Текст книги "Заколка для Ворона"

Автор книги: Нина Баскакова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 27 страниц)

Машину с обедом она встретила радостно. Ведь привезли воду и можно было, наконец, утолить жажду. День тянулся медленно, вяло, но и он начал подходить к концу. Они закончили с канавой и пустили по ней воду. Так как у них осталось еще полчаса времени на этом поле, решено было потратить это время на перерыв и водные процедуры.

Яна сидела на обочине дороги спиной к заключенным. Это было против правил, с которыми ей все же дал ознакомиться Лех. Она изучила их еще утром. Да, с заключенными нужно быть настороже. Только Яна не строила иллюзий. В случае нападения, она ничего не сможет сделать. На нее навалилась усталость и апатия. Яне стало все равно что будет дальше.

Альхор подсел к ней через некоторое время. На нем не было рубашки. По телу еще стекали капли воды. Они играли в лучах солнца стеклярусом у него в густой бороде. Какой же он был худой. Кости так и видны. По нему хоть анатомию изучай. Мышц как будто нет в помине. Тряпка на голове у него еще влажная. Тут Яна ему даже позавидовала. С ее кепкой такой фокус не пройдет. Если ее намочить, она потеряет свой вид. А за это штрафовали. Яна протянула ему орехи, оставшиеся от завтрака и обеда.

– Здорово тебе вчера Петька врезал. Синяк большой.

– Два раза по одному месту получить. Естественно он будет большим.

– А второй кто был? – легко раскалывая орехи в руках, спросил Альхор. У Яны так не получалось. Она всегда искала чего-нибудь тяжелое, чтоб расколоть орех. Он же их просто сжимал в руках, и они скорлупки лопались.

– Косматый какой-то. Полез ко мне, а я его укусила. Вот он и разозлился. Хотя сам виноват. Нечего было ко мне лезть.

– Значит, косматый.

– Да. А почему плохо идти на нулевое поле? – спросила она, чтоб перевести разговор.

– Там к вечеру собираются твари. Напасть могут. В середине месяца это место опаснее всего. Твари в это время звереют. Так что постараемся сегодня не умереть.

– Вы об этом так спокойно говорите. – поежилась Яна.

– Здесь такая жизнь. Нужно выживать. – усмехнулся Альхор.

Нулевое поле выглядело пугающе. Оно не возделывалось. Выглядело не живым. Земля здесь была твердая, потрескавшаяся. Чем ближе мы подходили, тем больше становилось мелкого серого песка, который наносил ветер с пустоши. Он лежал крупными кристаллами и хрустел под ногами. Столбы с колючей проволокой валялись как попало. Проволока местами была порвана. Этот забор и предстояло починить.

Все началось ближе к закату, когда нужно было уходить. Забор, на который было потрачено пять часов, твари снесли за считаные минуты. Яна впервые увидела их вблизи. Страшные монстры с непонятными кривыми мордами, которые состояли из сплошных мышц, что выпирали неровными буграми и клыкастой пастью вызывали отвращение. С клыков капала вязкая слюна. Мелкие глазки напоминали щели. На лапах были здоровые когти. От них шла такая вонь, что становилось дурно. Казалось, что они были ходячими кусками гнили на ногах измазанными в нечистотах. Они рычали как настоящие хищники. Яна испуганно смотрела на них и не могла пошевелиться. Твари были ожившими страхами, что заставляют просыпаться в холодном поту. Но сейчас они были не кошмаром, а смертью. И ничего нельзя было сделать.

Тварь прыгнула на нее. Яна хотела отскочить, но ноги словно вросли в землю. Ее оттолкнул Альхор. Швырнул на землю, одновременно вытаскивая клинок у нее из ножен. Он дрался с тварями с поразительной легкостью. Его движения были быстрыми и едва уловимые взгляду. Бык выпустил когти и увеличил мышцы вдвое. Он стал походить на медведя. Большого жуткого медведя, что нес смерть всем, кто оказывался у него на пути. Это была мясорубка. Крики, стоны, ругань. Яна боялась открыть глаза. Она лежала на земле, сжавшись в комок. Больше всего на свете она хотела, чтоб этот кошмар закончился. А потом все стихло. Она осторожно открыла глаза. Это была ее смерть. Яна запомнила ее рычащей, в прыжке, от которой несло гнилью. Крик, что закладывал уши, разнесся по полю. Как Альхор оказался на пути твари, Яна не поняла. Но в итоге они сцепились одним большим клубком. Бой закончился так же внезапно, как и начался. Твари валялись на земле. Несколько растерзанных человек. Один еще был живой, но его живот напоминал кровавое месиво. Бык подошел к нему и свернул шею. Еще живому человеку! Яна чувствовала, что ее трясет. Бык вернулся в человеческую форму и быстрыми шагами подошел к ней. Рывок, и ее оторвало от земли.

