Текст книги "Идеальный мир для оценщика (СИ)"

Автор книги: Олег Сапфир

Соавторы: Натан Раух
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

Зомби все еще цепляется за решетку окна. Даже без головы.

За решетку окна…

Окна…

– Чего, блин? – Я осматриваю этаж. – Никаких окон тут не было… Вчера еще не было. Были на втором этаже.

Теперь же на все четыре стороны света выходят окна. Узкие длинные бойницы с решетками.

Что тут происходит вообще?

В этот момент желудок издает мощный рык. Понимаю, что я зверски голоден, что неудивительно, учитывая обильную кровопотерю. А еще у меня пересохло во рту.

– А, ладно, потом разберусь.

Я кидаюсь к сумке и достаю все припасы.

Сейчас не до экономии. Я ем, ем, так будто это моя последняя еда в жизни.

– А может, так оно и есть. – Челюсти перемалывают вяленое мясо и черствый хлеб. – В этом мире можно сдохнуть в любой момент, а моя способность – это точно не дар, больше смахивает на проклятье.

Если от развития можно к праотцам отправиться, нафиг нужен такой навык. Но он есть, избавиться от него нельзя, значит, нужно минимизировать негативные факторы. Как – без понятия. Может, такой эффект из-за недостатка магии? Надо как-то прокачивать тело, дух, харизму, магический потенциал? Что-то делать надо, иначе однажды поднятие уровня меня просто убьет.

Кровь просыхает быстро, одежду нужно срочно стирать. Благо, ручей не так далеко…

Набив желудок, заморив, так сказать, червячка, лучше осознаю происшедшее. Во-первых, прокачка снова скакнула через уровень; во-вторых, с какого-то черта на третьем этаже башни появились окна; в-третьих, снаружи зомби. Этот мертвый человек-паук – явное тому доказательство, да и слышно, что под башней кто-то есть, и вряд ли это мои поклонники пришли поздравить с приобретением нового уровня.

Выглядываю наружу через окно.

– Твою за ногу. – Вокруг башни собрались зомби, не десяток, даже не сотня, а громадная толпа: как в день распродажи в «Золотом яблоке», как на концерте Басты, как на Курском вокзале во время прибытия поезда Адлер-Москва…

Получается, в этом мире раны получать вообще нельзя. Здешние мертвяки, как акулы, похоже, чуют кровь за десятки километров, а я вчера потерял очень много крови.

– Нет, с одной стороны, это хорошо: больше зомби – больше лута: вещей, артефактов и еды. Теперь ясно, как работает приманка. Плохо, что приманкой стал я сам. Да и столько зомби, будь они хоть золотом груженные, сейчас для меня проблема.

Орда зомби таращится на башню, некоторые напирают на стену, бьются о каменную кладку.

– Надо дверь проверить.

Спускаюсь на первый этаж.

По пути фигею – первые два этажа раньше были с деревянными полами, теперь же сплошь везде серые камни, они плотно подогнаны – иголку в стык не загонишь. Да и на стенах камень изменился.

Вот и дверь, а на двери ручка…

– Чего?

Вчера я еле запихал ее в скобы, а теперь она торчит в двери, словно там ей и место.

Осматриваю дверь, ручку, проверяю крепление – нет никаких следов винтов или сварки. Ручка будто слилась с металлом, стала продолжением двери, даже стыка не видно, где дверь переходит в ручку.

[ОЦЕНКА | ур. 7:

Дверная ручка

…

Состояние: заперта,

Опасность: —

Открыто: 8/35]

И как мне теперь выйти?

Толкаю дверь, естественно, с нулевым эффектом. Она не движется даже на миллиметр, словно забетонирована…

– Если она магическая, – прохаживаюсь возле двери, не решаясь пока прикоснуться к ручке, – может, слово какое-то нужно? Как для артефактов огня? Или, может, просто мысленного приказа хватит?

Ладно, с ручкой буду разбираться позже. Открывать дверь сейчас – самоубийство, учитывая толпу мертвецов снаружи.

– Пора проредить их популяцию. – Я поднимаюсь наверх, забираю арбалет и весь запас болтов.

Второй этаж башни тоже преобразился – деревянный пол с дырами исчез, теперь тут все из камня. Окна шире, чем на третьем этаже, но они тоже зарешечены.

– «Школа ремонта» бы удавилась от зависти, – констатирую я.

