Текст книги "Я, виконт и прочие чудовища (СИ)"

Автор книги: Нина Новак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Глава 10
Ловушка воспоминаний

Я едва не поперхнулась, когда в дверь деликатно постучали. Ректор, показавшись из комнаты, качнул головой, указывая на дверь, мол, узнай кто это, и снова скрылся в спальне. Я же точно знала, что дверь открыта и напряглась.

Спрятав кусок пирога на кресле под подушкой, подошла к двери и тихо спросила:

– Кто там?

– Мальфор, юная госпожа, – прошелестел голос за дверью. – Прошу вас откройте, сам я не могу войти.

Услышав имя, я распахнула дверь настежь, но в коридоре была сплошная тьма.

– У вас мало времени, юная госпожа – заговорила она тем же приятным голосом, но каким-то далёким и слишком тихим. – Зовите вашего эльфа, сейчас начнутся всплески магии и это позволит вам пройти в библиотеку на третьем этаже. Там вы найдет то, что ищете. Быстрее!

– Магистр Аеллир! – позвала я, стараясь если не закричать, то хотя бы позвать его громко.

Эльф вышел из комнаты, во взгляде читался вопрос «Что происходит»?

– Он говрит, что нам нужно попасть в библиотеку на третьем этаже, и у нас мало времени, – повторила я слова Мальфора.

Ретор взял плащ с подлокотника кресла.

– Быстрее эльф! – обратился к нему голос, став более реальным, – Я скрою следы твоего присутствия. Всплески вот-вот начнутся. Вам нужно попасть в самую защищённую часть зала. Ты почувствуешь её, она скрыта от посторонних глаз, но это магия хозяина – магия чистой смерти. Держи хозяйку за руку, иначе получишь язвы по всему телу – она твоя защита.

– Кто ты?

– Мальфор, – тьма сгустилась и вошла в комнату, приобретя объёмную форму мужчины. – Защитник и хранитель дома семьи Салистис.

Аеллир подошёл ко мне и взял за руку.

– Ты ему доверяешь?

– Мама написала мне, чтобы я нашла Мальфора, – посмотрела я на ректора, – но я понятия не имела, что он хранитель дома.

– Тогда идём.

– Но Архи…

– Я знаю, где он, – ответил тёмный силуэт. – Демон-паук в безопасности.

Я хотела спросить по поводу слуг, но пол под ногами начал мелко вибрировать, и появилось знакомое ощущение, как в тот раз с Артуром.

– Это началось. Идите! – отступил в сторону силуэт, пропуская нас с Аеллиром.

Но прежде чем мы побежали к лестнице, увидели, как силуэт разделился и один из них превратился в… Меня?!

– Не переживай, маленькая хозяйка – сказала я себе, – никто из людей не пострадает.

Сначала Аеллир тянул меня за руку, но когда мы спустились, у мужчины начались головные боли, и уже мне пришлось тянуть его к лестнице ведущей наверх.

– Быстрее! – шептала я, испытывая неприятные ощущения, когда магические выбросы отдалённым эхом проходили сквозь меня.

– Демонов зад! – рыкнул Аеллир. – В глазах темнеет. Что же это за сила такая?

– Не знаю, – выдохнула, словив очередную волну. – Потерпите. Мы почти пришли.

На третьем этаже было относительно тихо, и волны почти не ощущались. Я использовала своё зрение истины, чтобы увидеть потоки магии. Здесь они были везде, но самые толстые огненные жгуты направлялись в покои «бабули».

– Вот же! – притормозила, увидев минное поле из многочисленных следилок.

– Что? – криво усмехнулся Аеллир. – Досюда ты еще не добралась?

– Нет. Я не рискнула.

– И правильно, тут кроме следилок с десяток воздушных ловушек, но разбираться с ними некогда, – буркнул он и скомандовал. – Обними меня за шею.

Я с немым вопросом уставилась на мужчину.

– Отнесу тебя к дверям, – объяснил он, и, наклонившись, подхватил на руки.