– Ты понимаешь! Он из-за тебя подставился! – Бык ее трясет, а Яна не может понять о чем он говорит.

Альхор лежал на земле. Спина окровавлена. Тварь валялась рядом.

– Не трогай ее. – тихо, но твердо велел Альхор с трудом садясь. – Выкинете тварей за ограду. И почините ее хоть как-то. А то день не засчитают. Если проверка будет.

Бык зло выругался и кинул Яну на землю. Она больно ударилась, но даже не вскрикнула. Ноги ее не держали. Яна подползла к Альхору. Он был весь в пыли и крови. Его черные глаза потускнели, став серыми. По лбу и щекам стекали крупные бисерины пота. Ему было больно, но он держался.

– Испугалась, зеленоглазка? – на его губах появилась слабая улыбка.

– Нужно раны перевязать. – сипло прошептала она. Дрожащими руками, Яна сняла папку и стала расстегивать куртку.

– Что ты делаешь?

– Рубашку на бинты пущу. У меня еще есть, а у тебя одна. – Яна повернулась ко всем спиной и сняла рубашку. Куртку она надела на голое тело. После этого начала рвать рубашку на ленты. – Тут бинты стерильные нужны. Но их нет. Будем надеяться, что это сойдет, чтоб кровь остановить.

– Как бы ты ни старалась, в бой я тебя не возьму. – попытался пошутить Альхор. Он сидел с закрытыми глазами, пока Яна его перевязывала.

– Альх, – прошептала Яна.

– М?

– Я не хотела, чтоб так получилось. Ты ведь из-за меня... – она едва сдерживала слезы.

– Ничего. У меня шкура крепкая. Заживет. – обнадежил ее Альхор. Он посмотрел на нее и коснулся ее щеки. Даже улыбнулся. – Заживет. Завтра все пройдет. Ты только не плачь. Не стоит это все слез. Не стоит.

Они сидели рядом, пока остальные поспешно чинили забор. Уже кое-как. Чисто символически.

– Ты идти сможешь? – К ним подошел Михаил.

– Пока еще могу. Яна, ножик свой забери. – он отдал Яне клинок. Она заметила, что руки у него были неестественно холодными.

Когда они подошли к форту, Альхор еле перебирал ногами. Если бы не помощь Быка, он давно бы упал.

– Когда будешь докладывать по раненым, у всех лишь царапины. Иначе его за стенами оставят. – сказал ей Михаил.

– Я поняла. – поспешно ответила Яна.

– Как чувствовал, рубашку не стал одевать. А то бы порвалась, – усмехнулся Альхор, когда ему помогали одеть рубашку.

В форт Альхор вошел сам. И без чьей – либо помощи дошел до хижины. Смотря на него, никто не мог бы сказать, что он ранен.

– Надо раны промыть. – сказал Михаил, забираясь следом.

– Промывай, не промывай – бесполезно. Тварь ядовитая. Спина огнем горит. Девочку пугать не хотел. Так бы там остался. – Он сорвал рубашку и бинты. – Зато сколько тварей траванется, когда меня жрать будет.

Он лег на пыльную землю. Тело сотрясала дрожь. Глаза стали серо-белыми.

– И зачем было подставляться? – пробасил Бык.

– Ты – дурак. Спорить – только силы тратить. – ответил ему Альхор. – Больно-то как. И мысли путаются. Пока я еще в сознании. Зеленоглазку не бросайте. Вытащите ее. Не место ей здесь.

Глава  3.

Альхора скрутило болезненным спазмом. Он не стонал, не кричал, лишь хрипел. Михаил ушел за ужином. Когда вернулся, то в землянке рядом с Альхором сидела Яна.

– Я аптечку принесла. – доставая из-под куртки пакет, сказала она. – Здесь все, что у меня есть из лекарств.

