Текст книги "Афанасий - герой республики (СИ)"
Автор книги: Олег Беймук
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц)
– Ну, видимо, так. Но моя карьера резко пошла вверх. Слух о моих... «способностях» быстро распространилась среди столичных чиновников. И в результате я не просто «проникла» в спальню градоначальника, но и ухитрилась «закрепиться» там, в отличие от многих других. Теперь вот, могу распоряжаться большой долей городского бюджета, устраиваю приемы и развлекаюсь по мере сил.
–Ну, это как раз нормально, на мой взгляд. Ничего страшного и опасного Вы ведь не делаете? А в последнее время ничего нового и странного не происходит? А что за история с этим маркизом, как его, Ищенко, кажется? Он давно возник? И какова его роль?
– Маркиз? Здесь, как я понимаю, случайность. Пересмотрел мальчик на огонь. Вот у него мозги и потекли. Тем более возраст у него такой, его все время на новых женщин тянуло. Вот он и высматривал самую красивую девушку, а затем, пользуясь лазейками в дуэльном кодексе, завладевал этой девушкой, убивая ее партнера. А потом приводил ее к огню, распалял ее, а дальше дело техники. Огонь ведь не только распаляет чувства, но и придает силы. А еще усиливает «дар», если он имеется. Но он и правда, начал действовать около месяца назад. И после его посещения воздействие огня на персонал немного изменилось. Те же слуги стали не просто тупыми, но и более агрессивными. Несколько человек пришлось связать и посадить в камеры подвала под главным домом.
– А на женщин негативного воздействия не обнаружено?
– Кажется, нет... Женщины вообще более пластичны. Они просто больше стремятся к занятиям любовью. Чем и привлекают на мои приемы пожилых чиновников. Среди которых много состоятельных и высокопоставленных лиц. Ведь, как известно, богатый мужчина старым не бывает. А слух о возрастании возможностей и любовной «силы» под действием огня быстро распространился среди престарелых ловеласов. А здесь тебе и способности, и возможности (видели же моих служанок? Настоящие кошко-девочки!) в одном месте совпадают. Вот и стали мои «сейшены» так жутко популярны. Правда, если уж совсем честно, не обошлось и без накладок.
– Это каких же? На первый взгляд, все просто отлично! – осторожно заметил я.
Графиня медленно поднялась, прошествовала через всю комнату, соблазнительно виляя задницей, грациозно изогнулась и подняла с пола тогу. Затем, не спеша, надела ее, слегка прикрыв роскошные формы. Демон подери, но ведь так, слегка одетая в полупрозрачную и не всюду прилегающую ткань, она выглядела даже соблазнительнее, чем полностью голая! Но тут я перехватил строгий и хмурый взгляд Вики, и поспешил добавить:
– И давно это началось?
– Даже не знаю. Наверное, какие-то намеки были видны сразу, но начали проявляться только пару месяцев назад. Понимаете, барон, ведь кошки они не только любвеобильные. Они еще и ужасно своенравные создания. И редко терпят насилие над собой. Хотя, нужно правильно понимать, что такое насилие. Тот же маркиз Ищенко, которого Вы сегодня так эффектно уложили на дуэли: ведь он не силой добивался любви чужих спутниц. Он просто показывал им огонь, чтобы их охватила страсть и желание. А затем выполнял (ну да, вместе с двумя друзьями) подспудные желания воспитанных в строгости девушек. Вы не представляете, барон, какие страсти и желания могут скрываться под тонким слоем воспитанности и лакировкой вбитых с детства условностей! Я пару раз присутствовала при таких сеансах... даже я была поражена тем, что это девушки вытворяли, причем по доброй воле! Что-то вроде этого!
Она опустилась передо мной на колени, и я почувствовал ее губы на своем «рабочем органе». На секунду оторвавшись от своего занятия, она взглянула не меня до умопомрачения синими глазами, и просительно проговорила:
– Вам, мужчинам, не понять, какое это удовольствие, ощущать губами, ласкать языком и касаться внутренней поверхностью щеки напряженного, слегка вибрирующего члена! И при этом чувствовать сильные мужские руки на своем теле!
