Текст книги "Мастер драгоценных артефактов 4 (СИ)"

Автор книги: Олег Сапфир

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Грач смотрел на костёр и понимал: это конец. Людей у него осталось не так уж много. Часть на той сходке перебили, а двадцать три человека недавно просто пропали. Сопротивляться Красным Воронам они не смогут.

В этот момент из темноты вышел другой член банды и спросил:

– Грач… Можно мне к вам в круг? – спросил он.

Рык сразу скривился.

– Ты по статусу не дорос, Малой.

Малой замялся, а Грач поднял руку:

– Если есть что сказать – пусть говорит. У нас сейчас вариантов немного.

– Есть что сказать, атаман! Только не знаю, может, это полнейший бред…

– У нас весь вечер такой, – буркнул Филимон. – Давай, выкладывай.

– Я на днях у заброшенной мельницы сидел, силки проверял. Ко мне Леший подошёл.

– Какой ещё Леший? – спросил Рык.

– Ну, вы его не знаете, – махнул рукой Малой. – Ушлый такой парень, в банде Барса раньше мотался. Короче, он мне предложение сделал. Сказал, что можно жизнь поменять и пойти к какому-то аристократу. Там, мол, еды вдоволь, работа честная, жильё дают. Правила соблюдай – и живи как человек.

Рык заржал, а следом подхватили и всё остальные. Грач только фыркнул:

– Еда вдоволь? И работа честная? Может, ещё каждому по корове и тёплой бабе? Сказки.

– Сказки не сказки, вот только вы же сами знаете, что недавно наших двадцать человек пропало, – продолжил Малой.

Смех затих.

– Двадцать три, – мрачно уточнил атаман.

– Вот-вот. Ещё десяток, я слышал, из банды Ковриги куда-то делись. Из других тоже люди ушли. У них там сходка возле реки была, Леший всех собирал. Он обещал какие-то подтверждения показать и видимо, показал. Потому что люди поверили и ушли с ним.

Грач посмотрел на своих.

Аристократ, который принимает разбойников, кормит, даёт работу и жильё… Да не, так не бывает.

Но раз люди поверили, значит, что-то интересное там может быть.

– Где это место? – спросил атаман.

Оказалось, что относительно недалеко: если всей бандой отправиться в путь, дня за три-четыре можно дойти.

Начался спор.

Рык говорил, что это ловушка. Его брат считал, что даже ловушка лучше Мухомора, потому что из ловушки всё же есть шанс выбраться. Филимон напомнил про зиму и предложил отправить разведчиков, но Грач сразу отмёл: пока разведчики вернутся, Красные Вороны могут уже прийти.

Спорили долго, и всё равно пришли к тому, что выбора у них нет.

Грач поднялся и посмотрел на своих.

– Это, конечно, та ещё авантюра, братва, – сказал он. – Но со дня на день за нами придут. А у нас людей толком нет сопротивляться. Так что рискнём! Собираем всех. Берём еду, инструменты, оружие. Всё лишнее бросаем и топаем к этому графу. Если правда, что там Леший про горы еды рассказывал – попросим взять нас. Если не примет – осядем где-нибудь на его землях и будем думать дальше.

Никто не обрадовался такому решению атамана. Но никто и не спорил. Потому все понимали – лучше рискнуть, чем гарантированно умереть…

Глава 16

Яр по кличке Лесник к концу дня уже плохо чувствовал руки. И спину тоже. Да и ноги, если уж на то пошло.

Не то чтобы он был слабым. Наоборот, с детства по лесам мотался, лук таскал, зверя выслеживал, по деревьям лазил, если надо. Но таскать здоровенные каменные блоки для стены – это совсем другое.

Солнце уже клонилось к лесу, начинало темнеть, а работа всё ещё кипела. Одни бывшие разбойники копали траншею под основание стены. Другие обвязывали каменные блоки канатами, подкладывали брёвна и волокли вперёд. Третьи устанавливали эти блоки.

Где-то рядом скрипнула тележка. Лесник невольно покосился на неё.

Тележка была не простая, а почти целиком из металла. Не развалюха, которую крестьяне чинят верёвкой и молитвой, а настоящая штука, сделанная мастером.

