Текст книги "Останусь, клянусь (ЛП)"
Автор книги: Нора Томас
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)
Глава 2
Бриттани
Находясь в ванной моей лучшей подруги, я поправляю волосы, пока она наносит макияж, и смеюсь, пока мы заканчиваем готовиться к девичнику. Мы дружим уже много лет. Особенно сблизились тогда, когда жили в пятнадцати минутах друг от друга и я помогла ей сбежать от ее ублюдка-абьюзера. Я приехала вчера поздно вечером и устроилась в комнате Ретта. Я жутко скучала по своему крестнику, поэтому теперь использую любую возможность побыть с ним как можно дольше. Мы плавали, поиграли со всеми его игрушками и устроили «приключения» на качелях. Потом вместе поспали, а потом он меня бросил ради своего папы и его клонов.
Когда я говорю «клоны», я не преувеличиваю. Из тех четырех, кого я уже видела, у всех одно и то же лицо. Разница только в паре сантиметров роста, оттенке каштановых волос и зеленых глаз. Я пока не видела только двоих – средних братьев. Все были очень вежливы, но Роуэн сказал, что один из них пойдет с нами сегодня, чтобы убедиться, что мы в безопасности. Они все время пытаются говорить загадками, будто я не умею пользоваться Google и не навела справки. Я прекрасно знаю, кто такой Роуэн Бирн и чем он занимается. Он не теряет очков в моих глазах до тех пор, пока на лице моей лучшей подруги светится эта улыбка. И если он причина этой улыбки – значит, все правильно.
Клара вырывает меня из мыслей:
– Ну как, нормально выгляжу? Я понимаю, что мы всего-то идем на ужин и выпить, но я хочу свести Роуэна с ума, пусть сидит дома и сходит с ума без меня.
Я не могу сдержаться и громко смеюсь:
– Девочка, ты выглядишь как секс на каблуках. Честно, тебе стоит приготовиться к тому, что он просто затащит тебя обратно наверх. Похоже, я сегодня пойду тусить в одиночку.
Хихикая, она подходит ко мне сзади, выхватывает плойку из моей руки и поправляет прядь, которую я, похоже, пропустила:
– Боже, какая ты смешная. Мы идем тусить, и ты выглядишь сногсшибательно, и я собираюсь с удовольствием смотреть, как ты отшиваешь всех мужиков в баре.
Мы в последний раз смотрим на себя в зеркало. У нас обеих завиты волосы: у Клары – каштановые, у меня – клубнично-русые. У нее темно-карие глаза, у меня серые.
Макияж у нас похожий, мы обе выбрали более естественный образ. На ней темно-синее платье чуть выше колена, облегающее в самых правильных местах. Вырез аккуратно приоткрывает грудь, ровно настолько, чтобы свести Роуэна с ума.
На мне золотое платье, расшитое пайетками, длиной до середины бедра. С таким глубоким декольте оно едва ли попадает под определение «приличное», но грудь я хорошо зафиксировала, и у меня нет мужа, перед которым нужно держать отчет. Я бы совсем не отказалась найти сегодня мужчину, который выебет меня до потери сознания. Я влезаю в золотые туфли на четырехдюймовой шпильке, теперь мой рост добирается до ста восьмидесяти трех, и я готова идти танцевать с лучшей подругой.
Клара тоже надевает каблуки, потом швыряет в меня черный тренч:
– Надень это. Ретт будет внизу, и нечего пугать крестника видом его крестной в образе уличной шлюхи.
Смеясь, я накидываю пальто и застегиваю его:
– Ладно, но я сниму его, как только он поднимется наверх. Я наряжалась не для того, чтобы прятаться. Ну что, пошли, давай заставим твоего мужа проглотить свой язык.
Не успеваем мы спуститься даже до половины, как снизу доносится резкий вдох Роуэна, и я невольно улыбаюсь. Этот мужчина влюблен в нее по уши. Я в жизни ни за кого не радовалась так, как за них.
Я подношу руку ко рту, сдерживая улыбку, и тут до нас доносится его низкий голос:
– Даже не думай, Красавица! Без меня вы никуда не пойдете.
Из гостиной, откуда не видно, кто говорит, раздается громкий, раскатистый смех:
– Забей, Роу. Она сегодня идет без тебя. Пока ты сидишь здесь с Маленьким Медвежонком, я буду в клубе, смотреть, как твоя жена танцует.
