Текст книги "Я полюблю твой хвост (CИ)"

Автор книги: Ника Летта

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Как думаете, у меня получилось?

Амадан, крепко держа меня, поднялся на платформу, остановился, не спеша активировать перенос.

– Маленькая, успокойся.

Когда это не помогло, встряхнул меня.

– Посмотри мне в глаза…

Да куда там, когда в ушах шумит, воздуха не хватает и сердце барахлит…

– Сия! – гаркнул, отчаявшись до меня дозваться. – Посмотри на меня.

Я вздрогнула и наконец сфокусировала взгляд. Глубоко и часто вдыхая, посмотрела на него.

– Всё хорошо, слышишь? Я рядом, – проникновенно глядя в глаза, зашептал он.

– Ммне ст-страшно… – широко раскрыв глаза, пожаловалась ему. – Я нн-ничего не могу с э-этим подделать… Сделай что-нибудь!

Нежно посмотрев на меня, он приблизился к моему лицу и поцеловал.

Ласково. Утешающе. Покровительственно успокаивающе… Прикосновения его губ потихоньку убирали истерику. В душе стало теплее, отзываясь на ласку.

Постепенно меня перестало волновать всё вокруг. Нежный поцелуй перерос в более уверенный, обещающий наслаждение – стоит только захотеть.

И я захотела. Захотела забыться, потеряться в ощущениях, которые сулили эти губы. В груди перехватило от недостатка кислорода, на секунду помутилось сознание.

А в следующий миг мы оказались… в лесу. Или оранжерее. Я недоумённо захлопала ресницами, рассматривая окружающую нас первозданную красоту.

Перевела взгляд на Дана, который внимательно всматривался в меня, явно ожидая оценки его родины.

– Красиво…

Глава 21.В последний раз

Что сказать… отвлёк знатно. Дезориентация во всей красе.

Даже раз попробовав перенос и не единожды слыша о нём, мой организм не мог до конца осознать такую быструю смену декораций. Всем известно: чтобы оказаться из точки А в точке В, нужно время.

А здесь…

В прошлый раз я не видела последствий телепортации. Только почувствовала. Узрев же их сейчас, пыталась отойти от шока и открывшегося вида.

Стояли мы на другой платформе. В окружении гигантских деревьев – смотрели на «Дискавери» передачи про динозавров? – с необъятными стволами, уходящими ввысь так высоко, что солнца не видать.

Вокруг была полянка, выложенная брусчаткой, на которой полукругом располагались металлические лавочки. Рядом с ними стояли такие же вазоны деформированной формы, в которых росли неизвестные цветы разной расцветки, размера и формы.

И тут мы были не одни…

На одной лавочке сидели четверо: пожилой аситин, две самки разного возраста и… наш судовой врач.

Ох… зря я считала его степенным, малоэмоциональным «аристократом» и окрестила Ледышкой.

Да он пылал пуще адового пламени. От него так и фонило жаром… А как он присосался и прикасался к хвостатой красавице… Даже я, землянка, с нашими порой свободными нравами и фильмами «18+», покраснела как маков цвет.

А эта парочка нисколько не смущалась пожилых аситинов. Решила перевести взгляд на родителей Амадана.

Как догадалась?

Просто нам навстречу шла постаревшая версия капитана. Такой же статный, с чёрными волосами и морщинистым лицом.

Пока мы двигались навстречу – точнее, шёл демонюка, – его отец не скрывал удивления и заинтересованности, переводя взгляд с него на меня и обратно, да ещё и принюхивался.

Кажется, я ему не понравилась. Вон как брови хмурит. Встретились мы на полпути.

– Дочь? – грозно спросил папенька.

Прежде чем ответить, демонюка поставил меня на ноги и ровно сказал.

– Да.

Какая дочь?..

Я удивляюсь, а тем временем папенька… используя хвост, сделал подсечку МОЕМУ демонюке, а чтобы тот наверняка упал – хуком справа как даст сыну по лицу.

Дан упал на колено, но подниматься не спешил.

Ничего себе встреча родственников после долгой разлуки.

Всё произошло настолько быстро, что действия старого Дана я видела лишь размытыми пятнами.