И вот это больше всего поражало. Где это видано, столько металла, да на телегу пускать? А тут такое богатство, и на обычной стройке, где бывшие бандиты трудятся.

Хотя, если подумать, у графа Шахтинского вообще многое не как у всех. Лопаты, вот, почти всем выдали металлические. Кирки нормальные, молоты, зубила, другие инструменты.

Со стороны палаток раздался сигнал рога. Это значило, что на сегодня хватит.

Люди закончили доделывать свои дела, оставили инструменты в сарае и побрели к лагерю. Яр шагал вместе со всеми.

Ноги гудели, плечи ныли, ладони горели. Но странное дело – ему это даже нравилось. Приятная усталость после честной работы – это не синяки после драки считать.

Работники пошли к колодцу и по очереди напились, а оттуда направились к новому чуду техники, которое граф велел соорудить.

Эту штука называлась «душ». Лесник сначала вообще не понял, зачем это нужно. Есть же колодец и ведро. Облился – и готово, чистый.

Но когда он попробовал помыться под этим душем, то и думать забыл про ведро.

Душ представлял из себя небольшую деревянную кабинку – точнее, четыре кабинки, чтобы сразу несколько человек могли мыться. От колодца к ним шли трубы. Человек заходил, касался специально камня, и сверху из железной лейки начинала литься вода. Причём даже тёплая.

Чуть-чуть, конечно, тёплая, но всё равно.

Говорили, что когда в шахте найдут подходящий кристалл, вода будет прямо горячая.

После душа все пошли к кострам. Там уже стояли большие котлы, в которых булькала аппетитная похлёбка с мясом, картошкой и специями.

Специями, чтоб их!

Лесник раньше думал, что специи – это только для купцов и богачей. А теперь вот ел жирную наваристую похлёбку с перцем и ещё чем-то там. И это оказалось вкусно.

Порции давали щедрые, даже слишком. Когда Яру наложили еды, он машинально сказал:

– Хватит, не нужно больше. Я столько не съем.

Надо же. Он никогда не думал, что скажет что-нибудь подобное.

Рядом Федот, бывший пахарь, покрутил деревянную миску в руках и сказал:

– Я бы вообще не удивился, если мы скоро из железных мисок есть будем, а не из деревянных.

Силантий, стоявший рядом, засмеялся:

– Фантазёр!

– Почему это? Ты телеги-то железные видел? – не сдавался Федот. – А лопат у нас сколько? Почти все металлические. И другие инструменты. Да не в каждом городе столько металла есть!

– Может, граф просто не знает, что металл дорогой, – предположил кто-то.

Все посмеялись, хотя и понимали, что вряд ли Шахтинский такой дурак. Яр уселся за стол, ел молча и слушал.

Да уж, так хорошо он никогда в жизни не ужинал. В банде мясо тоже бывало, он сам же и охотился. Но бывало и так, что мясо, добытое им, ему почти не доставалось. Особенно если добычи было мало.

А тут ешь сколько хочешь. Фантастика какая-то.

Лесник не был матёрым разбойником, скорее охотником, который не туда свернул. Луком он владел хорошо, следы читать умел, звериные повадки знал. Пока жил в деревне, этим и занимался.

Потом пришли плохие времена, от деревни ничего не осталось, кроме руин, и пришлось вступить в банду.

После ужина они пошли в общие палатки, в каждой из которых ночевало человек по десять-пятнадцать.

Для переодевания сделали отдельное место. Грязную одежду велели складывать в корзины, а потом деревенские бабы эту одежду стирали, сушили, и утром можно было взять чистую.

Каждому выдали по два-три комплекта одежды, что тоже было удивительно. Многие просто не понимали, зачем так часто переодеваться.

А вот Яр понимал. Как минимум запах – дело важное. Зверьё грязного человека за версту почует. Да и вообще, мать его когда-то учила, что грязь – это опасно. Болезни, вши, заражение ран и прочая дрянь.

Мать у него была городская, грамотная. Потом влюбилась в отца, переехала в деревню и всю жизнь ворчала, что деревенские люди моются только тогда, когда дождь идёт.

Яра она учила читать, считать и не быть совсем уж дикарём.

Жаль, не всему научила.

Когда в палатке начали засыпать, Яр ещё долго лежал с открытыми глазами.

Снаружи потрескивали костры. Кто-то храпел, кто-то ворочался во сне.

