Текст книги "Право тебя любить (СИ)"

Автор книги: Нюта Царева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Глава 53. Последние точки (Виктор)

Просыпаюсь от того, что у меня затекла рука, но я не двигаюсь. Боюсь пошевелиться и спугнуть это хрупкое, невозможное счастье. Голова Леры лежит у меня на груди, ее дыхание ровное и спокойное. Я вдыхаю запах ее волос и все еще не могу поверить, что это не сон.

Моя вторая рука лежит у нее на талии, и я чувствую, как пальцы сами по себе слегка сжимаются, проверяя, реальна ли она.

Лера шевелится, чувствуя мое движение, и задирает на меня голову. Ее глаза сонные, но улыбающиеся. – Ты опять? – ее голос хриплый от сна. Лера берет мою руку и прижимает ее к своей щеке. – Я никуда не исчезну. Я обещала.

– Знаю, – целую ее в макушку, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – Просто проверяю.

Она смеется и переваливается на меня. Ее голос нежный и счастливый, он заставляет мое сердце биться чаще.

– Дурак. Я твоя. Навсегда.

Мы валяемся в постели, целуемся, смеемся, как два подростка. Я щекочу ее, а она визжит и пытается отбиться. В этот момент раздается резкий, настойчивый звонок в дверь.

Лера замирает.

– Кто это? – шепчет она.

– Не знаю, – пожимаю я плечами. – Не жду никого. Ну если только любовницу…

– Ах так! – дурашливо бьет меня по плечу.

Целую ее в нос и сползаю с кровати.

– Не двигайся, я сейчас ее спроважу и продолжим.

Накидываю на себя первые попавшиеся под руку штаны и босиком иду открывать. В голове ни одной мысли. Распахиваю дверь. На пороге стоит женщина в возрасте, в которой я узнаю мать Леры. Ее глаза округляются от шока и медленно ползут по моему торсу, задерживаясь на царапинах от груши и свежих синяках. Она смотрит на меня так, будто я инопланетянин.

– Мы ничего не заказывали, – хмыкаю я, опираясь о косяк.

Ее взгляд вспыхивает злостью. – А я ничего и не продаю, – фыркает она и буквально прорывается в квартиру мимо меня, громко возмущаясь: – Лера! Лера, что этот… этот голый мальчик делает в твоей квартире?!

Я медленно выдыхаю, закрываю дверь и иду следом за разъяренной родительницей. Улыбка сама собой расползается по моему лицу.

Лера выходит из спальни, натянув мою футболку на голое тело. Ее лицо выражает смесь смущения и решимости.

– Мама, познакомься. Это Виктор, мой мужчина, – это звучит очень достойно. – Виктор, это моя мама.

Женщина оборачивается ко мне, снова окидывает меня уничтожающим взглядом. – Виктор? Это и есть тот самый… – она не договаривает, но ее тон говорит обо всем. О моем возрасте, о моем виде, о том, что я с обнаженным торсом. – Лера, ты с ума сошла окончательно? Бросила мужа, нормального, обеспеченного мужчину, ради… – она снова жестом показывает на меня, – ради этого? Ему сколько, шестнадцать? Ты в своем уме?

Лера не злится. Она просто подходит ко мне и обнимает за талию. Ее ладонь теплая и уверенная скользит по моей спине, разгоняя мурашки.

– Мама, мне все равно на твои предрассудки. Я счастлива. Впервые в жизни по-настоящему счастлива. И это главное.

– Счастлива? – фыркает ее мать. – Посмотрим, как долго продлится это твое «счастье»! – бросает на меня еще один злой, предостерегающий взгляд. – Я это так не оставлю!

И с этими словами разворачивается и уходит, громко хлопнув дверью.

Мы остаемся во внезапно наступившей тишине. Лера тяжело вздыхает и смотрит на меня с извинением в глазах.

– Прости. Она… она такая. Вряд ли когда-нибудь тебя примет.

Я обнимаю ее за плечи и притягиваю к себе.

– Да мне все равно. Я совершенно точно не умру без ее одобрения. Главное, чтобы ты меня принимала.

Лера поднимает на меня глаза и улыбается.

– Всегда.

Весь день мы проводим вдвоем, наслаждаясь обществом друг друга. А вечером едем к моим родителям на ужин. Мама накрыла на стол, пахнет чем-то вкусным и домашним. Атмосфера поначалу немного напряженная, но после того, что произошло, их отношение к Лере стало гораздо лояльнее.

Мама не выдерживает и смотрит на Леру. – Ты уж его больше не бросай, а то он чуть с ума не сошел. Не есть, не спать не мог… Одни сплошные нервы.

– Мам, – укоризненно качаю я головой. – Не надо.

Но Лера кладет свою руку поверх моей на столе.

– Нет, все правильно. Простите меня, пожалуйста. Я была не права и больше его никогда не оставлю. Обещаю.