И тут же он протянул мне руку со словами:

– Идём, детёныш. Мы больше не подпустим к тебе этого… извращенца.

Вот это номер…

Наконец активизировался Шинфар. Аккуратно посадив беременную зазнобу рядышком с матерью, он поспешил в нашу сторону, явно собираясь всё разъяснить тестю.

Амадан же молча поднялся и с кривой улыбочкой потирал челюсть.

Ничего смешного здесь не вижу!

Не успел Ледышка подойти, как папенька вызверился и на него:

– А ты куда смотрел?

Шинфар не спешил отвечать, лишь виновато покосился на Дана.

– Прости, не успел им рассказать и объяснить…

– Я заметил, – покосившись в сторону сестры, устало вздохнул мой мужчина и обратился к прислушавшемуся отцу: – Принюхайся получше.

– Что я там не учуял? Она вся пропахла тобой, даже её личный аромат невозможно разобрать.

– Маленькая, сними капюшон, – это уже ко мне. – И подойди к моему отцу.

Я не знала, смеяться или плакать, но всё же выполнила просьбу.

По мере моего приближения черты лица папеньки разглаживались, а когда я подошла ближе, он и вовсе хмыкнул.

Взяв мою руку в свои кувалды, наклонился и сказал, извиняясь:

– Прости, дочь, за столь нерадушный приём. Мы все очень рады принять в нашу семью столь очаровательную самочку.

Дальше меня представили родственницам.

Что я могу сказать… Я до сих пор была пигалицей на их фоне.

Обе высокие – их макушки доставали до плеч отца и сына. Но такие тоненькие… осинушки, изящные и утончённые. Волосы у обеих были иссиня-чёрными, кожа – оттенка кофе с молоком. Этакие восточные красавицы в красивых платьях в стиле «ампир».

А хвосты… боги… даже они были потрясающие и нисколько не портили впечатления.

В первую очередь маман поспешила обнять демона. Который, не стесняясь, принимал судорожные объятия и слезливые поцелуи.

Наконец, убедившись, что с сыном всё хорошо, леди аккуратно промокнула уголки глаз платочком и перевела взгляд на меня.

– Простите, я тоже рада наконец познакомиться с парой моего сына, – сквозь всё ещё текущие слёзы. – Мы так долго этого ждали. Альера.

– Сия. Очень приятно.

Потом мне представили Марьялу.

Она настороженно на меня посматривала, но всё-таки выдавила из себя полагающееся приветствие и тут же шмыгнула за спину Ледышки, прикрыв им свой аккуратненький животик.

Закончив со знакомством, все двинулись в сторону тропинки.

Было непривычно шагать по брусчатке в окружении леса.

Вы правильно поняли – именно леса, а не ухоженного парка с редкими деревьями, посаженными в строго отведённых местах.

Нас окружала дикая местность, если не считать вполне цивилизованной дорожки.

Впереди шли родители, мы – посередине, а горячая парочка плелась позади. Порой только и слышались томные вздохи да обворожительный смех.

Понятно теперь, на какой крючок купился Шинфар.

Про себя хмыкнула… как подростки, ей-богу. Любовь-морковь и всё такое.

Шли мы дольше, чем я предполагала. Я даже начала немного задыхаться. Поэтому Дан без лишних слов взял меня на руки.

Папенька, повернувшись, вопросительно поднял бровь. На что получил короткий кивок – мол, «потом».

А мне было не до того.

Я так устала после всех этих приключений, что жутко тянуло в сон. Но я упрямо боролась с желанием прикорнуть. Когда мои усилия всё же не увенчались успехом, успела заметить, что мы уже вышли из леса.

Вот только веки стали такими тяжёлыми, будто весили тонну. Я вырубилась, почувствовав короткий поцелуй в макушку. Видимо, проспала я прилично, потому что, когда открыла глаза, за окном уже была ночь.

В свете фиолетовой луны по комнате пробегали причудливые тени, мешая сфокусироваться и рассмотреть всё детальнее.

Рядом со мной, на подушке, лежала голова Дана. Стоило мне пошевелиться, как он тут же проснулся и сграбастал моё тельце поближе – хотя куда уж ближе.

Теперь я была распластана на его груди, а он тем временем зарылся носом в мою шею, в то место, где она переходит в плечо.

