Текст книги "Мастер драгоценных артефактов 4 (СИ)"

Автор книги: Олег Сапфир

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 7

Мы вернулись в имение ближе к рассвету. Небо только начало сереть на востоке, когда колонна вошла во двор. Бронетранспортёр затарахтел и заглох – последние несколько километров он проехал из последних сил.

Ничего, Михалыч подлатает. А машина показала себя во всей красе – помогла и с бандитами справиться, и ништяки перевезти.

Пленники, которых мы спасли в лагере, жались друг к другу, озирались, не понимая, куда попали. Я велел Макару временно разместить их в казармах, выдать еду и одежду. Потом разберёмся, кто из них на что способен.

А сейчас – трофеи!

Телеги встали посреди двора, и началась разгрузка. Гвардейцы и слуги таскали мешки и ящики с провиантом. Оружие, сапоги, плащи и всё, что могло пригодиться солдатам, складывали отдельно. Обе кучи росли на глазах.

Я стоял, скрестив руки, и смотрел на это богатство. Что ж, как минимум неплохо. Металла снова добыли – топоры, наконечники копий, мечи, даже пара шлемов и одна мятая кираса. Всё это можно переплавить, и Арсений сделает из этого что-нибудь полезное.

И тут я поймал себя на интересной мысли. Походу, самый выгодный способ добывать металл – это не в шахте ковыряться, а отжимать его у бандитов.

Там, под землёй, нужно долбить породу, таскать её, дробить, плавить руду. А тут – раз, и целая гора готового железа. Красота.

Но есть и обратная сторона. В шахте можно найти кристаллы. А кристаллы – это магия, артефакты, защита. То, что делает моих людей сильнее. То, что даёт преимущество.

У бандитов и прочих врагов тоже порой можно найти кристаллы или даже целые артефакты, но редко, и в основном всякую дрянь. А под землёй, если повезёт, можно откопать что-то действительно стоящее. Как тот пространственный кристалл, например.

Так что одно другому не мешает. Металл – с бандитов, камень для стройки и кристаллы – из шахты.

Я подошёл к куче оружия и начал перебирать. Топоры обычные, без изысков. Копья – тоже ничего особенного, качество так себе. Мечи – ничего такие, приличные. Явно снятые с дворянских патрулей. Луки – хрень, наши следопыты такое в руки не возьмут.

А потом я наткнулся на арбалеты.

Они лежали в стороне, будто их специально отложили. Я взял один, повертел в руках – и присвистнул.

Многозарядный!

Над ложей крепился магазин на пять болтов. Механизм взведения – рычажный. Дёрнул рычаг – тетива натянулась, болт встал на место. Выстрелил – дёрнул ещё раз, следующий болт подался. Просто, надёжно, быстро.

Я осмотрел болты, которые лежали в подсумке рядом. Необычные. Короче стандартных, с утолщённым древком и широким, похожим на маленькую лопату, наконечником. Видимо, чтобы надёжно фиксироваться в барабане и не выпадать при тряске.

Таких арбалетов здесь было пять штук. Новенькие, ни разу не пользованные. Похоже, разбойники ограбили какой-то караван и решили продать эти штуки.

Разумно. Другие банды сразу бы захотели такое себе, а вот если продать в город – можно неплохо навариться.

Ну а мне бояться некого, оставлю себе.

– Герман! – позвал я.

Следопыт тут же оказался рядом.

– Видел такие раньше?

Он взял арбалет, покрутил, хмыкнул.

– Нет, господин. Но штука занятная. Если ещё и болты ваши магические поставить, можно много дел натворить, – широко улыбнулся он.

– Вот и я о том же подумал. Передай один арбалет Гавриле, хорошо? Пусть изучит и разберётся, как сделать такие же.

Герман кивнул и спросил:

– А остальные?

– Остальные пусть Ильдар раздаст лучшим стрелкам в гвардии. Пусть тренируются, привыкают, – ответил я.

Я ещё раз глянул на арбалет. Пять выстрелов. В бою это будет огромное преимущество. Если наловчиться, скорострельность будет выше, чем у опытного лучника.

