Текст книги "Я вернулась, чтобы сжечь его дом. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Н.В. Сторбаш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Приглашенные девушки не спешили войти внутрь, а кружили стайками возле пруда, разглядывали кувшинки и обсуждали, пригласят ли сегодня кого-нибудь покататься на лодке. Сама лодка покачивалась в стороне, щедро украшенная позолоченной резьбой. На мой вкус, моя глазурь смотрелась бы лучше золота.

После разговора с отцом мне не хотелось говорить с кем-либо, тем более с незнакомыми девицами, одна из которых станет супругой девятого принца. Хоть они и были разряжены по последней моде Линьцзина, я замечала их неловкие движения: как девицы поправляли накидку на плечи, как путались в длинных рукавах и как их головы покачивались под тяжестью прически и украшений. Они не привыкли к таким нарядам и убранству, их насильно впихнули в шелка и нефрит и выпихнули на прием девятого принца, чтобы сбыть с рук залежавшийся товар.

А их звери? Сплошь лисицы! Только не радужные или снежные, а попроще: огненные, белые да лунные. Некоторые обзавелись птицами, словно их готовили стать певичками в весенних домах. У одной в волосах сидела крупная бабочка, лениво шевеля крыльями. Были и такие, что пришли вовсе без душевного зверя. Наверное, их отцы думали сбыть дочку со словами: «Зато девятый принц сможет сам выбрать душевного зверя для своей будущей супруги». Им даже шестнадцати лет не было.

На мой взгляд, ни одна из этих девиц не была достойна девятого принца. Все они слепы и глупы, как я в прошлой жизни до свадьбы с Сюэ Сюэ.

Я погладила Ми-Ми, уютно растянувшуюся на моих плечах, вошла в павильон, где меня направили к столику, на котором стояла табличка с моим именем. Женщины и мужчины должны были сидеть по разные стороны друг от друга, и я надеялась, что мое место будет рядом с девятым принцем, ведь его столик возглавлял зал. Гости садились согласно рангу: чем выше положение, тем ближе к хозяину приема. Но между моим столиком и местом Юн Хао было еще два стола. Неужели тут есть девушки выше дочери правого министра? Я снова посмотрела на девиц, но не увидела никого подходящего. Впрочем, гости еще подходили.

Внезапно меня ожгло страхом. Я отшатнулась в сторону, почти уверенная, что сейчас в меня полетит стрела. Ми-Ми вскочила на лапки, царапая плечи, и зашипела. Но ни стрел, ни другой видимой опасности не было. Я оглянулась и увидела статного белокожего мужчину, чье лицо могло бы принадлежать поэту или ученому, но взгляд больше подходил убийце. Он смотрел на меня так, словно узрел заклятого врага, а потом улыбнулся легкой мальчишеской улыбкой. Меня пробрала дрожь. Казалось, злобный дух влез под кожу благородного мужа, но его суть проступала даже сквозь изящные черты.

Я его знала. Много раз я видела его в прошлой жизни и всего один – в этой. Четвертый принц, Юн Чень.

Глава 20

Поймав мой взгляд, четвертый принц направился ко мне. Я поклонилась и быстро глянула в сторону входа: не подошел ли отец.

– Госпожа Ли Ялань! Неужели сама хозяйка глазурного павильона почтила честью прием моего девятого брата? Госпожа Ялань выделяется среди гостей, словно роза посреди ромашек, – заговорил он со мной так, будто мы давние знакомые.

Слышать свое имя из его уст было так же мерзко, как видеть его неискреннюю улыбку, но почему он вообще ко мне подошел? Мы прежде даже не разговаривали. Однажды я беседовала с его наложницей, чтобы побольше узнать о девятом принце, но не более.

– А это та самая ласка? – он потянулся к моей Ми-Ми, но та сжалась в комок и зашипела на него. – Госпожа Ялань, видимо, слишком занята торговыми делами и не смогла воспитать зверя как следует.

На мое счастье, в павильон вошел отец и сразу направился ко мне.

– Господин четвертый принц! Прошу дозволения представить мою младшую дочь, – бесцеремонно вмешался он. – Она редко бывает на таких приемах и сильно стесняется, потому может показаться немного невежливой, прошу четвертого принца простить ее манеры.