Потом он услышал шорох снаружи.

Сначала не обратил внимания, но чутьё подсказывало, что здесь что-то нечисто.

Лесник приподнялся. Он уже догадывался, кто это там крадётся и что хочет сделать.

Тихонько выбрался из палатки и выглянул из-за угла. В темноте пять человек проскользнули к сараю, где хранилась общая еда. Они вскрыли дверь и начали выносить мешки с припасами, а следом и инструменты.

Всё это грузили в телегу, в которую уже были запряжены лошади.

Яр смотрел и поражался. Вот же идиоты!

Или они настолько прониклись разбойничьей жизнью, что им теперь плевать на всё? Еда есть. Работа есть. Душ, чистая одежда, нормальное отношение. Можно остаться в этом прекрасном месте навсегда, если не творить всякую хрень.

Но нет. Надо украсть общую еду, телегу с лошадьми и свалить.

Лесника здесь всё устраивало. Более того, он уже начал переживать, что, когда стену достроят, граф их прогонит.

Да, обещали, что можно будет остаться. Но кто знает? А если из-за таких уродов граф решит, что бывшие разбойники ему не нужны?

В первые дни Яр об этом особо не думал. А теперь думал постоянно, вспоминая наставления матери. Мол, надо с головой дружить, жить по совести и во всём меру знать. Не хватать всё, что плохо лежит.

Он всегда старался следовать этим правилам. Бывало, что подвернулась возможность трёх-четырёх оленей завалить, но Лесник брал одного, максимум двух. Сколько нужно. Потому что знал – принеси он слишком много, потом, в плохие времена, атаман начал бы орать, почему добычи меньше, чем раньше.

Люди к хорошему быстро привыкают.

Телега с идиотами тронулась.

Яр подождал, пока она отъедет, а потом тихо пошёл в деревню, к большому каменному дому, где жил Леший.

Дом выглядел как целое имение. Красивый, крепкий, со стеклянными окнами. Яр даже замялся немного, прежде чем постучать.

Дверь открыл охранник, смерил его взглядом и впустил.

Внутри за большим столом сидел Леший. Перед ним лежали какие-то бумаги, палочки для счёта, карандаши и даже толстая книга.

Прямо штаб человека, который имеет большие планы и постоянно в работе.

Леший поднял голову.

– Яр, да? Я тебя помню. Чего пришёл?

Лесник неловко переступил с ноги на ногу.

– Там, это… Хочу сообщить кое-что важное.

Леший вздохнул и отложил листок с записями.

– Ладно, подумаем над увеличением скорости стройки попозже. Кстати, не знаешь, как увеличить скорость строительства в три раза?

– Э-э… Людей ещё найти?

Леший снова вздохнул.

– Значит, не знаешь. Ладно, что хотел?

Яр быстро рассказал про пятёрку идиотов, которые вздумали ограбить графа.

– Их нужно остановить, – закончил он. – Из-за них граф ко всем нам доверие растеряет! Я не удивлюсь, если самое мягкое, что он сделает, это нас выгонит. Если не казнит вообще. А я бы хотел здесь остаться, и желательно живым.

Леший прищурился.

– А с чего ты мне вообще пришёл рассказал? Не считаешь это подлостью?

– Нет, – сразу ответил Яр. – Подлость – подставлять своих собратьев.

– А тебе не предлагали с ними отправиться?

– Предлагали, – буркнул Лесник.

– Чего раньше не пришёл?

– Я не был уверен, что они правда пойдут. Это всё на уровне разговоров было.

Он назвал клички: Жук, Рябой, Кислый, Мерзляк и Хват. Все те, кто ещё вчера громче всех клялся работать честно, а на самом деле подговаривал других взять добро и свалить.

– Леший, мы время теряем! – добавил Яр. – Нужно их ловить.

Но тот почему-то не торопился. Спокойно откинулся на стуле и спросил:

– А как тебе сегодня работалось? Всё было хорошо? Никаких происшествий?

Яр даже не сразу понял, что это за вопрос.

Какого хрена Леший тупит? Но он тут на стройке главный. По крайней мере, к нему относились так, будто Леший второй человек после графа. Лесник, если честно, сам бы так хотел.

