Текст книги "Неталантливая девочка (СИ)"

Автор книги: Олена Бланка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)

Глава 2.17

Четыре года назад. Москва

Суббота самый безумный день. Ирина с утра начинает забрасывать меня сообщениями. А я до последнего надеюсь, что она одумается и тогда мне не надо будет участвовать в этом «цирке с конями». Но моим надеждам не суждено оправдаться.

Таким образом я сначала оказываюсь в кресле у визажиста, который рисует на моем лице очень яркий агрессивный макияж со стразами вокруг глаз. Потом приходит очередь парикмахера. Он накручивает мне локоны, на макушке делает начес и «цементирует» всю эту конструкцию с помощью лака.

В завершение наряжаюсь в короткое платье с пышной юбкой в стиле Барби. В этом образе сама себя не узнаю. Однако, ощущения как в броне, несмотря на открытые ноги и достаточно глубокий вырез. Ведь это совершенно точно не я, а какая-то гламурная самка.

Я много раз наблюдала за такими. Делала это специально, по заданию Агнии. Неплохо изучила жесты, мимику, манеру речи, фразы подобных девушек. Уверена, что вполне способна сыграть сегодня такую особь.

В девять вечера мы приезжаем в клуб. По дороге в лимузине выпиваем бутылку шампанского. Из-за этого даже не представляю где территориально находится заведение. Совсем потерялась. Ну да ладно, у Ромы есть программа слежения за мной. Хихикаю, вспоминая об этом.

Однако, как он и говорил, смартфоны мы при входе сдаем на хранение. Дальше следуем в зал. У Ирины прекрасное настроение. Она чуть ли не пищит от обнаженных торсов официантов. Но они и правда смотрятся шикарно. Кубики, косые мышцы, бицепсы – все при них.

– Шампанского нам! – провозглашает Кудымова.

Я тихонько прошу принести мне кофе. И главное стараюсь не поднимать глаза. Я ведь как бы Роме обещала, что пялиться не буду. А как это вообще возможно в таком месте? Короче, мне очень тяжко.

Начинается шоу. И это красиво. Наверное. По крайней мере Ирина в полном восторге. Я поглядываю на наручные часы. Время тянется бесконечно медленно, у меня начинает болеть голова.

Упускаю момент, когда около меня оказывается один из танцоров. На миг поднимаю глаза и вижу перед собой черные кожаные шорты. Пытаюсь отвернуться, но этот наглец не дает. Берет рукой мой подбородок и разворачивает к себе, заставляет в глаза смотреть. И вдруг делает движение губами, как будто целует меня. Я отбиваю его руку и подскакиваю на ноги. На своих четырнадцатисантиметровых шпильках я всего на пару сантиметров ниже.

– Руки при себе держи! – цежу сквозь зубы еле слышно, но при этом улыбаюсь как можно шире.

Он поднимает обе руки вверх, типа сдаюсь-сдаюсь и делает шаг назад.

– Ну ты же все-таки зачем-то сюда пришла, крошка? – подмигивает и пятится еще.

Зачем-то пришла, но тебе лучше не знать зачем!

Ира хохочет, наблюдая за этой сценой. Ей так весело, что аж слезы на глазах выступили. Вот дура!

– Ты так зажата, подружка, – шепчет она мне на ухо. – Симпатичный парнишка ведь был.

– Меня это не интересует. Я здесь только потому, что ты попросила, – напоминаю.

– Ладно-ладно, не сердись

– Ой, какой хорошенький! – уже через секунду восклицает она, переключая свое внимание на очередного танцора, появляющегося на сцене.

Тот скорее поджарый, чем накачанный. Кожа у него смуглая, короткие волосы кудрявятся. Вполне вероятно кто-то из его предков выходец их Африки.

– Интересно посмотреть какой у него член, – тут же добавляет Кудымова и делает знак рукой, подзывая официанта.

Если она закажет еще шампанского, то напьется в хлам. Ведь я не брала и капли в рот с того момента, как мы переступили порог этого «славного заведения». Мне необходимо сохранять трезвую голову, если я собираюсь сделать то, о чем меня просил Роман.