А если болты ещё и зачаровать…

Разгрузка закончилась. Трофеи рассортировали, провизию унесли на склад, оружие – в арсенал. Освобождённые пленники уже сидели в казармах, ели похлёбку и, кажется, начинали приходить в себя.

Я собрал Ильдара, Германа и Макара в зале.

– Значит так, – сказал я, усаживаясь в кресло. – Рейд прошёл отлично. Все молодцы. Но теперь – затихаримся на неделю.

Ильдар поднял бровь.

– Думаете, будут последствия?

– Уверен. Мы вырезали целый лагерь. Кто-то из бандитов ушёл, кто-то был на задании и вернётся на пепелище. Они начнут искать, кто это сделал. Плюс у них есть союзные банды. Если мы сейчас продолжим рейды – можем нарваться на объединённые силы. А нам это надо?

Герман покачал головой.

– Не надо. Лучше переждать, посмотреть, как отреагируют.

– Именно, – кивнул я. – У нас и без рейдов угроз хватает. Поэтому неделю сидим тихо. Патрулирование продолжаем, разведку ведём, но никаких активных вылазок. Пусть все думают, что мы заняты своими делами.

Макар согласно закивал и спросил:

– А через неделю?

– А через неделю посмотрим. Если всё спокойно – можно будет сходить ещё куда-нибудь. У меня планов на эту мразь много.

Я отпустил всех и остался один. В голове крутились привычные мысли о том, что нужно больше кристаллов. И желательно интересных, редких, мощных. Таких, из которых можно сделать что-то действительно серьёзное.

Пространственные камни – это, конечно, здорово. Они ускорили стройку в разы.

Но мне нужно всё равно больше. Защитные, атакующие, целительские кристаллы – да какие угодно. Для гвардии, для жукоборцев, для себя. Расход кристаллов в последних боях был огромный, запасы тают на глазах.

Значит, пора снова идти в шахту.

Я планировал спуститься в новые штреки, которые мы пробили с Катариной, и как следует их изучить. Может, там найдётся что-то интересное. А может, придётся идти глубже.

В любом случае, сидеть на месте нельзя. Неделя затишья – это не отдых. Это время, чтобы подготовиться к следующему рывку.

Я встал, потянулся и направился к себе. Нужно было проверить артефакты, перезарядить амулеты, составить список того, что взять с собой в шахту. И заодно подумать, как уговорить Катарину снова мне помочь.

Хотя, если честно, уговаривать её особенно и не надо. Она ворчит, фыркает, но всегда приходит. Потому что умница. И потому что ей самой нравится быть полезной…

* * *

Староста деревни Выселки по имени Евсей, сидел на лавке у своего дома и мял в руках старую шапку. Напротив него, в седле, возвышался посланник господина – молодой, холёный, в дорогой куртке и с саблей на поясе. Говорил он громко, с таким выражением, будто зачитывал указ перед строем:

– С завтрашнего дня отдых перед полевыми работами отменяется! Три дня безделья – это непозволительная роскошь. Господин велел передать: теперь работать каждый день. Все, кто способен держать мотыгу или плуг, должны быть в поле от рассвета до заката. Кто ослушается – будет наказан!

Евсей молча кивнул. Спорить с посланником – себе дороже. Да и не с ним спорить надо, а с господином, который сидит в своей усадьбе и знать не знает, как тут люди живут.

– Понял, – сказал староста. – Передам людям.

Посланник удовлетворённо хмыкнул, развернул коня и ускакал прочь. Евсей проводил его взглядом и сплюнул в дорожную колею.

Кошмар.

Он поднялся с лавки, прошёлся по двору, остановился у покосившегося плетня. В голове крутились мысли, одна мрачнее другой.

Поля у них и правда шикарные. По сравнению с соседями – так вообще загляденье. Пшеница прямо золотой стеной стоит, тыквы с две головы размером, да и всё остальное радует глаз. Господин доволен.

Но была у этого богатства обратная сторона.

