Текст книги "Идеальный мир для оценщика (СИ)"

Автор книги: Олег Сапфир

Соавторы: Натан Раух
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

– И что с тобой делать? – с сомнением смотрю на однорукого зомбаря. – Много ты с одной рукой навоюешь?

Отпустить его, что ли? В смысле – уничтожить, и дело с концом. С другой стороны, это второй зомби, если стану третьего поднимать, рискую свалиться от слабости. Энергии жалко.

– Придумал!

Мысленно ставлю мертвяку задачу – приносить к башне все мало-мальски полезные вещи: оружие, доспехи, сумки, пузырьки с жидкостями, книги…

Зомби поспешно отправляется на поиски. Не проходит и десяти минут, как он возвращается, таща в руке несколько мечей, в зубах несколько сумок…

Зомби скидывает добычу в десяти шагах от меня – это я так приказал, не доверяю я ему пока. Мало ли, сейчас заклинание рассеется – и он на меня бросится.

Когда бродячий удаляется на поиски, осматриваю вещи. Оценка тут не нужна, и так все понятно. Мечи как мечи, ничего необычного. В сумках несколько арбалетных болтов да пара кусков окаменевшего хлеба, покрытого черной плесенью – такое есть не то что неприятно, а просто опасно.

Где-то час зомби бегает туда-сюда, куча барахла передо мной растет и ширится.

– Жалко, что это все практически мусор.

Брезгливо шевелю носком сапога кучу полуистлевших тряпок, что когда-то были одеждой.

Зато удалось пополнить боеприпасы. Уж не знаю, каким образом зомби их нашел, но одну сумку я набил снарядами к арбалету под завязку. Среди собранных я узнал и свои болты, которые считал потерянными. Для моего глаза, наметанного еще в том мире, они отличались от других.

– Вот это уже хорошая работа, – хвалю зомби, будто он может понять благодарность. Хотя как знать, ведь приказы он понимает.

Очень много одежды – жалко, что это просто тряпье, мусор, непонятно зачем нужный.

– Да уж, шмот здесь – полный отстой.

Приказываю зомби больше не таскать вещи и велю следовать за мной.

Отойдя от башни метров на двести, вижу гору трупов.

– Это ты их так? – Прищурившись, смотрю на зомби, но тот сохраняет на лице мертвецки спокойное выражение.

Оценка не показывает среди трупов ни одного активного. Уже хорошо.

– А это что такое?

На одном из мертвецов почти новый шарф, красный, яркий и слишком чистый для зомби.

Шарф оказывается у меня в руках. Ткань невесомая, но при этом крепкая.

Пробую ногтем – не цепляется, палец просто скользит, как по воде. Сжимаю в кулаке, отпускаю – ни одной морщинки, будто я и не трогал. Растягиваю, пытаюсь смотреть через материю – плотная, не просвечивает, но при этом легкая настолько, что, если закрыть глаза, можно забыть, что она в руках. И главное – никакого запаха, как будто и не на зомбаке лежал.

Что за материал? Понятия не имею. Ничего подобного на Земле я точно не встречал. Может, тут какие-нибудь магические черви плетут необыкновенный шелк, или дерево особое, или вообще из чистой маны соткали – хрен знает. Но вещь явно не для простых смертных шилась… ткалась… вязалась…

[Оценка | ур. 8

Шарф всепогодный

Тип : магический предмет

Класс : артефакт

Вид : самовозобновляемый

Состояние: активен, 7 лет

Износ – минимальный

Примечание : доступны функции обогрева и охлаждения. Слово-активатор – «термис». Режим переключается автоматически в зависимости от текущей потребности владельца или по команде. Самоочищение (пассивное). Ткань отталкивает грязь, влагу и органические загрязнения ]

Отлично, значит, если замучает жара или доймет холод, просто намотаю шарф и произнесу нужное слово. Хреново, конечно, что у шарфа есть заряд, который рано или поздно закончится, а я еще не разобрался, как тут заряды восполнять.

Наматываю шарф на шею. Сидит идеально, будто всю жизнь я его носил. Ткань чуть теплая и не от магии, а просто приятная. Я стою посреди кучи изодранных трупов, весь в чужой крови, с арбалетом на поясе, и улыбаюсь из-под всепогодного шарфика… Какая тут все-таки хорошая магия.