Юн Чень осмотрел меня с ног до головы, и злобный дух снова проявился через этот липкий противный взгляд.

– До меня доходили слухи, что юная госпожа Ли до сих пор не обручена, и этот принц даже думал, что ее не берут замуж даже с таким шикарным приданым из-за уродства. Но теперь этот принц в недоумении, ведь юная госпожа Ли – изысканна и прелестна, точно небесная фея.

Три фразы, и во всех трех четвертый принц так или иначе упомянул мой Павильон небесной глазури. Неужели ему приглянулись мои лавки? Он завидует моим доходам?

– Ялань – моя младшая дочь, – ответил отец, незаметно закрыв меня собой, – и я не хотел расставаться с ней так скоро. Без нее мое поместье совсем опустеет. Так что всему виной себялюбие отца.

Юн Чень, нисколько не скрывая своих намерений, обошел отца и вновь уставился на меня.

– Этот принц не предполагал, что суровый и праведный правый министр обладает столь мягким сердцем. Но даже господин правый министр не может удерживать столь прелестный цветок вечно. Так кого же господин Ли хотел бы заполучить в зятья? Кто в Поднебесной достоин этой красоты в сочетании с щедрым приданым?

Его глаза на мгновение расширились, и принц рассмеялся в голос, привлекая к нам внимание всех гостей в Павильоне.

– Неужели господин правый министр ради этого пришел на прием моего девятого брата?

И девицы, и их отцы внимательно прислушивались к нашему разговору. Зря я пришла сюда. Раз моего ума хватает лишь на торговлю, так не стоит лезть в дворцовые игры.

– Благодаря девятому принцу моя недостойная дочь получила почетное прозвание «Спасительница наследника» и пожелала лично поблагодарить его за участие в своей судьбе.

Юн Чень словно лимон укусил, улыбка вмиг сменилась на кислую мину.

– Ах да, спасительница…

И он отвернулся от нас, не сказав больше ни слова.

В зал вошли еще люди, и среди них был девятый принц. Он сел за центральный столик в начале зала, и гости последовали его примеру. По правую руку традиционно сидели мужчины, ближе всего к Юн Хао сел четвертый принц, затем седьмой, а за ним уже мой отец. На женской половине между мной и девятым принцем оказались две дочери императора, которые были рождены от других наложниц.

Слуги разносили еду, глашатай зачитывал вслух поздравления от императора, его супруги, других принцев, не явившихся на прием, а также перечислял дары, посланные ими. Я же украдкой разглядывала Юн Хао. После прошлой встречи, на которой было сказано так много и одновременно так мало, я часто думала о нем.

Сегодня я впервые увидела девятого принца в торжественном одеянии. Ему подходил и пурпурный цвет, и черная шапка футоу, которая придавала его суровому лицу еще большую строгость и одухотворенность, и пояс с нефритовыми вставками, что делал его талию тоньше, а плечи шире. Я легко могла представить Юн Хао и верхом на коне, размахивающим мечом, и в кабинете ученого с кистью в руке.

Прежде мне нравились более мягкие черты у мужчин, но сейчас они казались слащавыми и женоподобными. Мужчина должен походить на мужчину!

Только Юн Хао за весь пир ни разу не взглянул на меня. Он благосклонно кивал на хвалебные речи, поднимал чашу с вином, отвечал чиновникам и улыбался их дочерям. Даже в платье из облачной парчи я чувствовала себя невидимкой.

Когда пиршество подошло к концу, я поняла, что почти ничего не съела, зато Ми-Ми изрядно набила себе брюшко и лениво лежала на руках Ши Хэ.

Настало время для любования талантами девушек.

Гости вышли из павильона в сад, где на небольшой поляне был выстроен помост, сбоку сидели музыканты со всевозможными инструментами, под деревьями прятались столики, за которыми можно было сыграть в шахматы или го, выпить вина или записать пришедшие на ум строки. Девятый принц сел за такой столик вместе с моим отцом, слуга поднес им вино. Зазвучала медленная тягучая мелодия, и первая отважная девушка вышла на помост, чтобы исполнить танец с веерами.