Полгода назад господин приказал поливать поля особыми зельями, которые привозили из города. Евсей не знал, что там намешано, но результат видел: растения перли как бешеные, сорняки дохли на корню, вредители обходили поля стороной. Красота, казалось бы.

Только вот люди начали болеть.

Сначала один слёг, потом другой. Потом ещё трое. Местный травник, только руками разводил: не знаю, мол, что это за хворь, мои снадобья не помогают.

А потом шепнул Евсею по секрету: зелья эти – отрава. Для земли, может, и польза, а для человека – медленная смерть.

С тех пор как господин велел применять эту алхимию, здоровых людей в Выселках почти не осталось. Все кашляли, плохо спали, быстро уставали.

А теперь вот их заставляют работать каждый день.

Если раньше, при трёх днях отдыха, люди хоть как-то восстанавливались, то теперь начнут умирать один за другим. Месяц-другой – и в деревне останутся только те, кто уже не может ходить. А потом и они отправятся к праотцам.

И Евсей вспомнил, как несколько дней назад через деревню проходил один путник. Он остановился переночевать, и за ужином они со старостой разговорились.

Путник рассказал, что был в землях графа Шахтинского – молодого, но весьма известного аристократа, который где-то на востоке поднимает свои владения. И передал на словах послание от тамошнего старосты Степана.

Самое интересное, что Степан был старым знакомым Евсея. И теперь вот он передавал, что если есть лишние люди – его деревня готова их принять. Работы много, еды вдоволь, господин добрый и справедливый.

Староста ещё раз всё обдумал. Люди у него есть. Почти семь десятков душ, считая женщин и детей. Здоровых, правда, мало, но двигаться пока все могут.

Если останутся здесь – умрут. Если уйдут – есть шанс выжить.

Выбора, по сути, и не было.

Степан, конечно, вряд ли ожидает увидеть целую толпу. Но слово сказано, и держать его придётся. Евсей знал Степана как мужика честного – если пообещал принять, значит, примет. Даже если будет ругаться и плеваться.

Староста вздохнул, надел шапку и пошёл вдоль домов. Нужно собрать людей и объяснить, что к чему.

Он остановился посреди улицы, оглядел покосившиеся избы. Здесь он прожил всю жизнь. Здесь родились его дети. Здесь похоронена жена.

Но если они не уйдут, здесь похоронят и всех остальных.

Евсей набрал в грудь побольше воздуха и крикнул:

– Народ! Собирайся! Разговор есть!

Степан, дружище, ты уж прости. Но гостей у тебя будет больше, чем ты ждал.

* * *

Я как раз проверял артефакты в мастерской, когда в дверь постучали. Вошёл гвардеец и с порога выпалил:

– Господин! Летучих мышей всех перебили! Стену начали разбирать, как вы приказывали!

Я отложил недоработанный амулет и поднялся.

– Отлично. Скачи обратно, скажи – пусть пока ничего не трогают, я скоро буду.

Гвардеец кивнул и исчез. Я накинул куртку, проверил пояс с артефактами и вышел во двор. Громила уже ждал, будто чувствовал, что куда-то поедем. Умный конь, что тут скажешь.

До шахты домчались быстро. У входа меня уже встречали – Борис, пара шахтёров и гвардейцы, которые участвовали в зачистке. Вид у них был донельзя довольный.

– Всех положили, господин! – доложил Борис. – Последних вчера вечером добили. Сегодня с утра тишина, ни одной не вылетело.

– Стену разобрали? – спросил я, спешиваясь.

– Почти. Сейчас последние блоки вытаскивают.

Я кивнул и направился внутрь. Проход к пещере был уже свободен, рабочие как раз оттаскивали в сторону последние блоки.

– Дальше я сам, – сказал я. – Ждите здесь.

Взял у ближайшего гвардейца посох-фонарь, а из чехла вытащил свой лучший огненный посох. Тот самый, с крупным рубином в навершии.

Мало ли что там, в темноте.

Я шагнул в пролом.

Посох-фонарь разгонял мрак метров на десять вокруг, дальше – сплошная чернота. Мост уходил вперёд, в никуда.