Две вещи накрывают меня одновременно: во-первых, этот хриплый, чертовски сексуальный голос, от которого по мне пробежала дрожь, я слышу впервые. А во-вторых, кто, блядь, он вообще такой, чтобы позволять себе подобные комментарии в адрес моей лучшей подруги?
Роуэн даже не успевает открыть рот, потому что я уже слетаю по остальным ступеням и встаю между Кларой и этим типом, кем бы он ни был.
– Ты с кем, блядь, так разговариваешь? Никаких «буду смотреть, как она танцует», пока ее муж рядом. Мы спокойно пойдем тусить одни, чем позволим какому-то слизняку пялиться на нас весь вечер.
Мистер Таинственность медленно встает… и разворачивается. Уже в следующую секунду я понимаю, что мне стоило заткнуться. Потому что передо мной, настоящая гора мускулов, и с самыми красивыми зелеными глазами, какие я когда-либо видела. Он скользит по мне взглядом с ног до головы, и становится очевидно, что на своих каблуках я ниже него минимум на пятнадцать сантиметров. Джинсы сидят так, будто их шили под заказ, подчеркивают длинные ноги, сильные, мощные бедра и узкую талию. Черная футболка облегает тело, как вторая кожа. Края рукавов врезаются в накачанные бицепсы, а от его мощных предплечий у меня пересыхает во рту. Он чертовски накачан. И чертовски сексуален.
Я поднимаю взгляд к его лицу. У него четко очерченная линия челюсти, покрытая аккуратно подстриженной щетиной. Волосы коротко подстрижены по бокам, а сверху чуть длиннее. Он определенно выглядит как боец, и идеально вписывается в роль охранника, которую будет сегодня исполнять. От его полуулыбки у меня взгляд соскальзывает с брутального лица на полные губы… и, наконец, на его восхитительные светло-зеленые глаза, обрамленные густыми длинными ресницами. Он еще не успевает ничего сказать, как Клара неловко прочищает горло:
– Эм, Бритт, все нормально. Это…
Но таинственный мужчина поднимает огромную ладонь, прерывая ее:
– Нет, пусть продолжает. Мне очень интересно узнать, что она собирается предпринять, чтобы не дать мне «пялиться» на вас всю ночь.
Вот же наглец. Да плевать, насколько он горячий, он может катиться к черту.
– Ах ты, милый, тупенький мужчина. Поверь, мы можем исчезнуть быстрее, чем ты моргнешь, и ты даже не поймешь, куда мы делись. Никуда ты с нами не пойдешь, если собираешься отпускать пошлые шуточки в сторону Клары. Честно? Я начинаю сомневаться в своем одобрении Роуэна, если он до сих пор не вырвал тебе глотку и не засунул ее тебе в задницу.
Веселый огонек в его глазах исчезает в одно мгновение, уступая место ярости, которую он едва сдерживает. Роуэн встает между нами, поднимает руки ладонями ко мне, в жесте примирения.
– Бриттани, во-первых, я бы никогда не позволил кому-либо проявить неуважение к моей жене. И если бы я хоть на секунду подумал, что он всерьез сказал хоть слово из того бреда, что только что выдал, то он бы уже валялся без сознания у тебя под ногами. Во-вторых… Позволь представить тебе моего младшего брата – Кирана.
Мои глаза распахиваются в шоке. Блядь.
Киран молча кивает мне, даже не пытаясь заговорить, и смотрит на Роуэна с откровенным сарказмом в голосе:
– Я буду в машине. Предполагаю, они и без помощи справятся, чтобы залезть в Tahoe.
Не дожидаясь ответа, он разворачивается и уходит, громко хлопнув дверью.
Я стискиваю зубы и поворачиваюсь к самодовольно улыбающейся Кларе:
– Ты серьезно? Ты не могла сказать? Показать фотку? Ну хоть что-нибудь, прежде чем мы спустились вниз?!
Они с Роуэном целую минуту синхронно смеются, прежде чем Клара смахивает слезу с уголка глаза:
– Я могла бы, но вот так было гораздо веселее. Киран на самом деле очень милый и легкий на подъем. Особенно когда дело касается меня и Ретта. Не знаю, как ты умудрилась так быстро его выбесить. Но на твоем месте я бы извинилась и попыталась сгладить ситуацию.