С этими словами она ухватила мои кисти и прижала их к своим грудям. А я рефлекторно сжал ладони: я же не железный, демон меня побери! Ну и что, что сзади ко мне прижалась животом совершенно законная супруга! Не могу же я по этому поводу отказать в маленькой услуге хозяйке вечеринки!
– Вот это и является побочной проблемой – прошептала графиня. А я даже не заметил, что она уже успела перебраться ко не на колени и буквально насильно надеться своим лоном ни мой, готовый к сражению и разогретый предварительными ласками, член. Я попытался осмотреться, почувствовав сзади мягкий живот супруги и услышал удовлетворенный стон. Удивленно посмотрел по сторонам поверх почти закрывших обзор, закутанных в нежную ткань, грудей. Оказалось, графиня ухитряется одной рукой гладить грудь лежащей сзади Виктории, а второй ласкать ее в области промежности. Кажется, она засунула два пальца левой руки внутрь нее и нащупывая там вполне определенные точки, о которых рассказывала во время уроков «Цветок Сакуры».
Одновременно Графиня не только совершала характерные движения задом, но и сокращала волнообразно мышцы влагалища. В общем, ощущения были непередаваемые! Поэтому я не сдержался и быстро разрядился в мягкую и теплую темноту.
– Вот это и есть побочная проблема? – едва отойдя от произошедшего, и когда кровь опять прилила к голове, спросил я. – Что закончить процедуру не удается по команде? Или то, что партнер на время забывает о законной семье?
– Не совсем. Проблема в том, что кошка не только очень влюбчивое, но и очень самостоятельное животное. Она не терпит над собой любого управления. А наша Анфиса, похоже, с некоторого времени, стала слишком... самоуверенной, что ли? Вернее сказать, самостоятельной. Даже стишок такой есть, «А кошка гуляет сама по себе, и лишь по весне с котом!» Так вот, на дворе уже весна, а Анфиске, с ее размерами, не каждый кот подойдет! Может быть, поэтому она и нервничает. А это передается через огонь и посетителям пирамиды. Ведь тот же маркиз Ищенко, ведь он только в последнее время таким бешенным стал. До этого был таким милым мальчиком...
– Но боги с ним, с маркизом. Дело в том, что такие настроения начали передаваться и другим посетителям, а ведь мои сессии посещают самые влиятельные люди Республики. И я, и мои девочки заметили, что многие постоянные клиенты приобрели в любви черты, ранее им не свойственные. Это не просто властность, но и стремление доминировать. И не только в любви, но и в обычной жизни. Даже члены Конгрегации (а чего Вы удивляетесь? Любая организация нуждается не только в исполнителях, но и в обычных чиновниках!) начали проявлять недовольство своим положением. И ладно, если бы это было стремление работать больше и лучше! Начались интриги, подсиживания! Так вскоре дойдет и до физического устранения соперников, занимающих более высокое положение! Даже мой патрон, занимающий самое высокое положение в городе, намекает, что должность Генерального Секретаря не наследственная и богоданная, а выборная! Вы понимаете, что это значит?
Я вдруг, несмотря на предшествующую расслабленность, понял глубинный смысл того, чего она боится: перемена правителя, совершенная силовым путем, способна привести к очередному бунту, а если так сложится, то и к гражданской войне и смене власти!
– И еще, – как будто смутившись, добавила графиня. – в последнее время с Анфисой что-то происходит. Примерно раз в неделю она по утрам какая-то перепуганная м слишком нервная. В такие дни я даже боюсь подпускать кого-либо к огню. Клиенты какими-то странными становятся. И огонь в это дни становится более красным... Но если что-то и происходит, то, когда в Пирамиде нет никого, кроме Анфисы. То ли с фазами Луны это связано, то ли с чем-то другим. Но почему-то обычно перед рассветом – с 4 до 6 склянок, утром. Наши девочки боятся в такое время подходить к этой комнате. И даже почему-то даже входить в это здание. Кстати, сегодня, по графику, именно такой день. Не хотите перейти в другое помещение? Иначе Вы останетесь в Пирамиде только вдвоем. Не считая Анфисы, конечно.