Удаляюсь в туалетную комнату, чтобы без посторонних глаз переместить из-под подкладки сумки в боковой карман тот гаджет, который мне дал Волохов для съемки. Оттуда я смогу его быстрее достать, если будет такая необходимость. Заодно проверяю свой макияж. Вроде все нормально. Стразы не отклеились. Так что я только провожу помадой по губам и, сполоснув руки, возвращаюсь в зал.

И вот тут меня накрывает паника, потому что Кудымовой там нет! На нашем столе лишь сиротливо стоят пустые бокалы и чашка из-под кофе. На стуле висит шарфик, который вроде был у моей подружки на шее, когда мы сюда пришли.

Озираюсь по сторонам, покусывая губы. Мне надо ее найти! И чем скорее, тем лучше. Иначе моя секретная миссия будет провалена, а мне совсем этого не хочется.

– Кого-то потеряла? – раздается голос сзади.

Оборачиваюсь. Опять этот наглый танцор, которого я уже отшила сегодня. Но сейчас не спешу посылать его куда подальше. Возможно, именно он сможет мне помочь.

– Свою подругу. Я отошла на пять минут в комнату для девочек, а она куда-то исчезла. Ты не знаешь где она? – спрашиваю, хлопая ресницами.

– Предположим знаю.

– Скажи, где она.

– А что мне за это будет?

– Ну мы что-нибудь придумаем, – говорю, обольстительно улыбаясь. – Отведи меня к ней, пожалуйста. Она не вполне здорова, ей может стать плохо в любой момент. Я очень за нее беспокоюсь.

– Аха-ха, – ржет этот придурок. – Думаю ей сейчас как раз очень хорошо. Меня кстати Никита зовут. А тебя?

– Зови меня Барби.

Он снова смеется, но тем не менее берет меняя за руку и ведет на второй этаж. Там мы заходим в какую-то темную комнату. Я останавливаюсь, не сделав и пары шагов вглубь. Какого черта он меня сюда притащил?

Но Никита решительно подходит к одной из стен и приоткрывает занавес. Тогда я понимаю, что стена прозрачная, а в соседнем помещении находится Ирина с так приглянувшимся ей мулатом.

– Вот видишь. Жива и здорова. Все с ней хорошо, – говорит парень, приближаясь ко мне. – Может мы тоже уединимся для взаимного удовольствия?

– Это вряд ли, – твердо заявляю я. – Думаю тебе лучше пойти вниз и поискать какую-нибудь другую скучающую гостью. Кстати, вот возьми, и спасибо за хлопоты.

С этими словами я протягиваю танцору несколько красных бумажек.

– Любишь подсматривать? Так бы сразу и сказала, – разочарованно тянет он, прихватывает деньги и исчезает.

Я быстро извлекаю из кармана сумки заранее подготовленный смартфон и, слегка раздвинув занавес, начинаю съемку.

Ирина полуголая стоит на коленях, а стриптизер располагается сзади нее. Он абсолютно обнажен и раскатывает по своему гигантскому возбужденном члену презерватив. А в следующий миг начинает размашисто трахать женщину, периодически отвешивая шлепки по заднице.

Я зажмуриваюсь. Но твердо сжимаю гаджет в руках. Надо потерпеть хотя бы чуть-чуть. Господи! Помогите мне это развидеть!

Минут через пятнадцать спускаюсь вниз и у бара снова заказываю себе кофе. Сажусь в конце стойки. Ко мне больше никто не подходит. А я еще целый час жду, когда Ирина удовлетворит все свои грязные фантазии. Бросить ее здесь одну мне совесть не позволяет. Хотя о какой совести может идти речь, если я собираюсь передать сделанную запись Роману?

Этим же вопросом я мучаюсь и на следующий день в ожидании Волохова. Он приезжает ко мне вечером.

– Ну что? Получилось? – с порога задает вопрос.

