Текст книги "Заколка для Ворона"
Автор книги: Нина Баскакова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 26 (всего у книги 27 страниц)
– Синяки.
– Эта мазь снимет боль. Алик пойдем, не будем своим присутствием смущать Даню, заодно я тебя починю. – Альхор завел его в комнату, что была мастерской. – Снимай кофту. Опять по ребрам получил?
– Пройдет. – буркнул Алик.
– Зря ты нарываешься. Так не учатся драться. Ты выбираешь противника не по силам. Рано или поздно тебя просто убьют. Ты этого добиваешься?
– Предлагаешь собачкой у них бегать?
– У тебя голова на плечах не только для еды присобачена. Думать периодически надо. Там, где не помогает сила, нужно мозгами пользоваться.
В это время Яна открыла банку с мазью.
– Давай с тобой умоемся. Мазь у Альхора волшебная. Синяки за считаные часы убирает. А это еще и пахнет приятно. Я знаю вариант, от которого воротило.
– Вы не спрашиваете...
– Дань, давай попроще. Да и чего спрашивать, когда и так видно, что тебе несладко пришлось.
– Они у меня шапку утащили.
– Эта шапка такая важная для тебя?
– Нет. Я ее летом на помойке нашла. У меня другой нет.
– Так подберем тебе новую. Хочешь я тебе косынку красивую подарю? – предложила Яна.
– Хочу. А то так ходить некрасиво.
– Здесь все свои. К тому же у каждого из нас в жизни были тяжелые периоды, когда всякое приходилось видеть. – ответила Яна.
– В приюте отомстили. Позавидовали. Волосы красивые были. Меня взять семья хотела одна, девчонки позавидовали и отомстили. После этого шансов выбраться из приюта не было, я из больницы сбежала и на улице жила. Потом у деда одного приют нашла. Он думал, что я мальчишка. Научил в технике разбираться.
Через два года он умер. А я опять на улице оказалась. Еще год в рабстве у одной банды провела. Там аттракционы чинила. Алик сбежать помог.
– Главное, что ты свой дом нашла. Никто тебя отсюда не выгонит. Пойду тебе косынку принесу. – Яна зашла в комнату и прикрыла дверь. Слезы тут же полились из глаз. Как же это тяжело быть с ними наравне. Они такие все сильные. Ей понадобились все силы, чтоб не впасть в истерику при виде окровавленных побитых детей. Ей было жаль девочку, но она чувствовала, что той ее жалость не была нужна. Ей нужна поддержка, сильное плечо, а не пустые слезы, что ничего не значат, и заламывания рук. Только Яна не сделана из железа.
– Ты чего? Напугали они тебя? – Альхор убрал аптечку.
– Нормально все. Сейчас я успокоюсь. Надо косынку Дане отдать. – она зачем-то показала косынку Альхору.
– Сиди, я сам ей передам. – он вернулся через минуту.
– Альх, почему так тяжело?
– Ты слишком близко все к сердцу принимаешь.
– Так всегда будет? Такие ситуации?
– С Аликом? – уточнил Альхор. Яна кивнула. – Да. Парень крепки, раз еще живой. Так что не бойся.
– Умеешь утешить. – сквозь слезы, ответила Яна.
– Я не вру тебе. А утешать я умею. – он сел рядом и обнял ее за плечи. – Тебе надо отдохнуть. Выглядишь усталой.
– Стоит мне закрыть глаза, и ты уйдешь.
– Сегодня не уйду. Отдыхай спокойно. Я буду рядом.
Глава 18.
Альхор вернулся с обеда. Сейчас должна была подойти Яна. Сегодня работать было куда интереснее, чем вчера. Родик выздоровел, а она может теперь вернуться на работу. Почему-то работа у него ассоциировалась только с Яной. Без нее хотелось все бросить. В приемной его ждали Марина и Марат.
– Мариночка, красавица моя, каким тебя ветром сюда занесло? – наблюдая, как она краснеет под его взглядом, спросил Альхор. – Или тебя отец прислал?
– Нет, – она смущенно потупила глаза. И протянула небольшую корзинку. – Я тут пирожки принесла.
– Пирожки? – Альхор рассмеялся, присаживаясь на край стола. – Как в сказке. Красавица решила прикормить Серого Волка. Только он взял и съел ее. Непонятливый волк оказался.
