Текст книги "Афанасий - герой республики (СИ)"

Автор книги: Олег Беймук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

В общем, оба вызова не по теме. Просто, чтобы не теряли настроя. Заодно немного развеялись.

А еще мы с Викой всячески открещивались от любых вызовов на званые вечера и балы. Пока не пришло приглашение из градоуправления. Мы, разумеется, вежливо отказались, ссылаясь на загруженность в Академии. А на следующий день нас двоих вызвал к себе Ректор. И, потрясая какой-то бумагой с печатями, раскричался на нас. Мол, какого демона мы подставляем командование Академии, отказывая ТАКИМ людям в совершенно ничтожной просьбе. И выдал увольнительную на три (!) дня. Посоветовав в подобных случаях сначала обращаться с подобными вопросами к нему лично.

Так что пришлось давать положительный ответ и начинать собираться. Для меня это означало обновить, (отдать в чистку и глажку) костюм. А вот Вика отправилась сперва по магазинам, а затем по ателье мод, чтобы пошить новые платья под имеющиеся украшения, и создать новую обувь под платье. С трудом, но она успела к вечеру дня приема. И, вызвав (через Надежду) карету, мы отправились на прием.

Проходило торжество в доме официальной любовницы градоначальника – леди Маргариты. Дом был построен в классическом стиле, и прием начинался с освещенного масляными светильниками крыльца. На котором стояла пара, мужчина во фраке и женщина в тоге, с открытой левой грудью (Женщина красивая, но не хозяйка праздника). Все это, вместе с колеблющимся желтоватым светом, создавало атмосферу чего-то древнегреческого, несмотря на фрак мужчины (на него, в смысле, мужчину, кажется, вообще никто не обращал внимания). Внутри продолжался все тот же экзотический, «под старину» стиль. От драпировки коридоров до сервировки фуршетного зала. Вино в бокалах разносили официантки в таких же, как у встречающей дамы, тогах, наполовину оголяющих грудь. И официанты в очень (я бы сказал, чрезмерно) облегающих лосинах и фраках с белоснежными манишками. А вот гости были одеты по последней моде. Так что Вика смотрелась в этом паноптикуме как родная, а вот я, в строгой черно-белой форме и при шпаге, выделялся. Видимо, это меня и подвело. Спустя примерно склянку после начала, когда мы уже подкрепились и даже станцевали с Викой пару танцев, прямо передо мной образовались три субъекта в расшитых по моде костюмах и замысловатых рубахах. Один из них нагло встал у меня перед носом, а два его приятеля загородили с двух сторон.

– Ба, кто тут у нас такой красивый? – подначил меня заводила. —Не знаю, что ты такой, но эта штука на боку как будто похожа на личное оружие? Ты хочешь с кем-то подраться? Так я, маркиз Ищенко, готов предоставить тебе эту возможность! Ты готов показать мне, умеешь ли ты владеть этой железкой?

– Прошу прощения, маркиз! – вынужденно ответил я. – Меня зовут Афанасий. Барон Афанасий Мезенцев. И эта «железяка» называется шпагой. Я курсант столичной Академии. И поверьте, я умею пользоваться шпагой. Она входит в комплект формы курсанта, и я совершенно не собирался что-то кому-то доказывать, когда цеплял ее к перевязи. Но если вы требуете доказать, умею ли я с оружием обращаться, то всегда к Вашим услугам.

И я поклонился. Чем вызвал (почему-то) внезапный смех всей троицы.

– Ты смотри, курсантик что-то собирается нам доказать! Я вызываю тебя на дуэль до смерти, курсантик! И все имущество, которое будет при тебе в момент смерти, уже практически мое! Ты это понимаешь? Хотя на кой мне сдалось это тряпье и эта железка? Но если уж ты мне попался, то так тому и быть. Принимаешь вызов или спрячешься7

– Я прошу прощения, но я здесь никого не знаю. Поэтому не могу выставить секундантов... Да и лекаря не мешало бы вызвать заранее.