Мама смотрит на нас, на наши переплетенные руки, и ее лицо смягчается. Она даже улыбается уголком губ.

– Ну, да уж… пожалуйста. Главное, чтобы вы оба были счастливы.

Отец поднимает свой бокал.

– За вас. За то, чтобы больше никаких драм.

Мы чокаемся. Лера смотрит на меня, и в ее глазах я вижу то же самое, что чувствую сам – тихую, спокойную уверенность. Мы прошли через ад и вернулись обратно. И теперь мы точно знаем, что нам нужно.

Эпилог. Чуду быть!

Виктор

Прошел месяц. Месяц, который пролетел как один долгий, счастливый, насыщенный день. Я вернулся к тренировкам. Не просто вернулся – я вгрызался в каждую тренировку, выкладывался на все двести процентов. Мне есть ради чего это делать. Ради Леры. Ради нас. Ради того будущего, которое мы теперь строим вместе.

Тело, изможденное тоской и вискарем, быстро вспомнило, чего от него хотят. Мышцы наполнились силой, дыхание стало глубже, удары четче и мощнее. Я не просто вернул форму, а стал лучше, чем был до всего этого кошмара. Потому что теперь за моей спиной стояла она.

И вот он день икс. Мой первый поединок после возвращения. И первый в новом качестве. Со мной на майке теперь красуется логотип спонсора, того самого человека, который поверил в меня.

Раздевалка гудит, как улей. Вокруг запах жженой резины, пота и адреналина. Антон Сергеевич что-то бормочет мне на ухо, поправляет бинты, хлопает по плечу, но я почти не слышу его. Я смотрю на экран телевизора, где показывают зрителей. Ищу ее.

И нахожу. Лера сидит в первом ряду, вся такая маленькая и хрупкая на фоне огромных мужиков вокруг, но ее глаза горят таким огнем, такой верой, что мне сжимает горло. Она ловит мой взгляд и улыбается. Легко, без тени волнения. Она верит в меня. Безоговорочно.

– Власов, на выход! – раздается команда.

Я делаю глубокий вдох и иду к рингу, каждый шаг уверенный, твердый. Я не просто вернулся. Я вернулся, чтобы остаться.

Соперник крепкий, опытный боец. Смотрит на меня с плохо скрытой усмешкой, оценивающе. Думает, я слишком молодой. Он ошибается.

Гонг.

Первый раунд – разведка. Я двигаюсь легко, уходя от атак, изучаю манеру противника. Чувствую его силу, но и его медлительность. Тренер кричит с угла что-то про работу ног, я коже чувствую взгляд Леры. Она просто смотрит и этого взгляда мне хватает.

Второй раунд. Я начинаю набирать обороты. Мой джеб постоянно находит свою цель. Ноги носят меня по рингу, как по танцевальной площадке. Я чувствую себя победителем. Каждый мускул, каждое нервное окончание поет от энергии и силы.

И в третьем раунде я вижу ошибку соперника и моментально пользуюсь этим. Мой удар без эмоций, точный, выверенный, холодный выпад. Раз. Два. Правый хук в печень. Левый апперкот в челюсть.

Противник замирает на мгновение, его глаза стекленеют, и он медленно оседает на канвас.

Рефери бросается к нам. Счет.… И он заявляет нокаут.

Рев толпы взрывается у меня в ушах. Я отскакиваю к канатам, поднимаю руки вверх и ищу глазами Леру. Она уже вскочила с места, кричит что-то, ее лицо светится от счастья.

Ко мне пробирается Антон Сергеевич, хватает меня в охапку, что-то кричит, хлопает по спине. Потом подходит спонсор, мой новый босс. Сдержанно улыбается и жмет мне руку. – Отлично поработал, Власов. Очень уверенно. Жди премию, ты ее заслужил.

Но мне все это не важно. Я пробиваюсь сквозь толпу к ней. Лера бросается мне на шею, не боясь испачкаться в моем поту и крови.

– Я так за тебя боялась! Ты был великолепен! – кричит прямо мне в ухо, и я смеюсь, кружа ее на месте.

Прижимаю ее к себе и шепчу так, чтобы слышала только она: – Мне обещали премию. С этих денег куплю тебе кольцо. Пора уже.

Она отстраняется, смотрит на меня с удивлением, а потом заливается счастливым, беззаботным смехом.

– Опомнись! Я только из одного замужества сбежала, а ты уже в новую кабалу меня зовешь?

Я смотрю ей в глаза, в эти бесконечно дорогие мне глаза, и улыбаюсь.

– Я тебя переубежу. Обещаю. Это будет не кабала. Это будет наша с тобой история.

Лера качает головой, но в ее глазах нет отказа. Есть только любовь и легкое, счастливое недоумение. Она целует меня в щеку и шепчет:

– Сначала домой, герой. А там посмотрим.