Я задумался об этих словах, но тут услышал за спиной умиротворяющее мурчание Вики и расслабился. Остаться только вдвоем в странном здании, построенном в честь полузабытой богини? Да еще и с живым символом-воплощением-аватаром этой богини? Да запросто! Какие проблемы могут возникнуть? Я вытянулся на лежанке, прижавшись всем телом к лежащей вдоль спинки кушетки Вики, охватив ее руками. И плевать, что одна рука, оказавшаяся снизу, скоро будет ныть, придавленная ее весом!
– Ну да, – услышал я удаляющийся голос хозяйки, – будь я помоложе, то не задавала бы глупых вопросов. Вы ведь, если не ошибаюсь, молодые супруги, которым еще не надоели однообразные любовные упражнения. И если выбор стоит между «поваляться на мягкой мебели, прижимаясь друг к дружке» и «вставать, одеваться и куда-то идти на ночь глядя», то выбор был бы совершенно очевиден! Ну, ладно. Оставайтесь здесь. Но не говорите, что вас не предупреждали!
Она ушла. А мы принялись целоваться. И так увлеклись, что незаметно уснули.
Проснулся я оттого, что почувствовал непонятный холод. А затем меня (и Вику) начала бить нервная дрожь. Быстро оглядев комнату, я увидел, что моя одежда была аккуратно повешена на стоящем в уголке стуле. Шпага стояла здесь же, прислоненная к стулу. Тут же, неподалеку, так же аккуратно был вывешено бальное платье Вики. Мы дружно бросились к своей одежде. Заученным с подъемов в Академии движением впрыгнул в штаны, затянул пару завязок и обнажил клинок. Рубашку решил не надевать. Оглянулся на Вику и удовлетворенно хмыкнул. Супруга оказалась не менее практичной. Она нацепила только нижнюю юбку и мой мундир на голое тело. А затем достала откуда-то из складок платья небольшой кинжал. Я даже не предполагал, что он входит в комплект одежды, и не догадывался, где именно он до этой поры скрывался. Как и то, что она не была совершенно беззащитна на званом приеме.
Волны безотчетного ужаса (кажется, это называется «паникой» и, насколько я знаю, может на современном мне этапе развития техники вызывается звуками определенной тональности. Это даже использовалось как-то в одном из театров) доносились из помещения с огнем и Анфисой. Я попытался открыть дверь, через которую мы прошли, но она не поддавалась даже ударам плечом.
– Отойди, – произнесла Вика, оценив бесплодность моих усилий.
Я еле успел отпрыгнуть от комка пламени, которым она припечатала упрямую дверь. Та, дымясь по всему полотну, вывалилась наружу вместе с косяком и частью стены. И я моментально, стараясь не наступать босыми ногами на дымящиеся доски, запрыгнул следом.
Внутри меня застало странное зрелище: средняя часть зала, включая пьедестал с пылающим огнем, странную статую и жмущуюся к ней перепуганную, огромную черную взъерошенную кошку, окружал как бы полупрозрачный пузырь. А к кошке с двух сторон подкрадывались две согнутые фигуры в чем-то белом, напоминающем врачебные халаты. Причем у той фигуры, что дальше от меня, в руке было какое-то устройство, напоминающее старинный кремневый пистолет. Но сделанный из прозрачного материала.
А рядом с непонятным полупрозрачным пузырем стояло нечто, напоминающее обычный лесной гриб. Из которого, кажется, и исходил сигнал, внушающий чувство страха. К счастью, одного удара шпагой этому устройству (если это было устройство) хватило, чтобы заткнуться навсегда. Во всяком случае, неприятное ощущение исчезло, а из «гриба» посыпались искры и пошел дым. Следующий рубящий удар я нанес шпагой по полупрозрачной преграде, которая тут же развалилась, зазвенев стеклом по каменному полу. Я осторожно переступил через бывшую границу, опасаясь поранить босые ступни о стекло. Но стекла на полу не оказалось: под ногами был все тот же холодный камень.
