Текст книги "Араш - Начало Пути (СИ)"

Автор книги: Наталья Тудаль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 11

Я неслась по каньону, как ошпаренная торонга, с мотком перхочущего под курткой пуха вместо сердца. За спиной топот и улюлюканье пуджи уже начинали обрастать зловещими эхом – они знали эти тропы лучше меня.

«Вот и отличное завершение испытания, – лихорадочно подумала я. – Мастер Юджин будет в восторге: "Ученица Пятая пала в бою с контрабандистами, пытаясь защитить… э-э-э… свой 'обед».

В этот момент из-за скального выступа прямо передо мной возникла тень. Я занесла для удара зажатый в кулаке камень, но руку кто-то перехватил с железной хваткой.

– Ну и вид, – раздался знакомый, насквозь язвительный голос. – Бежишь так, будто у тебя за пазухой завелись огненные муравьи. Хотя, зная тебя, это вполне возможно.

Я замерла, переводя дух. Передо мной стоял Третий. Его тренировочный камзол был порван в нескольких местах, на щеке красовался свежий кровоподтек, а в руке он сжимал свой клинок, с которого капала на песок какая-то темная, вязкая жидкость. Выглядел он потрепанным, злым и чертовски красивым.

– Третий! – выдохнула я с неподдельным облегчением. – Ты как…?

– О, знаешь, обычный день: прогулялся, полюбовался видами, пару раз чуть не сорвался в пропасть, зарубил местную фауну, которая решила, что я выгляжу съедобно… А ты что здесь делаешь? Устраиваешь забег с местными? – Он бросил взгляд через мое плечо на приближающихся пуджи, и его глаза сузились.

– Они… э… проявили неуместный интерес к моей скромной персоне, – постаралась я блеснуть остроумием, но получилось не очень убедительно.

В этот момент из-за пазухи раздалось возмущенное попискивание. Дорин поднял бровь.

– Ты таки прихватила с собой обед. И он, я смотрю, еще живой. Трогательная забота о природе, Пятая. Прямо до слез.

– Третий…

– Ладно, ладно, разбираться будем потом, – он рывком поставил меня за свою спину. – Пока отойди в тень и перестань привлекать все банды этой чертовой пустыни. Со всем остальным я разберусь.

Он не стал дожидаться их вопросов или переговоров. Пуджи, увидев еще одну цель и обнаженный клинок, замедлили ход. Дорин воспользовался этой секундной заминкой.

Он не стал вступать в бой. Вместо этого он резко ударил клинком по осыпающемуся склону у себя над головой. Камни с грохотом посыпались вниз, поднимая тучи пыли и на мгновение скрыв нас из виду.

– Бежим! – его рука схватила мою, и мы рванули прочь по каньону, пока пуджи ругались и откапывались из-под завала.

Мы бежали несколько минут, пока крики не остались далеко позади. Наконец Дорин остановился, прислонился к скале и перевел дух.

– Ну что, – он вытер клинок о штанину. – Неблагодарная ты душа, Пятая. Я тут три дня по скалам лазаю, как горный козел, в поисках твоего непутевого… – он запнулся, глядя на мою грудь, откуда высунулся маленький клювик и любопытный янтарный глаз. – … что это вообще такое?

– Это… мой новый друг. Моргус. Мы сошлись характерами. Оба нелюдимые.

– Моргус, – Дорин произнес это слово с убийственной интонацией. – Ясно. Ты, случаем, на этих грибах не питалась? Которые в пещерах растут? Потому что иначе твое внезапное материнство не объяснить.

– Он раненый сирота! – огрызнулась я, чувствуя, как Моргус передает мне волну недоумения по поводу этого громкого двуногого. – Я не могла его оставить.

– Конечно, конечно, – Дорин провел рукой по лицу. – Поймать стельную ящерицу – это для слабаков. Настоящие ученики храма бога Хаоса притаскивают из испытаний на выживание мифических летающих зверьков. Ладно, тащи своего… Моргуса. Юджин уже свистит как паровоз, все собрались, кроме нас.

Мы пошли к месту сбора. Дорин шел чуть впереди, безжалостно роя мне тропу, но при этом постоянно оборачиваясь, чтобы бросить очередную колкость.

– Только предупреждаю, если этот твой «друг» сожрет мою порцию каши, я с него шкуру спущу на портянки.

