Текст книги "Заколка для Ворона"
Автор книги: Нина Баскакова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 27 страниц)
– Тогда почему ты это не сделаешь сам? – спросил Алик.
– Зачем? Родя с этой работой сам хорошо справляется. Правильно?
– Правильно. – подтвердил Родя.
– Молодец. Вот теперь можешь дальше идти играть. Дверца висит крепко. Сейчас ее немного докрутим, и точно не свалится. – закручивая шурупы, сказал Альхор. Родя полез в собранный шкаф. – Алик, я еще вчера мог тебя хорошенько тряхнуть, и ты бы мне все рассказал о своих делах. Но опять, зачем? Если ты не будешь пробовать свои силы, то не поймешь чего ты можешь, а что нет. Лучше сейчас это осознать, чем потом попасть впросак. Для этого и учатся в школе, которую ты так любишь прогуливать.
– Там неинтересно.
– Я это понял. Поэтому и молчу по поводу твоих прогулов.
– Ужин готов. – в комнату заглянул Даня. Родя с такой скоростью полетел на кухню, что чуть его не сшиб. Альхор есть с ними не стал. Сидел заколку крутил в руках. По окнам ударил луч света. Бабахнула музыка. Звук был такой сильный, что задрожали стекла.
– Это и есть шумные соседи, о которых меня предупреждали. – Альхор почесал переносицу и посмотрел на притихшую детвору. – В мою комнату не заходите, иначе плохо будет. Мать не будить. Вы все взрослые, самостоятельные. Отмоетесь сами. За мелким приглядите, чтоб он кран не свернул. Вещи в шкафу. Родю сами спать уложите. Ясно? Чего молчим?
– Ясно, а ты уходишь? – спросил Алик.
– Я вам в няньки не нанимался. – хмыкнул Альхор. – А вот вы няньками побудете.
Он ушел. Соседи довольно часто устраивали у себя дома такие дискотеки. Это он выяснил, поговорив с гостями, что приехали на это мероприятие. Вход стоил сто пятьдесят мачей. За эти деньги тебя обеспечивали литром суррогатного алкоголя и пакетом сомнительной дури. Тоже нашли где торговать. Сняли бы дом в красном квартале и развлекались. Так же пришлось доходчиво объяснять, что тут не место таким заведениям. Хозяин столь чудесного развлекательного клуба понял лишь с третьего раза. Главное, что до человека дошло. Музыка была сразу выключена, а гости вынуждены были уйти по домам. Разобравшись с соседями, Альхор вернулся к себе. Родя уже спал, а Алик и Даня сидели на кухне о чем-то разговаривали.
– Чего не спите? – спросил их Альхор, наливая чая.
– А ты ответь, чего с матерью?
– Перенервничала. Зеленоглазка слишком впечатлительная, от этого и страдает.
– Из-за меня? – прямо спросил Алик.
– Ты не центр мира. – одернул его Альхор. Подумал говорить или нет, но все же решил сказать. – Мы за вещами поднялись, а там ее милый изменяет.
– Один день нас дома не было, а они вконец расслабились. Обычно при матери они своих отношений не показывали. – Алик покачал головой. – Думали, что она тогда уйдет, а они лишаться бесплатной домработницы, да и кормила она их за свой счет. Они зарплату пропивали и на развлечения тратили.
– Ты знал, а матери не сказал. – Уточнил Альхор.
– Что бы это изменило? Все равно идти некуда. Она не замечала. А я после уроков в библиотеке сидел уроки делал да книжки читал.
– И долго ты книжники читал?
– Как в школу пошел. Вернулся как-то домой, застукал их. Они просветить меня решили. Я их тогда послал и в библиотеку свалил. Уж лучше теорию почитаю. Потом все книжки были перечитаны. Я уже во взрослую библиотеку перешел. Там читального зала нет. Книги на дом выдают. Тогда и возникла идея берлогу сделать, где отсидеться можно, до момента, когда мама возвращается.
– Идея интересная. Но сарай ваш сносить надо. Опасно там. Потом покажешь, как вы за стену попадали.
– Хорошо. – кивнул Алик.
– Время двенадцатый час. Идите спать. Или хотя бы вид сделайте, что спать пошли. Короче, идите в комнату.
– Накладывая себе кашу, велел Альхор. Они спорить не стали. Хорошо, что ребята умные оказались. Нянчиться с ними особо не надо. А то это утомляет.
Глава 15.