А вот фигуры в белых халатах меня удивили. Они распрямились и повернулись ко мне лицами. И оказались парой Чинезидов: тип со «стеклянным пистолетом» оказался совершенно типичным старым Чинезидом, желтолицым и узкоглазым, с тощенькой «козлиной» бородкой.
Он тут же что-то залопотал с обвиняющими интонациями. И продолжал это делать до тех пор, пока Вика не запустила в руку, держащую «пистолет» огонек, который поджег рукав халата. Тот бросил инструмент на пол, и странный «пистолет» зазвенел, но не разбился. Вторая же фигура оказалась плотной молодой женщиной, более европеоидного вида.
– Кто вы такие и что здесь делаете? – максимально грозным голосом произнес я. Хотел еще спросить, откуда они здесь взялись, но уже и сам увидел светящееся темно-зеленым огнем, овальное пятно, похожее на дверь, или люк, чуть ближе к стене.
В этот момент пришла в себя и Анфиса. Нет, она не кинулась в атаку. Как мне и объясняла графиня, нам попалась очень миролюбивая кошка. Она просто вышла из своего угла и слегка боднула старого Чинезида башкой. Но тому этого хватило, чтобы свалиться на спину и замереть. А Анфиса наступила ему лапой на грудь и склонилась сверху.
Но ведь человек видит не то, что происходит на самом деле, а результат своих фантазий: он увидел не добродушную морду, а здоровенные клыки, и услышал не тихое мурлыкание, а грозное рычание кровожадного хищника. Тут же подключилась Вика, подскочив к старику вплотную и ткнув ему острие кинжала под подбородок. Старик что-то жалобно залопотал, как вдруг его перебил голос более молодой напарницы:
– Тингши! Стоять! Не трогать почтенного Ми Ляо! Мы просто зуо шиян, ставить эксперимент!
Глава 34 Эпилог
– Что вы тут делаете? – опешил я, – опыты ставите? На ком это? На кошках, что ли?
– Мы представляем солидный институт Дигуа Джонгхуа,императорский институт Лянгджи вуле, квантовая физика! Великий Ми Ляо открыл метод совмещения ветвей истории в разных мирах!
– При помощи кошки, что ли?
– Нет, этот зверь просто воплощение одной из ваших старинных религий. Великий Ми Ляо вывел соотношение между верованием людей и системой власти в регионе. Ваша система неправильная, значит, неправильная и религия. Религия тоже должна быть древней и правильной. А системой правления в правильном государстве может быть только монархия, с мудрым и сильным императором во главе! Чтобы все остальные слушали его мудрые приказы и подчинялись! Мысли любого другого человека – тлен! Только беспрекословное выполнение приказов обеспечит стабильность в стране. Одна страна – один вождь! Но правильное мышление может обеспечить только правильная религия, пережившая тысячелетия! Вот такие религии мы и ищем, чтобы усилить их и внедрить по всей стране в этой части множественной вселенной. Только после этого возможно слияние.
– Это все этот самый Ми Ляо предсказал? – пробормотал обалдевший от пропаганды я.
– Нет. Это одна из цитат прежнего Императора и Великого Кормчего. Деда нынешнего правителя Поднебесной и остального цивилизованного мира.
– То есть а Вашем мире Ваша Империя стала лидером всего цивилизованного мира?
– Почти всего. Осталось несколько варварских «демократий», до которых еще не коснулась железная рука нашего Императора. Но мы их скоро , покорим!
– Так ты так и не ответила. На что Вы ориентируетесь, чтобы попасть сюда? Мне интересно даже не то, как вы находите эти древние культы. Как Вы сейчас сюда попали? Ориентируетесь на кошку или на Пирамиду?
– Наши приборы засекают маяк, который забрасывается заранее в «места силы». Сами эти места находили по методу, который открыл на стыке физики и теологии почтенный Ми Ляо. А сам маяк лежит вон там.
Чинезидка указала на недоделанную безголовую статую. Точнее, на две раскрытые каменные ладони, на которых раньше лежала кошка со странным именем Анфиса. Между ладонями выделялась красным цветом знакомая угловатая «масляная лампа».
– А это что такое? – спросил я, указав шпагой на все также валяющийся на полу прозрачный «пистолет».
