Текст книги "Командор. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Никита Киров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 3

Король-Спаситель (дата рождения неизвестна, примерно 519 г. – дата смерти 537 г.) – настоящее имя неизвестно. Основатель и лидер деструктивной технофобной секты…

Поднял религиозный мятеж против Таргина Великого во время Войны Небожителей. Был убит в бою будущим императором Павлом Громовым.

По некоторым данным – Небожитель.

Справочник «Религиозные течения Юнитума». Гуманитарный университет Урбуса.

Анатолий Варга за свою долгую жизнь успел побывать не только имперским генералом, но и Наблюдателем, то есть правителем Огрании и главой одного из восьми Великих Домов империи. Это в прошлом, но всё равно это большая честь для любого. А ещё он был имперским генералом.

Мы вдвоём сидели в большой столовой, отделанной красным деревом, за огромным столом, заставленным горящими свечами.

Кроме нас двоих в помещении никого не было. Станислав отправился повидать сестру и с нами не присутствовал. Входили только слуги, чтобы принести новые блюда, но ненадолго, уходили сразу.

Северная кухня не походила на то, что мы ели на юге и в центральной части империи, и тем более не напоминала Дискрем. Здесь было очень много мяса, в основном жареной дичи, и немало вина.

– У меня плохие зубы, – пояснил патриарх семьи Варга, когда перед ним поставили маленькую тарелку с кашей. – Могу есть только такое, поэтому отчаянно тебе завидую.

Его скрипучий голос был слышен хорошо, хотя я сидел с другой стороны длинного стола.

Передо мной стояло первое блюдо: поданные прямо с жара куски куски мяса с овощами. Я тут же подцепил один кусочек на вилку и разжевал. Да, после сухих пайков такое вдвойне вкуснее. Соли в меру, вкус яркий, само мясо мягкое, хотя вкус не распознал.

– Я удивился, – начал я, прожевав кусочек, – когда вы отказали генералу Рэгварду и адмиралу Извольскому, чтобы поговорить со мной.

– Рэгвард – хороший собеседник, мы с ним иногда играем в карты, – старик засмеялся. – Но только когда никто не видит, ха-ха. А Извольский знает все сплетни обо всех, а ещё пьёт так, что не пьянеет. Но наши с тобой дела важнее приятельских посиделок.

Передо мной стоял бокал красного вина, а чуть дальше тарелка с лёгкими закусками: мясная нарезка, икра на хлебцах, сыр. Но я ещё не покончил с основным блюдом.

Впрочем, долго оно не продержалось. Раз уж выдалась возможность поесть, ей надо пользоваться. Вдруг ночью снова в бой? Мы же десант, нас могут поднять по тревоге в любую минуту.

– Поэтому и люблю звать офицеров на ужин, – Варга хмыкнул, глядя на меня. – Никогда не скромничают, и у них всегда хороший аппетит.

– Во Фледскарте ели всё, что попадётся, – сказал я.

– Вражья пропаганда во весь голос кричала, что имперская армия съела там всех кошек, собак и крыс, – старик скрипуче засмеялся.

– На то она и пропаганда, – произнёс я. – Врут без зазрения совести. Зато сепаратисты выставляли себя борцами за справедливость, – добавил я, чувствуя раздражение. – Показали на камеру, как ухаживают за моим раненым бойцом, а потом зарезали его.

Услышав злость в своём голосе. До сих пор помнил, как прирезали Штыка у меня на глазах.

– Их же за это наказали? – спросил Варга, глядя на меня исподлобья.

– Разумеется.

– Возмездие приходит с севера, – добавил он. – Так говорили у нас раньше. А возмездие Небожителя сильнее вдвойне.

Старик замолчал, когда вошёл слуга, который принёс ещё одно блюдо с цыплёнком. Сам цыплёнок будто был сплющен чем-то тяжёлым, когда жарился, поэтому плоский. Зато сочный и вкусный.

Я не отказался и от этого. Отломил бедрышко, запил из бокала. Голод утих, пора говорить о сути дела.

– Вы обо мне знаете больше, чем остальные, – произнёс я, взяв салфетку.