И я понимаю, что это только начало. Самое лучшее начало в моей жизни.

Валерия

Машина Виктора плавно останавливается у нашего дома, и мы видим оживленную картину. Около подъезда столпились знакомые силуэты. Кай прислонился к стене, Мэри сидит на бордюре, а Фей с Котом что-то оживленно обсуждают, размахивая руками. На капоте старенькой «тойоты» Фея расставлены бутылки пива, пачки чипсов и пластиковые стаканчики.

– Смотри-ка, встречают, – улыбается Виктор, глуша двигатель.

Едва мы выходим из машины, нас окружают радостные возгласы.

– Вот он, чемпион! – кричит Кай, первый подходя и хлопая Виктора по плечу так, что тот слегка крякает. – Давай сюда свою чемпионскую рожу!

– Молодец, Вик! – присоединяется Мэри, ее глаза сияют. Она держит в руке пластиковый стаканчик с шампанским и сует мне в руки. – Держи, Лер! За твоего героя!

Я беру прохладный стакан, чувствуя пузырьки, щекочущие ладонь. Все смотрят на меня с ожиданием. Общая радость, веселье, эта спонтанная мини-тусовка под звездами, все это поднимает настроение. Но я лишь поднимаю стакан в тосте.

– За вас, ребята! За то, что всегда рядом! – говорю я громко и от души и… подношу стаканчик к губам Виктора. – Но пить буду сок. Договорились?

Все смеются. Виктор смотрит на меня с такой нежностью, что щеки тут же становятся горячими. Он отхлебывает из моего стаканчика, а Кот уже наводит на нас телефон.

– Всем привет, это снова ваш любимый Кот! – кричит он в камеру, переходя на свой «эфирный» голос. – Как вы можете видеть, история любви, растянувшаяся на несколько серий, благополучно завершилась! Победа на ринге и победа на любовном фронте! А теперь, мои дорогие подписчики, новый челлендж! Кого я должен поцеловать в следующем ролике? Пишите в комментариях! Всех обнимаю, целую, лайкайте и подписывайтесь!

Он выключает запись, и все разражаются смехом.

– Погубит тебя эта тяга к славе, – качает головой Виктор, но беззлобно.

– Какая нахрен слава? – отмахивается Кот. – Это живые бабки, братан! Реклама, донаты, коллабы!

– Ох, Боря, – вздыхаю я, покачивая головой. – Прилетит тебе карма за все разбитые девичьи сердца.

Кот лишь самодовольно фыркает и отходит к компании, что-то доказывая Фею.

Мы еще немного стоим в теплой компании, болтаем, смеемся. Но я чувствую легкую усталость и непреодолимое желание остаться с Виктором наедине. Он, кажется, читает мои мысли.

– Ладно, мужики, разбегаемся, – объявляет он, обнимая меня за плечи. – Герою и его даме сердца пора на покой.

Прощаемся с ребятами под дружеские советы «отдохнуть получше» и поднимаемся в квартиру. Тишина квартиры обволакивает нас, как мягкое одеяло. Так хорошо. Так спокойно.

Виктор закрывает дверь, поворачивается ко мне и прижимает к себе. Его губы находят мою шею, он оставляет там медленный, влажный поцелуй. Его рука скользит по моей спине, а затем большая теплая ладонь ложится на мой живот, мягко поглаживая.

– Ты что-то хочешь мне сказать? – тихо мурлычет он мне на ухо, и его голос полон ласковой улыбки.

Я невольно напрягаюсь в его объятиях. Сердце замирает.

– С чего ты взял? – пытаюсь сыграть в наивность, но голос предательски срывается.

– С того, что от шампанского отказалась… – он целует мочку уха. – Грудь стала чувствительнее… – его пальцы слегка касаются кожи под свитером, и по телу пробегают мурашки. – Да и пахнешь по-другому. Как-то… по-новому. По-особенному.

Я замираю. Он все заметил. Все почувствовал.

– Вик, я… – я медленно оборачиваюсь в его объятиях, чтобы посмотреть в глаза. В них нет ни капли сомнения или страха. Только бесконечная нежность и тихая, уверенная радость. – Я боюсь поверить… – выдыхаю я.

Перед глазами встает утренний тест. Две четкие, яркие полоски. От которых у меня подкосились ноги, и я полчаса просто сидела на полу в ванной, тупо уставившись на него.

– А вдруг… не получится? – шепчу я свой самый главный страх.

Виктор не отвечает словами. Он берет мое лицо в ладони, большие, сильные, такие надежные. И целует меня. Мягко, нежно, бесконечно бережно.

– Все получится, – говорит, касаясь моего лба своим. Его дыхание смешивается с моим. – Все уже получилось. Это наше чудо. Наше с тобой. И мы со всем справимся. Вместе.

И глядя в его глаза, я позволяю себе поверить.