– Происшествий… – медленно повторил он. – Ничего серьёзного. Три лопаты сломались.

– Это не страшно, – махнул рукой Леший. – Лопату можно переплавить или починить.

Яр ещё рассказал, что один блок чуть не уронили, но успели подхватить. Что у одной телеги колесо слетело, а один работник палец себе молотком размозжил.

Леший слушал внимательно, даже пару пометок сделал. А потом кивнул и сказал:

– Понятно. Спасибо за информацию. Можешь идти.

– А как же эти? Вы что, погоню не будете отправлять? – Яр уставился на него.

Леший усмехнулся.

– Ты думаешь, здесь всё так просто? Об их планах все знали заранее. Граф не так прост, как тебе кажется. Его люди серьёзно тренируются, и здесь повсюду глаза и уши. Так что можешь не переживать, этих людей ты больше никогда не увидишь. Отношение к вам не испортится. Граф изначально знал, кого себе впускает. Не всех можно изменить, увы.

Лесник, помедлив, кивнул и вышел из дома.

Честно говоря, ему показалось, что Леший просто выделывается и пытается показать, какой граф Шахтинский всемогущий, а заодно и он вместе с ним.

Яр вернулся в палатку и лёг спать. Ночью снова проснулся от скрипа колёс – сон у него был чуткий, охотник ведь. Если в лесу будешь спать как убитый, то однажды проснёшься уже в желудке у кого-нибудь очень зубастого.

Яр приподнялся и выглянул наружу.

К сараю подъехала та самая телега, гружёная добром. Только теперь на ней ехали совсем другие люди. В чёрной кожаной броне, с луками за спиной, на которых тускло блестели кристаллы.

Следопыты графа.

Телегу поставили на место. Один из следопытов что-то сказал охраннику, второй проверил мешки, третий спокойно увёл лошадей.

Пятёрки воров с ними не было. Выходит, Леший не врал. Граф и правда на несколько шагов впереди.

Теперь оставалось надеяться, что и остальное правда.

Утром Яр проснулся раньше большинства, умылся, взял чистую рубаху из своей корзины и пошёл к месту работы.

Слухи о ночной попытке ограбления уже поползли, и настроение у людей было хмурое. А когда все увидели, что на площадке их поджидает Леший, то окончательно помрачнели.

Тот забрался на недостроенную стену, хлопнул в ладони и воскликнул:

– Парни, слушайте внимательно! Объясняю один раз.

– Нам теперь всем конец из-за этих дураков, – покачал головой Федот.

– Слушайте меня, говорю! – громче сказал Леший. – Никакой проблемы нет. Ни на кого из вас граф не в обиде, всё нормально. Его милость лично мне сказал: кто хочет, может повторить их подвиг. Единственное, предупреждаю: каждый, кто это сделает, будет убит.

Толпа притихла, а Леший спокойно продолжил:

– Вы ещё не понимаете возможности графа так, как я понимаю. Но я вам обрисую, что к чему. Вот, к примеру, я тоже бывший разбойник. Если бы граф лежал сейчас при смерти, а я находился в его сокровищнице, набитой золотом, и у меня была возможность забрать что угодно и уехать – я бы этого не сделал. Соблазн, возможно, и был бы. Но нет, не со всеми людьми такое прокатывает. И граф именно тот человек, с которым это не прокатывает.

Яр посмотрел по сторонам. Кажется, многие прониклись, особенно учитывая пропажу этих пятерых долбоклюев.

– А теперь другая новость, – добавил Леший. – Граф умеет не только наказывать, но и вознаграждать! Вы за эти дни очень усердно трудились, поэтому вот.

Он дал знак, и один из его охранников сдёрнул брезент с подвезённой тачки. В ней стояли ящики с маленькими бутылочками.

– Каждый сейчас подходит и берёт по три зелья. Выпиваете их сразу же при мне. Это укрепит ваше тело и здоровье. Станете сильнее, выносливее, и спать будете лучше! – объявил Леший. – На минуточку, такие зелья выдаются только подданным графа и стоят каждое не меньше одного золотого, если их продавать.

Люди зашумели, переглядываясь, а кто-то поднял руку и спросил:

– Если они такие дорогие, зачем их тратить на нас?

Леший усмехнулся.