Роуэн встревает:
– Серьезно. Это не тот человек, с которым тебе стоит быть на ножах. Поверь мне.
Уууух. Ладно, возможно, я немного перегнула. Впадать в ярость, это мое привычное состояние, но я не против признать вину, когда действительно не права. Просто… извиняться перед безумно сексуальным мужчиной? Вот уж что мне точно будет тяжело проглотить.
Примерно десять минут Роуэн безуспешно уговаривает Клару остаться дома и устроить им «приватную вечеринку», но в итоге мы все-таки выбираемся из дома и садимся в Tahoe. За рулем сидит мужчина, которого я узнаю – это Киллиан.
Киран занимает переднее пассажирское сиденье и что-то печатает в телефоне. Наконец он откладывает его в сторону и поворачивается к Кларе:
– Куда едем, миссис Бирн?
Она закатывает глаза:
– Серьезно? Мы будем играть в это всю ночь? Она просто защищала меня, Ки. Она не знала, кто ты.
Он кивает, но так и не оборачивается:
– Да, мэм. Без проблем. Куда ехать?
Клара фыркает, откидывается на спинку сиденья и скрещивает руки на груди, как обиженный ребенок:
– Мы едем в в «Бирн» на ужин, а потом в Z13 выпить.
Киран бросает через плечо короткое:
– Есть, миссис Бирн.
И этим самым окончательно ставит точку в разговоре.
Ну что ж. Похоже, эта ночь обещает быть… неловкой.
Глава 3
Киран
Прислонившись спиной к стойке этого переполненного клуба, я не свожу глаз с двух девушек, к которым за вечер прицепился, наверное, каждый мужик в зале. К счастью, они пока не заметили, что я вмешался, так что ничего не заподозрили. Мой взгляд в который уже раз скользит по высокому, обалденному телу Бриттани. Мои руки так и чешутся дотронуться до нее, провести по коже, попробовать ее на вкус, запомнить каждую чертову деталь. Признаю, я был дико раздражен, когда она подошла ко мне у дома и начала спрашивать, что у меня за намерения относительно моей невестки.
Теперь, когда я остыл, я могу уважать ее стремление защитить лучшую подругу. Я бы и сам не позволил никому высказываться в адрес Райана, а если кто-то вообще осмелился бы перегнуть палку с Маком, я бы ему, не моргнув, вырвал язык к чертовой матери. Она же не знала, что это всего лишь братская подколка, так что ладно, поэтому на этот раз ей повезло. К тому же, огонь в ее глазах меня, черт возьми, завел но я стараюсь подавить это. В конце концов, она лучшая подруга Клары.
Я яверен, Клара думает, что я до сих пор злюсь, потому что обращаюсь к ней исключительно официально, но именно так я должен ее называть вне дома. Сейчас она не милая золовка. Она жена Капитана, и обращаться с ней следует соответственно.
Мы торчим тут уже несколько часов, и Роуэн успел настрочить мне с сотню сообщений. По надежной информации, он уже захватил комнату Мака и уставился в камеры наблюдения Z13. Медвежонку давно пора в кроватку, но ему нечем заняться, и теперь он нас донимает, потому что у него нет ничего, что могло бы отвлечь от осознания простого факта: его жена танцует в клубе без него.
Я убираю телефон в карман после очередного ответа Роуэну, как вдруг ловлю встревоженный взгляд Клары, она что-то высматривает в толпе. Еще не успев толком осознать, что происходит, я уже двигаюсь к ней, оглядывая помещение на ходу. Замечаю мужчину, который прижимается к Бриттани, держит ее за бедра и танцует с ней. Она смотрит ему в лицо, так что я не слышу, о чем они говорят. Клара хватает меня за руку и тянет вниз, так что ее губы оказываются прямо у моего уха:
– Киран, помоги ей. Этот мужик подходил уже не раз, и она его каждый раз посылала. На этот раз он схватил ее за бедра так сильно, что она дернулась, а потом резко развернул ее.
Я снова смотрю на Бриттани, и в ту же секунду напрягаюсь. Она пытается дернуться, вырваться из рук этого явно пьяного ублюдка, но он хватает ее за запястья и тянет еще ближе, как будто между ними и так мало пространства. Даже отсюда я слышу ее тихий, болезненный всхлип.