– Понял, что случилось, когда дошли слухи об извержении вулкана, – сказал он. – Но это – не Таргин, у него нет таких сил. Ты нашёл душу Моктара? Это Чёрный Волк умел управлять магмой. Я много знаю о Небожителях. Мой отец был большим специалистом в этом.

– Я слышал.

– Он был одним из них, из так называемого второго поколения Небожителей. Через много лет, когда исчезли все изначальные Неюожители, императоры Громовы захотели их силы и возможности жить вечно. Создали некоторых, чтобы проверить, насколько это опасно. Поэтому мой отец и некоторые другие обрели эту силу. Но ещё больше молодых людей умерло, включая наследников империи.

Варга почти не ел кашу, за всё время нехотя съел всего несколько ложечек. Зато много пил из стакана, при этом морщился, будто это было горьким. Это отвар каких-то трав, судя по сильному запаху.

– И люди не сразу поняли, что Небожитель может перехватить себе контроль. А когда узнали, то стало поздно, Таргин к тому времени получил себе тело и контроль над ним, – громко произнёс он. – И сразу развязал Вторую гражданскую. Подёргал за ниточки, надавил на больное, и она началась. Старик хотел вернуть себе трон.

– И что было дальше?

– Его убили с огромным трудом, а мой отец не хотел его нового возвращения. И готовил меня, чтобы уничтожить его навсегда. А я – подготовил тебя, Дмитрий.

– И как? – я смотрел на него.

Тот мой взгляд выдержал и смотрел на меня в ответ.

– Ко мне пришла императорская охранка, её агенты пытались меня обмануть. Говорили, что нашли душу Небожителя, который может спасти страну. И нашли подходящий носитель. Врали, глядя в глаза.

– Вы им не поверили? – уточнил я.

– Я же знал, что это секта Таргина, – старик пожал плечами. – А отец предупреждал, что пока душа Таргина жива, его последователи захотят его найти и вернуть любой ценой. Они живучие, как тараканы.

– И что было дальше?

– Я сделал вид, что я их союзник, – Варга усмехнулся.

После ужина он показал мне лабораторию своего отца, куда никого не пускал, и меня это заинтересовало. Его дом оказался более технически продвинут, чем казался, потому что здесь был современный электрический подъёмник, ведь старик не осилил бы спуск по ступенькам.

Мы прибыли в подвал, и он отличался от всего дома. Больше это напоминало бункер, способный выдержать взрыв игниумной авиабомбы. Стены мощные, из бетона, гудел генератор, да и двери такие, что могли выдержать что угодно. Толщина, как у брони крепости.

В небольшом помещении горел яркий свет. Мебели мало, зато много шкафов с книгами, некоторые очень старые. Старый стол из массива дерева завален бумагами. Здесь холодно, но не сыро.

И ещё здесь был алтарь со свечами предков. В основном все пустые, но одна из них горела серо-синим огоньком. Я подошёл к нему, но огонёк свечи отшатнулся от меня, как испуганный. Я не стал его касаться.

– Отца тоже боялись, – сказал Варга, наблюдая за этим. – Души мёртвых боятся эссенции пожирателя, что есть у тебя. Но мы не закончили… Я сказал им, что я их союзник, и они купились. Я предложил им подготовить носителя особым ритуалом, чтобы тело выдержало душу Таргина и не погибло. А на деле они внедрили тебе душу со способностью пожирателя…

Пожиратель… Такое я уже слышал. Об этом мне говорил сам Моктар, один из пожирателей, и я читал в книге отца Анатолия про таких. Их было всего трое, их имена записаны. И это значит…

Вот же дрянь. Или… не так и всё и плохо

– Вы вживили мне душу своего отца? – догадался я. – Душу Небожителя Яна Варга? У него тоже был пожиратель, он писал об этом. И для чего? Чтобы он сожрал душу Таргина?

– Это так, – подтвердил Варга, немного подумав.

Вот же зараза какая, но тогда многое сходилось. Душа Небожителя-пожирателя спала, пока я жил своей жизнью, но пробудилась, когда я встретил Таргина. И тот древний дух такого не ожидал, вот и попал в ловушку. Вот чего он испугался.