Я смотрела на плавные движения танцовщицы и удивлялась, зачем я сюда пришла. Для чего?

После танца с веером был быстрый танец чжечжи с колокольчиками, затем танец люйяо, в котором следовало наблюдать за шелковыми полотнами рукавов, танец чуньин-чжуань, где девушка изображала радостную весеннюю птичку. Неужели всех дочерей наложниц учат только танцам?

– Порадует ли сегодня гостей госпожа Ли Ялань? – послышался приторный голос четвертого принца. Он подобрался незаметно и снова встал слишком близко.

Я отошла в сторону и ответила:

– Эта недостойная не обладает талантами, достойными для представления столь уважаемым людям.

– Этот принц слышал, что госпожа Ли прекрасно умеет уворачиваться от стрел. Этот принц с удовольствием полюбовался бы таким зрелищем. Я готов сам взяться за лук ради госпожи Ли.

Я выпрямилась, как струна, посмотрела принцу в глаза и сказала:

– Эта недостойная восхищается храбростью и решимостью четвертого принца, ведь не каждый отважный воин согласится выстрелить в беззащитную женщину! Только эта недостойная опасается, что остальным гостям такое представление придется не по вкусу. Может, четвертому принцу стоит спросить у хозяина дома, хочет ли он видеть это на своем приеме?

Принц бросил на меня полный ненависти взгляд и наконец отстал. У меня же возникло гадливое облегчение, будто я стряхнула с одежды мерзкую многоножку.

Постепенно на улице темнело, от пруда повеяло вечерней сырой прохладой. Слуги расставили в саду жаровни с углями, а потом один за другим начали зажигаться фонари. Сначала огненным ожерельем украсил себя пруд, а на середину, куда уже не доставал свет с берегом, выплыли небольшие лодочки, щедро разбрасывая золотые блики на темную водную гладь. Затем фонари зажглись по всему саду, придавая ему неземной облик. Красивые служанки разносили горячее пряное вино, и я отпила немного, чувствуя, как вместе с теплом растекается легкая расслабленность.

Ми-Ми неожиданно спрыгнула с моих плеч и умчалась по незаметной тропке к раскидистой иве, которая была чуть ли не единственным темным пятном во всем саду. Ши Хэ бросилась за ней, исчезла в тени, а потом вышла и прошептала:

– Госпоже Ли стоит самой сходить за Ми-Ми.

Я оглянулась. На меня никто не обращал внимания, поэтому я скользнула по тропе к иве, раздвинула свисающие ветви и позвала ласку.

– Госпожа Ялань сегодня необыкновенно красивая, – послышался низкий мужской голос.

По моей коже пробежала легкая дрожь, как от прикосновения весеннего ветерка.

– Господин Юн Хао говорит так из вежливости, ведь он ни разу не взглянул на меня, – тихо сказала я.

– Госпоже Ялань не стоило приходить на этот прием.

– Эта недостойная должна была поблагодарить принца за участие и… – у меня перехватило горло от сдерживаемых слез. – Господин Юн Хао обещал писать. Разве не таков был уговор?

Глаза постепенно привыкли к темноте, и вскоре я смогла различить его силуэт среди длинных ветвей. Я неуверенно подошла ближе и остановилась в двух шагах от него.

– Госпожа Ялань уже пострадала однажды, этот принц не желает, чтобы такое повторилось. Поэтому госпожа Ялань больше не должна искать встречи с этим принцем, не должна писать или приходить.

– Но я…

Он стремительно приблизился и прикрыл рукой мне рот. Сухая мозолистая ладонь слегка царапала мне кожу. От его запаха, смешанного с ароматом пряного вина, закружилась голова.

– Сегодня я выберу себе супругу, – сказал Юн Хао, не убирая руки. – Она будет из семьи мелкого чиновника, послушна и тиха. Госпожа Ялань тоже должна поскорее выйти замуж. Чем скорее юная госпожа Ли перейдет в другую семью, тем лучше, иначе господина Ли постигнет беда.

– Это не… – попыталась возразить я, но его ладонь прижалась еще сильнее.

– Госпожа Ли помогла мне, я помог госпоже Ли. Все долги закрыты. Отданных воинов я забирать не буду, они останутся в семьи Ли до тех пор, пока будут нужны.