– А я ведь ни фига не маг. – Конец шарфа легко струится между пальцами. – Или все-таки маг?

Ну, одно заклинание у меня есть, да еще изучил я его в короткие сроки и вот сейчас успешно применяю.

Или за использование заклинания я должен буду заплатить душой?

Кровью-то я расписался…

С другой стороны, если меня начнут жрать зомби, то последнее, о чем я буду думать, – это о спасении души…

Не люблю, когда меня жрут. Правда, испытывать такое еще не доводилось, если не считать комаров, но почему-то я уверен – мне не понравится…

– Ладно, хватит пялиться на трупы. Пора в лесу прогуляться.

* * *

Вот уже три дня я исследовал лес в неживой компании.

Ходить в сопровождении зомби оказалось не так уж плохо. Если я натыкался на что-то подозрительное, то просто отправлял мертвяка на разведку.

Лес – территория опасная, так что в первый день я потерял троих зомби на самой опушке. Один забрел в зыбучие травы, второго сожрал шерах, а третьего я направил к подозрительному кусту, и там зомбарь остался висеть среди ветвей.

Вчера наткнулся на стаю существ, больше всего напоминающих гиен. Звери почуяли мое присутствие и приготовились к атаке. Естественно, направил в бой зомби.

Одну гиену мертвяк порвал пополам, но прочие не мешкали. Их челюстям позавидовала бы любая строительная дробилка. От зомби остались лишь ошметки меньше чем за минуту.

Пришлось в срочном порядке ретироваться, а точнее – ломиться через лес. Пока бежал, заметил одиноко стоящего под деревом скелета. Чего он тут забыл? Гнездо, что ли, у него здесь?

Пофиг. Я захватил его машинально. Хорошо, что освоил мысленные приказы, – после быстрого бега дышать было тяжело, не то что словами объяснять задачу безмозглому костяку.

Скелет оказался удачливее зомби – может, потому что был вооружен. Костяной воин ударом ржавого меча снес башку ближайшей гиене. Второй всадил клинок в бок, но тварь дернулась и вырвала оружие из костяных пальцев. Скелет не особо расстроился и зубами вцепился в глотку хищника – так они в лесу оба и полегли.

Осталось две гиены. Сорвав со спины арбалет, я обернулся на бегу, и болт ударил в голову ближайшей твари. Теперь нужно убить последнюю.

Зарядить арбалет на бегу не выйдет, так что вытаскиваю меч и прижимаюсь спиной к толстому стволу дерева.

Гиена прыгает, пасть раскрыта, с клыков капает желтая слюна. Быстро пригибаюсь, и гиена со всего маху врезается в дерево. Раздается треск – то ли дерева, то ли черепа. Пока зверь трясет головой, приходя в себя, раз за разом бью по толстой шее. Хлещет кровь, но я не останавливаюсь, пока голова не отделяется от туловища.

После смерти последнего хищника появляется оценка. Оказывается, что эти твари мало того что опасны, так еще и несъедобны. Да даже если бы и они годились в пищу, тащить здоровенную тушу через лес – сомнительное удовольствие, а разделывать ее прямо тут – всех врагов собрать на запах крови, и живых, и неживых.

Досадно, что потратил столько времени на этих тварей: уже смеркается, пора возвращаться в башню. Третьего мертвеца призывать рискованно. Можно словить головокружение и слабость, а это в лесу, да еще в сумерках, верная смерть.

Возвращаюсь к башне в гордом одиночестве и по дороге натыкаюсь на нечто интересное: небольшую двухэтажную башенку. Стены наполовину разрушены, в конусовидной крыше огромный пролом.

Черт, жалко, что сегодня уже не смогу осмотреть, придется отложить на следующий день.

С ходу оценка выдает лишь то, что это сторожевая башня, возрастом 365 лет, – минимум информации, но дольше изучать строение времени нет.

– Надеюсь, за ночь никуда не денется. – Приметив место, спешу к своей башне.

Скучает она там, наверное, без меня…

* * *

Только рассвело, а я уже рядом с неизвестной сторожевой башней. Со мной захваченный зомби – свеженький, как будто только вчера преставился.

– Ну, вперед, – командую я, и тот топает куда велено.