Я ступил на него и сразу почувствовал, как камень под ногой дрогнул. Не сильно, но достаточно, чтобы внутри всё сжалось. Мост был очень старым, и хоть выглядел надёжно, но каждый шаг по нему отдавался лёгкой вибрацией.

Я шёл медленно, проверяя каждый камень перед тем, как перенести вес. Перила в некоторых местах крошились под пальцами. Пару раз под ногой что-то хрустело – то ли мелкие камни, то ли кости каких-то животных. Или не животных.

Метров через сто мост закончился. Я ступил на твёрдую поверхность и выдохнул. Всё-таки неприятное ощущение – шагать по узкому проходу над бездной, даже если ты артефактор с кучей защиты.

Передо мной открылась ещё одна пещера. Я поднял посох повыше и осмотрелся.

Первое, что бросилось в глаза – клетки.

Их было много. Целая куча. Разных размеров – от маленьких, с собачью будку, до огромных, в которые легко поместился бы взрослый мужик. Стояли вдоль стен, громоздились друг на друга, некоторые были сломаны, другие – с ржавыми прутьями.

Я подошёл ближе. Похоже, это сталь. Хорошая сталь, даже несмотря на ржавчину. Хм, уже неплохо.

Кроме клеток, в пещере нашлось ещё кое-что. Вдоль стен тянулись каменные полки, на которых валялся всякий хлам. Глиняные черепки, какие-то инструменты, стеклянные колбы с чем-то засохшим внутри.

На стенах виднелись надписи. Язык был незнакомый. Какие-то угловатые символы, выбитые прямо в камне.

Я обошёл пещеру по кругу и понял: здесь когда-то была лаборатория или что-то вроде того.

Но сейчас всё, что здесь осталось – мусор. Единственное, что представляло ценность – клетки.

Из было около сотни, разных размеров. Если переплавить – это куча стали! Арсений будет счастлив. Да и я, честно говоря, тоже. Металл нам нужен позарез, а тут – готовый, только вытащи.

– Сюда! – крикнул я в сторону прохода. – Все, кто есть, идите сюда! И верёвки захватите!

Через пару минут в пещеру начали заходить люди. Гвардейцы, шахтёры, пара каменщиков. Они озирались, кто-то шептал молитвы подземным богам. Я велел расставить вдоль моста посохи-фонари – чтобы хоть что-то видеть, и обвязаться верёвками на всякий случай. Если кто-то оступится – есть шанс вытащить.

Начали перетаскивать клетки.

Работа была тяжёлая и опасная. Клетки, даже пустые, весили прилично. Их тащили по двое, по трое, цепляли верёвками, волокли по каменным плитам моста. Тот дрожал под ногами, и я видел, как люди бледнеют, глядя в чёрную пустоту внизу.

И тут снизу раздался вой.

Низкий, утробный, он прокатился по пещере, отразился от стен и ушёл вверх, в темноту. Люди замерли. Один из шахтёров пошатнулся и чуть не полетел вниз – его успели схватить за верёвку.

– Там… там что-то есть… – прошептал кто-то.

– Да неужели, – буркнул я.

Вой доносился откуда-то из глубины, и он не был похож на звук, который издаёт обычный зверь. Собственно, откуда в этой бездне взяться обычному зверю? Явно какой-то магический мутант или вообще тварь из иного мира. Или огромный инсектоид.

Как ни крути – а встречаться с ним я не очень хочу.

– Не бойтесь! – воскликнул я. – Сейчас граф со всем разберётся.

Сунул руку в карман и достал горсть пространственных кристалликов. Подошёл к краю моста, посмотрел вниз и швырнул кристаллики в бездну.

Дал магический импульс.

Двадцать огромных каменных блоков появились в воздухе и полетели вниз. Я смотрел, как они исчезают в темноте один за другим. Летели они долго. Я даже начал считать про себя, но сбился.

А потом снизу донеслись звуки.

Бум. Бум. БУМ! ШМЯК!!!