Что с тобой сделали, кричал он тогда. Он понял всё слишком поздно.

Таргин Великий ждал своего триумфального возвращения, но попал в ловушку. Такой был план. Очень старый план давно умершего человека, чья душа теперь у меня.

Но из этого вытекает другое.

– Стойте, – произнёс я. – Но если мне внедрили душу Яна, то после моей смерти… то это его личность исчезнет, а не Таргина. Он же был первым.

– Верно, – он внимательно посмотрел на меня, будто увидел впервые. – Ты прав.

– Что будет с другами душами, который со мной?

– Поглощённая душа сливается. Но если пожиратель не успеет поглотить Таргина, то его душа сможет найти новую свечу, и тогда он получит новый шанс. Так уже было раньше. Поэтому нужно держать это в тайне, командор Климов.

Точно. Ведь если это пронюхают те заговорщики, то просто меня застрелят.

Да уж, много чего я узнал. Но сейчас меня не волновали дела давно минувших дней. В голове было другое – как выпутаться из заговора, не дать Таргину получить тело, а ещё – как сражаться дальше. Вокруг слишком много людей, за которых я отвечаю. И страна, за которую сражаюсь.

А ведь будь этот старик на стороне сектантов, он бы уже меня отравил, и они бы получили своего бога. Он против них.

– Неплохо, командор, – сказал Варга с одобрением. – Признаться, ты хорошо изучил вопрос.

– Мне нужны детали, – потребовал я. – И подробнее. Я военный, имперский офицер. Но то, что происходит сейчас, не имеет со службой империи ничего общего.

– Но…

– Вы мне должны несколько лет жизни, которой я не помню, генерал, – твёрдо произнёс я. – Пусть она даже была в приюте, это моя жизнь.

Я не помнил, когда был ритуал, и что при этом происходило. Я вообще не помнил раннего детства. Но в голове что-то пошевелилось. Темнота, которую я видел недавно, из которой пробивались огни свечей, которую я видел недавно, когда говорил с Моктаром.

И я помнил, что тогда, в детстве, кто-то встретил меня там… и всё, больше ничего.

– Потеря памяти? – Варга удивился. – Так не бывает. Многие забывают ритуал, но чтобы несколько лет… это странно. Но я расскажу всё.

Старик с трудом подошёл к столу, скрюченными пальцами коснулся толстой тетради в коричневой кожаной обложке, а затем подошёл к мягкому стулу у стены и с трудом сел. Стул под ним скрипнул.

– Отец стал Небожителем, – начал он, – когда в детском возрасте в него вживили душу другого Небожителя, одного из тех, про кого неизвестно почти ничего – Короля-Спасителя. Безумного фанатика, отрицавшего прогресс. При жизни он захватывал способности других Небожителей, а после смерти выжигал разум отца, пытаясь захватить контроль над телом. Но отец победил.

– И что дальше?

– Личность Короля-Спасителя исчезла, но душа Небожителя осталась с личностью моего отца. Ведь так работает цикл. Но Таргин иной, ты бы погиб, а твоя душа бессильно наблюдала бы за тем, что происходит. Но не вышло. Сторонники Таргина поверили мне и провели ритуал, привязали к тебе душу отца. Они сами не поняли, как сделали ловушку для своего бога.

– И в чём заключается ритуал? Молитва предку? О возмездии?

– Не совсем, но схожий. Они провели ритуал, ты выжил, а отец сражается с Таргином снова, чтобы тот не вырвался и не уничтожил тебя. Он военный, как и ты. Один раз он его победил, и теперь продолжает своё дело даже после смерти.

Варга устало сидел, опираясь на трость. Я окинул взглядом помещение. На стене висело два снимка Яна Варга. На первом это ещё совсем мальчишка в старом мундире офицерской академии на фоне боевой ригги. На втором – решительный молодой мужчина, с его знаменитой повязкой на глазу, без правой руки. Искалеченный, но упрямый.

– Я думал, вы сделаете так, чтобы он жил вечно или переродился, – сказал я. – Это знаменитая личность.