– Яна, ему ничего не поможет. Он умирает. – сказал Михаил.

– Но...

– Тут ничего не сделать. Слишком много яду. Посмотри на его спину. – Михаил протянул одну миску Быку, который молча сидел в другом углу. – У него хоть раны и должны быстро заживать, как-никак ир, но в этом случае ничего не поможет.

Яна сидела некоторое время, прикусив губу. Она видела, что глубокие раны покрылись гнойными пузырями. Кожа рядом с пузырями была синеватого оттенка. Альхор умирал. Яд распространялся слишком быстро. Она достала свой клинок, все так же о чем-то сосредоточенно думая.

– Хочешь закончить его мучения? – спокойно спросил Михаил, как будто не видел в этом ничего такого.

– Нужно раны промыть. – ответила Яна. – Принесите лучше воды.

– Ты понимаешь, что такое бесполезно? – рявкнул Бык.

– А я говорю, что просто так не сдамся! – Яна так сверкнула глазами, что споры закончились. Она вытерла клинок от засохшей крови твари. Стоило вскрыть гнойные пузыри, как по хижине поплыла вонь. Яна словно ее не замечала. Она методично и профессионально обрабатывала раны. Даже ни разу не сморщила свой носик. Просто делала свою работу.

– Должно получиться. Должно. – она разрезала свою ладонь.

– Что ты делаешь? – спросил ее Михаил.

– Не твое дело. – огрызнулась Яна. Она сильно нервничала. Рана на ладони начала затягиваться, а она не обработала только половину ран. Когда она закончила, то от слабости еле сидела. Зато раны на спине перестали гноиться. Яна наложила заживляющую мазь.

– Должно помочь. – она пошатнулась. – Хотя раны глубокие и запущенные. Нужно сразу было сделать. Я не знала, что тварь ядовитая. А теперь рубцы останутся.

– Хочешь сказать Альхор не помрет к утру? – недоверчиво спросил Бык.

– Не должен. – Яна провела рукой по влажным от пота волосам Альхора. – Ему нельзя умирать, а то я без него не выживу.

– Его все равно не оставят завтра отлеживаться. Кто не может работать, тот становится кормом для тварей.

– Вытягиваясь вдоль выхода, сказал Бык.

– Будем надеяться, что он к утру сможет встать. Я у вас переночую? А то не хочу в казарму возвращаться.

– Оставайся, если не боишься. – ответил Михаил.

– Я так устала, что уже ничего не боюсь. Захотите убить, то сделайте это по возможности быстро. – Яна легла рядом с Альхором. Она уснула сразу, стоило ей закрыть глаза.

Под стенами форта завывали твари. Даже досюда доносился лязг их зубов. Яна тихо плакала во сне, переживая вновь дневной кошмар. Ее всхлипывания разбудили Альхора.

– Тсс, маленькая. Я рядом. – он провел рукой по ее щеке, стирая слезы. Яна подвинулась к нему ближе и затихла. Альхор задумчиво намотал на палец локон, что выбился из ее строгой прически. Она вздрогнула и вновь заплакала.

– Тихо, все будет хорошо. Все позади. А будешь много плакать, перестанут глазки сиять. – продолжал он шептать на ухо. – Спи спокойно, зеленоглазка. Я не дам тебя обидеть. Не бойся ничего.

Альхор вытянулся, поморщившись от боли в мышцах и ребрах. Просунув руку ей под голову, он прижал Яну к себе. Она перестала плакать и расслабилась. А под конец и вовсе обняла его.

– Вот и правильно. – согласился с ней Альхор.

– Ты как? – спросил его проснувшись Михаил.

– Как будто грузовик переехал. – честно ответил Альхор. – Эта тварь мне ребра помяла.

– Раз тебя беспокоят лишь рёбра, то жить будешь. – хмыкнул Михаил.

– Меня все беспокоит, но ребра сильнее всего.

– Тебя с того света Яна вытащила. Ты уже помирал.

– Даже не чувствую этого. Ощущение, как после побоев Рики.

– А должен был валяться, как Олег, когда его твари подрали.

– Интересная девочка.

– Непростая, – согласился Михаил. – Я думал, что она по твою душу пришла. Но сегодня уже в этом неуверен.

– Разберемся. Время для этого есть.