Оцениваю обстановку, быстро ищу взглядом Киллиана, он всего в трех шагах за нашей спиной.
– Киллиан, – бросаю я, не отрываясь глазами от сцены, – отведи миссис Бирн к машине. Я заберу ее подругу, и мы поедем домой.
Киллиан тихо отвечает:
– Есть, сэр, – и выводит Клару из клуба.
Она оборачивается через плечо, полная тревоги, и я беззвучно говорю ей: «Я справлюсь. Не волнуйся», пока она уходит к Tahoe.
Теперь, когда Клара вне клуба и вне опасности, самое время действовать.
Я подхожу к Бриттани сзади и обвиваю ее руками за талию. Мужик сразу переключает внимание на меня и поднимает взгляд, приходится задирать голову, чтобы встретиться со мной глазами.
– Извини, чувак, но она уже со мной. – Я усмехаюсь. – Она огонь, конечно, но, сам понимаешь, немножко сопротивления, и ночь становится в разы интереснее.
У меня внутри все кипит. Терпения, которого у меня и в лучшие дни в обрез, сейчас нет вообще.
– Ага, – говорю я спокойно, но голос рвется наружу. – Было бы чертовски жаль испортить тебе вечер, дружище. Но это моя девушка. И если ты не уберешь свои гребаные руки с нее в течение следующих десяти секунд, я сломаю тебе каждый сука палец, прежде чем они каким-то чудесным образом отвалятся к херам вместе с кистями.
Она, должно быть, узнала мой голос, потому что тут же обмякает и прижимается ко мне всем телом. Сейчас я практически держу ее на руках, и все внутри меня орет, уведи ее отсюда.
Руки этого ублюдка мгновенно отлетают от нее, и он начинает мямлить:
– Оу… Я… я не знал… Она… она ничего не говорила про парня…
Наконец обретя голос, Бриттани резко отвечает:
– Нет, я и правда не говорила про парня. Но вот слова «нет» и «отстань» повторяла не один раз, не так ли?
Я чувствую, как адреналин бурлит в моих венах, готовый вырубить этого пьяного ублюдка.
Я склоняюсь, губами едва касаюсь ее шеи, потом прижимаюсь к уху, чтобы она услышала:
– Ты в порядке? Я с радостью вытащу его на улицу и научу не лапать чужих женщин.
Бриттани ловит взгляд того козла, качает головой, потом берет мою левую руку и целует костяшки, распухшие и в шрамах после вчерашнего.
– Нет, он того не стоит. Поехали домой.
– Повезло тебе, что моя девочка уже хочет, чтобы я отвез ее домой и поклонялся ей, брат. Но если я хоть раз увижу тебя рядом с ней, я устрою тебе такой ад, что твои самые страшные кошмары покажутся лучшими снами в жизни. Понял меня?
Он тут же кивает:
– Да, да, понял, все понял.
Он даже не успевает договорить свое торопливое «понял», как срывается с места и исчезает в толпе.
Ее тело дрожит, прижимаясь ко мне. Не позволяя себе ни на секунду усомниться в правильности действий, я подхватываю ее на руки раньше, чем мозг успевает что-либо осмыслить. Бриттани не сопротивляется, как я ожидал. Напротив, она прижимается ко мне щекой, утыкается в плечо и, свернувшись, устраивается поудобнее, как будто сама просит, чтобы я донес ее до машины. Почти уверен, что она на грани, не в стельку, но точно пьяна, как минимум изрядно навеселе. Когда мы выходим на улицу, нас окутывает прохладный ночной воздух. Стоит первому порыву ветра задеть ее кожу, как все ее тело вздрагивает, и из ее губ вырывается едва слышный всхлип. Опустив взгляд, я тут же понимаю, что она плачет. Я наклоняюсь и прижимаюсь губами к макушке, вдыхая ее запах, стараясь успокоить шепотом. Она пахнет тропическим островом – кокосом, соленым ветром и чем-то таким, что невозможно описать. Чем-то, что есть только в ней.
Остановившись на полпути к машине, я, наконец, спрашиваю:
– Он причинил тебе боль?
Бриттани всхлипывает, прежде чем ответить:
– Он меня скорее напугал. Со мной все в порядке, просто хочу вернуться к себе и рухнуть в гостевую спальню.