Его рука скользнула по моим губам, кончиками пальцев он провел по моей щеке, затем коснулся шеи и… отступил.

– Прощай, Лань-Лань. Я уйду первым.

Юн Хао вышел из-под ветвей ивы и направился к ярко освещенному берегу пруда. Я же осталась под деревом не в силах вымолвить и слова, боясь расплакаться. Ми-Ми почувствовала мою печаль, спрыгнула с ветки мне на плечи и ласково потерлась.

– Ши… – я сглотнула и попыталась снова: – Ши Хэ!

Служанка вмиг шмыгнула ко мне.

– Госпожа Ли!

– Я… я так и не увидела его лица, – на вдохе прошептала я. Малейший повод, и я расплакалась бы прямо здесь.

Из сада донеслись громкие крики, словно мужчины бранились, а женщины визжали. Музыка замолкла. Мы с Ши Хэ осторожно раздвинули ветви, но из-за кустов, меж которыми петляла тропинка, ничего не было видно. Я несколько раз глубоко вдохнула, похлопала себя по щекам и вместе с малышкой Хэ медленно направилась в сторону помоста.

Мы выглянули из-за кустов и увидели новых, весьма неожиданных гостей. Посреди залитой светом фонарей поляны стояли шесть или семь мужчин в ярких толстых халатах, отороченных мехом. Их длинные волосы, небрежно связанные сзади, свисали до пояса, как у дикарей. Они громко смеялись и разговаривали на грубом непонятном языке.

– Кто позволил? – спросил девятый принц, встав между ними и другими гостями.

Перепуганный охранник поспешно упал на колени и сказал:

– У них было приглашение, потому я не осмелился…

– После! Созови остальных, – бросил Юн Хао и обратился к пришедшим: – Девятый принц приветствует гостей из земель Девяти ветров.

Один из мужчин шагнул вперед и что-то сказал. Видимо, он был главным, потому что золота на нем было в два раза больше, чем на остальных.

– Этот принц не понимает речь Девяти ветров.

– Я слышал, что у моего племянника сегодня день рождения, – заговорил тот же мужчина на языке Поднебесной, причем довольно чисто. – Вот и решил навестить!

– И кто же тот племянник?

– Ты же сын А́йзы, сестры Тему́ра. А я муж двоюродной сестры твоей матери, Янги́р из рода Аши́на. Значит, ты мой племянник. Принимай гостей, племянник!

Теперь, когда я увидела Юн Хао рядом с дикарями из земель Девяти ветров, поняла, насколько сильно он отличался от них. Девятый принц вобрал лучшие черты из двух народов, но не мог считаться ни тем, ни другим.

– Этот принц не звал вас, так кто вам дал приглашение?

Янгир развел длинные руки в стороны и рассмеялся:

– Да какая разница? Мы же родичи, а родичи не должны спрашивать позволения, чтобы прийти в гости.

– Все мои родичи умерли в тот день, когда свергли Темура. Вам не рады в этом доме. Этот принц велит вам уйти немедля.

– Этот принц, этот принц, – Янгир сплюнул, – ты всего лишь щенок, вылезший из девки наших кровей, а значит, должен слушать старших. Так же говорят в вашей Поднебесной! Мы пришли повеселиться, так поднеси нам вина и накорми мясом. Пусть девки пляшут!

Соплеменники Янгира подхватили его слова, загомонили про вино и про мясо, один потянулся за девицей, что замерла на помосте. Та завизжала и попыталась убежать, но он поймал ее за длинный рукав и дернул к себе. Несколько мужчин-чиновников вскочили, только что они могли сделать? Они были безоружны, слабы и в солидных летах, как мой отец.

Девятый принц закричал:

– Кэс(1)! Байлунь, сюда!

Из кустов выпрыгнул огромный белый волк и встал возле Юн Хао, злобно оскалив клыки. Дикари сразу остановились, застыли там, где стояли. Девушка со слезами выдернула свой рукав, оборвав ткань, и бросилась к своему отцу.

– А в землях Девяти ветров говорят: «Всегда слушай человека с белым волком», – сказал Юн Хао. – Вон из моего дворца! Иначе мои воины застрелят вас прямо сейчас.