Вскоре Михаил вновь уснул. Альхор же лежал без сна. Он давно уже спал по четыре часа. Этого ему хватало, чтоб восстановить силы. Вот и сейчас он чувствовал, что больше не уснет. А до рассвета оставалось еще больше двух часов. Внутреннее знание времени его редко подводило. Сегодня он проспал больше чем обычно, но это понятно. Раны были серьезные. Альхор достаточно разбирался в ядах, чтоб понять, что получил смертельную дозу отравы. Когда же очнулся и понял, что живой, был удивлен. А девочка рядом спит и сопит. Наивная, доверчивая. И как ее сюда занесло? Такие места не для таких девочек, которые доверяют свою жизнь первому встречному. Разве здесь можно кому-либо доверять? Загадочная. Нужно будет ее расспросить, что она с ним сделала. Ответит ведь как на духу. Не соврет. Почему-то он был уверен в этом.

Когда небо начало светлеть и в землянку проникли предрассветные сумерки, Альхор разбудил Яну.

– Пора вставать. – касаясь губами ее уха, сказал он.

– Спать хочу. – не открывая глаз, пробормотала Яна.

– Что поделать? Но вставать все равно придется. – усмехнулся Альхор. Яна скосила глаза на него. Чем больше до нее доходило где она и с кем лежит в обнимку, тем больше она просыпалась. В итоге она резко села.

– Извините.

– Все как вчера. – посмеиваясь, сказал Альхор. – Ворота сейчас откроют. Так что беги. На построении встретимся.

Яна так спешила убежать подальше от Альхора и своих пылающих щек, что чуть не налетела на повара, который ввозил котел с кашей. Быстро позавтракала. Мысли все это время крутились около утреннего пробуждения. Она здесь два дня и все это время спала рядом с ним. Как ему теперь в глаза смотреть? Ведь он мог неправильно ее понять, а у нее и в мыслях этого не было. Все эти переживания не давали слышать шуточки охранников. Она шла на построение, когда ее остановил Иваныч.

– Разговор есть. – он крепко схватил ее за локоть и впихнул в душевую, мимо которой они проходили.

– Мне на построение надо. – попыталась возразить Яна.

– Без тебя постоят. – Иваныч закрыл дверь на ключ. Тут Яне стало по-настоящему страшно.

– Зачем?

– Чтоб нам никто не помешал. Да не бойся ты так. Я за падалью баб не подбираю. Брезгую, знаешь ли. – презрительно сказал Иваныч. – Это не мое дело с кем ты спишь, но будешь продолжать дружить с этой троицей, то отсюда не выйдешь.

– Как будто у меня есть шанс. – Яна сверкнула глазами.

– Шанс есть. На тебя положил глаз Альхор. Тебе лишь нужно сделать так, чтоб он, однажды, не вернулся после трудового дня или не проснулся утром. Когда это случится, тебя переведут на более легкую работу, где поспокойнее. Там и доработаешь свой контракт.

– Вам от этого какая выгода? Не думаю, что по доброте душевной решили мне помочь.

– Деньги. Здесь все давно куплено и продано, включая и тебя. – ответил Иваныч. Было видно, что он не видит в этом ничего плохого.

– Я не буду этого делать. – ответила Яна, ни минуты не раздумывая над его словами.

– Ты считаешь, что здесь все белые и пушистые? Это последние отбросы общества. Настоящие твари. Ты почитай их дела и узнаешь много интересного о новых друзьях. – Иваныч протянул ей три дела, которые она взяла и убрала в папку. Чтобы она не думала об Иваныче, но он был прав. Нужно знать тех, с кем дружбу водишь.

– Вечером дашь ответ.

Построение закончилось. Яна успела, как раз когда отряды выходили за ворота форта. Некоторое время они шли молча, пока другие отряды не разбрелись на свои участки.

– Тебя не было на построении. – заметил Альхор.

– С Иванычем разговоры водила. – буркнула Яна.

– И разговоры неприятные? – продолжал допытываться Альхор.

– Он предположил, что я с кем-то из вас сплю! – возмутилась Яна. Они опять шли позади от остальных вчетвером тихо переговариваясь.

– А ему-то какое дело? – хмыкнул Бык.

– Никакого. Но это предположение оскорбительное!

– Почему это? Мужики мы хоть куда, а ты сразу оскорбительно.

– У меня в деле стоит пометка, что я замужем. И я это не скрываю. У меня даже мыслей изменять нет. – горячо сказала Яна. Альхор переглянулся с Быком и Михаилом.

