Текст книги "Агентство "Драконья метка". Вы в розыске, леди Простушка! (СИ)"

Автор книги: Одария Вербенова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 35

Вечернее солнце, пробиваясь сквозь узкие окна, разливает по «гостевым» покоям бабушки янтарный свет. В воздухе тихо кружатся пылинки, а из открытого окна доносится уютная стрекотня насекомых.

Бабушка, сгорбившись в мягком кресле у окна, внимательно разглядывает Раду, которую я настойчиво привела сюда. День закончился, дела тоже. Так что многие уже легли спать, а сама служанка может не беспокоиться о том, что её вновь отругают за то, что она «отлынивает» от работы.

Стражники днём хоть и отстали от неё под нашим напором, но всё равно обозвали девушку никчёмной бездельницей.

– Ну ка, милая, подойди ближе, – мягко позвала Периолла служанку. – Дай ка я посмотрю, что тут у нас за беда.

Рада робко шагнула вперёд, и её густые, непокорные волосы, словно живая волна, качнулись вслед за движением. Они уже успели отрасти на несколько сантиметров с тех пор, как она приносила нам ужин. Тёмные, густые и блестящие, похожие на реку, искрящуюся бликами при лунном свете. Они выбиваются из под небрежно повязанного платка так, будто стремятся вырваться на свободу.

– Ох, – вздохнула бабушка, осторожно снимая платок Рады. – Не зря мне в обед показалось, что неладное что-то происходит. Опять выросли, да так быстро… И как ты только справляешься?

– Я стригусь каждый час, – прошептала служанка, сжимая в руках край платья. – Не так давно меня опоили зельем с недобрыми свойствами, и с тех пор мои волосы растут так резво, что я вынуждена всё время следить за тем, чтобы они не нарушали правила о внешнем виде. Я много времени бываю в кухонных помещениях, и боюсь, меня отстранят от работы. А больше всего боюсь, что король узнает. Если он увидит… он прогонит меня из замка. Стражники грозятся доложить ему обо всём… Потому что я становлюсь неудобной. Мне всё время нужно отлучаться, чтобы постричь волосы и собрать их, ведь они словно живые, всё время выбиваются из причёски.

В её голосе дрожит неподдельная тревога, а глаза блестят от сдерживаемых слёз.

– Кто это сделал с тобой? – спрашиваю, ахнув от её рассказа.

Рада поджала губы и покачала головой – не хочет отвечать.

Бабушка, вздохнув, молча взяла платок, чтобы вновь повязать его на голове у Рады. Её пальцы, хоть и сморщенные от времени, двигаются с удивительной ловкостью.

– Запоминай мои движения, милая, так волосам труднее будет противиться твоей воле. И не бойся, дитя, – говорит она, расправляя ткань. – Не существует дурного зелья, против которого нет противоядия.

Периолла мягко приподняла пряди, укладывая их аккуратными волнами, затем начала оборачивать платок вокруг головы, создавая замысловатый узел, скрывающий буйную растительность.

Вдруг вечерний полумрак покоев рассекает резкая тень – в дверях возник принц Дарен, за спиной которого испуганно пятится Олель, очевидно, подслушивавший нас за дверью и не успевший среагировать и отойти подальше.

Дарен скользит взглядом по комнате и тут же находит меня.

– Ты, – произнёс он без предисловий и ни капли не смущаясь свидетелей такого обращения. – Пойдём со мной.

Его голос звучит не как просьба, а как приказ, от которого невозможно отказаться. Я чуть вздрогнула, встретив твёрдый взгляд принца, но молча кивнула и последовала за ним, минуя растерянного Олеля, почесывающего затылок.

Куда Дарен ведёт меня и зачем? Наконец решил ответить мне за мои обидные слова, что я произнесла вчерашним вечером? Насколько вообще этот мужчина может быть мстителен?