– Он питается скорпексами и твоей сарказмой, так что твоя каша в безопасности.

– О, отлично. Значит, я должен буду делить с ним еще и свои остроты? Жадная ты, Пятая.

Несмотря на все его ворчание, он ни разу не спросил, зачем мне это нужно. И когда Моргус, утомленный дорогой, высунул голову и громко чихнул, Дорин невольно улыбнулся. Быстро, почти мгновенно, снова сделавшись хмурым, но я успела заметить.

Мастер Юджин ждал на месте сбора с лицом, как у человека, который только что отпил уксуса. Его взгляд скользнул по мне, по моему взъерошенному виду, по Дорину с его окровавленным клинком, и задержался на торчащем у меня из-за пазухи пушистом ухе.

– Пятая. Объясни. Сейчас. И это объяснение должно быть очень, очень хорошим.

– Мастер, это… трофей, – выдавила я.

– Трофей? – Юджин приблизился, и его нос почти уперся в мою шею. Моргус, почуяв угрозу, испуганно спрятался. – Он живой, Пятая!

– Очень проницательно, Мастер.

– Ты принесла в Храм… зверя?

– Ну, если быть точной, он сам меня принес. Ну, то есть я его… нашла. Раненого. Сироту. Вы же учили, что сила без милосердия – это просто жестокость, верно?

Юджин побагровел.

– Я учил тебя выживать, а не собирать бездомных животных! – проревел он. – Ты что, хочешь его приручить?

– О, нет, Мастер, – с искренним ужасом ответила я. – Я просто хочу, чтобы он меня не ел, когда вырастет. Это базовый инстинкт самосохранения.

Дорин фыркнул и тут же сделал вид, что закашлялся.

Юджин посмотрел на меня так, будто я была самым безнадежным случаем за всю его долгую карьеру.

– Ладно, – он выдохнул, и казалось, из него вышел весь воздух. – Тащи свою обузу. Но если он хоть кого-то клюнет, хоть на кого-то чихнет, хоть на кого-то не так посмотрит – я лично сделаю из него суп для тетушки Ю! Понятно?

– Как божий день, Мастер.

Обратная дорога в Храм была куда веселее. Дорин шел рядом, продолжая сыпать саркастичными замечаниями, но теперь к нам присоединились другие ученики, которые с изумлением пялились на моего пернатого пассажира. Сур даже попытался потрогать Моргуса, но тот шипя щелкнул клювом, а Дорин отпихнул Сура локтем.

– Отстань. Это ее… э… боевой питомец. Дрессированный. Может откусить палец, если его разозлить.

Я посмотрела на Дорина с удивлением. Он избегал моего взгляда, уставившись куда-то вперед, но его плечо по-прежнему было надежной стеной между мной и остальным миром.

Моргус, согретый теплом и чувствуя мою усталость, наконец заснул, тихо посапывая. А я шла и думала, что испытание на выживание, возможно, только что началось. Но теперь у меня был не просто долг перед Храмом и тайна в горах. У меня был упрямый, язвительный мальчик с клинком и крошечный, попискивающий комочек будущего, спрятанный у сердца.

«Хаос, – подумала я, глядя на затылок Дорина. – Что ты еще приготовил?»

Но на этот раз в вопросe было меньше страха и больше… предвкушения.

Глава 12

Вернувшись в Храм, моя жизнь превратилась в цирк на три арены с одним очень голодным и очень громким львенком в центре.

Первая арена – моя келья, точнее, теперь наш с Моргусом общий вольер. Тетушка Ю, ворча как разъяренный барсук, тайком приносила мне обрезки мяса и рыбы («Если узнают, что я кормлю твоего пернатого демона, меня на удобрения пустят!»). Моргус рос не по дням, а по часам. С ним было как с живым компасом: если он сворачивался калачиком и мурлыкал (оказывается, грифоны умеют мурлыкать, это звучит как камнепад в миниатюре) – значит, все в порядке. Если шипел и взъерошивал перья – кто-то из Мастеров или особенно неприятных учеников был рядом.

Но самое интересное началось с ментальной связью. Это была не просто смутная передача эмоций. Это был… диалог. Без слов. «Голодно» – и в голове возникал образ сочного куска мяса. «Скучно» – и я чувствовала непреодолимое желание почесать ему за ухом. «Страшно» – и по спине бежал холодок, а в ушах звенела тишина, будто кто-то выключил все звуки мира.