Янгир сощурил глаза, внимательно обвел взглядом кусты и сказал что-то своим людям. Те немного отступили.

– Принц Поднебесной должен больше думать о людях своего государства, – пригрозил Янгир. – Если я останусь недоволен, многие города на севере Поднебесной могут не перенести тяжесть моего разочарования.

– Способны ли люди Девяти ветров вынести тяжесть гнева императора Поднебесной?

Наконец Янгир со своими последователями убрался из сада. Девятый принц проследовал за ними со своими охранниками и волком. И только после этого я выбежала из-за кустов и бросилась к отцу. Он крепко схватил меня за запястье, осмотрел с головы до пят и радостно выдохнул, ведь я оказалась цела.

– Я так переживал. Тебя нигде не было видно.

– Я заблудилась в саду и подошла как раз, когда появились они. Мы с Ши Хэ все это время прятались за кустами.

– Пойдем, нам пора уходить.

Он повел меня к главному входу, не желая оставлять одну даже для того, чтобы я вышла через нужные ворота.

* * *

1 Кэс – в переводе с древнетюркского «прекрати»

Глава 21

Лишь оказавшись в своем доме, я дала волю чувствам и расплакалась. Ши Хэ помогла снять ненавистное платье из облачного атласа, разобрала прическу, заварила успокаивающий отвар, но мои слезы всё не унимались.

– Госпожа Ли испугалась этих страшных людей Девяти ветров? – спрашивала она. – У меня чуть сердце в пятки не ушло. Как только девятый принц не побоялся выгнать их?

Ее слова делали только хуже.

Он со мной попрощался, сказал, чтобы я выходила замуж и не лезла в мужские дела. Отмахнулся от меня. Сказал, что я красивая и прогнал. И его рука на моем лице – разве я разрешала ему касаться меня? Он не позволил и слова сказать. Чем он лучше Сюэ Сюэ?

Я пыталась разозлиться на Юн Хао, но у меня не получалось. Я слышала горечь в его голосе, только этого было так мало.

Лишь спустя пару дней я выбралась из дурмана и задумалась над другими словами девятого принца. Он сказал, что я должна поскорее выйти замуж, иначе моего отца ждет беда. Значит, он что-то узнал, но не хотел говорить мне, зато, скорее всего, рассказал отцу. Но папа тоже молчит. Так что же мне тогда делать?

Когда пришел очередной свиток Шусян, я внимательно прочла все новости, но не нашла там ничего подозрительного. Более того, там не было сказано ни о выборе будущей супруги девятого принца, ни о вторжении людей Девяти ветров. Главным событием стало окончание второго этапа государственных экзаменов Поднебесной, ради которого лучшие умы со всей страны съехались в Линьцзин. Первое место занял некий Го Вэньцзюнь, сын мелкого провинциального чиновника. Он получил звание цзиньши, представленного ученого, тысячу лян серебра и множество даров. Если господин Го с таким же успехом пройдет последний этап экзаменов у самого императора, ему присвоят высокий ранг, который позволит войти в круг чиновников при императорском дворе, и выделят хорошее поместье в Линьцзине, куда потянутся свахи от самых достойных семей.

Вторая интересная новость касалась цен на зерно. Хотя сейчас подходило к концу лето, закрома должны полниться свежим урожаем, почему-то цена не опустилась, а поднялась. А подниматься она может, только если кто-то закупает зерно в огромном количестве. Пока повышение незначительное, но Шусян тем не менее обратила на это внимание. Или Кан Цзеси велел ей добавить эту новость в свиток.

Что-то явно происходило в Линьцзине, но пока скрывалось под завесой. Отец, скорее всего, знал или догадывался о невидимых течениях, только ничего не говорил мне. Наверное, потому что я всего лишь дочь.

Поэтому я пошла прямиком во двор Ли Жуя. Он наследник и будущий глава дома Ли, возможно, ему отец хотя бы намекнул на происходящее.

Племянник сидел на террасе, уткнувшись в книгу. Рядом служанка обмахивала его веером и отгоняла мошек, а поодаль прогуливался дымчатый журавль Ли Жуя, и мне показалось, что на этот раз его долгоклювая голова выглядела счастливее, чем обычно. Журавли любят, когда их хозяева учатся.