Я не видела принца весь сегодняшний день, а сейчас перед моими глазами лишь его широкая спина, так что мне остаётся лишь гадать, в каком он настроении.

Мы спустились по винтовой лестнице, миновали гулкие коридоры и вышли в сад с неведомого мне ранее хода.

Здесь в лунном свете дорожки кажутся серебряными, а тени густыми и таинственными. Подозреваю, что этот уголок сада является ещё более изолированным…

– Почему мы здесь? – спрашиваю тихо.

Успокаивает, что на лице Дарена всё же не видно злобы, хотя в серо-зелёных глазах такая непонятная мне решимость… Метку истинности чуть защекотало от волнения.

– Я прикладываю все усилия, чтобы отвести от тебя тень подозрений, но твоей сестре и леди Периолле придётся остаться под стражей до тех пор, пока мы всё не выясним, – отвечает он, неспешно ведя меня в сторону беседки.

– Из-за Кальда?

– Кальд Фон – предатель и шпион, – кивает. – Мы изучили его почерк и свежие показания графа Фореста. Скорее всего, у него действительно есть ядовитая пыльца, так что дело не шуточное. Жениху твоей сестры…

– Бывшему жениху, – не сдерживаюсь.

– Ему были обещаны богатства от короля королевства Найт. К тому же он мог убить целых двух зайцев, поддавшись такому искушению.

Мы останавливаемся в паре метров от беседки посреди каменной дорожки, хотя я думала, что разговаривать дальше мы будем, сидя под её крышей.

– И каков «второй заяц»? – спрашиваю.

– Мы подняли архивы и выяснили, что Кальд доносил на графа Фореста, так как они давно враждуют. Граф Форест по долгу службы отвечает за целостность границ с соседним королевством, и ему было не трудно совершить покупку шкатулки с противоядием от чёрной магии в ней в своих личных целях. Кальд же, будучи военным и мастером шпионажа, прознал о чёрных делах своего давнего врага. После эту шкатулку он выкрал, чтобы иметь её как улику против графа и заявить, что именно граф закупал пыльцу и провёз её через границу в шкатулке…

– И монеты в кармане, и враг повержен, – делаю невесёлый вывод о своём неудавшемся родстственнике.

– Именно так. План гениальный, учитывая, что главным подозреваемым действительно стал граф Форест, ведь ему в самом деле легко совершать подобные преступления. Именно у него первым делом прошли обыски, которые привели к ещё большим подозрениям, потому что его слуги были подозрительно бледны и озабочены поиском загадочной розовой шкатулки. В процессе обыска наши придворные военные нашли заводной ключ от неё, который благополучно хранился у меня и после также благополучно был украден.

– Ну, теперь и ключ и шкатулка не важны… Ведь пыльцы в ней не оказалось.

– Теперь мы дружно ищем Кальда Фона.

– У меня нет никаких предположений о том, где он может скрываться… – качаю головой. – Я не так много знаю о нём, так как все мои мысли и всё моё время были направлены на «Драконью метку». Я совсем недавно приняла дела агентства на себя, и мне всё ещё многому нужно учиться.

– Это тебя и спасает. Подумай ещё вот о чём: кто мог быть сообщником Кальда, кто выкрал ключ в моих покоях. Сам он никогда не бывал в королевском замке, а территория хорошо охраняется. Мы допросили всех слуг – все невинны, как овечки.

Разговор серьёзный, а драконья морда отчего-то светлеет с каждым словом всё больше, словно Дарен вспомнил смешную шутку и едва сдерживается от того, чтобы рассмеяться.

– Чему ты улыбаешься вдруг? – щурюсь с подозрением.

– Ты у меня на крючке, леди Злата, – отвечает спокойно.

– Разве не ты только что говорил, что прикладываешь все усилия по моему спасению?

– Я. Но мой заказ ты не выполнила, и он не закрыт. Вор ключа не найден.

– Это не честно, Дарен. Сначала отвергать меня, а теперь вцепиться и не отпускать!