Крупные капли стучат по окну. Тускло светит лампа. Яна вначале не поняла, где находится. Мыслей не было, только спокойствие. Оно пугало, потому что было непривычным. Взгляд выхватывает светлые стены. Явно не кухня, к которой она уже привыкла. Повернувшись, она увидела Альхора, который сидел, разложив свои иголки и баночки. Он увлеченно был занят делом. Казалось, он ничего не замечал вокруг. Но Яна знала, что это не так. Альхор все подмечает. Даже то, что она просунулась, но виду не подает. Теперь они получаются вместе. К этой мысли надо привыкнуть. За неделю перевернул ее жизнь с ног на голову. Ворвался вихрем, расставил все как ему удобно и сидит довольный. По губам скользнула легкая улыбка, почти неуловимая, но она ее увидела. Странный человек. За всю жизнь она не встречала никого на него похожего. Мягкость, сочеталась с жесткостью и даже жестокостью. С одной стороны, он мог помочь, с другой – раздавить и пустить по миру. Она видела, как он уничтожал врагов, но видела как и протягивал руку помощи. Например, тому же Ларю, которого после увольнения вряд ли бы куда взяли. Самое интересное, он ни на кого не оглядывается. Ему все равно, что о нем подумают. Самоуверенность? Нет, скорее грубый расчет. Яна заметила, что Альхор разбирался в людях. Видел кто на что способен и предсказывал реакцию на свои действия. И вот она у него в доме. А что дальше? Ясно же, что ему просто нравится с ней играть. Она не строила иллюзий. Давно вышла из этого возраста. Сейчас он ей предлагает поддержку. Помощь. Как и тогда. Нужно воспользоваться, потому что без него она не выживет. А потом судьба опять разведет их дороги. Она знала это. Он и не обманывал ее никогда.
– Который час?
– Час ночи. – не отрываясь от своего занятия, ответил Альхор.
– Прилегла на пять минут называется. – Яна села, протирая лицо.
– Ты устала. Это вполне понятно. Мальчишки спят. Алик с Родей на одной кровати пока, Даня отдельно.
– Вы хоть поели?
– Все сыты, умыты, живы и здоровы. Халат на диване. – уже не скрывая улыбки, ответил Альхор.
– Предусмотрительно. – забирая халат, сказала Яна.
– Привычка все держать под контролем.
– Пойду детей проверю.
Непривычно было идти по такому большому дому. После ее однокомнатной квартире, здесь были настоящие хоромы. Дети тихо сопят. На кухне стоят забытые чашки. Дом оживал. Еще недавно он был холодный, одинокий, но теперь они приносили в него жизнь. Яна поставила воду для чая и пошла в душ. Тяжелый был вчера день. Хотелось его смыть и забыть страшным сном. Когда она вернулась в комнату с кружкой чая, Альхор уже убирал свои банки и иголки в сейф.
– Люблю когда ты улыбаешься. – сказал он, закрывая сейф. И когда только увидел. Яна не заметила, чтоб он смотрел в ее сторону.
– У тебя здесь спокойно. В доме приятно находиться. Или это из-за того успокоительного чая.
– Обычная валерьянка заставляет улыбаться разве только кошек. Я не заметил чтоб ты была из семейства кошачьих.
– Тогда не знаю причину спокойствия.
– Может, потому что я рядом? – он посмотрел на нее. А ведь его слова не были хвастовством. Просто факт. Поиск причины.
– Может быть. – Яна пожала плечами.
– Иди сюда.
– У меня чай. – предупредила Яна, но все же подошла.
– Нашла чем напугать. Твой чай можно куда-нибудь поставить. – забирая у нее кружку и ставя ее на сейф, сказал Альхор. На его губах играла ленивая улыбка. Он рассматривал ее лицо, словно пытался что-то найти или понять. Пальцы скользили по ткани халата. – Ты хоть вспоминала обо мне?
– Иногда. Редко. – у нее перехватило дыхание, когда он случайно коснулся ее кожи.
– А ты мне в душу запала. Из всех запала только ты. – обнажая ее плечо, тихо сказал Альхор. – Я так и не могу понять почему.
– Играешься? – чувствуя, как начинает возбуждаться, спросила Яна.