– Я долго спала? – спросила сиплым, сонным голосом.

– Да. Почти сутки.

Я закашлялась. Мдя… интересно девки пляшут. А демонюка тем временем продолжил:

– Пока ты спала, я успел сделать все свои дела. Утром я должен буду выдвигаться.

Я понимала, что он служит и не может быть рядом, хотя мне очень хотелось, чтобы он побыл со мной хотя бы первое время, пока я освоюсь.

Поэтому лишь кивнула и спросила:

– Сколько тебя не будет?

– Двенадцать декад. Плюс-минус неделя.

Он весь напрягся в ожидании истерики. Которая была бы непременно, будь мне восемнадцать.

А так… Многие женщины как-то живут, когда мужья уходят в рейс. Вот и я стала женой моряка… пусть и космического.

Поэтому лишь поцеловала его со словами:

– Я буду ждать.

Он расслабился, на минуту крепко меня сжав, тут же отпустил и встал:

– Тебе нужно поесть.

Ушёл ненадолго, вернувшись с подносом, полным разной снеди.

Мы поздно поужинали, спокойно общаясь.

– С тобой останутся Джарим и Шинфар.

По поводу друга я была рада, но в отношении врача…

– Разве тебе не понадобится медик во время полёта?

Меня успокоили тем, что с обязанностями лекаря вполне справится его ассистент.

– К тому же скоро наступит время рожать Марьяле. Я не могу лишить их этой радости. С него всё равно никакого толку не будет.

Закончив с едой, мы отправились в ванную – точнее, в шикарный бассейн, где резвились как дети.

А когда вернулись в спальню, продолжили наш ежевечерний ритуал.

В который раз, распаляя меня, он держал мои руки.

Я забеспокоилась, как бы всё не закончилось, как обычно: моим разморённым телом и его побегом в душ.

Поэтому, кое-как извернувшись, вытащила руки из его тисков и, упершись ими в литые мускулы, просительно прошептала:

– Я хочу сама…

Увидев его нежелание отдавать контроль, добавила:

– Пожалуйста…

Ещё сомневаясь, он перевернулся, внимательно следя за моими действиями.

Я поспешила оседлать его, пока он не передумал.

Теперь уже я целовала, гладила – куда только могли дотянуться мои жаждущие руки и губы. Шалея от той смелости и наглости, которой сама от себя не ожидала. Успокаивала себя лишь тем, как рычаще постанывал подо мной этот образчик

мужественности и силы. И как крепко прижимали меня к себе его руки, слегка царапая когтями.

Под моими бёдрами отчётливо ощущалось его желание.

Совсем потеряв тормоза, я взяла его в руки и начала медленно насаживаться на него. Ведь завтра он уедет, а мне неизвестно, сколько я ещё проживу. Поэтому решила насладиться – пусть и в последний раз – столь желанным телом.

Как только я коснулась его, он выгнулся и прорычал нечто нечленораздельное.

А когда начал заполнять меня, растягивая, замер. Напряжённо следя за моими действиями.

В его глазах я читала два раздирающих друг друга желания: взять меня полностью или немедленно остановить.

Решив перевесить чашу весов в сторону первого, я прошептала ему в самое ухо:

– Стоит тебе шевельнуться – и ты меня поранишь.

И он сдался.

Я чувствовала себя победительницей, захватчицей, упиваясь своей властью, и всё так же медленно двигалась, ощущая, как он растягивает меня до предела. Дёрнись он хоть раз – и меня бы просто разорвало.

Но Дан не отрывал бёдер от кровати, лишь вцепился руками в матрац и сжал зубами губу, прокусив её до крови, не сводя с меня лихорадочно блестящих глаз.

Рассвет мы встретили в блаженной неге, обмениваясь поцелуями.

Амадан так и не отобрал у меня главенство. Но о его желаниях и сдерживаемой силе ясно говорили в хлам растерзанные простыни и матрац.

И окровавленные губы, которые я сейчас так трепетно зализывала.

Глава 22. Сердце для миасе

Амадан

Маленькая уснула, совсем чуть-чуть не дойдя до дома. Поднявшись на второй этаж, я положил её на кровать и спустился на кухню, где меня уже ждали родители. Другая парочка уединилась в их домике. Это надолго.