– Но вы же не волк. – она взмахнула длинными ресницами.
– Самый настоящий волк. Пирожки не люблю, а ем на завтрак обед и ужин красивых девочек.
– Смеетесь на до мной. – выпалила Марина. Глаза блеснули чистым синим цветом.
– Ух, красавица. И глазки блестят, и ножки симпатичные. Чего мне еще надо? Только я пирожки не ем. А глазки меня только зеленые притягивают. – еще раз оглядывая ее с ног до головы, сказал Альхор. Девушка стоит, глаза сверкают, кулаки сжаты. Злиться. – Драться будешь?
– Вы...
– Всем добрый день. – в приемную вошла запыхавшаяся Яна. Альхор тут же утащил у нее заколку, заставив волосы рассыпаться по плечам. Яна укоризненно посмотрела на него. – Опять играешься?
– Немного. – ловя ее взгляд, ответил Альхор. – А мне тут пирожки принесли.
Яна посмотрела на девушку и включила компьютер.
– Он кроме пустой каши и орехов ничего не любит. Изредка еще чего-то добавляет в рацион. – хмыкнула Яна.
– Мне еще простокваша нравится. – возразил Альхор.
– Не знала. Буду тебе теперь еще и простоквашу покупать. – пожала плечами Яна. – Может начнем работать? Марат вы ко мне или к Альхору?
– К Альхору.
– Слышал, к тебе люди пришли. Сам штрафуешь, если не работаем. Так подавай пример.
– А я проникся духом министерства. Это, видимо, здание так влияет, что работать не хочется. – ответил Альхор, разглядывая ноги Марины. – Ян, а чего ты все в брюках и брюках.
– Потому что заболеть не хочу. Холодно для юбки.
– Слышала Марин? Холодно сейчас в юбках бегать, а то заболеешь. За пирожки спасибо. Вон, Ларю их отдай. Не откажется. И беги к отцу. А то приемная без секретаря – это не дело.
– Я поговорить с вами хочу.
– О чем?
– Это личное.
– Нравится мне твоя упертость. – хмыкнул Альхор. – Ну пойдем поговорим.
Через минуту он выставил ее из приемной.
– Шутки-шутками, но я в такие игры не играю. Чтоб больше я тебя здесь не видел. – в его словах почувствовалась угроза. Марат пойдемте. Что там у вас?
– Я нашел брата Яны. – закрывая дверь, сказал Марат. – Вы хотели...
– Помню, что я хотел. Парень совсем конченный или еще вытянуть можно?
– Он на чем-то тяжелом сидит.
– Давай его в лабораторию на опыты продадим? Тысяч пятьдесят выручишь.
– Это незаконно. – поежился Марат.
– Угу. Мне этот парень мешается. Я не хочу, чтоб он продолжал гадить зеленоглазке. Заодно получим сведения о подпольных лабораториях. Так и сделаем. Потом мне адресочки скинешь, куда тебе предлагали это чудо отправить. Остальную часть долга я тебе оплачу лично. Договорились? – Марат только кивнул. Пусть ему неприятна была эта затея, но деловая жилка была сильнее. – Как тебе Марина? Девочка, что пирожки приносила? Симпатичная? Мне чем-то зеленоглазку напоминает.
– Есть такое, только характер поярче.
– Яна тоже с характером. Но скрывает это. У Марины отец здешний мэр. Над дочкой трясется, как над сокровищем. Никого к ней подпускает. Я как бы тоже за ней присматриваю.
– И к чему это?
– Если нравится, то дам добро. Девочка расстроена. Подкатить легко будет, если не дурак. Так что действуй.
– Попробую.
– Наводку, где поспрашивать о лаборатории я тебе дам. – Альхор написал адрес. – По поводу Марины не затягивай. Удачи.
– Есть чего-нибудь интересное? – спросил Альхор у Яны и Ларя.
– А сейчас представление разве было неинтересное? – насмешливо спросил Ларь.
– Нет. Глупые девочки с пирожками меня не интересуют.
– Зря. Пирожки вкусные.
– Ешь на здоровье. – отмахнулся Альхор.
– Сейчас к тебе Рита Зимнева должна подняться. – сказала Яна.
– Это по поводу близнецов. – ответил Альхор. – Яна, составишь мне компанию в неприятном разговоре?