– Лекаря? – рассмеялся маркиз Ищенко и его партнеры. – Ты не понял, я вызываю тебя на дуэль! Мы тут деремся до смерти! Не понадобится тебе никакой лекарь!

– Лекарь понадобится не мне, а Вам, маркиз! – гордо ответил я. Хотя бронебойная уверенность сверх меры наглого маркиза в своих силах заставила меня заподозрить что-то неладное. Но не отступать же? Тем более, что я давно не пробовал свои силы в реальном бою. Но какого черта он ко мне привязался? У меня ведь и в самом деле взять нечего?

– И, тем не менее, настаиваю на присутствии лекаря и пары людей, которых я мог бы счесть своими секундантами.

На самом деле, секунданты мне нужны были не столько для соблюдения дуэльного устава, но, и чтобы уточнить у них правила поединка. Вдруг они отличаются от общепринятого дуэльного кодекса? Именно на это намекали кое-какие слова маркиза, как бишь его? Ах да, Ищенко!

– Ну ладно, – отчетливо скрипнул зубами маркиз. – на этот случай, насколько я помню, есть отдельная статья в кодексе. «Если у одного из соперников нет секундантов, их роль могут выполнять любые находящиеся рядом священники». Егор, посмотри вокруг, есть тут поблизости парочка в рясах?

– Вижу только одного в белой рясе. – сообщил один из компаньонов маркиза. – Сейчас приведу!

И он нырнул куда-то в окружающую нас толпу.

– А может в роли второго секунданта выступить сопровождающая меня дама? – спросил я, увидев неподалеку беседующую с кем-то Викторию.

– Ну уж нет! – буквально вспыхнул Маркиз. – Она пойдет в залог, как движимое имущество. И перейдет в мое пользование после твоей смерти.

Я не успел возразить на столь наглый выпад, как ко мне приблизился святоша в белой рясе.

– Нуждаешься ли ты в причастии, раб божий? – тут же начал он. – Не хочешь ли облегчить душу перед смертью?

– Да какого черта вы тут меня уже похоронили и делите мое имущества? – вскипел я. – Почему каждый из присутствующих считает, что я обязательно проиграю?

– Потому, что магкиз Ищенко еще не пгоиг’ал ни одного поединка, – с грустью в голосе сообщил сзади чуть картавый голос.

Оглянувшись, я увидел еще одного персонажа этой комедии: персонаж этот был одет в черное, и носил ермолку из-под которой свисали длинные пейсы.

– А вот тебе и второй священник. В кодексе не сказано, что он должен быть православным! А теперь пошли в сад!

Но, как только мы двинулись, Вика оторвалась от собеседника (чему тот был, казалось, изрядно удивлен) и бросилась ко мне.

– Дорогой, ты куда?

– Я на десяток минут, дорогая! Мне тут предложили спуститься в сад. Сейчас, быстро убью местного хама и вернусь. Ты пока развлекайся!

– Ну да, и пропустить забавное зрелище. о котором будут судачить по салонам как минимум неделю? Не дождешься. Кстати, ты в курсе, что по существующим правилам. Противника недостаточно просто вывести из строя, а придется окончательно убить? Иначе дуэль считается неокоченной, и побежденному разрешается нанять наемного убийцу, чтобы довести дело до конца?

– Не знал. Спасибо за консультацию. Но это, кажется, должны были сообщить мне мои секунданты, не правда ли? – обратился я к святоше в белой рясе. Если не ошибаюсь, такие рясы носят исключительно члены секты «Священной Конгрегации». Как символ чистоты их веры и преданности правилам. Что еще «забыли» мне сообщить мои секунданты?

– Да мы как-то и не подумали, что Вы, багон, собигаетесь выжить, – сообщил спускающийся рядом по лестнице раввин. – а так условия стандартные. Победитель получает все, в том числе пгаво на спутников проиг’авшего. Или, в данном случае, спутницу. Извините, багон, но здесь именно такие пгавила. А также все имущество, которое таки находится при побежденном: огужие и одежду. Ну, и еще существует пгавило, по котогому после смегти поединщика его место могут занять секунданты. Пгошу заганее пгостить, но я лично вступать в схватку после Вашей, багон, гибели, не намеген. Боюсь, что мой коллега в белой гясе тоже не будет настаивать на этом пункте.