– Как говорит граф: прежде чем строить крепкую экономику, нужно выстроить крепкое общество. Не переживайте и пейте.

Яр первым решительно направился к тачке. Ему было очень интересно попробовать, что же там за снадобья такие.

Взял положенные три пузырька. Открыл первый, понюхал и сразу понял: штука серьёзная. Он немного разбирался в магических травах, отец научил. И здесь, похоже, сильный сбор разных трав, да ещё и как следует сваренный.

Лесник выпил.

Тепло разлилось по горлу, наполнило грудь, потом ушло в руки и ноги. Остатки вчерашней усталости растворились в этом тепле, дышать стало легче.

Яр замер, потому что на него вдруг нахлынули воспоминания.

Когда ему было лет десять, он сильно заболел. Родители тогда поехали в город, продали все украшения матери и ещё кучу вещей, а потом привезли несколько зелий.

Эффект у них был похожий, и Яр почти сразу выздоровел. Но в тот раз родители отдали почти всё, что у них было, за две скляночки.

А тут ему, обычному разбойнику, давали такие дорогие снадобья лишь за то, что он работает…

Он жадно выпил остальные снадобья, положил пустые бутылочки в подготовленный ящик и хлопнул в ладоши:

– Ну, чего встали, мужики⁈ Пейте и за работу!

* * *

За последние несколько дней я что-то реально задолбался.

Нет, не в том смысле, что «ой, много дел». А в нормальном таком смысле, когда утром встал, сделал десять важных вещей, потом ещё двадцать, а вечером внезапно понял, что вообще-то хотел заниматься совсем другим.

Я пробежался по всем своим владениям, со многими поговорил и конкретно усовершенствовал до хрена всего.

Следопытам сделал новые луки, поправил зачарования в амулетах, добавил пару новых сигналов на браслеты.

Бывшим бандитам соорудил душ. Вода пока чуть тёплая, но когда найдём подходящий кристалл с огненным аспектом, водичка станет погорячее.

Ещё я наделал оздоравливающих амулетов для стариков и людей, переживших тяжёлые ранения. Эти амулеты восстанавливали и даже слегка омолаживали организм. На примере Макара и Ильдара я убедился, что средство отличное.

Ну и ещё кучу всяких приблуд сделал.

А всё потому, что с пространственными кольцами у меня пока что ничего не выходило.

Собственно, именно поэтому я решил переключиться. Иногда это полезно. Если слишком долго биться головой об одну стену, можно, конечно, её пробить. Но чаще трескается голова, чем стена.

Пространственные кристаллики, кстати, никуда не делись. С их помощью всё ещё можно перетаскивать блоки. Но количество ограничено, поэтому я решил использовать их только на больших расстояниях. А бывшие бандиты пусть не расслабляются и таскают по старинке. Им полезно.

Вообще, надо бы добить долбаные кольца, чтобы и породу из шахты нормально таскать. Но у меня появилось подозрение, что легче будет сделать какой-нибудь магический конвейер от шахты до деревни.

Учитывая, сколько мне нужно камня, это себя оправдает.

Я уже прикинул, что без каменных стен и башен в этих краях никак. А чем больше людей, тем сильнее защита нужна. И, как ни странно, тем выгоднее её строить.

А то мы же богатеем, и будет обидно, если инсектоиды всё это враз сожрут.

Потому что жуки – это не шутка. Сегодня три твари, завтра тридцать, а однажды может прийти волна в тысячу голов. Или в десять тысяч.

А если сто тысяч? Стотысячная армия инсектоидов – это вполне реально. Они же как бешеные плодятся.

Перед такой ордой даже город не факт что устоит. Тут нужны стены – высокие, крепкие и непростые, чтобы эти сволочи не могли забраться. А для тех, кто всё-таки умеет ползать по стенам, нужно будет соорудить артефактные молотилки, резалки и прочие устройства, превращающие жуков в кашу.

Эх, не помешал бы кто-то из Ордена Архитекторов…

Я мысленно хмыкнул.

Ну да, не помешал бы. Только вот я даже в прошлой жизни не всегда мог себе позволить их услуги, а в этой так тем более.

Хотя, если бы я продал Сердце Галактики, которое меня и убило в прошлом мире, то, наверное, мог бы взять у них годовой абонемент. Особенно если бы продал камень Грегори-торговцу. Он любит скупать всякое, и платит честную цену.