– Всё честно. Я же даже не скрываю от тебя новых деталей дела, так как мы в одной упряжке. Не можешь применить дар поисковика, так примени свой новый открывшийся дар детектива, – подмигивает, развеселившись.

Пока я молча глотаю воздух от возмущения, принц прошёл к беседке, увитой плетистым плющом, и на мгновение скрылся в ней. В его руках неожиданно возник букет – алые, как закатное небо, цветы, чьи лепестки кажутся дорогим бархатом.

Он снова приблизился в мою сторону и протянул неожиданный букет мне.

– Прими это, – сказал он, и в его голосе зазвучали такие же бархатные, как лепестки, нотки. – Я дам тебе больше: роскошные наряды, драгоценности, балы в твою честь. Ты забудешь о нужде и трудах, наймёшь вместо себя работника в агентство. Зачем тебе эта морока со сложными заказами вроде моего? Рядом со мной ты обретёшь всё, о чём только можно мечтать.

Я, как под гипнозом, взяла букет, но мои пальцы дрогнули. Аромат роз вдруг показался мне удушающим. Я посмотрела на цветы, затем на принца, и внутри меня поднялась волна тихой, но твёрдой горечи.

– Ты… хочешь, чтобы я изменилась? – спрашиваю тихо, сжимая стебли роз. – Чтобы стала другой? Больше похожей на фантазию в твоей голове о том, какой должна быть твоя истинная…

Принц улыбнулся, словно не понимая моей тревоги. Смотрит выжидающе, почти с воссторгом влюблённого мальчишки. Моё сердце бешено заколотилось от такого откровения с его стороны.

– Ты и так прекрасна. Но я хочу дать тебе то, чего ты достойна. Ты будешь блистать.

– Я не хочу блистать на балах. Мне нравится моя работа – там я чувствую себя на своём месте. Я люблю то, чем занимаюсь, и не позволю отнять это у меня.

Мой голос дрогнул, но я твёрдо продолжаю:

– Я благодарна за твои слова и за этот прекрасный букет, но я не готова пересмотреть наш изначальный договор. Я хочу, чтобы заказ скорее закрылся, и чтобы мы вернулись к своим жизням. Вдали друг от друга.

Принц замер, его улыбка медленно угасла. Он смотрит на меня, будто впервые видит по настоящему.

– Ты отказываешь мне? – спрашивает Дарен тихо, без гнева, но с недоумением.

– Да, и уже не в первый раз вообще-то, – отвечаю. – Потому что счастье для меня не в балах и нарядах. Оно в том, чтобы быть собой и дорожить тем, что имею благодаря дару поисковика и стараниям моей бабушки.

Дарен выглядит уязвлённым, но стойко выдерживает мой прямой взгляд. Я же вдруг пугаюсь и отвожу свой, натыкаясь глазами на движение занавески в одном из окон.

Мне вдруг показалось, что в том окне я только что видела светлые волосы Яробора.

Ох, мы стоим прямо под его окнами?

– Это ведь западное крыло, верно? – усмехаюсь чуть язвительно. – Теперь я вижу, что Иона не лгала, и Яробор действительно здесь.

– Он под стражей и не может покинуть пределы покоев, – голос принца становится ниже, словно готовясь к борьбе. – Вы же вольны передвигаться по доброй половине восточного крыла.

– Не в этом дело, Дарен. Ты не случайно привёл меня именно сюда. Это была демонстрация для Яра, – я делаю несколько шагов, минуя напряжённую фигуру принца, и осторожно кладу букет на каменную скамью в беседке. – Не для меня.

– Одно другому не мешает, – хищно наблюдает за моими действиями.

– Мне больше ромашки по душе.

– И Яробор?

– И даже Брейден Кросс!

– Любая другая была бы рада на твоём месте, – почти рычит и грозно щурит вспыхнувшие янтарём глаза, но за этой завесой угрозы я вижу неверие вперемешку с удивлением.