– Понятно, – задумчиво протянул я. – Значит мне придется убить не одного, а троих соперников? Ваши секунданты, маркиз, ведь будут настаивать на этом пункте? Мне-то их смерть, как и Ваша, не нужна. Но традиция есть традиция... Что еще мне стоит знать? Разрешено ли соперникам применять Дар?

– Разумеется, как и в любом поединке благородных господ.

– Ну что, приступим? – заявил я, оглядываясь вокруг.

Осмотревшись, я убедился, что в глубина сада, кроме клумб и беседок, притаились и площадки, вроде этой: тщательно выровненные и присыпанные ярко-желтым, крупнозернистым речным песком. Зрители столпились сплошной стеной по границе круглой площадки, а мы с маркизом остановились в центре. Маркиз, рисуясь, отстегнул ножны и бросил их куда-то за пределы площадки, а затем снял и бросил туда же камзол.

Я повторил его действия, но ножны и камзол отдал из рук в руки пейсатому «секунданту». Белорясовик вызывал у меня еще меньше доверия: еще удерет с моими вещами! А Вику я приписывать к этой истории не собирался. А затем мы скрестили шпаги.

Маркиз оказался соперником сильным, но ничего экстраординарного в его технике не было. Четкие классические стойки, заученные позиции... предугадываемые движения тоже особой опасности не представляли. Если учесть, что моя шпага была просто-напросто тяжелее и лучше заточена, то ловить ему в классическом фехтовании было практически нечего. Но, как только я собрался выбить у него из руки оружие, как прямо перед моим лицом расцвела «радуга» энергий. Видимо, он применил (точнее, пытался применить) против меня какое-то воздействие. И направил это невидимое воздействие прямо мне в лицо. Но, к его удивлению, это ничего не дало.

Противник отскочил, и тут же защита расцвела радугой одновременно напротив моего левого плеча и выставленной вперед правой ноги. Но и в этот раз ничего необычного я не почувствовал. Зато, воспользовавшись тем, что противник отвлекся, проколол ему бедро. А когда противник опустился на колено, выполнил укол в правое плечо.

Маркиз рухнул на песок, прожигая меня ненавидящим взглядом. Я тем временем поднял шпагу вверх, и потребовал предоставить пострадавшему лекаря.

– Простите, барон, – осторожно подошел ко мне священник в белой рясе, – но Вам придется закончить дуэль. Иначе ожидайте в каждый момент удара в спину или яда в еде. Удар нанесет наемник. Оплатить заказ может как маркиз, так и любой из членов его семьи. И будут, по закону, совершенно правы. Кроме того, пока жив вызывающий, его секунданты вынуждены закончить дуэль. Так что Вам придется добить противника. Или же это придется сделать одному из нас, ваших секундантов!

– Но Вы же священники/? – удивился я. – Разве священникам разрешается брать в руки оружие?

– Только не в том случае, если такое действие сможет предотвратить значительно большее кровопролитие. А так и будет, если Вы не закончите дуэль!

Поколебавшись, я обтер клинок и приставил его к средине груди поверженного противника. Поколебался минутку и опять поднял шпагу острием вверх. Ну не могу я ударить в сердце безоружного!

Отвернувшись. Сделал шаг назад и вдруг услышал дружный «Ох» толпы и почувствовал, как резко потеплела спина. Вот демон, это он что, мне в спину заряд выпустил? Значит, не такой уж он безоружный и беспомощный? Тогда это совершенно другое дело! Развернулся, нацелил острие шпаги и выпустил с расстояния в локоть из острия разряд в грудь сопернику. А, как известно, разряд «электриума» может как запустить, так и остановить сердце. Грудь соперника рефлекторно дернулась, и он замер неподвижно.