Мертвяк поднимается на порог башни, довольно, кстати, широкий – раньше над ним навес был.

Шаг… другой… вроде все в порядке. Я как раз поднялся на порог, в трех шагах позади зомби.

Клац.

Звонкий щелчок отчетливо разносится по лесу.

Я ни разу не спецназовец, не ниндзя и не шаолиньский монах, но в этот момент рефлексы работают как положено. Отпрыгнув назад, оказываюсь на земле у подножия башни.

А вот зомби реакции не хватило. Я только и вижу, как мелькнули руки.

Поднимаюсь на порог, смотрю. На том месте, где недавно стоял мой мертвяк, теперь внушительная дыра, а две каменные плиты выдвигаются с противоположных концов, закрывая провал.

Шмяк! Раздается мерзкий звук.

– Зомби добрался до дна, – констатирую я. – Тут явно не метр и не два.

Самому прыгать вообще не хочется, лететь в яму – тем более.

Спустившись с порога, отправляюсь в лес. Нужен еще один «доброволец».

Быстро найдя и захватив еще одного мертвеца – на этот раз скелета, – возвращаюсь к башне.

«Зайди в башню, проходя порог, перепрыгни ловушку». Прелесть, конечно, эти мысленные приказы – объяснять, насколько далеко нужно прыгнуть, не надо. Я просто мысленно показываю скелету размер ямы.

Скелет разбегается и перемахивает опасный участок. Встав на противоположном краю, он поворачивается и ждет дальнейших приказов.

В принципе, я бы тоже мог перепрыгнуть. Только зачем? Скелет уже там, нет нужды рисковать.

«Иди внутрь, проверь первый и второй этажи. Если там есть кто-то опасный – нападай и убивай. Если никого – возвращайся».

Скелет направляется в башню. Несколько минут его нет – я уж думаю, что нарвался мертвяк на врага – и капец ему, но тут мой скелет выходит из дверей, один, целый и невредимый.

– Никого, получается? – зачем-то задаю вопрос скелету, хотя уже выяснил, что эти товарищи ответить не могут.

Приказав скелету обыскать башню и собрать ценные вещи – сумки, шкатулки, сундуки, оружие, – присаживаюсь на нагретые солнцем ступени.

Зачем башня посреди леса? В моем понимании башни нужны для защиты чего-то от чего-то. Как место для хранения ценностей – так себе, слишком уж заметно. Хотя, может, у местных заведено строить одинокие башни.

Вернувшийся скелет тащит в руках кучу барахла – даже отсюда видно, что в основном хлам. Обломки мебели, клочья ткани.

– Ладно, прыгай сюда, разберусь, что ты там притащил.

Скелет прыгает, я уже мысленно разбираю принесенную рухлядь. Тут из потолка выдвигается стальной штырь и пронзает скелета – пробив череп, пройдя сквозь грудную клетку и раздробив тазовые кости. Скелет разваливается на части, кости и барахло падают на подвижную плиту, и все добро вместе с косточками сыплется в яму.

Понятно: ни войти, ни выйти.

Меня потряхивает – представляю, что было бы со мной, окажись я на месте зомби или скелета… Ужас какой.

И это при том, что я-то не расслаблялся, следил внимательно за всем. Даже в одиночку я бы не кинулся в башню без оглядки.

Конечно, это в деревенских хижинах никакой защите, кроме хлипкой двери, взяться неоткуда. А тут башня, ее возводить долго и дорого. Дорога к ней не вела, поэтому доставить материалы не так-то просто, а их требовалось очень много. А значит, тот, кто башню строил, точно заботился о защите своего строения и того, что собирался хранить внутри.

Побродив вокруг и вернувшись к порогу, рассматриваю каменные плиты.

[ОЦЕНКА | ур. 8

Тип: нажимная плита

Состояние: активна, 364 года

Опасность: высокая

Открыто 3/10

Примечание: часть защитного механизма сооружений. При нажатии на плиту открывается ловушка]

Таким же манером обнаруживаю механизм активации потолочной ловушки. Защитная система сооружения работала даже после того, как от башни почти ничего не осталось.

Отойдя от башни, рассматриваю ее целиком.

