Текст книги "Его враг – его жена (СИ)"

Автор книги: Ника Давыдова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 9

Глава 9

Я совсем отвыкла от обычного человеческого сна без каких-либо происшествий, что темнота, обволокшая разум, стоило прикрыть глаза, вызвала тревогу. Как будто опять повторилась вчерашняя история с потерей сознания.

Впрочем, вынырнула из небытия по ощущениям очень быстро. Как это часто бывает: только ложишься на подушку, прикрываешь глаза на пару секунд, а за окном уже утро.

Но был один нюанс. Подушки под щекой не было. Как и одеяла на плечах, матраса под спиной и далее по списку. Из сна меня выдернуло посреди какой-то неизвестной улицы. В глаза брызнул свет от фонарей и дубов, я качнулась и крепко обняла ближайшее ко мне дерево, не желая разбивать нос о брусчатку.

«Прости! – в голосе Сэлиры, кажется, даже слышалось что-то похожее на сожаление, – Беги домой скорее!»

Слышно было ее плохо, будто бы она пыталась докричаться до меня откуда-то далеко, а потом и вовсе пропала, и сколько бы я не взывала к ней мысленно, девушка не отвечала. Да Свет всемогущий! Куда она меня вытащила и зачем? Сама же утром твердила, что нельзя умирать, пока мы делим одно тело! Легче это сделать, сидя дома, а не убегая на улицу ночью, когда у тебя есть недоброжелатели, хотящие твоей смерти. Да и Аэлрик мне не разрешал покидать поместье. Узнает, что я покинула его – вновь начнет подозревать во всех смертных грехах.

Где я вообще? Судя по дорогим домам вокруг, это все еще было первое кольцо города, но улица явно уже где-то ближе к краю района. Люди здесь если и ходили, то куда-то спешно по своим делам. Кареты ездили тоже не шибко часто: за пять минут, что я провела, обнимаясь с дубом, мимо проехал всего один экипаж.

– Девушка! Что вы с деревом делаете? – я испуганно отскочила в сторону из-за ворчливого замечания одного из прохожих.

– Простите…

– Молодежь совсем распустилась, – недовольно цыкнул какой-то мужчина средних лет. Но продолжать ругаться не стал, ушел по улице дальше, бурча что-то себе под нос.

Но в чем-то он мне помог. Я перестала изображать испуганного истукана. Нужно вернуться в поместье, пока чего-нибудь плохого не произошло. Эх… были бы у меня силы Хранителей, я бы, может, рискнула добраться до своего дома в третьем кольце. Но ведь просто не дойду туда живой, однозначно.

Но была еще одна проблема – я не имела ни малейшего представления, где именно находится дом Аэлрика. Наверное, где-то в самом серцде первого кольца, недалеко от дворца, раз там из окна виднелась целая дубовая роща. Значит, нужно добраться сначала до центра, а потом, может, Сэлира вновь объявится?

Я опустила взгляд на вниз, разглядывая свою одежду – к счастью, выглядела не как беглянка из лечебницы. На мне было темно-синее платье, вполне приличное и дорогой плащ, в котором было несколько жарко, даже ночью температура все еще была достаточно высокой. Волосы были уложены, и даже шпильки сидели на месте. Когда она только успела это сделать? Перед сном-то я точно не выглядела как аристократка, готовая идти на ночной бал. Горничные помогли мне подготовиться ко сну и ложилась спать я в сорочке.

– Спасибо тебе, дорогая, – пробормотала я сквозь зубы, поправляя выбившуюся прядь. – Хоть не в ночнушке вытащила.

Чем больше я думала о Сэлире, тем длиннее становился список претензий. Я подняла подбородок, изобразила вид, будто прекрасно знаю, куда иду, и зашагала вперёд. Главное – не выглядеть потерянной.

Через пару поворотов улица стала чуть шире, и хоть это все еще был спальный район, вроде бы по пути мне стало встречаться немного больше людей. Мне показалось, что я действительно двигаюсь в правильную сторону.

Позади послышались быстрые шаги. Я машинально прижалась ближе к обочине, решив пропустить спешащего прохожего. Пусть себе идёт. Но вместо того, чтобы пройти мимо, человек резко ускорился, и в следующий миг сильная рука схватила меня за запястье.