– Скажи мне, зачем это нужно?

Роман сдвигает брови.

– Я же тебе уже объяснял.

– Это кошмар! То есть ты сам играешь грязно против негодяя. Чем ты тогда лучше?

– Вот только не надо псевдоморалистских речей, девочка моя! Ничего на свете не бывает просто так! За место под солнцем надо бороться! В нашем мире либо ты, либо тебя! Понимаешь?

Молчу. Глаза пощипывают подступающие слезы. Рома орет на меня. А еще он не такой хороший человек, как мне казалось раньше. Это больно осознавать.

Волохов берет гаджет и просматривает то, что мне удалось снять.

– Алиса, она сама все это вытворяла. Ее никто не заставлял. Так ведь?

Киваю в знак согласия.

– Тогда о чем ты терзаешься?

– Я поступаю подло.

– На это можно посмотреть с разных точек зрения. Например, ее муж-взяточник перестанет драконить честных бизнесменов. Это ведь хорошо?

– Хорошо, – тяжело вздыхаю.

– Тогда перестань мучать себя этими ненужными мыслями.

Мы ложимся спать, но у меня впервые за время нашего знакомства нет ни сил, ни желания заниматься сексом. В моей голове всегда была четкая формула: секс равно любовь. Сегодня же я воочию убедилась, что для многих это всего лишь товар. И мне мерзко и неприятно это осознавать.

А на следующий день я снова переезжаю и у меня опять меняется номер телефона.

Глава 2.18

Два с половиной года назад. Москва

За последние несколько лет я стала профи по оперативным переездам и осваиванию новых квартир. С одной стороны это связаны с приобретением необходимых навыков и опыта, с другой, с тем образом жизни который я веду, а главное с изменением моего отношения к этим временным пристанищам.

Первое время мне хотелось как говорится «свить гнездо». Сделать квартиру уютной и удобной не только для себя, но и для любимого мужчины, чтобы ему хотелось у меня бывать, оставаться со мной. Однако со временем я с сожалением поняла, что наши с Ромой отношения никак не развиваются. Мы по-прежнему не живем вместе, и ничто не говорит о том, что это как-то изменится в ближайшем будущем. Он стабильно приезжает ко мне один-два раза в неделю, когда я в Москве. И секс вроде не хуже, но стал какой-то обыденностью, не вызывающей былых восторженных эмоций.

Возможно это из-за того, что основа наших с Волоховым отношений теперь совсем другая. Он уже давно не содержит меня. Он мне платит деньги за помощь в его делах, то есть по сути является моим боссом.

Все началось после истории с Кудымовыми. Ему достаточно быстро удалось развеять мои сомнения по поводу неправильности и непорядочности моего поступка. И видать та запись из клуба сильно помогла в решении ряда вопросов. Так как через месяц Рома купил мне машину. Ну как мне... Она оформлена на его очень дальнюю родственницу, и передана мне в пользование.

Примерно тогда же он мне предложил работать на него, получая по сути зарплату. Большую.

– Ты будешь выполнять мои поручения. Не скрою, иногда они будут несколько пикантными. Но у тебя реальный талант. Люди тебе доверяют. Раскрываются перед тобой, запросто выкладывают все свои самые грязные секреты, – сказал мне Роман. – В других условиях, я уверен, ты смогла бы стать звездой шпионажа.

Его восхищение моими «способностями», конечно же, тешит мое самолюбие. Оказывается я весьма и весьма особенная, только это далеко не всем дано понять. Впрочем, теперь я и не вижу такой необходимости. Всеобщее признание однозначно не входит в список моих заветных желаний.

– К тому же мы не обижаем сирых и убогих, – продолжил вещать Волохов, добивая мои сомнения. – Все наши «клиенты» не белые пушистые зайчики. Если тебе так легче, то мы современные Робин Гуды.