Пришлось обнять ректора сначала за плечи, а потом скользящим движением за шею. Всё потому, что прямого разрешения прикасаться к своим волосам Аеллир не давал, а, значит, меня в любой момент могло ударить током. Впрочем, ректор тоже почему-то напрягся и скосил на меня взгляд светящихся глаз.

– Я держусь, – оправдалась я, краснее как помидор.

Расстояние до дверей в библиотеку было всего метров пять-шесть, и не заняло бы много времени, но ректору пришлось двигаться медленно и осторожно, и даже остановиться, чтобы создать вокруг нас щит, об который два раза что-то ударилось.

– Что это было? – шепотом спросила я, когда Аеллир опустил меня на пол.

– Парализующие воздушные иглы и оглушающий удар.

– Это смертельно?

Эльф фыркнул.

– Самые элементарные структурные заклинания. Воздушники проходят их на первом курсе.

– Что-то я не понимаю, – нахмурив брови, осторожно взялась за ручки двухстворчатых дверей, на которых имелось рыхлое плетение из подсвеченных зеленоватых нитей, – Салнара же маг огня, откуда здесь ловушки воздушников?

– Заплатила. Сама она их точно не делала.

Ладони начало покалывать и кисти рук покрала ювелирная вязь из магии смерти. Присмотревшись внимательнее, стянула плетение с ручек, и начала открывать правую створку, как Аеллир вдруг втолкнул меня внутрь и закрыл двери с нашей стороны.

– Что? – пискнула я, но мужчина зажал мне рот.

– Ш'а ли! (Тише) Я слышу шаги, – и начал уводить меня подальше от дверей, за которыми теперь и я услышала звук торопливых шагов. – Медленно отступаем. Кивни, если поняла.

Кивнула. Аеллир убрал руку, и тут снизу вверх пошла самая сильная волна магического выброса. У меня скрутило кишки, и подкосились ноги, а эльфа вовсе согнуло пополам.

– Вот отстой! – высказалась за нас обоих, отдышавшись и пытаясь сориентироваться в пространстве. – Я не могу создать светляк!

– Это из-за колебаний внешних магических полей и внутренней дестабилизации. Выброс сбивает фокус восприятия магии как материально-фиксированного объекта, на который ты можешь воздействовать. Создание структуры усложняется отсутствием опыта и практики, а так же…

– Короче мне не сосредоточиться, – грубо пресекла дальнейшее объяснение ректора академии.

– Если говорить бытовым языком… то да.

У меня вырвался короткий смешок. Вот, теперь узнаю магистра Аеллира – последнее слово всегда за ним.

В зале совсем не было света. Плотные шторы задёрнули наглухо. Можно было бы ориентироваться на слух, но из комнаты я выбежала в носках и единственный звук который теперь слышала – это шорох ткани и частое дыхание – моё дыхание.

– Я почти ничего не вижу, – пожаловалась ректору, слепо хлопая глазами. – Для меня здесь слишком темно.

Шорох и мою руку сжали сильные мужские пальцы.

– Идём. Здесь я буду нашими глазами, – уверенно заявил эльф.

– Мальфор сказал нам нужно попасть в самую защищённую часть зала.

– Я его услышал. Здесь даже у дверей большая концентрация магии смерти.

Я подёргала руку, чтобы Аеллир отпустил меня, и когда он это сделал, переплела наши пальцы, затем притиснулась к нему так, чтобы предплечьем чувствовать его руку.

– Испугалась?

– За вас, – честно ответила я. – Магия смерти мне не повредит, но вам может быть плохо. Не отпускайте мою руку, я буду держать вас сколько смогу.

– Нию ри, – с улыбкой сказал он, по-эльфийски назвав меня маленькой храброй птичкой.

Что ж постараюсь оставаться ей как можно дольше, несмотря на грызущий изнутри страх и крайне слабую уверенность в собственных силах. Но если есть цель и я в силах до нее дойти – я больше не буду стоять на месте. Пусть Наставница Шэриадис после того как передала мне эльфийский артефакт, выразила своё сомнение, что у меня получится избежать печальной участи моей родственницы, – не уточнив какой именно – зато с фирменной клыкастой улыбкой пообещала придумать что-нибудь особенное, чтобы на этот раз досталось каждому.