– Сэлира! – в его голосе слышалось отчетливое раздражение.

– Вы ошиблись! – выдохнула я, отворачиваясь и дёргая руку.

Но он держал крепко.

– Снова твои шуточки? – мужчина вдруг схватил меня за талию, развернул к себе лицом, одной рукой сжал мой подбородок, заставив поднять на него глаза. – Куда ты пропала, а?

– Не отпустишь – закричу, – зашипела рассерженно, – кто разрешил тебе прикасаться ко мне⁈

Я и раньше не особо любила, когда меня кто-то касался без разрешения, но, наверное, сны с участием Сэлиры и ее неразборчивых похождений породили во мне некую травму – у меня аж перед побелело от злости от такого обращения.

– Все-все, – мужчина тут же отпустил меня, будто бы испугавшись, – Но ты обещала связаться со мной! И разве не из-за меня ты оказалась недалеко от моего дома? Хорошо, что я как раз решил выйти прогуляться!

Можно ему признаться, что я вообще понятия не имела, где именно нахожусь?

Мне очень хотелось вытереть лицо, на котором остались отпечатки чужих пальцев, но я мужественно сдержалась. Надо вести себя как Сэлира… Что бы она сказала этому наглецу?

– Раз обещала, значит, рано или поздно связалась бы. Ты ведь меня знаешь, Орвет.

Я вспомнила этого мужчину. Пару раз Сэлира и правда тратила на него свои ночи, но потом он куда-то пропал. Видимо, надоел ей. С Орветом эта любительница беспорядочных связей на неизвестном языке не говорила и странных вещей не обсуждала, из чего можно сделать вывод, что она просто с ним развлекалась.

– Скажи мне, что было не так? Я все исправлю!

Он опять потянул ко мне свои руки. Я ловко увернулась.

– Давай как-нибудь в другой раз. Сейчас… не время.

– Почему?

Из-за поворота на улицу вывернул экипаж, по виду простой, городской. Если выпрыгну перед ней, извозчик остановится?

– Орвет, прошу, – я едва удержалась, чтобы не рявкнуть. – На нас уже смотрят.

И правда, несколько прохожих оборачивались. Кто-то даже притормозил, с интересом наблюдая за происходящим, как за уличным спектаклем. Щёки у меня горели: от злости и от смущения сразу.

– И что? Я не стыжусь тебя, Сэлира.

«Ну конечно, ты не стыдишься, – подумала зло, – А вот я – очень даже». И вообще стоило бы этому наглецу быть потише, вдруг кто-то может меня тут узнать? То есть мое тело.

Экипаж был уже совсем недалеко. И почему я сразу не догадалась поймать извозчика, а пошла не пойми куда пешком? Наверное, все дело в привычке: для меня крытый транспорт был слишком дорогим удовольствием, и я его зачастую воспринимала как часть пейзажа, ибо не было денег на то, чтобы прокатиться на карете. А Сэлира ведь тарэна, вряд ли она без копейки из дома вышла?

Уже не слушая ни слова, вырывающегося из уст Орвета, я сделала пару шагов вперед и начала отчаянно махать руками – экипаж был уже совсем близко. Сердце колотилось так, что, казалось, вырвется наружу. Бросаться под колеса я, конечно, не рискнула – жить пока хотелось – но надеялась, что хотя бы жалость к сумасшедшей барышне возьмет верх, и извозчик притормозит.

К моему облегчению, колёса заскрипели, лошади фыркнули, и карета остановилась почти впритык. Извозчик даже матом не выругался – вот он – интеллигентный район первого кольца! Только проворчал что-то себе под нос.

Я рывком распахнула дверцу и, неуклюже зацепившись каблуком за подножку, почти что упала внутрь экипажа.

– К дому Аэлрика Кидралена, пожалуйста! – выпалила на одном дыхании. Голос мой прозвучал так пронзительно, что даже я сама испугалась.

Видимо, извозчик тоже. Карета дёрнулась, и резво поехала вперед, даже прежде чем я успела захлопнуть дверцу.

В жизни не думала, что мне придется бегать по городу от настойчивых кавалеров. Еще и чужих!