Единственный момент: больше у него не выторгуешь, а вот честную – можно.

Я проверил камневарку, спустился в шахту, убедился, что трубы и все артефакты работают стабильно.

Поговорил в деревне со Степаном, выслушал три жалобы на бывших разбойников и две жалобы от бывших разбойников на местных. В целом все они сводились к тому, что люди, внезапно оказавшиеся рядом, пока не научились не раздражать друг друга.

Нормально, притрутся со временем.

К ночи я вернулся в дом с чувством выполненного долга. Лёг спать и даже успел заснуть.

Ненадолго, разумеется…

* * *

Ночь в лесу была тёмная, холодная и очень тихая.

Не мёртвая тишина, конечно. Лес никогда не молчит полностью. Где-то скрипели ветки, где-то шуршала листва, вдалеке ухала какая-то ночная птица. Но всё равно казалось, будто весь мир притих.

Салуян поправил ремень на груди и выдохнул. Изо рта вырвалось белое облачко пара.

– Зима близко, – буркнул он.

– Да ты прям мудрец, – тихо ответил Тимоха, идущий рядом. – Ещё скажи, что ночью темно.

Они работали в паре уже третий месяц. Сначала ругались часто, потом привыкли друг к другу.

За спинами у обоих висели луки, на поясах – колчаны со стрелами короткие мечи. На руках – браслеты с сигнальными камнями.

– Слушай, – вдруг сказал Тимоха. – Ты мог такое раньше представить? Что мы ночью в лесу будем так спокойно себя чувствовать?

– Вряд ли, – ответил Салуян. – Но такая вот у нас работа. И должен сказать, в последнее время она мне полегче даётся. Навыки у нас подросли.

Тимоха тихо хохотнул.

– А ты вспомни, как в начале себя вёл. Чуть не обделался, когда на тебя случайно олень выскочил.

Салуян покосился на него.

– Если ты забыл, у того оленя были красные глаза, и он мне бок пропорол. Он не просто выскочил, он намеренно на нас напал.

– Да-да. Если бы я его не убил, тебе бы хана пришла.

– Ага. Ты его только с третьего выстрела завалил.

– Но завалил же.

– Нужно было мечом рубить, вот в чём нюанс.

– Ну, не додумался, – признал Тимоха. – Тоже испугался, вообще-то. С кем не бывает.

В этот момент где-то впереди раздался громкий хруст. Затем звук повторился, и следом послышалось какое-то щёлканье.

Тимоха сразу перестал улыбаться.

– Опа. Выдвигаемся. Надо посмотреть.

Они достали луки и ускорили шаг, но не побежали. Герман учил, что в лесу бежать можно только тогда, когда уже точно знаешь, от кого бежишь или за кем. Во всех остальных случаях лучше не ломиться как кабан.

Через пару минут они увидели странную картину.

Впереди росло широкое дерева, метра два в ширину. И оно шевелилось – такое ощущение, что ожило и пытается выбраться из земли.

Но деревья не оживают. Наверное… Скорее всего, прямо под его корнями наружу пытаются прокопаться жуки.

– Прорыв, – тихо сказал Салуян.

– Похоже, – кивнул Тимоха.

Они не стали подходить ближе. Заняли позиции за деревьями и наложили стрелы.

Через несколько мгновений дерево с треском накренилось и рухнуло. Из ямы показалась хитиновая спина.

Инсектоид выбрался и растерянно ткнулся башкой в поваленное им же дерево. Видно, ещё не пришёл в себя, оказавшись под открытым небом.

Следопыты этим воспользовались.

Две стрелы ударили почти одновременно. Потом ещё две.

Они выпустили простые стрелы, без зачарованных наконечников. Тварь была не особо крупная, значит, панцирь относительно мягкий. А учитывая, что луки у них были с камнями, били они сильнее обычных.

Ещё парочка попаданий – и жучара затих.

– Легкотня. Как по мишени, – улыбнулся Тимоха.

И тут земля впереди снова зашевелилась.

Второй инсектоид вылез быстрее. Он оказался крупнее первого раза в полтора, с широкими челюстями и толстыми передними лапами.

– Ох, ни хрена себе. Вызывай жукоборца! – сразу сказал Салуян.