[ОЦЕНКА | ур. 8

Тип : сторожевая башня

Класс : средний

Ранг : средний

Состояние: активна , 365 лет

Опасность : низкая

Открыто: 5/13

Примечание: башня построена группой авантюристов-искателей, известной под названием «Пещерные змеи»]

Значит, сторожевая… вопрос в том, сторожила эта башня что-то снаружи или ее построили, чтобы охранять то, что внутри? Может быть, триста лет назад местность здесь была другая, а потом пришел лес, вот башня и оказалась в чаще. Интересно, что случилось с авантюристами? Дело их пришло в упадок или их всех просто перебили?

– Это сколько людей и зомбей может сейчас быть в этой яме? – У меня тут же руки чешутся при мысли о возможной добыче.

Можно как-то плиту заклинить, веревочную лестницу из ремней сплести…

Стоп. Что-то меня несет. Какая лестница?

Нет уж, будь у меня даже снаряжение из моего мира, я бы все равно не рискнул. Не хочу. Тут явно не моего уровня ловушки и вообще вся местность. Вот прокачаюсь – тогда можно и проверить, а сейчас…

Чуть позже, сидя под деревом, дотошно и скрупулезно заношу все сведения о башне в свою книгу. Записываю очень подробно, так что процесс занимает почти весь остаток дня. Когда солнце скрывается за вершинами деревьев, собираюсь домой.

Скорее бы вернуться к башне. Уже такой родной и знакомой, пусть и со своими закидонами. Хоть бы дыра в потолке пропала. Ну пожалуйста…

До башни оставалось шагов триста, и я уже почти радовался. Скоро сниму сапоги, развалюсь у огня и чего-нибудь перекушу.

Шел я спокойно, размышляя о дозорной башне и ее таинственных подземельях. Наставник учил меня, что в любой профессии главное терпение. Особенно в моей. Византийскую монету за десять секунд оценивает только дурак или мошенник, говорил он. Хорошая оценка – это полчаса с лупой, чашка чая и пять минут на то, чтобы подумать, кому это можно продать. Чаю я тут не нашел, а лупа пока не нужна, да и вряд ли поможет. Зато с оценкой повезло.

Хм. Кстати об оценке…

Глаз зацепился за что-то впереди. Я даже сначала подумал, что от усталости у меня начались галлюцинации. Шагах в двадцати впереди, прямо у тропы, воздух выглядел странно. Будто кто-то аккуратно вырезал прямоугольник и приклеил обратно с легким перекосом. Марево как над разогретым асфальтом, только асфальта тут не было, да и жары не предвиделось.

В голове что-то щелкнуло, и я понял, что это маскирующее заклинание. То ли оценка теперь так срабатывает, то ли я поднаторел…

Впрочем, неважно.

Важно то, что я схватился за арбалет уже рефлекторно.

Опередить я успел секунд на пять. Воздух впереди дрогнул, осыпался и за ним оказались люди.

Что-то мне это напоминает…

Глава 15

Четверо стоят полукругом, шагах в двадцати. Уже с мечами в руках, и судя по тому, как эти мечи лежат в ладонях, владеют ими не первый день и не первый год. Один – здоровый, с грязной черной бородой. Второй – молодой, длинноволосый, белая прядь выбилась из-под шлема. Двое других неприметные, но движутся одинаково ровно. И одежда у них почти одинаковая, как у наемников. Или бандитов. Они усмехаются и переглядываются.

Засада…

Дергаю арбалет к плечу, тетива натянута заранее, а болт в желобе. Целюсь в бородатого.

Болт ушел ровно. И в полуметре от груди бородача рассыпался в щепки, будто в стену влетел.

А бородач даже с шага не сбился. Только ухмылка разъехалась шире, а грудь посильнее выпятил, мол, стреляй дальше.

Ч-черт. Я выдохнул, прищурился.

И тут увидел еще одного.

Он стоял на пять шагов позади прочих, до этого, видимо, прикрытый завесой полностью. Лет двадцати пяти – двадцати восьми, в такой же уплотненной кожанке, что и вся компания, на поясе обычный меч. Только в руках посох с тусклым кристаллом на верхушке. От камня исходило едва заметное сияние.

Маг.

Оценка показала у него наличие магического посоха низкого ранга.

Уже легче – значит, у него не сверхартефакт, вызывающий полный армагеддон, а обычный рабочий инструмент.

