Ни с его, ни с моей стороны. Но мне не кажется, что слова что-то могут поменять между нами.
И намного больше любых слов для меня значило то, как смело он взял меня за руку и ввел в свою семью, несмотря на мое сомнительное прошлое.
Софья Михайловна вроде была слегка удивлена такому повороту событий, но ничего не сказала. Андрей Юрьевич же был откровенно рад, что бесконечным похождениям его отпрыска пришел конец. Ведь пришел? Об этом я как-то не задумываюсь.
Андрей не дает ни малейшего повода в нем сомневаться. Порой я его совсем не узнаю. То каким он был при нашем знакомстве и то, каким стал теперь – это два разных человека. И мне даже кажется, что раньше он носил какую-то маску, которая позволяла ему соответствовать той среде, в которой он обитал. Да, вот такой я мальчик-тусовщик, ни о чем не думаю, ни на чем и ни на ком не задерживаюсь.
Конечно, мы оба еще только учимся быть в отношениях. Но делаем это с большим желанием. И я очень рада, что на этот раз у меня равный партнер, а не ментор, пытающийся из меня что-то слепить и контролирующий каждый мой шаг.
Ложусь на диван и не замечаю, как проваливаюсь в сон. Дорога слегка утомила меня. Открываю глаза, потому что чувствую теплые крепкие объятия и влажный поцелуй на своей шее.
– Али-и-и-и-са, – шепчет Андей, растягивая мое имя, и ведет языком по краю уха.
Мурашки тут же разбегаются по телу, а в животе зарождается легкий трепет. Обнимаю его за шею и целую в губы.
– Так что там было неудобно по телефону? – задает он вопрос, жестоко прерывая наш сладкий поцелуй.
– Нам придется отложить поездку еще на несколько дней.
– Почему?
– У меня задержка пять дней и меня вытошнило сегодня утром.
– Что это значит?
– Блин, Юрасов, не тупи!
– А-а-а…
– Мне надо сходить к врачу. Сдать кровь, сделать УЗИ.
Андрей молчит с полминуты. Потом хитро прищуривается и, расплываясь в улыбке, спрашивает:
– То есть больше можно не вынимать?
– Да ты и так не особо с этим справлялся. И вообще, неужели это все, что тебя волнует на данный момент?
– А тебя что волнует?
– Я переживаю. Вдруг из нас получатся плохие родители, и наш ребенок будет несчастлив.
– Уверен, что мы будем самыми охуенными родителями!
И я ему верю!