Напарник кивнул и нажал на красный камень на браслете. Тот коротко вспыхнул.

Следопыты переглянулись и бросились в разные стороны. Жук заметил их и замотал башкой, не зная, за кем лучше броситься. Стрела Салуяна тюкнула его по башке, а инсектоид взвизгнул и плюнул вязкой жидкостью.

Салуян едва успел прыгнуть за дерево. Жижа ударила в ствол и зашипела.

– Какая милая тварь! – рассмеялся Тимоха.

– Стреляй!

Они отвлекали жука друг на друга. Один стрелял – жук поворачивался. Второй бил следом. Потом наоборот.

Получалось неплохо. Проблема была только в том, что стрелы не бесконечные.

Когда у Савелия осталось всего пять штук, из темноты вдруг выскочил здоровяк Белогор с дротиком в одной руке и копьём в другой. Следом за ним торопился ещё один следопыт.

Белогор метнул дротик, и тот вонзился в панцир инсектоида. Затем жукоборец перехватил копьё двумя руками и с рёвом побежал вперёд.

Жук бросился навстречу, распахнув челюсти. А Белогор сделал какую-то совершенно безумную вещь.

Он сам сунул руку твари в пасть, и в ту же секунду вогнал копьё между челюстей, не давая им сомкнуться. А потом активировал кольцо.

Голова жука вспыхнула золотым светом и начала раздуваться.

– Сейчас лопнет, – сказал Тимоха.

Не лопнула.

Жука всего раздуло, панцирь треснул, по бокам потекла слизь, но тот не умер. Забился и завизжал так, что у Савелия заложило уши.

– Что за хрень⁈ – Белогор отскочил от твари.

Да уж, такого быть не должно.

Кольца жукоборцев обычно рвали тварей на части. А этот растянулся, как кожаный мешок, но всё ещё жил.

– Новый вид? – спросил Тимоха.

– Ага, очередной, – мрачно ответил Салуян. – Если он так тянется, то и коня бы проглотил, наверное. А то и броневик.

Вскоре обезумевший инсектоид перестал носиться туда-сюда, и Белогор, не церемонясь, добил его мощным ударом копья.

– Надо доложить в имение, – сказал Белогор.

Спорить никто не стал. Вся чётверка быстрым шагом двинулась к деревне, где можно было взять коня и доскакать до имения. Пока доберутся, уже рассветёт, можно будет и доложить графу о новом виде.

Салуян шёл и думал о том, что работа ему досталась, конечно, опасная. Но он вдруг поймал себя на мысли, что ему это нравится. Нет, жуки, конечно, восторга не вызывали. Нравилось другое.

Они все стали важными членами общества. Ещё недавно были обычными парнями из деревни. Никем, по сути. А теперь им дали луки, броню, артефакты, научили стрелять, двигаться, думать. Их отправляли в лес не потому, что больше некого, а потому, что они могли справиться с поставленной задачей.

И чтобы не подвести графа, деревню и своих близких, они будут и дальше становиться сильнее.

На опушке Тимоха вдруг коротко свистнул и поднял руку.

Все остановились.

Впереди, между деревьями, медленно пробирались три тёмные фигуры. Инсектоиды шли в сторону деревни.

В последнее время их стало слишком много. Именно поэтому следопытов и отправляли в ночное патрулирование.

Тимоха посмотрел на Салуяна. Тот вздохнул.

– Ну, идём. Белогор, у тебя заряды в кольце остались?

– На этих хватит, – кивнул тот, доставая из колчана дротик.

Четверо бойцов разошлись в стороны, окружая инсектоидов.

Уничтожать тварей – теперь это их работа.

* * *

В дверь постучали. Я даже не удивился, что меня опять будят посреди ночи.

Вот прямо чувствовал, что новость будет хорошая. Такая хорошая, что её обязательно надо сообщать ночью.

– Господин! – донеслось из-за двери. – Срочное донесение!

– Конечно, срочное, – пробормотал я, садясь. – Заходи. Что там, жуки?

Вошёл дозорный и доложил:

– Никак нет. То есть, да. Следопыты заметили жуков у деревни, но с ними уже расправились. Там другое…

Оказалось, патрульные заметили разбойников. Большая группа стала лагерем недалеко от наших земель. Ильдар уже начал собирать бойцов и готовиться к веселью.