– Составлю. – в этот момент поднялась пожилая женщина лет шестидесяти. Маленькая, кругленькая с уставшими глазами и решительным выражением лица.
– Здравствуйте, мне внизу сказали, что к вам нужно подняться. – сказала она.
– Все верно. Заходите Рита. Присаживайтесь.– Альхор пропустил ее кабинет и указал на диван. Яна села рядом. Альхор же остался стоять, особо не заботясь, что смотреть на его высокую фигуру как минимум неудобно.
– Это касается моих внучек?
– С ними все нормально. Они в приемнике распределители. Извините, но я не мог оставить их одних дома. Вчера заехал к вам. Это настоящий притон, а не квартира. Там не место детям.
– Думаете в приюте им будет лучше? – спросила она, едва сдерживая слезы.
– Не думаю. Поэтому и пригласил вас для разговора. Я могу посадить вашу дочь лет на десять. Дела у меня на нее нет. Пока забрал для профилактики. Могу сегодня же ее отпустить
Но тогда детей определю в приют. Или отдам детей вам под опеку, но тогда посажу ее. Если ей хочется катиться по кривой дорожке, то это ее право. У детей должен быть шанс на нормальную жизнь.
– Я предлагала ей закодироваться ...
– Там уже ничего не поможет. Человек не хочет сам. Есть некая черта, которую если перейти, то уже не вернутся. Ваша дочь ее уже перешла. – сказал Альхор. Женщина вздохнула. Ее плечи поникли. Но вот она подняла голову. В глазах была решительность.
– Делайте, что считаете нужным. Когда я могу забрать девочек?
– Вам нужно оформить документы на опеку. – Альхор дал ей бумагу за своей подписью. – Отдадите это следователю, что ведет ваше дело. Он будет вас курировать. Для начала, чтоб отвадить всех ненужных гостей от вашей квартиры. Если понадобится помощь, любая, то обращайтесь к нему. Вам придется поменять работу. Дети одни ночью не могут оставаться в квартире одни. Если с работой возникнут трудности, обращайтесь к вашему куратору. Что-нибудь придумаем.
– Спасибо.
– Удачи. – Альхор вернулся к столу. – Я думал разговор тяжелее пройдет. А женщина сильная оказалась. Без истерик, слез. Зашел вчера к ним, там просто жуть. И девчонки, заперевшись в комнате сидят, носа показать бояться. Неприятно во всей этой грязи ковыряться.
– Почему же ты этим занимаешься?
– Алику обещал разобраться. Это он у нас сирых и убогих защищает. Собрал в свою компанию несчастных, а мне их пристраивать. Кто-то кошек и собак подбирает, а он детвору.
– Хочешь сказать, что ты такой плохой и все это лишь необходимость?
– Я ничего не хочу сказать. Не хочу никем казаться. Я такой как есть. И не надо меня обелять.
– Даже и не думала. Ты же великий и ужасный.
– Смеешься? – он посмотрел на нее. Яна сидела, откинувшись на спинку дивана, и смотрела на него снизу вверх. Только в ее взгляде не было страха, неуверенности. В нем была дерзость и сила. С таким же взглядом она доказывала, что мир должен жить по правилам. В ней был стержень, своя внутренняя сила. Такой она ему и понравилась. Теперь же ему удалось ее вернуть назад.
Дни летели быстро. Приехали специалисты. Сомнительные личности, но Альхор сразу объяснил на каких условиях он берет этих людей. Конфликтов не возникло. Хотя у Альхора был разговор короткий и заканчивался он всегда в его пользу.
Они жили вместе уже два месяца. Это не была семья, о которой мечтала Яна. Скорее жизнь напоминала пороховую бочку, которая в любой момент может взорваться. Яне приходилось все время быть настороже и быть готовой к любым нестандартным ситуациям. Но с другой стороны, она ни за что бы не променяла эту жизнь на другую. Ей все нравилось. Она не замечала, что изменилась. Зато это стали видеть окружающие. Новая прическа, которая лишь частично закреплялась заколкой и не особо портилась, если Альхор эту заколку утаскивал. Горящий взгляд. Несвойственная ей раньше смелость суждений, некоторая дерзость. Яна сильно изменилась. Она не замечала взглядов, которые бросали на нее мужчины. Для нее был важен взгляд лишь одного человека, в черноте которого она просто тонула, растворяясь и теряя себя.