– Правда? – Я стараюсь разрядить обстановку, даря ей самую обаятельную улыбку. – Гостевая прямо напротив моей. С удовольствием покажу дорогу.
В ее глазах вспыхивает огонь, а пальцы скользят вниз по моей груди.
– По тебе видно, что ты можешь показать куда больше, Киран. Может быть, я тоже смогу тебе кое-что показать.
Мой член оживает в джинсах, и я мысленно возношу молитву хоть какому-нибудь богу, чтобы она не издевалась надо мной.
– Ну что, поехали домой и проверим, кто из нас на деле такой смелый, Храбрая девочка.
Ее губы приподнимаются и нежно прикусывают меня под челюстью.
– Вперед, Мистер Таинственность.
Я ухмыляюсь ей, не отрывая взгляда от этих стальных, серых глаз, когда задняя дверь машины внезапно распахивается изнутри, и голос Клары, полный паники, сносит весь сексуальный накал в воздухе:
– Господи, ты в порядке? Почему он тебя несет? Ты ранена?
Я аккуратно ставлю Бриттани на ноги и непроизвольно закатываю глаза. Бриттани натягивает на лицо улыбку, настолько фальшивую, что я считываю это мгновенно:
– Все хорошо. Там было слишком тесно, вот он и вынес меня. Бока немного болят, но в остальном я в порядке. Просто хочу поехать к тебе и вырубиться в гостевой.
Она усаживается на заднее сиденье, мимоходом, почти незаметно, задевая пальцами низ моего живота – быстро, но намеренно.
Изо всех сил сдерживая довольную ухмылку, я захлопываю за ней дверь и сажусь рядом с Киллианом. Он выезжает с парковки, везет нас домой.
* * *
Я открываю дверь для девушек. Клара едва успевает ступить на землю, как Роуэн вылетает из дома и закидывает ее себе на плечо.
– Роуэн! Немедленно поставь меня на землю, ты, чертов пещерный человек!
Он рычит игриво, почти с предвкушением:
– Сейчас ты у меня узнаешь, что такое пещерный человек, когда я буду доводить тебя до слез, не давая кончить за то, что заставила меня ждать, пока я своими зубами сниму с тебя это платье.
Клара сначала взвизгивает, а потом заливается громким, искренним смехом:
– Подожди! Надо сначала убедиться, что Бриттани устроилась в гостевой!
Роуэн бросает на меня дикий, полупомешанный взгляд:
– Отведи ее в гостевую. Мы будем заняты, пока не проснется Ретт. И я, блядь, молюсь, чтобы он разбудил тебя, а не нас – мне надо выспаться со своей женой.
С трудом сдерживая смех, я качаю головой:
– Да, босс. Понял.
Он исчезает в доме с женой, и я, черт возьми, впервые в жизни настолько благодарен, что живу с ним не на одном этаже. Поворачиваясь к Бриттани, я кладу ладонь ей на поясницу, мизинцем едва касаясь изгиба ее упругой задницы.
– Готова, Храбрая девочка?
Она улыбается, но в глазах проскальзывает неуверенность:
– Готова, Мистер Таинственность. Покажи мне путь.
Я веду ее наверх, на третий этаж. Моя комната справа от лестницы, комната Мака – слева. Напротив у каждого из нас – гостевая. Наши спальни по размеру как нормальные квартиры, наверное, поэтому мы до сих пор все живем здесь, а не разъехались. Ну и плюс, тут места хватает и на нас, и на пару детей впридачу. А еще у нас, мягко говоря, нездоровая зависимость друг от друга.
До ее двери мы доходим за пару минут.
– Ну вот, ты на месте. Я прямо через коридор. Если что-то понадобится, просто крикни. А если станет одиноко… я всегда готов прижаться под одеялом. Но имей в виду, я сплю голым.
На лице Бриттани появляется тень растерянности.
– А я думала, ты хотел мне кое-что показать?
Я печально улыбаюсь, качая головой:
– Поверь, я бы не захотел сейчас ничего сильнее, чем прижать твое чертовски сексуальное тело к этой двери и целовать каждый сантиметр твоей кожи. Затащить тебя в комнату и выебать на каждой поверхности, что там есть.
Я осторожно обхватываю ее лицо ладонями.
– Я много кто, Бриттани. Но я точно не тот, кто воспользуется пьяной девушкой. Так что, если проснешься, протрезвеешь и решишь, что хочешь прийти ко мне, то дверь будет открыта. Просто заходи. Но, детка, когда я буду тебя трахать до потери сознания, ты будешь трезвая.