Я подошёл к окну, распахнул створки и увидел во дворе движение. Солдаты бегали, лошади фыркали, Михалыч заводил броневик.

– Ильдар! – крикнул я.

Он поднял голову и отдал честь.

– Да, господин?

– Вы что, прямо сейчас на них собрались?

– Конечно! Разбойники ведь рядом с нашими землями.

– Ну и что? Зачем нам ночью к ним идти? Давайте подождём. К утру они сами выйдут. Но люди пусть будут готовы, – сказал я.

Ильдар на секунду задумался, а потом кивнул:

– Будет исполнено.

Вот и хорошо. Я хоть высплюсь.

Утром меня разбудили снова, но выспаться я всё-таки успел.

– Господин, началось! Разбойники движутся в нашу сторону.

– Ну вот, я же говорил. Передай Ильдару, пусть строит людей во дворе.

Я умылся, оделся, прихватил сумку с камнями, арбалет и вышел во двор.

Громила уже ждал. Конь посмотрел на меня так, будто тоже был не в восторге от ранних подъёмов. Понимаю его. Умное животное.

Я сел в седло и осмотрел бойцов. И надо же, мне понравилось то, что я увидел.

Гвардейцы в хитиновой броне стояли отдельно, вооружённые лучшими мечами и многозарядными арбалетами. Солдаты были снаряжены попроще, но тоже вполне прилично. У кого кожаные доспехи, у кого стальные кирасы, у всех копья, мечи, щиты. Несколько человек с огнестрелом стояли чуть в стороне, проверяя оружие.

Сил у меня стало гораздо больше. И вооружены они были уже не как толпа крестьян.

Всех брать с собой я, конечно, не стал, только небольшой отряд. Гвардию оставил в резерве, а остальных – охранять имение, деревню, поле и всё прочее, что нельзя оставлять без присмотра.

Мы выдвинулись и вскоре увидели, что разбойники идут нам навстречу.

Я даже не сразу понял, что происходит. Они что, идиоты? Какого хрена они открыто идут по дороге, а не через лес? Решили сразу захватить нас, остаться здесь жить и объявить себя новыми хозяевами? Какие наивные.

Потом я присмотрелся лучше и понял, что эта ватага не очень-то и похожа на боевой отряд. Тележки, гружёные кони, люди с мешками на плечах. А среди мужчин, в центре неровного строя – женщины и даже дети.

Такое чувство, что они переезжают.

Я поднял руку, и мой отряд остановился.

Следопыты с Германом уже обходили разбойников с флангов. Я же специально оставил при себе сравнительно небольшой отряд, чтобы в случае чего заманить врагов поближе.

Если эти ребята вдруг решат броситься в атаку, сработают спрятанные пространственные кристаллики. На дороге перед ними появится стена, а потом активируются взрывные камни. Половина победы будет в кармане.

Хороший был план. Жаль, похоже, не пригодится.

Из толпы вышел мужик лет сорока с чёрной бородой. Остановился на приличном расстоянии и поклонился.

– Ваша милость, меня зовут Георгий, но свои люди зовут меня Грач. Мы слышали слова Лешего и пришли служить вам, если примете.

Признаться, я даже слегка опешил.

– Как интересно. А ну-ка Лешего мне позовите, – велел я.

Он прискакал быстро и немало удивился, увидев на дороге толпу разбойников, да ещё и так похожую на обычных беженцев. Конечно, злые морды и дубины не давали обмануться – это всё-таки лесные люди, а не простые селяне.

Леший слез с лошади, подошёл к Грачу, и они что-то негромко обсудили. Я стоял и ждал.

Наконец, Леший подошёл ко мне и сказал:

– Ситуация такова, господин. Они реально хотят к нам. У них там на прошлом месте проблемы с другой бандой. Верная смерть всем грозила. Ну, или порабощение.

Да уж.

Их же здесь около ста человек. Причём не только мужчины, но и женщины, подростки, дети. Даже несколько стариков. Нормальный такой разбойничий табор.

А это уже полная жопа. У меня так под боком бандитов станет больше, чем армии. Даже если половина из них не бойцы, риск всё равно огромный.

Пока я размышлял, Грач снова вышел вперёд.