Глава 10

Глава 10

В одном из карманов платья нашелся маленький шелковый кошелек с деньгами, поэтому расплатиться с извозчиком получилось без проблем. Высадить меня попросила на углу, а не у ворот, но этим, кажется, извозчика ничуть не удивила. Он вообще больше внимания уделил купюрам, что я ему протянула в конце поездки.

Дом Аэлрика снаружи выглядел поистине шикарно. Четырехэтажный светлый особняк, построенный среди дубов, наверное, стоил немалых денег. Все-таки Аэлрик был не только высокопоставленным Хранителем Света, но и аристократом по праву рождения. На одно лишь жалование сильварха такой дом точно не купишь.

Только вот восхищаться архитектурой было некогда – надо было каким-то образом попасть на территорию, которая со всех сторон была окружена кованым забором. Было бы хорошо найти калитку для прислуги, ведь вряд ли они все заходили через парадный вход, но, видимо, она была слишком далеко. С левой стороны ограда граничила с соседним домом, с правой стороны шла улица, и надо было не знаю сколько пройти, чтобы оказаться с черного входа.

Небо уже начинало как-то подозрительно светлеть, и я, плюнув на все, решила брать забор штурмом. Кованый узор из каких-то цветов на нем был не сплошным, и в некоторых местах образовывались пробелы, через которые вполне можно было пролезть. Сэлира была девушкой невысокой и миниатюрной, поэтому выполнить задуманное удалось почти без труда, только немного ободрала ладонь об один из железных цветков.

Перебегая от дерева к дереву, словно шпион, я добралась до самого особняка. Свет в окнах в этот час еще не горел, и надежда на то, что мне удастся без проблем вернуться в спальню, робко крепла с каждой минутой. У меня даже удалось найти дверь для слуг, которая оказалась незапертой и бесшумно войти внутрь.

Только вот… на каком этаже спальня Сэлиры? Эта бессовестная так и не выходила на связь, сколько бы я ее не звала. Ладно, очевидно, что мне нужно подняться наверх – вид из покоев был на уровне третьего или четвертого этажа.

Стук каблуков скрадывался ковром, котором была укрыта середина лестницы, поэтому тишина дома мною почти не нарушалась. Я поднималась осторожно, переводя дыхание на каждой второй ступеньке – мне отчего-то было так страшно, что пульс зашкаливал и стучал где-то в ушах, и перед глазами периодически темнело от ужаса, что вот-вот меня застукают словно вора.

Но время шло, и ничего не происходило, дом продолжал спать. Я тихонько обследовала второй этаж, молясь, чтобы случайно не ворваться в спальню к хозяину, но здесь почти все двери оказались заперты. Что же, значит, мне нужно выше. Наверное.

Яркий свет вспыхнул неожиданно, резко ударив по глазам. Я зажмурилась, вцепилась рукой в лакированные перила как в последний оплот спасения.

– Хорошо погуляла?

На лестничной площадке третьего этажа стоял Аэлрик. Между нами было где-то ступенек десять, и он возвышался надо мной как огромная гора, готовая вот-вот раздавить.

– Я… – голос тут же пропал.

Что мне сказать? Что водички вышла попить, но было так холодно, что решила на всякий случай накинуть плащ?

Сильварх был в ярости. Глаза сверкали золотом, он весь будто бы светился, и свет этот в любой момент мог сжечь дотла. Я осознала, что он не просто проснулся среди ночи и понял, что меня нет, а знал, что я куда-то уходила. Знал, и терпеливо ждал моего возвращения.

– От тебя воняет Тьмой, – процедил сильварх, не двигаясь с места.

Это звучало как самый настоящий приговор. И я поняла, что больше не могу. Мне не справиться, не вылезти из ямы, в которую я угодила. Это было весьма наивно – думать, что удастся обвести вокруг пальца Хранителя. Сэлира, ну куда тебя понесло этой ночью, все же могло быть совсем по-другому!

Он казнит меня. Без сомнений. Сначала отвезет в Канцелярию, где из меня вытряхнут все нужные и ненужные признания, а потом сожжет. Второй раз Аэлрик мне уже ни за что не поверит.

Мне ничего не оставалось. Я упала на колени, чуть не сверзившись с лестницы вниз, и сложила руки в молитвенном жесте.

– Пожалуйста! Выслушайте!