– Ну что, есть желающие продолжать дуэль? – пристально посмотрел я на секундантов маркиза. Как и ожидалось, они отказались продолжать дуэль, посмотрев на последний удар, который я выполнил при помощи дара. Тут же на арену выскочила Вика и повисла у меня на плечах, запечатлев у меня на губах жаркий поцелуй.

– Надеюсь, ты не будешь претендовать на пришедшую с маркизом девушку? – прошептала она мне в ухо.

– Да никогда! – заверил я супругу. А она как, красивая хоть?

– Еще раз спросишь, укушу! – предупредила супруга.

– Ну и ладно, – согласился я. – пошли обратно? Получила сплетню, которую будут обсуждать?

– Надеюсь, это не последняя сплетня, которую мы здесь поймаем, – прошептала с надеждой Вика. – Только побожись, что сам ни во что влезать не будешь!

И мы двинулись по дорожке в сторону основного здания. Но далеко не ушли, так как на подходе к зданию нам дорогу преградила целая шеренга парней в тесных кальсонах. Очевидно, обслуживающий персонал от принимающей стороны.

Глава 32

Я ухватился за эфес шпаги, но обнажать оружие не спешил. Во-первых, напротив меня стояла целая дюжина. Во-вторых, по соседним дорожкам тоже приближалось несколько похожих групп. Ну, и наконец, не применять же оружие или «дар» против безоружных слуг! Они ведь не по своей воле к нам приближаются! Их кто-то послал по наши (а скорее только по мою) души. Вот и нужно узнать, почему это я так заинтересовал хозяев вечера.

Поэтому я остановился и решил спокойно подождать развития событий. Шеренги слуг остановились шагах в пяти, перекрыв все дорожки. И только после этого откуда-то издали приблизился, видимо, старший среди них. Кажется, это был тот самый мужик, что встречал гостей на входе. Но могу и ошибаться, к нему я точно не присматривался.

– Добрый вечер, барон! – приветливо поздоровался мужчина. – Я рад, что вы так миролюбиво отнеслись к отправленному приглашению. Признаться, отправляя к Вам этих болванов, я надеялся, что в живых останется хотя бы половина. Я, честно говоря, опасался, что азарт победы в дуэли заставит Вас обнажить оружие. А в его действенности все присутствующие убедились только что.

– А Вы, простите, кем будете? – спросила стоящая рядом Виктория.

– О, простите великодушно, – извиняющимся тоном отозвался мужчина. – От волнения совсем забыл о манерах! Я барон Карский, управляющий этим имением. И мне поручили пригласить Вас в гости к владелице имения, госпоже Марго. Ее впечатлило Ваше выступление на арене. Видите ли, маркиз Ищенко до последнего времени считался непобедимым, и это придавало ему определенную ценность в глазах Графини. Но, как выяснилось, не так уж он был силен, как казалось ему и многим... окружающим. И теперь Графиня хотела бы познакомиться с настоящим мастером «Клинка и Магии». Не сочтите за лесть, но это слова самой владелицы усадьбы и организатора сегодняшнего приема. Прошу Вас, барон!

Он указал путь взмахом ладони. И «болваны» на указанной дорожке отошли в сторонку, выстроившись вдоль поребрика. Подойдя ближе, я убедился, что слово «болваны» в данном случае употреблено не в ругательном, а в самом прямом смысле: слуги смотрели прямо перед собой совершенно бессмысленным. «стеклянным» взглядом. Ну точно болванчики, а не разумные существа. И всего таких «болванчиков» было около трех десятков. Понятно, как боевые единицы такие безмозглые исполнители ничего собой не представляют. Но, с другой стороны, они и не боятся ничего, их не запугает смерть соседей. Просто затопчут, если бесстрашно атакуют все вместе. Интересно. а как хозяева усадьбы добились такого подчинения?

Взяв Виту под руку, мы отправились в указанном направлении. Но провожатый повел нас не к главному зданию, где проходил прием, а куда-то вглубь парка. И вскоре впереди показалось странное здание: в форме пирамиды. Но высотой в 3-4 этажа.