– Это впрыскиватель лекарств. Как «шприц», но без иголок. В нем лекарства для вашего зверя, которые он не получает с едой. Нужно только приставить к любой мышце и нажать... Нет, для человека такой доза опасно! – крикнула она, когда Вика подхватила инструмент, распахнула халат на старике, приставила «дуло» к впалой груди и нажала спуск. Раздался звук «Пф» и старик откинулся на пол.
– Почтенного Ляо нужно срочно к лекарю! – закричала помощница, одним прыжком подскочила к старику, подхватила его под мышки и потащила к зеленому пятну.
– Стоять, – преградил я ей дорогу. – А там что?
– Там лаборатория. Все приборы и образцы. И лекари.
– Они тоже сюда переместились?
– Нет. Через Врата прошли только мы двое. Лаборатория осталась дома, в БенгДжин, Рядом с Императорский Дворец, возле Запретный Город.
Сделав знак Вике, я осторожно подошел к овалу зеленого цвета, который помощница старика назвала «Врата». Через полупрозрачную преграду была видна огромная комната, размером с танцевальный зал. Средина была заставлена какими-то железными коробками, по стенкам которых загорались разноцветные огоньки дальняя стенка была заставлена какими-то шкафами и стендами. А возле шкафов суетились невысокие желтокожие люди в белых халатах. А от пятна доносился угрожающий гул. Затем я осторожно вдвинулся в пятно, шагнув з порог. Изнутри видимость была лучше. Обнаружилось, что одна стена в зале почти полностью прозрачная и чуть бликует.Я бы сказал, что это застекленное окно, от пола до потолка, если бы хотя бы проставлял, что возможно изготавливать оконные стекла таких размеров. А за окнами был не сад вокруг Пирамиды, а огромная площадь. За которой возвышалась высокая крепостная стена с башенками по краям. А за стеной виднелись многочисленные многослойные крыши: пагоды или даже дворцы. Чем-то это напоминало Кремль и Красную Площадь в Москве, но выполненное в восточном стиле и более крупном масштабе. Неужели и правда столица Чинезидии, но не в нашем мире, а в параллельной реальности?
А вот шкафы и стенды у дальней стены оказались очень интересными. Кроме книжных шкафов там стояли огромные «стаканы», заполненные жидкостью. А в жидкости плавали непонятные уродцы. Что-то человекоподобное, с осьминогом вместо головы. Огромная змея с руками. Что-то похожее на стоящего на задних лапах таракана. И еще что-то ни на что не похожее, но отвратительное. Хотя в крайнем справа стакане стоял обычный человек, только с вытянутым черепом.
Заметив, как я вышел з Врат, желтокожие работники что-то заорали и заметались, пытаясь прятаться за металлическими ящиками.
– Стоять! – заорал я, обращаясь к бегающим «сотрудникам. Затем сконцентрировался и из выпустил из острия шпаги заряд, в виде молнии. Впервые разряд ударил на расстояние больше десятка шагов и врезался в один из шкафов. В котором тут же что-то зашипело, засверкало, появились огоньки пламени и пошел белый дым. А еще появился запах чего-то горелого. Но не успел я удивиться, как откуда-то сзади в жуткие стаканы и стенды у дальней стены полетели комки пламени. Оглянувшись, увидел, что через «Врата» проскочила и Вика. Пара стаканов лопнуло, и находящаяся в них жидкость хлынула на пол. И, достигнув искрящих шкафов вспыхнула синим пламенем. А уродцы, находящиеся в стаканах, мокрыми мешками осели в остатках стаканов. Тут же открылись невидимые раньше двери, из которых выскочили такие же желтолицые ребята. Но не в халаатах, а в странных темно-синих костюмах, перетянутых ремнями. и наставили в нашу сторону короткие ружья, стреляющие очередями. Слава богам, пока что мимо .