Из окон открывается отличный обзор на толпу мертвецов.

Стараясь не тратить болты впустую, начинаю отстреливать врагов.

– А все-таки от упражнений польза есть. – Очередной болт сносит зомби голову. – Еще немного – и можно в королевских соревнованиях по стрельбе участвовать.

Болтов у меня не так много, а вот зомбарей снаружи дофига. Так что даже если я ни разу не промахнусь – это погоды не сделает…

А выходить с мечом против такой толпы – подписать самому себе приговор. Даже если у меня получится выйти. Двери заперты, сквозь решетки на окнах можно стрелять, но пролезть между прутьями не получится, ни у зомби снаружи, ни у меня изнутри.

Раздается конское ржание.

Из распадка позади башни выбегают три лошади: две без седоков, в седле у третьей застрял обезглавленный труп.

Лошади мчатся безумным галопом, из-под копыт летят комья земли. Даже с такого расстояния я вижу обезумевшие, налитые кровью глаза животных.

[ОЦЕНКА | ур. 7:

Лошадь атаракская

Тип: животное

Класс: боевой скакун

Ранг: низкий

Состояние: активна, 3 года

Опасность: минимальная

Открыто: 5/10

Примечание: Лошади атаракской породы ценятся за спокойствие, ум и отличные ходовые характеристики. Выведены в засушливых степях Атаракса]

Видимо, их спокойствие и ум закончились ровно тогда, когда у их хозяина закончилась голова. Кому-то сегодня повезло еще меньше, чем мне. Хотя куда уж меньше, казалось бы.

Зомби и скелеты тоже по-своему оценили лошадей. Или безголового. Толпа бросилась в погоню, вся, разом, как будто кто-то скомандовал «фас». Через минуту у стен башни не осталось ни одного мертвяка.

Я стоял у окна и смотрел вслед. Ничего прекраснее этих коней я здесь пока не видел. Помощь пришла, откуда не ждали. Вернее, для меня помощь. А тому безголовому бедолаге в стремени уже ничем не помочь.

Итак, зомби больше нет, но теперь остро встает другая проблема.

Стою возле двери. Как же ее открыть? Не убьет ли меня заклятьем, если я дотронусь до ручки? Так вроде ж я ее в руках держал, и ничего…

Перчаток у меня сейчас нет. Ну и ладно.

Протягиваю руку. Касаюсь ручки кончиками пальцев. Готов отдернуть в любой момент.

Я жив, пальцы на месте и не испепелило. Осмелев, берусь за ручку и тяну вниз.

И ничего не происходит. Вообще ничего.

Нажимаю сильнее, обеими руками, упираюсь, вкладываю вес…

С тем же успехом я мог бы нажимать на скалу. Ручка не двигается ни на миллиметр. Ни на долю миллиметра. Стоит монолитно.

Ладно… Может, не нажимать? Может, поворачивать? Хватаюсь двумя руками, пробую по часовой. Потом против. Потом снова по часовой, упираюсь ногами в пол.

Ноль.

Потянуть на себя? Тяну. С таким же успехом можно тянуть на себя фундамент.

Вверх? Нет. Вбок? Нет. Подергать? Подергал. Расшатать? Попытался.

Нет, нет, нет, нет и еще раз нет.

Ручка не двигается. То есть совсем не двигается. Так не двигается, как будто само понятие движения к ней неприменимо. Как будто она и дверь – это одно целое, а одно целое, как известно, само с собой не спорит.

– Заперто, – вздыхаю. – Ну конечно заперто. Тебе же написали – «активирована». Чего ты ждал-то?

Так. Может, в другую сторону? Пытаюсь поднять ручку, может, она вросла в дверь не той стороной?

Тоже никакого эффекта.

Ладно, продолжаю. Дергаю, толкаю дверь, пытаюсь раскачать ее, хоть как-то пошевелить.

Ручка не двигается. То есть вообще никак.

Я принес с третьего этажа меч, просунул под ручку, уперев острием в металл – сделал рычаг.

Давлю на рукоять. Острие упирается в металл двери, не царапает его, хотя раньше следы оставались.

Ручка не поддается. Тогда я давлю сильнее, еще сильнее, в конце концов всем весом наваливаюсь на рукоять меча.

Раздается звонкий треск, сталь клинка просто ломается, разлетаясь по комнате осколками.