– Он бы меня не простил за это, – старик развёл руками. – Да и он сам не стал брать твоё тело. Он принципиальный был, помнил, сколько людей отдали за него жизни во время войны. Но он понимал, что единственный способ уничтожить Таргина – заманить в ловушку. Он видел его сам и понимал, чем он опасен.

Он замолчал на несколько мгновений, подумав о чём-то. Взгляд стал туманным, смотрящим куда-то вдаль.

– И он понимал, что это сработает только после его смерти. Но всё равно пошёл в бой. Такой он был, – с едва заметной гордостью и грустью добавил он.

Я сел на стул рядом со столом и посмотрел на толстую тетрадь. Открыл и полистал несколько страниц. Почерк неровный, ведь Ян Варга был правшой, но правую руку потерял в молодости, поэтому писал левой.

Значит, это с ним я говорил тогда, перед Моктаром, и он удивлялся, что я ничего не помнил. Он не как Таргин, который внимательно и жадно следил за тем, что происходит. Ян Варга сосредоточился на своей задаче. Он только попросил помощи: силу, что закончить с делом своей жизни.

– Это первый вариант его монограбии, – сказал Анатолий, показывая на тетрадь. – Здесь есть и то, что он не рискнул включать в печатный вариант.

Я взял тетрадь. Я понимал ставки и всё остальное. Но над страной висит проблема намного больше и опаснее, чем Таргин.

Если уж на то пошло, древний полубог хотя бы не стал продавать империю заморским хозяевам. Впрочем, он залил бы её кровью, это точно. Как делал раньше.

– Почему у меня не было сил до того дня? – я задумался. – Король-Спаситель выжигал целые армии и города. Ян Варга растопил озеро зимой. Но до Таргина ничего такого я делать не умел.

– После того, как личность Короля-Спасителя исчезла, его душа сильно ослабла. Поэтому у тебя нет его белого огня. Но, – он наклонился ближе и прошептал: – тебе надо вернуть эту силу, чтобы бороться с Таргином на равных. Знать бы ещё, как это сделать.

– Почему сектанты выбрали именно меня? Они пришли к вам, когда уже знали обо мне.

Он думал долго, хмуря морщинистый лоб.

– Я не знаю, – наконец, сказал Варга. – Если бы знал, было бы проще. Знал начальник охранки, но его казнили. По какой-то причине ты подходил. Кровное родство с одним из изначальных Небожителей, очевидно. У самих Климовых его нет, но где-то в линии предков завёлся родственник Небожителя.

– Так никто и не знает, – я хмыкнул. – Но что дальше? Я борюсь с Таргином, и однажды он исчезнет. А в империи в это время творится бардак, который надо разгребать. И это куда опаснее.

– Этого мой отец не предусмотрел, – старик горько усмехнулся и взглянул на снимки. – С этим он нам не поможет. Ещё и Дискрем сумел создать своих Небожителей, будто нам было этого мало.

– Вы и это знаете.

– У меня осталось кое-какое влияние при дворе. А сохранить такую тайну невозможно. Целых два новых Небожителя с неизвестными силами.

Больше в подвале было нечего делать. Мы вернулись наверх, но не в столовую, а в гостиную, где горел огромный камин, откуда бил жар. Старик уставился в огонь, а я встал напротив, на мягкий ковёр. Слуг не было. Здесь никого не было, и двери плотно закрыты. На одной из стен вместо картин висела огромная карта мира.

– Главная беда в том, что на троне – не Громов, – произнёс Варга.

– Есть доказательства? – спросил я.

– Твёрдые. Cкоро об этом узнает вся империя. Настоящий Алексей Громов жив, его похитили, когда он был в Дискреме, слухи правдивы. Император Дискрема опасается, что тот, кто выдаёт себя за Алексея, однажды может стать неуправляемым, поэтому настоящего он держит в заточении. Хотя это больше похоже за золотую клетку, а сам Алексей считает, что так и надо. А если лже-Алексей отобьётся от рук, император Хардален покажет всем настоящего. Это его страховка.

– И кто это знает?

Старик прикурил сигару от большой спички, очень дымную и вонючую, но ему, похоже, нравилось. Он откинулся на спинку дивана и посмотрел на меня.