– Сын, теперь я жду деталей, – сразу перешёл к делу отец.

Я никогда ничего от него не скрывал, кроме военных тайн, поэтому и сейчас выложил всё как на духу.

– Плохо, – выдал он, выслушав от начала до конца. – И как ты намерен поступить?

– Отправиться за новым для неё сердцем, – решительно ответил я ему. Пусть только попробует отговорить меня от этой, по сути, авантюры.

– Думаешь, тебе позволят полететь на Зиемлу?

– У меня есть некоторые новости, которые заинтересуют в этом Совет. Плюс я рассчитываю на твою поддержку.

Пришло время ужина.

Маленькая до сих пор спала, заставляя этим нервничать родителей. С помощью дипловизоратора я настроил трансляцию данных с чипа на их браслеты.

– Ей нужно много спать для восстановления сил. Больше вам расскажет Шин. Он лично будет её наблюдать, попутно выращивая орган – на случай, если я не вернусь, а симаи каким-то чудом протянет ещё два месяца…

– А если… – прервала мать, всхлипнув.

– Отдадите Сауэру. Он уже согласился, одобрив её кандидатуру, – обнял её крепче и проговорил: – Всё, успокойся, всё хорошо. Я ведь не в первый раз вылетаю.

– Да… но не так далеко!!! – она уже рыдала.

Передав мать отцу, чтобы тот её успокоил, я поспешил наверх.

Туда, где сладко спала моя миасе, даже не подозревая, что обсуждали внизу.

Связаться с Советом удалось лишь на следующий день.

Когда утром проснулся, симаи спала. Поцеловав её в щёку, отправился на выход.

На пороге меня поджидала мать. И не только меня – судя по всему, она была намерена будить нас к завтраку.

– Не буди её, – попросил. – Пускай спит.

Спускаясь за мной по лестнице, она всё ворчала:

– Как же так, столько спать…

Я знал, что ворчит она так… для вида. Улыбнулся краешком губ. Как хорошо дома.

За столом никого, кроме отца, не было.

Всё ясно. Влюблённая парочка злостно прогуливает планёрку.

После завтрака отец отправился со мной на встречу с тар Брилом – если потребуется, содействовать.

Адмиралу пришлось довольствоваться тем, что есть. Позволять допрашивать свою астниеру я не намерен.

Это был очередной повод дать разрешение на вылет и разведку – если ему так будет угодно.

Но основную причину, по которой я рассчитываю получить разрешение и техническое содействие, озвучу лишь Совету.

Совет состоял из трёх представителей от каждой обитаемой планеты нашей галактики.

Был ещё Верховный, но на данный момент он был не нужен.

Голограммы аситинов появились, стоило адмиралу выйти, оставив нас с отцом.

Лишь убедившись, что прослушки нет, я поведал об особенностях земных самок. Моей миасе не нужно лишнее внимание. А оно будет, стоит информации выйти за пределы кабинета.

Даже если ассистенты Шина проболтаются, эта информация, не подтверждённая правительством, будет считаться лишь слухом – выдумкой чересчур активного мозга.

Эта новость стала сенсацией, на минуту погрузив воинов в ступор.

Самый древний из нас, несмотря на закат своей жизни, всё ещё стоял на вершине власти. Но не за счёт возраста, а за счёт пластичности мышления.

Он первый пришёл в себя, просчитав все перспективы, связанные с этой особенностью.

– Разрешение дано. Всё, что потребуется для полёта и разведки, будет предоставлено в течение суток, – словно прочитав мои мысли, добавил: – Твою астниеру беспокоить не будут.

Зашедший адмирал, получив соответствующее распоряжение, отпустил нас.

Выйдя из его кабинета, мы спустились ниже, зайдя ко мне.

– Кого возьмёшь с собой? – садясь в кресло напротив, спросил отец.

– Смотря какой транспорт мне предоставят. – Я развернул карту созвездий. – Как видишь, расстояние немаленькое. А мне ещё нужно уложиться в срок.

Он молчал, рассматривая карту и расчёты системы. Задумчиво постучал когтём по подбородку.

– Возможно, я знаю, как тебе помочь. – Увидев мою решительность, добавил: – Разработка этого топлива не до конца проверена. Уверен, что хочешь ею воспользоваться?