– Тетушка! – вскочил юнец, когда служанка вдруг перестала махать и поклонилась. – Тетушка чем-то недовольна? Я уверяю, что не делал ничего…

– Нет-нет, я просто гуляла по саду и захотела навестить племянника, – развеяла я его сомнения. – Вижу, Жуй-эр усердно учится, это так похвально. Возможно, через три года Жуй-эр займет первое место на экзаменах.

Он отложил книгу, махнул служанке, чтобы та принесла чай, и пригласил меня за стол.

– Тетушка слишком высокого мнения об этом недостойном. Хорошо, если войду хотя бы в сотню лучших.

Как же сильно изменился Ли Жуй после того, как у меня появился способ его контролировать! Даже если он меня сейчас ненавидит и желает придушить, внешне это никак не проявляется. Может, Сюэ Сюэ чувствует то же самое, когда запугивает девушек и угрожает мужчинам? Тогда я должна признать – это довольно приятное ощущение.

– Уверена, Жуй-эр заставит дедушку гордиться, – покровительственно сказала я. – Кстати, давно ли Жуй-эр виделся с моим отцом? Из-за службы отец почти не бывает дома и не находит время на свою глупую дочь, наверное, теперь он любит только Жуй-эра.

Ли Жуй почему-то всполошился еще сильнее, его глаза забегали из стороны в сторону, так что он с радостью вцепился в чайник, который принесла служанка, и бросился сам разливать горячий напиток.

– В-вовсе нет. Как может дедушка забыть о тетушке Ялань? О-она всегда в его мыслях.

– Ли Жуй! – сказала я холодно, останавливая это жалкое лицедейство. – Отец что-то скрывает от меня, верно? Я хочу знать, что именно.

Племянник махнул служанке, чтобы та вышла, затем бросил тяжелый взгляд на Ши Хэ, но я даже не пошевелилась прогнать ее.

– Тетушка, пойми, я не могу тебе рассказать. Дедушка велел держать язык за зубами.

Я сложила руки на груди, не притронувшись к чаю:

– Такая преданность достойна похвалы. Даже будет немного жаль, когда тебя прогонят, я привыкла к твоему присутствию в этом поместье.

Юноша торопливо отхлебнул чай, поперхнулся, закашлялся, побагровев от нехватки воздуха, а когда смог снова дышать, сказал:

– Хорошо, я скажу. Только тетушка должна пообещать, что не расскажет дедушке о том, кто ей это сказал.

– Обещаю.

Я ожидала услышать что-то о надвигающейся войне, или о грядущей засухе, или о дворцовых интригах, возможно, о последствиях вторжения людей Девяти ветров во дворец Юн Хао. Но не думала, что таинственная новость будет звучать так.

– Дедушка договорился о помолвке тетушки. Скоро должны приехать послы с дарами.

Что? А как же обещанный прием с выбором жениха? Почему за моей спиной? Разве отец настолько не доверяет мне?

– Он сказал, что обручение будет недолгим, так как тетушка уже в подходящем возрасте, поэтому свадьба состоится этой зимой.

– И за кого… – мой голос оборвался, но я отпила чай и смогла продолжить: – За кого он хочет меня отдать? Да еще и в такой позорной спешке, будто я…

Будто я завела любовника, забеременела, и теперь отец вынужден прикрывать мой позор скорой свадьбой. Именно так думают обо всех неожиданных браках с коротким сроком обручения. Я не смогла выговорить это вслух, так мне было стыдно, хоть я и не была ни в чем виновата.

– Дедушка сказал, что это достойный юноша пусть не самого высокого происхождения, зато с выдающимися успехами. Дедушка даже упомянул, что этот юноша напоминает его самого в молодости. С ним тетушка будет жить спокойно, ведь тот юноша пообещал, что не возьмет ни одной наложницы, лишь бы тетушка была счастлива.

После приема у девятого принца прошло несколько дней, а отец уже договорился насчет моего брака с каким-то ничтожным юнцом.