Наступили первые морозы. Выходной. Альхор набился в гости к Игорю. Тот прямо заявил, что не хочет Альхора видеть, но Альхор был очень настойчив. Яна подозревала, что Альхору просто нравится дразнить Игоря, который его терпеть не мог. Игорь жил в частном доме. Неплохой, большой дом с хорошим садом, где раскинули ветви яблони и орешник. Он держал скотину. Несколько хрюшек и птицу. Большой лохматый пес охранял дом. Он смотрел на мир ленивым умудренным жизнью взглядом. Яна думала, что Игорь будет также уходить от разговоров и как можно больше игнорировать Альхора, как это делал на работе. Но они общались, как давние товарищи. Легко и непринужденно. Дети разбились на две группы. Алик, Даня и Вася сидели в стороне и о чем-то тихо разговаривали. Младшие затеяли игру. Яна познакомилась с Витой. Невысокая женщина со спокойным лицом, милой улыбкой и глубокими глазами, которые таили в себе какой-то секрет. От общения оставалось странное впечатление. Яна позже не могла понять понравилось ей с ней разговаривать или нет. Они обсуждали детей, домашние дела начиная от варенья и супов, заканчивая уборкой. Обычные разговоры. Вита не работала и все время проводила дома. Весь круг ее общения состоял из Игоря и теперь еще детей. Она переехала с ним восемь лет назад, но так ни с кем не нашла общего языка. Ей было непривычно с детьми, потому что своих у нее не было. Яна обещала помочь если что советом, решив, что общаться они все же будут.
Яна пошла искать Альхора, чтоб сказать, что они собираются домой. Он ушел на кухню вместе с Игорем и пропал. Они о чем-то тихо разговаривали. Яна не думала подслушивать. Само получилось.
– Я одного не могу понять, зачем ты ее сломал? – спросил Альхор.
– Не люблю когда баба из постели в пастель прыгает.
– У нее глаза потухли. В них смирение и больше ничего. Не жалко?
– Нет. Мы с ней уже отвоевались на всю оставшуюся жизнь. По ночам они загораются и этого мне вполне достаточно. Думаю, ей тоже.
– Ты уже жизнь заканчиваешь, а она только начала.
– По поводу своей зеленоглазки ты так не переживаешь. – хмыкнул Игорь.
– О чем ты?
– Ты сделал то же, что и я. Только я знал на что иду, а ты не осознано ее привязал к себе.
– Это только кажется.
– Посмотрим. – усмехнулся Игорь.
– Зеленоглазка, чего застыла? – не смотря в ее сторону спросил Альхор.
– Домой пора. – ответила Яна.
– Идем, раз пора. – вставая, сказал Альхор. – Спасибо за гостеприимство. Как-нибудь еще заглянем.
– Заходите. – пожал плечами Игорь и чему-то улыбнулся.
Дети уже спали. Яна сидела, забравшись с ногами на диване. Альхор варил чего-то в колбах, то ли микстуру, то ли мазь. Он пытался объяснить Яне что хотел сделать. Но автоматически перешел на формулы. Ян поняла одно: это было чего-то сложное.
– Похоже Ларь с новым экономистом гуляет. – заметила Яна.
– Я ему задание не давал. Но это к лучшему. Девочка должна остаться в городе. Это хороший способ. Она мне столько денег в область вернула, что я ей здесь квартиру подарю, в качестве свадебного подарка.
– Когда это область твоя стала? – улыбнулась Яна.
– Когда я решил, что бороться с преступностью надо с помощью ее профилактики. А это значит, надо заставить работать все ведомства. Два месяца и механизмы закрутились. Нужные люди на своих местах. Все, как и должно быть.
– Ты проделал большую работу.
– Еще осталось подчистить контрабандистов, завершить реформу по образованию и можно будет посмотреть, как область начнет постепенно возрождаться. Еще пару инвесторов бы пригнать, чтоб новые рабочие места организовать. Это Михаила подключить надо. Он меня уже в пример другим ставит, как можно все поднять с нуля. Интересная была работа.
– Была?
– Она почти закончена. Поэтому и была. Вот Игорь свыкнется с мыслью, что ему здесь пахать, пока не помрет и можно на него все перекладывать.