Тяжёлые удары, один за другим, отдавались в стенах пещеры и звучали как пушечные выстрелы. Эхо множило их, и казалось, что где-то внизу идёт сражение.

Вой оборвался, превратился в жалобный визг, потом в хрип – и стих.

Я отряхнул руки и повернулся к ошарашенным людям.

– Всё. Работаем дальше.

Они смотрели на меня огромными глазами, кто-то даже рот открыл. Но спорить никто не стал. Наоборот – зашевелились быстрее.

Мы перетаскали все клетки наружу, погрузили их на телеги и повозки, которые подогнали к входу в шахту. Работа заняла остаток дня, и к вечеру я, уставший, но довольный, поехал обратно в имение.

Там я первым делом нашёл Арсения.

Кузнец стоял у горна, что-то объяснял ученикам, когда я подошёл и хлопнул его по плечу.

– Смотри, что привёз.

Он обернулся, глянул на телеги, заваленные стальными клетками – и замер. Потом подошёл ближе, потрогал прутья, постучал по ним молотком, который держал в руке.

– Это… это всё сталь? – прошептал он.

– Сталь, – кивнул я.

– Столько стали… – Арсений обвёл взглядом телеги, и в его глазах я увидел слёзы. – Я столько в жизни не видел, ваша милость! Да мы же… да я же…

Он замолчал, не в силах подобрать слова.

– Вот видишь, – усмехнулся я. – А ты переживал, что металла не хватит. Как там обшивка для ворот?

Арсений вытер глаза рукавом и выпрямился.

– Делаем, ваша милость! Всё будет готово в срок! Я вам такие ворота сделаю – никакая магия не пробьёт!

– Вот и отлично, – я похлопал его по плечу ещё раз. – Работай.

Оставив кузнеца наедине с его сокровищем, я пошёл в дом. Ноги гудели, спина ныла, но настроение было отличное.

Мы не только зачистили пещеру, но и добыли гору металла. И, кажется, убили что-то большое и злое в бездне. Или покалечили. В любом случае, одной угрозой меньше.

В спальне я стянул сапоги, рухнул на кровать и закрыл глаза.

Хороший был день.

Я улыбнулся и провалился в сон.

После возни с клетками тело требовало отдыха, и я ему этот отдых с удовольствием предоставил.

Проснулся от того, что кто-то тряс меня за плечо.

– Господин! Господин, тревога!

Я открыл глаза. В комнате было темно. Надо мной стоял запыхавшийся солдат с перекошенным лицом.

– Что опять? – хрипло спросил я, садясь.

– Инсектоиды напали на деревню, господин! Их много!

Сон слетел мгновенно. Я вскочил, натянул сапоги, схватил чехол с посохами и выбежал во двор. Там уже строилась гвардия – люди выскакивали из казарм, на ходу застёгивая доспехи и хватая оружие. Ильдар орал команды, конюхи подводили осёдланных лошадей.

Чуть в стороне, отдельной группой, стояли жукоборцы. Двадцать человек в полной выкладке, с кольцами на пальцах и решимостью на лицах. Прохор прохаживался перед строем, что-то втолковывая бойцам. Увидев меня, кивнул.

– Мы готовы к бою, господин.

– Тогда вперёд, – рявкнул я, запрыгивая на Громилу.

Мы рванули к деревне. Ночь была тёмная, безлунная, но со стороны поселения поднималось зарево – что-то горело.

Когда мы влетели в деревню, картина открылась та ещё.

Жуки были повсюду. Секачи носились между домами, рубя своими лапами заборы и телеги. Огненные плевунцы метали сгустки пламени, поджигая всё, до чего дотягивались. В воздухе метались крикуны, чей вой резал уши.

А посреди всего этого хаоса возвышался жук-носорог. Здоровенная тварь ростом с быка-осеменителя и массивным хитиновым рогом на голове. Он неторопливо двигался вдоль домов, и каждый его шаг сотрясал землю.

– Рассредоточиться! – заорал я. – Жукоборцы – на секачей! Стрелки – сбивайте крикунов! Маги – со мной, на носорога! Не жалеть боеприпасов, уничтожить всех!