Ну, а в данный момент мы шли рука об руку с магистром Аеллиром, прислушиваясь к крикам из коридора, и думали каждый о своём, я, например, думала, как бы не споткнуться.

Когда глаза немного привыкли к темноте, смогла различить силуэты. Библиотека была завалена книгами. Где бы мы ни шли, они стопками стояли на полу, а где-то были небрежно побросаны в кучу.

– Кажется, здесь что-то искали, – предположила я.

– Но не нашли, – коротко обронил мужчина.

– Почему вы так думаете?

– Ты бы стала ставить ловушки и закрывать двери на глухую защиту, если бы нашла то, что искала?

– Не знаю. Но если бы я была у себя дома – я бы убралась.

– Разумный аргумент, – поддержал магистр. – Поэтому делаем вывод, что искомое всё ещё не найдено.

– А-пчхи! – не удержалась я.

– Анна!

– Нигего не гогу поделась, – смущенно прогундосила в ответ на его восклицание. – Здесь очень пыльно. На следилки «бабуля» не скупилась, а на заклинание чистоты видимо ни монетки не выделила.

– Бабуля?

– Это сарказм. Я мысленно её так называю. Не подумайте, я не считаю ее бабушкой. Бабушка у меня была на Земле.

– Была? – эльф встал как вкопанный, поражённый этой новостью. – Она умерла?!

– Да. Естественная смерть.

– Соболезную, – выдохнул мужчина. – Очень жаль. Меня искренне восхищала эта мудрая женщина.

Это было неожиданно. Я нахмурилась.

– Вы были с ней знакомы?

– Ты еще не вспомнила? – вопросом на вопрос ответил Аеллир.

– А-а… это…не совсем.

– Странно, – в голосе ректора появилась неуверенность. – Разве тебе не снятся сны?

– Нет. Здесь – нет. Сплошная чернота.

– Понятно.

– А мне не очень, – со вздохом, произнесла я, но не для того, чтобы услышать ответ, а чтобы не молчать.

– Мы на месте, – сообщил Аеллир. – Но мне понадобятся обе руки, чтобы сдвинуть этот стеллаж.

Задумавшись, смущённо предложила:

– Давайте я обниму вас за талию. Тогда у вас будут свободны обе руки. Только не бейте меня током, пожалуйста.

– Т…током, – запнулся магистр, и его глаза, которые до этого мерцали, как у кошки – засветились, а тон мужчины стал сердитым: – Оборванка, с чего ты решила, что я буду бить тебя током?

– Ну, вы же никому не разрешаете прикасаться к вашим волосам. Тираель мне всё объяснил. Я теперь знаю и не на что не намекаю – это ваша расовая особенность. Но, пожалуйста, прекратите называть меня «оборванкой»! Ришалис же сказала, что вы ошиблись, и «ла иши» это эльф с оборванными эльфийскими связями, а не оборванка. Оборванка это…

– Как хочу, так и называю, – громко фыркнул мужчина.

– Но…

– Тебе напомнить, в каком виде я тебя увидел во дворе моей академии, сидящей на моём столе?

– Но…

– А так же на тренировочной площадке в четыре часа утра, когда тебя засосало в свиток-портал.

– Но…

– И в доме магистра Анроя.

– Но…

– И, почкой на древе, в оазисе, когда студент Элис выносил тебя из огненной башни на своей спине.

– Магистр Аеллир!!

Получилось громче, чем я того хотела, но напоминание ректора о том, в каком виде Элис выносил меня из башни – это было уже слишком. Эльф, полагаю, тоже это понял.

– Прости. Увлёкся. Забудь, что я сказал.

– Не забуду. И напомню… когда-нибудь. Я не эльф, но тоже могу быть злопамятной.

Эльф тихо рассмеялся. Дёрнул руку, приобнял за талию и наклонился так, что я смогла рассмотреть черты его лица. В глазах ректора вспыхивали весёлые искорки.

– Ты угрожаешь мне? Но что ты сможешь мне сделать?

– Пожалуюсь Тираелю, – в лоб заявила я, испытывая одновременно и азарт и смущение. – Он свяжется с вашим отцом, а тот пришлёт к вам очередную пассию, от которой вам придётся долго избавляться, так как вы категорически не хотите жениться.