Я быстро поняла, насколько это ненормально. Обычно грифонов если и приручали (что было легендой), то с помощью долгой дрессирии и магии подавления воли. Равная, добровольная связь разума… такое было под силу лишь древним королям Аорона или великим легатам прошлого, чьи имена высечены на черных стелах в Зале Молчания.

Эту маленькую деталь я решила скрыть. Мастера и так смотрели на меня как на диковинную зверушку. Если они узнают, что я еще и вступила в ментальный симбиоз с мифическим существом… меня либо разберут на части, чтобы изучить, либо объявят еретичкой, нарушившей естественный порядок вещей. Ни то, ни другое меня не устраивало.

Вторая арена – подготовка к испытанию на Мастера. Тренировки стали каторгой. Мастер Пак выжимал из нас все соки, отрабатывая не просто приемы, а их комбинации под воздействием Хаоса. После каждого такого сеанса я валилась с ног, а Моргус, чувствуя мою боль, жалобно скулил в углу.

Именно в разгар одной из таких изматывающих тренировок в Храм прибыли гости.

Делегация из Храма Безмолвного Камня, что на западных окраинах Пустыни Генэ. Их отличия бросались в глаза сразу: где наши ученики носили практичные, потертые одежды, они щеголяли в форменных камзолах с бронзовыми нашивками. Их движения были выверенными, точными, лишенными нашей хаотичной резкости. Их Мастер, сухая, как щепка, женщина по имени Вейра, смотрела на все свысока, будто постоянно нюхала что-то протухшее.

Среди их десяти учеников один сразу выделился. Не ростом или силой, а взглядом. Второй из Храма Безмолвного Камня. Он был на голову выше меня, с темными волосами, собранными в строгий хвост, и глазами цвета темного меда. И эти глаза с первой же минуты неотрывно следили за мной.

На совместном спарринге он вышел на площадку напротив меня. Его стиль был идеален, точен, как часы, и смертельно скучен.

– Ученица Пятая, – сказал он, и его голос был низким и бархатистым. – Мне говорили, вы… необычны.

– Мне говорили, что вы все в своем храме ходите строем и поете хором перед сном, – парировала я, занимая стойку. – Это правда?

Он улыбнулся, и это преобразило его строгое лицо.

– Почти. Мы еще и носки складываем в идеальные квадраты. Позвольте продемонстрировать.

Мы сошлись. Он был хорош. Чертовски хорош. Его удары были быстрыми и жесткими, защита – непробиваемой. Но он играл. Я боролась. Он видел в спарринге искусство. Я видела в нем способ выжить.

В конце концов, я использовала грязный прием – бросила горсть песка ему под ноги. Он поскользнулся на долю секунды, и этого хватило, чтобы я прижала его клинок к его же горлу.

Он рассмеялся, не выпуская оружия.

– Нечестно.

– Зато эффективно, – я отступила.

С тех пор Второй Храма Безмолвного Камня стал меня преследовать. Он находил меня в столовой («Можно присоединиться? Мне интересно узнать о ваших… методах»), в библиотеке («Ищу трактаты о нетрадиционном применении песчаной магии»), даже на прогулках с Моргусом («Удивительный экземпляр. Как вам удалось установить такой… контакт?»).

Его интерес был вежливым, настойчивым и абсолютно непонятным. Он был со мной учтив, в то время как другие ученики его храма смотрели на меня как на дикарку.

И вот тут началась третья, самая неожиданная арена – Дорин.

Сначала он просто хмурился, видя, как Амон следует за мной по пятам. Потом начал вставлять язвительные комментарии.

– О, смотри-ка, твой поклонник из песочного хора опять ищет вдохновения в твоих грязных сапогах, – бросал он, проходя мимо.

– Он просто вежливый, в отличие от некоторых, – огрызалась я.

– Да уж, очень «вежливый». Смотрит на тебя так, будто ты редкий экспонат в его коллекции.

Однажды Второй Храма Безмолвного Камня застал меня после изнурительной тренировки с Мастером Паком. Я сидела на корточках, пытаясь отдышаться, а он подошел и протянул кожаную флягу.

– Вода с мёдом и корнем сободки. Восстанавливает силы.