В общем его речи возымели действие. Я однозначно стала проще относится к тем заданиям, которые получаю от него, и все меньше и меньше задумываться о последствиях. Тем более деньги, которые я зарабатываю, дарят мне такие возможности, о которых многим остается только мечтать. Я объехала уже около двадцать стран, в каждой находя для себя какое-то новое увлекательно занятие. Почти свободно говорю не только на английском, но и на испанском. Теперь вот подумываю какой язык буду изучать следующим.

Короче, во многом я изменилась. И уж точно я больше не то наивное дитя, каким была три года назад.

Сегодня мой день начинается очень рано. Вернее все еще продолжается вчерашний день. Ведь последний месяц я провела в доме четы Прозоровых в качестве воспитателя их шестилетнего сына Ивана. Ну и, конечно, не обошлось без особых поручений. Я устанавливала в кабинете хозяина подслушивающее устройство, а потом его снимала. Судя по всему, Волохов услышал то, что было необходимо, поэтому моя миссия и закончилась.

В шесть часов вчера я покидаю особняк, расположенный под Тулой под предлогом поездки домой к родителям. На всякий случай отправляюсь на ближайшем поезде в Калугу, где по легенде ранее проживала. В Калуге же брюнетка Анна исчезает. Правда ради этого приходится пожертвовать своими волосами, сбрив их под ноль в парикмахерской на окраине. Предварительно я их безжалостно опалиляю зижигалкой, чтобы ни у кого не возникло вопросов к чему такие кардинальные изменения. Тут же избавляюсь от телефона с сим-картой.

Потом долгий путь в Москву. На перекладных. После возвращения в столицу первым делом забираю свою белочку (так ласково я называю свой автомобиль) и еду на склад длительного хранения. Я уже давно поняла, что таскать за собой все барахло крайне не практично. А если оставлять вещи в квартире, то можно чего-то лишиться, потому что очень часто смена моего места жительства происходит без моего участия. Так что теперь я обладательница трех массивных вместительных чемоданов, в которые упакованы одежда по сезонам, и еще одного поменьше, где хранятся всякие милые моему сердцу вещицы. Например, альбом папиных графических работ, который я привезла из Питера.

Домой, к слову, я звоню совсем редко. В дни основных праздников, в основном. Лоре где-то раз в три месяца. Все остальное время мой старый телефон со старой сим-картой припрятан здесь же на складе.

Загружаю в багажник чемодан и отправляюсь в Зеленоград. Мое новое временное пристанище там, судя по инструкциям, оставленным Волоховым.

Я уже почти 24 часа на ногах. Держусь исключительно за счет нескольких литров кофе. Но некоторые мои привычки настолько сильный, что ничто не может меня заставить от них отступиться. В частности, это касается моего питания. Я ем в ресторанах только в крайних случаях. И сейчас явно не такой. Поэтому заезжаю в супермаркет здорового питания и покупаю продукты.

На морально-волевых затаскиваю чемодан на третий этаж. В этот раз квартира в панельной девятиэтажке, лифт не работает. Это странно. Обычно Рома селит меня в таких домах, где несколько тысяч квартир и соседи не знают друг друга в лицо. В домишках же подобных этому проживает куча бабулек, которым заняться обычно нечем, кроме как совать свои носы в чужие дела. Впрочем, наверняка это ненадолго. Я и сама хотела слетать в отпуск в Японию. Прям заразилась этой идеей. Если получится, то я здесь не больше, чем на месяц.

В квартире на кухне в вазе стоит букет красных роз. Еще один верный знак того, что моя миссия удалась, а также напоминание о хороших манерах Волохова. Впрочем к таким знакам внимания я теперь тоже отношусь достаточно ровно.

Принимаю душ, съедаю приготовленный на скорую руку салат и, упав, на диван, который здесь заменяет кровать, отрубаюсь.

Глава 2.19

Два с половиной года назад. Москва

Проспав положенные восемь часов, начинаю свой день с освоения новой территории. Во время пробежки выявляю все жизненно важные точки в округе, которые могут пригодиться: магазины, тренажерный зал, остановки транспорта, кафе с бесплатным Wifi. Можно сказать, совмещаю полезное с целесообразным.