До принца только сейчас стало доходить, что я не шучу и вовсе не намерена вцепиться ему в плечи, умоляя о женитьбе?

Глава 36

И вот сегодня принца снова не видно на горизонте. Зато стражники всполошили нас с самого утра: установили дубовый стол в саду под тенью деревьев и усадали нас за него.

Олель где-то потерялся и вообще не с нами, Иона недовольно скрестила руки на груди, я и сестра растеряны, а вот бабушка выглядит скучающей и расслабленной одновременно. Готова поспорить, что мыслями она далеко отсюда – где-то среди своих грядок с огурцами.

– Ваша задача, – произнёс один из мужчин ровным голосом, – изготовить листовки «Разыскивается Кальд Фон». Используйте эти перья. Они сами нарисуют портрет, если вы будете мысленно представлять его лицо и крепко держать перо в пальцах.

– Мы? – удивляется ещё сонная Айсела, хлопая глазами

– Вы! Приступайте! – коротко бросил второй стражник, выкладывая на стол стопку чистых листов пергамента и пять сверкающих перьев с переливающимися, словно перламутр, стержнями.

Бабушка осторожно взяла одно из них. Оно слегка завибрировало в её руке, будто живое существо, пробуждающееся ото сна.

– Волшебные перья рисовальщики, – тихо произнесла она. – Давно не держала таких в руках… Они чувствуют мысли, улавливают мельчайшие детали воспоминаний.

– Наша Сиджи только такими и работает, – говорю, тоже беря перо в руку.

– Моя вина не доказана, а уже отрабатывать должна, – морщит нос Иона.

– Вот жеж какая тяжкая работа! – фыркает Айсела.

Они обе обмениваются враждебными взглядами.

Качаю головой, молча рекомендуя сестре не вступать в спор с Лисичкой, не вестись на провокации и собственные эмоции. Понимаю, как Айселе тяжело переживать предательство бывшего жениха, но она всегда была благоразумной, хоть и живее, чем более серьёзная я.

Перо в моей руке ожило, заскользило по пергаменту быстрыми, точными движениями. На бумаге начал проявляться портрет: сначала контур лица, затем детали в виде морщин у глаз, жёсткой линии губ. Вскоре передо мной лежит готовый рисунок, удивительно точный и живой.

Перо бабушки движется медленнее, иногда замирает, но всё же выводит черты лица. У неё Кальд получился моложе, с более мягкими чертами – видимо, так он запомнился ей. Почти родным внучком…

– Где ваш мальчишка? – басит стражник над нашими головами, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

– Он всё равно не знает Кальда, – отвечаю. – Нет ему смысла быть здесь с нами.

– Приведите его немедленно! – словно не слыша меня, приказывает стражник.

– Он, наверное, ещё спит, – пытается успокоить мужчину Периолла.

– Вы подозреваемые в серьёзном преступлении против Короны и королевства Дэй, а не гости замка! – басит второй мужчина.

– Я схожу за ним, – встаю из-за стола, вздохнув.

Быстро иду к выходу из сада, поднимаюсь по каменным ступеням внутрь замка, прохожу по длинному коридору и остановливаюсь у двери комнаты Олеля.

– Олель! – зову тихонько и стучусь.

Тишина.

В самом деле спит?

Толкаю дверь и она легко поддаётся моему напору. Вместо своего спящего юного помощника вижу скомканное одеяло на пустой кровати. Куда подевался?

Я уже собралась уходить, как вдруг замерла, ведь в дверь, извиваясь, как живое существо, толкается белый шерстяной носок Олеля. Он дёргается, подпрыгивает и настойчиво толкается в щель, пытаясь выбраться в коридор.

– И куда же ты собрался? – вздыхаю и тихо смеюсь, приоткрывая дверь.

Носок, будто дождавшись этого, ловко проскользнул наружу и покатился по коридору, оставляя за собой едва заметный след мелких соринок.