Обойдя пирамиду справа, увидели, что напротив пирамиды (в которой не было даже намека на вход) стоит огромная статуя непонятного зверя. Он был похож на огромного льва (или, проще, большой кошки) с вытянутой мордой. Кажется, в Египетской мифологии сохранился такой зверь, кот с мордой шакала. Кто-то из богов, охраняющий вход в потусторонний мир. Но вот у кошек в Египте была отдельная богиня (то ли Баст, то ли Бастетт). Единственная, культ которой продолжается вот уже пять тысяч лет: кошки до сих сохраняют что в дворцах, что в крестьянских избах, исключительное положение, сравнимое с божественным. Даже если хозяева этого не признают.

Вход в странное помещение находился между передними лапами зверя, как раз под вытянутой мордой. Я мельком увидел, что в приоткрытой пасти скульптор не забыл изобразить острые конические зубы.

– Какой странный котик, – прошептала прижавшаяся ко мне Виктория. Видимо, тоже обратила внимание на не совсем типичную морду местного «кота». – Какой-то «новодел», судя по всему. В египетском стиле, но там я такого не помню.

Тем временем мы прошли через довольно длинный подземный коридор, освещаемый воткнутыми в настенные держатели факелами. И оказались в огромном зале. Похоже, это было какое-то святилище. Пол был отделан каким-то полированным камнем, оп бокам с трех сторон возвышались каменные и полированные, серые (похожие на гранитные) колонны. Также посреди зала, на зеленоватой столешнице, прямо посредине, каким-то образом горел огонь. Но подвода газовых трубок или источников горючего масла к огню видно не было. Как и следов дыма или копоти от пламени я не чувствовал. Просто огонь и тепло от него. А вот сразу за огнем, с противоположной от нас стороны, было нечто необычное: огромная статуя. Точнее, часть каменной фигуры. В огромной зал поместилась только часть мужчины (видимо), сидящего по-турецки, на подогнутых под себя ногах. То, что это мужчина, угадывалось только по мощным рукам, с мощными бицепсами. Заканчивались руки сложенными «ковшиком» ладонями, в которых, свернувшись клубком, лежала совершенно живая, огромная, лохматая черная кошка.

– Какое-то забавное место. Не находишь? – спросил я Вику. – подойдем к этому странному костерку?

– А? Ну да, подойдем, конечно. Но тебе не кажется, что с этим «костерком» что-то не так?

– Не знаю. А ты что-то чувствуешь? – пожал я плечами. – По-моему, совершенно обычный огонь. Или ты что-то чувствуешь?

– Не уверена. Но какое-то странное ощущение от этого огня. Такое впечатление, что...

– Такое ощущение, что тебя всю охватывает похоть, – раздался голос откуда-то сбоку.

Быстро оглянувшись, я увидел выходящих из бокового прохода целую группу служанок, с странных, наполовину открытых сверху тогах. А не услышал я их шагов потому, что все они двигались босиком. Возглавляла эту кавалькаду женщина средних лет, в закрытой (не считая разрезов по бокам, от талии и до пола) тогу золотисто-желтого цвета.

– А Вы, барон, ничего такого не чувствуете? Я, например, вся просто горю, когда вхожу в ритуальный зал. Мои служанки тоже становятся на все готовыми, как только приближаются к Огню. В этой комнате только Анфиса чувствует себя нормально. Ну, что с нее взять – кошка есть кошка.

– Анфиса... это вон тот зверь, что уютно устроился на ладошках памятника? – только и смог спросить я.

– Да какой это зверь? – удивленно спросила герцогиня Марго (очевидно же, что это и была хозяйка усадьбы, она же организаторша приема и официальная фаворитка (а если проще, то любовница) градоначальника. – Это просто моя любимая домашняя кошечка, Анфиса. Просто в последнее время она питается хорошо. Вот и выросла немножко. А так, все повадки остались прежними. Обычная мартовская кошка. Постоянно походящего кота ищет.