– Нет, теперь я к тебе приставать буду. – он наклонился к ее губам, одновременно развязывая пояс халата. Яна почувствовала, как его пальцы прошлись по ее телу. Яна невольно прижалась к нему. Его поцелуи вызывали в ней какие-то странные эмоции. Мысли уходили. Оставалось лишь желание гореть в его руках. Альхор же был каким-то ледяным. Она не заметила, когда Альхор снял свою водолазку. Только почувствовала его холод, своей разгоряченной кожей. Она отвечала ему, путаясь пальцами у него в волосах. Теряла себя, не понимая, как обычные поцелуи могут сводить с ума. Такого ведь не должно быть. Его прохладное тело не остужало ее. Нервы были обострены, каждое его прикосновение отзывалось болезненным напряжением, которое уже невозможно было терпеть. До слез в глазах. До тихих всхлипов и шепота.
– Я больше не могу. – Яна говорила правду. Ноги дрожали. Тело отказывалось ей подчиняться, польстившись на ласки Альхора.
– Какая ты нетерпеливая, – усмехнулся Альхор, увлекая ее на пол и избавляясь от одежды.
– Я...
– Ничего не говори. Я все понимаю. – тихо сказал Альхор, видя, как темнеют ее глаза, ощущая, как она выгибается ему навстречу, увлекая за собой, в полет или скорее падение с большой высоты. И он не мог отказаться от этого.
Сложно приходить в себя, после всех эмоций, после того, как чувствуешь себя разбитой и одновременно живой. Обновленной. Яна лежала и никак не могла поверить, что все произошедшее не было фантастическим сном, а было реальностью. Альхор лежал рядом, подперев голову рукой, и водил пальцами по ее животу, периодически поднимаясь к груди и спускаясь вниз.
– Не понимаю, почему с тобой я такая. – тихо выдохнула Яна.
– А какая обычно? – спросил ее Альхор.
– Сдержанная.
– Ты это сказала таким тоном, будто извиняешься.
– Немного неудобно.
– В постели нет места таким словам. Стесняться того, что тебе было хорошо – глупо. Я понимаю, что опыта у тебя маловато несмотря на десять лет брака, но...
– Не вспоминай. – Яна покраснела и отвернулась.
– Тебе изменять можно, а ему нет? – развеселился Альхор. – Ты несправедлива.
– Но не с Колей же!
– Это личное дело каждого кому с кем спать. Скажем так, дело вкуса. У каждого свои тараканы и пункты, что он приемлет, а что нет. Если эти тараканы не трогают меня, то мне они безразличны. Пусть хозяин с ними мучается. Все было по обоюдному согласию. Никто никого не насильничал. Ну развлекаются они так и пусть развлекаются. Вот мне с тобой нравиться играть. Им друг с другом. Какая разница?
– Большая.
– Честно – никакой. Меня больше задело, что они мальчишку к улице подтолкнули, но это дело прошлое. Прижился, справляется и ладно.
– Как ты можешь так спокойно говорить?
– Потому что видел много. Поэтому и могу говорить как есть.
– А ты тоже?
– Чего тоже? – Спросил Альхор, наблюдая, как стремительно краснеет Яна.
– Так же.
– Меня только женщины интересуют. И с одной женщиной, а не с несколькими.
– И такое бывает?
– Всякое бывает. Интересно же экспериментировать. Главное, чтоб все в меру было.
– И?
– Ты бы договаривала свои вопросы. Я же не умею мысли читать. – хмыкнул Альхор.
– Почему не с несколькими?
– Мозги у меня так устроены, что я могу думать о десятки совершенно разных дел одновременно. Но в постели зацикливаюсь только на одной женщине. Вторая обиделась, что я ее не замечаю и ушла. Лучше найти одну горячую девочку, которая удовлетворит все мои вкусы и потребности, чем десяток ни о чем. Я ответил на твой вопрос? – Яна только кивнула. – Тогда продолжим на чем мы остановились. Не смотри на меня так удивленно, я еще даже не начинал развлекаться, а ты уже все закончить хочешь.
Она уснула. Что-то хотела ему сказать и уснула, на полуслове. Теперь она точно его запомнит. Четыре утра. Альхор перенес ее на диван и укутал одеялом. Пусть спит. Не удержался, провел рукой по ее щеке. Даже не пошевелилась. Крепко спит. Он ее все-таки вымотал. Интересная, горячая девочка. Но обычная. В ней не было ничего такого притягательного. Стандартный набор из красивых глазок, немного глупости, наивности, сдержанности и пылкости. Ему попадались такие девочки. Одна, две ночи. Может неделя. Потом легко найти другую. Они же все похожи. Михаил это понял сразу и предупреждал его. Нет в ней ничего интересного. Обычная зеленоглазая девочка. Никакой загадки. Может чуть горячее чем другие, но это тоже легко объяснить. Сколько она одна! Вот и изголодалась по ласке. Он это давно почувствовал. Больно уж легко она сдалась.