– Стой! – тихо шиплю, бросаясь следом.

Я совсем не ожидала, что эта шерстяная «змейка» окажется такой резвой. Носок мчится вперёд, сворачивает за углы, спускается по лестницам, пока не выскользнул через приоткрытую дверь в сад.

И он, и я быстрыми невидимыми мышками проскальзываем незамеченными куда-то в противоложную сторону от дорожек – в кусты…

Бегу за ним, углубляясь всё дальше в зелёные заросли, и вскоре оказываюсь в скрытой части сада – там, где высокие кусты шиповника почти полностью скрывают старый резной металлический забор, покрытый мхом и плющом.

Носок без раздумий проползает под забор.

– Куда же ты? – замираю растерянно. – Не своего ли хозяина ищешь?

Но конечно носок мне не ответит… Он хоть и двигается, но всё же разумом не обладает. А если бы обладал, то Олеля за такие фокусы с руками бы оторвал себе на службу король Цинан.

Я стою перед преградой, прикидывая свои возможности. Забор не сильно высокий, но я, вроде как «леди»…

Вздыхаю и, неловко поддерживая полы платья, подтягиваюсь, ухватившись за верхний железный пик. Кое-как перекидываю ногу, после спрыгиваю по другую сторону и тут же ахнула.

Территория западного крыла.

Передо мной открылся вид на небольшой каменный пристрой с покосившейся дверью. Дверь приоткрыта, из неё сочился зеленоватый туман, а в воздухе висит резкий запах болота: гнилых водорослей, тины и чего то кислого.

Так пахнет Олель и его эксперименты.

– Олель! – воскликнула я, врываясь внутрь некой лаборатории, скрывающейся в этом скромном каменном пристрое. – Что ты тут натворил⁈

Мальчишка уставился на меня с виноватым и испуганным видом. В его руках колбы, а сам он выглядит совершенно потерянным на фоне бесконечных полок со всяким алхимическим реквизитом.

Всё покрыто здесь плотным зелёным налётом, подобно пыли, что копилась месяцами.

– Я хотел… я хотел исправить проблему со своими носками, – косится взглядом на тот самый носок, что привёл меня сюда, который теперь ползает вокруг нас туда-сюда.

Однако я вижу, как на фоне раскрытой книги с края стола свисает длинный чёрный волос. Рада. Это ради её спасения он здесь.

– Не для того я взяла тебя под опеку, чтобы потом огребать за твои дела! – злюсь от тревоги за него и нас обоих. – Сдам в приют!

– Но мне семнадцать! Неужели не можешь потерпеть меня годик? – расстроенно ставит колбы на стол.

Его скулы заострились, а руки сжались в кулаки. Похоже, он не смог найти спасение для служанки.

– Нужно как можно скорее убрать здесь всё! – обвожу пространство рукой. – Ты можешь сделать что-то?

Олель ничего не успевает ответить мне, потому что за нашими спинами раздаётся холодный, властный голос:

– Что здесь происходит⁈

Оба испуганно оборачиваемся. На пороге лаборатории стоит Брейден Кросс. Его тёмный камзол с серебряной вышивкой подчёркивает статус: двоюродный брат принца, владелец части замка и, похоже, этой самой лаборатории.

Глава 37

Олель побледнел и инстинктивно сделал шаг назад, чуть не наступив на свой оживший носок. Я же выпрямилась, стараясь выглядеть достойно под тяжёлым взглядом герцога.

– Ваша Светлость… – начала я, инстинктивно и как-то очень по-матерински обхватив руками своего юного помощника в защитном жесте.

Брейден Кросс медленно обходит лабораторию, хмуро касаясь носком сапога зелёной пыли. Он наклоняется и поднимает с пола разбитый флакон, понюхал остатки жидкости и скривился.