Глава 11

Глава 11

Аэлрик Кидрален

Он точно был готов без промедления схватить Сэлиру за шкирку и швырнуть в тюремные застенки, даже не дожидаясь утра. Он не собирался ее слушать, давать еще какие-либо шансы. Все и так было понятно c того момента, как засигналил маячок, оповещая, что она вышла за пределы особняка.

Он не собирался бросаться вслед за ней – в его планах было лишь зарегистрировать координаты места, куда Сэлира отправилась, и позже разобраться с ним. И с теми, кто туда ходит. Локации, в которых собирались темные отступники, надо было накрывать большим отрядом, перед этим тщательно подгадав время. Эти вещи зрели как нарыв, и если поторопиться, то можно убрать лишь верхушку. Впрочем, если опоздать, последствия будут серьезнее.

Аэлрик не собирался потакать ей. Все в нем требовало действовать жестко, решительно – без тени сомнения. Но когда Сэлира вдруг рухнула на колени, что-то едва ощутимо дрогнуло внутри. Совсем недавно она уже стояла перед ним так же – униженно, с покаянной покорностью, – и тогда это не произвело никакого впечатления. Но теперь… в этом движении было такое безысходное отчаяние, что безжалостный палач в нем на минуту замешкался.

И почему опять на «вы»?

Он спустился вниз, ступень за ступенью, медленно, почти беззвучно, пока она оставалась недвижимой у его ног. Девушка не поднимала головы, пряди темных волос касались пола, а плечи мелко дрожали, будто от холода. Казалось, она даже не дышит, боясь, что любой вдох станет последним.

По венам прокатилась очередная волна раздражения.

Он резко схватил её за локоть.

– Встань, – голос сорвался почти на рычание.

Сэлира вздрогнула, но повиновалась, неловко поднявшись. Пальцы Аэлрика сжали её руку чуть сильнее, чем требовалось, – он почувствовал, как она дернулась от боли, и лишь тогда отпустил.

– Что я должен выслушать? – спросил он глухо, почти сквозь зубы. – Очередную ложь во имя твоего собственного спасения?

Она подняла на него испуганные глаза, и, он был готов поклясться, вместо серого цвета они на миг блеснули зеленым.

– Я… я понимаю, как вам больно, – она начала говорить совершенно не те вещи, которые мужчина ожидал услышать, – Вас предали, но я не враг вам. Я не Сэлира!

Еще ни разу темные духи сами не признавались Аэлрику в том, что они заняли чужое тело.

– И я не дух!

Ах, ну вот.

Она вцепилась пальцами в его руку, опасаясь, что он сейчас отшвырнет ее в сторону.

– Знаю, в это крайне трудно поверить и звучит абсолютно безумно! Я потеряла сознание, а очнулась в теле вашей жены. Но я совсем другой человек! И мы, мы с вами знакомы!

Конечно, знакомы, как же иначе.

Тем не менее, он почему-то продолжал слушать. Как же так получилось, что Аэлрик не смог распознать духа при проверке?

– Я работаю в цветочном магазине, в который вы заходите, чтобы купить букет своей жене. Каждый ваш букет наполнен смыслом, а еще вы делаете вид, что не знаете язык цветов, но уверена, вы можете лучше любого цветочника подобрать идеальное сочетание для любого признания.

Это было абсолютно нелепо.

– И я, – она всхлипнула, – я дала вам записку с адресом игрового дома, где можно найти Сэлиру. Я не должна была этого делать, но мне так хотелось, чтобы вы узнали, чтобы прекратили носить ей эти бесконечные букеты, которые ей были совершенно не нужны!

На ум сразу же пришла Шаэри.

– Позавчера произошел ужасный инцидент с дубами около магазина. А потом всех допрашивали до самого вечера, и вы сказали остаться мне в первом кольце, отправили ночевать в гостиницу. Я хотела отправить записку своей соседке, чтобы она не волновалась, спустилась из своей комнаты вниз, и вдруг что-то взорвалось. И вот я здесь, где совершенно не должна быть, а вы… вы единственный, кто может мне помочь.