Бойцы издали боевой клич, и закипело сражение.

Гвардейцы открыли огонь из ружей и новых многозарядных арбалетов. Болты и пули застучали по хитину. Один из плевунцов попытался плюнуть огнём в группу бойцов, но защитные амулеты отразили пламя.

Следопыты Германа дали залп в воздух. Несколько крикунов, пронзённые насквозь, рухнули на землю. Тех, кто ещё оставался жив, растоптали лошадьми. Остальные крикуны заметались, их вой стал ещё пронзительнее. У меня аж зубы заныли.

Жукоборцы под командованием Прохора вступили в схватку с секачами. Я видел, как Белогор метнул копьё, и оно вошло точно в глаз твари. Секач заверещал, закрутился на месте и рухнул, подмяв под себя чей-то забор.

Другие жукоборцы подпустили тварей поближе. Активировали кольца – вокруг них выросли золотистый шары, и жуков порвало на части.

Главной проблемой оставался носорог.

Он двигался к центру деревни, и ни стрелы, ни болты, ни даже пули не могли пробить его панцирь.

Яшка и его маги ударили из посохов. Огненные шары врезались в тушу, но только опалили хитин, не причинив серьёзного вреда. Носорог даже не замедлился.

– Бейте по ногам! – крикнул я. – Остановите его!

Сгустки пламени и разряды молний полетели в сочленения лап. Носорог споткнулся, заревел так, что земля задрожала.

Я выхватил меч и бросился к нему.

– Прикройте!

Маги усилили огонь, отвлекая тварь. Я подбежал сбоку, запрыгнул на огромную лапу, потом – на выступ панциря. Носорог дёрнулся, пытаясь сбросить меня, но я вцепился мёртвой хваткой. Подтянулся, забрался на спину.

Ударил мечом в сочленение панциря. Раз, другой. Хитин треснул. Я вогнал клинок глубже, расширяя рану. Из-под панциря брызнула вонючая жижа.

Носорог взревел и начал мотать головой, пытаясь достать меня. Я едва не слетел, но удержался. Выхватил из чехла огненный посох с рубином.

Вогнал его в рану, прямо вглубь туши, и активировал его на полную мощность.

Рубин вспыхнул ослепительным светом. Из щелей в панцире носорога повалил дым, потом – метнулось пламя. Тварь заревела так, что у меня чуть барабанные перепонки не лопнули. Я спрыгнул на землю, откатился в сторону.

Носорог сделал ещё пару шагов и рухнул. Изнутри его пожирал огонь – посох продолжал работать, выжигая внутренности.

Через минуту всё было кончено. Огромная туша застыла посреди деревни, и из щелей в панцире валил чёрный дым.

Я вытер пот со лба и огляделся.

Бой затихал. Последних секачей добивали жукоборцы. Крикуны, лишившись половины стаи, улетели в лес.

Что могу сказать… Не зря я так настаивал на том, чтобы для всех построили каменные дома. Это того стоило. Люди укрылись внутри и выжили – жуки не смогли пробиться через камень и не смогли ничего поджечь.

Ну, за исключением заборов и парочки личных огородов селян.

Из домов начали выходить жители. Они озирались, смотрели на туши жуков, на дымящегося носорога, на меня. И вдруг одна женщина, прижимая к груди ребёнка, шагнула вперёд.

– Спасибо, господин! – выкрикнула она, и в голосе её звенели слёзы. – Спасибо, что спасли нас!

За ней подошли другие. Они обступили меня, кланялись, благодарили, кто-то даже попытался поцеловать руку.

Я поднял ладонь, останавливая их.

– Не за что благодарить! Вы под моей защитой. Просто не забывайте об этом. Но теперь у меня для вас есть задание.

Из толпы вышел Степан, посмотрел на мёртвых инсектоидов и хитро прищурился.

– Срезать всё полезное с жуков? – спросил он.

Я улыбнулся.

– Именно так, мой дорогой Степан. Именно так…