Я уже хотела взять, как между нами возник Дорин. Он выхватил флягу из рук Амона, открутил крышку и понюхал.

– Хм. И никакого яда? Как скучно, – он сделал глоток и скривился. – Сладко. На любителя. – И протянул флягу мне, но уже с таким видом, будто это он мне ее дарит.

Амон лишь улыбнулся, но его глаза стали холоднее.

– Третий. Всегда рад видеть вашу… бдительность.

– Всегда к вашим услугам, – Дорин оскалился в улыбке, в которой не было ни капли тепла. Он взял меня под локоть. – Пойдем, Пятая. Мастер Пак зовет. Срочно. Дело о твоем… питомце. – Это была наглая ложь, но он произнес ее с таким апломбом, что даже я на секунду поверила.

Он потащил меня прочь, не отпуская руку.

– Что с тобой? – вырвалась я, когда мы скрылись за углом.

– Со мной? – он остановился и повернулся ко мне. Его лицо было напряжено. – Со мной все прекрасно. А вот с твоим вкусом к кавалерам – большие вопросы. Он же смотрит на тебя как на диковинку! Как на ручную химеру, которую можно приручить и выставлять напоказ!

– А ты? – я вырвала руку. – Как ты на меня смотришь, Пятый? Как на соперницу? Как на помеху? Как на… кого?

Он замер, и его гнев куда-то испарился, сменившись на странную, непривычную растерянность. Он посмотрел на меня, действительно посмотрел, и его взгляд был уже не колючим, а… сложным.

– Я… – он запнулся и сдался. – Я смотрю на тебя и не знаю, что с тобой делать, Пятая. И это сводит меня с ума.

Он развернулся и ушел, оставив меня стоять одной с флягой сладкой воды в руках и с кашей в голове.

В келье меня ждал Моргус. Он ткнулся клювом мне в руку, передавая волну беспокойства и вопроса.

«Тот-громкий-злой? Расстроил? Укусить?»

Я обняла его шею, чувствуя, как под перьями бьется быстрое, верное сердце.

– Нет, не кусай. Он… просто запутался. Как и я. И, кажется, у нас у всех скоро появятся гораздо более серьезные проблемы.

Испытание на Звание Мастера приближалось. А с ним – необходимость раскрыть свои истинные силы. И я чувствовала, что внимание ученика Храма Безмолвного Камня – это лишь первая ласточка. Первый признак того, что моя тайна начинает привлекать тех, от кого ее следовало бы скрывать.

Глава 13

Воздух в Главном дворе Храма гудел от напряжения, словно раскаленный перед грозой. В центре высилась арена, огороженная древними менгирами с высеченными рунами. Мастера наших храмов стояли по периметру, их лица были непроницаемыми масками. Мастер Вейра из Храма Безмолвного Камня выглядела особенно довольной, ее тонкие губы были сложены в подобие улыбки.

Испытание было простым и жестоким. Один на один с иномирным зверем. Никаких правил. Выжить – значит, доказать свою силу Хаосу. Или умереть, очистив тем самым ряды от слабых.

Первым вызвался Второй Храма Безмолвного Камня. Он вышел на песок с безупречным, отполированным до зеркального блеска клинком. Его движения были выверены, дыхание ровно. Когда Мастер Пак активировал артефакт – черный кристалл, висящий над ареной, – от него побежала сияющая волна, накрыв площадку прозрачным, но непробиваемым куполом. Воздух под ним заколебался.

Из темного прохода на противоположной стороне арены донесся низкий, скрежещущий рык. Что-то выкатилось в свет. Это было существо с телом массивного барса, но кожей, покрытой не мехом, а крупными, костяными пластинами, как у броненосца. Его пасть была слишком широкой, усеянной рядами игловидных зубов, а вместо хвоста извивался пучок щупалец, на кончиках каждого пульсировали ядовитые жала. Скорпа́рд. Помесь скорпиона и кошки из самых кошмарных глубин иных миров.

Ученик Храма Безмолвного Камня не дрогнул. Он встретил атаку зверя не уклонением, а серией точных, молниеносных ударов. Его клинок звенел, отскакивая от костяных пластин, высекая скудные искры. Он работал как идеальный механизм: блок, контратака, шаг в сторону. Зверь ревел от ярости, его щупальца хлестали по воздуху, но не могли достать до неуловимого противника. Это было красиво, технично и… бездушно. Словно он не дрался, а выполнял сложное упражнение.