Я все продолжала и продолжала говорить, заваливая Аэлрика всеми возможными фактами из своей жизни, вспоминая все, что происходило, когда он приходил к нам в магазин. Казалось, непрерывный поток слов может отсрочить мой приговор, поэтому остановиться сейчас было сродни тому, как если бы меня попросили прекратить дышать.

– Хватит.

Он оборвал меня резко, громко, но не то что бы это сильно помогло. Меня несло почище взбесившейся лошади, и лишь когда мой рот накрыла большая ладонь, я все-таки замолчала. Его рука закрывала половину моего лица, и от нее буквально пышало жаром. Испуганно вскинула глаза, сжала покрепче его предплечье и замерла испуганным зверьком.

– Тихо, – проговорил Аэлрик, – я все услышал.

Его внимательный взгляд, наполненный расплавленным золотом, проникал куда-то вглубь моей души, и это ощущалось совсем по-другому, не как во время утренней проверки.

Свет снова скользнул по коже, по шее, по запястьям, но теперь это были не опасные магические плети, а что-то, по ощущениям похожее на тонкую вуаль. Кажется, что-то из моих слов заставило немного притормозить. Я не сопротивлялась. Если бы было возможно, я бы все свои мысли выложила ему напоказ, лишь бы сильварх мне поверил. Но оставалось только стоять и позволить ему решать, что делать со мной дальше.

– Хорошо… – он заговорил негромко, но все с той же пригибающей к земле силой, – Если вдруг такое произошло, и вы действительно Шаэри. Чего вы хотите в таком случае?

– Вернуться, – сказала я, едва выговорив слово. – В свое тело. Больше ничего не нужно.

Он ничего не ответил. Просто смотрел. Искал во мне хоть малейший отблеск правды, доказательство, какой-то знак. Я ловила его взгляд и надеялась, что найдёт. Что поверит. Что это закончится хоть чем-то хорошим для меня.

– Если бы я была духом, вы бы почувствовали! Разве нет? Если бы я была духом, стала бы я придумывать настолько дурацкую историю, чтобы себя обезопасить?

Вместо ответа Аэлрик вдруг на секунду ослабил хватку на моей руке, а потом вновь схватил, но уже за запястье.

– Подождите… – выдохнула я, не успев понять, что происходит, но он уже потянул меня за собой.

Мы двигались быстро, почти бегом, и я едва поспевала, запинаясь о край платья. Лестница мелькала под ногами, перила лишь на мгновение скользнули под ладонью, и вот уже первый этаж, длинный коридор, неизвестные мне комнаты и тишина. Аэлрик не говорил ни слова, и шаги наши звучали в этой тишине излишне громко. Застучало испуганно сердце, хотя мне казалось, что страшнее уже просто не может быть.

Он все-таки не верит. Куда мы сейчас? В Канцелярию?

Поворот, еще один, дверь, и мы вышли на улицу. Но не через парадный вход, а с противоположной стороны, во двор дома. Там меня встретил сад.

Тихий, утопающий в предрассветной дымке, будто спрятанный от всего остального мира. Меня обдало влажным холодом воздуха. Здесь пахло землей и цветами, ароматом едва распустившихся бутонов и ночной росой. Свет только начинал пробиваться из-за стен, серо-золотой, нерешительный. На дорожках еще лежали тени, но некоторые клумбы уже радовали яркими цветными пятнами – там, где цветы не закрывают лепестков даже ночью.

Аэлрик остановился, все так же не отпуская меня от себя далеко.

– Составьте мне букет, – сказал он наконец. Голос звучал глухо, как будто он сам не до конца понимал, что делает.

– Что?.. – я моргнула, глядя на него непонимающе.

– Составьте мне букет, который я попрошу, – повторил он уверенно.

Глава 12

Глава 12

– Раз вы хотите… – протянула с сомнением.

Он хотел. Сделал приглашающий жест рукой, отошел и сел на одну из аккуратных скамеечек, поставленных вдоль выложенных овальным камнем дорожек. Аэлрик вроде бы предоставил меня самой себе, но я понимала – если попытаюсь выкинуть что-нибудь, то шанса на еще одни переговоры больше не будет.

– Какой именно букет мне собрать?

За прошедшие недели я, казалось, услышала сотню вариаций романтических признаний и восхищений. Только вот больше ему некому дарить цветы с таким смыслом, да и вряд ли хочется. Хотя как проверка… можно сказать, что угодно, а потом выбросить ничего не значащие, никому не нужные бутоны. Мне от этих мыслей стало грустно.