После идеального утреннего омлета распаковываю вещи. Это быстро. Все они сложены в специальные дорожные органайзеры и их в принципе не так уж много. Я предпочитаю не привязываться ни к чему материальному.

Стоя у кухонного окна, смотрю на припорошенные снегом деревья и верчу в руках конверт с новенькой сим-картой. По идее мне необходимо ее активировать и связаться с Волоховым, но решаю слегка отсрочить наш разговор. Лучше посвящу этот день моим «якорям». Так я мысленно называю людей, благодаря которым чувствую себя нормальным человеком.

Моя собственная жизнь давно превратилась в какой-то бесконечный драматический сериал. За последние полтора года кого мне только не приходилось изображать. И учительницу, и девушку легкого поведения, и дочурку богатых родителей, и недалекую уборщицу из глубинки. У меня даже появился паспорт на другое имя, который используется, когда необходимо официально устроиться куда-то на работу для выполнения задания или пройти проверку, как это было у Прозоровых, например.

В общем, сейчас я чувствую, что мне необходима передышка. Поэтому быстро одеваюсь и выхожу из дома. Сначала еду в Выхино Там живет та дальняя родственница Волохова, на которую оформлен мой автомобиль. "Белочка" при этом остается в Зеленограде под окнами моего нового пристанища. Не хочу, чтобы мои передвижения были известны Роману. Пусть думает, что я отсыпаюсь.

Алле Викторовне уже за девяносто. Она одинока и доверчива. Наверное, это возрастное. Я ей представилась сотрудником соц службы, когда пришла первый раз год назад, и она сразу приняла это на веру. Теперь я всегда желанный гость в ее доме. Сегодня покупаю целый пакет всяких вкусняшек, которые особенно по душе старушке, и провожу у нее полдня. Успеваю за это время сделать влажную уборку в квартире и пересадить цветок, переросший свой горшок.

Потом поднимаюсь на этаж выше и общаюсь с Надеждой, которая за денюжку присматривает за моей подопечной, когда меня нет достаточно долго. Передаю на всякий случай очередную оплату, потому что не знаю где окажусь завтра. Лучше обо всем позаботиться заранее.

Далее мой путь лежит за город. Еду в питомник к Виктору и Светлане Ефимовым. Они разводят собак служебных пород. Тренируют их, обучают. А еще у них небольшой приют для животных, от которых отказались. В общем отличные ребята. Я с ними познакомилась случайно в парке прошлым летом. Ко мне бросился щенок ротвейлера, и я ужасно испугалась тогда. Теперь даже вспоминать смешно. После того эпизода я пару раз приехала к ним в гости и поняла, что не смогу отказаться от нашего общения, даже несмотря на запреты Ромы заводить какие-либо постоянные знакомства в Москве.

Приезжаю по традиции не с пустыми руками. Водитель такси выгружает из багажника три больших мешка сухого корма. Знаю, что такие подарки всегда приветствуются. К сожалению, количество брошенных питомцев чаще растет, чем убывает.

До вечера помогаю чистить вольеры и выгулять собакенов. Потом мы вместе пьем чай и разговариваем. Света болтает больше всех, сообщая последние новости:

– У Риччи зажила лапа. Гоняет теперь как молодой. А Фаня родила четырех. Двоих мы уже предварительно пристроили. Алиса, может себе возьмешь тоже?

– Я бы с радостью, но мне пока некуда. Да и не понятно как долго я здесь пробуду.

– Эх, жалко, – вздыхает она. – Из тебя бы получилась прекрасная мамочка.

Я тоже вздыхаю. Не знаю что должно произойти в моей жизни, чтобы у меня появился щенок или тем более ребенок. Пока у меня все слишком нестабильно, чтобы я могла задумываться о чем-то таком.

Виктор замечает накатившую на меня грусть и спрашивает:

– Как ты вообще?

– Все хорошо. Устала просто, – ограничиваюсь обычной отговоркой.

– Если нужна будет помощь, то обращайся. Хорошо? – добавляет мужчина.