Оценкой я бегло прошелся по остальным.

У всех на шеях подвески. У двух невзрачных – амулеты против ударов. У бородача дополнительно отвод стрел. У длинноволосого – тоже отвод стрел, но другой системы.

И вот тут я зацепился.

У длинноволосого амулет-то почти опустел.

Внешне нормальная цацка: серебро, камень, цепочка. А заряда – всего пункта два из семидесяти. Видимо, парень забыл подновить перед выходом. Или подновлял что-то другое, например подругу. Дело молодое… А может, уже успел израсходовать, благо тут пополнять негде, а тратить очень даже много поводов.

Я улыбнулся про себя. На лице держал тревогу.

Бородач что-то кричит мне. Другие гыкают.

Я разбираю только слово «бастро». Ну вот, опять оскорбления. А я вам, между прочим, ничего не сделал…

Оценка добавляет в словарь еще два слова: «тарде» – башня и «реперто» – выпотрошить.

Я, конечно, не понял всей фразы, но «реперто» точно не сулит ничего хорошего.

Бородач пальцем указывает на амулет на шее: мол, хрен ты мне что сделаешь, у меня магическая цацка. Остальные трое ржут. Длинноволосый смеялся громче всех, запрокидывая голову, как обычно смеются те, кому двадцать и кому кажется, что молодость отменяет смертность.

Вот кто они такие, зачем они тут? Простые залетные разбойники или целенаправленно пришли к башне? А может, это знакомые тех парней, которых я сжег, когда зелье из башни выкинул?

Один из неприметных дернулся ускорить шаг. Бородач его остановил жестом. Что-то вроде «да не торопись ты, он никуда не денется». Я перевел его жест без всякой оценки.

Они веселились.

А мне требовалось время.

Я ковырялся с арбалетом. Сначала опустил его. Потом полез в колчан за болтом, и руки у меня очень удачно затряслись. Болт я уронил. Поднял. Уронил еще раз. Получилось убедительно.

Натягивая тетиву, я картинно сорвался: рычаг ушел, болт чуть не выскочил.

– Каре! Пересто! Андиано! – кричу я, собрав из выученных слов что-то вроде «Парни! Пожалуйста! Милосердие!».

Они заржали еще громче.

Замечательно.

Тем временем я делал главное.

В тот самый момент, когда завеса спала и я только увидел четверку, я успел кинуть «Захват». Один покойник лежал неподалеку, я его запомнил, еще когда уходил.

Я мысленно вел его в обход, пока сам ронял болты и изображал, что у меня сейчас отнимутся руки.

И смотрел я не на четверку. Я смотрел на мага. А маг молодец, он внимательно смотрел за мной и держал щит как следует. Маг назад ни разу не оглянулся.

Молодой он еще…

Я довел арбалет до плеча. Прицел чуть дрожал, уже и актерствовать не приходилось.

Бородач театрально развел руки в стороны, подставляя грудь. До них уже оставалось совсем немного.

Я отступил и выстрелил, болт сорвался и полетел прямо в цель.

В лицо длинноволосого.

Парень секунду стоял прямо, словно решая, падать ему или еще подумать. Потом колени подломились, и он мешком осел в пыль.

Смех оборвался посередине.

Бородач уставился на молодого. Долго смотрел, секунды две. Потом резко крутанулся назад – туда, где должен был стоять их маг.

Маг уже лежал лицом вниз. А над магом поднимался мой мертвяк с запавшими щеками, в ржавой кольчуге и с мечом в дергающихся руках. Красавчик в общем. С меча стекала кровь мага.

Бородач выпалил короткое слово, которое в любом языке, вероятно, означает одно и то же, если не буквально, то метафорически.

Я готовился к этой паузе и использовал ее разумно.

Арбалет на пол-оборота вниз, болт в колчан. Я отбегаю и стреляю в других. Их амулеты еще держат, но ничего…

Бородач бросается на нежить. Сталь врезается в мертвую плоть. Бородач – воин опытный, так что у зомбаря нет ни единого шанса. Но это пофиг: задача зомби была уничтожить мага и отвлечь внимание, с ней он справился превосходно.

Зомби падает, разрубленный почти пополам. Бородач поворачивается ко мне. Очередной болт разбивается о его защиту.