– Такой, в котором вы расскажете, что сейчас чувствуете.

Я неловко прикусила нижнюю губу. Почему-то для меня это звучало так, будто мне здесь и сейчас приказали раздеться догола.

Встряхнулась, прогоняя странные мысли.

– Это не проблема, – произнесла, стараясь, чтобы голос звучал легко, почти шутливо. – Только, может быть… подождём немного, пока цветы хотя бы распустятся?

Аэлрик покачал головой. Движение вышло мягким, но в нем ощущалось спокойное упрямство.

– Хотите потянуть время? Не нужно ждать.

Он поднял руку и, едва заметно шевеля пальцами, провел ею перед собой – как музыкант, перебирающий невидимые струны. Воздух дрогнул. Я почувствовала, как по коже пробежал легкий ток, а от его пальцев потекли тонкие нити света – сперва плотные, как расплавленное золото, потом мягкие, растекающиеся, словно их раздувал невидимый ветер.

Они скользнули над землей, пробежали по камням, по траве, по листве. В какой-то момент сад будто вдохнул полной грудью, и всё вокруг – листья, ветви, бутоны – вздрогнуло в ответ. В воздухе, метрах в четырех от земли как будто зависло маленькое яркое солнце.

Цветы начали раскрываться, один за другим. Лепестки дрожали, словно не могли поверить, что им позволено цвести прямо сейчас, среди серого рассвета. Возможно, они даже боялись не успеть застать этот внезапно начавшийся день.

Свет становился всё ярче. Он ложился на дорожки, заливал клумбы, цеплялся за края скамеек и тянулся выше, к ветвям аккуратно постриженных деревьев, растущих по периметру. Сад превращался в нечто невозможное, и я стояла посреди этого сияние, не зная, куда себя деть. Пришла мысль, что это весьма неплохая картина, которую можно увидеть напоследок перед смертью.

Сердце билось слишком быстро – от восхищения, от страха, от того, что я не понимала, зачем всё это. Что он хотел этим сказать?

Аэлрик не двигался. Сидел всё там же, чуть откинувшись на спинку скамьи, и смотрел на меня. На его лице была лишь безмятежная, пугающая отрешённость.

И когда я, наконец, повернулась к нему, не в силах выдержать эту тишину, он произнёс:

– Теперь вас ничего не смущает?

Я покачала головой. Нет, меня больше ничего не смущало. Ну, кроме него самого. И незнания правил той проверки, что он устроил. Как понять, делаю ли я что-то правильно или нет? Просто собирать цветы? А вдруг ему покажется, что я просто дух, помешанный на этой теме?

Воздух был плотным от запахов – пряных, свежих, немного пьянящих. Я пошла вдоль клумб, наполненных совершенно разнообразными цветами, иногда просто непонятно по какому принципу соседствующими. Но при этом сами клумбы были строгие, и мне показалось, что сад, наверное, больше принадлежал Аэлрику, чем Сэлире.

Я выдохнула и медленно начала выбирать, осторожно кружа вокруг цветов. Сначала выбрала ирисы. Тонкий и упрямый, символ надежды. Потом —васильки , простые, чуть растрёпанные, обозначающие смятение. Рядом притулилсядельфиниум , тревожный и с холодноватым оттенком, играющий на контрасте с другими цветами и поэтому из легкомыслия и беспечности символизирующий страх. Чуть дальше —лаванда , застывшая между волнительной нежностью и скрытой тревогой. Инезабудки , мелкие, робкие, будто неуверенные в праве на существование.

Я стояла, держа всё это в руках и не решаясь вернуться к Аэлрику, и вдруг заметила сбоку астры: густые, лиловые, с чуть серебристым отливом. Пальцы сами собой потянулись к цветку, но я вовремя себя одернула. Астры означали скрытую привязанность. Сильварх может решить, что я пытаюсь подлизаться к нему, как-то смягчить.

Букет вышел странный и хаотичный. Цветы не сочетались по высоте, и в целом выглядели как-то неряшливо.