– Хорошая попытка, – шкодливая улыбка магистра Аеллира заставила сердце забиться чаще. – Но, по крайней мере, это лучше, чем то, что ты пообещала лже-дворецкому. Запомни, когда угрожаешь эльфу, угроза должна быть реальной. Сейчас самая действенная угроза – это отпустить мою руку.

Мужчина поднял наши руки на уровень глаз и начал разжимать пальцы. Я испуганно вскрикнула, вцепилась в его ладонь и замотала головой.

– Но ты не хочешь этого делать, – резюмировал эльф.

– Нет.

– Тогда как ты собираешься меня обнять?

Из горла вырвался изумленно-возмущенный стон. Да, он издевается надо мной!

Несколько часов спустя Аеллир

«Отвык я от таких встрясок», – в очередной раз подумал мужчина, разглядывая личико спящей девушки, рука которой даже во сне крепко держала его за запястье, а вязь из сырой магии оплетала всё его предплечье и плечо, удерживая его рядом и слабо подпитывая, так как делиться большим Аеллир запретил.

Мужчина ни в чём её не обвинял. Вестник перемен – это не её выбор, и то, что случилось с ними, и между ними в этом месте, не её вина. К тому же, не согласись Аеллир на эту авантюру, всё не зашло бы так далеко. Однако если вспомнить с чего всё началось, выбора у него особо не было. Элисавиель полностью потерял контроль над гневом и качественно разворотил стену в доме учителя, прежде чем лич его урезонил, но если бы не заглянул Тираель, Анрою пришлось бы спустить на ученика Троицу. Когда Аеллир освободился, он уже получил весточку от Анроя и был готов применить силу. Заклинание усмирения он мог использовать только в крайнем случае, но и в этот раз, всё обошлось. До его прихода Тираель подсказал личу снять с ученика миссию дружбы с Шэндаром и Элисавиель немного успокоился. Аеллир так же снял миссию поддержки мага света, но следующей причиной гнева парня стало известие, что Анна не была похищена – она была предупреждена, и предупредил ее именно он, Аеллир. В отличие от лича, которого лирдис завуалированно предупредила, что встреча Анны и Салнары неизбежна, Элис ничего об этом не знал, и, разорвав путы, набросился на Аеллира, при этом Страж на его зов не пришёл, что мгновенно отрезвило парня. Когда эмоции утихли, он выслушал обоих: и учителя, и Аеллира. Он согласился, что вмешайся они в похищение Анны, то привлекли бы к себе много внимания, и у них бы не было возможности вызволить девушку по-тихому, но при этом законно, так как для этого требовалось найти несколько важных документов и предоставить их как доказательство на совете магов. Свои договора лич искал с момента, как вернулся домой и, наконец, нашёл, осталась только запись о рождении, но с ней вышла заминка. Чтобы запутать преследователей – в первую очередь эльфов – родители Анны вписали ее в книгу жизни храма света в Шаторе, но не как мага, а как обычного человека, поэтому требовалось время, чтобы найти эту запись. Поисками занялся друг магистра Анроя и должник Анны – магистр Шамир, так как только у него были нужные связи, чтобы ускорить этот процесс. Парень поинтересовался, каким образом магистр Шамир найдёт эту запись, если имя ребёнка было изменено, на что Аеллир с усмешкой напомнил, что им помогает Ришалис. Элис заговорил о том, что всё ещё является куратором Анны и чтобы не вызвать подозрений, ему нужно поговорить с Шэндаром и проведать подопечную, но он не уверен, что справится со своим желанием наказать «друга». Пообещав разобраться с этим и оставив парня у Вэлдари, Аеллир вернулся в академию, чтобы связаться с Ришалис и узнать, как дела у тех магов, кого она лично отправила за пробудившимися.