– А ты уйдешь. – тихо сказала Яна. Альхор замер.
– Я не хочу то, что сделал Игорь с Витой. Он ее привязал к себе. Это как внушение, что без него она не сможет. Ее жизнь переплелась так плотно с его, что она не сможет жить без него. Тонкая психология.
– Может это любовь?
– Я в это не верю. В интуицию могу поверить. В страсть, желание. Любовь, скорее всего, другое название страсти. Более красивое. Когда человек теряет себя, то потухает свет в глазах. Я не хочу чтоб это случилось с тобой.
Глава 19.
Погода была морозная. Первый снег слегка прикрыл землю. Низкие тучи нависали над землей. Было неспокойно. Тревожно. Эта тревога так и повисла в воздухе. Хотя последние аналитические сводки говорили, что преступлений стало меньше. Яна не могла понять, причину этой тревоги. Из-за Алика, который изучал программу старшей школы? Наоборот, радоваться надо, что ребенок больше не болтается, а вернулся в школу. После нее занимается физическими тренировками. Или помогает что-то мастерить Дани. Девочка почти жила в мастерской среди проводов и железа. Иногда она появлялась в министерстве, где работала два дня в неделю. Пока дорабатывала систему от взлома компьютерной сети. Родька стабильно ходил в сад. Простуды больше не посещали его, после той вакцины, которую вколол ему Альхор. Денег хватало и на еду, и на одежду. Жизнь как-то слишком быстро наладилась. Не было привычных проблем. Только эта тревога. Она возникла на пустом месте и не отпускала ее.
Может это касалось Альхора? Они больше не возвращались к тому разговору. Он не говорил о своем уходе, но она видела, что он не изменил своего решения. Каждый день она думала, что это последний когда они вместе. Одно время это расстраивало, но потом Яна решила, что не будет тратить время на сожаления. На это у нее еще будет время. Пока надо наслаждаться тем, что есть сейчас. А потом придется начинать жить заново. Если у нее получится. Она подошла к окну. Темно. Ночь. Стекло холодное, а дома тепло. Только холод от стекла передался ей. Заставил поежиться.
– О чем грустишь? – Альхор сидел на диване, вытянув длинные ноги и закинув руки за голову. Странно. Обычно он на полу обитал.
– Ни о чем. Не по себе.
– Твари идут. Из-за этого тревожно. – ответил Альхор. – Иди ко мне.
– С чего ты решил, что будет гон? – спросила Яна, устраиваясь в его объятиях.
– Наблюдение. Эта тревога, беспокойство, желание идти куда-то вперед, бежать появляется перед гоном тварей. Его чувствуют только иры. Изредка ирлиты. Думаю, из-за того, что мы с ними чем-то похожи.
– С тварями?
– Да. Сама посмотри. Мы ведь непохожи на людей, хотя и считаемся ими. Грязнокровки. Измененные. Но мы конечный продукт экспериментов. Были же первые эксперименты. А это и есть твари.
– Неизвестно откуда они пошли.
– Говорят это вырвавшиеся подопытные одной лаборатории. А может вирус. Те времена мутные были. Я после войны родился. Застал еще время, когда мы жили, не зная, что в мире творится. Город оторван от цивилизации. Связи никакой. Даже было время, когда считали, что мы одни выжили и больше никого в этом мире нет. Люди умирали от неизвестных болезней. Люди не жили, а выживали. Потом на наш вышла группа людей, которые искали выжившие города, чтоб вернуть их в мир. Жизнь начала налаживаться.
– Никто из города не пытался выбраться?
– Пытались. Места глухие были и до войны. Вокруг болота да леса глухие. Дорогу во время войны уничтожили. Вот и оказались отрезанными от мира. Тогда еще практика была делать города-дублеры. Например, разместят секретный институт в городе, и сделают город-дублер этого института. У нас ничего не было, но считалось, что в городе находится секретная лаборатория. Такая же секретность, как в настоящем городе. А на деле – фикция. Таких городов могло быть и пять и десять. Все врагов запутать хотели. Только в итоге сами себя запутали. – Альхор рассеянно наматывал прядь золотистых волос себе на палец.
– А что сейчас с твоим городом?
– Не знаю. Даже не интересовался.
– И не возвращался?