Холодный душ. Все равно сна нет. Пройтись по щекам бритвой. Обычная. Он должен почувствовать разочарование. Это было бы логично. Предсказуемо, понятно. Но разочарования нет. Ему все так же нравится ее улыбка, которая делает мягче черты лица. Все так же притягивает зелень глаз, которая меняется от настроения. Становится то спокойной зеленой травою, то ярким насыщенным цветом, которого он в природе просто не встречал. Все так же хочется касаться ее. Она продолжает манить его. И непонятно почему. Должно же быть этому явлению логичное объяснение! Но его не было. Тут была бессильны логика и знания. Это было фактом. Таким же обычным явление, как восход солнца через три часа и вторая бессонная ночь, которую провел Альхор. Теперь хотя бы не так скучно по ночам не спать. Он улыбнулся, вспомнив Яну. Может хватит ломать голову над загадками и просто принять это как данность?
Яна ему нравится. С ней интересно, хотя это и не объяснимо, приятно. Почему просто с этим не смериться? Бывают же в мире необъяснимые явления. В последнее время они проявляются все чаще и чаще. Например, бессонница или быстро взрослеющие дети. Может это из того же разряда? Надо Михаила спросить, что он думает по этому поводу. Должны же быть какие-то исследования на эту тему. Почему один человек притягивает другого без видимых на то причин. Это ненормально и нелогично.
На кухне открылось окно. Тихо, но он услышал как щелкнула задвижка. Альхор вышел из ванны. Темно. Свет везде выключен. Но и ему не нужен свет. Он давно привык хорошо видеть в темноте. Прислонился к дверному косяку.
– Зачем уходить через окно, когда есть дверь? – спросил он. – Я же тебе говорил, что держать не буду.
Фигурка замерла. Стоит, не шевелится.
– Или ты думаешь мне жалко продуктов, что ты решила стащить? Забирай. Дверь в другой стороне, а окно закрой. На улице осень, а не лето. – Альхор включил свет, и поставил чайник.
– Я пойду?
– Иди. Или давай чаю попьем. А потом пойдешь. Там погода сырая. Когда еще удастся горячего попить? Костер просто так не развести. Да и ненужное внимание привлечет. Так ведь?
– Так.
– Чего ты боишься? Днем смелее была. Дерзила даже, а сейчас дрожишь, как мышонок? Я не ем маленьких девочек. У меня зеленоглазка есть. Даня, Даня, а на самом деле ты Диана?
– Дана. А давно поняли?
– Сразу. – Альхор налил чай в кружки. – тогда же, как понял, что Вася – это Василиса. Так проще избегать ненужного внимания, которое будет к уличной девчонке. Я прав?
– Да. Сами все знаете.
– Зачем тогда туда возвращаться? Сейчас зима наступит. Холодно будет. А тут тепло. И продукты есть.
– Заманчиво слишком. На ловушку похоже.
– Похоже. Но это не ловушка. Мне нет смысла тебе делать какие-то гадости. Я такими вещами не занимаюсь.
– Тогда зачем уговариваете остаться?
– Я не уговариваю, а предлагаю. – поправил ее Альхор. – Потому что дети не должны жить на улице. Вот вырастишь и делай что хочешь. К тому времени у тебя будет хотя бы гипотетическая возможность дать отпор. А так, тебе только прятаться и бояться остается. Разве это правильно? У детей должен быть дом, кровать и тарелка с едой. Не должно быть, чтоб дети думали где будут спать и что есть. Это неправильно.
– Прям такой добрый дяденька. – Дана не поверила ни одному его слову. Она отвернулась, делая вид, что изучает кухонный шкаф.
– Ты меня раскусила. Меня интересуют твои таланты. Это ты же поставила жучок в министерстве?
– И не только там. У вас защита никакая. Взламывается за пятнадцать минут.
– Ты мне ее улучшишь.
– Мне больше делать нечего?
– За деньги. Я предлагаю тебе работать на меня. Все честно. Предлагаю тебе задания, ты решаешь браться за них или нет. Например, усилить защиту министерства – это пятнадцать тысяч мачей. – Альхор усмехнулся, заметив, как загорелись ее глаза. – Плюс мое покровительство. Прятаться больше не придется.
– И от опеки?
– Тяжело было в приюте?