– Так, – произнёс он спокойно, но в этом спокойствии чувствуется скрытая угроза. – Олель, скажи мне, какой главный принцип алхимии?

Мой напакостивший секретарь нервно сглотнул.

– Э э… – выбирается из моих рук, передёргивая плечами, чтобы продемострировать мне, что он уже взрослый и справится без меня. – Не взрывать лабораторию, Ваша Светлость?

Герцог приподнял бровь.

– Нет. Главный принцип – не проникать в чужие лаборатории без разрешения. Эта территория принадлежит мне. Здесь хранятся редкие реагенты, древние формулы и опасные эксперименты. Ты мог уничтожить годы работы одним неловким движением.

Олель виновато опускает голову:

– Я… я не знал, что она ваша. Я думал, это просто заброшенный сарай.

Брейден Кросс окинул взглядом слой зелёной «пыли», задержал своё внимание на мне и твёрдо произнёс:

– Олель, выйди за дверь лаборатории. Мне нужно поговорить с леди Златой наедине.

Мой юный пакостливый помощник растерянно переглянулся со мной, но послушно вышел, аккуратно прикрыв за собой покосившуюся дверь лаборатории.

Герцог тем временем повернулся ко мне, сложил руки на груди и строго спросил:

– Это ведь вы истинная принца?

– Что? – шепчу, растерянно хлопая глазами.

– Покажите ваши запястья, леди Злата, – говорит строго, подходя ко мне ближе.

Я не в том положении, чтобы перечить герцогу, учитывая тот факт, что нахожусь на территории западного крыла замка, где мне быть вовсе не положено. И это уж не говоря о том, что я и Олель по сути вломились в лабораторию Его Светлости…

Поднимаю рукава платья и вытягиваю руки запястьями вверх, обнажая метку истинности на одном из них.

– У Дарена точно такая же, – ничуть не удивляется герцог.

– Я ни на что не претендую, – начинаю оправдываться, – и вообще мне всё это не нужно…

– Дарен избалован женским вниманием и привык, что за ним все бегают, – перебивает он меня. – Поэтому с вами тоже хотел поиграть в эту игру, но понял, что в этот раз бегать придётся ему. Его будущую истинную я именно так себе и представлял – вы отлично подходите ему, ведь только такая леди, как вы, сможет вправить ему мозги. Уж меня-то воспитали иначе, так что я с удовольствием наблюдаю, как мой беспечный брат становится приземлённее и ответственнее. Активно принимает участие в расследовании, хотя веду его я, а его лишь попросил оформить заказ по поиску владельца ленты для волос в вашем агентстве. Всегда только в небе своими крыльями красоваться любил, да на балах головы девушкам кружить. А теперь что? Ночами не спит, работая, только бы вас обезопасить, да героем показать себя. И ведь серьёзен, не играет!

– Я вовсе не собираюсь делать что-то с его мозгами… Такое под силу разве что Ионе Лисичке или ещё кому…

– Дарен никого не подпускает к себе, даже метку истинности больше не скрывает. Всё королевство теперь гадает, кто его истинная, – коротко усмехается.

Но его сдержанная улыбка быстро исчезает, возвращая лицу строгость. Глаза стали колючими, а голос требовательно спрашивает:

– Как вы сюда попали? Говорите прямо.

Я вздохнула, понимая, что врать бессмысленно.

– Я шла по следу ожившего носка Олеля. Он привёл меня к забору, и я перелезла через него. А Олель лишь хотел вернуть свои носки в прежнее состояние, ничего дурного он не замышлял…

Герцог нахмурился.

– Значит, через забор. Хорошо, – кивнул, приняв какое-то решение в своей голове. – Теперь слушайте внимательно, леди Злата. Вы вернётесь тем же путём – через забор. Ни в коем случае не идите через главные дорожки сада или коридоры замка. Это важно.

– Да, Ваша Светлость.