– Зеленоглазка, какой урод мог отпустить сюда такую девочку? – осторожно спросил Альхор.

– Он не урод. Мы недавно поженились. Со свекровью я общий язык не нашла. Мы у нее вначале жили. Тут же на квартиру за год заработать. Вот мы и решили, что я здесь поработаю. Я ирлит, а Паша обычный человек. Сюда же берут только ирлитов или иров.

– Боевых. – добавил Альхор.

– Необязательно. На административных должностях любые ирлиты подходят. – ответила Яна. – Так бы нам еще долго бы пришлось копить. У мужа на работе зарплата небольшая. И у меня копейки. Я лаборантом работала. Так что идея пойти сюда работать была хорошая. Не надо так на меня смотреть. Никто же не знал, что я в неприятности попаду.

– А лет-то тебе сколько? – спросил ее Бык.

– Двадцать. Так что не такая уж я и девочка.

– Ты дитя зеленое! – хмыкнул Бык. – От которого одни неприятности.

– А вы вечно недовольное существо! – зло сверкнула глазами Яна. Бык на ее слова отреагировал лишь смехом.

– Очень грозно. Вот я могу научить тебя как надо ругаться.

– Бык, не порть ребенка. – остановил его Альхор. – Нам и одного тебя грубияна хватает за глаза.

Они дошли до нужного поля с хлопком и достали мешки с сумками.

– До каких мы сегодня здесь? – спросил ее Альхор.

– Целый день.

– Приемлемо. – кивнул он.

– Альхор, как ваша спина? – запоздало поинтересовалась Яна.

– Жить буду, работать смогу.

– Это хорошо.

– Пойдем. Будешь мне компанию составлять. – вешая сумку, сказал Альхор.

– Прошло всего два дня, а такое ощущение, что несколько месяцев.

– Событий много было, поэтому так кажется.

– А ведь даже еще неделя не прошла.

– Дни считаешь?

– Нет. Слишком боязно становится.

– Яна, как ты меня вчера вытащила с того света?

Она задумалась. Губу прикусила. По сторонам огляделась. Словно думала сказать ему или нет.

– Я же ирлит. Особенности крови. Такое универсальное противоядие получилось, плюс повышается регенерация тканей. Ученые пытались делать на ее синтетическом варианте противоядия, но пока достигли лишь частичного успеха

– Слышал о таких экспериментах. Денег много платили?

– Как лаборанту. Считай, предложили работать на благо государства за инициативу.

Яна достала из папки бумаги, пока Альхор относил собранный хлопок к мешкам.

– Что читаешь?

– Дали ознакомится. – не вдаваясь в подробности, ответила Яна.

Первым попалось дела Быка. Борису Быкову было двадцать девять лет. Профессиональный военный. Боевой ирлит. Закончил военное училище. С восемнадцати лет служил на восточной границе с пустошью. Награды, боевые операции. Ответственный, смелый, умный. Дослужился до командира отряда, состоящего из четверых боевых пятерок. Из-за просчета в последней операции, потерял весь отряд. Остался в живых лишь Быков. Свою вину не признал. Вместо этого напился, устроил драку и убил генерала. Дали ему пятнадцать лет. Здесь он был полгода. Яна и так подозревала, что с ним нужно быть настороже. Больно уж он габаритами большой.

Второе дело было Михаила. Его знали под несколькими фамилиями. Мошенник. Участвовал в десятках мошеннических операциях от мелких до крупных. Из-за него обанкротилось несколько банков. Михаил сидел уже два года из восемнадцати. Ему же было сорок лет.

Альхор. И интересно и страшно о нем чего-то знать. Яна вздохнула и продолжила читать. Тридцать восемь лет. На восемнадцать лет старше ее. Особо опасен. Пять убийств доказанных. Десять недоказанных, но все указывало на него. Двадцать пять лет тюрьмы. Отсидел он почти год.

По спине прошелся холодок и это несмотря на жару. Яна убрала бумаги в папку. В хорошую компанию она попала. Нечего сказать.

– Интересные бумаги? – спросил ее Альхор.

– Есть о чем задуматься.