– Да, – коротко и ясно.

– Ох… как же мне это не нравится. Но ты же не отступишься.

– Не отступлю.

– Хорошо. Мне нужно будет связаться с сослуживцем. У него сын – технолог. – Грустно улыбнулся. – Заодно поработаешь испытателем.

– Не забудь деньги с него снять за риск, – решил разрядить обстановку семейной шуткой. – Не даром же у тебя шибариец в сыновьях ходит. Не порть ему репутацию.

– Непременно, – хмыкнули в ответ. – Как иначе.

Когда он вышел, я задумался над составом.

Транспорт, скорее всего, будет небольшой. Уже легче.

Так… кого взять?

Доусет едет – это не обсуждается. Без него мой план – ризору под хвост. А других на ту роль, что необходимо сыграть, поблизости нет. Да и кому я смогу довериться, кроме него? То-то же.

Ещё Когис – если не откажет.

Три ассистента Шина – они подчиняются мне непосредственно. Здесь он справится и с двумя. И программист… мне нужен программист.

К вечеру явился отец – с творцом скоростного шаттла. Этот помешанный ни в какую не хотел отпускать своё детище.

Что ж, мне легче. Не придётся искать программера.

Его звали Жаноирис. Нервный тип, когда дело касалось работы. Это хорошо. Сработаемся.

Сам шаттл был рассчитан максимум на десять особей. Нас, если что, семеро. Через двадцать минут подошли кровники.

Когис и Доусет не отказали. Хотя особого желания не испытывали. По поводу старпома я и сам сомневался – дети как-никак, да и дома он пробыл всего сутки.

– Когда ещё мне представится возможность отдать тебе долг жизни? По возвращении будем считать его выплаченным, – опять он за своё.

Я скривился.

– С твоей склонностью к авантюрам, ходить должником мне до конца твоих дней.

– Зато потом чтоб ноги твоей под моим началом не было, – пикируясь, вторил ему. – А ещё лучше – на флоте!

– Договорились. Вивъера только рада будет…

Закончив перепалку, впятером принялись за обсуждение.

– А как же ассистенты? – спросил ицтек.

Я отмахнулся.

– С них-то и требуется сердце перевезти. А детали – не суть важны.

На том и сошлись. Каждый отправился по своим домам, договорившись встретиться через два часа после рассвета.

Было трудно уезжать. Особенно узнав, что связь теперь обоюдна. Она испытывает ко мне любовь.

Эта ночь стала для меня откровением, сладкой пыткой. Лежать под ней, не двигаться… и лишь изредка поддерживать за столь соблазнительные бёдра, когда удавалось сдержать самообладание и не рвать простыни.

Хотя столь необычный опыт был по-своему интересен.

Моя миасе оказалась настоящей хищницей, любящей играть со своей жертвой. Иногда я даже буду не против покоряться столь настойчивому соблазнению.

Тяжело вздохнув, снял её с себя и перевернул на бок. Поцеловал на прощание.

Вышел из дома и направился к телепорту, борясь с желанием тут же вернуться. У нас будет ещё время. Я всё для этого сделаю.

Никто не вышел меня провожать – как и положено. С воинами не прощаются. Их ждут.

Хвост всю дорогу выдавал моё нетерпение и желание поскорее закончить и вернуться в жаркие объятия.

А то, что они были и будут жаркими, никто не сомневался. Мне не надо было ничего говорить – всё и так было понятно по моему лицу.

Кровники понимающе переглянулись, но оставили это без комментариев. Правильно. Их это не касается. Нам предстояло долгое путешествие. С освоением нового способа пилотирования.

Во многом придётся полагаться на нового члена экипажа, поскольку это его разработка. Что дополнительно заставляло нервничать. А к подобному я не привык.

По нашим общим расчётам, путь на Зиемлу займёт около пяти декад. Столько же – обратно. Всего десять, не считая нашего пребывания там и поиска подходящего сердца.

И это с помощью усовершенствованной системы использования гиперпрыжков. Не более трёх раз в неделю – в остальные дни шли медленно. Всё это время я прокручивал в памяти всё, что удалось узнать.