Ручке хоть бы хны, более того, на двери тоже ни царапины.

– Значит, иду на крайние меры.

Хватаю увесистый камень и со всей силы ударяю по ручке. Удар, за ним еще и еще. Я уже вошел в раж, поэтому луплю со всей дури, антикварной, высшего ранга. Камень крошится в моих руках…

– Да твою дивизию!

Швыряю каменную крошку в дверь.

Подхожу вплотную к створкам. Металл дверей тоже изменился, теперь он схож с материалом ручки.

Этот артефакт, встроившись в дверь, видимо, изменил башню. Двери новые, стены, полы, на третьем этаже окна появились.

– Все это было бы просто замечательно, – я сажусь на ступени напротив двери, – если бы не одно «но». Я теперь пленник в этой башне. Меня, конечно, теперь не сожрут зомби, но какая мне разница, если один черт умру в этом каменном мешке без воды и еды?

Снова рассматриваю ручку – уровень оценки же повысился, может, теперь новая информация появится.

Оценка молчит. Вообще никаких сведений не выдает.

– Это будет долго, очень долго.

Поднимаюсь наверх, стирка-то откладывается на неопределенное время, а одежду надо сменить. Хорошо, что у меня есть несколько комплектов шмоток…

– Мне бы сейчас мою лабораторию, с реагентами, микроскопом и все такое, – вздыхаю, снова спускаясь по лестнице.

После того как я сменил одежду, настроение немного улучшилось.

– Ладно, у меня есть дело – оценить, понять суть и природу артефакта. Это то, что я умею лучше всего. Наверное, это вообще единственное, что я умею. Да, у меня нет моих инструментов, но их не было и раньше…

В девяностом году я еще не открыл дело, но мысли на этот счет уже приходили. Я тогда работал в НИИ коррозии сплавов. Денег нам не платили, выдавая зарплату продукцией. А какую продукцию может предоставить химическая лаборатория? Правильно – реагенты. Только на кой мне канистра кислоты, если я жрать хочу?

Но я не жаловался. Я знал, что рано или поздно вся эта химия мне очень пригодится. Так и случилось. Когда я открыл свое предприятие, все эти реагенты пошли в ход при анализе древностей.

– Да уж, золотое было время, – я в который уже раз осматриваю ручку, – да и фиг с ним, прошло и прошло. Нет реагентов – и черт с ними. Главный инструмент оценки, он всегда со мной. Это моя голова.

– Пора приступать к тому, что я умею – оценивать, – устраиваюсь поудобнее, – это будет очень насыщенное время.

* * *

Иллюстрация не связана с дальнейшим сюжетом)

Глава 10

Интерлюдия 2

Посреди леса, в небольшом распадке, окруженном деревьями, горел костерок. Уже давно спустилась темная ночь: сегодня было новолуние.

Вокруг костра сгрудилось пять человек. Шестой стоял чуть поодаль и наблюдал за ними.

– Все, разгорелся, кидай «отвод глаз». – Голос у Милна был звонкий, мальчишеский.

– Сейчас, пусть чуть сильней разойдется, – хрипло ответил Крот, – не торопись. Ты не знаешь, какие у Клешни артефакты. Кинешь – и погаснет…

– Крот дело говорит, – пробасил Болт, – я один раз купил у Клешни артефакт света, так тот светил только мне в глаза!

– И что? Деньги-то он тебе вернул? – Рас спросил с ленцой, певучим голосом.

– Ага, два раза, – скривился Болт, – послал он меня к голодному вархору в… пасть.

– Вот-вот! Клешня не возвращат деньг, – затараторил Игг, съедая слова, – у него даж над лавкой надпись: «Не несет ответсность за нейсправнсть».

– А мне откуда это знать? – огрызнулся Болт. – Я читать-то не умею…

Послышался негромкий смех.

– Тихо вы, – оборвал Крот, – забыли, где находитесь? Сейчас командир вернется, увидит, что отвар еще не готов – всем ребра пересчитает.

– Что-то долго его нет. – В голосе Милна слышалась обеспокоенность, почти страх.

– Да не трусь, – отозвался Рас, – Корд не пропадет. Я это место знаю, ночевал тут уже.

– Да ты в Мертвых пустошах всего четвертый раз, – возмутился Болт.