Еще двое бандитов направляются ко мне. Я уже потянул «Захват» дальше, и позади поднимается беловолосый.

Лимит на три поднятия в день я уже выбрал, уверен – за это все я потом поплачусь, но сейчас, на адреналине схватки, о расплате думать некогда. К тому же если я не буду действовать, у меня не будет «потом».

Свеженький зомби двигается почти как человек – оно и понятно, трупного окоченения нет, вся жидкость еще в теле, даже нейронные связи не все отмерли.

Длинноволосый прыгнул на ближайшего бандита и одним движением свернул ему шею.

Голова повернулась на сто восемьдесят градусов. Бандит даже вскрикнуть не успел. Тело еще стояло секунду, потом рухнуло в пыль рядом с длинноволосым, и тот спокойно через него переступил.

Оставшиеся двое – бородач и второй неприметный, рыжеватый – обернулись на звук.

– Морте! – заорал рыжий. – Морте, морте!

Это слово я узнал. «Морт» – «смерть, а „морте“ видимо, „мертвый“ или мертвяк». Даже мысленно отметил сходство языков в нашем мире и здесь, но только мельком: мне было не до лингвистических изысканий.

Рыжий бросился на длинноволосого, бешено вращая мечом. Видимо, рассчитывал прорубиться. Я взвел арбалет и начал всаживать болты ему в спину.

Раз. Болт ушел в сторону, отбитый защитой.

Второй в сторону.

Три. В сторону. Но я видел, как амулет сдает.

Заряд там имел предел, и каждое попадание его сжирало по чуть-чуть.

На четвертом болт ударил рыжего в лопатку и… БАХ!

Разрывной болт сработал.

Рыжего с зомби разнесло в стороны. Зомби тут же встал, обгорелый по плечо, с одной полуоторванной рукой. Рыжий скорее не поднялся, а сел. Дернулся, попытался опереться на меч и завалился лицом в землю.

Готов.

Блондинистый зомби стоит над поверженным врагом чуть покачиваясь, и тут ему на плечо опускается меч. Удар оказывается такой силы, что зомби разваливается пополам.

Бородач… Вот же крепкий, зараза.

Я сразу всаживаю в него болт, но тот просто отскакивает в сторону, амулет-то заряжен. Похоже я не успею проломить его защиту.

Бандит направляется ко мне. Уже никаких смешков, и на переговоры он явно не настроен. Просто идет меня прикончить…

С таким опытным воином драться на мечах? Нет уж, спасибо.

От него до меня шагов пять. Расстояние быстро сокращается.

И тут на бородаче срабатывает оценка.

Отлично…

Я неловко споткнулся и упал на спину. Ноги и так подкашивались, так что этот маневр дался мне без особых сложностей.

Меч из ножен я вытащил уже на земле. Поднял перед собой, готовясь блокировать.

Бородач навис надо мной, криво ухмыляясь, замахнулся клинком, красуясь. И резко ударил вниз. Я заблокировал, но царапину на груди его клинок все же оставил.

Он не торопился. Я знал почему.

Оценка показала мне одну интересную вещь…

Что предводитель группы по имени Боримар, имел особенности: упавшего не добивает сразу. Тянет, поэтому и режет понемногу, ждет реакции. Причина – детская травма. Этим я и воспользовался, когда подтаскивал разрубленного поближе.

Да-да, я все еще держал контроль над разрубленным, причем над обеими половинами.

Я не знаю, как такое возможно. Видимо, заклинание дало такой побочный эффект: разрубленный пополам белобрысый длинноволосый зомбарь все еще подчинялся моим приказам. Но даже если бы я его не контролировал – трупов вокруг хватает, подчинил бы кого-то еще.

В любом случае, сейчас две половины хватают бородача с обеих сторон. Мертвые руки вырывают меч из его ладони. Бородач рычит и ухитряется освободиться от хватки, однако ноги его заплетаются о половинки зомби – он падает.

Прямо на меня.

Мой меч пронзает грудь бандита. Окровавленное острие торчит из спины.

С усилием скатываю с себя труп. Тяжелый, гад.

Царапина на груди тонкая, но горит так, будто проехались раскаленной проволокой. Хорошо хоть рубаху распороло ровно, потом зашить можно одной строчкой.