Так же он хотел обдумать, кто реально способен сыграть роль Элисавиеля, хотя бы на время. Было несколько кандидатур, которые, не являясь сильными магами, тем не менее, умели быстро перевоплощаться, используя только наведённую личину и врождённый талант. Стоимость услуг напрямую завесила от личности, которую нужно было сыграть, и необходимости использования особых амулетов, способных зафиксировать на них силовой отпечаток мага. Это и останавливало Аеллира. Личность студента Элиса была многим известна, особенно этим магам, так как все трое были его однокурсниками и знали его лично, так что отпечаток силы Элисавиеля мог вызвать очередной всплеск неправдоподобных слухов, а их вокруг парня и так ходило слишком много, поэтому эльф решил не подливать масла в огонь. Остался только преподаватель-воздушник, с которым у Аеллира были весьма натянутые отношения, из-за недоразумения с его женой, которая, забирая у портного заказ, перепутала свёртки и домой принесла не мантию мужа, а две сорочки Аеллира. С заказами быстро разобрались, эльф сам пришёл к портному, принеся свёрток с чужой мантией, однако воздушник оказался тем еще ревнивцем, и ректору пришлось заступиться за женщину, которая, в отличие от мужа, была простым человеком.

В момент глубоких размышлений в кабинет ворвался племянник. Вот у кого Аня стояла на первом месте, без каких либо но. Тираель устроил ему настоящую головную боль, требуя немедленно найти и освободить Анну. Он не слушал никаких объяснений, обвиняя Аеллира в бездействии, чем вывел эльфа из себя. Сгоряча Аяллир обронил фразу, за которую паршивец и зацепился: «Не обнаглел ли ты, племянник? Говоришь, я бездействую?! Ты, что, предлагаешь мне самому пойти к Салнаре вместо Элисавиеля»!? Ответ племянника поставил ректора в тупик: «А кого ещё ты собрался к ней отправить?! Тенивика в его личине или воздушника? Не смеши меня. Рты ты им потом чем затыкать будешь? Деньгами? Или магией? Я знаю о твоих способностях, дядя, но сейчас не время их показывать. Тебе как никому удалось убедить людей, что эльфы не чудовища, пусть так и остаётся». «Я ректор академии, – напомнил племяннику Аеллир. – Я не могу просто взять и исчезнуть». «Исчезать не обязательно», – усмехнулся паршивец. – «Я создам морок или иллюзию, и никто не догадается, что тебя нет на месте». «Работа догадается, – парировал ректор. – Сама по себе она не делается». И был уверен, что Тираель откажется, но парень неожиданно упрямо вздёрнул подбородок и сообщил, что заменить Аеллира на время, которое ему нужно, но с условием, что рядом с ним будет кто-то, кто ему поможет.

Эльф всё еще мог отказаться, сославшись на его безалаберность и чрезмерную импульсивность, но неожиданно в кабинет вошёл Шамир, громко объявив, что нашёл запись. Тираель воспользовавшись моментом, предложил взаимовыгодный договор, озвучив предложение при свидетеле, и Аеллиру ничего не оставалось, как согласиться, обсудив условия. Шамир, услышав, что вместо Элиса пойдёт Аеллир облегчённо выдохнул, сказав, что он сам хотел предложить подобную замену, так как перед приходом в академию заглянул к Анрою, у которого в тот момент гостил Охор. Они говорили о том, что, даже с его помощью, у Анроя остаётся мало времени, чтобы официально представить совету доказательства, что он нэст Ани, и что нужно любыми способами не позволить Салнаре узнать, что Анрой выступит на малом Совете магов. По крайней мере, потянуть время, чтобы лич смог начать говорить. Архгарих и Обглоданные Кости хором предложили напасть на особняк, но Анрой напомнил им, что без него далеко они не уйдут, а особняк находится у западной границы города, где начинаются Варданские леса. Тогда появилось разумное решение отправить к Салнаре кураторов, так как заботиться о благополучии подопечной их прямая обязанность, значит их появление у особняка не вызовет у женщины подозрений.

Аеллира развеселила их вера в то, что явившиеся к поместью маги не вызовут у хозяйки подозрений. Тираеля это возмутило. Аеллир объяснил, что Анну похитили тайно и чтобы кураторам заявиться к воротам поместья Салнары и не вызвать у нее подозрений, утром им троим придётся сначала найти всех свидетелей похищения, чтобы надавить на Госпожу Рейю и Шэндара, затем написать официальную жалобу и запрос на посещение.