– Принц Дарен отвечает за послушание задержанных под стражу подозреваемых, – поясняет герцог, понизив голос. – Если вас увидят выходящими из этой части сада, могут возникнуть вопросы. У Дарена будут проблемы, но ещё больше проблем появится у вас.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось.

– Простите, я не хотела подставлять принца Дарена, – говорю тихо. – Мы сделаем всё, как вы скажете.

– Хорошо, – кивнул Брейден Кросс. – И ещё одно: никто не должен знать о случившемся. Ни стража, ни слуги, ни даже ваши ближайшие друзья. Если пойдут слухи, что вы успешно сбежали из восточного крыла, то королевской темницы вам не избежать. Даже если будет доказано, что никакого отношения к готовящемуся отравлению пыльцой с острова Грин вы не имеете.

Он сделал паузу, внимательно посмотрел на меня и добавил мягче:

– Я верю, что вы понимаете серьёзность ситуации. Олель – талантливый юноша, но ему не хватает осторожности. Присмотрите за ним, хорошо?

– Обязательно, Ваша Светлость, – киваю.

– Отлично. Олель! – зовёт герцог, оборачиваясь.

Парнишка открыл дверь и вошёл с виноватым видом, стараясь не встречаться взглядом с герцогом.

– Итак, Олель, – обратился к нему Брейден Кросс твёрдым, но уже не злым голосом. – Ты слышал часть нашего разговора. Сейчас вы с леди Златой вернётесь в восточную часть сада тем же путём, каким пришли – через забор. Никаких коротких путей, никаких встреч с кем либо. Понял?

– Да, Ваша Светлость, – кивнул Олель. – Простите за учинённый беспорядок.

– Ступайте скорее.

Совсем скоро я и мой помощник оказываемся у злополучного забора. Олель уже ухватился за его верх, готовясь перелезть обратно на восточную часть сада, но я мягко положила руку ему на плечо.

– Олель, – тихо говорю, – ты иди, а я догоню тебя чуть позже.

– Что? – он удивлённо распахнул глаза. – Но Его Светлость велел возвращаться вместе и не привлекать внимания!

– Я не собираюсь привлекать внимание, – оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости никого нет, и понижаю голос: – Я хочу проверить кое-что…

– Но это опасно! – зашептал Олель. – Если тебя увидят…

– Меня не увидят, – говорю уверенно. – Я буду осторожна. А ты иди, тебя там все заждались уже, и стражники злятся. Скажи, что я скоро приду.

Олель закусил губу, явно разрываясь между желанием помочь мне и страхом нарушить приказ герцога.

– Ладно, – наконец выдохнул он. – Но будь предельно осторожна! И если что – сразу беги к забору.

– Договорились, – улыбаюсь. – Лезь, пока нас никто не заметил.

Олель кивнул, ловко перемахнул через забор и исчез в зарослях шиповника. Я подождала ещё несколько секунд, убедилась, что за мной никто не наблюдает, и бесшумно двинулась вдоль густых кустов.

Я иду пригнувшись, прячась за шиповником, и вскоре добираюсь до нужного места: под окно покоев принца, где земля всё ещё разворочена, а часть перил балкона всё ещё валяется внизу, искромсанная взрывом.

С колотящимся сердцем я опускаюсь на колени и принимаюсь внимательно осматривать почву. Пальцы осторожно прощупывают каждый сантиметр, выискивая что то необычное.

Конечно, все улики давно изъяты, но всё же среди камней и осколков штукатурки я замечаю тёмный мерцающий порошок, смешанный с землёй – не такой, как обычная пыль.

Беру щепотку порошка на кончик пальца, и по пощипыванию кожи понимаю, что это то, что осталось от взрывающегося камня.

Отлично! Это может мне помочь найти бывшего владельца взрывающихся камней, а значит и сообщника Кальда.

Я назову имя этого сообщника Дарену и тогда он будет вынужден признать свой заказ выполненым! Посмотрим, кто теперь будет смеяться…