– Там не сахар.
– Понятно, что не сахар. Сколько тебе лет?
– Одиннадцать.
– Я думал больше. – разглядывая девчонку в дурацкой вязанной шапочке, ответил Альхор.
– Почему?
– Потому что ты мне врешь. И я и ты оба это знаем. Тебе больше чем одиннадцать. Ты мелкая девчонка, вот и косишь под подростка.
– Одиннадцать. – упрямо ответила Дана.
– Больше. Тебе лет четырнадцать, если не шестнадцать. А ты заешь, что с пятнадцати лет можешь официально работать по два дня в неделю. С шестнадцати три – дня.
– Как будто кто возьмет на работу. В области безработных много. Все места забиты.
– Значит узнавала. – Альхор рассмеялся. Легко попалась. – Так сколько тебе?
– Пятнадцать. – Дана тоже это поняла.
– Откормить тебя надо, еще подрастешь и расцветешь.
– Меня и так все устраивает.
– Конечно, выглядеть полуживым цыпленком – это мечта всех девушек твоего возраста.
– Как будто вы знаете, о чем девушки там мечтают.
– Хорошо, ты у нас девчушка необычная, поэтому мечтаешь о доме, которого у тебя нет. Будешь там хозяйка сама себе. Потом скорее всего о мастерской, чтоб спокойно работать. На это ты и жить собираешься.
– Алик рассказал?
– Я же сказал, что знаю о чем думают цыплята и о чем мечтают. Как цель будет достигнута, будешь мечтать о принце. Но эта мечта еще далеко спрятана. Где-то там. Но она есть. Просто пока не до нее. Что ты на меня так настороженно смотришь?
– Я все равно уйду.
– Иди. Там как раз дождь начинается. Может лучше дождешься более сухой погоды? – предложил Альхор. – А пока ждешь, давай утром третью комнату разберем – твоей сделаем?
– Мне с мальчишками спокойнее.
– Дело твое. Только зря меня боишься. Ты мне по возрасту во внучки годишься. Я иногда по поводу зеленоглазки-то думаю куда лезу. Разница в возрасте все же чувствуется. Около двадцати лет у нас с ней получается? – Альхор на миг задумался. – Где-то так. А ты на себя еще думаешь дитя дитём.
– Но...
– Меня даже ее глупость не раздражает, наивность, доверчивость. Ее же обмануть ничего не стоит. Но почему-то не хочется. – Альхор вздохнул. – Всегда такие черты в женщинах раздражали. Это все-таки что-то необъяснимое.
– Это вы о чем?
– Пытаюсь понять чем меня так зеленоглазка пленила. – улыбнулся Альхор, доставая запасные ключи с полки в кухонном шкафу.– Ладно. У тебя там свои планы были. Дверь открытой не оставляй. Мало ли кто забредет.
– А зачем ключи?
– Люди обычно уходят и приходят через дверь, а не в окно лазят.
Альхор ушел в комнату. Он слышал, как Дана вернулась в комнату. Значит все-таки останется. Понятно, что мозги у нее есть, иначе она бы не выжила в этом мире.
Глава 16.
Утро. Первое что почувствовала Яна – это боль во всем теле. Как будто мешки грузила. Несмотря на это, на душе легко. И чувствовала она себя отдохнувшей. От воспоминаний о прошедшей ночи заалели щеки. Захотелось забраться под подушку и долго оттуда не вылезать. Но пора вставать. Она и так много проспала. Халат лежит сбоку. Она даже не помнила как оказалась на диване. Колени разбиты. Уже начали заживать, но времени прошло слишком мало. Пол все-таки не самое приятное место для любовных игр.
Она пошла умываться. В детской никого. Быстро она эту комнат стала считать детской. Все на кухне. Завтракают. Стоило ей появится в дверях, как четыре пары глаз уставились на нее. И тишина.
– Чего-то случилось? – Яна невольно оглянулась. Никого за спиной не было. – Не надо на меня так смотреть.
– Ты на принцессу похожа из сказки. – Первым нарушил молчание Родя.
– Или на фею. – добавил Даня.
– Да ну вас. – отмахнулась Яна.
– Непривычно тебя видеть с распущенными волосами. – более дипломатично сказал Алик.
– Если мне отдадут мою заколку, я их вновь соберу. – Яна посмотрела на Альхора. Он сидел и крутил ее гребень.
– Нет. Так тебе больше идет. – ответил Альхор, даже несмотря на нее. Только на губах продолжает играть легкая улыбка.