Шамир вызвался заняться поиском свидетелей, тем более что к магистру Кёрну он и так рано утром собирался завалиться без приглашения. Тираель с тяжёлым вздохом уселся писать жалобу и запрос. Только поэтому им удалось быстро организовать время и возможность для двух дел: выступления магистра Анроя на малом Совете и преображение Аеллира в студента Элиса. Со вторым вышло проще, чем Аеллир ожидал. Благодаря тому, что Тираель по возвращению в Брандор настоял, чтобы куратор Ани перестал выглядеть как бандит из тёмной подворотни, Элис согласился на эксперимент, и воспользовался зельем Тираеля. О чём, вскоре сильно пожалел. Зелье племянника оказалось действенным и волосы у Элисавиеля начали расти, однако стоп-эффекта у зелья не было и за три дня парень обзавёлся роскошной шевелюрой тёмно-зелёных почти чёрных волос, концы которых висели ниже поясницы, но волосы расти не прекращали. Элису пришлось обратиться за помощью к Аеллиру. Раз десять эльф подрезал ему волосы своими нейдарскими ножницами, чтобы замедлить рост и в своей домашней лаборатории выяснить, какие компоненты использовал племянник в своём зелье, так как Тираель на несколько дней отбыл к маме, и спрашивать его через переговорник было не то чтобы бессмысленно, просто неэффективно. Тираель не варил зелья, он их творил, а, значит, не запоминал, что и в каких количествах кидал в колбу, он мог только приблизительно сказать, что использовал, и какое заклинание стало активатором. Наконец, рост волос удалось приостановить, а длину Элис оставил себе удобную – по пояс, так что, преображаясь в него, Аеллиру не понадобилось усложнять иллюзию, а только скорректировать.

Идя на обед к Салнаре вместе с Шэндаром, мужчина думал, что одной иллюзии будет достаточно, но его самоуверенность едва всё не испортила. Иллюзия начала разваливаться, как только он вступил на порог дома. Многослойное искажение действительности, которым воспользовалась хозяйка, чтобы пустить пыль в глаза гостям, частично скрыло тот факт, что выходил он в дом худощавым темноглазым брюнетом, а вышел из поместья уже синеглазым с белыми прядями у висков.

Ко второму походу в поместье Аеллир подготовился в разы лучше. Рабочий костюм теневого стража у ректора был свой собственный – висел в шкафу в кабинете, но использовал его эльф не часто, тем не менее, готов был переодеться в любой момент. Попросив у Отравы сварить краску для волос, договорился с Анроем связаться с Настоятелем храма Смерти и узнать, как незаметно проникнуть в его дом, не потревожив слуг и Салнару. Всё это заняло некоторое время, за которое Анрой получил официальное подтверждение Малого Совета, что он нэст Анны и, что лич вправе забрать её из дома Салнары, однако Госпожа Рэйя настояла, чтобы ей дали время, чтобы собрать неопровержимые доказательства, что Анне не место в доме Вэлдари. Это всё, что она могла сделать, так как графиня Гриани не присутствовала на Совете лично, и Рейя не смогла предоставить никаких доказательств, что Анна ее внучка. Точнее, она попыталась это сделать, но, начиная говорить, что девушка копия сестры Салнары, женщина ни разу не смогла закончить эту фразу до конца – у нее немел язык. Больше всего это походило на божественный запрет, поэтому Совет дал Рейе всего пять дней, чтобы представить им свои доказательства.

Пять дней было вполне достаточно, чтобы двум женщинам придумать, как сломать Анну и подчинить ее своей воле, поэтому Аеллир решил лично встретиться с архимагом Рейнахаром. К сожалению эльфийская сущность стала непреодолимым препятствием для общения двух мужчин. Эльф выдержал всего несколько минут, после чего Архгарих вынес его из дома Вэлдари подышать свежим воздухом. Обратно его не пустили. Пока Рейнхар не ушёл, Аеллир ожидал у входной двери, раздражённо приминая снег на каменных ступенях. Карту с пометками старик оставил личу, предупредив, что барьер над поместьем создан из кристаллов с эльфийской силой, но ни словом не обмолвился о хранителе Мальфоре.