– Спасибо, Вить.

А потом ребята везут меня до ближайшей станции метро. До дома не позволяю. Во-первых, это действительно далеко, а, во-вторых, ни к чему им знать о моем месте жительства. Пусть даже и о временном.

В вагоне метро рядом со мной сидит девушка. Листает новостную ленту в приложении соц сети. Я невольно заглядываю в экран, ведь сама сегодня целый день без телефона. И тут мой взгляд цепляется за фотографию Романа с какой-то девушкой. Они улыбаются на камеру и держатся за руки.

– Извини, можно посмотреть? – обращаюсь к попутчице.

Она смотрит на меня удивленно, но видимо я вызываю доверие, потому что тут же протягивает мне гаджет.

Я еще раз внимательно всматриваюсь в фотографию и убеждаюсь, но это не обман зрения. На снимке действительно Волохов. Ниже читаю подпись: «Девочки, можете меня поздравить! Сегодня я обручилась с лучшим мужчиной на свете!». Смотрю на дату. Два дня назад.

– Кто эта женщина? – спрашиваю у девушки, возвращая ей смартфон.

– Шарона Горовиц. Она нутрицолог и автор книг по женскому здоровью. А еще у нее очень популярный блог. Красивая пара, правда?

– Да, очень.

Она еще что-то мне говорит, но я уже ничего не слышу. Меня как будто накрывает снежной лавиной и кажется, что я погибаю под ее тяжестью, задыхаюсь. Ведь несмотря на некоторое охлаждение в наших отношениях, Роман все равное остается главным и единственным мужчиной в моей жизни. Но судя по фото, я в его жизни играю совершенно иную роль.

В итоге не помню как добираюсь до Зеленограда. Мое тело явно существует совершенно автономно от головы. Не ощущаю ни усталости, ни холода, хотя на улице приморозило к ночи, а у меня как всегда нет перчаток.

Открыв дверь квартиры понимаю, что Роман здесь. И он тут же возникат на пороге комнаты.

– Привет, малышка! Где ты так долго была? – спрашивает мужчина и распахивает свои объятия, ожидая, что я брошусь как всегда ему на шею.

– Не хочешь мне рассказать про свою помолвку? – отвечаю вопросом на вопрос, игнорируя приветствие.

Волохов хмурится, но реагирует достаточно спокойно, как будто в целом был готов к такому повороту событий:

– Это просто бизнес, Алиса. К тебе не имеет никакого отношения.

Застываю, не веря своим ушам. То есть он собирается делать вид, что ничего не изменилось? Будет по-прежнему приходить ко мне, обнимать, целовать, трахать, дарить цветы. Как такое вообще возможно?!

– Не имеет отношения? Ты считаешь это нормально? – мой голос переходит на крик, из глаз брызгают слезы, которые я так долго сдерживала. – Ты вообще собирался мне об этом рассказать?

Роман молчит, а меня несет:

– Ты сволочь! Я тебя ненавижу! – выкрикиваю я, размазывая слезы по щекам. – Будь проклят тот день, когда познакомилась с тобой!

Волохов уходит на кухню и возвращается оттуда секунду спустя со стаканом воды.

– Выпей, Алиса. У тебя явно начинается истерика. Тебе надо успокоится, после этого мы поговорим, все обсудим.

Его невозмутимое выражение лица, спокойный голос и идеально сидящий костюм внезапно вызывают во мне такое дикое раздражение, что я выбиваю из его руки злополучный стакан, и набрасываюсь на него с кулаками. Яростно наношу удары по груди и плечам, продолжая выкрикивать ругательства. Все это длится до того момента, когда он отвешивает мне звонкую пощечину.

Замираю в растерянности. Моя щека горит от удара, горло сдавливает спазм, слезы льются из глаз бесконечным потоком. Роман же спокойно отворачивается и снова уходит на кухню.

Выскакиваю из квартиры, скатываюсь вниз по лестнице, выбегаю на улицу. Не могу быть рядом с ним! По крайне мере сейчас!