– И все четыре раза тут ночевал, – резко ответил Рас, – так что хорош трепаться. Ставь котелок, надо отвар приготовить, а то от кашля подохнем.

Шестой мужчина – Корд, глава отряда – глубоко вздохнул. Он стоял в тени деревьев шагах в десяти от костра.

Вылазка с самого начала не заладилась и обещала быть неудачной. Хотя в Мертвых пустошах на удачу рассчитывать не приходится.

Корд откинул со лба светлые волосы, прихваченные кожаным ремешком. Поправил на поясе меч, коснулся рукояти трехгранного кинжала. Клинок перешел ему от отца, а тому от деда. Старшего сына в их семье всегда называли Кордом – в честь этого кинжала.

Командир повел широкими плечами, стряхивая усталость, и направился к костру.

В огонь полетел небольшой артефакт – «отвод глаз». Пламя на миг вспыхнуло синим. Все, теперь костер со стороны не будет виден.

У огня Милн – молодой парень с огромными наивными голубыми глазами – уже подвешивал над пламенем походный котелок и что-то жевал.

Рядом с ним Крот, с сеткой белых шрамов вокруг глаз, доставал из сумки пучки трав. Когда-то он отлично охотился, но руки с возрастом стали уже не те, лук натягивать сил не хватало. Зато ловкость осталась прежней – даже в полутьме его пальцы двигались уверенно, безошибочно выбирая нужные стебли.

Рас – рыжеволосый, долговязый – наливал в котелок воду из бурдюка. Старший из тройни. Отец его, увидев такое прибавление, не ломал голову с именами: Рас, Двас, Трис – по порядку рождения. Братьев и сестер в семье было столько, что Рас с первой же вылазки отдавал заработок матери. Все это он рассказал, когда поступал в отряд.

Болт и Игг уже достали припасы из мешков и теперь играли в чет и нечет на щелбаны, азартно и весело. Эти двое не были родней, но походили друг на друга, как братья – оба коренастые, темноволосые, с толстыми, как стволы деревьев, шеями. Не шибко умные, но исполнительные и преданные.

Ужин скудный – сухари да твердокаменные куски вяленого мяса, которое и мясом не пахло. Запах в Мертвых пустошах привлекал нечисть, как фонарь мошкару.

– Я обошел стоянку – все чисто. Ни мертвяков, ни зверья. – Корд присел к огню и протянул руки к пламени.

– Отвар скоро готов будет. – Крот очищенной веткой помешивал варево в котле.

Милн молча протянул командиру сухарь побольше и ломоть мяса. Милн всегда держал запас в сумке – привычка третьего сына мельника, который последний получал еду за общим столом.

– Откуда вообще эта поляна с грибами взялась? – Рас раздраженно вертел в руках меч. – В прошлый раз не было.

– Это Мертвые пустоши, – ответил Корд, не спеша принимаясь за еду. – Здесь всегда все по-новому. Ты второй раз на вылазке – привыкай.

– Привыкнет, куда денется, – хмыкнул Крот, не отрываясь от котла. – Я вон тоже сперва дергался. А теперь мне бы только дочерей замуж выдать – и хоть каждую неделю сюда.

– Так и выдавай, – буркнул Болт.

– За кого? За такого, как ты? – Крот покосился на него. – Нет уж. Мне бы только приданое им собрать, а там уж…

Отвар булькал и пузырился. Жидкость выглядела отвратительно, хорошо хоть запаха не имела. Корд знал, что вкус у нее тот еще. Однако выпить придется – иначе споры грибов, проникнув в тело, быстро прорастут и убьют.

Крот разлил по кружкам.

– Ну, за удачную вылазку, – криво усмехнулся Корд, поднимая кружку.

Все хмуро смотрели на варево.

Корд опрокинул содержимое в горло. Обдало жаром, потом холодом. Во рту появился гнилостный привкус. Он посмотрел на остальных. Все выпили и сидели с кислыми лицами.

– Все, пора укладываться, – Корд тряхнул головой, – выходим с рассветом. Первым дежурю я, потом парами – Милн и Рас, Болт и Игг, Крот – последняя стража со мной.

– Командир, а куда мы идем-то? – Рас пристально смотрел на Корда. – Что тут поблизости, заброшенный город? Или гробница?

– Ты забудь про это, парень, – криво усмехнулся Крот, – в Мертвых пустошах нет мест, куда можно дойти. Тут есть только направления.