– Зачем? Родных у меня там не осталось. Друзей тоже. Места глухие и скучные. Ностальгией не страдаю. – хмыкнул Альхор. – Ты тоже не живешь в городе, где родилась.
– Кто-то мне справку о смерти организовал. Странно было бы, если я там появилась. К тому же меня ничего там не держало. Я давно уехала оттуда.
– Тяжело без поддержки? Это я одиночка. А ты одна не можешь.
– Почему это?
– Ты же сама говорила, что для тебя важна семья. Ты в ней ищешь поддержку. – ответил Альхор.
– Я не задумывалась на эту тему. Может ты и прав. – Яна некоторое время молчала. Было хорошо сидеть рядом с ним. Чувство тревоги притуплялось. – Я уже привыкла, что могу рассчитывать только на себя. Благодаря тебе, у меня появилась передышка. Можно расслабиться.
– А что потом? – тихо спросил он.
– Я не буду отвечать. К тому же ты знаешь ответ. – Она положила голову ему на плечо. И что он хочет услышать? Что она уже не может представит, как будет вновь одна? Или он думает, что она забудет его? Забудет все то время, которое они провели вместе? Этого не будет. Она давно потеряла себя рядом с ним. Только зачем говорить об этом человеку, который ясно дает понять, что он не видит дальнейших отношений. Унижаться она не будет.
Рабочий день подходил к концу. Наступили сумерки, что мягко укутали город. Яна с Альхором пили чай, при этом он еще и приставать к ней пытался, жалуясь на слишком колючий свитер, который она надела. Яна только посмеивалась над ним.
– Сообщение молния. Гон! – без стука ворвался в кабинет Ларь.
– Поднимайте тревогу. – велел Альхор.
По городу завыли сирены. Люди в срочном порядке прятались по домам. Баррикадировали двери. Окна первых этажей закрывались ставнями. Были случаи, когда твари разбивали окна, чтоб добраться до добычи. Стена должна была выдержать, но в жизни случалось все. Десять лет назад, стена столицы не выдержала. Твари заполонили собой улицы. Была уничтожена часть города. На дамах включали лампы. Твари боялись яркого света.
– Яна сиди здесь и не высовывайся. – велел Альхор. – В садике подвал, детей туда отведут. Алик не дурак, так же как и Даня.
– Я знаю.
– Вот и молодец. – он быстро поцеловал ее и в секунду был около двери.
Яна с Ларем координировали штаб. Вся информация поступала ним. Звуковой волной отбить тварей удалось частично. Мешали деревья, которые вырубать начали лишь недавно. Тварей было слишком много. Они остановились около стен города. Долбились в них лбами, цапали клыками. Пытались допрыгнуть до верхушки стен. Были случаи, когда твари становились на спину друг другу, чтоб добраться до в верху стены. Нужно было периодически включать звуковую волну, чтоб их сшибать. Звуковой гул смешивался с рычанием и воем. Этот звук пробивался в комнаты, минуя стекла. Яна ночевала в кабинете. Пара часов на сон. Потом вновь работа. Осада тварей продолжалась двое суток без перерыва. Все понимали, что это нужно просто переждать. Но психологически было тяжело.
Альхор стоял на стене и смотрел, как внизу копошатся твари. И что их так тянет сюда? Такая же зависимость, как и у него по отношению к Яне? Он не видел ее уже сутки и чувствовал ломку, как тогда, с заколкой. Ему было необходимо видеть ее зеленые глаза. Знать, что с ней все в порядке. Это напрягало. Раздражало. Мешало сосредоточиться. А значит была большая вероятность ошибки.
– К нам караван прорывается. Просят ворота открыть. – крикнул паренек – связист.
– Караван. Будем открывать ворота. Если они хотят именно к нам, раз мы в осаде, значит у них неприятности. Дальше ехать не могут. – Альхор крутанул заколку между пальцами. – Передай, что мы даем добро. Всем приготовится. У нас гости.
Караваны часто колесили между городами. Торговцы, что перевозили редкие товары и осуществляли перевозку пассажиров, занимались опасным делом, потому что дороги между городами были опасны. Но их услуги были востребованы. Обычно караван состоял из трех – пяти грузовиков, несколько легковых машин и мотоциклов, которые охраняли груз от тварей и бандитов.