Яна и вправду пыталась думать, не обращая внимание на палящее солнце и горячий ветер. Обед. Потом приезд машины за хлопком. День тянулся и тянулся. Они выполнили свою норму за час до конца рабочего дня. В оставшееся время каторжники пошли споласкиваться в канаве через дорогу. Бык следил за порядком. Прирожденный командир. Яна сидела к ним спиной и смотрела на поле под ярко-голубым небом.

– Что надумала? – спросил ее Альхор, присаживаясь рядом.

– Ничего. – пожала плечами Яна. Она достала из кармана орехи, что остались после обеда и протянула ему.

– Ничего не решила или ничего не будешь делать?

– Ничего не буду делать. Постойте, откуда вы знаете? – она посмотрела на Альхора.

– Я наблюдательный человек и умею делать выводы. – усмехнулся Альхор. – К тому же ты не скрываешь свои мысли. Все на лице написано. Ладно, у тебя есть вопросы и я готов на них ответить. Но врать не буду. Ответы же тебе не понравятся. Может и дальше будешь жить без этой правды и не засорять свою головку лишней для тебя информацией?

– Это угроза?

– Пугать тебя не хочу.

– Иваныч дал почитать ваши дела, чтоб открыть мне глаза на компанию, с которой я связалась.

– Какая забота.

– Он свои цели преследует. Все что написано в ваших делах правда?

– Быка подставили. Его рота погибла из-за тупого руководства генерала. Бык выжил. Нашел этого генерала и врезал ему за погибших ребят. Силы не рассчитал и генерал помер. Быка посадили, а заодно всех собак на него спихнули. Михаил хорошо знает свое дело. Профессионал. Ему нравится заниматься махинациями ради любви к искусству, не ради денег. Он разрабатывает план, продумывает детали, пробует. Если получается, он теряет интерес. Не получается, доводит свое дело до совершенства, а потом бросает. Интересный человек.

– А вы?

– Я тоже профессионал своего дела и это не скрываю. Что ты прочитала, это лишь малая часть. Так, чтоб срок дали. Мне нравятся сложные задачи. Нравится их решать. В этом мы с Михаилом похоже. Сюда я попал специально. Взял один заказ. Потом еще парочку подкинули. Работу я свою сделал, а вытаскивать меня никто почему-то не собирается. Думаю и за работу никто не заплатит. Наоборот. Самого убрать решили. Это ведь тебе предложили сделать? Хоть плату хорошую предложили?

– Мифический перевод на более легкую работу.

– Даже неинтересно. Можно было что-нибудь и поинтереснее предложить. – он отряхнул руки от орехов. – Яна.

– Да? – она повернулась к нему своими зелеными глазами.

– Я не тот дяденька, с которыми должны водить дружбу такие порядочные девочки, как ты. – Альхор провел пальцем по ее щеке. Яна вздрогнула, но не отстранилась. Она была слишком напугана. – Только дружить со мной ты будешь. Лишь я могу сдержать эту свору. Они меня боятся, поэтому ничего тебе не сделают. Начнешь играть против меня – придется тебя переубедить. А переубеждать я умею хорошо.

– Я не собираюсь играть в какие-либо игры. Так что не надо мне угрожать.

– Что ж тебе одни угрозы мерещатся? – хмыкнул Альхор.– Мне нет смысла тебе угрожать. Ты меня начнешь бояться, а это в мои планы не входит.

– Почему?

– Потому. – он весело ей подмигнул. – Пора вставать. Машина едет.

Они сдали хлопок и пошли в форт. Яна чувствовала сильную усталость. Губы потрескались. Чувство жажды почти не прекращалась. Голова болела. После отчета ее опять подловил Иваныч. Яна вернула ему дела.

– И что решила?

– Ужинать пойду. День был тяжелый.

– Зря ты так. Они тебя первыми продадут за тарелку каши.

– Если я продолжу этот разговор, то провороню свою кашу.

Яна на ужин не пошла. Вместо этого решила постирать грязные вещи, переодевшись в туалете. Она уже закончила и развесила вещи сушиться, когда появился Косматый.

– Чего это ты нас игнорируешь, красотка? Всем милости раздаешь, а про меня забыла. – Он приложил ее спиной к стене. Его губы жестко впились в ее. Яна пыталась отвернуться, но он схватил ее за шею. – Думаешь, ты одна умеешь кусаться?