– Что у вас на завтрак?
– Каша на молоке. Я варила, поэтому это съедобно.
– Даня вкусно готовит. И она девочка. – добавил Родя.
– А они готовить совсем не умеют. – хмыкнула Даня. Девочка? Ладно, Яна решила, что позже во всем разберется. Пока же надо позавтракать.
– Раз все в сборе, давайте обсудим как жить дальше будем. – сказал Альхор. – Люди здесь все самостоятельные, поэтому скидку на возраст делать не буду. Если хотите свободы, то и ответственность делите наравне со взрослыми. Что касается дома. Хоть его весь разнесите, но в мою комнату, кроме Яны никто заходить не может. Мне все равно, хоть пожар здесь будет, хоть потоп. Исключений никаких не будет. Яна, особенно это касается Роди и его любопытного носа. Видеть его я в комнате не хочу. Я ясно говорю? Надеюсь, это дружное кивание означает да. Идем дальше. Даня живет у нас. Это тоже не обсуждается. Алик и Даня переходят на индивидуальное обучение. И за посещением занятий я буду следить лично. Никаких больше подкупов учителей и липовых справок.
– Про учебу мы не договаривались. – хмыкнула Даня.
– Теперь договорились. Или ты думаешь, что все знаешь и все умеешь? Если так, то ты через чур самоуверенная. И последнее, я не сплю по ночам. Поэтому могу ходить по квартире дверями стучать. Так что, к этому придется привыкнуть. Раз закончили с завтраком, то идите дорабатывайте вашу скороварку. Мелкий под вашей опекой.
– Ты ими командуешь, как солдатами. – заметила Яна, когда детвора дружно повскакивала со своих мест.
– Ты молчала и не возражала. Я думал, что будешь. – Альхор отошел от окна и сел рядом с ней.
– Буду. Но не цапаться же нам на глазах у детворы. Да, и авторитет такого генерала попирать негоже. – ответила Яна, усмехнувшись. Она сидела и мешала ложкой чай, готовясь услышать неприятные слова. – Можно советоваться со мной, что касается в воспитании детей.
– Не всегда. – заколка в его руках, так и замелькала. Яна не выдержала и накрыла ладонью его руки. Он посмотрел на нее. – Я тебя никогда не пойму. Сложно просчитать твою реакцию на те или иные слова.
– Не все всегда можно просчитать. Альх, я тебе уже говорила, что не справляюсь с Аликом. Тебе удалось найти общий язык с ним. Это хорошо. Пусть я не разделяю методов твоего воспитания, но если они его не угробят и не заведут в Латрас, я не против. Отойду в сторону. Тяжело признавать, что из меня воспитатель вышел никудышный, но это так. Я не справилась. Может получится у тебя.
– Я не буду советоваться по каждому чиху.
– Знаю. Ты одиночка, привыкший рассчитывать только на себя. Для тебя все это чуждо. Мы об этом уже говорили десять лет назад. Я знаю, что пройдет какое-то время, и ты уйдешь. Тебе надоест эта рутина. Сейчас для тебя все ново, не обычно. Позже все эти мелкие проблемы тебя начнут раздражать. Они не для твоих мозгов. Тогда ты и уйдешь. – Яна вздохнула и убрала руку. Отпила чаю. – У меня только три просьбы к тебе. Когда придет это время, сделай так, чтоб мне не пришлось бояться твоих врагов, что решат отомстить мне вместо тебя. Второе, чтоб дети слезы в подушку не лили. Не знаю, как тебе это удастся, но ты сможешь. И третье, этот дом останется за мной.
– Не такая уж ты и глупая. – опять на губах играет улыбка. А сам смотрит на свои пальцы.
– Я научилась не биться головой об стену, когда понимаю, что эта стена мне не по силам. – усмехнулась Яна. – Я сегодня с подругой встречаюсь.
– Возьмешь в свою компанию Даню? Девчонке надо вещи купить, да и в женской компании побыть не помешает.
– Возьму. Как ее настоящие имя?
– Дана. Но упрямо Даней называется. Привыкла за несколько лет.
– Ясно.
– Девочка сложная.
– У нас с тобой все дети сложные. Я уже привыкла. – Яна поняла, что именно она сказала, только когда произнесла. Она переглянулась с Альхором. Оба одновременно усмехнулись, но промолчали по поводу этой оговорки.
– Денег на вещи я дам. Думаю и вам нужно что-то купить. Не поедем же мы второй раз к твоему милому.