Аэлрик сидел на той же скамейке, продолжая наблюдать. Я встретилась с ним взглядом и зачем-то испуганно прижала букет к груди. Что теперь? Отдать ему?

Наверное, да. Но когда я несмело сделала шаг в сторону сильварха, он поднялся на ноги и предложил мне проследовать обратно в дом.

– Зачем? – вырвалось у меня испуганное.

– Надо поставить цветы в воду. Вы же не хотите, чтобы они завяли?

– Не хочу…

Вот так просто? Стоило собрать маленький букетик, и все наладилось?

Он правда повел меня на кухню, но, конечно, не на ту, где с утра до ночи гремят кастрюли и суетятся повара. Аэлрик направился в другую – красивую, чистую, где хозяин дома может сделать себе чай, достать из холодильного шкафа какую-нибудь закуску и задумчиво посидеть за мраморным столом, отдыхая от своих дел. Светлую, просторную, с высокими окнами, выходящими на сад.

Аэлрик прошёл внутрь, не оборачиваясь, четко зная, что я за ним следую. Он открыл один из подвесных шкафчиков, достал оттуда фарфоровую вазу с тонкими голубыми узорами, похожими на водные завитку. Вазу он наполнил водой и поставил на красивый белый с золотыми прожилками мраморный стол.

– Передайте, пожалуйста, – сказал он негромко.

Я шагнула ближе, протянула букет. Пальцы чуть задрожали, когда его ладонь скользнула рядом с моей, перехватывая стебли. Он опустил цветы в вазу, небрежно расправил их, словно у него с самого начала было чёткое представление, как именно они должны стоять.

– Так гораздо лучше, правда? – спросил он, глядя на вазу, но не на меня.

– Наверное… – ответила я тихо. Потом, не выдержав паузы, добавила: – Я не понимаю. Я прошла вашу проверку? Вы мне… верите?

Меня удостоили совсем коротким взглядом.

– Я допускаю возможность поверить вам. – в конце будто бы точно должно было прозвучать мое имя, но Аэлрик его не сказал, вынуждая меня покорно продолжать сидеть на пороховой бочке. – Но это не значит, что я тут же отпущу вас на вольные хлеба и позволю делать все, что вздумается.

Он отодвинул один из тяжелых дубовых стульев и кивнул на него. Я осторожно притулилась на краешке сиденья, продолжая ловить каждое, даже самое маленькое движение Аэлрика. Он остался стоять, вновь сосредоточив свое внимание на букете.

– Исходя из вашей горячей речи, я понял, что Сэлира все еще присутствует в этом теле. Правильно ли я понимаю?

– Да. Я не хотела уходить из вашего дома, но стоило мне заснуть…

– И контроль передался изначальному хозяину, – продолжил он, – Сейчас вы слышите ее? Есть ощущение присутствия другого сознания рядом с вашим?

– Нет, – качнула головой, – мне кажется, ночью что-то произошло, и она истратила все свои силы, потому что голос в самый последний момент у нее был крайне слабый.

Я абсолютно перестала фильтровать все, что говорила. Любые подробности, детали готова была ему рассказать.

– Значит, нужно будет подождать, – хмыкнул в такт своим мыслям Аэлрик.

– Если… если вы допускаете возможность мне поверить, то можете сказать, где сейчас находится мое тело? Что с ним? – спросила осторожно.

– В центральной лечебнице первого кольца. Ему обеспечен надлежащий уход, так же о трагедии оповещены родители.

– Вы что-то перепутали, у меня нет родителей, они умерли несколько лет назад, когда был прорыв Тьмы в четвертом кольце, и было очень много жертв среди жителей района. Я живу с соседкой… ах, вы же и так это знали. – укоризненно посмотрела на Аэлрика, который, наконец, перевел свой взгляд на меня. Уголки его губ обозначили едва заметную улыбку.

– Лаэра Элвенн, очевидно, очень дорожит своей подругой, мне доложили, что она приезжала сегодня.

Элвенн и правда была хорошей девушкой. Она наверняка переживает – но теперь хотя бы знает, что я жива. От одной этой мысли в груди что-то болезненно дрогнуло, и прежде, чем я успела осознать, я уже соскочила со стула.

– Отведите меня ко мне! – вырвалось взволнованно, почти крик. – Пожалуйста!