– Верно, – кивнул Корд, – двинемся дальше на юг, еще день пути. Глубже забираться не стоит. И так все пошло через левое колено наперекосяк.

– Так может, вернемся? – спросил Милн, который был не столько труслив, сколько суеверен. – Едва вошли – в засаду попали, от скелетов драпали. Потом деревня, от мертвяков еле ноги унесли. Теперь грибы. Словно удача от нас отвернулась.

– Удача – выдумка слабаков, – ответил Корд. – Богатство само не придет, за ним надо охотиться. Если завтра ничего стоящего не найдем – повернем обратно. А сейчас – всем спать.

– Жениться ему надо, вот и суеверничает, – шепнул Рас, укладываясь.

– А тебе не надо? – огрызнулся Милн.

– Тихо, – бросил Корд. Оба замолчали.

Отряд улегся на землю, все укутались в плащи. Болт и Игг, как обычно, легли рядом: эти двое все делали вместе. И мечта у них была одна: собственная лавка в их приграничном городке Фронтьербурге, золото на помещение и бумаги у бургомистра. Корд полагал, что они и торговлю будут держать совместно.

Огонь еле теплился под слоем золы, но подбрасывать дров Корд не стал – опасно.

Он сидел, напряженно вслушиваясь в звуки ночи.

Пока все было спокойно.

Он – сын стражника и трактирной подавальщицы – и людей подобрал таких же, простых. Не от хорошей жизни шли они в Мертвые пустоши. В Фронтьербурге – городе торговцев и контрабандистов на границе этих земель – честной работы хватало разве что на подати да еду. А здесь иногда находили настоящие клады. Но чаще искатели возвращались с пустыми руками. Или не возвращались вовсе.

С самого детства Корд впитывал истории об этих местах. Крутился рядом с отцом у городских ворот – слушал, как приезжие торговцы обсуждают добычу. Помогал матери в таверне – ловил байки подвыпивших купцов, бродяг и контрабандистов. Так он собрал все, что знал о Мертвых пустошах.

– Рас? Во имя зуба Грокха, ты чего не спишь?

Долговязый парень сидел рядом, подтянув колени к подбородку, и казался похож на ночную птицу.

– Я второй раз в этих местах, – ответил он, – ничего не пойму. Почему все совсем другое? Даже деревья не те!

– Да кто его знает. – Корд пожал плечами. – Мертвые пустоши когда-то были частью Аларийской Империи. Говорят, она была раз в пятьдесят больше нынешнего королевства. В одной столице, мол, обитало вдвое больше людей, чем сейчас во всей стране. А потом что-то случилось. Кто про магическую войну говорит, кто про демонов и проклятье, но хоть так, хоть этак, а появились Мертвые пустоши. Скелеты, зомби, твари. Лет сорок назад королевским указом разрешили сюда ходить. До этого по краю стояли посты, не пускали, а за контрабанду – смерть на месте.

– Это тот форт на границе? – спросил Рас. – Который мы прошли? Это там стояла стража.

– Верно, – кивнул Корд, – стражу убрали, и в Мертвые пустоши пустились все. И искатели приключений, и любители наживы, и прочий сброд. Да только эти пустоши не просто так назвали Мертвыми. Возвратились немногие. Еще меньше вернулось с добычей. И уж единицы принесли что-то стоящее. Но другие думают, что уж им-то непременно повезет, так что идут сюда и идут.

– Так откуда тут берется-то все? Артефакты, оружие, золото?

– Что-то с древних времен осталось, – пожал плечами Корд, – тут были города, большие и поменьше, деревни, храмы. А лет сто назад соседнее королевство Фагод решило прибрать Мертвые пустоши к рукам. Войско собрали невиданное и устроили вторжение.

– И? – Рас придвинулся ближе.

– И ничего, – усмехнулся Корд, – не вернулось войско. Скелетами поднялось. Может, они до сих пор тут так и бродят. А насчет добычи – в Мертвых пустошах полно всякой всячины, со скелетов что-то и упасть может – доспехи-то им ни к чему, что упало, то на земле и лежит. Звери опять же на мертвяков кидаются. Короче, тут всегда надо глядеть в оба – не только из-за опасностей…

– А та деревня? – Рас сглотнул ком в горле.