Она тяжело вздыхает и смотрит на меня своими восхитительными серыми глазами:
– Черт бы тебя побрал за то, что ты хороший парень, Киран Бирн.
Я целую ее в лоб, не сдерживая тихий смех:
– О, ты еще увидишь, насколько я могу быть плохим. Когда ты будешь трезвая. Спокойной ночи, Бриттани.
– Спокойной ночи, Киран.
Я жду, пока она не скроется в своей комнате, и только после этого поворачиваю к себе. Пытаюсь уснуть… и молюсь, чтобы этой ночью она все-таки оказалась в моей постели.
Глава 4
Бриттани
Я резко поднимаюсь с постели, задыхаясь так, будто только что пробежала марафон. Глаза судорожно метаются по комнате в поисках его. Пусто. Все в порядке. Это всего лишь сон. Проходит несколько минут, прежде чем мне удается взять дыхание под контроль. Я поднимаю руку и слегка касаюсь шеи. Не болит. Все хорошо. Не давая себе времени на сомнения, я ставлю ноги на мягкий, пушистый ковер и направляюсь к мужчине, чертовски сексуальному и греховно красивому, который находится в комнате напротив. Это может показаться глупым, но мне просто нужно, чтобы меня обняли. Он сам предложил. Я трезвая. И мне отчаянно нужно хоть что-то, что вытеснит из памяти те воспоминания о детстве, которое прошло в седьмом круге ада.
Я даже не успеваю переступить порог его комнаты, как его грубый голос пугает меня до полусмерти:
– Скучаешь, Храбрая девочка?
Он лежит на животе, одна рука под головой, другая вытянута поперек кровати. Затем он переворачивается на спину, поднимает одеяло и руку, приглашая меня лечь рядом. Сон как рукой сняло, когда я ловлю на себе его сонный, ленивый взгляд, медленно скользящий по моему телу сверху вниз и обратно.
– Черт. Я, конечно, постараюсь быть джентльменом... но ты должна знать, что это последнее, чего мне сейчас хочется. Ты сводишь меня с ума, Бриттани.
Я опускаю глаза и сразу чувствую, как мое лицо мгновенно заливается краской.
На мне только старая, растянутая футболка с концерта Eminem, на который я ходила сто лет назад. И все. Только футболка. Глаза Кирана пылают, он смотрит на меня так, будто перед ним первая еда после долгой голодовки. Настоящий хищник, который только что выслеживал свою добычу. Я закусываю нижнюю губу, не в силах оторвать взгляд от его широкой, мощной груди. Щеки тут же заливает жар.
Он улыбается грязно, по-настоящему грязно:
– Ты хочешь спать, Бритт? Или хочешь кое-чему научиться?
– Да ну, вряд ли ты меня чему-то научишь. Знаешь, как говорят? Болтать – не значит делать.
Двигаюсь к нему, он протягивает руки и тащит меня к себе в кровать. Я не успеваю даже осознать, что происходит, как уже оказываюсь под ним. Киран нависает надо мной с самодовольной ухмылкой, крепко зажав мои запястья в одной руке и прижав их к подушке над головой. Его губы находят пульс на моей шее, и он мягко втягивает кожу, оставляя влажный след. Я откидываю голову назад, подставляя ему шею и плечо, давая больше пространства для поцелуев, облизываний, легких укусов. Он использует это с ленивой, чувственной дерзостью. Я тихо стону, и чувствую, как уголки его губ поднимаются в ухмылке.
– Сейчас ты узнаешь, как мои слова превращаются в гребанное дело.
Он отрывает губы от моей шеи, чуть приподнимается, и прежде чем мой затуманенный возбуждением мозг успевает понять, что происходит, мои запястья уже привязаны к изголовью кровати.
В груди поднимается тревога, дыхание сбивается, глаза в панике ищут его взгляд. Он, конечно, замечает это, и тут же накрывает мои губы мягким, успокаивающим поцелуем.
– Только скажи, и я остановлюсь. Все под твоим контролем. Если в какой-то момент тебе станет некомфортно или просто перехочется – скажи.
Я глотаю напряжение, ловлю его взгляд и, ощущая, как внутри просыпается решимость, спокойно говорю:
– Может, обсудим стоп-слово?