Со стороны мусорного полигона выехал караван. Твари тут же накинулись на них, облепив машины со всех сторон. Обычно на машинах устанавливали такие же сирены, что и в городах. Но на этих машинах было оружие. Лазеры разрезали тварей на части. Огнеметы поджигали их. Твари метались в панике, натыкаясь на других. От центральной машины твари отскакивали с визгом. Стоило им до нее докоснуться, как от машины шли искры. Похоже она была под током. Такое оружие и право на использование было лишь у Драгов.
Неизвестные существа, они появились, спустя двадцать лет после войны. У них были самые современные технологии. Чертежи старых утерянных разработок и новые вещи. Они продавали их определенным странам, на условиях не передачи знаний другим. В тех странах, в которых нарушались договора, или погибала вся верхушка или убирались отдельные личности. Если Драги объявляли войну, то страна проигрывала. С ними никто не мог сравниться.
Про них ходило много слухов. Кто-то считал их роботами, кто-то киборгами с перенесенными в искусственное тело человеческим мозгом. Были и такие, кто вспоминал старые сказки про демонов. Самая оригинальная версия была в том, что это разумные твари. Драги всегда были одеты в плотные костюмы, плащи темных цветов и шлемы с маской на лице. Никто не видел, чтоб они пили или ели. Кто с ними работал, утверждают, что они не спят, у них нет потребности в естественной нужде. Сами Драги не опровергали и не подтверждали слухи.
Еще про них говорили, что с ними можно было заключить договор на сотрудничество. Они платили большие деньги и отправляли людей к себе в страну на работы. Правда оттуда никто не возвращался. Говорили, что они их на опыты отправляют. Такая практика была постоянной. Лаборатории были раскиданы по всем странам. Ученые никак не могли угомониться и продолжали свои эксперименты по генетике, хотя это и было незаконно. Но для Драгов закон не был писан. Они сами были этим законом.
Звуковая волна заставила отбежать тварей на двести метров от стены. Ворота открылись, пропуская машины. Они разъехались по небольшой площади перед воротами, вставая полукругом. Они сразу отключили защиту. Караван состоял из микроавтобуса, крупного внедорожника, грузовика и двух двухместных машин на высоких колесах. С автобуса и внедорожника оружие сразу зачехлили. А на машинах оставили. Альхор видел, что их держат на прицеле, но его это особо не беспокоило, в отличие от любопытства. С Драгами ему еще не приходилось общаться. Из автобуса вышел невысокий мужчина. Наверное, метр шестьдесят пять. Серое пальто, сделанное из непонятного материала, плотно прилегало к телу, но как оно было застёгнуто было непонятно. На голове шлем с маской, которая закрывала полностью лицо. Мощные ботинки до колена без единой застежки. На руках перчатки.
– Мне бы с мэром переговорить.
– Я за безопасность города и области отвечаю. Могу его заменить. – ответил Альхор.
– Мне и моим людям нужна гостиница. Придется задержаться на несколько дней в вашем городе.
– Это как получится. Сами видите, что мы в осаде. – сказал Альхор.
– Ваша осада как раз не проблема. Сколько она длится?
– Второй день.
– Еще один день потерпите и твари разбегутся. – сказал Драг.
– Откуда такие сведенья?
– Устройство, которое ими управляет не может работать долго. Только на эту тему мы разговаривать будем в другом месте. – Остановил вопросы Альхора Драг.
Через полчаса они были в министерстве. Альхор все равно на стенах мало чем занимался. Командовал людьми Игорь. Альхор же их скорее пугал, чтоб они от работы не отлынивали. Приезд Драга взбаламутил вес город. Эта новость напугала людей больше, чем атака тварей. Яна ничего не выдала своих эмоций, только в глазах ее появился огонек тревоги.
– Сколько в городе иров? – спросил Драг.
– Трое. – ответил Альхор поигрывая заколкой. Они сидели за столом друг напротив друга в кабинете.
– Много для такого незначительного города. Давно ты здесь?
– Пару месяцев.
– И чего сюда притянуло?
– Личный интерес. У меня здесь сын оказался. Приехал познакомиться.
– Он второй ир?
– Да. Третий из этих мест. Приехал век доживать.
– Значит, чисто случайно собрались.
– А в чем проблема?