– Не знаю, откуда она взялась, – Корду надоел этот разговор, – взялась и взялась. Тут все что угодно может встретиться. Главное – шанс не упустить, а он подвернется. Рано или поздно.

– Или мы тут раньше сгинем, – прошептал Рас, отходя от командира и плотнее заворачиваясь в плащ.

Отряд поднялся с рассветом. Легкий туман вполз в низину, где они ночевали.

– Двигаемся цепью, – командовал Корд, проверяя, легко ли вынимаются из ножен меч и кинжал, – как всегда. Так, чтобы видеть друг друга и, если что, успеть прийти на помощь.

Двинулись. Лес почти просвечивал, солнце сияло ярко, и Корд мог видеть по правую руку от себя сосредоточенного Раса, а по левую – Крота, который шел вроде бы с беспечным видом, но Корд знал, что старый охотник замечает гораздо больше, чем любой другой член отряда. Дальше цепочкой растянулись Милн и Болт с Иггом.

Крот, как и предвидел командир, первым заметил опасность и подал сигнал. Отряд потянулся ближе к охотнику.

– Впереди, за теми кустами, – Крот указал пальцем в сторону зарослей, – кто-то есть.

В этот момент из зарослей выбрался первый скелет, за ним второй, третий… Корд насчитал дюжину.

– Вот и разминка, – хмыкнул Корд, – арбалеты готовьте. После выстрела – отход для перезарядки. Каждый должен успеть выстрелить два раза до того, как мертвяки поймут, откуда их бьют.

Первыми стреляли Игг и Болт. Стрелы свистнули в воздухе, ударив в черепа скелетов. Корд слышал треск костей.

Парни сразу после выстрела сделали шаг вправо и два шага назад. Быстро перезарядили арбалеты.

Этот же маневр повторили Милн и Крот. Снова короткий свист болтов, несколько шагов.

Корд вскинул арбалет, ощущая за спиной готового к выстрелу Игга.

Корд выстрелил в скелета, крайнего слева, в котором не торчало ни одного болта.

Этот метод боя Корд подсмотрел у имперских стрелков и отрабатывал его со своими людьми несколько дней.

После второго выстрела из дюжины скелетов на ногах осталось всего двое. В каждом торчало по болту.

Два скелета бросились к людям, причем гораздо быстрее обычных скелетов.

– Игг, Болт, залп! – Корд выхватил меч.

Два болта врезались в головы мертвяков, не замедлив, впрочем, их движения.

Скелеты налетели на Корда и вставшего рядом Раса. Мечи врезались в кость, раздался звон.

– У кого есть зелья? Огнем в спину! Обходите их! – Корд с трудом отбросил скелета на несколько шагов от себя.

Крот, Милн, Игг и Болт не стреляли, опасаясь попасть в своих.

– Какое зелье? – крикнул Крот. – Командир, ты цвет костей видишь? Они старые, их никакая магия не возьмет!

Действительно, эти два скелета отличались от остальных желтоватым цветом костей, да и остатки доспехов выглядели иначе.

Корд и Рас снова и снова наносили удары по скелетам. Мертвяки бросались на людей, стараясь достать их длинными когтями.

– Чего замерли? – рявкнул Корд. – У вас что, мечей нет?

Четверо бойцов вздрогнули от крика, придя в себя и выхватив короткие клинки, бросились в атаку.

Несмотря на численное превосходство, отряду пришлось попотеть. Старые костяки никак не желали разваливаться. Корд лично нанес противнику три мощных удара в голову, но так и не расколол череп.

– Крот, Милн – веревки! – Корд ударил по ногам скелета, и тот пошатнулся, но не упал. – Вяжите им ноги! Валите на землю…

Крот и Милн быстро вытащили из сумок веревки с крюками на концах.

– Болт, Игг – давайте к ним на помощь, – Корд встал плечом к плечу с Расом.

Крюки мелькнули в воздухе и упали на спины скелетов, надежно зацепившись за старые кости.

– Рванули! – закричал Корд.

Веревки натянулись, как струны, и два скелета повалились на землю.

– Быстро! – Корд кивнул Расу.

Два меча почти одновременно обрушились на черепа лежавших скелетов. Корд наконец услышал хруст костей, прозвучавший словно музыка, словно звон золотых монет.

Скелеты постепенно перестали дергаться…

– Костяки проклятые. – Рас тяжело дыша, отошел от поверженного скелета.