В конце концов, он нашел слабое место – участок на шее, где пластины сходились неплотно. Один точный удар – и скорпард рухнул, истекая черной жижей. Молодой мужчина стоял над ним, даже не запыхавшись. На его лице двойка вспыхнула ярче, а затем сменилась на новый, более сложный символ – единицу. Мастер Вейра кивнула с холодным удовлетворением.

Дорин был следующим. Его бой был полной противоположностью. Это был хаос в чистом виде. Он не фехтовал, он воевал. Кричал, плевался, кидал в зверя – на этот раз огромного, шипящего пернатого змея с клювом-кинжалом – песком, собственной портупеей, кулаками и ногами. Он использовал ярость самого зверя против него, уворачиваясь в последний момент и нанося удары из самых неожиданных положений. Он получил рану на плече, но в ответ вогнал клинок зверю в глаз. Победа была некрасивой, окровавленной и настоящей. Его цифра «3» вспыхнула и превратилась в двойку. Он вышел с арены, хромая, с окровавленным лицом, но с торжествующим взглядом, который искал в толпе меня.

Шестым вызвался Корв. Ученик с лицом аскета и взглядом, полным бездонного спокойствия. Его оружием был не клинок, а пара изогнутых кастетов с шипами, испещренных рунами подавления.

Из портала выползло нечто бесформенное, студенистое, мерцающее sickly-зеленым светом. Умлядь. Существо без костей и четких очертаний, оставлявшее за собой обжигающий слизкий след. Его атака была тихой и удушающей – оно растекалось по песку, пытаясь поглощать противника, растворяя плоть и разум ядовитыми испарениями.

Корв не стал уворачиваться. Он встретил тварь в лоб. Его кастеты вспыхнули тусклым багровым светом. Каждый его удар был не для того, чтобы проткнуть, а чтобы подавить. Руны на оружии гасили внутреннюю магию умляди, заставляя ее сжиматься, терять форму и вязнуть. Это был бой титанов – бесформенного хаоса против несгибаемого порядка. Корв методично, как молотом, вбивал тварь в песок, пока от нее не осталось лишь шипящее, безвредное пятно. Он вышел с арены без единой царапины, его цифра «6» сменилась на «5». Его победа была безэмоциональной и пугающе эффективной.

Четвертой была Лира. Худая, быстрая как ящерица, с острым, колючим взглядом. Ее оружием были иглы. Десятки тонких, почти невидимых стальных игл, которые она держала между пальцами обеих рук.

Ее противником стал ксао’тун – существо, похожее на гигантского слепого крота с кожистыми крыльями и эхолокационным щебетом, разрывающим сознание. Оно не атаковало тело – оно атаковало разум, вызывая галлюцинации и невыносимую боль.

Лира не стала дожидаться атаки. Она пустилась в бегство, не по прямой, а по сложной, запутанной траектории, заставляя зверя метаться и терять фокус. Ее руки мелькали, и десятки игл впивались в чувствительную кожу ксао’туна, не нанося серьезных ран, но вводя нервно-паралитический яд. Это был не бой, а охота. Зверь бесился, слепнул от яда, бился о камни, пока не рухнул, захлебнувшись собственной яростью. Лира остановилась, лишь слегка запыхавшись. Ее цифра «4» не изменилась, но засияла с новой силой, доказав, что ее ранг – не случайность. Ее победа была тихой, ядовитой и безжалостной.

Воздух на арене сгустился. Было ясно – каждое испытание лишь подогревало аппетит артефакта и ожидание Мастеров. Все взгляды теперь были устремлены на оставшихся.

И вот моя очередь.

– Ученица Пятая! – прокричал Мастер Пак. Его взгляд был тяжелым и многозначительным. Он ждал.

Я вышла на песок, ощущая под босыми ногами знакомую вибрацию. Я оставила клинок в ножнах. Это вызвало удивленный гул. Амон нахмурился. Дорин замер, стиснув кулаки.

Из темноты выполз мой противник. Это не было массивным чудовищем. Это было нечто низкое, приземистое, напоминающее помесь паука и ската. Тенеполз. Его тело было плоским, почти двумерным, цвета запекшейся крови. Оно не бежало, а стелилось по песку, бесшумно и жутко быстро. Вместо глаз – два молочно-белых пятна. Оно не атаковало в лоб. Оно пыталось обойти, окружить, зайти сзади. Его тактика была на удивление разумной.