М-да…

Хороший вышел денек…

Оценкой я пробежался по округе. Глазами тоже. Доверяй, но сам не плошай, как говорится. Что там у нас? Кусты, тропа к башне, край леса, пригорок. Кто-то еще там есть? Второй маг где-то прячется? Наблюдатель с биноклем, или что у них тут вместо бинокля?

Все тихо. Слышно ветер в траве и мое собственное хриплое дыхание.

Самое разумное сейчас – заскочить в башню, запереться и перевести дух. Но я же потом буду жалеть, что не обыскал тут все. Мало ли, за ночь трупы растащат звери или они сами уйдут…

Поэтому прятаться я пока не стал.

Жадность? Нет, здоровый расчет. Любой оценщик, даже с двадцатилетним стажем, подтвердит, что бесплатная ценность, оставленная на земле, через час перестает быть бесплатной и ценной.

Я начал с мага.

Снял с его шеи цепочку с зубом какой-то твари. Оценка дала что-то невнятное и упомянула какую-то следовую магию. Разберусь дома. Подобрал посох. Тяжелее, чем казался на вид. Кристалл наверху еще хранил тепло. Кристалл, который держал щит против моих болтов. Очень полезная штука.

Потом пошел по остальным.

Четыре амулета – один разряженный, три с зарядом. Три приличных меча, один так себе. Кинжалы у всех. У бородача за голенищем оказался еще один, явно для добивания, такие за пояс не суют. У рыжего нашелся кошель: монет немного, но местные, что важно. Длинноволосый носил кольцо на пальце. Оценка показала следовую магию, кольцо снимать пришлось с пальца, который уже коченел – удовольствия мало, но я уже познал в этом мире и более приятные процедуры.

Запасных рюкзаков, мешков, дорожной снеди – ничего не нашлось.

Впрочем, понятно, они же шли на дело, лишнего с собой не брали.

Значит, основное где-то рядом. Лошади, поклажа, припасы, возможно, еще кто-то на присмотре.

– Эй, ты, – обращаюсь я к половинкам зомби. – Точнее, вы. Где у вас стоянка? Показать можешь… можете?

Половинки ползком направляются в сторону леса. Там, в небольшом овраге, кострище – еще теплое. Несколько сумок, плотный тюк с чем-то мягким внутри.

Так, надо все это дотащить до башни – сам я не справлюсь. Лимит захвата я сегодня капитально превысил, уже ощущаю слабость, перед глазами черные точки мелькают.

– Эй, тащитесь сюда, – приказываю половинкам.

В вещах бандитов нахожу длинную веревку и связываю две половинки зомби. Черт, звучит даже по-идиотски, но, как ни странно, срабатывает. Удается придать половинкам устойчивость, нагрузить их сумками, в руки впихнуть увесистый тюк. Зомби движется неуклюже, но довольно быстро.

До башни добираемся уже в сумерках. Зомби заносит добычу на первый этаж. Вывожу мертвяка из башни.

– Свободен, – разматываю веревку, отключаю заклинание, и зомби разваливается на две части. На всякий случай проверяю оценкой: зомби «неактивен».

Трясясь как в ознобе, поднимаюсь на второй этаж, с трудом разжигаю костер. Слабость такая, что пальцем тяжело пошевельнуть.

Царапина на груди болит. У меня где-то есть зелье от царапин, но я просто выпиваю слабое зелье лечения – нафиг высший уровень на такие мелочи тратить.

Царапина затягивается, остается только белый тонкий шрам, который неимоверно чешется. Видно, это был довольно глубокий порез.

Теперь нужна энергия…

Кто бы что ни говорил про ману и магические способности, банальную потребность в жирах, белках и углеводах никто не отменял. Магия по-любому требует физического расхода ресурсов. Надо быстро поднять гемоглобин в крови – сейчас бы шоколадку…

Быстро раскрываю сумку, что притащил с собой: остальные я просто не смог поднять, пусть пока на первом этаже полежат.

Бинго!

В сумке нашлись пчелиные соты. Ну или кто тут в этом мире вместо пчел.

Оценка автоматически подтверждает мои мысли – это действительно соты с медом. Впиваюсь зубами в лакомство, мед течет по подбородку, по пальцам.