– Знаю я. Ведь Лёша, когда ещё был мальчишкой, жил на севере, я его хорошо помнил. Тот двойник меня не обманул. Это другой человек – это я тебе говорю точно. Но внешне не отличить никак. Может, это тоже способность Небожителя? Ведь нет никаких внешних отличий.

– Кто ещё знает? – настаивал я.

– Знает верхушка армии, включая Загорского и адмирала Климова. Знает служба безопасности. Знает разведка. Знает Владимир Громов, неудавшийся заговорщик.

Все те, про кого говорил Крыс. Хотя он сам тоже не владел всей ситуацией целиком, потому что не знал, что ложный Алексей – Небожитель.

– И в чём их план? – я смотрел на Варга.

– Они заплатили огромные деньги, чтобы подкупить ответственных лиц в Дискреме и сыграть на их противоречиях. Не всем там нравится влияние Хардаленов. Возможно, им удастся выкрасть настоящего Алексея. Возможно, Хардален сам его отдасть. А как только они заполучат его в свои руки, тут же поднимут мятеж.

– Владимир уже пытался взять власть и сместить императора.

– Он боялся не успеть и поторопился. Но наткнулся на тебя.

Старик посмотрел на меня и вдруг засмеялся, широко открыв рот.

– И ничего у него не вышло! – смеясь, добавил он и затем продолжил: – План у них простой. Сделать парня марионеткой и править самим. Может, даже снова вернут Великие Дома. Им нравится чувствовать себя знатью.

– Даже это хотят.

– И не только. В любом случае для империи настанут тяжёлые времена, но тут мы бессильны. Мы можем только сделать так, чтобы не стало ещё хуже. Поэтому боремся с Таргином. А он бы выжидал подходящего момента. Он был терпелив.

Мда уж, на войне было проще. Там хотя бы понятно, кто враг. Ну как сказать, враг там был везде, но рядом были люди, на которых можно было положиться. А сейчас?

Кого выбрать? Двойника настоящего правителя, назначенного заморским императором, но который себе на уме и играет сам за себя?

Или законного правителя, который будет марионеткой в руках тех, кто ради своих амбиций и наград потерял тысячи наших ребят, отправляя их в мясорубку безнадёжного штурма, наплевав на все правила военного дела. Лишь бы успеть первыми и выслужиться.

Потери армии во время штурма не озвучивались. Но я видел во Фледскарте, сколько там погибло молодых необученных солдат в первые дни. Целые улицы были забиты сгоревшими танками, боевыми машинами и грузовиками, полными трупов. Чтобы забрать тела, по железной дороге пригоняли составы с холодильными камерами.

И заморский враг воспользуется слабостью, поэтому положат ещё больше ребят. И победят ли эти генералы-заговорщики в новой войне? Сомневаюсь. Ведь тех, кто умеет воевать, они задвинут подальше, как угрозу.

Выбор сделать сложно.

Если только не найти новый вариант.

– Нам приходится выбирать из худшего, – сказал Варга. – Конечно, герои прошлого нашли бы, что делать. Но тогда и жизнь была проще, не такая, как сейчас. Но, конечно, поддерживать надо настоящего Громова в любом случае. Правда, я уже стар, чтобы играть в придворные интриги, но мне придётся хоть как-то влиять на него, чтобы он слушал не только всяких негодяев. А вот насчёт остального…

– Ещё рано сдаваться.

Я задумался. Мой взгляд привлекла карта, висевшая на стене. Очень большая, подробная, я подошёл к ней.

На ней видно наш континент и огромный массив суши империи Дискрем, а между ними – архипелаг Меркато. Океан, разделяющий нас, большой, но плыть через другое полушарие ещё сложнее, ведь там много мелких островов, коварных течений и враждебных сил.

Путь мимо архипелага – самый короткий и лёгкий, и это плацдарм для врага, если он решится на новую войну.

Поэтому император Константин занял архипелаг. Война была короткой и яростной, но наши войска выиграли для империи много лет мира, ведь интервенции прекратились. Поэтому враг будет стремиться вернуть острова себе, чтобы снова напасть.