Сами же «Врата» тоже смотрелись изнутри совершенно иначе. На стене были укреплены какие-то тороиды, катушки и овальная рама, вокруг которой располагались непонятные коробки, к которым вели толстые канаты от железных шкафов. И все это рычало и гудело. А само отверстие прохода было не зеленным, а красноватым. И по пространству проскакивали молнии, а изображение «молельного зала» мерцало, сменяясь картиной цельной штукатуренной стены. Не знаю, каким образом, но я каким-то шестым чувством связал мерцание «Врат» с горящим железным шкафом. И понял, что проход сейчас закроется. Поэтому схватил в охапку Вику и бросился в проход. И вовремя! Буквально через пару секунд после того, как мы вывалились в проход, зеленый овал, пару раз мигнув, просто исчез. А старик, вместе с помощницей, остались с этой стороны.
Оставив этих двоих в «молельном зале» мы с Викой вернулись в «комнату отдыха» через дыру от выбитой двери, и быстро оделись по всей форме. После сего я ухватил старика Ляо за шиворот (убедившись, что он жив) и поволок в центральное здание. Где затребовал у встреченных служанок срочной аудиенции с Графиней. Мотивировав это «вопросом жизни и смерти». Где представил ей двух Чинезидов и сообщил, что это и есть шпионы, готовящие государственный переворот, под руководством нынешнего градоправителя. И затребовал полные списки персон, регулярно посещающих приемы. И в первую очередь чиновников высшего уровня. Причем списки мне были почти мгновенно предоставлены. Написанные заранее на гербовой бумаге. Похоже, Графиня заранее предчувствовала похожий поворот.
Затем я предупредил графиню о грозящих репрессиях и обысках. На что получил уверения, что ее это не коснется, как и всего персонала ее дворца. А тем более не коснется Анфисы. Рассказал (и показал) лампу-маяк, которую забрал с собой.
Затем попросил вызвать лихача, мы с ней выпили кофею (хуже, чем варит Надежда), погрузил своих пленников в экипаж и отправился, вместе с Викторией, в Академию. Ректор оказался в своем кабинете, внимательно осмотрел «шпионов» и ознакомился со списком вероятных заговорщиков. Которые мы ему предоставили, включая не только высокопоставленных чиновников, но даже членов Священной Конгрегации.
Нужно отдать ему должное, действовал Ректор быстро. Моментально сел за стол, написал доклад на имя Генерального Секретаря и отослал с вызванным фельд-курьером. «Шпионов» отправил под замок, хотя и не в подвал, а в гостевые комнаты при Академии. А предъявленную «лампу» велел отнести в научный отдел. Нас с Викой отправил домой, с наказом быть в постоянной готовности и подробно описать все в докладе. Что мы и поспешили сделать, «забыв» упомянуть роль Графини и ее Анфисы.
Вся следующая неделя прошла под девизом «битвы бульдогов под одеялом». До нас долетали только смутные слухи о прошедших в городе «чистках», новых смещениях и назначениях на высшие должности, и смене в высших кругах. А через неделю к нам в дверь постучался блестящий офицер с полковничьими погонами. И вежливо попросил следовать за ним. После чего нас, чуть ли не под конвоем, доставили в «Дворец Народов» (бывший «Зимний Дворец»). И, промариновав с полсклянки, в зал вошел сам Генеральный Секретарь (слегка похожий на свои парадные портреты). А также сопровождающий его Ректор и еще полдюжины каких-то смутно знакомых по газетным статьям лиц. Нас с Викой выстроили в ряд и нам обоим торжественно (сопровождая все это болтовней минут на 40) вручили какие-то блестящие висюльки и грамоты с висящими печатями. Затем к нам снизошел с личной беседой «Сам», лично пожал нам руки и разрешил лично обращаться, минуя заместителей, «если вдруг что». И под жидкие вежливые аплодисменты отправили домой. А на следующий день вышла газета с нашими портретами, где смутно намекалось на некие наши с Викой «особые заслуги» в деле защиты правительства и «личную расположенность» к нам самого ГС. В общем, порцию славы мы получили, хотя ничего конкретно сообщено не было.
Не сомневаюсь, что Вика сможет монетезировать такую известность в своих торговых схемах, а вот мне такая известность ничего не принесла. Так что я остался практически «при своих», если не считать висюльки на кителе и звание «героя республики», совершенно не сочетающейся с моим званием, возможностями и сроком службы.