Видимо, мое лицо не выражало ничего хорошего, так как Ли Жуй вскочил, поклонился и взмолился:

– Прошу тетушку не выдавать племянника. Дедушка сказал, что для семьи Ли грядут тяжелые времена, и он хочет, чтобы это не коснулось тетушки. Всё, что делает дедушка, ради счастья и благополучия самой тетушки.

– Что за тяжелые времена? Почему я ничего об этом не знаю?

– Я спрашивал дедушку, но он велел мне побольше читать и не забивать голову чужими проблемами.

– Спасибо за чай и беседу, дорогой племянник. Пожалуй, я пойду, – сказала я и вышла со двора Ли Жуя, не чуя под собой ног.

Едва ворота остались позади, как Ши Хэ подбежала ко мне, подхватила под руку и зашептала:

– Молодой господин Ли, наверное, перепутал. Не мог господин Ли без согласия госпожи затеять помолвку. К тому же молодой господин Ли не назвал никакого имени, наверное, господин Ли только думает насчет помолвки.

– Кажется, я знаю, кто мой будущий муж, – тихо сказала я.

Малышка Хэ ахнула:

– Откуда? Мало ли достойных юношей из незначительных семей в Линьцзин?

– Помнишь, Ли Жуй сказал, что этот юноша напоминает отцу его самого в молодости. Так вот, отец сам родом из семьи мелкого чиновника, но он занял первое место на экзаменах и сумел заполучить высокий ранг и хорошую должность среди приближенных императора. Так, шаг за шагом, он стал правым министром.

– Значит, этот господин был первым на последних экзаменах?

– Не совсем. Он будет первым на предстоящих экзаменах. Лучших отслеживают уже со второго этапа, их осыпают дарами, предлагают дочерей в жены или наложницы, стараются стать их союзниками. Экзамены проходят раз в три года. Прошлый победитель уже давно выбрал сторону, женился и вошел в высший круг. Недавно закончился второй этап новых экзаменов, третий будет проходить зимой, прямо перед лицом императора. Я так полагаю, что отец хочет выдать меня сразу после объявления результатов третьего этапа.

– Но разве это не замечательно? Жених юной госпожи Ли тоже будет чиновником, как и господин Ли, а значит он умен, обходителен и талантлив. К тому же пообещал не брать наложниц в дом. Юная госпожа Ли будет единственной хозяйкой в доме! У него должность, у юной госпожи Ли – немалое богатство и красота. Разве это не лучшая пара, созданная на Небесах?

Какое же невероятное чутье у Шусян, раз она добавила эту новость в список! Или, может, все в Линьцзин уже знали о грядущей помолвке, только я одна осталась в неведении, и Шусян пыталась мне помочь, намекнуть на имя жениха?

Прежде чем перейти на женскую половину поместья, я позвала Тан У, но он не откликнулся. Ах да, пока я не выхожу из поместья, он все время проводит с теми девчонками.

– Позвать его? – предложила Ши Хэ.

– Да, я подожду здесь.

Мне не хотелось идти на другой конец поместья, слушать его приказы и смотреть, как маленькие девочки готовятся стать живыми щитами.

Спустя время, достаточное для сгорания ароматической палочки, появился мой скрытый воин.

– Госпожа Ли!

– Я хочу, чтобы ты разузнал об одном господине. Его зовут… – я забыла имя, помнила лишь то, что оно было крайне претенциозным, словно родители того юноши с самого рождения готовили его к первому месту. – Фамилия Го, имя связано с письмом, талантом, чем-то таким(1). Он занял первое место во втором этапе экзаменов, поэтому ты легко узнаешь его имя. И, скорее всего, за ним уже присматривает немало людей, так что будь осторожен.

– Да, госпожа Ли, – поклонился Тан У.

– И еще… – я помедлила, – возможно, отец договорился с ним о помолвке. Не дай отцу узнать о том, что ты за ним следишь.

– Да, госпожа Ли. Могу ли я попросить о помощи тех воинов, что дал девятый принц?

Я вздрогнула от одного упоминания Юн Хао. Можно ли доверять его людям? Их контракты лежат у отца, но контракт не означает полную преданность, он лишь позволяет хозяину распоряжаться судьбой слуги. Впрочем, их приставили защищать меня, так что сведения о будущем муже их госпожи пригодятся и им самим.