– Мне вчера хватило.
– Вот и я о том же думаю. – согласился Альхор. – Я тогда Алика с собой возьму.
Через час Альхор и Алик уже выходили из дома.
– И куда мы?
– Ты мне покажешь, как вы попадали за стену. – ответил Альхор.
– По канализации. Там люк есть. Он за мусорным баком.
– На канализационной трубе должна быть решетка, которая защищает от проникновения тварей внутрь.
– Ее давно выбили помоишники. Ребята рыскают по помойке в поиске приборов, что можно починить, деталей. Мы с Даней там тоже бегали.
– Ты все знаешь выходы из города или только этот?
– Все.
– И решетки на всех выбиты?
– Из десяти, только на двух стоят.
– Сейчас заедем к дяде Федору, пусть он займется починкой решеток.
– Сегодня выходной.
– И что? А если твари через час нападут? У нас проблемы будут. Надо будет по всей области люки проверить. Да и стены не помешает проверить. Мы с тобой этим и займемся. – сказал Альхор.
Федор вначале обрадовался, когда Альхор появился на его пороге, но когда узнал по какому вопросу, скис. До самого вечера Альхор гонял все службы, что были поднятые по тревоги, устраняя проблемы в обороне. Когда они вернулись домой Алик валился с ног, усталый и замученный. У него хватило сил, чтоб сходить в душ и доползти до кровати.
– Ты чего с ребенком сделал? – спросила Яна Альхора, заглядывая в комнату. Альхор собирал третью кровать, которую привезли днем.
– Ничего. Набегался на свежем воздухе вот и устал. – усмехнулся Альхор. – А вот что ты с Родей сделала? Он глаза трет.
– Ходить по магазинам такое же утомительное занятие, как и по стенам лазить. О вас на каждом углу сегодня говорили. И не совсем лестные слова.
– Вот будет нападение тварей, тогда они меня другими словами вспоминать будут. – ответил Альхор.
– Три года назад последний раз был гон тварей.
– Скоро опять начнется.
– Альх, откуда ты это знаешь? – спросила Яна.
– Чувствую. – спокойно ответил он.
– Альх...
– Для тебя Альхор. – сразу одернул Даню Альхор.
– Но Яна зовет тебя так.
– Ей можно, а другим нельзя.
– Почему?
– Потому что я так хочу.
– Альхор, я доделала скороварку.
– Хорошо. Оставь ее на кухне. Потом посмотрю, что получилось. По результатам будет и оплата. Мне еще нужны чертежи. К завтрашнему обеду.
– Сделаю. Но тут помощь Алика нужна. Он чертежи искал, а я дорабатывала.
– Значит, завтра Алик сделает тебе чертежи. Вот по этому я и говорю, что тебе нужно учиться. – сказал Альхор.
За ужином детвора клевала носом. Поэтому, Яна не удивилась, что к девяти вечера они уснули. Она сидела в комнате рядом с Альхором. Тихий и спокойный вечер. Таких вечеров у нее не было давно. По логике, она должна была его бояться, а вместо это спокойно сидела и наблюдала, как Альхор точит свои иголки. Самое страшное, ее это не пугало. Не правильно. Такого не должно было быть, но она ничего не могла с этим поделать. Она верила ему и не боялась его. Осталось лишь смириться с этим.
– Яна, а кто отец Роди? – спокойно спросил Альхор. Так спрашиваю о погоде, или интересуются, что будет на ужин. Вроде интересно, но не так уж и важно. Как тема, что нарушает затянувшееся молчание, перед другим более серьезным разговором. Яна усмехнулась. Интересно, он это спросил для общего сведения? Скорее всего так. Собирает информацию о возможных проблемах.
– Я не знаю. – ответила она, забираясь с ногами на диван. Альхор посмотрел на Яну, но промолчал. Некоторое время они сидели молча.
– Я все равно должен знать. – убирая свои баночки сказал Альхор.
– Его отец никогда не появится. Он умер еще до его рождения.
– А мать? – Альхор сел рядом с Яной вытянув ноги.
– Догадался?
– Это ведь Марта.
– Ты и так все знаешь. Зачем ворошить прошлое?
– Не все. Это лишь догадки.