Первые секунды я просто уворачивалась, давая себе время изучить его. Песок шептал мне о каждом его движении, но тенеполз был почти невесом, его шаги не оставляли вибраций. Пришлось полагаться на зрение.

Он сделал выпад – резкий и тихий. Я отпрыгнула, но край его плоского тела зацепил мой сапог. Кожа на мгновение онемела. Парализующий яд.

В толпе зашептались. Я услышала насмешливый смешок кого-то из учеников Вейры.

И тогда я перестала сдерживаться.

Я не стала бежать. Я просто растворилась. Сделала шаг, и песок поднялся вокруг меня вихрем, скрыв от взглядов. Я не стала невидимой – я стала частью ландшафта, движущейся дюной, миражом. Тенеполз замер в недоумении, его белые глазки бешено забегали.

Я появилась справа от него, ударила горстью песка в его «лицо» и снова исчезла, уйдя вглубь песчаной завесы. Зверь взъярился, беспорядочно бросаясь в ту сторону, но я была уже слева.

Это был танец. Танец тени и песка. Я использовала не силу, а иллюзию. Не скорость, а мгновенное, короткое телепортирование на пару метров, маскируя его под вспышку поднятого песка. Я двигалась так, как никогда не показывала на тренировках: не линейно и резко, а плавно, обтекаемо, непредсказуемо.

Тенеполз начал метаться, теряя ориентацию. Он был хищником, привыкшим к прямой схватке или засаде, а не к такому обманчивому противнику.

В конце концов, я заманила его в центр арены. Он замер, почувствовав ловушку, но было поздно.

Я встала во весь рост, выдернула клинок и воткнула его в песок у своих ног.

– Хватит играть, – прошептала я.

И сконцентрировалась. По-настоящему.

Песок вокруг тенеполза ожил. Он вздыбился, превратился в жидкую трясину, затягивая зверя. Тот забился, пытаясь вырваться, но песок сжимался, как каменные тиски, обволакивая его плоское тело. Это была не магия стихий в чистом виде. Это была воля Хаоса, проходящая через меня и трансформирующая окружающий мир.

Я подошла к захваченному в песчаную ловушку зверю. Он беспомощно шипел. Я посмотрела на его слепые глаза, на жалкий, инстинктивный ужас. И пожалела его.

Вместо того чтобы добить клинком, я просто щелкнула пальцами. Песок сжался с хрустом, а затем разжался, оставив после себя лишь бесформенную массу.

Тишина под куполом была оглушительной. Я выдернула клинок из песка и отряхнула руки.

Купол исчез. Первым ко мне подошел Дорин. Он смотрел на меня с таким выражением, в котором смешались шок, гордость и капля страха.

– И… и это все, что ты умела? – выдохнул он.

Я пожала плечами, делая вид, что дрожь в коленях – это просто от усталости.

– Ну, я еще пироги неплохо готовлю. Но тетушка Ю запрещает мне подходить к плите.

В этот момент на моей щеке загорелась руна «5». Она вспыхнула ослепительно ярко, запекшаяся кровь на ней обуглилась и осыпалась, а на ее месте проступила новая метка – стилизованная, более сложная. Вторая.

Рядом со мной стоял Первый Храма Безмолвного Камня. Его лицо было бледным, а во взгляде читалось не восхищение, а холодный, расчетливый интерес коллекционера, нашедший уникальный артефакт.

– Потрясающе, – произнес он тихо, не сводя с меня глаз. – Такой уровень контроля… Это не просто магия песка. Это нечто… большее.

Дорин шагнул между нами, перекрывая его взгляд своим телом.

– Да уж, – сказал он громко, с вызовом. – Теперь у нас два Вторых. Соревнование стало интереснее.

Но его взгляд говорил совсем о другом. Он смотрел на меня и видел не просто соперницу или странную девчонку. Он видел ту, чьи истинные масштабы только начали проступать сквозь песчаную дымку. И этот вид одновременно восхищал и пугал его до глубины души.

Я же чувствовала лишь ледяную тяжесть на сердце. Я раскрыла слишком много. Игра началась по-настоящему. И ставки в ней были уже не просто званием, а самой моей сущностью. А впереди следующее испытание…