Корд вытер со лба пот. Вот так. В Мертвых пустошах нужно быть готовым ко всему. Даже к тому, что стычка с рядовыми скелетами выльется в опасный бой.

– Да чтоб вас, мертвяки поганые! – Милн уже стащил со скелетов сумки и вытряхивал их.

В сумках была только труха, пыль и рыжие хлопья ржавчины… Бой не принес никакой добычи…На лицах товарищей появилось одинаковое разочарование.

– Зато все целы, – констатировал Корд, – пошли дальше.

Весь отряд приуныл. Корд уже собирался повернуть обратно, когда услышал постукивание костей.

– Командир? – К нему быстро сбежался весь отряд.

– Да, я тоже слышу, – ответил Корд, – пошли вперед. Только медленно. Если что, лучше удрать, чем опять биться со скелетами ради пыли…

Им повезло: отряд скелетов и зомби они нашли в овраге. Мертвяки застряли в зыбучем песке по пояс. Двинуться с места они не могли, только размахивали руками, щелкали челюстями, зомби негромко выли…

– Расстреливаем их, – приказал Корд, – болты зря не тратьте. Крот, готовь пока веревки, будем вытаскивать их по одному. Неохота лезть в этот овраг – еще останешься, чего доброго, рядом с мертвяками.

Крот кивнул и принялся готовить веревки с крюками…

Болт, Игг и Милн деловито всаживали стрелу за стрелой в мертвяков. Скелеты и зомби падали как подкошенные. Рас следил за лесом…

– Что там у вас, парни? – спросил Корд стрелков.

– Последний остался, – откликнулся Игг, – пять болтов всадили в него, а ему хоть бы что.

– Значит, добавьте, – рыкнул Корд.

Раздался тревожный крик Раса. Из леса за спиной Корда выбежала мертвая лошадь. В голове ее торчало несколько стрел, вместо задней правой ноги белела обглоданная кость.

– Этого еще не хватало, – Корд сплюнул на землю и схватился за меч.

Следом за лошадью из чащи выбежали два кабана. Тоже мертвые. Их гниющая плоть отваливалась кусками, в глазницах копошились белые черви. Кабаны мчались прямо на отряд, вслед за лошадью.

Корд ждал приближения тварей, сжимая в руке меч.

Стальной болт, выпущенный Кротом, ударил в голову коню. Тот сбился с шага, его копыто попало в небольшую ямку. Корд услышал треск костей. Зомби-лошадь взмыла в воздух, словно подброшенная гигантской рукой, и, перевернувшись, ударилась спиной о землю. Крот быстро подбежал к коню и несколькими взмахами меча отделил голову от туловища.

Первый кабан налетел на Корда. Он отскочил в сторону, опуская меч на толстую шею твари. Кабан вспахал рылом землю и замер. Корд ударил мечом еще раз, срубая его башку. Со вторым кабаном успешно справился Рас – ударом меча он пришпилил мертвого зверя к дереву и разнес ему голову найденным рядом крупным камнем.

Вся битва не заняла и нескольких минут.

Корд довольно ухмылялся – Милн, Игг и Болт даже не отвлеклись от своей задачи. Хорошо он всех натаскал…

– Готово, командир. – Болт махнул рукой остальным.

В овраге лежало с десяток скелетов.

– Осталось вытащить их оттуда и посмотреть, что в сумках.

Крот уже бросал веревку с крюками.

– Я вообще-то охотник, а не рыболов, – заметил он.

Корд с удивлением посмотрел на старика и понял, что тот шутит – впервые за все время, что был в отряде.

– Ничего, старик, улов того стоит… наверное. – Рядом с Кротом стоял Милн, парень тоже закинул в овраг веревку.

– Надо у кабанов клыки повырывать. – Игг кивнул Болту. – По серебряной монете за пару – и то неплохо.

Двое бойцов направились к тушам кабанов.

– Пара серебряков? – Рас подошел к Корду и устало опустился на землю. – Невелик улов…

– Раз на раз не приходится, – ответил Корд, – тем более что вылазка еще не окончена…

Рас скептически хмыкнул.

Крот и Милн вытаскивали по очереди скелет за скелетом. Корд и Рас быстро осматривали мертвяка, сумки, кошель.

Пока ничего стоящего не попадалось.

– О, вот это уже что-то! – В спине вытащенного зомби торчал меч. Рукоять тускло поблескивала на солнце.