Со стороны Скульптуры раздался мощный рык. Если использовать фантазию, то можно расслышать в этом громе сильно усиленное «Мяу». Непроизвольно бросив взгляд в ту сторону, я увидел, что зверь поднял морду (сохранившую сходство с кошачьей, но уже чуть вытянутую) и смотрит на меня, чуть прищурившись. А от зверя в мою сторону протянулась невидимая красная нить, упершись мне в низ живота. А проклятый организм, вместо того, чтобы отражать атаку, наоборот, остро реагирует на наполовину обнаженных служанок.

– Перегоняй энергию через преобразование в «котле» – прошептала мне на ухо Вика. – Я проверила, это помогает!

Наверное, и мне следовало бы именно так поступить. Но в этот момент графиня Марго вдруг подошла ко мне вплотную и прижалась ко мне тяжелыми, горячими и мягкими грудями.

– Барон, вы первый, кто сумел победить в честном сражении маркиза Ищенко. Раскрыть Вам секрет, для чего они с приятелями это делали?

– Для того, чтобы попасть в этот зал?

– И не в одиночку, а в сопровождении самой красивой девушки на приеме! /Они провожают ее к этому костру. И он пробуждает в любом сердце страсть! А уже с возбужденной девушкой, которая от возникшего в сердце жара, сама срывает с себя одежду, они втроем уже делают все, что способна выдумать самая изощренная фантазия. А если еще учесть, что в мужском организме этот костер будит такие же эмоции и силы... то выдумать они способны очень многое! А когда их силы заканчиваются, отдают распаленную женщину моим болванам. Но попытайтесь не уподобляться им: длительное пребывание в этом зале превращает мужчин в болванов с вечно торчащим членом. И отключает им напрочь мозги!

– А что делает эта комната с женщинами? Я имею в виду Ваших служанок, графиня!

– А у женщин это излучение только распаляет страсть к соитию. И заставляют сильнее биться сердце. Слышите, как бьется мое?

С этими словами она подняла руки, завела их за голову и расстегнула какую-то щелку. В результате верхняя часть тоги тяжелой волной упала вниз. Представив миру две шикарные, тяжелые, зрелые груди с торчащими сосками.

– Послушайте, как бьется мое сердце! Слышите?

Она подхватила мою руку и положила мою ладонь на свою левую грудь, и сжала ее.

– Да, чувствую. И мне нравится Ваше сердце. Оно очень приятное на ощупь!

Второй рукой я вцепился в ягодицу графини, ощутив ее упругость и гладкость. А губами впился в мягкие и ждущие губы графини. А она, не особо смущаясь. Вцепилась мне в пах, поглаживая готовый к работе орган.Оглянувшись на секунду, я отметил, то служанки в количестве четырех штук также сбросили верхние части тог, и обступили Вику, развязывая завязки на ее платье. А она совершенно не возражает, что с нее стягивают юбку, платье и корсет. Совершенно не стесняясь того, что на ней нет (это я проверял лично) никакого нижнего белья!

– Не здесь, – прохрипела мне на ухо графиня. – Иначе не сможешь остановиться! Здесь рядом есть гостевая комната, там значительно удобнее.

Подхватив графиню одной рукой под ягодицы и прижав к себе, быстро двинулся в указанном направлении.

В комнате, расположенной за единственной закрытой дверью, нашлась широченная кровать под балдахином с целой горой подушек, пара мягких кресел, ломберный столик, конторка, еще какая-то мебель и даже пара гранитных тумб подходящей высоты. Вот на эту-то тумбу я и посадил графиню, задрал спереди тогу и широко развел ее колени. Тем временем она ловко расстегнула мои штаны и стянула их вниз. Высота и правда оказалась как раз подходящей. Я провел рукой по ее промежности, ощутив теплю влажность в призывно открывшейся навстречу щели. Немного пощекотав ее между ног, направил свой член в нужную сторону и толчком вошел внутрь.