– Да, если нужно, но они должны соблюдать те же условия.

Вернувшись к себе, я вновь схватила свиток Шусян и перечитала. Го Вэньцзюнь! Откуда он только взялся? Но если он на самом деле из простой семьи, тогда неудивительно, что он ухватился обеими руками за брак с дочерью правого министра. Он даже не видел меня, но уже согласился взять в жены. А как же? Богатая жена, влиятельный тесть, быстрая карьера – чего еще желать? И всего-то нужно пожертвовать возможностью брать наложниц в дом. Пожалуй, он согласился бы даже на невесту на сносях!

Я почувствовала гадливость по отношению к будущему мужу. Какой лицемерный стяжатель! Подумаешь, занял первое место на втором этапе? Разве этого достаточно, чтобы считаться достойным дочери правого министра? К тому же я не урод, не калека и не порченая. Единственный недостаток – шрам на плече от стрелы. Спереди он должен исчезнуть, только со стороны спины останется на всю жизнь.

Я походила по комнате, затем выскочила наружу и вновь пошла к Ли Жую.

– Вот что, племянник! – сказала я, вновь оторвав его от книги. – Я хочу увидеть этого жениха.

– Но как? Я сам его ни разу не видел, – воскликнул бедолага.

– Он уже присылал сватов? Наш гороскоп составлен? Когда привезут помолвочные дары?

Ли Жуй только ошарашенно хлопал глазами.

– Попытайся познакомиться с ним, а потом договорись о встрече в моем павильоне, скажи, что мне нравятся шкатулки с глазурью Золотого лотоса или что-нибудь в этом роде. И предупреди меня, чтобы я смогла взглянуть на него хотя бы издали. Вдруг он низенький, толстый и с уродливыми усиками?

– Хорошо. Если дедушка позволит…

– Никаких если, – я угрожающе наклонилась над племянником. – Ты мне должен. Если хочешь избавиться от меня поскорее, делай то, что велено.

Пригрозив Ли Жую, я снова ушла.

Дома я развернула старые записи и начала их перечитывать в очередной раз, поражаясь, как быстро стиралась из памяти прошлая жизнь. Словно приступы головной боли каждый раз отрывали небольшой кусочек воспоминаний и сжигали прямо внутри меня. А когда я забуду всё, даже то, что у меня вообще была другая судьба, как изменятся мои мысли? Не пожалею, что взяла медовую ласку вместо радужной лисы? Не влюблюсь ли снова в Сюэ Сюэ? Как я смогу объяснить себе столь резкие перемены два года назад? Или приму своё прошлое, как есть, и не стану задавать вопросов?

Го Вэньцзюнь! Я нашла упоминание о нем: спустя несколько лет после свадьбы он стал вхож в дом Сюэ, нередко оставался на ужин и вел себя с мужем на равных. Наверное, он и тогда занял первое место, стал важным чиновником, а потом Сюэ Сюэ сделал его своим соратником. Только спустя несколько лет после свадьбы. В прошлой жизни я вышла замуж за Сюэ Сюэ в этом году, то есть сейчас господин Го еще никак с ним не связан. И хотя я не могла вспомнить ни лица Го, ни даже имени без помощи записей, уже то, что он ладил с Сюэ, отвращало меня от этого господина.

* * *

1 Вэньцзюнь – состоит из двух иероглифов: первый – Вэнь – литература, письмена; второй – Цзюнь – талантливый, выдающийся.

Глава 22

Впервые мне стало ненавистно, что я родилась женщиной. Всю жизнь я должна слушать других: сначала отца, потом мужа и сына. Я не могла ступить шагу из поместья без позволения родителей, не могла без сопровождения навестить подругу или хотя бы швырнуть визитной карточкой во врага, чтобы напугать. Мои действия скованы таким количеством правил и обычаев, что я вынуждена сидеть дома и ждать. Ждать новостей от Шусян, ждать возвращения Тан У, ждать отца с радостной вестью о моей помолвке.

Женщины в бедных семьях тоже мало что значат, но они могут ходить к соседям, браниться с торговцами, работать наравне с мужчинами.