Он укусил ее за нижнюю губу. Кровь потекла по подбородку. Косматый пытался справиться с застежкой на её штанах. Яна изловчилась безумной кошкой и вцепилась когтями ему в лицо. Косматый зарычал, отшвыривая ее в конец коридора. Она не успела подняться, как он поставил ее на ноги, схватив опять за шею. Яна начала задыхаться.

– Поняла, кто здесь главный? – глядя в ее потемневшие глаза прорычал он.

Стоило ему ее отпустить, как Яна отскочила в сторону. Она плохо соображала. Косматый вновь попытался ее поймать, но Яна со всей силы ударила его лбом в нос. Свобода. Бежать. Спрятаться там, где он ее не достанет. Яна никогда еще так не бегала в своей жизни. Скорости добавлял рев Косматого. Не сбавляя ходу, она проскочила сквозь закрывающиеся ворота на арестантскую часть. Пролетев мимо Альхора, Яна споткнулась и влетела в землянку. Проехавшись по земляному полу, Яна остановилась, влетев в Быка. Отскочила от него и забилась в угол.

Волосы растрепались. Глаза горели яркой зеленью. Дрожащими руками она спрятала заколку в кепку, которая чудом сохранилась у нее на голове и не слетела. После этого Яна стала зализывать ободранные пальцы.

– Она на кошку похожа. – восхищенно сказал Бык.

– Подралась. – просипела Яна.

– Даже шипит как кошка. – хохотнул Бык.

– Не вздумай ее против шерстки гладить. Там Шарт с разбитым носом и расцарапанной рожей ходит. – забираясь в хижину, сказал Альхор.

– Что будем делать? Так просто от нее он не отстанет. Мстить будет. – сказал Михаил.

– Хотя чего он к ней пристал? У Шарта и так игрушек много.

– А это новая. Бык, ты как маленький. – хмыкнул Михаил.

– Я решу этот вопрос. А пока котенка успокоить нужно. Сейчас адреналин спадет, ее скрутит. – сказал Альхор.

– Вообще-то я здесь и все слышу. А еще я не котенок и не кошка.

– Тогда ведьма из сказки. – сказал Альхор.

– Все. Я спать. – устраиваясь в своем углу, сказала Яна.

– Тебе так спать удобно? – перебираясь к ней ближе, спросил Альхор.

– Как?

– С фляжкой и клинком на поясе. Я уж молчу, что ты в фуражке и ботинках спишь. Думаешь твои вещи кто-нибудь из нас утащит?

– Сегодня я сплю без фуражки. – собирая волосы, ответила Яна. – Вдруг ночью понадобиться бежать. Поэтому предпочитаю все с собой носить.

– До утра можешь спать спокойно. Ночью ничего не стоит бояться, тут тебя никто не обидит. Но если понадобиться убегать, то я напомню взять тебе вещи.

– Ладно, – согласилась Яна. Она сняла пояс и положила его рядом с кепкой.

Яна легла на земляной пол и, положив под щеки ладони, закрыла глаза. Все болело. Слезы тонкими ручейками текли по запыленными лицу. Губу щипало. Подбородок и шея были липкими от засохшей крови. Она плакала тихо. Ей было обидно, страшно и жалко себя. А Павел в это время скорее всего лежал на мягком диване и смотрел телевизор. Он отдыхал после тяжелого трудового дня. Яна не спорила, что работа на кирпичном заводе была тяжелой. Но ему не приходилось отбиваться от насильников, водить дружбу с убийцами и спать на голой земле. Почему она все это должна терпеть? А так хотела обычной семейной жизни. Как же тяжело! И сама во всем виновата.

– Иди сюда, ведьмочка. – Альхор лег рядом.

– Не надо. – попросила Яна.

– Ты нас своими слезами скоро затопишь. – прошептал он ей на ухо. – А лежать на мокром полу неприятно.

Он прижал ее к себе и стал гладить по руке, волосам. Яна лежала, уткнувшись носом в его рубашку. Ее не смущал ни запах пыли ни запах пота. Страх постепенно начал меняться на спокойствие. Она сама не поняла, когда перестала бояться и расслабилась. Осознанно доверилась этому человеку, которого так мало знала, и о котором знала слишком многое. Это было неправильно. Так не должно было быть. Но так случилось. Бывает, что два совершенно чужих человека в один миг становятся близкими. Стираются все различия. Уже не важен возраст, социальное положение, взгляды на жизнь. Остается только невидимая связь, которая опутывает нитью, что крепче каната. Яна чувствовала это, как и стук его сердца, его дыхание, что приносило спокойствие ее расшатанным нервам.