Из уст графини вырвался вздох, который я бы перевел, как полное согласие. Поэтому продолжил максимально глубокие и резкие движения. Должен сказать, что ощущения были даже острее, чем с Викой: все же тренированная и «сочная» зрелая женщина во многих отношениях способна дать фору молодому телу. На секунду оглянувшись, увидел на широкой кровати «кучу малу». Служанки, полностью избавившись от остатков одежды, распластали Вику, раздвинув ей ноги и тщательно облизывали ее со всех сторон, лаская язычками промежность, соски, живот, шею и подмышки. И, кажется, она была совершенно довольна происходящим. А графиня, кажется, начала приходить в себя после «дозы облучения». Поэтому я, следуя теоретическим урокам «Цветка Сакуры», решил последовать интернациональному лозунгу сексуал-демократов: «Пролетарии всех стран, меняйте позу!»

Поэтому вышел из теплой норки, еще раз приподнял одной рукой партнершу и опустил ее на комфортное кресло и встал напротив. После чего она жадно ухватила мягкими, но плотными и толстыми губами мое «достоинство», не успевшее ослабеть. Ну, что сказать? Если девушка умеет работать губами и языком, то это навсегда! Ощущения были непередаваемые! Особенно, учитывая то, что у меня освободились руки, которыми можно было мять ее сочные молочные железы!

Через некоторое время на кушетку рядом плюхнулась Вика. Переглянувшись с ней, я аккуратно освободился от ее захвата, перевернул партнершу в коленно-локтевую позу и пристроился сзади. А Вика тем временем устроилась чуть спереди, раздвинула ноги и, аккуратно взяв графиню за волосы, приложила ее лицом к своей промежности. На что та лишь сладострастно застонала и впилась губами куда-то в низ живота. А я начал равномерные движения с тыла, время от времени хлопая ладошкой по ягодицам. Что вызывало каждый раз радостный возглас со стороны графини. Да, я в курсе, что такая поза считается церковью запрещенной. И разрешает только по особым случаям. И лишь для пар, страдающих избыточным весом. Но больно уж приятные ощущения сопровождают такой способ соития!

Но все хорошее на свете имеет конец (это не только в анатомическом смысле). Поэтому, почувствовав, что приближается конец столь приятному времяпрепровождению, я развернул партнершу и заставил ее снова поработать губами. А потом и взорвался фонтаном, совершенно не запачкав (благодаря усилиям партнерши) мебель и окружающее пространство.

После чего уселся рядом с супругой и нежно сжав ее руку. Хотя, если честно, сжать хотелось совершенно другую деталь анатомии обнаженной супруги. Она же, в свою очередь, прижалась ко мне, и мы начали совершенно целомудренно (не считая того, что она охватила ладошкой мое сжавшееся после «честно выполненной работы» достоинство.

– Ну и как тебе ее престарелое тело?

– Да, честно говоря, неплохо. Ну, а как она умеет работать губами, ты и сама должна была оценить!

– Как ты думаешь вот эта аура похоти, которая на нас накатила, ей можно было сопротивляться? И как мы сможем с ней бороться?

– А нужно? Мне даже понравилось, если честно...

– Да мне тоже, откровенно говоря. Даже, несмотря на то, что ты большую часть времени трахал не меня, а первую попавшуюся сучку.

– Ну-ну, осторожнее со словами! – внезапно заявила сладко растянувшаяся на кушетке обнаженная женщина. – Я не какая-то «первая попавшаяся сучка»! Я даже не просто очередная графиня, а самая желанная и востребованная женщина в столице и любовница самого градоначальника! Да еще и хозяйка, и организаторша этого приема! Так что вы должны быть мне благодарны за то, что вообще попали в этот зал!

Послушай, Марго, – лениво спросил я, разлегшись и опершись головой на мягкое бедро бывшей партнерши. – А откуда вообще взялась это комната? Я имею в виду, пирамида, костер, статуя и прочая архитектура?

– Да имея в распоряжении городской бюджет, сложно ли отстегнуть немножко на небольшое строительство? Что, мало в столице архитекторов, каменотесов и грузчиков? А если предложить в качестве стимулирующего приза даже не себя, а любую из служанок, то вопросов вообще не возникает.