Нежная улыбка расплывается на его лице:
– «Стоп» – единственное стоп-слово, которое тебе понадобится со мной. Я буду раздвигать границы, но возбуждаться от того, что ты вроде как не согласна, когда на самом деле согласна, – это не мой извращенный интерес.
Я глубоко выдыхаю, сбрасывая остатки напряжения, и строю ему дерзкую, вызывающе грязную ухмылку:
– Ну что ж, мистер Бирн. По-моему, вы снова слишком много болтаете для человека, который обещает луну и звезды.
Киран усмехается низко и хрипло:
– О, я покажу тебе звезды, детка.
Его руки ложатся на мои бедра и медленно поднимаются вверх, задирая футболку до тех пор, пока она не оказывается закрученной в ремнях. Я лежу перед ним абсолютно обнаженная. Наблюдать за тем, как горят глаза этого мужчины даже глубокой ночью, может стать моей новой зависимостью. Его губы опускаются на мое тело, останавливаются на левой груди. Он захватывает сосок губами, втягивая его в рот, покусывая, а пальцами одновременно мучает вторую грудь. Я чувствую, как между бедер становится влажно. Каждое посасывание, укус или изгиб его пальцев посылают, словно удар тока по самому центру моего тела. Он переключается на правый сосок, пальцы перетекают к левой груди, и он начинает все заново. Из горла срываются тихие всхлипы, а я могу только лежать, полностью в его власти. Если он не остановится, то он доведет меня до оргазма прямо так. Такого со мной еще не было.
Если честно, я почти никогда не кончаю, разве что сама. Я до сих пор не понимаю, сломана ли я, или им просто наплевать на то, чтобы довести меня до конца. Киран спускается все ниже, его губы двигаются вдоль груди, потом по животу. Он приподнимается на одном локте, а второй рукой медленно ласкает мое бедро, проводя ладонью вверх-вниз. Его губы терзают мою кожу, то прикусывая ее, то утоляя жжение поцелуями и мягкими облизываниями. Он так близко от того места, где я хочу его почувствовать, и одновременно – ужасно далеко. Я на пределе, он нужен мне. Наполовину постанывая, наполовину умоляя, я прошу:
– Киран, прошу тебя… перестань дразнить меня. Я хочу тебя.
Он поднимает взгляд на меня и одаривает дьявольской ухмылкой:
– О, я тебе нужен? Правда? Где именно? Вот здесь? –Его губы медленно скользят от одного бедра к другому.
– Или, может, вот тут? – Он проводит языком по верхней части моего бедра и прикусывает кожу, оставляя после себя жар и покалывание.
Он так близко, но все еще чертовски далеко.
– Киран, пожалуйста. Прикоснись ко мне, оближи, трахни, сделай хоть что-нибудь. Просто… прошу тебя.
Он закрывает глаза, лишая меня вида этих светло-зеленых окон в его душу. Я не понимаю, он берет паузу, чтобы прийти в себя, или я его разозлила? Но гадать долго не приходится. Он резко распахивает глаза, хватает меня за колени и разводит их в стороны, поднимая вверх. Раскрывая меня полностью перед собой. От внезапного холодного воздуха я резко втягиваю воздух сквозь зубы.
– Вот так, Храбрая девочка. Проси то, чего хочешь. Всегда, – его голос звучит низко и хрипло, пока он опускается между моих ног, проводя указательным пальцем вдоль моей влажной щели.
– Черт, детка, ты вся мокрая. Это все для меня?
Он стонет, когда кончиком пальца находит мой клитор и начинает нежно круговыми движениями ласкать его.
– Да… Я так сильно тебя хочу.
Он снова ухмыляется, и в следующую секунду наклоняет голову и проводит языком по всей длине моей щели – от входа до самого клитора.
Мои бедра вздрагивают, резко поднимаясь с кровати, но Киран это не оставляет безнаказанным. Его рука взлетает вверх и шлепает меня по бедру, прежде чем он крепко обхватывает их, удерживая в нужном положении.
– Если дернешься, то я остановлюсь. Не двигайся, детка.
Его рот опускается на мой клитор, втягивая его в рот, одновременно посасывая, облизывая и нежно покусывая. В меня входят два длинных пальца, и он тут же загибает их вверх, поглаживая внутренние стенки моей киски. Подушечки пальцев находят ту самую точку, и он начинает тереть ее, прикладывая едва заметное давление.