Несколько дней Аеллиру понадобилось, чтобы создать амулет для прохождения через барьер без разрушения его структуры. Обратиться к преподавателю и выяснить, как сломать печать, которую нарисовала Анна в записке, и ещё день, чтобы незаметно обежать поместье, точнее стены вокруг него, закрепить зацепы, чтобы перебраться через стену без магии и убедиться, что амулет работает правильно без искажений.

Так же пришлось отвлечься на пятёрку прибывших в Брандор пробудившихся и разговор с отцом, который закончился взаимными претензиями и гневным обещанием прислать Аеллиру очередную девицу эльфийских кровей. Так что Анна не ошиблась со своей угрозой, разве что опоздала на три дня, а зная характер отца скорей всего на целый месяц.

Сборы осложнялись еще и тем, что Тираель не мог спокойно сидеть на месте и делать то, что ему сказали. Мальчишке быстро всё надоедало и только Шамир с Кёрном отвлекались на свои дела, Тир начинал бродить по академии. Он заглядывал в аудитории и интересовался у преподавателей, как идёт учебный процесс, чем ставил часть из них в тупик, так как они не знали, что ему ответить, но женщины и более опытные преподаватели предлагали зайти и убедиться, что они справляются с возложенной на них задачей – обучают будущих магов. Но только Аеллир появлялся в стенах академии, племянник тут же переключался на него и донимал единственным вопросом: «Когда?»

Тираель не понимал, почему Аеллир тянет, а не идёт спасать его бесценную подругу прямо сейчас, ему было не интересно, что первым делом нужно было отвлечь Госпожу Рейю, чтобы она не смогла встретиться с Салнарой, а лучше вовсе покинула Брандор на несколько дней. Это удалось осуществить только благодаря Элису и его двум приятелям-обормотам, которые с письменного разрешения Охора полу-тайно вывезли внучку Рэйи в роскошный охотничий дом отца Арона на самой границе человеческих земель, куда и поспешила разгневанная Настоятельница, отложив встречу с Салнарой.

Тут выяснилось, что для взлома печати с необычной охранкой, которую нарисовала Анна, нужна не просто земля, а умерщвлённая потоком лавы. Аеллир схватился за голову. Вулканов в Брандере не было. Где её искать? У кого спрашивать? Ректор направился в дом Вэлдари, где отсиживался Элисавиель, чтобы узнать у него адреса артифакторов-природников, намереваясь посетить их в поисках вулканической земли. Лич был у себя и, услышав разговор Аеллира с Элисом, вышел из кабинета. Ознакомившись с запиской, он нахмурился, попросил подождать его в доме и ушёл в храм. К вечеру Анрой положил перед ректором листок бумаги с инструкцией, и поставил у его ног мешок с мёртвой землёй.

У ворот Аеллира перехватил Тираель и странным сдавленным голосом попросил передать Анне свёрток. На вопрос «Что это?» племенник ответил: «Я чувствую, что ей плохо, дядя. Очень плохо. Это поддержит её и не позволит сдаться». Аеллиру следовало прислушаться к его словам, и, наконец, понять, что Тираеля и Анну давно связываю далеко не обычные дружеские узы, а частично восстановившаяся эльфийская связь, так же разорванная Аеллиром на Земле. Но ему было не до того, и эльф направился к поместью Салнары, даже не подозревая, что долг «беречь и защищать» из навязанного превратиться в его собственный.

Аеллир был готов ко всему. К тому, что его поймают, как только он перелезет через стену. К тому, что за годы спокойного ректорства он в значительной степени растерял свои навыки, и, возможно, не сможет бесшумно проникнуть в дом. К тому, что у него не получится открыть дверь, ведущую из тюрьмы в погреб с первого раза, и что придётся искать Анну по всему дому, таким образом, рискуя столкнуться с кем-нибудь из слуг или с самой Салнарой. Но он не был готов к тому, что тем, кто поймает его в неловкий момент влезания в узкое окно, окажется именно Анна!