Население планеты насчитывает около 7,5 миллиардов человек – по словам маленькой. Люди, так они себя называют, – воинственная раса. Что добавит трудностей к выполнению поставленной задачи.

Значит, действовать придётся тихо. Я не задумывался над моральной стороной этого решения. Меня волновало лишь благополучие моей самки.

В те частые дни, когда было невозможно входить в гиперпространство, выдал Ноиру запись песни, которую напевала Сия, и её письменный перевод. Пусть займётся моделированием и установкой переводчика в систему шаттла, а также его голосовой версией. Нам она потребуется.

Также и шибарийцев без дела не оставил. Поскольку без воздушного фильтра от Сета никакого толку не будет. А он занимает самую главную нишу в моём плане.

Глава 23. Галактика, где бьётся сердце

ОТРЫВОК ИЗ ПЕРЕПИСКИ ДАНА И СИИ

– На Аттере познакомлю тебя с родителями. Матери ты явно понравишься.

– Почему загрустила?

– Как ты узнал?

– Не уходи от ответа.

– Просто… смс прервалась

– Маленькая? Мне подойти?

– Нет! – последовал быстрый ответ. – Просто я вспомнила своих.

– Скучаешь? Я что-нибудь придумаю, ты их обязательно ещё увидишь.

На яву ему почудилась сначала паника, потом лёгкая грусть.

– Сомневаюсь, что это в твоих силах. Они мертвы.

Собрался уже бежать к ней, чтобы утешить, но был остановлен ещё одним сообщением.

– А даже если бы и были живы, ты бы им не понравился.

Последовал закономерный вопрос:

– Почему?

– Ещё спрашиваешь?

Теперь со стороны медотсека тянуло явным весельем.

– Да ты бы даже не дошёл до нашего подъезда! Как тут же примчался бы отряд ОМОНа и СБУшников вагон. Пришлось бы тебе сидеть в камере. А как понимаешь, какому отцу понравится видеть в ухажёрах у любимой дочери заключённого?

Не совсем были понятны некоторые слова-термины, которые писала на экране его половина, но в целом суть понятна. И юмор оценен.

– Настолько выделяюсь?

– О да!!!!

Теперь он ощущал такой душевный подъём и восторг, вперемешку с диким хохотом, что казалось – она рядом.

– И чем? Только не говори, что дело только в хвосте. На прогулку с тобой я бы, так уж и быть, спрятал его в штанину.

Через привязку передался заразительный смех.

– Неее, всё равно не помогло бы!

Заинтересовало.

– Ты не сильно отличаешься от наших самок. Разве я бы не затерялся в толпе?

– Даже если можно было бы не обратить сильного внимания на твой рост… безопасно с тобой можно было бы выйти прогуляться только в Хэллоуин. Иначе твои черты лица заставили бы креститься даже тех, кто до этого в церковь не ходил. Слишком примечательная внешность.

Перечитывая сообщения уже не раз, я злился, что приходится обращаться за помощью. Поскольку сам не мог принимать прямого участия в операции.

Сия редко унывала, стараясь найти забавную сторону в любой ситуации.

Решил подойти к этому с её точки зрения.

Ведь я не вдавался в детали, когда мы обсуждали план. Мне ещё предстоит сообщить Доусету, как именно придётся действовать.

Против воли улыбнулся. Будет весело.

Время тянулось неимоверно долго. Казалось, ещё никогда рейс не был столь напряжённым. И в то же время – затяжным.

Никто из нас не мог сказать, чем закончится перелёт. В конце концов, мы могли повстречать другие расы, не столь дружелюбно настроенные, как мы.

К примеру, те же хакари.

Или, что более вероятно, пиратов, стремящихся нажиться на беззащитных путешественниках.

Мы, конечно, были вооружены, и манёвренность у шаттла была неплоха. Но против того же «@Feb876» проигрывали.

Вся техника шаттла была рассчитана на скорость, а не на сопротивление.

Поэтому Сет первое время не отходил от радаров, пока Ноир не доработал систему слежения.

Вот так, на протяжении всего пути, команда по возможности исправляла мелкие недоработки.

Благо оставшиеся три каюты были отданы технику-программисту, откуда тот не вылезал сутками напролёт.

Низаров учёный.