Корд вытащил меч – тяжелый, хорошо сбалансированный…

– Гляди, там у рукояти, – указал Рас.

Отряд сгрудился у меча.

– Клеймо вроде, – прищурился Крот, – не разобрать только чье…

– Может, какого-то древнего мастера? Или столичной мастерской? – предположил Милн.

– Это уже похоже на улов, – кивнул Корд, – вытаскивайте остальных…

Он приладил меч на спину.

«Надо будет в городе к оценщику заглянуть. Хотя они, конечно, ломят цену за свои услуги. Зато официальную бумагу выдают с примерной стоимостью предмета… Или, может, сразу к кузнецу? Тут вроде клеймо, может, действительно старый и редкий клинок?»

От этих мыслей его отвлек радостный крик.

Крот и Милн стягивали со скелета сумку.

Корд поспешил к ним. Ликование, впрочем, сменилось разочарованием.

– Зелья, – разочарованно выдохнул Крот, – долбаные зелья. Не собираюсь я иметь дело с зельями…

Корд понимал, что зелья – это всегда сложности. Мало того что на входе в город стража осматривает всю добычу: если зелье представляет опасность, то его утилизируют. Беда в том, что узнать, что за зелье попалось, можно только на входе в город. Ярлыков на пузырьках нет. Можно, конечно, вскрыть, но мало ли что там в пузырьке – вдруг зелье огня или взрывной состав…

Можно пронести зелья в город скрытно, но пара медяков за флакон, именно за стеклянный пузырек, а не его содержимое, не стоят риска.

– Ну, зелья, и что? – Болт пожал плечами, – Я однажды на зельях двенадцать золотых заработал.

– А я потерял семь! – вскинулся Крот. – Семь человек из отряда! Тоже радовались, когда склянки нашли, а на обратном пути наткнулись на мертвяков. Боец, что нес зелья, оступился, упал прямо на сумку. Взрывом разметало и наш отряд, и скелетов. Меня отбросило шагов на тридцать. От удара зрение пропало… Еле до города добрались, кто выжил Полгода я слепой ходил, тогда и Кротом прозвали. Все сбережения на лечение ушли… Короче, я не собираюсь таскать с собой зелья! Тем более в город нести!

– Ну и не таскай, – Игг встал на сторону Болта, – сами отнесем. Только на часть выручки не претендуй потом.

– Заткнитесь вы все! – рявкнул Корд. – Сделаем, как я скажу, ясно?

Все мгновенно замолчали и посмотрели на командира.

У Корда мелькнула мысль: хорошо, что в отряде у него свободные люди. Для них слово командира – закон. Из Фронтьербурга в Мертвые пустоши ходили два рода людей – свободные искатели, желавшие заработать, и преступники, сосланные в приграничные области и обязанные ходить сюда в качестве наказания.

Будь под началом Корда отряд преступников, он бы опасался за свою жизнь, но его товарищи доверяли командиру и пошли за ним добровольно.

– Зелья оставляем здесь, – он увидел, как недовольно насупились Игг и Болт, – слишком опасно их таскать с собой, а горсть медяков того не стоит.

Крот, Милн и Рас облегченно выдохнули.

– Пошли, – Корд махнул в сторону леса, – до заката еще далеко. Добычи у нас – один меч. Маловато.

Когда Крот, Милн и Рас отошли от оврага, Корд подмигнул Иггу и Болту, взглядом указывая на зелья.

Парни поняли его без слов и быстро распихали зелья по сумкам и карманам.

Корд сознательно пошел на риск – раскол в отряде грозил бедой похуже, чем взрыв зелий. А так все довольны…

– Куда мы теперь? – Рас поравнялся с Кордом спустя полчаса пути. – После стычек хорошо бы отдохнуть.

– Знаю. Тут неподалеку есть башня, заброшенная. Там и отдохнем.

– Точно неподалеку? Ты же говорил, что в Мертвых пустошах каждый раз все по-новому.

– Это верно, – Корд шел вперед, раздвигая плечом заросли кустарника, – но та башня всегда на одном месте. Может, магией привязана, а может, настолько древняя, что магия ее не берет… Кто его знает. Но башня есть, скоро доберемся.

Спустя недолгое время лес кончился, и башня правда показалась. Она стояла на невысоком холме, под которым текла речушка.