– Мне нужны твёрдые доказательства, что это узурпатор, – сказал я. – Я часто это слышал, но пока были только слова.

– Будут. Я покажу тебе бумаги, свидетельства знакомых Алексея в Дискреме, документы, рапорты разведки. У меня есть всё.

– Тогда мы можем сделать кое-что ещё, – я повернулся к нему и показал на карту. – Мы можем защитить империю

– И что предлагаешь, командор?

– Алексей однажды сам отдаст им эти острова, раз он их агент, и тогда у них снова появится база для интервенции. Или его свергнут, тогда Дискрем захватит их под шумок. Всем будет не до этого, в стране начнут кипеть страсти. Оба варианта нам плохи.

Старик задумался и кивнул.

– От меня требуют выбрать сторону, – продолжил я. – Вы же выбрали свой путь – бороться с Таргином, чтобы он не захватил надо мной контроль и не вернулся. Я тоже кое-что выбрал.

– И что же?

– Империю. Сейчас я не буду бороться с узурпатором или теми, кто захочет править через марионетку. Только потратим силы впустую в бессмысленной бойне. Но текущий император мне верит и верит вам. Вы же Варга, самый преданный императору дом. Даже в эти времена это имеет значение.

– Не очень понимаю… – признался старик. – К чему всё…

– У Алексея свои планы, – начал объяснять я. – Он император и правитель сильной страны, и даже шантаж не способен уничтожить его за один день. И он может войти во вкус правления.

– Так…

– Рано или поздно от него потребуют вернуть острова Дискрему, но он может отдать их не сразу. Захочет выторговать себе какие-то условия, или набить цену, или выполнить какие-то свои цели. Это важный козырь, чтобы отдавать его просто так. Он это знает, он не глуп.

– Так, – Варга посмотрел на меня внимательнее.

– Сейчас он доверяет мне, доверяет вам, доверяет некоторым другим офицерам. И наша задача – убедить его в том, что для демонстрации силы нужно отправить на архипелаг крепость. Минимум одну.

В камине щёлкнуло полено, Варга посмотрел туда, а затем снова на меня.

– Пока крепость там, Дискрем туда не сунется. Если сунется – мы его разгромим. В любом случае острова им не вернутся, пока в империи бардак. Мы их удержим, и интервенцию им придётся отложить, а они точно от неё не откажутся. Мы удержим архипелаг, Дискрем его не получит даже с боем. Затем выжидаем.

Я захотел пить, поэтому отошёл к столику у стены, где стояла вода. Она уже тёплая, минеральная, я выпил весь стакан и вытер губы.

– Если вернётся настоящий Громов, – продолжил я, – мы поддерживаем его. Если генералы-заговорщики отодвинут его от власти, мы его защитим. Выждем, изучим их и нанесём удар. Поставим во главе армии умелых офицеров, вроде Рэгварда, Извольского и многих других. И тогда… империя выстоит.

Варга поднялся, с трудом опираясь на стол, и подошёл ко мне, внимательно глядя в мои глаза.

– Это говоришь ты? Не мой отец? Не Таргин?

– Глаза что-то скажут? – спросил я. – Поэтому так смотрите?

– Да. Иногда в свете огня видно чужой отблеск. Я видел такой у отца. Но это ты, Дмитрий. Всё придумал ты.

– Духи молчат, – сказал я. – А я со своими способностями могу сделать многое. Всё равно люди узнают, что я Небожитель, и начнут мне верить. А другого способа спасти империю я не вижу.

– Ждать развития событий и вступить в нужный момент, не дав врагу воспользоваться нашей слабостью. Ох, предки, помогите мне прожить ещё, – старик посмотрел в потолок. – Пока ты будешь на архипелаге, ты останешься вне подозрений, не замараешь себя в интригах, заработаешь репутацию, и она пригодится. А я отправлюсь на юг, постараюсь его убедить. У меня осталась привилегия входить во дворец.

– У вас же будут гости на днях, – напомнил я с усмешкой. – Важные гости.

– Ты прав, Дмитрий, я про них забыл. Можно кое-что передать и им.