Когда в первый же день вылета были выявлены сбои в навигационной системе, было желание разорвать его тут же.

Хорошо, что братья были в рубке… Самое страшное было в том, что если бы не нелепая случайность, мы бы сейчас дрейфовали в открытом космосе бездыханными телами, а у маленькой пропал бы шанс жить.

В тот день я с ицтеком задержались у пульта управления и вовремя заметили, как в нашу сторону направляется астероид.

Радары должны были засечь его раньше. Они и засекли… но так поздно, что мы едва успели увернуться.

Вот так и был выявлен первый недочёт учёного – малый диапазон действия сканера.

Хорошо, что мы недалеко успели отлететь, намереваясь лишь за пределами нашей галактики включить ускорители.

Связавшись со станцией, удалось добиться у начальства предоставления требуемой техники. И в течение пары часов нам была доставлена мини-лаборатория этого лориста.

Слава звёздам, остальные случаи были не столь масштабными. Вот что значит допускать к разработке тех, кто ни разу не был в космосе.

Хотя… о чём это я. Если кто и виноват больше всего – так это я сам. Не учёл. Не просчитал.

Меня так захлестнуло беспокойство о своей малышке, что многое вылетело из головы. А это не оправдание.

Воин всегда должен оставаться воином. Кто бы знал, что я способен на столь безрассудные поступки. Испытатели… опасная профессия. Время… время…

Моё сокровище, моя миасе… как она там? Меня всю дорогу не покидало ощущение, что с ней могло случиться что-то нехорошее. Уже за пределами галактики я перестал ощущать её так явно, как раньше.

А через два месяца мы потеряли связь со своими. С каждым разом самообладание трещало по швам, и с трудом удавалось брать себя в руки.

Вот что значит развитие связи… И как Когису удаётся сохранять спокойствие вдали от своей астниеры?

Спросил. Тяжело – мягко сказано. Но, несмотря на все трудности, я ни о чём не жалел. Вернись время назад – поступил бы так же.

Оставалось ждать и терпеть. Ещё немного… Осталась декада – и мы будем на месте назначения.

Тем временем на Аттере.

Сия.

Когда прощалась с Даном, казалось – год, подумаешь. Прошла только половина отмеченного срока, но она не далась легко.

О боги… тем женщинам, что идут на подобное добровольно, нужно ставить памятники при жизни. Не сказать, что мне было скучно. Просто я училась привыкать жить без его присутствия рядом с собой все тридцать шесть часов.

Казалось, словно от меня оторвали какую-то очень важную часть.

Особенно тяжело дались те недели, которые я проводила в своей колбе. Теперь не было кому меня отвлекать и поддерживать. А мрачное настроение стало моим ежедневным спутником.

В те тяжёлые дни рядом со мной были лишь Шинфар и два ассистента. Сюда же рвались свекровь и Рим. Но я наотрез отказывалась их видеть в эти недели.

Мне хватило тех дней на корабле, где было множество свидетелей моей наготы. Эти шибарийцы были хотя бы привычны мне, что ли.

Не скажу, что Арьяла была строгой женщиной – напротив, она была очень милой. Порой даже слишком. Особенно на фоне других самок, той же Марьялы.

Я понимаю, беременность – не болезнь. Но это не повод быть такой… суровой женщиной. Эта… малолетняя свистушка отчего-то вбила себе в голову ревновать меня… и к кому?

Думаете, к Шину? О нет… это было бы понятно – мол, отнимаю время у драгоценного мужа…

Так нет! Ревновали меня к Сауеру! Которого я видела от силы раз в месяц, хотя сутками напролёт общалась и с Римом, и с Шином.

Это уже был верх маразма! Вот такие были мои дни… не сахар. С одной стороны – гиперопека свёкра и свекрови, а также друзей Дана.

С другой – меня подвергло остракизму женское общество местного броста. Нет, немного уточню – молодое поколение женской части. Со старшими самками, замужними, было интересно общаться. Они были отличными собеседницами. Младшее же поколение… их я игнорировала, всех разом.

Несмотря на возраст до двухсот лет, эти… кхм… лапочки напоминали мне избалованную золотую молодёжь. Им что, внимания мало?