– Погоди, а сама идея? Она-то откуда возникла? Откуда появился этот костер, который навевает такие жаркие идеи, которым невозможно сопротивляться?

– Понятия не имею. Сама по себе возникла. А что, тебе не понравилось? Всем. Кто туда попадает, очень нравится. Главное, не перестараться. Вон, служители, которые торчат там слишком долго. Напрочь мозги отключаются. А вот на женщин, похоже, только положительно влияет. Хотя и они зачастую «перегибают палку». И могут иногда до смерти замучить того, кто попадается на их чары. Служанки, кстати, это одна из приманок для гостей, которые приходят на мои приемы. Сама я почти никогда с гостями в эту комнату не захожу!

– Но череда событий же с чего-то началась, правильно?

– Ну, только тебе могу рассказать, как одному из лучших любовников. Если попытаться вспомнить, то началось все с момента основания города. Это началось еще с момента основания города. Основное здание, в котором проходил прием, было одним из первых каменных зданий, в момент основания Питера. Оно было возведено на старинном фундаменте. А на месте пирамиды было что-то вроде языческого капища, давно заброшенного. А потом, около года назад, Анфиса (которая тогда была совершенно обычной кошкой), притащила откуда-то в зубах какую-то странную лампу, из красного металла. Ну вот, а после этого все и началось.

Глава 33

Все началось с медной лампы? – переспросила Вика. – А отсюда можно чуть подробнее?

– Да что тут рассказывать? Анфиска у нас «вечно весенняя кошка» – чуть ли не каждые полгода котят приносила. И тут же опять гулять убегала. Мы котят не топили: что, сложно прокормить, что ли? Котята, кстати, оказывались самыми разными, что по породе, что по мохнатости, что по размерам. Нас это сперва удивляло, потом все привыкли. Семья наша была старинной, но далеко не самой богатой. Так что приходилось «подлизываться» к разным уродам-чиновникам. Но, когда Анфиска притащила «лампу», все сильно изменилось.

– Что именно, извини? – опять переспросила Вика.

– Ну, во-первых, я почти сразу почувствовала, что мне занятия любовью не представляются больше чем-то постыдным и неловким, как это было раньше. Для этого достаточно было перед «общением» с очередным чиновником просто переночевать возле «гнезда» Анфисы. А облюбовала она себе угол в складе, который был построен на месте, где сейчас располагается Пирамида.

– А почему Пирамида, кстати? – поинтересовался я.

– Ну, чтобы был намек на египетскую религию! Это же у них культ кошки был! Даже богиня какая-то у них соответствующая была.

– Понятно. А как ты до таких высот добралась?

– Может быть, просто удача. А может быть, Анфиса немного колдовала, или богиня помогла, которая кошкам покровительствует. А потом, когда деньги появились, я на месте сарая все расчистила, и обнаружился древний фундамент, а на нем остатки какого-то капища. И в благодарность Анфисе велела возвести на этом месте пирамиду. Зал молельный я сама проектировала, кстати. И статую, с руками, тоже сама придумала, вместе с Анфисой. Ей понравилось. А тебе?

– Отличная статуя. Мне очень понравилась. И кошка там лежит... крупненькая.

– Да, это Анфиса. С момента постройки пирамиды она очень быстро начала расти. Ни один доктор, к которому я обращалась, не смог сказать, почему.

– А огонь откуда взялся?

– Понятия не имею. Однажды пришли – а на месте планируемого обелиска огонь горит. И с тех пор не гаснет. Волшебство какое-то.

Ну что ж, – заявила Виктория, – хотя, в принципе, эта история совпадает в общих чертах с тем, с чем мы должны бороться, но в данном случае ничего опасного я в происходящем не вижу. Здесь у нас классическая ситуация «Заниматься любовью, а не войной». Так что никакого «кошмара» я не наблюдаю. Разве что полное отключение мозгов у мужиков, попавших под влияние этой странной силы. Но у них, как мы все знаем, и так в подобной обстановке мозги отключаются. Потому, что когда мужчина видит желанную и доступную женщину, у них вся кровь от мозга к другим органам отливает!