Елки-палки, такого эффекта, мне кажется, даже от зелья лечения я не испытывал. Слабость отступает, черные точки перед глазами исчезают. Как же вкусно! Надо запомнить на будущее: используешь магию – носи с собой сладкое.

Подкрепившись и переведя дух, успокоив дрожь во всем теле, спускаюсь на первый этаж и забираю оставшиеся сумки.

Снова мне пришлось убивать…

Ну а как иначе? Не я прятался под магической защитой, не я кинулся в атаку с мечом. Парни первые полезли, я только защищался. Хорошо еще, что они не стреляли. Один арбалетный залп – и лежал бы я в траве, похожий на подушечку для иголок… Поразвлечься, что ли, хотели?

Что это вообще за бандиты такие? Это же не тупые монстры, а сработанная группа: тактика своя, командование, схема нападения, роли в команде…

Закончил разбирать вещи я глубокой ночью.

Бандиты оказались хорошо оснащены и подготовлены к длительному походу. У них была и еда, и вода, и лечебные зелья.

В распакованном тюке – одеяла, хорошие стеганые.

Их я разложил около камина. Получилась королевская постель. Я с наслаждением растянулся на мягком ложе. Спина, если бы могла, точно бы меня поблагодарила.

Я лежал и смотрел в потолок…

Потолок?

Точно! Дыры в крыше больше нет. В мое отсутствие она затянулась, пропала. Быстро проверяю третий этаж – крыша выглядит как новенькая, никаких отверстий.

– Спасибо тебе, – обращаюсь я к башне. – Если бы я знал, что тебе нужно, я бы принес или сделал. Как отблагодарить-то? У меня дома над дверью подкову вешают, благовония жгут, а тут? Ты только знак подай. Я сделаю.

Минуту прислушиваюсь – вдруг и правда башня как-то ответит. Однако стены хранят молчание.

– А знаешь, я придумал, – поднимаюсь на локте. – Дам тебе имя! А то ты все башня и башня… Будешь Белла. Нравится тебе?

Имя всплыло само. Лет пятнадцать назад мне на стол положили медальон вместо оплаты.Серебро, гранат, английская работа начала девятнадцатого века. Внутри гравировка: For Bella, from her tower. Что означало «для Беллы из башни». Кто кому что подарил, я тогда так и не выяснил, а хотелось, но медальон ушел на закрытом аукционе за хорошие деньги, трижды покрывающими оценку. С тех пор Башня и Белла сидели у меня в голове прочной и приятной связкой.

Может, мне показалось, но пламя в очаге на мгновение вспыхнуло ярче.

– Спокойной ночи, Белла.

Закрываю глаза и мгновенно засыпаю.

Но ненадолго.

Подскочив от грохота, я сразу хватаюсь за меч, готовый рубить, колоть, кромсать.

Комнату освещают вспышки молний. За стенами настоящее светопреставление.

С опаской подхожу к окну. Буря бушует нешуточная: молнии бьют чуть ли не беспрерывно, ветер треплет деревья, гром гремит, по небу несутся черные тучи.

– Да уж, завтра тут будет полный бардак. – Зеваю и возвращаюсь в постель. – Да и хрен с ним. Завтра буду разбираться.

Интерлюдия 3

В городе Фронтьербург

Утро

У Кандиса Лемара голова болела с самого утра.

Конечно, не так, чтобы выть, держась за виски, и клясться больше никогда не пить. Просто внутри черепа сидел маленький злой человечек и методично стучал молоточком где-то за правым глазом.

Кандис Лемар остановился перед крыльцом, поднял лицо к мутному утреннему свету и поморщился.

Свет тоже казался лишним.

Как и крики возчиков на улице. Как и запах конского навоза, сырой пыли, жареного лука из ближайшей харчевни и дешевого вина, которым тянуло от какого-то бедолаги, спавшего прямо у стены склада. Фронтьербург просыпался шумно и без всякого уважения к людям, которые вчера имели полное право лечь поздно.

Лемар усмехнулся, вспоминая вчерашний вечер в «Бархатной лампе» с холодным южным вином и горячими южанками.

Лемар вчера хорошо заплатил.

Потому вино было настоящее, с виноградников за Большой рекой, а не местная кислятина. Девочки старались. Хозяйка улыбалась. Монеты звенели. Жизнь была терпимой, местами даже приятной.