Между его пальцами и ртом я уже на грани.
– Киран, я сейчас кончу. Я уже на грани.
Он зарычал прямо в меня, и этого оказалось достаточно. Мое тело само берет управление, бедра начинают двигаться, вжимаются в его лицо. Киран нежно прикусывает, и я проваливаюсь в забытье. Все мое тело сотрясается, когда я выкрикиваю его имя.
Мое сердце колотится, готовое вырваться из груди, пока все мое тело расслабляется, и я словно медленно опускаюсь обратно на землю. Киран с усмешкой поднимается вверх по моему телу, его лицо пропитано моим возбуждением.
– За все свои двадцать четыре года я не видел ничего прекраснее. И не пробовал ничего вкуснее, – шепчет он, вжимаясь бедрами в мою сердцевину. Судя по его эрекции под тканью его боксеров, он точно не врет. Его губы жадно врываются в мои, а я закидываю ноги, помогая стянуть с него белье.
Когда он отстраняется, чтобы помочь мне, я не могу удержаться от колкости:
– Я думала, ты спишь голым?
Он ухмыляется:
– Хотел быть джентльменом. На случай, если ты решишь просто прижаться ко мне ночью.
Я закатываю глаза и смеюсь, не в силах сдержать веселый смешок:
– Ага, особенно учитывая, что ты меня привязал. Прямо-таки принц на белом коне.
Смех застывает у меня на губах и срывается стоном, когда он берет в руку свой толстый, длинный и твердый член, проводя головкой вверх-вниз по моей влажной щели.
– Киран, – мой голос звучит хрипло, с придыханием, но мне плевать, как отчаянно это слышится. Мне нужен он. Прямо сейчас. В его глазах вспыхивает опасный жар, и по выражению лица становится ясно – разговоры закончились. Я закрываю глаза и слышу характерный звук разрываемой фольги.
Он слегка хлопает меня по бедру, и я тут же распахиваю глаза.
– Смотри на меня. Если уйдешь в себя, я остановлюсь.
– Хорошо. Я здесь. Я с тобой.
Он медленно, но уверенно входит в меня. Не останавливаясь, пока не заполняет полностью. Мое тело ощущает и приятную тяжесть, и легкое жжение от его толщины. Он замирает, давая мне время привыкнуть к этому ощущению.
– Киран, двигайся. – Голос срывается. Я больше не выдержу.
Я вжимаю пятки в его упругую задницу, подгоняя его, и он тут же начинает двигаться. Сначала медленно, будто пробуя нас на вкус, а потом мы находим тот самый ритм – точный, чувственный, безумно сладкий. Его руки повсюду, он сжимает мои бедра, сильно, почти до боли. Его пальцы щиплют мои соски, а потом он шлепает по моей заднице, вызывая вспышку острого удовольствия. Я схожу с ума от невозможности дотронуться до него. Это идеально сложенное, вылепленное телом наслаждение – прямо передо мной, и я не могу даже провести ладонями по его груди.
Я больше не выдерживаю.
– Позволь мне дотронуться до тебя, пожалуйста, – выдыхаю, не заботясь о том, насколько умоляюще это звучит.
Но он уже качает головой, не дав договорить:
– Не в этот раз. Позволь мне тебя боготворить.
Он находит мой клитор и начинает медленно водить по нему пальцами, одновременно меняя угол. И о, боже… О, черт... Я не выдержу.
– Я сейчас снова кончу.
Киран не сбавляет темпа, не меняет ни ритм, ни силу. Он точно знает, как довести меня до грани, и удержать на самом краю.
Он с силой вцепляется в мои бедра и зарычал:
– Даже не думай, Бритт. Ты не кончишь, пока я не скажу, что можно.
Что?.. Как, черт возьми, это может одновременно злить меня и возбуждать еще сильнее?
– Тебе нравится, когда тобой командуют? – хрипло усмехается он. – Я и так чувствую, как сильно твоя киска сжимает меня. Давай, покажи мне, какая ты хорошая, моя Храбрая девочка.
Клянусь, от его слов меня могло бы вынести в стратосферу. Я изо всех сил стараюсь сдержаться, но оргазм уже так близко, что я почти ощущаю его вкус на языке.