Вырвавшееся в тот момент ругательство свидетельствовало о том, насколько он был смущён. По этой причине и не заговорил сразу – был слишком взволнован, к тому же подзабытые инстинкты придворного следящего требовали устранить свидетеля, а привычки ректора требовали отругать «студента», оказавшегося не в том месте, а главное не в тот момент.

Снова способности вестника перемен заставили девочку заняться бессмысленными поисками скрытой лаборатории Рейнхара, которая, скорей всего, существовала на другом уровне реальности или даже в лабиринте Смерти, но именно эти поиски привели ее туда, где он меньше всего ожидал её увидеть. Впрочем, как и она его. К тому же Анна его не узнала, бросила в лицо сноп искр и вспыхивающих огненных шариков, и побежала к закрытой двери.

Со стороны опытного мага, тем более эльфа, смотрелось это неуклюже и нелепо, но для Анны и такая детская атака сейчас была прогрессом. Аеллир поймал её, напугав ещё сильнее, и ему очень повезло, что Элис и Тираель обучили девочку понимать эльфийский хотя бы на элементарном уровне, так как он забылся и заговорил с ней на родном языке, не сразу перейдя на анталит, который она знала лучше.

Продолжая испытывать непривычное для него чувство смущения, Аеллир постарался вести себя так, как если бы всё шло по плану, но вспоминая сейчас, с каким раздражением он отвечал на её вопросы, ректор не мог не признаться себе в том, что был груб, особенно когда зашёл разговор о студенте Элисе. Её слёзы стали для него хлёсткой пощёчиной, напомнившей, что, прежде всего, перед ним хрупкая девушка, которой находится в сложной ситуации, и которой не нужны его едкие замечания, а нужна его поддержка. И пусть не Аеллир был причиной её слёз, сердце мужчины сжалось от сострадания, и руки сами потянулись обнять поникшие плечи.

Тут же всколыхнулись воспоминания, которые Аеллир спрятал настолько глубоко в своём сердце, что практически забыл о них. Он держал девушку в объятьях, а яркие образы плыли перед его мысленным взором, зарождая в нём беспокойство и даже страх. Что если…

Но Анна быстро успокоилась. Как и говорил о ней Тираель, его подруга не любит показывать свои слабости, и она так же осторожно подбирала слова, когда рассказывала, что с ней произошло, зато Аеллир не смог сдержать своего гнева. Удар и… Под укоризненно-испуганное: «Тише, он может вернуться», снова сделал вид, что ничего не произошло.

В стенах тюрьмы их разговор о родственных связях не был уместен, но он помог сосредоточиться на главном, наконец, сдёрнув занавесу тайны, почему Салнара не стала действовать открыто – она не мать Диридис. Об этом ему не раз намекал Алисей, но сама Дира называла Салнару мамой, и отказывалась говорить правду. Аеллиру всегда казалось это странным, и он пытался выяснить детали у отца, но всё что касалось семьи Салистис у тайного советника Первого Повелителя было под грифом – совершенно секретно, поэтому Аеллир ничего не узнал.

Когда Аня привела его в свои покои, первым делом мужчина перепроверил все следилки, но ей удалось удивить его. Вместе с Архи, они нашли все скрытые заклинания, так что необычная печать, которую эльф не мог увидеть из-за своей отторгающей смерть сущности, осталась последней, но и тут не обошлось без сюрприза. Аеллир увидел огонь и сразу почувствовал, что с печатью что-то происходит, поэтому среагировал быстрее, чем подумал, перенося Анну в безопасное место.

Позже, когда магические волны из комнаты прекратились, он, перекатываясь вместе с Анной на спину, отстранённо подумал, что для её защиты им с Анроем либо придётся её серьёзно учить, либо кому-то приплачивать. Всё потому что Аеллир, вернувшись в Брандор, принял неверное решение, настояв на том, чтобы Элис отказался от своей затеи стать некромантом и стал магистром теней. Именно по этой причине он спешно покинул дом Вэлдари, переселившись в преподавательское крыло, чтобы не поползли слухи, что он живёт под одной крышей со своей студенткой.