Куда ни глянь – у каждой едва ли не с рождения вагон и маленькая тележка ухажёров. И это не зависит от положения в обществе их родителей.

Для полноты картины приведу пример. Брост – это как маленький городок, население которого составляет около 3500 жителей. И лишь 700 индивидов, плюс-минус, – самки. И это с учётом младенцев и стариков.

Так чего им не хватает? Капризные, недальновидные, самовлюблённые клуши. Порой хотелось смеяться. Ну как ещё реагировать на «озадаченность» самок и шепотки за спиной?

Мол, бедный тар Драст, что он в ней нашёл… У неё даже хвоста нет, рост маленький… и т.д., и т.п.

Но самое моё любимое… сейчас… секунду… дайте отсмеюсь…

Во…

«И как он будет исполнять супружеский долг?.. Раздавит ведь бедняжку…»

Этакое завуалированное «беспокойство».

Порой так и тянуло гаркнуть и расписать все возможные способы и позы…

Но ведь не выдержат! Дети… покраснеют, в обмороки попадают, а мне потом с их родителями разбираться?

Нет, спасибо. Я пока не настолько уверенно чувствую себя на их планете, чтобы ввязываться в какие-либо разборки.

Если бы не эти мелкие… незаурядицы, жизнь была бы сказкой… Я наслаждалась тихими вечерами в одиночестве. С балкона наблюдала за спутниками на небосводе и дышала чистым воздухом.

А какие виды открывались, стоило лишь опустить взгляд вниз.

Никаких высоток. Всюду, куда ни брось взгляд – архитектурные красоты. Смесь металла, камня и дерева.

Флора и фауна обладали своим очарованием. Чего только стоили их домашние питомцы! Смесь зайца и кошки.

Звучит не очень, есть такое… но столь очаровательного существа я ещё не видела.

Мне его привёз Джарим после моего первого «заточения». Видимо, тогда у меня был столь несчастный вид, что он решил меня обрадовать таким примитивным способом.

Получилось.

Что нам, земным женщинам, ещё надо для счастья? Работящий мужик рядом, достаток в доме. А пока детей нет – какую-нибудь «няшку» под боком, чтобы было кого потискать для восстановления морального духа.

Да что это я о всяких приятностях рассказываю… Лучше поведаю об укладе их жизни – так, поверхностно.

Поскольку моя женская суть и мораль подверглись величайшему шоку.

Дело было вечером… (нет-нет, вы не подумайте), делать было что. Так вот, в один из вечеров сидим со свекровью на кухне. Святая женщина делилась со мной премудростями их кулинарного искусства.

Согласитесь, без умения готовить любой женщине грош цена. Даже те, кто это дело не любит (у меня Машка такая), всё равно элементарный овощной супчик могут сварганить.

А я?

Сейчас даже с овощами незнакома, не говоря об остальном.

Так вот, Альера с запеканкой возится, я салатик нарезаю. Зашёл разговор о моих конфронтациях с местными… кхм… самками, постепенно перетекая в немного другое русло.

Между делом задала давно интересовавший меня вопрос, который порой мучил:

– Тнира Альера, я давно хотела спросить… у вас же самок меньше…

– Да, ты верно подметила, – обернувшись ко мне, подтвердила она.

– Тогда вы, наверное, практикуете тройственные браки?

– Какие-какие?

– Ну… тройственные. Два самца и одна самка, – объяснила вполне закономерный вывод, к которому пришла. – А как же те, кому не досталась астниера?

Под моё последнее предложение у неё выпал половник, а хвост нервно затрясся, выдавая шокированный хохот.

– Нет-нет, деточка, – всё ещё посмеиваясь, она вытерла кончиком фартука уголки глаз. – Что ты! Если бы было так, мы бы всё равно вымерли как вид… в связи с повышенным чувством собственности у наших самцов.

– А как же…

Дальше последовал ответ, который вам обязательно напомнит эпизод из «Малыша и Карлсона» Астрид Линдгрен.

– Слава звёздам, природа оградила нас от вымирания. Понимаешь, поскольку почти все наши самцы – воины, с этим связана повышенная смертность среди них. У нас, если ты заметила, нет незамужних самок. Поскольку они снова связывают свои жизни… но уже с другими, свободными самцами.