– Альх. – она посмотрела в его глаза. Все равно выпытает правду. Отмолчаться не получится. – Хорошо. Я расскажу правду, но больше мы к этой теме не возвращаемся. Второй ребенок, неожиданный. Думала, этот ребенок только укрепит брак. Алик же не был сыном Павла. Он был не в курсе этого, но меня постоянно мучило чувство вины. Беременность тяжело проходила. К этому времени брак с Павлом начал давать трещину. Ребенок родился раньше времени и прожил не больше часа. Марта вместе со мной лежала в палате. Обычная девчонка с тяжелой судьбой. Податься ей было некуда, вот она и пошла в красную зону. Знаешь, как бывает. Хотела подзаработать и уйти, но ее затянуло в это болото. Потом стала любовницей одного мужика. Есть такие, кто снимает квартиру, деньги дает, но чтоб только с ним была. Она забеременела. Он от ребенка отказываться не стал. Обещал обеспечить. Потом умер. Резко и внезапно. Сердце остановилось. Марта и осталась одна и беременная на таком сроке, когда на аборт уже не пойти. Решила родить и оставить ребенка в приюте. А сама хотела вернуться к прежнему образу жизни. Только это все легко решать, когда не видишь малыша. Стоит его взять на руки и просыпается материнский инстинкт. Тяжело представить, что ребенок будет один выживать в этом мире. Без твоей помощи. Я тогда свое горе оплакивала, она свою глупость. Оставить ребенка она не могла. Идти некуда. Я помочь не могла, потому что сама на птичьих правах. Тогда и пришла идея взять мне малыша к себе. Дали взятку врачу, она и записала Родю на меня. Я тогда много сил потратила. Болячки вылезали. Лечить не могла ни себя ни Родю. А он часто болел. Слабенький. Было время, когда с Павлом ругались до такой степени, что он назло денег не давал. Выручала Марта. Два года назад мы с Павлом разошлись. Как раз еще и Коля появился. Я ничего про Родю ему не сказала. Может сам почувствовал, а может и к родным бы детям так относился. Ему все равно было. С другой стороны, я его два раза обманула. И сильно.
– Он сам обманулся, потому что это ему было выгодно. Или он дурак. – сказал Альхор, перебирая пальцами заколку.
– В отношениях нет места лжи.
– Конкретно в нашем с тобой случае, лучше ты не все будешь знать. Иначе спать перестанешь по ночам. Тебе меня обмануть не получится. Хотя тебе и не захочется этого делать.
– Почему?
– Тебе нравится мне доверять.
– Альх, ты через чур самоуверенный человек.
– Это только выводы на основе наблюдений. – он бросил на нее лукавый взгляд. – Мне нравится, когда у тебя горят глаза. За эту зелень можно многое отдать.
– Альх. – Яна вздрогнула, когда его пальцы прошлись по ее щиколотке, нагло поднимаясь вверх.
– Меня так зовут. Все верно. –развязывая пояс халата, усмехнулся Альхор.
– Мы только вчера...
– Я слишком долго ждал, когда ты будешь в моем распоряжении. – забираясь к ней под халат, ответил Альхор.
Будильник заставил проснуться. Она была одна. Халат лежал на спинке дивана. Она почувствовала, что Альхора не было дома. Он ушел. Яна даже не слышала когда это случилось. Он ее так вымотал, что она уснула, провалившись в глубокий сон. Нужно было собрать Родю в сад, приготовить завтрак. Началась очередная рабочая неделя. Пусть ей тревожно, где он и что с ним. Только это ее переживания. Она ему их не покажет. И так теперь будет всегда. Но ведь она ни к этому стремилась. Яна стояла с кружкой чая и смотрела как завтракают дети. Теперь их у нее трое. Большая семья. Все сложные, с проблемами. Какая-то пародия на семью. В детстве она часто представляла, как у нее будет любящий муж, дочка и сын. Они будут вместе завтракать, потом расходиться на работу, а дети в школу. Вечером все будут собираться за ужином, рассказывать, как прошел день. Дети хвастаться успехами. Они будут вместе проводить выходные, куда-то ходить. Дружная семья, как на картинке. Это была ее заветная мечта. Когда слышала, как ругались родители, она представляла именно эту картинку. У нее дружной семьи не было. Потом родители разошлись. Мама решила начать все сначала. А в новой семье место для Яны не нашлось. Это как-то само получилось. Никто ее не попрекал, ничего ей не говорил, но она чувствовала себя чужой. Ненужной. Когда ей предложили поучаствовать в исследованиях, а заодно и предложили работу, Яна легко согласилась. Она уехала и после этого с матерью не общалась. Тут некого винить. Такое иногда тоже случается, когда родные люди становятся чужими.