– Есть информация, что в этих местах находится одна из первых лабораторий. В них исследования вели еще во время войны. Там находится передатчик, что управляет тварями. Передатчик включается автоматически.
– И для чего все это было нужно?
– Планировалось, чтоб твари были управляемым оружием. В некоторых странах велись разработки по контролю единичными мутантами. Усовершенствовали какой-то вид, чаще человека, вставляли ему в голову чип и управляли мутантом с помощью оператора. Такой вид оружие. В вашей стране пошли по другому пути. Решили командовать мутантами как стадом. В то время у вас был запрет на использование людей в качестве подопытного материала. Когда война закончилась, часть лабораторий было уничтожено, часть заброшена или сломана. Любопытных много. Залезают в такие места. А потом вытаскивают их страшные секреты на свет. – ответил Драг. – У меня есть координаты таких лабораторий. Я их проверяю. Уничтожаю приемники, которые контролируют тварей.
– Может стоит с помощью приемника согнать тварей в одном месте и уничтожить?
– Я тебе дам бумаги по ним. Приемники не стабильны. Проще говоря то работают, то нет. Сделать аналог у меня не получилось. По всем законам такие приемники совсем не могут работать, но они действуют, правда, с перебоями.
– Я несильный технарь. Это Алику надо посмотреть. Парню девять лет, но...
– Ты его тестировал? Пытался понять в чем причина? – перебил его Драг.
– Причину не нашел. Но результаты поражают. – Альхор достал из стола папку с бумагами и протянул ее Драгу. Там были тесты, которые прошел Алик, его срезы знаний, характеристики и медицинские особенности.
– В городе только у него такие результаты?
– Восемьдесят процентов детей раньше взрослеют. Школьная программа для них слишком слабая. Сейчас для них составляется особая программа.
– Мне нужны результаты исследований. – разговор шел на равных. Альхор делился своими наблюдениями, Драг рассказывал о своих. – Вечером жду тебя с сыном и третьим иром у себя.
– Стену нельзя оставлять.
– Чего с ней будет? Не пробились твари сейчас, почему они должны пробиться через час? Могу сказать своим ребятам, чтоб они последили, раз так боитесь за свои камни.
– Скорее за людей, чтоб не полезли куда ни надо.
Драг ушел, а Альхор побежал по делам, даже не взглянув в сторону Яны. Вот история и закончилась. Она это почувствовала. Он же как избалованный ребенок. Старая игрушка надоела, так он найдет новою. Она ведь знала, что так и будет. Так что переживать и расстраиваться?
Альхор действительно перестал думать о Яне. Он переключился, загоревшись новыми идеями. Знакомство с Драгом давало возможность узнать что-то новое, что скрыто от обычных людей. И этой возможностью он хотел воспользоваться по полной.
Когда они вечером пришли к Драгу, то поняли почему он считал иров равными себе. Он был таким же, как и они. С такой же редкой мутацией глаз. Черные волосы, узкие глаза, высокие скулы и любопытный взгляд. Он сидел без маски и без пальто. Они долго смотрели друг на друга.
– И как это понять? – прямо спросил Игорь.
– А ты думал под маской слизняки слезинки со щупальцами прячутся? – хмыкнул Драг.
– Зачем все эти игры с масками, если вы такие же, как мы.
– Не совсем такие. – Драг вздохнул. – Вы садитесь. Разговор долгий будет. Во время войны был культ новых знаний. Наука сделала большие шаги вперед. Создавалось как оружие, так и способы противостоять ему. Ученым в те времена было быть престижно. Высокие зарплаты, хорошие условия труда. Особо талантливых у нас собрали в одном закрытом городе. Под землей. Мы там и работали. Это было разные области науки. Включая, всеми так любимую, вирусологию. Хорошая наука и опасная. Когда нас разбомбили, в лаборатории велись разработки Белой смерти. Когда что-то новое создаешь – не думаешь о последствиях. Суть вируса, что он убивает женщин. Смертность семьдесят процентов. Те, кто выживал в восьми случаях из десяти становились бесплодными. Носителями являются мужчины. На нас он не действует никак. Передается как воздушно-капельным путем, так и через кровь. Между мужчинами только через кровь. Вирус разлетелся по всему нашему городу. А вакцины против него нет. Больше пятидесяти лет прошло, но никто не смог ее сделать.