– Ты не плачь. Это все временно. Нужно потерпеть немного.

– Я устала. – пожаловалась Яна.

– Знаю. Жизнь любит проверять на прочность. Но ты не сломаешься. В тебе есть стержень. Все пройдет и все забудется. Не плачь. Все плохое рано или поздно заканчивается.

– Дожить бы до этого времени. – она вздохнула.

– Доживешь. – прошептал Альхор. Яна уже уснула.

Он взял ее кинжал и выбрался из землянки. Форт спал. Ночь была темная. Альхор хорошо видел в темноте. Это ему никак не мешало. Небо было все усыпано многочисленными звездами. Красиво. На стене охранник ходит по периметру, боясь уснуть. Воют твари. Он вынул клинок. Все было как Альхор и подозревал. Она не умела обращаться оружием. Поэтому хоть и протерла клинок, а про ножны не подумала. После боя Яна положила клинок, не вытерев его. Альхор хорошо это запомнил. Яд стек в ножны. А теперь его предстояло достать оттуда. Пока он этим занимался, мысли то и дело возвращались к Яне. Его тянуло к ней. Тут сложно было что-то отрицать. Но он хорошо понимал, что такая девочка не для него. Портить ее? Тащить за собой на дно? Это лишнее.

Очистив клинок и ножны от яда, он вернул его на место. Яна продолжала тихо всхлипывать.

– И зачем столько плакать? – он вздохнул и лег рядом. – Тихо. Это лишь сон.

Он прикоснулся губами к ее щеке.

– Вся соленая стала от своих слез.

– Не надо меня переубеждать. Я замужем. Я и так буду играть по вашим правилам. Не надо. – сквозь сон прошептала Яна.

– Спи, – усмехнулся Альхор.

Глава 4.

Утро было тяжелым. Яна еле заставила себя подняться. Рукой было не пошевелить. От боли наворачивались слезы. Половина лица была фиолетово-черной. Шея в синяках. Она не пошла на завтрак. Горло болело так, что невозможно было глотать. Разговаривала она с трудом. В конце Яна впала в полусонное состояние. Они собирали хлопок, когда подъехал Иваныч. В его обязанности входило объезжать окрестные поля и проверять работу отрядов. Так что ничего не обычного в этом не было. Только в этот раз он позвал Яну.

– К шести вы должны вернуться в форт. Сюда движется стая тварей. С границы передали. Хлоповозки сегодня не будет. Мешки в яме спрячьте. Ты меня слышишь?

– Да.

– Что-то ты выглядишь неважно.

Яна лишь косо посмотрела на него, но промолчала. Она многое бы могла сказать, если бы не было так плохо. Жарко. Рубашка была мокрой от пота. Хотелось ополоснуться, но Яна боялась идти в душ, где вновь оказалась бы полностью беззащитной. Не став ужинать, она ушла сразу в землянку. Там она чувствовала хоть какую-то защиту. Или иллюзию защиты. Она, ни слова не говоря, забралась в дальний угол и закрыла глаза. Нужно поспать. Организм сам себя залечит. У нее хоть и не была такая сильная регенерация, как у ира, который уже и забыл о своих ранах, но тоже работала лучше, чем у обычного человека. Яна задремала. Обрывки сновидений будоражили ее сознание. Страхи и переживания выматывали.

– Второй отряд стройся! – грозный крик охранника разнесся по площадке. Яна даже подпрыгнула.

– Третий отряд, вылезай из нор!

– Чего они раскричались? – садясь и протирая глаза, спросила Яна.

– Играются. Тебя это не касается. – презрительно ответил Бык.

– Опять издеваться будут? Как по утрам что ли?

– Вроде того. – более дипломатично ответил Михаил.

– И зачем им это? Оскорблять, унижать? Они же сами становятся не лучше заключенных.

– Это психологический прием, показать, кто в стае главный, кто сильнее. Если тебя бояться, то не нападут. Будут бояться, значит не будет бунта. Тут только нужно палку не перегибать. Когда человек становится загнанным зверем, он от отчаяния бросается на врагов, даже понимая, что может проиграть. Поэтому нужно соблюдать эту тонкую грань. – ответил Михаил.